# Taleyley_Haim

Julija Mischenko

ТАЛЕЛЕЙ ХАИМ


Врата к внутренней части Торы


Объяснения и размышления

о тайнах и законах сукки


Уроки о праздниках еврейского года,

который дал

рав Хаим Коэн

«Халбан»,

да продлятся его дни


ПОСВЯЩЕНИЕ С БЛАГОСЛОВЕНИЕМ


С Б-жьей помощью, пришел однажды ко мне реб Давид Рабинович и

его сын Олег, да продлятся им годы жизни.

Они выразили желание перевести книгу «Талелей Хаим» на русский

язык.

Этим они участвуют в исполнении большой заповеди, удостаивая

общество новыми словами Торы и их раскрытием в новых

комментариях, касающихся наших дней, а также важными идеями в

служении Вс-вышнему.

Я уверен, что эта книга примется с благословением и приязнью у

всех евреев – и я благословляю тех, кто решил перевести эту книгу.

Пусть они удостоятся всегда распространять Тору в богатстве и счастье

и дождались прихода праведного Машиаха и отстроенного Храма. Амен

и Амен!


Хаим КОЭН


Эта книга издана на средства и при помощи

Д. Рабиновича и А. Левина


ТАЛЕЛЕЙ ХАИМ


Врата к внутренней части Торы


Объяснения и размышления

о тайнах и законах сукки


Уроки о праздниках еврейского года,

который дал

рав Хаим Коэн

«Халбан»,

да продлятся его дни


Написано в соавторстве с равом Реувеном Сасоном

с милостью Б-жьей и Его любовью


ТАЛЕЛЕЙ ХАИМ


Врата к внутренней части Торы


Объяснения и размышления

о тайнах и законах сукки


Уроки о праздниках еврейского года,

который дал

рав Хаим Коэн

«Халбан»,

да продлятся его дни


Написано в соавторстве с равом Реувеном Сасоном

с милостью Б-жьей и Его любовью


Перевод на русский язык – Гедалия Спинадель


СОДЕРЖАНИЕ


Предисловие


6


Введение к празднику Суккот и суть сукки

1. Праздник сбора урожая или напоминание

об исходе из Египта?


12

2. «В суккот живите семь дней


44


Первый день - Хесед – Авраам

3. «Стена огня вокруг»


86


Второй день - Гвура – Ицхак

4. «Б-г сказал, что будет обитать в тумане»


122

5. Сукка, звезды и завеса 152


Третий и седьмой дни – Тиферет и Малхут – Яаков и Давид

6. Постоянное и временное всукке и в душе


172


Четвертый день – Моше – Нецах

7. «В Шалеме сукка его»


252


Пятый день – Аарон – Год

8. Строение сукки, схах и подъем миров


268


Шестой день – Йосеф – Есод

9. «Суккат» или «Суккот»


296


Седьмой день – Малхут – Давид

10.

Простой и тайный смысл гостей


362


Четыре вида растений

11.

Тайна «Элуль» и «Лулав»


378

12.

«Поднимусь на пальму»


394


От редактора


Об авторе

Рав Хаим Коэн, по прозвищу Хальбан (молочник) — одно из

относительно новых имен среди известных выдающихся знатоков

Каббалы в Израиле. Его трудно отнести и к европейскому, и к

восточному направлению Каббалы, которые он внимательно изучал и

использует. Он отличается от обычного представления о традиционных

раввинах даже внешне. Следуя предписанию Миш-ны Авот «и не делай

из Торы мотыгу» (источник своего дохода), он зарабатывал на жизнь

простым рабочим на фабрике, делая сыр, отсюда и его прозвище. Рав

Коэн близок к народу не только внешне (без бороды, длиннополой

одежды и даже черного костюма), но вслед за своим учителем равом

Куком, первым главным раввином государства Израиль, он видит во

всех евреях высокую душу и стремится ее раскрыть, никак не отделяя

себя от них. И язык его многочисленных выступлений и книг тоже прост

и демократичен, но не за счет глубины мысли и знаний.

При этом учение рава Коэна основано на широчайшем знании

разных подходов, великих учителей и источников прошлого, которые он

уникальным образом соединяет. Прокладывая свой блистательный путь

в понимании и раскрытии еврейской мысли и практики, рав Хаим Коэн ни

в коем случае не переходит к искажающей популяризации, не подменяет

Каббалу своими измышлениями, как поступают люди лишенные

настоящих знаний и стремящиеся приобрести, как можно больше

поклонников. Но, как полагается истинному учителю, он открывает ровно

столько, сколько можно открыть, сколько могут правильно воспринять

читатели его книг, не относящиеся к узкому кругу. Однако, его книги

никак не назовешь легким чтением, их следует внимательно

перечитывать, чтобы не только понять, но и усвоить, практически

использовать это знание в жизни, в соблюдении, поднимая его и себя

вместе с ним на высший уровень. Рав Коэн во многом следует

классической традиции своего выдающего предка из древней Смирны, автора таинственного мидраша Тапьпиот, сочетая ее с учением

ашкеназских гигантов двадцатого века рава Кука и Лешема, Гаона из

Вильно и ШЛАа-кадош, Сефер Йецира, Зоара и Аризаля и многих

восточных учителей.

Рав Коэн составил выдающиеся комментарии на все пять книг Торы

и к разным еврейским праздникам. Дай ему Б-г долгих лет и дальнейших

выдающихся успехов!


О книге


Серия книг рава Хаима Коэна называется Талелей Хаим — Росы

Жизни. С одной стороны, в этом названии звучит, по традиции, имя

автора. С другой стороны, она выражает его творческую задачу —

напоить евреев животворной влагой, росой вечной Жизни, ввести их в

Будущий мир. Роса, таль — символ милосердия, в отличие от дождей

она выпадает и питает растения круглый год. И числовое значение этого

слова равно — Я Буду Живой.

Подзаголовок этой серии Врата к внутренней части Торы.

Действительно, все огромные знания, которые можно получить из этой

серии — это только врата. Но войти во врата, начать путь к внутренней

Торе очень важно. И один из способов этого продвижения —

осмысленное проживание особого времени еврейских праздников, осознание их причин и законов, правильное и прочувствованное

исполнение их ритуалов. К сожалению, очень многие сегодня даже из

соблюдающих евреев этого лишены.

Первая книга рава Коэна, выходящая на русском языке, — о Суккот.

Это праздник сбора урожая, сбора наших великих учителей, пастырей и

сбора изгнанников, время особого ожидания Машиаха, подведения

итогов и время радости. В наше время, наверное, и надо было начать

изучение и осмысление ради верного исполнения с этого радостного

конца.

Но эта книга далеко не ограничивается частной задачей

«Объяснений и размышлений о тайнах и законах сукки». Среди прочего, она вводит читателя в ход мысли и дискуссий еврейских

законоучителей, создающих свод еврейского закона всегда сочетающего

изощренную логику и предельное внимание к тексту с глубинами

тайного знания. Постижение этого процесса и подходов является

основой не только знаменитого талмудического мышления, которое, например, сейчас изучают в южнокорейских школах, потому что оно в

течение веков позволяло евреям делать новые открытия. Оно же, в

значительной мере, является основой еврейского юмора, возвышенной

заповеди радовать людей.

Постигайте еврейскую традицию и радуйтесь своей еврейской

судьбе, ибо Б-г всегда с нами — что особенно легко ощутить в праздник

Суккот!


С уважением,

Гедалия Спинадель


ТАЛЕЛЕЙ ХАИМ


Предисловие


«Учение Б-га совершенно, оживляет душу» (Теилим 19:8). Тора

целостна, она представляет собой единую структуру, начиная с

небесных высот и заканчивая земными низинами. Такова она от чистой

святости на вершине мира Ацилут и до практических законов

материального мира. Проклятие изгнания разорвало наше духовное

тело на отдельные куски. Народ Израиля был разорван на части и

рассеян по четырем сторонам света. Вместе с ним и Тора разделилась

на отдельные части. Смысл Торы и ее глубинные тайны скрылись и

оказались спрятаны от глаз всего живого. Остались лишь законы

поведения (алаха), практические инструкции по поддержанию «тела»

Торы. Мы уже очень привыкли к стеклянным стенам, разделяющим

части Торы. Мир действия и духовный мир, законы и сказания, явное и

скрытое — все это стало отдельными сферами, и каждая существует

сама по себе.

Но, наконец, народ восстает к вечной жизни. Многие приходят с

четырех сторон, происходит собирание изгнанников. Параллельно с

воссоединением народа духовные части тоже собираются вместе, становясь целостным совершенством Торы. Это больше не

разорванный на куски мир, не отделенные друг от друга части, но

«совершенное Учение Б-га». Тора совершенна и сладка и именно

поэтому «оживляет душу» — утоляет жажду тех, о ком гласит

пророчество: «Я пошлю голод на землю, голод не по хлебу и жажду не

по воде, а, по словам Б-га» (Амос 8:11).

Законы и сказания, явное и скрытое — едины, они как тело и душа, пребывающие вместе. Впрочем, они различаются по характеру, и

каждая область должна сохранять свои особенности. Закон нужно

устанавливать согласно его правилам, а расширять понимание тайн

Торы — следуя их путем. И в то же время они не отрезаны друг от друга.

В их объединении скрыта тайна нашего освобождения. Души в

поколении освобождения жаждут целостной Торы. Именно она вернет

эти души в «покои их матери». Закон, смысл которого непонятен, остается сухим, как говорит святой Зоар, — словно тело, душа которого

иссохла внутри. А тайны без практических законов исполнения подобны

отлетевшей душе, которая не проявляет богатства своей жизненной

силы и глубины. Их разделение — горькое изгнание, соединение —

светило освобождения.

Заповеди подобны человеку, у которого тело твердо стоит на земле, а душа достигает небес. Тело — это отражение души, оно как ветвь, отходящая от нее, позволяющая ей поставить ноги на дно всех миров.

Тело спускает свет с вершин до самой материальной действительности, которая скрывает в себе все верхние уровни — Нефеш, Руах, Нешама, Хая и Ехида.

Заповеди называют «телом Торы». Это света, они тянутся до

нашего мира и материализуются. Каждая практическая заповедь имеет

корень в верхнем свете, в Божественной благодати, которая исходит

свыше в мир. Таково могущество Царя царей — Он протягивает высокие

и тонкие света, возвышенную яркость святости до реальности нашего

мира и возможности воспринимать их на материальном плане.

Когда глаза глядят на сукку, они видят стены и древесину, покров и

ветки, ткани и украшения. На самом же деле, вся она — «свет

драгоценный», верхняя благодать, сияние святости, исходящее свыше.

Чудесным образом этот свет спускается, чтобы облачиться в материю

— в стены и дерево, которые можно пощупать руками. Это

удивительная святость, соединяющая все миры от верхних уровней до

самого дна материального совершения. Чудо заповедей соответствует

чудесам

человеческого

устройства:

«Творящий

чудесное

—

соединяющий духовное с материальным».

У сукки есть душа, дух и Божественная жизнь. Это не просто

мертвая древесина. На нее нисходит Имя Б-га, благодать дождя и роса

верхнего света. Воистину, остается сказать: «Счастлив народ, у

которого есть такое, счастлив народ, у которого Всесильный Б-г»

(Теилим 144:15).

Теперь мы можем понять, что все детали и законы сукки не

ограничиваются определениями Алахи. Например, понятие «временное

жилище» не сводится к практическому указанию о строительстве сукки, к

прочности стен, их высоте и ширине. Как и прочие законы, это часть

развертки ее души, лучи духовного света, лежащего в основе

материальной сукки. Алахические понятия скрывают в себе целые миры, лучи святости и высокую благодать. Каждая деталь этих законов

коренится в верхнем Источнике, в духовных мирах, из которых исходит

суть сукки. Оттуда она спускается к нам, получая определение в

терминах материального мира, включающее многие практические

инструкции к исполнению.

Так и все споры в Вавилонском Талмуде о практических указаниях, связанные с миром действия (Асия), восходят к возвышенным спорам —

к корням светов в верхнем мире Ацилут. Это касается подробностей

того, как свет притягивается с помощью практической заповеди. Как

тело соответствует душе и устроено по ее образу и подобию, так и

материальная сукка должна отражать «духовную сукку», ее верхний

свет. Так наставляет нас тайное учение (Зоар 3, 244 б): «Учителя

Мишны и Гмары все учение свое на тайнах Торы основали».

Стало быть, все едино — исполнение заповеди вместе с ее

духовной тайной и смыслом, изучение закона вместе с тайнами Торы. У

человека тоже должны соединиться обязанности тела с обязанностями

сердца, любовь к точному исполнению с душевным восторгом, направленным к Творцу. Единый Б-г проявляется в едином народе, через одну Тору и одни заповеди. «Полное Имя нисходит на полный

мир». Это совершенство, любовь и сладость. «Ты один, и Имя Твое

одно, и кто подобен народу Твоему, одному народу на земле?»

В этой книге, по милости Б-жьей, мы постарались последовать за

нашими руководителями, собрать крупицы, упавшие со столов духовных

гигантов нашего народа, которые вложили в свои слова и скрыли в них

звенья цепи, связывающей миры. Они заключены в законах и в

сказаниях, в открытой Торе и тайной. Прежде всего — это книга Зоар, приготовленная специально для поколения освобождения, в котором

смыслы Торы раскроются и пробудят желание к исполнению ее

заповедей. «С этой книгой выйдут сыны Израиля из изгнания в

милости». Затем идут все книги, черпающие из этого источника святого

святых. Они словно протягивают оттуда «реки, текущие из рая, чтобы

орошать сад» (Бе-решит 2:10), а в саду этом растут и расцветают души

поколения освобождения.

Возможно, в этой небольшой книге найдется что-то из новой и в то

же время древней Торы — древней, но относящейся к будущему.

Сердца наши надеются, что многих, кто лучше и совершеннее нас, это

побудит самостоятельно возделывать почву и сажать растения, собирать их плоды и наслаждаться их сладостью на «поле, которое

благословил Б-г». Это воистину «поле святых яблок», где соединяются

законы и предания. Здесь совершается верхнее и нижнее единение.

Ведь Тора — это душа всего, через соединение ее частей все

объединится — части нашего народа, части земли, а превыше всего —

произойдет «единение друзей» — света Всевышнего и Его Шхины. Это

корень корней для всего, что ответвляется в открытой и тайной Торе.

Эта книга ведет изложение как сверху вниз, так и снизу вверх.

Иногда от просторов души и духа она спускается к телу и открывает

глубину в обсуждении закона в свете основ веры. А иногда из

алахических терминов мы стараемся взглянуть на ослепительное

сияние святости, из которого они пришли в наш мир.

Отметим также, что помимо духовных основ, разбираемых в книге, которые основаны на сокровищах «внутренней» мудрости, есть точки

соединения между Алахой и Агадой, часть из которых основана на

известных источниках, а часть относится к понятию «Истолкуй и получи

награду». Всевышний радуется, когда в рамках Торы возникает

обсуждение. Поэтому иногда это будет в виде «комментария» (пируш), а

иногда в виде «объяснения» (биур). Об этих понятиях смотри в

предисловии к «Аин Яэ».

С великой милостью Небес мы постараемся испробовать этот мед

из рек верхнего рая и перенести оттуда его вкус и жизнь в практические

законы. Помимо этого, попробуем взглянуть на сами эти законы и с их

помощью увидеть красоту души Торы. Ведь она представляет не просто

теоретическую идею, а великую ткань жизни, связанную со всеми

мирами. Таким образом, каждый, кто жаждет верхних светов и

устремляется к тайнам Торы и ее секретам, сможет понять и усвоить, что есть лишь один путь к душе — через тело, через практические

заповеди. Невозможно ухватиться за сияющую и неуловимую душу, а

только через ее представителя в известном нам мире. У кого чистое

сердце, у того зародится святая любовь к исполнению заповедей. Он

будет выполнять их с радостью и ликованием, объединяя тело и душу, небо и землю вместе. Слова Торы будут для него такими радостными, как в момент их дарования на Синае.

Мы просим каждого читателя, чтобы его сердце при изучении было

устремлено к единству Израиля, к совершенству Торы, целостности

земли, к Храму Б-жьему. Пусть просит о благе для него, чтобы настал

свет его. Пусть покажет перед небесами, что наше ожидание велико, мы

хотим видеть приход праведного Машиаха, сооружение «дома красоты

нашей», вечное освобождение, поскорее и в наши дни. Амен.

Закончим это предисловие молитвой святого автора книги «Ор а-

Хаим»:


« Да будет воля Твоя, наш Отец и Царь, друг света нашей

души и духа. Ради союза, который заключил Ты с тринадцатью

качествами, что не проходят впустую перед Тобой, вспомни нашу

любовь и верни Свое Присутствие в наш святой Храм. Вновь

веселись с нами, как в былые дни. Твое расставание с нами так же

тягостно, как расставание с душой и духом. Внутренности наши

сжимаются, и душа изнемогает в ожидании освобождения Твоей

Шхины. К воле Твоей, Б-же, стремимся. Мы умоляем и плачем

перед Тобой, Б-же, Отец милосердный, из-за изгнания Шхины: спаси Шхину Свою, прилепи души наши к Твоей прелестной любви, и пусть она будет приятна для наших частей души Нефеш, Руах

и Нешама. И да взойдет наш Царь в Свой дворец».


Хаим Эзра а-Коэн, известный как «Халбан» (да продлятся его дни) ВВЕДЕНИЕ К ПРАЗДНИКУ

СУККОТ И СУТЬ СУККИ


Праздник сбора урожая или напоминание об

исходе из Египта?


Суть праздника суккот в Торе и Талмуде


Загадка праздника Суккот


Зачем нужно делать праздник в память о сукке?


На первый взгляд, с этим праздником у нас связана одна

«проблема». Он очень неясный и отличается от Песаха и Шавуота.

Праздники Песах и Шавуот связаны с конкретным событием в прошлом:

Песах — с исходом из Египта, а Шавуот — с дарованием Торы.

Праздник Суккот не связан ни с каким конкретным событием. Тора

сообщает, что сыны Израиля жили в шалашах после Исхода из Египта, и

наша сукка символизирует этот шалаш. В Торе сказано: «В шалашах

(суккот) живите семь дней, каждый житель Израиля пусть живет в

шалашах, чтобы знали ваши поколения, что в шалашах Я поселил

сынов Израиля, выведя их из страны Египта» (Ваикра 23:42-43). Отсюда

видно, что праздник Суккот — это напоминание об исходе из Египта, точнее, об одной детали после исхода.

Но принять это трудно. Можно спросить: зачем Тора заповедала

напоминать именно об этом? Из буквального смысла Писания следует, что это не было особенным чудом. А между тем Тора не заповедала

устраивать праздники в память о многих чудесах во время пребывания

сынов Израиля в пустыне. Например, праздник одежды — в память о

том, что одежда не изнашивалась в пустыне. Или праздник в память о

мане, падавшем с неба, или праздник воды в память о воде, что

полилась из скалы и т. п. Почему же то, что евреи жили в шалашах, заслуживает отдельного праздника, такого долгого и важного, как

Песах? Более того, в Суккот мы произносим полный Аллель, а в Песах, с

которым связано главное чудо, произносим лишь половину его псалмов!

И если проживание в шалашах в пустыне так важно, почему об этом не

упомянуто в Торе, кроме как в заповеди об этом празднике?


Облака славы или материальные шалаши


В Гемаре (Сукка 11 б) раби Элиэзер и раби Акива спорили, с чем

связана заповедь сукки. Первый считал, что суккот связаны с облаками

славы, о которых сказал Всевышний: «В суккот поселил Я сынов

Израиля». А раби Акива считал, что речь идет об обычных шалашах, которые евреи построили, выйдя из Египта. Возможно, приведенные

выше соображения подтверждают мнение раби Элиэзера — суккот, о

которых говорится в Торе, были облаками славы, а не материальными

шалашами. А облака славы — явление чрезвычайно высокое, великое

чудо, ради которого стоит установить праздник. Тогда они выше мана и

вечной одежды — это реальное выражение присутствия высшей Шхины

в Израиле. Ведь смысл облака — раскрытие Божественного1.


1 В книге Кузари объясняется, что облако - это выражение Божественного раскрытия: «Сказал

Кузари: Атрибуты Б-га для меня прояснились, теперь я хотел бы понять, что такое слава Б-жья, царство Б-жье и Шхина. Сказал мудрец: Это названия, которыми мы обозначаем сущности,

являющиеся перед взором пророков, например, облачный столб, огонь пожирающий, туча, туман, огонь и мерцание. Мы говорим так о первом луче рассвета и о свете сумерек, а также о свете, который видим в облачный день, что это – луч, выходящий от Солнца, хотя само оно скрыто в это

время. Мы говорим, что свет и луч - от самого Солнца, но они отдельные объекты, и так они светят.

Так и слава – луч Божественного света, действующий на народ Б-га на земле Б-га» (Кузари, Часть

вторая).


Во всех случаях такого раскрытия мы встречаем явление облака —

например, когда стояли у горы Синай, а особенно в переносном Храме

(Скинии) в пустыне и в Иерусалимском Храме. Там тоже было облако, как сказано в конце книги Шмот о сооружении переносного Храма (Шмот

40:33-38):


« И поставил он двор вокруг Мишкана и жертвенника, и

повесил завесу над воротами двора. И окончил Моше работу. И

покрыло облако шатер откровения, и слава Б-га наполнила

Мишкан. И не мог Моше войти в шатер откровения, ибо

пребывало на нем облако, и слава Б-га наполняла Мишкан. Когда

поднималось облако от Мишкана, отправлялись сыны Израиля во

все свои странствия. Если же не поднималось облако, не

отправлялись, пока не поднималось. Ибо облако Б-га было над

Мишканом днем, а огонь был ночью перед глазами всего дома

Израиля во всех их странствиях».


Итак, облака славы — высокое явление. Выше мана и прочих чудес.

Облака описываются в Торе много раз на протяжении всего пути — и

при исходе из Египта, и при рассечении Тростникового моря в конце

главы Бешалах (Шмот 13:21-22, 14:19-20), а также по мере продвижения

по пустыне. Значит, может быть, раби Элиэзер пришел объяснить, зачем нужно устраивать праздник в память о том, что «в суккот поселил

Я...» Поэтому он говорит, что это — облака славы.

Впрочем, тогда трудно понять мнение раби Акивы. Почему решили

устраивать праздник в память о шалашах, в которых они жили? Эти

шалаши и чудом-то не были — люди сами построили их из древесины и

веток. Зачем же подчеркивать это событие, а особенно выделять его по

сравнению с великими чудесами, в память которых мы не делаем

праздника?


Почему праздник не в Нисане?


Помимо прочего стоит спросить: если заповедь сукки —

напоминание об исходе из Египта, почему празднуют не в первом

месяце Нисан, когда Исход произошел? Какая связь между Суккот и

седьмым месяцем, который, на первый взгляд, является обычным

месяцем, не связанным с исходом из Египта? Рамбан и Ибн Эзра в

комментарии к Торе обращают внимание на этот вопрос, основываясь

на мнении, что это были настоящие шалаши. И объясняют: поскольку

было облако, закрывающее евреев от солнца, им ненужны были

шалаши летом, но настал месяц Тишрей, началась зимняя пора, похолодало. Вот тогда и понадобились шалаши2.


2 ««Что в суккот поселил Я сынов Израиля» - это облака славы, так говорит Раши. И это мне

кажется верным, если следовать простому смыслу. Б-г заповедал, чтобы будущие поколения знали о

великих чудесах Его, которые Он совершил с ними на удивленье. Он поселил их в облаках славы, подобных сукке, как сказано (Ишайя 4:5-6): «И сотворит Б-г над всем местом горы Цион и над всеми

собраниями на ней облако и дым днем и сияние пылающего огня ночью, ибо над всей славой покров.

И сукка будет днем для тени от зноя...» И поскольку не сказано, что облако Б-жье над ними днем, и

столп огненный ночью, говорится просто "что в суккот поселил Я" - облака славы Я сделал для них

шалашами, чтобы защищать их. Он заповедал в начале летних дней делать напоминание об исходе

из Египта в тот месяц и в то время, когда это произошло. А напоминание о постоянном чуде, бывшем

с ними все дни их пребывания в пустыне, заповедал совершать в начале зимних дней. Но, по мнению

того, кто говорит, что они сделали себе обычные шалаши (Сукка 11 б), их начали строить в начале

зимы из-за холода, как принято в военном лагере. Вот почему Он заповедал это в такое время. Само

же напоминание состоит в том, чтобы знали и помнили, что были в пустыне - в дом не входили и в

города и поселения не входили в течение сорока лет, и Б-г был с ними, и не было нехватки ни в чем»

(Рамбан, Ваикра 23:43). И то же самое написал там Ибн Эзра: ««Что в суккот» - перейдя через

Тростниковое море, они соорудили шалаши, и также в пустыне Синай, где стояли около года. Так

делается во всех военных лагерях. Это время тоже напоминает об исходе из Египта. А если кто-либо

спросит, почему эта заповедь приходится на Тишрей, можно ответить: облако Б-жье было над их

лагерем днем, и солнце не палило их, а начиная с Тишрея стали строить шалаши из-за холода».


Поэтому они построили суккот в седьмой месяц, и Израилю было

заповедано устраивать этот праздник в Тишрее, а не в Нисане. Как бы

то ни было, такое объяснение подходит для раби Акивы, полагающего, что это были настоящие шалаши. Что же до раби Элиэзера, считающего, что суккот — это облака славы, непонятно, почему

празднуют именно в седьмом месяце, а не в Нисане. Какая связь между

облаками славы и месяцем Тишрей?


Какая связь между четырьмя растениями и суккой?


Можно задать еще один вопрос. Известно, что Тора дала Израилю

две ключевые заповеди в праздник Суккот. Первая — это сукка, а вторая

— четыре растения. Неясно, в чем связь между этими растениями и

исходом из Египта.

Мы не встречаем при исходе из Египта ничего, что было бы связано

с ними. У мудрецов мы тоже ищем и не находим объяснения четырех

растений в качестве напоминания об исходе из Египта. Тогда можно

задать трудный вопрос: если сукка — напоминание об исходе из Египта, значит, праздник Суккот напоминает о том, что происходило в то время, и какое отношение это имеет к четырем растениям? Если же дать

другое объяснение растениям (как мы увидим далее, они связаны со

сбором урожая), появится новое затруднение: у нас получается два

праздника в одни и те же дни? Праздник Суккот в память об исходе из

Египта и праздник лулава в связи со сбором урожая? Тогда нет никакой

связи между суккой и четырьмя растениями — у каждой заповеди

совершенно иной корень! Такое трудно принять. Как объясняется в

святых книгах, сукка непременно должна быть связана с четырьмя

растениями.


Суккот и исход из Египта


Недельная глава Эмор


Чтобы глубже это понять, задумаемся над отрывком из Торы и

постараемся хорошенько выучить оттуда, что же такое праздник Суккот

и каков его смысл. Начнем с источника, который приводят Раба и Рава в

Гмаре. Вот что написано в главе Эмор (Ваикра 23:33-44):


«И говорил Б-г Моше: Скажи сынам Израиля: В пятнадцатый

день, в седьмой месяц — праздник Суккот, семь дней для Б-га. В

первый день — священное собрание, никакой работы не делайте.

Семь дней приносите Б-гу жертву в огне. На восьмой день

священное собрание будет у вас, и принесите Б-гу жертву в огне; собрание праздничное это, никакой работы не делайте. Таковы

праздники Б-жии, которые назовете священными собраниями, чтобы приносить Б-гу жертву на огне, всесожжение и хлебное

приношение, жертвы и возлияния, каждое в свой день. Это кроме

суббот Б-га, и кроме даров ваших, и кроме всех обетов ваших, и

кроме всех ваших добровольных приношений, которые вы дадите

Б-гу. Но в пятнадцатый день седьмого месяца, когда будете

собирать урожай земли, празднуйте праздник Б-гу семь дней. В

первый день покой и в восьмой день покой. И возьмите себе в

первый день плод великолепного дерева, связки пальм, ветвь

дерева густолиственного и речные ивы и радуйтесь перед Б-гом

Всесильным вашим семь дней. Празднуйте этот праздник для Б-

га семь дней в году — закон вечный во всех ваши поколениях, в

седьмом месяце празднуйте его. В суккот живите семь дней, каждый житель в Израиле пусть живет в суккот, чтобы знали

ваши поколения, что в суккот поселил Я сынов Израиля, выведя их

из страны Египта. Я Б-г Всесильный ваш. И сказал Моше о

праздниках Б-га сынам Израиля».


Подумаем о порядке тем в этом недельном разделе. Тора начинает

с праздника Суккот в связи с жертвоприношениями и говорит: «Скажи

сынам Израиля следующее: в пятнадцатый день в этот седьмой месяц

— праздник Суккот семь дней для Б-га. В первый день — священное

собрание, никакой работы не делайте. Семь дней приносите Б-гу жертву

в огне. На восьмой день священное собрание будет у вас, и вы

принесете Б-гу жертву в огне; собрание праздничное это, никакой

работы не делайте». Затем, похоже, Тора заканчивает разговор о

праздниках, поскольку следующая фраза напоминает подведение итогов

по праздничным жертвоприношениям: «Таковы праздники Б-жии, которые назовете священными собраниями, чтобы приносить Б-гу

жертву на огне, всесожжение и хлебное приношение, жертвы и

возлияния, каждое в свой день». Кажется, Тора е завершила цикл

праздников. Ведь ранее сообщалось обо всех остальных праздниках, среди которых Суккот был последним, и на этом все заканчивается.

Однако это не так. После этого завершения Тора вновь возвращается к

заповедям праздника Суккот, словно прежде ничего о нем не говорила:

«Но в пятнадцатый день седьмого месяца, когда будете собирать

урожай земли, празднуйте праздник Б-гу семь дней. В первый день

покой и в восьмой день покой». Тора опять велит нам делать праздник, как будто раньше этого не сделала. Непонятно: зачем она

возвращается, чтобы заповедать это? И Тора продолжает говорить о

двух заповедях праздника. Первая — это четыре растения: «И возьмите

себе в первый день плод великолепного дерева, связки пальм, ветвь

дерева густолиственного и речные ивы и радуйтесь перед Б-гом

Всесильным вашим семь дней». Затем, переходя к заповеди сукки, Тора

снова повторяет приказ устраивать праздник: «Празднуйте этот

праздник для Б-га семь дней в году — закон вечный во все ваши

поколения, в седьмом месяце празднуйте его»3.


3 Между прочим, отметим, что из этих строк немного видно, что связь с седьмым месяцем не

относится к самой сути праздника. Видно только, что праздновать нужно семь дней в году. Это звучит

так, словно главное - чтобы в году было семь праздничных дней, но кроме того Тора говорит нам

устроить их в седьмом месяце. Если бы этот праздник исходил из самой сути седьмого месяца и его

значения, казалось бы, не было причины так писать. Ведь Тора не описывает Песах так, будто нужно

есть мацу и жертву в какой-то день года, а затем - заповедь устроить этот день в Нисане. Песах и

маца вытекают из событий, которые произошли именно в эти дни, чего нельзя сказать о Суккот.


И наконец, переходит к самой сукке: «В суккот живите семь дней, каждый житель Израиля пусть живет в суккот, чтобы знали ваши

поколения, что в суккот поселил Я сынов Израиля, выведя их из страны

Египта. Я Б-г Всесильный ваш. И сказал Моше о праздниках Б-га сынам

Израиля».


Жертвоприношения и заповеди в праздник Суккот


Непонятно, почему Тора возвращается повторно к заповеди о

празднике. Помимо этого, стоит отметить, что выражение «семь дней»

появляется здесь шесть раз. Это тоже требует пояснения — зачем Тора

столько раз повторяет эти слова? Мы не станем сейчас комментировать

весь этот отрывок, но лишь то, что следует из него в связи с нашей

темой. Отметим вкратце один момент, касающийся нашего вопроса.

Если проанализировать две части этого отрывка, мы найдем несколько

различий. В первой части Тора говорит только о праздничных жертвах и

служении в Храме. Не описывает заповеди праздника, данные всему

народу Израиля (кроме запрета делать работу), а лишь порядок

Храмовой службы. К тому же, только в этой части появляется понятие

«священное собрание». Во второй части, когда Тора завершает речь о

принесении жертв «Таковы праздники Б-жии, которые назовете

священными собраниями...», она переходит к заповедям, относящимся к

каждому представителю народа Израиля, — к сукке и лулаву. Там

праздник не называется «священным собранием».

По правде говоря, кажется, есть два уровня праздника. Верхний

уровень связан со святостью и называется «священным собранием». Он

касается порядка принесения жертв в Храме. Другой уровень —

открытый, касается заповедей, которые евреям поручено выполнять в

праздник. Вообще есть две категории: «предметы заповеди» и

«предметы святости». Святость выше заповеди. Это видно из законов о

сохранении: предметы заповеди — например, обветшалый цицит или

крыша (схах) сукки после праздника — можно выбросить. Но не следует

относиться к ним пренебрежительно, а поступить с ними с уважением, но специального хранения не требуется. Иное дело — предметы

святости, относящиеся к высшему уровню, например, тфилин, мегила

или свиток Торы (см. Мегила 26 б). Их полагается помещать на вечное

хранение (гниза). Есть понятие святости и заповеди. Святость — это

привлечение Божественного света в нижние миры. Благодаря этому

материя соединяется с сутью святости и буквально освящается ею.

Святость в максимальной степени проявляется в Храме, который потому

и называется святилищем (Ми-кдаш). Вся же остальная территория

относится к понятию «заповедь». На это намекают слова «заповеди, зависящие от земли». Итак, место святости — Храм, а по всей стране

проявляется лишь уровень заповеди, на котором Божественная сила

распространяется в более скрытом виде, чем на уровне святости.


«Священные собрания»


В праздниках действительно заключены два уровня. Нам, в

основном, известен уровень заповеди, к которому относятся, например, маца, шофар, лулав и сукка. Но в каждый праздник в Храме приносили

особые жертвы. В соответствии с этим, мы произносим молитву Мусаф.

Была целая система исправления миров и раскрытия света праздников

с помощью принесения жертв. Ведь жертвы — это буквально сердце и

корень привлечения Божественной силы в миры (см. Талелей Хаим, Ваикра, стр. 67 и далее). С этой точки зрения, суть праздника и его

корень заключены в тайне жертвоприношения. Оно драгоценный, возвышенный плод, полученный из свечения праздника. Это и есть

уровень святости, связанный с ним, и это называется «священным

собранием», что намного-намного выше исполнения других заповедей

праздника. Тора называет праздник «священным собранием» только по

отношению к жертвоприношению. (И, со слов святого Ари, известно, что

«священные собрания» имеют корень в свете Хохма — см. «При

ЭцХаим», Врата священного собрания, гл. 1 — а практические заповеди

относятся, как известно, к семи нижним сфирот). Благодаря жертве

привлекается великий свет праздника, который запечатлевается внутри

миров и душ. Затем он проявляется вовне с помощью действий, связанных с заповедями праздника. Эти заповеди — детализация того,

что распространяется от праздничной жертвы, которая представляет

саму суть святости.


Заповеди праздника и святость Храма


Таким образом, весь народ Израиля объединялся вокруг

жертвоприношений в Храме на уровне святости. Оттуда каждый

отдельный человек продолжал свое действие на уровне заповеди.

Святость, кдуша относится только к целой совокупности. Мы видим, что

она возникает только среди десяти евреев: «Я освящусь среди сынов

Израиля» (Ваикра 22:32). Об этом также говорится (Санедрин 39 а):

«Среди каждых десятерых Шхина пребывает». Шхина — это сама

святость. Поэтому Кадиш и Кдушу, которые относятся к святости, говорят только, если собралась эта минимальная община. Мы хотим

сказать, что различие между святостью и заповедью состоит в том, что

святость возможна лишь для всего народа Израиля вместе, а заповедь

носит частный характер — каждый исполняет ее сам по себе.

Жертвоприношение в праздник — это объединение всего народа в

святом месте вокруг принесения общественной жертвы. От этого с

самого верха приходит суть праздничного света. Вслед за этим евреи

переходят к другим заповедям праздника и привлекают к себе сильный

свет — святость, что явилась во время жертвы. Каждый притягивает к

себе свет с помощью заповедей — лулава и сукки.

В связи со сказанным проясняется великая тайна. Известно, что

корень праздничных заповедей находится в Бине. Сукка соответствует

Бине (Зоар 3, 255 б) и называется «тенью веры», и лулав предназначен, чтобы притягивать свечение Бины ( Шаар а-Каванот, раздел о сукке).

Шофар — это тоже Бина (Зоар 3, 99 а), как и маца, связанная со

свободой (При Эц Хаим, врата праздника мацот, гл. 3). Но

жертвоприношения — это служение в «святости», то есть на уровне

Хохма. Это же называется «священными собраниями», поскольку все

священное относится кХохме. Об этом сказано (Ирмия 2:3): «Свят

Израиль для Б-га, начало урожая Его». А слово «начало» указывает на

Хохму, по принципу «Начало мудрости» (Теилим 111:10). Хохма

означает, что все евреи действительно включаются в одно целое. Они

пребывают вместе, как капля семени у отца, в которой заключен в

полном единстве весь будущий зародыш. Поэтому Хохме соответствует

буква Йуд, которая выглядит как точка. Это указывает на совершенное

единство в ней. С другой стороны, Бина — это корень детализации и

разделения, при котором единое превращается в множество частей

(Бине соответствует имя Элоким, от которого «силы суда

пробуждаются»), У зародыша в чреве матери тоже начинают

выявляться разные части и составляющие. Этому соответствует буква

Хей, которая, как известно, является детализацией Йуд. Таким образом, Хохма — это включение всего Израиля в одно целое, а Бина — корень

отдельных частей в нем.

Поэтому получается, что святость связана с Хохмой, а корень

праздничных заповедей относится к Бине. Ведь святость — это

единство. Буква Йуд, Хохма, проявляется с помощью десяти евреев. Но

заповеди имеют частный характер — кому что заповедано, тот и

выполняет. Поэтому жертвоприношения, означающие святость, принадлежат Хохме, а заповеди праздника — Бине. Предел высоты, до

которой поднимается заповедь, — это Бина, выше она подняться не

может. Только с помощью жертвоприношений поднимаются высоко-

высоко, к настоящему уровню Хохма, где весь Израиль действительно

объединяется вместе. Свечение Хохмы является только при настоящем

единстве Израиля. Об этом сказано, что Святой, благословен Он, поклялся, что не войдет в верхний Иерусалим, пока весь Израиль не

войдет в нижний Иерусалим (Таанит 5 а). Верхний Иерусалим

обозначает Бину. А входит туда тот, кто передает этому верхнему

Иерусалиму благо, то есть Хохма, для которой он становится женской

половиной. Свечение Хохмы не изливается на миры, пока евреи не

объединены в стране Израиля, в Иерусалиме, «ибо туда поднялись

колена» (Теилим 122:4). Там они объединяются в один народ, не

оставаясь более разрозненными племенами. Ведь Иерусалим не был

разделен между коленами (Йома 12 а). Итак, Всевышний говорит нам, что свет Хохмы не проникнет в верхний Иерусалим, в Бину, пока евреи

не будут объединены внизу и не войдут в нижний Иерусалим. Об этом

мы и сказали выше: свет Хохмы проявляется лишь тогда, когда народ

Израиля пребывает в полном единстве благодаря жертвоприношениям

в Храме. Но частных заповедей для этого недостаточно, потому что их

высший корень относится к тому месту, откуда начинается детализация,

— к Бине.

Отсюда ты поймешь, как сильно нам не хватает служения в виде

жертвоприношений в Храме. Весь блеск, сияние и глубина святости и

чудесной силы заповедей — таких, как сукка, лулав, шофар и маца —

происходит из святого источника праздничных жертв. Когда жертвы нет, сама суть света и его великая мощь скрываются, а заповеди остаются

условными знаками до тех пор, пока не будут построены Храм и святая

святых. Тогда свет Шхины, святость, будет со всей силой пробиваться

из святого источника и возвышать сукку и лулав, превращая их в

распространение могучих светов Божественности. Они будут изливаться

из источника святости благодаря общественным жертвоприношениям

всего народа Израиля, который соберется воедино (да будет это

вскоре)4.


4 «Община Израиля уподоблена Луне - иногда разрушается, иногда вновь отстраивается, иногда полная, иногда с ущербом. В те моменты, когда она убывает и доходит до самого малого

размера, вся полнота ее света стоит у нее за спиной, и от него она начнет наполняться и расти, пока

не достигнет прочного состояния, когда свет Луны будет как свет Солнца. И тогда она уже не придет к

ущербу, но будет всегда полна светом. Все достижения народа выглядят полными в той мере, в какой

во всем народе есть полнота, а поскольку он теряет ее, постольку этот недостаток виден во всех них.

Общая вера и все детали заповедей наполняются светом только от света общины Израиля. Поэтому

мы не можем представить всех во всем их сиянии и красоте, кроме как в состоянии, когда община

Израиля сама пребывает во всей полноте. И с этой вершины мы можем излить на них изобилие ее

света. А по мере ее спуска опускается и все остальное. Общая вера светит общине Израиля, когда

она здорова, совершенна в своем царстве, с Храмом, своей землей и всеми духовными и

материальными обретениями. Все заповеди постоянно связаны своей целью и внутренним

содержанием именно с этим высоким состоянием, и тогда они проявляются во всем великолепии. По

мере снижения чудес общины Израиля мы не можем ожидать от веры и заповедей весь их свет, но

лишь ту частицу и искру света, которая остается внутри нее даже во время самого низкого падения.

Эта частица получает сияние венцов света из великолепного прошлого и будущего, сияющего

издалека. В заповедях Храма и во всем, что от них зависит, как и во всех заповедях, связанных с

землей вообще, более всего проявляется изменение окраски ее света. Они остаются не в

совершенстве и по форме закона, когда народ не находится в своем самом полном состоянии. Но

даже во всех практических заповедях, как и в тех, что действуют между человеком и его ближним, и

во всех хороших качествах, связанных с религиозным путем, - повсюду полный свет нисходит только

тогда, когда состояние народа полноценно, а по мере спуска народа и свет уменьшается. И когда мы

стремимся к полному свету души, привязанные к вере и всем законам, мы вынуждены взбираться и

подниматься до самого источника, откуда черпается полный свет - от связи с прошлым и упования на

будущее. Благодаря этому душа наполняется и в настоящем. Если придет некто и скажет, что

находит всю полноту света Торы и заповедей в настоящем, не слушай его: это признак того, что он не

проник в глубину идеи ожидания избавления. Все рассуждения в рамках мудрости Торы зависят лишь

от нее» (Орот, стр. 162).


Сукка в сравнении с четырьмя растениями


Вернемся к нашей теме. Мы слегка затронули вопрос о том, почему

Тора разделила текст о празднике на две части и внесла между ними

фразу с подведением итогов по жертвам. Есть два уровня Суккот. Один

связан со святостью в Храме, праздничной жертвой, а второй — с

заповедями, которые исполняют в праздник все в народе Израиля. Тора

завершает речь о принесении жертв, подходя к описанию заповедей, предназначенных для каждого еврея.

Теперь перейдем ко второй части, где Тора излагает праздничные

заповеди. Она вновь повелевает отмечать Суккот и добавляет указание

на время, а, может быть, и причину этого праздника: «Но в пятнадцатый

день седьмого месяца, когда будете собирать урожай земли, празднуйте

праздник Б-гу семь дней. В первый день покой и в восьмой день покой».

Нам говорят, что этот праздник устраивают, когда мы собираем урожай, выросший в течение года — во время «жатвы с пением» (Теилим 126:5) радости от обилия благословения плодов. В свете этого, мы можем

понять, почему Тора сразу же дает заповеди, связанные с тем, что

произрастает из земли: «И возьмите себе в первый день плод

великолепного дерева, связки пальм, ветвь дерева густолиственного и

речные ивы и радуйтесь перед Б-гом Всесильным вашим семь дней».

Возможно, упомянутая здесь радость — та, что возникает у нас от

обилия урожая, когда мы собираем его. Б-г благословил нас обилием

урожая и плодов, и когда настало время сбора в конце тяжкой работы, начавшейся с пахоты зимой, «посева в слезах», наступает «жатва с

пением». Это радость перед Б-гом в связи с тем, что Он благословил

наш урожай. Поэтому берут четыре основных вида среди растений и

благодарят Б-га за все добро, что Он даровал нам. Так объяснил

Рамбан заповедь о четырех растениях (к Ваикра 23:39):


«Еще говорится, чтобы мы добавили радость перед Б-гом с

лулавом и этрогом в течение семи дней. Ведь это время радости

от того, что Б-г благословил тебя со всем твоим урожаем и

всеми произведениями рук твоих, и будь радостным перед Ним».


Таков, похоже, простой смысл четырех растений — радость от

сбора урожая. От этого Тора переходит к заповеди сукки: «Празднуйте

этот праздник для Б-га семь дней в году — закон вечный на все ваши

поколения, в седьмом месяце празднуйте его. В суккот живите семь

дней, каждый житель в Израиле пусть живет в суккот, чтобы знали ваши

поколения, что в суккот поселил Я сынов Израиля, выведя их из страны

Египта. Я Б-г Всесильный ваш. И сказал Моше о праздниках Б-га сынам

Израиля». Здесь видно нечто совсем иное, чем в случае с четырьмя

растениями. Тора говорит здесь об исходе из Египта и напоминает о

суккот, в которых Б-г поселил нас после этого. Отсюда видно, что сукка

больше связана с Песахом, чем с седьмым месяцем. И, говоря о

четырех растениях, Тора дает указание на время года: «Когда будете

собирать урожай земли». Но во фразе о заповеди сукки, сказано: «В

седьмом месяце празднуйте его». Значит, праздновать можно было бы и

в другое время, но Тора избрала этот месяц. Сказано: «Празднуйте этот

праздник для Б-га семь дней в году... в седьмом месяце празднуйте

его». То есть нужно благодарить Б-га семь дней, и при этом нам

говорится, чтобы мы не думали устраивать его в другое время, но лишь

в седьмом месяце.

Если говорить о четырех растениях, ясно, почему в седьмой месяц

— это время сбора урожая. А о сукке видно только, что праздновать

полагается семь дней, только Тора добавляет: эти семь дней

празднуйте в седьмом месяце. В отношении четырех растений мы бы и

не подумали о другой возможности, как не пришло бы нам на ум

праздновать Песах до или после Нисана. Но о сукке из слов Торы видно, что могла бы существовать и другая возможность. То есть заповедь

сукки связана с Песахом, а суть ее — благодарность Б-гу за то, что

поселил нас в шалашах (или в облаках славы). Но радость с лулавом —

дело другое. Это радость от урожая, выросшего у нас в стране Израиля.


Два «праздника» в одно время


Отсюда можно сделать вывод, что нет никакой связи между суккой и

четырьмя растениями. Но поскольку в седьмом месяце есть праздник

сбора урожая, Тора заповедует в то же время сделать и сукку в память

об исходе из Египта. Можно вновь спросить, почему в Тишрее, а не в

Нисане. Если принять мнение, что это были настоящие шалаши, то

написали Рамбан и Ибн Эзра: шалаши были сделаны из-за холода.

Выходит, их начали строить только в седьмом месяце. А для тех, кто

связывают их с облаками славы, объяснение дает Тур (Орах Хаим, гл.

625): люди обычно выходят в Нисане из дома, чтобы посидеть в шалаше

в приятную весеннюю погоду. Если сделать суккот в дни исхода из

Египта, в Нисане, все подумают, что это делают ради удовольствия от

приятной погоды, а не ради заповеди Б-га. Поэтому заповедано

совершать это в седьмом месяце, когда наступают холода, показывая

тем самым, что мы это делаем лишь потому, что так заповедано Б-гом5.


5 ««В суккот живите семь дней... чтобы знали поколения ваши, что в суккот поселил Я сынов

Израиля, выведя их...» Писание связывает заповедь сукки с исходом из Египта, как и многие другие

заповеди, поскольку мы видели это своими глазами и слышали своими ушами, и никто не может

опровергнуть нас. Это доказывает истинную реальность Творца, да возвысится имя Его, который все

сотворил по Своей воле. И у Него есть сила, способность и господство над верхними и нижними

творениями делать с ними, что пожелает. Никто не может сказать Ему: "Что Ты делаешь?!" Так Он

сделал с нами, выведя из страны Египта со знамениями и чудесами. А суккот, о которых Писание

говорит, что Он поселил нас в них, - это облака славы, которыми Он окружил нас, чтобы не поразили

солнце или зной. Подобно этому Он заповедал нам строить шалаши, чтобы мы помнили о Его

чудесах и величии. И хотя мы вышли из Египта в месяце Нисан, сукку нам заповедано делать не в это

время. Ведь это летние дни, и для людей привычно строить шалаш для тени. Тогда не будет видно, что мы строим их, следуя заповеди Б-га. Поэтому Он заповедал нам строить их в седьмом месяце.

Это время дождей, когда люди обычно выходят из шалашей и сидят дома. А мы выходим из дому, чтобы жить в сукке. Так все увидят, что мы исполняем приказ Царя». Тур, Орах Хаим, гл. 625.


Следуя этому же мнению, можно добавить, что, поскольку в

седьмом месяце уже есть праздник сбора урожая и четырех растений, Тора присоединяет сюда и заповедь вспоминать об облаках славы, чтобы не утруждать евреев организацией дополнительного праздника.

Сукка — напоминание об исходе из Египта, и она больше относится

к маце и Песаху, чем к четырем растениям и седьмому месяцу. Но ее

присоединяют к ним и строят в холодные дни, чтобы это делали во имя

заповеди, а не ради приятной погоды.

Если присмотреться к выражениям в Торе, как мы это сделали

ранее, видно, что исполнение заповеди о сукке в седьмой месяц не

является само собой разумеющимся, как в случае с четырьмя

растениями или с мацой в Песах. Это очевидно, по мнению того, кто

считает, что сукка относится к Нисану, и праздновать семь дней нужно в

соответствии с семью облаками. В Торе написано: «Празднуйте этот

праздник для Б-га семь дней в году» — из-за семи облаков. Но этот

праздник соединяют с седьмым месяцем из-за холода, а не из-за того, что этот месяц по сути своей связан с облаками славы. В Мидраше

( Сифра, Эмор 12)6 мы видим, что был вариант праздновать Суккот в

семь последних дней этого месяца, а не вместе с четырьмя растениями

— с пятнадцатого числа и далее.


6 «И Б-г говорил Моше: скажи сынам Израиля, в пятнадцатый день этого седьмого месяца

праздник Суккот семь дней для Б-га». Чему это учит? Раз сказано: «В суккот живите семь дней», неизвестно, имеются в виду семь первых или семь последних дней. Но когда говорится: «В

пятнадцатый день этого седьмого месяца праздник Суккот семь дней для Б-га», ясно, что это семь

первых, а не семь последних (Сифра, гл. Эмор, 12:1).


Тора сначала говорит о семи днях праздника с четырьмя

растениями, а потом еще о семи днях для сукки. Но в итоге Мидраш

выучивает через «приравнивание», что все это относится к одним и тем

же дням. Это подкрепляет сказанное нами, что сукка и лулав — два

различных явления. Лулав связан с праздником сбора урожая, и у него

есть собственная суть, касающаяся не исхода из Египта, а урожая в

стране Израиля в настоящем времени. А сукка — нечто отдельное,

родственное исходу из Египта и Песаху. Вот почему мудрецы

упомянули, как вариант, праздновать Суккот в семь последних дней

седьмого месяца, после лулава. Но в итоге они приходят к выводу, что

то и другое должно быть вместе.


«Семь дней»


В связи с этим можно объяснить, почему повторяются упоминания

«семь дней» в этом отрывке. Есть несколько отдельных явлений в этот

праздник.

Сначала

Тора

отмечает

семь

дней,

говоря

о

жертвоприношениях. Это связано с сутью сияния святости, соотносящегося с числом семь. Праздники основываются на этом числе, которое отражает совокупность измерений нашего мира. Так свет

Божественного в совершенстве протягивается внутрь измерения этого

мира. Далее Тора отмечает семидневное празднование, говоря о

четырех растениях. Они связаны с числом семь своим количеством: один лулав, один этрог, три ветки мирта и две ветки ивы. К тому же, число семь связано и с их действием — привлечением света к четырем

сторонам света, и потом вверх и вниз из центральной точки (как

известно, это также привлечение света из Даат к «шести концам» — см.

Шаар а-Каванот о празднике Суккот). Таким образом, эти семь дней

имеют свой смысл. Вслед за этим Тора возвращается к семи дням, говоря о сукке, поскольку это соответствует семи облакам вокруг народа

Израиля. И здесь повтор обусловлен тем, что речь идет о новом

явлении.


Праздник сбора урожая


Праздник урожая


Подводя итог, отметим, что из главы Эмор видно следующее: смысл

заповеди сукки — напоминание об исходе из Египта, а у четырех

растений свой смысл. Анализ других глав дает иную картину сути этого

праздника. Прежде всего, в главе Шмот (23:14-17) читаем:


«Три раза празднуй Мне в году. Праздник мацот соблюдай; семь дней ешь мацот, как Я повелел тебе, в назначенное время

месяца Авив, ибо тогда ты вышел из Египта. И пусть не

являются перед лицом Моим с пустыми руками. И праздник

жатвы первых плодов труда твоего, того, что посеял ты в поле, и праздник сбора урожая на исходе года, когда будешь убирать

плоды трудов своих с поля. Три раза в год пусть является каждый

мужчина у тебя перед лицом Господа Б-га».


Отсюда видно, что праздники имеют отношения к работам в поле.

Они называются «праздник расцвета» (Авив) в связи с тем, что на

растениях появляются цветы, «праздник жатвы» в связи с началом

жатвы урожая и «праздник сбора» в связи с окончательным переносом

урожая с поля (в амбары). Тора связывает праздники с периодами

земледельческих работ, что на глубоком уровне соединяет их со

временами года и работой в поле. Мы называем Песах этим словом, потому что Б-г «прошел» ( пасах) мимо домов сынов Израиля, а Суккот

— в связи со строительством шалашей ( суккот). А Тора называет его

«праздником сбора» из-за того, что в это время собирают урожай. Это

учит нас тому, что это не просто праздник, выпавший на время сбора

урожая; само празднование совершается в связи с этим действием —

сбор урожая является достаточной причиной, чтобы праздновать. Так и

у ранних комментаторов: «Все три праздника связаны с плодами земли

— цветение, жатва и сбор» (Рашбам). Рамбан в связи с этим написал:


««Три раза празднуй Мне в году». Далее перечисляется:

«Праздник мацот соблюдай в месяце Авив». Устраивай праздник в

начале весны. Потом говорится, что второй праздник нужно

соблюдать в связи с жатвой первых плодов. А третий — чтобы

был праздником сбора урожая на исходе года, когда человек

собирает плоды своих трудов с поля, чтобы воздать

благодарность Творцу, который хранит законы небес и

производит хлеб из земли для насыщения страждущей, голодной

души полным благом. В этом смысл слов перед лицом Господа Б-

га — Он как господин, обеспечивающий своих слуг. Получив от

Него награду, пусть придут к Нему узнать, что Он им прикажет».


Из слов Рамбана мы видим, что смысл праздников — благодарность

Б-гу за урожай. Это похоже на благословения перед едой или заповеди

плодов четвертого года, когда на четвертом году выросшие на дереве

плоды надо относить в Иерусалим, чтобы поблагодарить Б-га за все

добро, что даровал нам. Также Тора устанавливает три праздника в

соответствии с тремя периодами у растений, чтобы мы благодарили Б-

га и из глубины сердца признавали, что все исходит от Него. Эти

праздники призваны возвысить материальную составляющую жизни

народа Израиля. Евреи обрабатывают поля и этим обеспечивают себя, а Тора соединяет их со святостью и Храмом, чтобы стало известно, что

все — от Б-га. То же приводится в книге «Хизкуни»: праздники — дни

радости изобилию урожая, а Тора заповедала, чтобы радость эта была

освящена через признание, что все это изобилие — благословение

свыше:


«Праздник жатвы — время радости, как написано:

«Радовались перед Тобой, будто радостью жатвы, как ликуют

при разделе добычи» (Ишайя 9:2). «Того, что посеешь ты» — ты

сеешь на поле Господина, поэтому отдай первую часть как

земельный налог, а Владыка, Святой, благословен Он, отдаст ее

Своим служителям. Праздник сбора: радуется человек, собирая

плоды. И когда вы устроите эту радость по Моим заповедям, праздник будет посвящен Мне».


В свете изложенного, мы поймем, что эти праздники относятся

кжизни народа Израиля на своей земле. Кажется, это не просто

напоминание прошлого, чтобы соединить нас с былой эпохой. Они

предназначены для настоящего — нужно собрать урожай поля, материальное благо, и поднять к святости, признавая, что все от Б-га.

Воистину, материальная жизнь может привести к падению — человек

склонен приписывать успехи себе, говоря: «Моя сила и мощь руки моей

доставили мне все богатство». Поэтому Тора установила три праздника

— время, когда человек занят пропитанием — чтобы преисполнился

верой и признанием того, что все проистекает из святости и влияния Б-

га. В связи с этим, мы хорошо поймем, почему Тора заповедует:

«Соблюдай месяц Авив» (Дварим 16:1), чтобы Песах выпадал именно на

весну. Ведь, на первый взгляд, если все это — лишь в память об исходе

из Египта, какая разница, какое это будет время года. В любом случае, получится месяц Нисан, и так ли важно, выпадет ли на зиму или на

лето? Но, поскольку праздники соответствуют временам урожая в поле, их основа и суть связана с сезонами года. Поэтому нужно следить, чтобы Песах выпадал на весну (авив). Иначе не будет «праздником

расцвета», Шавуот не будет связан с первой жатвой пшеницы, а Суккот

— со сбором урожая. Тогда их основа и суть исчезнет7.


7 Добавление в календарь тринадцатого месяца для соответствия лунного и солнечного годов

делается для связи праздников с сезонами года. Рассматривая все это глубже, можно сказать, что

солнечный год - корень цикличности природы. В книге «Тиферет Исраэль» Маараль говорит, что

Солнце - выражение природных ограничений. А Луна - свет Израиля в мире, сила обновления, которая привлекает благо к ограниченным мирам и возвышает их, связывая с верхней святостью.

Сезоны годы находятся под властью времени в рамках цикличности Солнца, а праздники связаны с

лунными месяцами. Они служат частью силы обновления и привлечения Божественности в мир.

Границы природы очень сильны, и цикличность Солнца может спуститься вниз и отдалиться от света

обновления, от Божественной силы, освещающей природу. В этом разрыв между Солнцем и Луной.

Присутствие Луны - света Шхины в нижних мирах очень слабое, в отличие от силы Солнца и

естественных границ. Поэтому мы добавляем дополнительный месяц к году и укрепляем силу Луны, чтобы всегда соответствовала сезонам года и связывала материальную экономическую жизнь с

Божественной силой обновления, поднимая весь уклад жизни народа Израиля на его земле к

вершинам святости Шхины и ее великолепной красоте.


Радость в праздники вызвана изобилием урожая


Размышление над другими отрывками из Торы укрепляет нас в

мысли о том, что все праздники связаны с урожаем. Они призваны

соединить материальное благо со святостью и признанием веры: все

это — благословение Творца. Вот что написано в Дварим (16:1-17):


«Соблюдай месяц Авив и совершай Песах Б-гу Всесильному

твоему, ибо в месяце Авив вывел тебя Б-г Всесильный твой из

Египта ночью... Семь недель отсчитай себе; от занесения серпа

над жатвой отсчитывай семь недель. И совершай праздник

Шавуот Б-гу Всесильному твоему данью доброхотной руки твоей, которую дашь по мере того, как благословит тебя Б-г

Всесильный твой. И радуйся перед Б-гом Всесильным твоим: ты, и сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и рабыня твоя, и левит во

вратах твоих, и пришелец, и сирота, и вдова в среде твоей, на

месте, которое изберет Б-г Всесильный твой для пребывания

там Своего имени. Помни, что рабом ты был в Египте —

соблюдай и исполняй эти законы. Праздник Суккот устраивай у

себя семь дней, когда уберешь с гумна и из давильни своей. И

радуйся в праздник твой: ты, и сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и рабыня твоя, и левит, и пришелец, и сирота, и вдова, что во

вратах твоих. Семь дней празднуй Б-гу Всесильному твоему на

месте, которое изберет Б-г, ибо благословит тебя Б-г

Всесильный твой во всем урожае и во всех произведениях рук

твоих, и будешь только радоваться. Три раза в году пусть

явятся у тебя все мужчины перед Б-гом Всесильным твоим на

место, которое Он изберет: в праздник Мацот, в праздник

Шавуот и в праздник Суккот, и пусть не являются перед лицом Б-

га с пустыми руками. Каждый (принесет) дар руки своей, по

благословению Б-га Всесильного твоего, какое тебе даст».


И здесь мы видим связь праздников с земледельческими работами.

В целом, видны две вещи, на которые указывает Тора. Первое —

радость. Человек радуется экономическим успехам, богатству, полям и

урожаям. Но Тора учит: «Радуйся перед Б-гом Всесильным твоим». Это

не должно стать внешней радостью, оторванной от всего святого, но

радостью, наполненной верой и признанием того, что все приходит от

Него. Еще более явным образом мы видим это в словах о Суккот в этом

же отрывке: «И радуйся в праздники... Семь дней празднуй Б-гу

Всесильному твоему... Ибо благословит тебя Б-г Всесильный твой во

всем урожае и во всех произведениях рук твоих, и будешь только

радоваться». Причина радости — видение милости Б-га и Его

благословения по отношению к нам. Такая радость полна святости, признания Его доброты и большой любви к нам. Он благословляет нас

всеми благами и дарует успех во всех делах. Второе, чему учит Тора —

приобщению к этой радости всех обездоленных. Нас учат: не радуйся в

одиночку. Это изобилие не принадлежит тебе — оно от Творца. Поэтому

открой руку и прими других — пришельца, сироту, вдову и левита, живущих в твоем городе. Все они — дети Б-га, которых Он возлюбил

всем сердцем. Все, что ты заработал, — не твое, ибо из рук Творца ты

получил это изобилие. Поэтому по мере благословения с Небес, и ты

будь щедр с обездоленными. Радуйся с ними и радуй их перед Б-гом

(см. также беседу об ушпизин).


Праздники — напоминание о Египте или радость от земли

Израиля?


Становится ясно, что праздники связаны с сельскохозяйственными

работами и циклами и с тем, что растет на Земле Израиля. Возникает

еще вопрос. С одной стороны, мы видим, что праздники установлены в

память об исходе из Египта и даровании Торы. Песах — напоминание об

Исходе, поэтому нам заповедано есть мацу и приносить особую жертву.

Шавуот — день дарования Торы. Хотя Тора не упоминает, что праздник

Шавуот в честь дарования Торы, об этом говорит совпадение по дням.

Мы также видим, что заповедь сукки связана с памятью об исходе из

Египта, как сказано: «Чтобы знали поколения ваши, что в суккот поселил

Я сынов Израиля, выведя их из страны Египта». А с другой стороны, все

праздники

соответствуют

временам

года

и

сезонам

сельскохозяйственной работы. Они связаны с настоящим —

экономической жизнью в стране Израиля — больше, чем с памятью о

прошлом исходе из Египта и всем, что произошло тогда. Поэтому

возникает вопрос: в чем все-таки суть праздников? Являются они

напоминанием об исходе из Египта или освящением работы в стране

Израиля? Это действие в настоящем или связь со светом из прошлого?

Мы не станем пускаться в объяснение всех праздников, сконцентрируемся на Суккот. Здесь этот вопрос особенно важен, потому

что, на первый взгляд, нет почти никакой связи между суккой и исходом

из Египта, и подчеркивается связь между суккой и сбором урожая. Куда

же отнести праздник Суккот и заповедь сукки — к исходу из Египта или к

радости сбора урожая?

Добавим два тезиса, чтобы усилить связь между Суккот и сбором

урожая. Во-первых, Тора в приведенном отрывке из книги Дварим

говорит: «Праздник Суккот совершай у себя семь дней, когда уберешь с

гумна и из давильни своей». Мудрецы учат отсюда (Сукка 12 а), что

сукку надо строить из отходов гумна и давильни. Иными словами, покров

для нее должен состоять из того, что растет на земле и не принимает

нечистоту. Это свидетельствует о связи между суккой и урожаем.

Человек собрал все с поля, отнес урожай на гумно, выжал виноград, чтобы сделать вино. И тут Тора говорит: возьми остатки и сделай из них

шалаш, пусть это будет в благодарность Б-гу за полученное благо.

Человек берет из остатков на гумне и давильне и живет в этом, чтобы

подчеркнуть, что его амбары и винодельни были благословлены. В

Сифре (Эмор 17) толкуют фразу: «Чтобы знали поколения ваши, что в

суккот...» Там говорится: «Это учит нас тому, что сукка — тоже

напоминание об исходе из Египта». Похоже, исход из Египта не главная

идея сукки. Ведь если бы вся ее суть сводилась к напоминанию о нем, не говорили бы слова «тоже», но сказали бы: «Отсюда видно, что сукка

— напоминание об исходе из Египта». Именно потому, что, на первый

взгляд, главное в ней не в памяти об Исходе, а в чем-то другом, Сифра

говорит, что, как бы то ни было, исход из Египта тоже связан с ней, и она

от него не оторвана. Такой, судя по всему, вывод можно сделать из

выражений Сифры.


Соотношение между памятью об исходе из Египта

и праздниками урожая в земле Израиля


Мнение Рашбама — Египет как «средство» для сбора урожая


Вернемся к нашему вопросу: в чем суть сукки и праздника —

напоминание об исходе из Египта или радость сбора урожая?

Рашбам старается разрешить этот вопрос. Он говорит, что суть

Суккот связана со сбором урожая. Но Тора заповедала также жить в

шалаше, чтобы мы помнили, откуда пришли. Рашбам объясняет, что

память об исходе из Египта и хождении по пустыне учит нас тому, что

там у нас ничего не было, мы восстали из праха. Это нужно, чтобы в

стране Израиля, в полном довольстве, мы не возгордились, не

возомнили о себе и не стали связывать эти успехи с собственными

силами. Мы видим, что в главе Экев (Дварим 8:3-18) Тора объясняет, что вся цель похода по пустыне и милостей Б-жьих, проявленных к нам, в том — чтобы мы признали: это Б-г дает нам все, и не возгордились

после прихода в страну Израиля:


«И Он смирял тебя, и томил голодом, и питал тебя маном, которого не знал ты, и не знали отцы твои, чтобы дать тебе

понять, что не хлебом одним живет человек, а всем, что исходит

из уст Б-га, живет человек. Одежда твоя не ветшала на тебе, и

нога твоя не распухала... И познаешь в сердце своем: как

наставляет человек сына, так Б-г Всесильный твой наставляет

тебя. Соблюдай заповеди Б-га Всесильного твоего... Ибо Б-г

Всесильный твой введет тебя в землю хорошую, в землю потоков

воды, ключей и источников, текущих в долинах и в горах...

Берегись, чтобы ты не забыл Б-га Всесильного твоего... Может

быть, когда будешь есть и насытишься, и дома хорошие

построишь, и будешь жить в них, и размножится твой крупный и

мелкий скот, серебра и золота у тебя будет много, и всего у

тебя будет много, возгордится твое сердце, и забудешь Б-га

Всесильного твоего, выведшего тебя из страны Египта, из дома

рабства, проведшего тебя по пустыне великой и страшной, где

змеи, аспиды и скорпионы, где жажда и нет воды, источившего

для тебя воду из скалы кремнистой, кормившего тебя в пустыне

маном... Вспомни Б-га Всесильного твоего, ибо это Он дает тебе

силу добывать богатство».


Это показывает, что цель чудес после исхода из Египта в том, чтобы

мы не возгордились и не возомнили о себе. Следовательно, главное

послание праздника Суккот, — сбор урожая, и суть — благодарение Б-га

и признание того, что все от Него, чтобы человек не впал в

заблуждение, говоря: «Сила моя и мощь руки моей...» Для этого нам

заповедано подниматься в Иерусалим и отдавать Б-гу часть из того, что

даровал нам: «Пусть не являются перед лицом Моим с пустыми

руками». Также заповедано радовать бедных, пришельца и сироту, показывая тем самым, что все от Творца. А о четырех растениях

заповедано, чтобы мы возносили что-то из плодов для заповеди, и это

было выражением радости от изобилия. Вместе с тем, дается заповедь

о сукке, чтобы мы помнили период после исхода из Египта, откуда мы

пришли — и не думали надменно, будто все сделали сами. Вот как

объясняет Рашбам (Ваикра 23:43):


««Чтобы знали поколения ваши» — буквальный смысл

соответствует мнению тех, кто говорит в Талмуде, что это

настоящие шалаши. А причина выражена словами: «Праздник

Суккот совершай у себя, когда уберешь с гумна и из давильни

своей» — когда уберешь урожай земли, и дома твои наполнятся

добром, хлебом, вином и маслом. Чтобы вы помнили, что в

шалашах Я поселил сынов Израиля на сорок лет в пустыне без

городов и земельных уделов. Поэтому выразите благодарность

Тому, кто дал вам землю и дома, полные всех благ, и не будете

говорить в сердце: «Сила моя и мощь руки моей доставили мне

это богатство». Подобное встречается в разделе Экев: «Помни

весь путь, которым вел тебя Б-г Всесильный твой вот уже сорок

лет... и питал тебя маном» (Дварим 8:2). Зачем Я заповедую тебе

сделать это? «Ибо Б-г Всесильный твой введет тебя в землю

хорошую... будешь есть и насытишься... возгордится твое

сердце, и забудешь Б-га... и скажешь в сердце: сила моя и мощь

руки моей доставили мне это богатство. Вспомни Б-га

Всесильного твоего, ибо это Он дает тебе силу добывать

богатство»».


Выходит, суть праздника связана со сбором урожая, а не с исходом

из Египта, в отличие от Песаха. Но использование сукки призвано

укрепить внутренний посыл праздника урожая — признание, что все от

Творца. С этой точки зрения, сукка — это нищета перед богатством.

Человек сидит в своем постоянном и оборудованном доме в стране

Израиля — «хорошие дома построишь и будешь жить в них» — и

склонен впасть в гордыню. Но Тора говорит: выходи во временное

ненадежное жилище и вспомни, откуда пришел. Значит, сукка — как

маца. Одно — «хлеб бедности», другое — «жилище бедности». Они

нужны, чтобы напоминать о рабстве и нищете, которые предшествовали

богатству. Отсюда понятно мнение тех, кто говорит, что это были

настоящие шалаши. Ранее мы спрашивали: если речь идет о шалашах, зачем в связи с ними устанавливать праздник? Это даже не чудо, и нет

здесь особого духовного света. А в том-то и смысл: они выглядят, как

изделия бездомных бедных, и это причина их строить во время

праздника изобилия, чтобы помнить о нищете. Если бы сутью праздника

Суккот была память об исходе из Египта, следовало бы, на первый

взгляд, упоминать нечто особенное и чудесное, ка-кое-то высшее

откровение, а не шалаши, которые были у евреев в пустыне чем-то

естественным и даже ничтожным. Но раз суть праздника — не в

напоминании об Исходе, а в радости от урожая, и нужно, чтобы человек

не пришел к надменности и гордыне от своих успехов, становится ясно, зачем шалаши. Это один из способов исправления человека и

укрепления веры и смирения, что приводит к корню всего — к слиянию с

Б-гом и защите от заблуждения «Сила моя и мощь руки моей...»


Исход из Египта и жизнь в стране Израиля


Таков подход Рашбама: все места в Торе хорошо согласуются, все

направлены к одной сути. Общий корень — праздник урожая, а

напоминание об исходе из Египта — одна из составляющих в нем. Но, по мнению Рамбана и других, трудность все еще остается: Тора

заповедует строить шалаши в память о милости Б-жьей после Египта, когда Творец сделал нам шалаши в холодные времена, в седьмом

месяце. Значит, Суккот — память о прошлом. С другой стороны, ясно, что Суккот — праздник, связанный с настоящим, сбором урожая. А еще

труднее понять это согласно мнению, что суккот соответствуют облакам

славы. Казалось бы, тогда веление жить в сукке призвано напомнить о

великом чуде, произошедшем после исхода. Тогда это похоже на Песах

— праздник, призванный соединить нас с прошлым, напомнить о

чудесах исхода и высшем откровении в то время. То есть в празднике

есть два аспекта — исход и урожай.

Подумаем об отношении между ними. Один напоминает об исходе

из Египта: Песах — это сам исход, Суккот — облака славы, бывшие

после этого, а Шавуот — дарование Торы. Второй аспект — все

праздники соответствуют земледельческим циклам, жизни народа

Израиля в своей стране — цветению, жатве и сбору урожая. Рашбам

соединяет это вместе: праздник совмещает принцип земли Израиля и

исход из Египта. Но земля Израиля связана с богатством, а исход — с

предшествующей бедностью и нищетой. Основа праздника —

возвышение настоящего, богатство, но переживают это с помощью

памяти о прошлом, о бедности. Мы видим, что Тора очень много

описывает наше первоначальное состояние: «И помни, что ты был

рабом» — чтобы человек в настоящем действовал нравственно и

правильным образом. Получается, по Рашбаму, ось, соединяющая

Египет и землю Израиля — это бедность, предшествующая богатству.

Начинаем с позора, а заканчиваем прославлением.


Пустыня в сравнении со эрец Исраэль —

как чудо и естественный порядок


Но можно увидеть соотношение этих двух аспектов с иного ракурса, особенно если следовать мнению того, кто говорит об облаках славы.

Тогда здесь не будет бедности, а напротив — достоинство. Можно

сказать, что различие между исходом из Египта и страной Израиля

подобно различию между чудом и природой — между высшим

раскрытием Б-га и Его облачением в измерения нашего мира и его

границы. При таком взгляде поколение пустыни было открытым

явлением Божественного, которое предшествовало входу в страну

Израиля и облачению в одежды природы и человеческих трудов. Но

главное желание Б-га в мире — страна Израиля, то есть это самое

облачение. Страна Израиля уподобляется Луне, а поколение пустыни —

Солнце во всей красе. Страна Израиля — проявление Божественного

изнутри Израиля, свет Шхины, а поколение пустыни — проявление

Божественного самого по себе, из собственного величия, явные чудеса

(см. Талелей Хаим, Бемидбар, стр. 7 и далее). Внешне, страна Израиля

— это человеческий труд и нечто естественное, а по своей внутренней

сути она происходит от Творца. Внутреннее измерение природы —

скрытое чудо, Божественный свет, облачающийся внутрь Израиля. Это

соответствует Луне, получающей свет от Солнца. Но это влияние

скрыто, не проявлено, и так должно быть, чтобы дать место Шхине и

Израилю. Но тут есть опасность: можно забыть, где Источник, забыть, что все приходит от Творца, и связать все с естественными причинами.

Это обычно приводит к забвению Б-га и к страху и тревогам от мысли, будто Он покинул землю, и теперь все зависит лишь от людей и их

ухищрений.

Поэтому нам заповедано помнить об исходе из Египта и поколении

пустыни, чтобы углубляться и познавать Божественное измерение, которым все управляется. В поколении пустыни оно было явлено на

глазах у всех, а поколение, поселившееся в стране, Б-г словно покинул, на самом же деле, ушел внутрь и скрылся в глубинах трудов

человеческих в виде Шхины. Следовательно, Б-г всегда с нами и, по-

настоящему, это Он делает все. Мы учим это, размышляя об исходе из

Египта. Как говорит Рамбан в конце главы Бо8, это и есть цель исхода —

помнить всегда, что Б-г делает все и управляет всем, даже если глазам

людей представляется, будто действия принадлежат людям из плоти и

крови.


8 «А теперь я сообщу тебе общий принцип, касающийся смысла многих заповедей. С тех пор, как появилось служение идолам в мире, то есть со времени Эноша, в воззрения людей по вопросам

веры стали проникать заблуждения. Некоторые отрицали самое главное и говорили, что мир

первичен. Они отрицали Б-га и говорил: «Не Он это». Другие отрицали Его частное провидение, говоря: «Как узнает Б-г, и есть ли знание у Него?» (Теилим 73:11). Некоторые признавали Его знание, но отрицали провидение, представляя людей, словно морских рыб, за которыми Б-г не

присматривает, и над которыми нет награды и наказания. Они говорили: «Бросил Б-г землю». Но

когда Б-г благоволит к целой общине или к отдельному человеку и совершает с ними чудо, изменяя

естественный ход событий и природу, всем становится ясна ошибочность этих мнений. Чудесное

знамение указывает, что у мира есть Б-г, который создал его, знает, присматривает и может все. А

если это чудо изначально предрекается пророком, выясняется и истинность пророчества - Б-г говорит

с людьми и открывает тайны Своим служителям пророкам. Таким образом, вся Тора утверждается

вместе с этим. Поэтому Писание говорит о чудесах: «Чтобы ты знал, что Я Б-г на земле» (Шмот8:18).

Это указывает на провидение - Он не оставил землю на волю случая, как думают некоторые. И

говорится (там же 9:29): «Чтобы ты знал, что Б-гу принадлежит земля». Это указывает на сотворение: все принадлежат Ему, ибо Он создал все из ничего. И говорится (там же 9:14): "Чтобы ты знал, что

нет подобного Мне на всей земле". Это указывает на Его возможности: Он властвует над всем, и

никто Ему не помешает. Во всем этом египтяне сомневались или отрицали это. И знамения и чудеса -

верные свидетели, помогающие поверить в Творца и во всю Тору. И поскольку Всевышний не станет

совершать знамение и чудо на глазах у любого злодея или отступника, Он приказал нам, чтобы мы

всегда делали напоминание и знак, что видели своими глазами, и передавали это своим детям, а они

- своим детям, и так до последнего поколения. И Он весьма строго отнесся к этому, назначив

отсечение от Источника за еду квасного в Песах (там же 12:15) и отказ от принесения жертвы Песаха

(Бемидбар 9:13). И обязал написать нас обо всем, что открылось нам из знамений и чудес, себе на

руку и между глаз, а также написать на входах домов в виде мезузы. И мы должны повторять это

устно, утром и вечером, как сказано (Брахот 21): «Истинно и непреложно - по Торе», как видно

(Дварим 16:3): «Чтобы ты помнил день, когда вышел из страны египетской все дни твоей жизни», и

чтобы мы строили сукку каждый год. Подобно этому есть много заповедей в память об исходе из

Египта. Все это должно стать для нас во всех поколениях свидетельством чудес, чтобы они не

забылись, и чтобы отступник не мог открыть рта, отрицая веру в Творца» (Шмот 12:16).

Таким образом, память об исходе — внутреннее измерение реальности, Божественный свет, скрытый во всем, но действующий и творящий все.

В сравнении с этим, страна Израиля — внешнее облачение, людские

дела. Теперь мы сможем, как следует понять два измерения в

праздниках, которые мы встречаем в Торе. Во-первых, Тора говорит, что

праздники соответствуют человеческим трудам в стране Израиля —

урожаю и сельскому хозяйству, на которое опирается вся экономика

людей. Во-вторых, все праздники — напоминание об исходе из Египта, о

явном действии Б-га свыше, о могущественных чудесах. Но, по правде

говоря, здесь нет двух противоречащих друг другу идей, лишь два

измерения, одно — внутреннее, а другое — внешнее. Праздники

сельского хозяйства — цветение, жатва и сбор плодов — призваны

выразить внешний уровень, действия людей в стране Израиля, которые

нуждаются в возвышении и освящении, поскольку со стороны кажется, что земля покинута и принадлежит только людям. Внутреннее

измерение — чудеса исхода, Божественное откровение, бывшее в

пустыне, облака славы и дарование Торы. Все это не только память о

прошлом, но и Божественный свет, действовавший в явной форме в том

поколении. Он «посеян» в утробу женского принципа (Нуква), это свет

Шхины, проникающий в души Израиля, по принципу Луны, которая

получает свет от Солнца и светит через облачения природы.


Внутреннее и внешнее в каждом празднике


Исходя из всего сказанного, мы поймем, что есть глубокая

внутренняя связь между исходом из Египта и цветением растений, между первыми плодами при жатве и дарованием Торы, между сбором

урожая и облаками славы. Облака славы — это Божественный корень

сбора урожая, благодать, исходящая с мужской стороны, высший

Божественный свет. Входя в измерения нашего мира, он облачается в

природу и труды народа Израиля и взращивает в человеке силу

собирать урожай и все, что с этим связано, по принципу «Слава Б-га

соберет тебя» (Ишайя 58:8). «Слава» — это Божественная искра, заключенная в каждой вещи в мире. Шхина называется «Славой», и с ее

помощью все собираются. Ведь Божественный свет — это сила

единства во всем. Общая «слава Б-жья», представляет собой принцип

сукки, которая объединяет и собирает всех, по принципу «Ибо над всей

славой покров» (Ишайя 4:5) — слава охватывает сверху и соединяет

все.

Такая же связь в соотношении цветения с исходом из Египта. Этот

исход в корне представляет собой рождение, от которого протягиваются

во всех направлениях рост и цветение, «распускаются гранаты» (Шир а-

Ширим 6:11). И подобная связь есть также между дарованием Торы и

первинками жатвы пшеницы. Сила созревания и принесения плодов

заключена в Торе, которая основа печати совершенства, тайна

«Берешит». А духовный корень пшеницы, как известно, находится в

знании (Даат). Пшеница считается главной пищей человека, и ее корень

— в Торе, по принципу «Идите, ешьте хлеб Мой» (Мишлей 9:5). Таким

образом, эти высшие откровения праздников подобны мужскому семени, оплодотворяющему женщину, растущему и развивающемуся в ней, чтобы раскрыться и выйти через нее во внешний мир. Но вначале эти

света проявились открыто. Это было в поколении пустыни, когда

влияющая сила была открыта всем. Цель, однако, была не в том, чтобы

так все и осталось, а в том, чтобы пребывать в душах Израиля в

качестве Шхины — чтобы евреи приняли эти света и в силу этого

действовали в рамках человеческих понятий, занимались работой

естественным образом, на земле Израиля и в облачении природы.

Поэтому эти света не являются единственно наследием прошлого.

Вся разница между прошлым и настоящим — в их состоянии. В

прошлом они были открыты, поскольку мужской принцип не был облачен

в женский. А в настоящем, в стране Израиля, он называются «светом, посеянным для праведника» (Теилим 97:11) — этот свет «посеян»

внутрь женского принципа, чудо облачено в законы природы. Свет

Святого, благословен Он, запечатлен внутри Шхины. «Праведником»

называется сфира Есод, передающая благодать женскому принципу

(Нуква). В этом «скрытое чудо». Такое скрытое чудо было у Йосефа-

праведника: казалось, все его труды были подчинены естественному

порядку вещей — он преуспевал в делах, давал верные советы и

обретал связи в обществе — но все это было благом от Б-га, который

«давал успех рукам его». Качество Есод, основа, означает чудо —

мужскую силу, облаченную в женскую и скрытую в ней. В отличие от

верхних мужских уровней, которые не входят в женщину и не

скрываются в ней. В этом смысл слов «Свет посеян для праведника» —

сам праведник засевает свет (мужское) внутрь сосудов (женское), облачает его в измерения нашего мира. В этих понятиях скрыта

большая глубина9 (см. Талелей Хаим, Берешит, гл. Ваешев-Микец).


9 Рамак объясняет суть сукки и различие между тем, что раскрывается через нее, и тем, что

раскрывается в Песах: «Сукка - соединение Тиферет и Малхут, но в основном Малхут. Имеется в

виду, что иногда соединение Тиферет и Малхут происходит благодаря пробуждению мужской

стороны, и тогда мужское становится главным, а женское скрывается в нем. Но в случае с суккой

наоборот: основа единения принадлежит женской стороне, и она проявлена, а мужская скрыта.

Поэтому их соединение упоминается под женским названием» (Пардес Римоним, врата 23, гл. 15).


Связь между сбором урожая и облаками славы, цветением и

исходом из Египта, жатвой и дарованием Торы существует в силу того, что у каждого предмета в нашем мире есть духовный корень в мире

Божественном. Верхний корень материального процесса сбора урожая

— это и есть облака славы наверху, и так же в остальном. Углубившись

еще больше, отметим, что сбор урожая и жатва — это элементы

изменения времени. Они появляются в порядке времен, как сказано:

«Более во все дни земли сеяние и жатва, холод и жара, лето и зима, день и ночь не прекратятся» (Берешит 28:22). Как в нашем мире есть

видимые для нас смены времен года, так есть и духовные корни у

порядка времен. С этой точки зрения, облака славы, исход из Египта и т.

д. относятся к проявлению Божественности во времени. Это время в

духовном смысле слова — корень для такого явления, как время, в его

материальном отражении.

Следовательно, здесь нет двух отдельных плоскостей, но лишь два

измерения одного и того же. Одно из них касается корня в

Божественном, или чуда, а второе — его проявления в видимых мирах, или природы. Так мы можем объяснить и мнение, согласно которому

суккот соответствуют облакам славы, и сказать, как это связано с

праздником урожая. Ведь духовный свет облаков славы — это

настоящий корень сбора урожая на материальном плане. С помощью

этого, можно понять Рамбана и других комментаторов, которые считают, что есть глубокая связь между исходом из Египта и праздником урожая, хотя со стороны кажется, что эти явления связаны с разными

причинами. Здесь есть настоящее и земля Израиля, а напротив —

прошлое и исход из Египта. Но все равно, в корне все это едино. Вместе

эти понятия выстраивают полное здание праздника в совершенстве.


Суккот — будущий мир


Для пророка Суккот — это свет будущего


Мы кратко коснулись того, как Тора относится к празднику Суккот, и

увидели, что в ней есть двойное отношение — как к напоминанию об

исходе из Египта и как к празднику сбора урожая. Теперь пойдем

дальше и отметим у пророков нечто еще в связи с суккой. Здесь она

связана с будущим. Память об исходе — это соединение с нашим

великим прошлым, сбор урожая — связь с настоящим, жизнью в стране

Израиля, а у пророка говорится, что сукка — намек на великое будущее, на раскрытие Б-га в конце дней (Ишайя 4:5-6): «И сотворит Б-г над всем

местом горы Цион и над всеми собраниями на ней облако и дым днем и

сияние пылающего огня ночью, ибо над всей славой покров. И сукка

будет днем для тени от зноя и убежищем и защитой от ливня и от

дождя». Еще мы видим у другого пророка, что Суккот станет праздником

будущего, и он окажется испытанием для народов мира (Зхария 14:16-20):


«И будет каждый оставшийся из всех народов, приходивших

на Иерусалим, подниматься из года в год, чтобы поклониться

Царю, Б-гу Воинств, и праздновать праздник Суккот. И будет: то

из племен земли, что не поднимется в Иерусалим, чтобы

поклониться Царю, Б-гу Воинств, — не будет над ними дождя. И

если племя египетское не поднимется и не придет, то не будет у

них поражения10, которым поразит Б-г народы, которые не

поднимутся праздновать праздник Суккот. Таков будет грех

Египта и грех всех народов, которые не поднимутся праздновать

праздник Суккот. В тот день будет на колокольчиках коней

«Святыня Б-гу». И будут котлы в доме Б-жьем как чаши

кропильные перед жертвенником».


10 В этом месте текст построен так, что часть необходимых слов пропущена. Согласно

принятому прочтению: «Не будет у них (разлива Нила), а будет поражение...»


Эти строки говорят о великом будущем, когда святость Б-га

распространится на все сущее. Даже на колокольчиках коней будет

написано «святыня Б-гу» — даже на коней и скот распространится

могучая святость. Ведь «святыня Б-гу» было написано на венце (циц) первосвященника. Это раскрытие великой святости в конце дней.

Праздник Суккот станет этим проявлением святости, и все народы мира

должны будут его отмечать, будучи причастны к ней. Следовательно,

этот праздник выражает пророчество о последних днях: все

объединятся вокруг святого места, даже все народы мира.

И Машиах бен Давид уподоблен сукке, как говорит пророк (Амос

9:11-15):


«В тот день подниму Я падающую сукку Давида и заделаю

бреши в ней, разрушенное восстановлю и отстрою, как в дни

древности. Чтобы унаследовали остаток Эдома и все народы, на

которых названо Мое имя, — сказал Б-г, творящий это. Вот, наступают дни, — сказал Б-г, — когда пахарь сойдется со

жнецом, а давильщик винограда с сеятелем. Горы источать

будут сок, а все холмы растают. И возвращу Я изгнанных из

народа Моего Израиля, и отстроят они опустевшие города, и

поселятся в них, и насадят виноградники, и будут пить их вино, и

разведут сады, и будут есть их плоды. И насажу я их на земле их, и не будут больше вырваны из земли своей, которую Я дал им, —

сказал Б-г Всесильный твой».


Сукка намекает на Машиаха и избавление, и Храм уподоблен сукке, как говорит царь Давид в книге Теилим (76:3): «И будет в Шалеме его

сукка, обитель его — в Ционе». Будущее символизировано суккой: мы

говорим в Суккот, что удостоимся сидеть в сукке из кожи Ливьятана, что

намекает на свет Шхины (Се-фер а-Плиа, со слов «И сотворил»).

Источник этой идеи в книге Иова (40:31): «Наполнишь ли сукку кожей

его». Еще сказано в Талмуде (Авода Зара 3 а), что в будущем Святой, благословен Он, даст народам мира заповедь сукки, чтобы проверить, достойны ли они награды. Затем Он «вынет Солнце из чехла» — намек

на раскрытие Божественности в будущем мире.


В прошлом нет события, которое было бы корнем праздника

Суккот


Итак, из этих источников мы видим, что праздник Суккот связан с

будущим светом, с днями избавления и открытым распространением

святости на все сущее. Ввиду всего этого можно высказать одну

удивительную мысль. Известно, что каждый праздник соответствует

определенному великому событию из прошлого. Мы видим

историческое событие в основе Песаха — исход из Египта, и событие в

основе Шавуот — дарование Торы. Однако для праздника Суккот не

находим существенного события, и даже шалаши, которые евреи

построили, выйдя из Египта, не являются специфическим событием, поскольку оставались с ними все время хождения по пустыне. Это как

раз то, что создало загадку вокруг этого праздника. Может быть, можно

сказать, учитывая цитаты из пророков, что в прошлом не было события, послужившего корнем для Суккот, но праздник этот связан с будущим.

Это искры от великого события, которое ожидает нас впереди, —

могучего раскрытия Божественности, полного избавления, прихода

Машиаха, называемого «суккой Давида», а также сукки из кожи

Ливьятана, означающей распространение света Шхины. Души пойдут

вместе и полностью сольются с «Твердыней, их создавшей». Значит, праздник Суккот — не память о прошлом, призванная дать силу в

настоящем, а праздник будущего, который должен продвинуть мир к

тому, что ждет впереди (см. беседу о Суккот и Храме). В силу праздника

Суккот мы буквально впитываем своим духом могучее распространение

святости, которое совершится в будущем. Благодаря этому мы

действуем, чтобы привлечь ее лучи в наш мир в настоящем, чтобы

возвысить и вознести в свете будущего мира. И можно почувствовать

это и в наше время. Самая сильная тоска по Храму пробуждается в дни

Суккот. Мы вспоминаем о радости Бейт а-Шоэва, когда черпали дух

святости и возливали воду и вино. Глава из Теилим, которую добавляют

в молитву в Суккот — это тоска по будущему избавлению (Теилим 42):


«Как олень стремится к источникам воды, так душа моя

стремится к Тебе, Всесильный. Жаждет душа моя Б-га, Б-га

живого. Когда приду и явлюсь пред Б-гом? Стали слезы хлебом

моим днем и ночью, когда говорили мне весь день: Где Б-г твой?

Об этом вспоминаю и изливаю душу мою, потому что ходил я в

многолюдстве, вступал с ними в дом Б-жий с возгласом радости и

благодарения, среди праздничной толпы. Что же поникла ты, душа моя, и стенаешь? Полагайся на Всесильного, ибо еще

возблагодарю Его; спасение — от Него. Б-же мой, поникла душа

моя, поэтому вспоминаю о Тебе в земле Иорданской, на Хермоне, на горе Мицар. Пучина пучину призывает шумом водопадов Твоих, все валы Твои и волны прошли надо мной».


Итак, по словам пророка видно, что у праздника Суккот другая суть

— не память о прошлом (исход из Египта) и не действие в настоящем

(сбор урожая), а связь с будущим — вечное освобождение, исправление

народов и государств, распространение Шхины «до колокольчиков

коней», притяжение Божественного облака, как сказано: «И сотворит Б-г

над всем местом горы Цион и над всеми собраниями на ней облако и

дым днем и сияние пылающего огня ночью, ибо над всей славой покров.

И сукка будет днем для тени...»


Мнения мудрецов Талмуда о сути сукки


Внутренний смысл и Гмара


Поразмыслив над словами Торы и пророков о сукке, мы подходим к

изречениям мудрецов — к первому обсуждению в Гемаре, в трактате

Сукка. С помощью Б-жьей, попробуем понять глубину его внутреннего

смысла в соответствии с тем, что нашли, размышляя над Торой.

Основанием для нашего анализа здесь послужит сказанное в святом

Зоаре: все слова мудрецов Мишны и Гмары основаны на внутренних

сущностях, на тайнах Торы, а споры по поводу законов упираются в

разногласия в глубинах мысли, в тайнах предметов, к которым эти

законы относятся. «Учителя Мишны и Гмары все учение свое на тайнах

Торы основали» (Зоар 3, 244 б). Само собой, перед нами откроются

удивительные глубины в спорах мудрецов, если мы постараемся, по

милости Небес, соединить эти миры — мир еврейской мысли и глубину

Торы с миром исполнения заповедей, через Гмару и ее комментаторов.

Это два мира, на самом деле являются одним. Лишь из-за

проклятия изгнания они оказались оторваны друг от друга. Вся краса

Торы пала вместе с разрушением Храма, тайны ее скрылись в высях

небесных, а евреи остались только с «четырьмя локтями закона». Но, слава Б-гу, эти миры сближаются и возвращаются в руках Израиля к

совершенству. Постепенно, уже со времени святого Ари и автора «Бейт

Йосеф» (рава Йосефа Каро), их понимание улучшается из поколения в

поколение, пока не превращается в достояние всего народа. Книга Зоар, приготовленная для избавления Израиля, возвращается к еврейским

душам, жаждущим слова Б-жьего. В Тана девей Элияу Зута 16 сказано:

«Слово Б-жье — закон, слово Б-жье — пророчество, слово Б-жье —

конец дней». Значит, и нам нужно возвеличить Тору и укрепить, соединить ее разделы и света — мир закона и сказания, смыслы Торы и

ее практические определения. Но при этом сохранить особенности

каждого раздела: закон устанавливать по правилам закона, а благодать

внутреннего смысла расширять, следуя установленным для нее путем.

И все же «светила» воссоединятся, ибо они действительно едины.

«Тора Б-га совершенна» — не разделена пополам и не разорвана. Это

не смыслы и тайны, лишенные реального выражения, и не действия и

запреты, оставшиеся без смысла и глубины. Это не душа, порхающая в

воздухе, и не тело бездушное. Да поможет нам Б-г почтить Имя Его.


Представление Гмары


Мишна в трактате Сукка (2 а) начинает с закона о сукке выше

двадцати локтей. О ней спорили раби Йеуда и другие мудрецы: раби

Йеуда считает ее пригодной для заповеди, а мудрецы — непригодной.

Гмара начинает обсуждать смысл этого закона. Высказываются три

подхода, и все вращаются вокруг понимания текста Танаха. Разногласие

связано с пониманием самой сути сукки.

По мнению Рабы, причина негодности суки — указание на ее суть в

словах: «Чтобы знали поколения ваши, что в суккот поселил Я сынов

Израиля, выведя их из страны Египта» (Ваикра 23:43). Значит, человек в

сукке должен сознавать, что сидит там — сукка должна быть видна ему.

А само слово «сукка» главным образом указывает на схах (крышу).

Следовательно, нужно видеть и ощущать присутствие схаха. А если он

расположен выше двадцати локтей, он вне поля зрения, и человек не

замечает, что он в сукке. По мнению Рабы, если стены доходят до схаха, сукка пригодна, даже согласно мнению мудрецов. Ведь, глаза обычно

отслеживают стену до ее завершения, и тогда человек замечает, что он

под схахом (Сукка 2 б).

По мнению раби Зейры, основная идея сукки — тень. Он учит это из

слов: «Сукка будет для тени днем» (Ишайя 4:6). Значит, главное для

исполнения заповеди — сидеть в тени схаха. Если он выше двадцати

локтей, то человек внутри находится не в тени схаха, а в тени стен. Это

они из-за большой высоты отбрасывают тень на него. И по этому

мнению, если сукка очень просторная, и в ней есть тень от схаха, то

даже если она выше двадцати локтей, мудрецы скажут, что она

пригодна для заповеди (Сукка 2 б).

По мнению Равы, суть сукки — ее функция временного жилища, как

видно из слов: «В шалашах (суккот) живите семь дней» (Ваикра там же

42). Раши объясняет: сукка должна быть шалашом, пригодным лишь на

семь дней, «временным жилищем». Если она выше двадцати локтей, значит, ее строили прочной. Тогда это не временное жилище, а

постоянное. Другое дело — низкая сукка: ничто не доказывает, что она

годится для постоянного проживания, ведь ее можно сделать и для

временного. По мнению Равы, если сукка выше двадцати локтей, она в

любом случае будет непригодна для заповеди, согласно мнению

мудрецов, потому что является постоянной, а не временной (см. Ритва к

Сукка 2а, а с другой стороны — Тосафот 7 б со слов «все они»).

Нам нужно понять глубину их спора о сути сукки, поскольку каждый

указывает нечто иное. Для Рабы это — осознание и память с помощью

схаха, для раби Зейры — тень, для Равы — временное жилище. Их

позиции, в основном, следуют из толкования текста Торы. Каждый

выбирает свое место в ней и оттуда учит, что такое сукка вообще, а

заодно и причину ее непригодности, если она выше двадцати локтей.

Стоит ли говорить, что размышление над цитатами из Торы, которые мы

рассматривали прежде, — безусловный корень понимания спора

мудрецов? Попробуем, с Б-жьей помощью, понять их подходы в свете

того, что мы увидели прежде, объясняя цитаты из Танаха.


Мнение Рабы — напоминание об облаках славы


Согласно мнению Рабы, главное в сукке — чтобы глаза могли

смотреть на схах, а это должно пробудить память о великих чудесах. То

есть суть сукки — напоминание о чудесах исхода из Египта: «Чтобы

помнили поколения ваши, что в суккот поселил Я сынов Израиля».

Поэтому причина непригодности сукки, если она выше двадцати локтей,

— в оторванности от схаха. Человек не осознает и не замечает, что

сидит в сукке, и в мыслях своих не связан со схахом. Согласно Рабе, сукка должна поднимать взгляд человека кверху. Он должен смотреть на

схах, на то, что наверху (см. Бах, ОрахХаим, гл. 625). Похоже, Раба

считает главным в сукке — напоминание об облаках славы. Как облако

покрывает сверху, так должен и человек смотреть на схах и вспоминать

великие чудеса, связанные с этими облаками. Мы видим у Раши (со

слов «чтобы помнили») в начале Гмары объяснение мнения Рабы: он

говорит, что буквальный смысл Торы указывает на облака славы.

Следуя этому мнению, данная заповедь выражается в осознании

человека, в силе его мысли. И это указывает на важность сукки, которая

призвана напоминать о духовной реальности, абстрактной и

возвышенной. Взгляд и разум — это абстрактные силы в человеке, с

помощью которых он связывается с высокими духовными светами.

Сукка — это заповедь размышления о Божественном, подъем от

измерений этого мира к тонкому свету. В этом суть взгляда на схах —

нужно смотреть вверх и углублять осознание могучих чудес, явленных

при исходе из Египта, — облаков славы. Тора соединяет нас со скрытым

измерением, проявленным в исходе из Египта. Человек сидит дома, в

потоке своей естественной материальной жизни, а Тора указывает ему: выйди в сукку, к лучам облаков славы, взгляни вверх и пробуди свое

сознание, связывая его с Божественным откровением.

По мнению Рабы, сукка — одна из заповедей, предназначенных

напоминать нам об исходе из Египта. Времени огромного чуда, Божественного откровения и времени нашей веры, когда мы познали

Того, по слову которого был сотворен мир. Его бытие запечатлелось в

наших сердцах, чтобы мы могли возложить наше упование на Него и

прильнуть к Нему, осознать, что нет никого, кроме Него. Это и был исход

из Египта, и это передается нам в каждом поколении с помощью

напоминающих заповедей. И сукка предназначена напоминать нам, что

все от Него, да будет Он благословен. Напоминать о Его безграничной

силе и потрясающем явлении нам. Отсюда мы поймем и выучим, что

даже если в настоящее время не видим Его раскрытия, как при Исходе

— это только внешнее сокрытие. На самом деле, Он всегда с нами, витает над нами в облаке славы, бережет и защищает нас, «как орел

стережет гнездо, над птенцами своими парит».

Следовательно, по мнению Рабы, главное в сукке — схах, но не из-

за тени, которую он отбрасывает, а в силу самого факта пребывания под

ним и размышления о нем. Ведь это искры облаков славы, исходящие от

скрытой и невидимой реальности, которая проявилась для евреев, когда

они выходили из Египта.


Мнение Равы — временное жилище,

шалаши в буквальном смысле


А, по мнению Равы, суть сукки — временное жилище. И выше

двадцати локтей она непригодна из-за того, что такую высокую сукку

человек не может построить как временную. Ведь нужно укрепить ее

стены, чтобы не упала. Тогда получится «постоянное жилище», а Тора

сказала, что нужно жить во временном шалаше. Следуя мнению Равы, мы должны сказать, что суть сукки — ее «временность». Тогда можно

сказать, что Рава связал сукку с праздником сбора урожая: заповедь

жить в сукке — радость человека, когда он собрал урожай. Но поскольку

есть опасения, что он возомнит о себе и решит, что достиг

экономического успеха своими силами, Тора заповедала выйти из

постоянного дома во временное жилище и вспомнить былые годы —

время нашего исхода из Египта в пустыню, где мы испытывали нехватку

всего. Творец дал нам все по милости Своей, у нас же ничего своего не

было. Мы хотим сказать, что идея «временного жилища» возникает, чтобы указать на нищету: нужно выйти из постоянного дома в

ненадежный и обваливающийся шалаш («падающая сукка Давида»). А

цель — быть в состоянии, когда «нет у него ничего своего», быть

зависимым от Б-га. Это соответствует мнению Рашбама в понимании

текста Торы. Он говорил, что главное — праздник урожая. Но человек

должен радоваться Б-гу и признавать, что обязан Ему всеми благами, приглашать бедных участвовать в радости своего обогащения, выйти во

временное жилище и вспомнить начало своего пути, когда был беден и

лишен всего при исходе из Египта.


Раба и Рава — различие между облаками славы и шалашами


Мы видели, что раби Акива и раби Элиэзер разошлись во мнениях: были суккот после исхода из Египта облаками славы или настоящими

шалашами. Кажется, по мнению Равы, речь идет о настоящих шалашах.

Ведь если это облака славы, непонятно, почему сукка должна быть

временным жилищем, непрочным и неустойчивым. Если она

символизирует облака славы Б-жьей, так должна быть чем-то

роскошным, могучим и крепким. Нет ничего славного для Б-га, если мы

сделаем в память о Его облаках подобие хилого и шаткого жилища!

Разве в том Его слава, чтобы мы напоминали о Его облаке с помощью

такого жилища? Вместо этого приходится сказать, что, по мнению Равы, считающего сукку временным жилищем, в пустыне были настоящие

шалаши. А значит, можно сказать: по его мнению, суть заповеди жить в

сукке в праздник — не для напоминания великих чудес исхода из Егитпа.

Ведь основа этого праздника — не в чудесах, а в праздновании в стране

Израиля, сборе урожая. Все же память о том, что было в Египте, призвана стать одним из составляющих в этом празднике, чтобы мы не

возомнили о себе лишнего из-за нынешнего блага, а помнили свое

прошлое.

А Раба считает, что речь идет об облаках славы, и сукка

символизирует именно их, как объяснялось выше. Поэтому, согласно его

подходу, главное в этой заповеди — смотреть на схах. По мнению Рабы

мы видим, что сукка может быть очень крепкой, как постоянное жилище.

Ведь Гмара говорит, что с его точки зрения сукка выше двадцати локтей

не годится, если стены не доходят до крыши. Тогда есть опасение, что

человек не увидит схаха. Но если стены доходят до него, глаза, глядя на

стены, естественно доходят до крыши. В итоге, человек видит схах и

помнит о смысле пребывания в сукке. Значит, по мнению Рабы, сукка

может быть и выше двадцати локтей, если стены достигают крыши, и ее

можно строить прочной, как постоянное жилище. Это хорошо подходит

для того, кто считает, что суккот соответствуют облакам славы. Тогда и

вправду их надлежит делать прочными и роскошными, в память о тех

облаках.


Временное или постоянное —

облака славы или настоящие шалаши


Учителя Мишны, раби Акива и раби Элиэзер, разошлись во

мнениях, как приводится в Гмаре (Сукка 11 б):


«Как учили: «Ибо в суккот поселил Я сынов Израиля». «Облака

славы это были», — слова раби Элиэзера. Раби Акива говорит:

«Настоящие шалаши построили себе»».


Тут приводится их спор о том, что это была за сукка после исхода из

Египта — облака славы или настоящие шалаши. В других местах в

Гмаре мы встречаем их мнения по поводу разногласия, когда многие

мудрецы спорят о том, должна ли наша сукка быть временным жилищем

или постоянным (Сукка 7б). Мы видим, что раби Акива считает, что сукка

должна быть временным жилищем, как приводится в Гмаре во второй

главе (23а) в связи с суккой на телеге. А в первой главе там (7б) сообщается, что, по мнению раби Элиэзера, сукка должна быть

постоянным жилищем. Исходя из того, что мы обсуждали, можно

объяснить, что корень спора о временности или постоянстве сукки в том, были это настоящие шалаши в пустыне или облака славы. Раби

Элиэзер считает, что были облака славы, и требует строить сукку в виде

постоянного жилья, потому что так надлежит напоминать о тех облаках.

А раби Акива считает, что это были обычные шалаши, и напоминать о

них нужно временным жилищем, подобным шалашам в пустыне.

Можно еще добавить, что глубина этого спора в понимании сути

праздника Суккот. Тому, кто говорит, что это были настоящие шалаши, нет смысла устраивать праздник в связи с ними, поскольку это

естественная вещь, и нет в ней никакого великого чуда, достойного

напоминания. Согласно этому подходу, остается сказать, что суть

праздника Суккот объясняется в Торе в словах о сборе урожая. Суккот

— радость от урожая, а не напоминание об исходе из Египта. Заповедь

жить в сукке — лишь средство, чтобы эта радость проходила в святости; средство, напоминающее о днях нищеты после исхода, а также о

бедности человека в его частной жизни. Это приводит человека к

благодарности Б-гу за то, что Он благословил его в «стране жизни», при

сборе урожая. Но для того, кто считает, что суккот символизируют

облака славы, суть праздника — напоминание об исходе из Египта. А

облака славы были великим чудом, о котором следует помнить и

устраивать праздник в его честь, чтобы вместе с ним помнить и о

Божественном откровении свыше. Ведь есть праздник в связи с

рассечением Тростникового моря и в связи с самим исходом из Египта.

Так должен быть и праздник, связанный с облаками славы, цель

которого — напомнить явление Б-га и укрепить нашу веру в Него. С этой

точки зрения, сбор урожая — нечто дополнительное в празднике, помимо напоминания об исходе. Четыре растения — заповедь, относящаяся к сбору урожая, а сукка — заповедь, относящаяся к

празднику облаков славы, и нет между ними связи (или же связь, как мы

написали выше, в том, что страна Израиля — это естественный порядок

и природа, а исход из Египта — чудо)11.


11 Стоит отметить, что, по Зоару, Суккот символизируют облака славы (3, 103б), а в другом

месте (предисловие к Тикуним и др.) написано, что есть глубокая связь между суккой и четырьмя

растениями. Сукка - это «мать, возлежащая на детях», а «дети» - четыре вида растений. Следует

изучить, как согласно Зоару понимать текст Торы. Да осветит Б-г наши глаза светом Торы Своей.


Источник мнений Рабы и Равы —

спор мудрецов Мишны


Отсюда мы учим несколько вещей. Прежде всего, спор Рабы и Равы

о причине негодности сукки выше двадцати локтей — продолжение

спора мудрецов Мишны, связана ли сукка с облаками славы или с

обычными шалашами. Если с облаками славы, то суть сукки —

напоминание, которое дает схах, подобный облаку, а сама заповедь, в

основном, выполняется в уме человека. Поэтому о сути сукки учат из

слов: «Чтобы знали ваши поколения...» И согласно такому подходу сукка

должна быть постоянным жилищем, а, значит, может быть выше

двадцати локтей, если крыша видна, хотя стены в этом случае придется

строить очень крепкими. С другой стороны, по мнению того, кто считает,

что это были обычные шалаши, суть сукки — память о бедности

прошлого, о шалашах, а значит, она должна быть временным жилищем, напоминающим о бедности и нищете, с которой начался наш путь.


Корень спора мудрецов Мишны —

различия в выражениях Торы


Кроме того, мы выучили, о чем спор мудрецов Мишны. Они

разошлись в понимании сути праздника — связан он со сбором урожая

или с напоминанием об исходе из Египта. Кто говорит, что суккот

символизируют облака славы, для того ясно, что это в память об исходе

и произошедших тогда чудесах, а связи с урожаем почти нет — это

нечто постороннее. И он считает, что главная фраза в Торе, говорящая

о сути праздника, — это: «Чтобы знали поколения ваши...» Согласно

этому мнению, суть всех праздников — в памяти об исходе, а цветение, жатва и сбор — довольно второстепенные явления, которые лишь

сопровождают празднование. Но для того, кто говорит, что суккот

соответствуют настоящим шалашам, нет смысла устраивать праздник в

память о шалашах, поскольку в этом нет великого чуда, и даже наоборот

— суккот призваны напомнить о бедности прошлого, чтобы мы не

возгордились. Согласно этому подходу, главная суть праздника — сбор

урожая, а сукка — в память о шалашах в пустыне, и это средство

правильно провести празднование урожая — благодарить Б-га и

признавать, что все от Него, не думая о себе лишнего и не говоря: «Моя

сила и мощь руки моей добыли мне это богатство».


Мнение раби Зейры — тень и тайна будущего мира


Перейдем к размышлению над словами раби Зейры. По его мнению, смысл непригодности сукки выше двадцати локтей связан с тенью. Когда

стены выше двадцати локтей, тень возникает от них, а не от схаха. А

ведь главный смысл сукки — сидеть в тени. Раби Зейра учит это из слов

пророка о будущем мире: «И сотворит Б-г над всем местом горы Цион и

над всеми собраниями на ней облако и дым днем и сияние пылающего

огня ночью, ибо над всей славой покров. И сукка будет днем для тени от

зноя и убежищем и защитой от ливня и дождя». Из слов «сукка будет

для тени» он учит, что суть сукки — это тень. Однако нужно понять, какой в этом смысл.

Для этого обратимся к комментарию рабейну Хананэля в Гмаре

(Сукка 2а). Объясняя слова «сукка будет для тени», он говорит, что

Писание здесь хочет указать нам, что в будущем сукка будет именно и

только тенью, так как единственным, от чего нам понадобится защищать

себя, будет жар солнца, дождь и ливень. То есть в наши дни мы должны

остерегаться множества опасностей и бедствий. Есть враги, несчастные

случаи и так далее. Но в будущем нам не понадобится защита от врагов

и преследователей. Все будет происходить в мире и благоденствии, спокойно и надежно. И дом нам понадобится только для тени, чтобы

защититься от солнечного жара. Такова суть тени в Писании, по мнению

рабейну Хананэля — тень указывает нам на благоденствие души, защиту, мир и свет будущего. Нам не о чем будет беспокоиться, кроме

жары, не будет страха перед врагом или любой бедой, несчастьем и

болезнью.

Мудрецы Талмуда возразили раби Зейре: эта фраза говорит о

будущем мире, о днях Машиаха. Можно ответить на это, сказав, что

раби Зейра считает, что в наше время сукка дает намек на жизнь, которая наступит в будущем мире. Иными словами, по мнению раби

Зейры, сукка — не напоминание о былом и Египте, и не средство

сокрушить гордыню в настоящем, во время сбора урожая. Тайна сукки

связана с будущим — днями освобождения, когда Б-г сотворит над

Ционом и собраниями облако, а сукка будет служить для тени: «И будет

в Шалеме сукка его, и обитель в Ционе». Мы все будем сидеть в сукке из

кожи ливьятана. Этот будущий свет скрыт внутри заповеди сукки уже в

настоящем, чтобы пробудить нас и продвинуть к этому будущему. Сукка

прячет в своем тайнике свет Машиаха, дух царя Давида, это «падающая

сукка Давида». Исполняя эту заповедь, мы пробуждаем «верхнюю

сукку» — свет Шхины, тайну святилища, чтобы сила ее обновилась, и

избавление пришло в наш мир. А значит, сукка — обращение в будущее, к сиянию того, о чем предрекали пророки, ко дню, когда Б-г совершит

чудесное на глазах всех народов, станет стеной огненной вокруг, и во

славе пребудет внутри нас к избавлению вечному (см. также беседу о

сукке и Храме)12.


12 Из Мидраша тоже видно, что сукка связана с силой будущего. Вот что говорят мудрецы:

«Раби Берахия от имени раби Хелбо сказал: Пока был в Шалеме, сделал Святой, благословен Он, сукку, и молился в ней, как сказано (Теилим 76): «И была в Шалеме сукка Его, и Его обитель в Ционе".

И что Он говорил? Да будет воля увидеть строительство дома Моего». Молитва Творца в сукке

намекает на будущий свет, скрытый в ней, и на силу обновления мира и его исправления, которая

коренится в ней. Ведь молитва - это доведение всего до совершенства. А молитва в сукке сама

свидетельствует о своей сути - это движение к совершенству, как и ее верхний корень, сфира Малхут.

Но здесь не место обсуждать это.


Мы уже упомянули, что в отличие от Песаха, соответствующего

конкретному событию прошлого (исходу из Египта), и Шавуот

(дарованию Торы), праздник Суккот не связан ни с каким конкретным

событием прошлого. По мнению раби Зейры, так и есть — Суккот не

коренится в прошлом, а восходит к тому, что произойдет с Израилем в

будущем. Это лучи скрытого света, который проявится в совершенном

избавлении. Вот почему мы не находим исторического события для

Суккот — корень праздника в будущем, а не в прошлом. Храм

назывался «суккой», а на Божественное раскрытие намекают, говоря о

«сукке из кожи ливьятана». Машиах бен Давид называется «падающей

суккой Давида». Все принципы избавления содержатся в виде намеков в

празднике Суккот, подобно смыслу понятия «сукка» у пророков. Песах

соответствует исходу из Египта, Шавуот — дарованию Торы, а Суккот —

строительству третьего Храма. Это тайна трех святостей: Израиль, Тора

и Храм (см. Талелей Хаим, Шмот, стр. 71 и далее).

А суть вопроса, если говорить очень кратко, вот в чем. Из святых

книг известно, что все великие уровни, которые откроются в будущем, скрыты в настоящем. Поэтому миры поднимутся на эти уровни: их

сокрытие в настоящем действует в глубине самой реальности, двигая

все к подъему и утончению. В итоге миры окажутся способны принять их

могучий свет. Так учит нас наш учитель святой Ари: «Ибо истинно: то, что в будущем станет постоянным, ныне проявляется изредка благодаря

нашим действиям» («Шаги нашего отца Авраама», издано в «Новых

писаниях рава Хаима Виталя» в издательстве «Аават Шалом», стр. 73).

Следовательно, великий свет будущего действует беспрерывно каждое

мгновение в настоящем. И не только уровень дней Машиаха, света

пророчества и Храма, но и уровни великих будущих миров — тайна

седьмого, восьмого и девятого тысячелетий и так далее. Все они

сокрыты и запечатлены внутри нашего мира и из его глубин действуют

своим могучим сиянием, соединяя все движения реальности и все ее

детали с вершинами Ацилут и верхней чистотой святости. Таким

образом, все движется и поднимается непрестанно. Подобно человеку, который находится высоко и бросает веревку со своих высот тому, кто

сидит в глубокой яме, а затем поднимает его наверх. Нижний конец

веревки находится у дна ямы, но ее начало — на самом верху. Именно

благодаря этому есть возможность поднять упавшего на вершину, ибо

«пленный не может спасти себя из тюрьмы» (Брахот 5б). И так каждый

будущий свет скрыт в виде намека и тайны уже в настоящем. С этой

точки зрения, сукка — это лучи будущего, которые коренятся в чудесном

подарке для Израиля — в радости Суккот, радости духа святого, которая

подобна радости Израиля при возвращении Б-га в Цион (да совершится

это вскоре). Силой этой праздничной радости мы укрепляем наш дух и

дух всего Израиля и поднимаем все к верхним корням Суккот — к

освященному Храму и свету спасения, сияющему над нами.

Итак, раби Зейра говорит, что, в отличие от Песаха и Шавуот, которые являются праздниками прошлого и привлекают силу, пробудившуюся в прежних поколениях, Суккот — праздник будущего, соединенный

с

могучими

светами,

которые

проявятся

при

освобождении. Он направлен на продвижение вперед, на привлечение

этих светов в настоящее, чтобы осветить и наделить блеском нашу

нынешнюю реальность, дать ей сияние и благодать той сукки, что

явится в будущем, — мир, уверенность, благоденствие и

безмятежность, никем не нарушаемую. По мнению раби Зейры, цель

сукки — дать тень, а она указывает на уверенность в том, что можно

положиться на Б-га: «Живущий в верхнем укрытии в тени Всемогущего

обитает... крылом Своим укроет тебя, и под крыльями Его ты

спрячешься» (Теилим 91:1-4). Сукка — наше убежище, истинная

уверенность в Б-ге, а не в войсках и крепостях, не в самолетах и

сильной экономике, не в каких-либо силах этого мира, но лишь в Том, по

слову которого возник мир, в святости нашего небесного Отца: «Крепок

город наш, спасением поставит Он стены и вал» (Ишайя 26:).


Спор в том — относится сукка к прошлому,

настоящему или будущему


Получается, что трое мудрецов Талмуда — Раба, Рава и раби

Зейра — спорят о сути сукки: в прошлом, настоящем или будущем. По

мнению Рабы, сукка — память об облаках славы и исходе из Египта, и

главное в ней — привлечь свет из прошлого в настоящее, насладиться

Божественным сиянием, которое открылось нам в древние дни, в начале

нашего «детства», когда мы только вышли из Египта. А, по мнению

Равы, суть сукки в настоящем — в экономической жизни и сельском

хозяйстве страны Израиля. Она связана с днями сбора урожая, когда

человек должен вспомнить о прошлом и искренне, честно

поблагодарить Б-га, остерегаясь приписать свои успехи себе. И, наконец, раби Зейра относит сукку к будущему — к важнейшему

событию постройки Храма, Божественному откровению в его

величайшем совершенстве. Тогда «смерть будет проглочена навечно» и

исчезнут все царства идолов: «Перекуют свои мечи на орала и копья —

на садовые ножницы; не поднимет народ меч на народ, и не будут более

учиться воевать» (Ишайя 2:4). Израиль будет обитать в тени

Всемогущего, в наслаждении и благодати высшего укрытия. А в

настоящем сукка призвана соединить наш дух со светом будущего, принести оттуда силу и мощь для исправления мира и продвижения

вперед, чтобы все это открылось вскоре и в наши дни.


Глубина спора Рабы и Равы —

пустыня против страны Израиля


Добавим и отметим еще кое-что в связи с сутью их спора и, прежде

всего, о разногласиях Рабы и Равы. По мнению Рабы, главное в сукке —

память о прошлом, о событии исхода из Египта, по Раве главное —

настоящее, сельское хозяйство и земледелие в стране Израиля. Для

Рабы Суккот — память о Египте, а для Равы — праздник сбора урожая.

Значит, Раба подчеркивает значение поколения пустыни, а Рава —

поколения, поселившегося в Израиле и работающего на своей земле. Их

спор восходит к очень высоким корням — к сущностному различию

между поколением пустыни и поколением страны Израиля. Ведь для

поколения пустыни характерно великое Божественное откровение, чудеса и знамения, удивительное провидение со стороны Всесильного, ман, сходящий с неба, вода из скалы, облака славы и сохранение

одежды и платья. С другой стороны, поколение, жившее в стране

Израиля, — это откровение Б-га через природу, через растущий из

земли хлеб, через построенные людьми дома, через ручной труд и

ремесло. Поколение пустыни — раскрытие высшего Солнца, света

Святого, благословен Он, а поколение страны Израиля — проявление Б-

га через Израиль, Луну, свет Шхины (Эц Хаим, врата 32).

Внутренняя сторона этого вопроса — различие между свечением

Рахели и свечением Леи. Известно, что свечение Леи заключает в себе

тайну верхних чудес, это высота души всего народа Израиля, а свечение

Рахели — облачения природы, внешняя сторона и тело (Клалим

Ришоним 32). Но при этом известно, что два эти света — Рахель и Лея, поколение пустыни и поколение страны Израиля — оба святы и чисты, оба вместе строят дом Израиля и совершенство его высоты. Но есть

души, корень которых в поколении пустыни, в свечении Леи, а есть те,

что коренятся в поколении страны Израиля, в свечении Рахели (см.

Талелей Хаим Бемидбар, глава Шлах). Каждая душа по своему корню

имеет больше отношения либо к одному, либо к другому. Отсюда

глубина споров, возникающих на протяжении всех поколений. Они

касаются вопроса о том, какой из этих светов главный —

принадлежащий Леи или Рахели, поколению пустыни или страны

Израиля? Это разногласие выливается во множество споров, как и

основной вопрос: что важнее — чудо или природа? С одной стороны, чудо — великое Божественное раскрытие, которое укрепляет веру и

приводит к близости к Б-гу. А с другой, природа — главное место, где

человек трудится и старается исполнить волю Б-га, который получает

большое удовольствие от того, что Его дети служат Ему в нашем мире и

освящают Его Имя (см. Шабат 53 б). Действительно, многие ветви

разных вопросов и споров отходят от этого большого дерева, от

свечений Рахели и Леи, поколения пустыни и страны Израиля.

Вероятно, и спор Рабы и Равы тоже связан с этим. По мнению

Рабы, главное — свечение Леи, великие чудеса. Поэтому поколение

пустыни было выдающимся поколением, чудесным и высоким, выше

которого не найти. А мы, живущие в стране Израиля, в облачениях

природы, должны изо всех сил черпать свет от этого поколения, стремиться приблизиться к нему. Поэтому суть праздников, с этой точки

зрения, — память об исходе из Египта. Нужно помнить о чудесах, помнить Божественное откровение и привлекать к себе силу чудес, как

это было при исходе. Главное стремление направлено именно к чуду и к

раскрытию Б-га. То есть главное в прошлом, в исходе из Египта, а на все

поколения возложена работа по связыванию с тем чудесным

поколением.

Значит, сукка — напоминание о чуде, облаках славы, а суть

праздника в основном выражена в словах: «Чтобы знали поколения

ваши, что в суккот поселил Я сынов Израиля, выведя их из страны

Египта». Тогда сбор урожая — дело второстепенное. Именно во время

сбора урожая, когда сильнее проявляются труды человека, нам

заповедано оторвать себя от этой материальной оболочки в виде

земледелия и присоединиться к главному — к свету чуда, свету облаков

славы. Вспомнить, что суть жизни нашей связана именно с поколением

пустыни, с их высокими светами, а не с одеждами природы в виде

урожая и т. д. Возможно, работа — проклятие: Адам согрешил, и ему

урезали пропитание, как говорит Гмара в конце трактата Кидушин.

Поэтому в заработке нет самостоятельной причины, чтобы радоваться и

праздновать. Именно в поколении пустыни было исправное состояние, к

которому и надлежит стремиться, по принципу: «Встанут чужие и будут

пасти ваш скот».

А Рава, наоборот, считает сутью Израиля — свечение Рахели, поколение страны Израиля, работу человека в облачении природы, а не

Божественное откровение, приходящее свыше без человеческих усилий

и действий по улучшению мира. С этой точки зрения, хлеб из земли

выше хлеба с неба, поскольку дела человека лучше. Своими

действиями он исполняет заповеди и освящает Имя Творца в мире.

Поэтому главная суть праздников обращена к настоящему, к поколению

страны Израиля, к работе человека и земледелию. А праздники

призваны радовать нас нашим правом трудиться и работать на земле, выращивать святые плоды в стране Израиля и приносить их в Храм, радовать сирот и вдов, пришельца, коэна и левита, воспевать Б-га и

хвалить Его за землю добрую, что Он дал нам. Таким образом, суть

праздника Суккот — не выход из природы к чудесам и к эпохе чудес, оставшейся в прошлом. Напротив, это радость в настоящем, радость

страны Израиля, живущего на ней народа и построенного Храма. Такова

суть праздника и его смысловое содержание. Это именно свечение

Рахели. Впрочем, как бы то ни было, мы, конечно, упоминаем исход из

Египта. Но не ради того, чтобы указывать, будто поколение пустыни и

чудеса — это главное, а только чтобы помочь себе избежать погружения

во внешнюю сторону нашего мира и природы, чтобы всегда помнить: Б-г

дал нам все, и это из Его открытой и простертой руки мы получаем

благословение. Память об исходе и о явленных чудесах нужна, чтобы

укрепить нас в признании внутренней стороны природы в стране

Израиля, то есть скрытых чудес. Б-г пребывает среди нас и

благословляет нас всяким добром.


Раба и Рава


Может быть, уместно сказать, что Раба и по корню своей души был

больше связан со светом Леи, на что можно видеть намек в его имени: гематрии «Раба» )הבר( и «тайна»)זר( равны. Это тайна мира сокрытия.

Поэтому он был «срывающим горы» (Брахот 64б), что указывает на

качество. В противоположность раву Йосефа, прозванному за

количество «Синай»: о нем говорится (Мишлей 14:4): «Много урожая

силой быка» — это принцип Рахели и Йосефа. А Раба происходил из

корня Леи и Йеуды и потому «срывал горы», был сосредоточен в Торе

на качестве, силе анализа и обсуждения. В отличие от большого

количественного охвата, происходящего от принципа Рахели и Йосефа

(мира раскрытия) и принадлежащего раву Йосефу, который много знал.

Вот почему Раба видел, что основа и суть праздника Суккот — память о

поколении пустыни и об исходе из Египта, и сказал, что сукка

символизирует облака славы. Значит, она должна быть постоянным

жилищем, надо украшать сукку, подобную облаку Б-жьему.

С другой стороны, Рава по корню души был связан со свечением

Рахели. Святой Ари говорил, что имя «Рава»)אבר( состоит из тех же

букв, что и «колодец»)ראב( , а это Нуква-Рахель (тайна нижнего

единения, но здесь не место говорить о нем; см. Шаар а-Гильгулим 36).

Поэтому он видел, что главное в празднике Суккот — проявление света, скрытого в земледелии, в стране Израиля и ее плодах. Он сказал, что

суккот символизируют настоящие шалаши, бывшие в пустыне, чтобы

напоминать, откуда мы пришли, и чтобы мы могли признавать Того, кто

дарит нам благо в настоящий момент. Значит, нужно, чтобы сукка была

временным жилищем, чтобы помнить дни бедности, и чтобы в сердце

нашем усилилось желание благодарить Б-га, и мы увидели бы

внутреннюю тайну природы, которая всецело чудесна. Б-г, да будет

благословен, поддерживает в нас жизнь и выводит из мрака к свету, чтобы мы радовались как Его народ в стране Израиля, в сытости, веселии и ликовании, под виноградной лозой и деревом инжира. «В тот

день, сказал Б-г Воинств, позовет человек ближнего под виноградную

лозу и под дерево инжира» (Зхария 3:10).


Раби Акива и раби Элиэзер


Заодно отметим, что, как мы видели, Рава следует подходу раби

Акивы, считающему, что в пустыне были настоящие шалаши, и что сукка

— это временное жилище, поскольку суть праздника в основном связана

со сбором урожая, а она напоминает о бедности, предшествовавшей

богатству, чтобы мы не возгордились. Мы и вправду находим, что раби

Акива считал, что деяния людские прекраснее деяний Б-жьих. Такой

ответ он дал Турнус Руфусу, как приводится в Мидраше (Ялкут Шимони, Ваикра, гл. 12, 547):


«Спросил злодей Турнус Руфус раби Акиву: чьи деяния

прекраснее — Святого, благословен Он, или человека из плоти и

крови? Сказал ему раби Акива: Человека из плоти и крови. Тот

возразил: Но разве можешь ты сделать что-либо прекраснее, чем

небо и земля? Раби Акива ответил: Не говори мне о вещах, которые выше творений, и над которыми мы не властны, но

лишь о том, что существует среди людей. Спросил Турнус

Руфус: Зачем вы делаете обрезание? Ответил раби Акива: Я и

сам знаю, что о таких вещах ты спрашиваешь, и потому

опередил тебя и сказал, что деяния людей прекраснее, чем у

Святого, благословен Он. Поднес ему колосья и пирожные: Эти —

произведение Святого, благословен Он, а эти — произведение

человека из плоти и крови, и разве они не лучше?»


Здесь заключена глубокая мысль, как мы видели выше: основная

слава приходит от деяний человеческих, которые дополняют содеянное

Творцом (по принципу свечения Рахели), а вовсе не от деяний Б-жьих, то есть великих чудес (по принципу свечения Леи), в которых человек не

участвует. Следовательно, подход раби Акивы склоняет к тому, чтобы

возвеличить свечение Рахели — действия людей. Значит, и суть

праздников проясняется в этом аспекте — праздник урожая важнее, поскольку это действие человека. Нужно устанавливать праздник

именно в честь этой радости, а не в честь великих чудес. Тогда и вся

суть сукки будет выражаться во временном жилище, шалаше, чтобы

помнить о бедности, бывшей перед богатством. Все удивительно

сходится.

Теперь вкратце отметим мнение раби Элиэзера, спорящего с раби

Акивой и считающего, что суккот связаны с облаками славы. Суть

праздника — память о чудесах исхода из Египта. Подход раби Элиэзера

известен: он превозносит важность чуда и высшего вдохновения, как мы

видим в споре между ним и раби Йеошуа по поводу печки, в которую

заползла змея. Там раби Элиэзер доказывал свою правоту чудесами, пока раби Йеошуа не встал и не сказал, что Тора — не на небесах. Он

имел в виду, что сила мысли мудрецов, уровень природы, побеждает, ибо она важнее чудес и знамений дивных, по принципу «Мудрец лучше

пророка». Раби Элиэзер был единственным в своем поколении: «Имя

первого — Элиэзер» (Шмот 18:4), и о нем сказано: «Глаз не видел

Творца — кроме тебя» (Ишайя 64:3). Это тайна сияния чудес Б-жьих. Но

раби Йеошуа и раби Акива не соглашались с ним, показывая, что

главное — действия людей. Спор их, как известно, тянется из более

высоких корней — из спора дома Шамая и дома Гиллеля. Раби Элиэзер

был одним из учеников дома Шамая, а раби Йеошуа и раби Акива

продолжали путь старца Гиллеля. Выходит, спор о том, были ли это

настоящие шалаши или облака славы, временное жилище или

постоянное, праздник урожая или исход из Египта, — все это упирается

в спор дома Шамая и дома Гилеля. И одно другое подтверждает, ибо мы

находим в Гмаре прямым текстом, что в доме Шамая считали, что сукка

должна быть постоянным жилищем, а, по мнению дома Илеля —

временным (Сукка 7 б). «Учение Б-га совершенно, оживляет душу». Нет

ничего слаще Торы!


Раби Зейра — тайна единства светил в будущем


В отличие от Рабы и Равы, раби Зейра связывает праздник Суккот

именно со светом будущего — столь возвышенным, что в нем

соединятся вместе два светила. Парцуфы Рахель и Лея объединятся, по

принципу «Дерево Йеуды и дерево Эфраима будут едины в руке твоей».

Они не будут больше соперничающими сестрами, но одной душой. Наш

отец Яаков взял в жены двух сестер и духом своим объединил два мира

— этот мир и будущий, свет чуда и природу объединил в общее здание.

Об этом сказано: «Не зайдет больше Солнце твое, и Луна твоя не

скроется» (Ишайя 60:20), «Кто она, выглядывающая, как заря, красивая, как Луна, ясная, как Солнце?» (Шир а-Ширим 6:10). «Кто» (ми) и «Эта»

(зот) вместе — это Рахель и Лея в одном великом и могучем свете, Солнце и Луна в совершенстве. Это свет будущего, тайна сукки (слово

«сукка» в числовом значении дает 91), равного числу имен «Авая» и

«Адонай». Это совершенное соединение света Святого, благословен

Он, и Шхины — поколения пустыни и поколения страны Израиля.

Таким образом, раби Зейра видит свет двух других мнений — и свет

поколения пустыни, облаков славы, и страну Израиля, сбор урожая. Он

объединяет их в свете будущего, того времени, когда соединятся два

мира и две сестры — Рахель и Лея, вместе построившие дом Израиля.

Это соединение произойдет силой Машиаха, который объединяет весь

дом Израиля, и чудо, и природу. О нем сказано (Ишайя 11:3): «И

исполнит его духом страха Б-жьего». Числовое значение имени «Зейра»

)אריז( — «запах»)חיר( . Это запах, о котором Ицхак сказал о Яакове:

«Смотри, запах сына моего, как запах поля, которое благословил Б-г»

(Берешит 27:27). Это свет будущей сукки, благоухающей райскими

маслами.

Да будет воля, чтобы мы поскорее удостоились распространения

Божественного света на нас и на гору Цион, в облаке Б-жьем и в облаке

воскурений: «И была в Шалеме сукка Его, и обитель Его в Ционе»

(Теилим 76:3). Это будет раскрытие Творца, сжигающее всех врагов

наших, но дающее наслаждение и благодать нашим душам, с приходом

праведного Машиаха и вечным избавлением, вскоре в наши дни. Амен, амен!


«В СУККОТ ЖИВИТЕ СЕМЬ ДНЕЙ»

СЕМЬ СМЫСЛОВ СУККИ


Суть сукки


Различные смыслы сукки


У каждой заповеди, как известно, есть своя суть — духовный смысл, связанный с ее корнем и стоящий за всеми ее частными законами.

Шофар, тфилин, цицит и маца — все это заповеди, основанные на

духовном свете. Внутренний корень воплощается в практическом

действии. Так и сукка — основная заповедь праздника Суккот — имеет

над собой духовный корень, который является сутью и внутренним

значением

практического

действия,

то

есть

строительства

материального шалаша из древесины и веток. Но в отличие от многих

заповедей, духовная суть которых предстает нам ясным образом, когда

мы размышляем над толкованиями мудрецов в Зоаре и в разных местах

в книгах по внутренней части Торы, для сукки можно найти много

объяснений и много разных смыслов. Они отличаются друг от друга, а

иногда даже противоречат один другому. В итоге рав Моше Кордоверо в

книге «Пардес Римоним», в разделе, где он объясняет скрытые смыслы

понятий Торы (это сделано наподобие словаря и сжатого введения к

духовному значению многих понятий), подходя к вопросу о сукке, пишет

(врата 23, гл. 15): «В отношении сукки есть множество объяснений у

раби Шимона бар Йохая, мир ему. В одном месте он говорит... а в

другом месте говорит... и еще в одном месте... а в Тикуним он

объяснил...»

При всей слабости наших сил постараемся, с милостью Небес, почерпнуть, что можно, из разных источников и упорядочить все это, чтобы с помощью них хоть немного приблизиться к пониманию сущности

сукки и к разнообразию ее светов, чтобы отведать меда и прелести ее

великой святости. Да возвеличит Б-г свет сукки над нами, изливая на

нас силу благословения из всех хранилищ «доброго елея», которые

запечатлены в ней и светят сынам Б-га, сидящим в ней и укрывающимся

в «тени веры».


Вводная часть к семи разделам


Этот раздел имеет основополагающее значение, поскольку служит

введением ко многим законам и подробностям сукки. Все они будут

объяснены различными способами в соответствии с сутью самой сукки.

Фактически, этот раздел — ключевой. В нем мы коснемся на

сущностном уровне нескольких подходов к пониманию сукки. А вслед за

тем, с милостью Небес, мы подойдем к тому, чтобы расширить каждый

из этих смыслов в отдельной главе. Как будет видно в конце раздела, у

сукки имеется семь различных смыслов. Затем последуют семь глав, и

каждая будет посвящена одному из них (каждый смысл можно понять

сам по себе, без связи с общей структурой всех их). Эти семь

соответствуют семи дням Суккот и семи гостям. Каждому дню и гостю

посвящена одна глава. Мы скажем об этом больше в конце данного

раздела.

Отметим, что семь смыслов будут даны в этом разделе без связи с

их относительным порядком, то есть с порядком гостей и дней

праздника. Они будут даны в том виде, как это открылось нам во время

размышления и изучения. В конце мы постараемся, с милостью Небес, упорядочить их (насколько Б-г осветит наш путь), приводя в

соответствие с их духовными корнями, с семью гостями и верхними

качествами. Да осветит Б-г наши глаза светом Торы Своей. Амен и

амен.


Первый смысл — защита от факторов вреда


Главное в сукке — крыша (схах)


Размышляя над Гмарой, над тем, что написали ее комментаторы и

составители сборников законов, мы видим совершенно ясно, что

главное в сукке — это схах. Это отражено во многих местах в Гмаре и у

комментаторов (см. Сукка 2 а, Раши со слов «у которой тень» и со слов

«не властвует глаз»). Само название сукки свидетельствует об этом.

Она так называется в связи со своим покрытием (схах), как об этом

пишет Раши (на листе 12 а): «Везде, где написано сукка, имеется в виду

схах, поскольку стены суккой не называются». Действительно, основные

законы сукки связаны со схахом. Он должен быть сделан из материалов, растущих из земли, должен быть невосприимчив к нечистоте. Закон

«сделай, но не из уже сделанного» тоже относится именно к схаху, а не

к стенам. То же самое — с законом о том, чтобы тени было больше, чем

просветов. Есть, впрочем, и законы, касающиеся стен. Главное — чтобы

они присутствовали. Это разбирается, например, в ситуации, когда две

стены построены целиком, а третья — длиной с ладонь. Но можно

сказать, что данный закон в основном нужен для того, чтобы у этой

конструкции был статус «жилища». Ведь одна лишь крыша без стен

жилищем никак не назовется (см. Ран, лист 2 а; Пней Йеошуа, Сукка 6

б). И, тем не менее, главное в сукке и сама ее суть — это схах. С Б-жьей

помощью, в других главах мы подойдем к системе отношений между

схахом и стенами (см. главу о «постоянном и временном»). На эту тему

в Гмаре и у комментаторов мы встречаем споры и оттуда учим разные

подходы к пониманию сукки: является ли она схахом или включает в

себя также и стены.


Что такое тень?


Значит, прежде всего, нужно понять суть схаха, а благодаря этому, с

Б-жьей помощью, сумеем понять и сущность всей сукки. Центральный

закон о схахе связан с тенью. Мы видим это в требовании «чтобы ее

тень была больше, чем просветы». Тень должна отбрасывать большая

часть схаха. Ктомуже, мы видим, что сукку нельзя строить в помещении, поскольку тень должна падать от схаха (а не от крыши дома)13.


13 О негодности сукки, расположенной в доме, в Гмаре говорится (9 б): «Учили мудрецы: «В

суккот живите» (Ваикра 23:42) - а не в сукке под суккой, не в сукке под деревом, не в сукке внутри

дома. Напротив, слово «в суккот» указывает на две. Сказал рав Нахман бар Ицхак: Написано «в

сукат» с пропущенной буквой». Из того, что это слово написано с пропущенной буквой Вав, т. е. оно

стоит в единственном числе, Гмара учит, что нельзя сидеть под двумя покрытиями. Отсюда видно, что сукка внутри дома непригодна из-за схаха - человек сидит под двумя покрытиями. И также, если

крыша дома сделана из того, что не годится для схаха, сидящий внутри тоже находится под

неправильным покрытием. Но можно понять Гмару и другим образом: из того, что слово «сукат» стоит

в единственном числе, главным образом учат о непригодности сукки под деревом или под другой

суккой. А сукка внутри дома не подходит вследствие самой заповеди «жить в сукке», поскольку

пребывание в ней вообще не считается проживанием в сукке. Ведь дом построен как постоянное

жилище, и это снимает статус сукки - человек словно живет в доме. Значит, непригодность сукки

внутри дома происходит от того, что вся суть ее искажается, когда она построена там, а не только из-

за неправильной крыши (см. Ритба и Арох ле-Нер). Вместе с этим легче понять то, о чем говорят там

Тосафот. Еще можно сделать уточнение из Мишны: «Делающий сукку под деревом словно сделал ее

внутри дома». Мы не встречаем сообщения о непригодности сукки в доме нигде, кроме этого места.

Если же это выучивается из того же источника, что и сукка под деревом, зачем нужно ставить одно в

зависимость от другого? Ясно, что непригодность сукки внутри дома - очевидный факт, в виду закона

Торы «жить в сукке». А Мишна сообщает нам, что сукка под деревом тоже, как будто построена в

доме (см. Хазон Иш 150:15).


Писание прямым текстом учит нас, в чем суть сукки: «И сукка будет

для тени днем» (Ишайя 4:6). Следовательно, нужно понять, что такое

тень, чтобы уяснить себе сущность сукки и схаха. На первый взгляд, тень связана с сутью еще одного фактора — Солнца. Ведь без него тени

не бывает. Она связана с солнцем, поскольку защищает от него.

Получается, для понимания сути тени нужно понять, что такое

солнце, и оба эти понятия образуют наше представление о схахе. Это

мы видим из закона, требующего, чтобы сукка была построена не в доме

и не под деревом (Сукка 9 а). Это учит нас тому, что она должна иметь

прямую связь с небом, то есть фактически с солнцем. Не должно быть

ничего другого, что создает тень — например, дома или дерева. Тень

должна создаваться только самой суккой. Таким образом, она должна

укрывать от солнца, и если нет прямого контакта между солнцем и

суккой, то возникающая тень не может называться «тенью сукки», и

тогда сама сукка непригодна для заповеди. Выходит, между тенью и

солнцем есть тесная связь, и сама суть тени зависит от контакта с

солнцем. Мы должны поразмышлять над соотношением этих двух

понятий, чтобы уразуметь суть сукки и схаха.


Суть Солнца


На Солнце можно посмотреть с нескольких точек зрения, а значит, и

тень можно представить по-разному. С одной стороны, Солнце для нас

— источник света и тепла, и, следовательно, это нечто хорошее. С

другой стороны, это сжигающая сила, полыхающая в своем жаре и

требующая от нас защищаться от нее. Два этих аспекта — это корень

того, что у мудрецов мы находим уподобление Солнца двум совершенно

разным вещам. Во-первых, Сам Всевышний уподобляется Солнцу и его

большому свету, поддерживающему все, как написано: «Ибо Солнце и

щит Б-г Всесильный» (Теилим 84:12). Во-вторых, Солнцу уподоблены

народы мира (Сукка 29 а). Уже у пророков мы находим два аспекта

относительно Солнца: «Солнце праведности с исцелением на крыльях»

(Мала-хи 3:20). Это сказано о Солнце со стороны святости. Напротив

него: «Устыдится солнце» (Ишайя 24:23) — сказано о Солнце нечистой

силы и зла (Тикуней Зоар 24 а, 117 б). Ведь «одно против другого

сделал Всесильный» (Коэлет 7:14). Здесь мы не можем остановиться на

вопросе о том, почему и свет Всевышнего, и народы мира уподоблены

одному и тому же образу. Это объясняется в книгах раби Цадока а-

Коэна из Люблина. (См. «Орот», стр. 115).


Солнце — опасность, тень — защита


Мы подходим к одному из аспектов в понимании Солнца — мы

видим его как нечто опасное: «Никто не скроется от жара его» (Теилим

19:7). От этой жары нам требуется защита (см. Ктубот 30 а, Тосафот со

слов «все в руках Небес»). С этой точки зрения, Солнце выражает

опасность, угрожающую извне, — опасность сухости, пожара. А тень

укрывает и защищает от этих напастей. Если расширить наше

понимание Солнца, отметим, что народы мира по своей внутренней

сущности уподоблены Солнцу, а Израиль — Луне. Это потому, что

Солнце выражает все опасности — и палящий зной, и то, что народы

мира нападают на Израиль и хотят причинить нам вред. Действительно, мы видим, что облака славы в пустыне укрывали и защищали евреев от

других народов. Об Амалеке говорится, что он атаковал тех, кого

исторгало облако (см. Пиркей раби Элиэзер, гл. 43). Огненный столп

тоже разделял между евреями и египтянами: «И не приближались друг к

другу всю ночь» (Шмот 14:20). В связи с этим, представляется, что суть

тени и сукки — защитная крепость для евреев от врагов — как от

народов мира внизу, так и от их ангелов и от нечистых сил наверху.

Например, от злого начала и от извращенных разрушительных сил, которые стремятся увлечь человека вслед за собой, а также и от

материального солнца, которое палит и заставляет человека страдать.


Сукка — Святой, благословен Он,

защищает Своих детей


Итак, одна из сторон в сущности сукки — это защита от напастей и

угроз. С этой точки зрения, все, что находится снаружи сукки, — это

опасности нашего мира, а сама она — «надежная гавань», которую

Всевышний приготовил для детей Своих, чтобы «сидеть в верхнем

укрытии, в тени Всемогущего обитать». Там мы защищены от всех

болезней и можем жить беззаботно и счастливо. Значит, сукка — это

уверенность в Б-ге, наше на Него упование и готовность опереться на

Него: «Крылом Своим укроет тебя, и под крыльями Его ты спрячешься...

не будешь бояться страха ночного, стрелы, летящей днем, мора, во

мраке идущего, и гибели, в полдень разящей» (Теилим 91:4-6). У наших

мудрецов также объясняется, что сукка — это защита от вредителей

(Псикта рава Каане, приложение 2):


«Об этом говорит Писание: «Б-г Господь мой, сила спасения

моего, прикрыл Ты мою голову в день войны» (Теилим 140:8).

Сказал рав Пинхас а-Коэн бен Хама: Когда люди фараона пускали

стрелы, Святой, благословен Он, окружил евреев облаками славы

и укрыл их, и никто не мог им повредить, как сказано: «Облако

Твое стоит над ними» (Бемидбар 14:14). Поэтому говорится:

«Прикрыл мою голову в день войны». Другое объяснение:

«Прикрыл мою голову в день войны» — сказал Святой, благословен Он: В будущем все народы миры придут в страну

Израиля и будут вести войну с ними, и «соберу Я все народы в

Иерусалим на войну» (Зхария 14:2). Что же тогда сделает

Святой, благословен Он? Выйдет и будет воевать с народами, как сказано: «И выйдет Б-г и будет воевать с теми народами»

(там же 3)».


Нечто подобное мы находим в Тикуней Зоар. Там сукка

уподобляется птице-матери, которая лежит на птенцах, чтобы защищать

и укрывать их. Зоар учит, что на ее детей намекают лулав и остальные

растения, которые находятся под покровом матери, защищающей их

(Тикуней Зоар 2 б):


«Об этом птичьем гнезде сказано: «Сукка будет для тени

днем...» Здесь говорится о покрове, которым мать укрывает

своих детей. Ее «птенцы» — это три ветки мирта, две ветки

ивы и пальмовая ветвь. «Яйца» — это этрог, который должен

быть по размеру с яйцо. О тех, кто отмечен ими, написано: «Не

забирай мать от птенцов». Три ветки мирта намекают на трех

отцов, две ветки ивы — на двух верных пророков, пальмовая

ветвь — «праведник, как пальма, расцветет», а этрог намекает

на Шхину. Сукка же намекает на мать, укрывающую их. Эти

восемь соответствуют имени) יהנודהאי( , которое численно равно

слову «сукка» — 26 и 65».


Сукка и маца — оберег для евреев при рождении


Следовательно, таково первое понимание Солнца. Это опасность, уподобленная народам мира, нападающим на Израиль. А тень — это

защита от Солнца и прочих угроз, Божественное охранение Израиля.

Мы и вправду находим подобное отношение в Писании, где евреи при

исходе из Египта показаны как слабые нежные дети, которые еще не

выросли и не развили в себе силу сражаться с мировым злом. Поэтому

им требуется защита, и в этом состояла цель суккот — защитить народ

Израиля, который только что родился, пока он не вырастет и не сможет

выйти на войну против зла и сил нечистоты. С этой точки зрения, сукка

похожа на мацу, называемую «хлебом исцеления» и призванную

излечить евреев от египетского рабства. Таким образом, и маца, и сукка

— обе они являются лекарством от недугов, которыми заразился

Израиль. Маца — это здоровая пища, а сукка — здоровое

местожительства. Ведь больному требуется здоровая еда и стерильная

обстановка, чтобы он укрепился и был защищен от болезней. И сукка, и

маца появились, когда евреи выходили из Египта, чтобы укрепить их и

оздоровить их души. Маца называется еще «хлебом веры», а сукка —

«тенью веры». Обе они приносят веру в Б-га, обе соединяют Израиль с

его небесным Отцом и усиливают слияние с Ним, веру и близость к

Нему. Маца действует по принципу внутреннего света. Это пища, которая входит в человека и укореняет в нем силу веры. Сукка — свет

окружающий, жилище, находящееся вокруг человека и вводящее его в

атмосферу святости, в изолированную высокую реальность, которая

всецело являет славу Б-га и великолепие Его. Это просторы веры и

преданность Б-гу.


Связь между суккой и Песахом


В свете сказанного становится ясна близость между Песахом и

Суккот, и то, почему сукка считается напоминанием об исходе из Египта.

Ведь она тоже была сущностной составляющей при исходе —

вызволении из глубокого рабства и удушающего неверия. Чистый воздух

веры, Божественного раскрытия — это душа Песаха и Суккот. Оба

праздника призваны внести этот свет в души Израиля. Как учит святой

Зоар, пребывание в сукке — это введение души в тень Божественного.

Это не только тень для тела, как и маца — не только телесная пища.

Когда тело сидит в сукке, это вызывает эффект наверху: душа

усаживается в тени Б-га: «Тени Его желала я и сидела там, и плод Его

был сладок нёбу моему» (Шир а-Ширим 2:3). Не исключено, что эта

«желанная тень» — Суккот, Божественная благодать, несущая здоровье

душе, а «сладкий плод» — Песах, пища веры, упрочивающая силу души

и укрепляющая ее при выходе из цепей рабства любого внешнего

влияния, которое ослабляет и подавляет ее. Вот что Зоар говорит о тени

от сукки, оздоровляющей и защищающей душу, а не только тело (Зоар

3, 255 б):


««Сукка будет для тени днем» (Ишайя 4:6). Требуется схах, а

он делается для тени. О нем сказано: «В тени Всемогущего

будет обитать» (Теилим 91:1). Это не тень обычного шалаша, которая только тело защищает от солнца, — это тень, оберегающая душу: «Тени Его желала я и сидела там», «Как

сказали мы, в тени Его будем жить среди народов» (Эйха 4:20).

«Тень» (цель) вместе с буквой Мем дает слово «образ» (целем), о

котором говорится: «Только в образе будет ходить человек»

(Теилим 39:7)».


Тайна внутренней непрерывности

от Нисана до Тишрея


В свете сказанного рождается вопрос: почему праздник Суккот

оказался в седьмом месяце, а не в Нисане, когда произошел исход?

Ответ на это в том, что сукка, как исцеляющая души сила, не связана

только с Песахом, но заново проявляется каждый год также и в седьмом

месяце. А дело в том, что это — месяц милосердия и прощения, месяц

исправления древнего греха, месяц очищения от любой грязи и

испорченности. Все это связано также и с Песахом, потому, что задача

праздников Тишрея, как и Песаха, — одна и та же (все они вращаются

вокруг исправления древнего греха), и потому, что по правде основная

работа по возвращению к Б-гу и исправлению, совершаемая в седьмом

месяце, начинается и движется от Песаха. Ведь весь месяц Элуль и

Тишрей до Йом Кипура — это сорок дней, когда Моше был на горе, получая вторые скрижали, ставшие раскаянием и исправлением греха с

тельцом, который был падением после получения первых скрижалей. А

они были сердцем и корнем исхода из Египта. Значит, есть непрерывная

и протяженная связь, начинающаяся от исхода, продолжающаяся через

счет омера, пока ноги наши не встали у горы Синай, и мы получили Тору

в Шавуот. Потом, через сорок дней, Моше принес народу скрижали. Это

было 17-го Тамуза, а народ согрешил с тельцом. Моше вернулся наверх

и с начала Элуля до Йом Кипура изо всех сил старался искупить

Израиль и вернуть его на тот уровень, где он был после исхода из

Египта и до Шавуот.

Следовательно, Йом Кипур заканчивается возвращением евреев к

исправному состоянию, бывшему в Шавуот, что и было целью исхода из

Египта. Основная свобода, как известно, суть этого исхода, явилась в

Шавуот, как сказано: «Начертано на скрижалях» (Шмот 32:16), а

мудрецы толковали: «Читай не «начертано» (харут), а «свобода»

(херут)» (Мидраш Раба, Ваикра 18:3). Иными словами, свобода главным

образом появилась перед горой Синай. Лишь тогда мы сумели усвоить

тот факт, что уже вышли из Египта и теперь принадлежим Б-гу, как

сказано: «Я Б-г Всесильный твой, выведший тебя из страны Египта»

(Шмот 20:2). До тех пор этот уровень причастности к Б-гу Всесильному

еще не созрел внутри народа Йзраиля, как и осознание того, что Он —

наш Избавитель и Царь. Выходит, конец исхода из Египта пришелся на

Шавуот, и таким образом, Шавуот — это завершение Песаха.


Тишрей и Кипур — исправление падения с тельцом


Итак, получается, что вся суть седьмого месяца, Элуля и Тишрея —

это исправление греха и возвращение Израиля на ту совершенную

ступень, которая была у него после исхода из Египта и которая в полной

мере раскрылась в Шавуот. Впрочем, мы пока еще, по правде говоря, не

вернулись на совершенную ступень Шавуот. Ведь в Шавуот

«Прекратилась нечистота Израиля», и мы получили первые скрижали, относившиеся к высшему уровню — к «Торе мира Ацилут» (см.

предисловие к Тикуней Зоар и Талелей Хаим, Бемидбар, глава о

Шавуот), которая вся представляет собой чистоту и святость. Туда мы

пока что не вернулись, поскольку в нас по-прежнему остается злое

начало и грязь, пришедшая от змея, и мы все еще пребываем на уровне

вторых скрижалей. Мы не вернулись еще на уровень, бывший до греха с

тельцом. Все поколения продвигаются в исправлении этого греха, как

сказано: «В день взыскания взыщу с них грех их» (Шмот 32:34). Также

Гмара говорит (Санедрин 102 а), что у народа Израиля не бывает таких

страданий, в которых не было бы примешано хоть немного от страданий

из-за греха с тельцом. Когда этот грех исправится, мы вернемся на

уровень первого человека, каким он был до своего падения, а оттуда

будем подниматься все выше и выше.

Следовательно, работа по исправлению греха еще не завершилась.

В этом состоит наше ежегодное служение в месяцы Элуль и Тишрей —

вернуться к Б-гу и исправить грех. Это совершается до Йом Кипура, который считается завершением исправления прошедшего года. Иными

словами, исправление греха поделено на много лет, и каждый год мы

исправляем его часть. Эта часть завершается и очищается от начала

месяца Элуль до Йом Кипура. В сам Йом Кипур она полностью

освобождается от всего нечистого и поднимается наверх, чтобы

примкнуть к своему высшему корню — к совершенной душе Израиля

(см. «Кицур а-Каванот» Рамхаля, каванот на дни трепета; «Шаар

Друшей Амида», 2, в комментарии к слову «с любовью»). Вот почему

приносят козла Азазелю — здесь действует принцип исправления греха

с тельцом. И так из года в год, с того дня, как Моше поднялся на небо, евреи продолжают исправлять одну часть за другой. Ежегодно они

завершают работу над одной из деталей души Израиля, света Шхины, и

счищают с нее грязь змея. Процесс этого очищения каждой из частей от

грязи завершается в Йом Кипур, который подобен исправному

состоянию Шавуот. В завершении Йом Кипура произносят семь раз: «а-

Шем — это Элоким». Это подобно откровению, прозвучавшему, когда

евреи стояли у горы Синай, о чем сказано: «Ты дал познать, что а-Шем

— это Элоким, и нет иного... с небес Ты дал услышать Свой голос...

слова Его ты слышал из огня» (Дварим 4:35-36).

Получается, что каждый год в Элуль и Тишрей мы способствуем

возвращению всего Израиля на уровень Шавуот, который был

завершением начатого в Песах. Значит, седьмой месяц несет в себе ту

же идею, что и Песах. Это исправление греха с тельцом, который

сбросил евреев с уровня Шавуот. В Йом Кипур мы исправляем это и

возвращаем Израиль на возвышенную ступень Шавуот. Каждый год мы

дополняем еще одну часть из общего тела Шхины. Все это описано в

порядке отборки духовных частей в разные времена, как можно

прочесть у наших учителей Рашаша и Рамхаля. В итоге эта отборка

завершится полностью, и мы вернемся на уровень первых скрижалей, а

там проявится и сияние первого человека, бывшее у него перед

древним грехом (Шаар а-Гиль-гулим 12; Шмоне Квацим 2:36, 6:146, 8:157 и др.) Раскроется столь могучая святость, о какой и уста не могут

вымолвить.


Нисан и Тишрей — древний грех и грех с тельцом


Стало быть, есть тесная и прочная связь между седьмым месяцем и

Песахом. И то, и другое относится к одному и тому же принципу и

духовному уровню, разве что Песах — это первоначальный уровень, бывший до падения с тельцом, тогда как седьмой месяц — исправление

этого уровня после того, как он был испорчен. На самом же деле Песах

— это тоже исправление. Но все египетское рабство и Песах нацелены

исправить грех первого человека, как это разъяснено в святых книгах

(«Ликутей Тора» Ари, гл. Шмот; см. Талелей Хаим, Шмот, гл. Шмот). А

седьмой месяц нацелен на исправление греха с тельцом, те сорок дней, когда Моше был на горе Синай. Оба эти греха суть одно, у них, как

известно, один и тот же принцип. Значит, Песах и седьмой месяц

действительно едины, и потому оба они называются «началами»: один

из них — это начало года вообще (Тишрей), а другой (Песах) — начало

года для Израиля. Первое — начало в замысле, второе — начало в

действии. Раби Элиэзер и раби Йеошуа спорили, был ли мир сотворен в

Тишрее или в Нисане (Рош а-Шана 10 б), но в корне все это едино. «То и

другое — слова Б-га живого», оба мнения восходят к одному и тому же

месту наверху (см. Шаар а-Каванот, начало глав о Рош а-Шана).

Следовательно, и в седьмом месяце мы проходим через страдания, чтобы исправить грех. Они отдаленно похожи на египетское рабство, призванное очистить Израиль от древнего греха. После таких

очищающих страданий мы были словно в состоянии болезни, и потому

нам нужна была маца. И то же самое относится и к дням трепета, они

тоже связаны с силами суда. В них заключены страдания и очищение.

Далее следует пост в Йом Кипур, о чем сказано: «Истязайте души свои»

(Ваикра 16:29), чтобы мы могли очистить себя от всей грязи и вновь

стать подобными ангелам. В этом заключается пост и пять ограничений, нацеленных на очищение Израиля от всего нечистого.


Различие между Йом Кипуром и Шавуот


Здесь заключено нечто глубокое — различие между Шавуот и Йом

Кипуром. Из раздела о каванот (Шаар а-Каванот, главы о Песахе и

Шавуот) известно, что в Шавуот светит могучий свет уже в начале

праздника, когда он только наступает. Это свечение Кетера, и он светит

с самого верха уже в начале. Впереди есть еще подъемы — ночная

учеба, окунание в микву, утренняя молитва и Мусаф. Тем не менее, вся

мощь света раскрывается уже в самом начале и не возрастает в

порядке восхождения от молитвы к молитве и от одного времени к

другому в течение всего праздника. А все потому, что в Шавуот мы уже

по-настоящему готовы к высшему свету после дней счета омера. Когда

стояли у горы Синай, сразу же явился Б-г Всесильный с голосами и

молниями, в свете высшего Кетера, с самой большой высоты.

В отличие от этого (Шаар а-Каванот, главы о Йом Кипуре) в Йом

Кипур есть порядок подъемов, которые происходят постепенно. Шхина

взбирается и продвигается на протяжении всех молитв, переходя из

чертога в чертог и от света к свету — из святилища в святое святых. Во

время вечерней молитвы она совершает один подъем, утром

поднимается выше, в Мусаф — еще выше, в Минху — еще, пока не

наступит высочайший подъем во время молитвы Неила. Тогда она уже

немного касается свечения Кетера в завершение всего Йом Кипура.

Итак, существует большая разница между Шавуот и Йом Кипуром. В

Шавуот свет появляется сразу, приходит очень высокая благодать, которая не поднимается больше со ступени на ступень. Но иначе

происходит в Йом Кипур: весь этот день представляет собой порядок

восхождения, этаж за этажом, пока не наступит Неила, во время которой

достигается вершина подъема.

Корень этого явления заключается в том, что Йом Кипур — это день

исправления. Это пост и молитва. Но чудо его в том, что за один день

мы исправляем великое множество разных аспектов. И поскольку это

день исправления, в нем есть порядок подъема, ступень за ступенью.

Каждый час поста и молитвы Шхина поднимается вместе с нами все

дальше и дальше. И поскольку совершается очень большое

исправление, и мы получаем полное прощение, ибо это великий день в

году, завершение прощения и искупления для Израиля, поэтому каждый

час поста производит свое очень важное действие наверху, как если бы

это было много дней мольбы и просьбы о помиловании. Следовательно, и подъем совершается огромный. Шхина восходит снизу на самый верх, к вершине всех ступеней, и притом всего за один день, столь великий

среди всех дней года. Это невероятное чудо — до чего доходит

действие Йом Кипур в исправлении корня души Израиля, и какова

высота этой души, выходящей и поднимающейся из всех нечистых

оболочек и всей грязи и раскрывающейся во всей красоте своего уровня

во время «закрытия врат». В момент, когда она становится святой

святых, «возлюбленной, желанной для друга своего», с великой

любовью, прекрасной, как Луна, ясной, как Солнце. От ее великой

красоты, сладости и прелести во время Неилы высший Царь желает ее

и вводит на семь дней в Свой дом, в свою хупу: «Привел меня Царь в

свои покои». Это происходит в дни Суккот — дни благодати и

наслаждения, любви друзей, время свадьбы, «благосклонность в дни

юности, когда шла ты за Мной по пустыне». И это происходит заново

каждый год. «Как жених служит в красоте, и как невеста украшается

драгоценностями», с огромной любовью друг к другу: «Узрите, как

любимы вы для Вездесущего».

Все это происходит в Йом Кипур, в день исправления. Поэтому в это

время совершаются непрерывные подъемы. Но в Шавуот происходит

иначе: все уже в исправном состоянии, и потому свет сразу же является

вместе с началом праздника и сияет в своем высшем сиянии вместе с

восходом солнца. Кетер светит уже с утра и не дожидается вечернего

часа. Это день радости, святой и возвышенный день, в который мы

пребываем в исправности. А в Йом Кипур, сама суть которого нацелена

на исправление и на то, чтобы вернуть Израиль на его высшую ступень, есть подчинение и мольба: «И прошел Б-г перед его лицом».

Тринадцать верхних качеств пробуждаются, чтобы излить милосердие и

прощение на Израиль, положить конец преступлению и устранить грех, обнажить белизну высшей милости, очистить души светом и вернуть их

к их достоинству.


Маца и сукка — исцеление после страдания


Получается, что в Йом Кипур есть некое подобие египетскому

рабству. Ведь рабство действовало подобно железному котлу, в котором

очищаются души от болезни греха, как об этом сообщает наш учитель

Ари, говоря о рабстве египетском (Ликутей Тора, гл. Шмот). Оно было

призвано счистить грязь древнего греха с еврейских душ. С этой точки

зрения, чудо чудес Йом Кипура в том, что в один день поста он

производит такое же действие, как рабство, длившееся сотни лет. Этот

пост вместе с десятью днями раскаяния представляют собой принцип

страдания и суда и засчитываются как многие годы рабства, очищающего нас от всей нечистоты греха с тельцом и всех прочих

грехов человеческих и болезней нечистоты.

Выходит так, что к концу этого дня мы подобны больным, прошедшим интенсивные процедуры лечения и ослабевшим в ходе

этого. Нечто подобное написано в Зоаре (Зоар 2, 183 а; см. Талелей

Хаим, Ваикра, беседа о Песахе) о евреях, вышедших из Египта: их сила

ослабела из-за тягот рабства. Так и после Йом Кипура мы в состоянии

слабости и изнеможения по итогам работы самоистязания и очищения, проводившейся с начала Элуля и до этого дня. Это были дни раскаяния

и молитв, утончения и очищения. Поэтому далее следуют дни радости

— оздоровление и укрепление тела и души. Они призваны подкрепить

нас и оздоровить хорошей и здоровой пищей — изобилием света

радости и милосердия, чтобы мы были полноценны во всех своих силах, крепки и чисты, полны жизни. Ведь внутренний смысл чистоты

происходит от дней Гвуры, о которых сказано: «Левая рука его у меня

под головой» (Шир а-Ширим 8:3), то есть дней трепета. А внутренний

смысл радости и жизни, свежих сил и естественного здоровья

происходит от дней Хеседа, дней радости в Суккот, дней правой

стороны, о которых сказано: «А правая рука обнимает меня». То же

самое объяснил рав Кук, говоря о том, почему Суккот примыкает к дням

трепета (Орот а-Тшува 9:10):


«Тшува и все связанные с ней практические пути, вместе с

общим духом, который царствует, в дни, особо посвященные ей

(десять дней раскаяния), приносит огромную пользу для

утончения душ, облагораживания духа и очищения поступков от

уродств. Но неизбежно вызывает и слабость, которой не

избежать даже сильнейшему из богатырей. Когда ограничивают

желание, когда сгибают силу жизни внутренним отвращением к

грехам и попыткой отойти от них, ограничивается также и воля

к добру, а сила чистой жизни тоже становится слабее.

Получается, что от своей нравственной чистоты человек

страдает так же, как больной, которого вылечили сильным

электрическим током. Он изгнал яд его болезни, но при этом

ослабил свою здоровую жизненную силу. Поэтому возвращаются

дни святой радости (Суккот), душевного веселья, чтобы

восстановить доброе желание и силу чистой жизни. Тогда тшува

будет совершенной».


Отсюда мы учим тайну сукки. Это сила оздоровления, как мы это

видели выше в связи с восстановлением после египетского рабства.

Такое же оздоровление есть после истязаний Йом Кипура, который

также нацелен на борьбу с нечистотой, завладевшей нами. После него

нам требуются дни восстановления здоровья. Подобное говорил по

этому поводу наш святой учитель раби Хаим а-Коэн Маарац:


«Поэтому заповедь сукки приходит после действия Йом

Кипура. Мы болели душевными недугами, но пришло исцеление

прощением. И чтобы оздоровить наши души, ослабевшие, подобно

больному телом, которого вылечили и которому сейчас

требуется

надежная

защита

и укрепляющие

снадобья,

Милосердный Целитель дал нам эти заповеди, чтобы упрочить

здоровье душ. Это исправление самого греха первого человека14, который был сотворен в Рош а-Шана, осужден, а потом частично

прощен Всевышним. Оставшееся же от его греха исправляется

нами, о чем здесь не место продолжать разговор».


14 Наш учитель Хаим а-Коэн говорит, что Йом Кипур - это исправление греха первого человека, а мы сказали, что он исправляет грех с тельцом. Но все это одно и то же. Если присмотреться, видно, что египетское рабство было исправлением древнего греха, но грех с тельцом вернул евреев в

испорченное состояние, а Иом Кипур был призван принести им прощение за это, как мы видим у

Моше Рабейну. И каждый год это происходит, как в первый раз, когда Моше взошел на гору. Как бы то

ни было, корень всего - древний грех, а случай с тельцом вернул все к нему. Тогда правильно было

бы сказать, что в Иом Кипур мы исправляем древний грех, и это то же самое.


Второй смысл — укрытие от света


Солнце — Божественный свет, сукка — его сокращение


Итак, мы увидели первый смысл сукки: ее тень защищает от солнца, которое означает злые напасти, нас окружающие. Как было упомянуто

выше, помимо злых напастей, солнце символизирует еще кое-что.

Будучи источником света и тепла, оно символизирует великий свет Б-га, свет Святого, благословен Он. С этой точки зрения, солнце — это Б-жий

свет, а тень — его сокращение и сокрытие, которое приводит его к

соответствию нашей способности восприятия. Ведь «не увидит Меня

человек, оставаясь живым» — никто не устоит перед великой мощью

Его света. Поэтому нам требуется сокращение — покров, разделяющий

между нами и великим светом и передающий его нам в смягченной и

подходящей форме. Об этом говорит Писание: «Ибо солнце и щит Б-г

Всесильный». Это значит, что соотношение между именем Авая (Б-г, свет) и именем Элоким (Всесильный, сокращение света) — такое же, как

соотношение между солнцем и щитом от него. Этот щит

приспосабливает свет к тем, кто его получает. Так и имя Элоким

уменьшает мощь и силу имени Авая, чтобы миры смогли принять его

свет и не растаять от избытка сияния и блеска, от которого никому не

скрыться (см. Тания, врата единства и веры, гл. 4).

В виду сказанного можно понять, что смысл сукки и тени — наше

приспосабливание к великому свету Б-га, его сокращение и приведение

в соответствие с получающими. Мы и вправду находим в Мидраше, что

сукка послужит защитой от солнца в будущем, в тот день, «когда вынет

Б-г солнце из ножен». Он вынет «солнце» из «щита», и сила света

воссияет так, что истребятся все вершащие беззаконие от его мощи, перед лицом которой не смогут выстоять. Вот что сказали мудрецы

(Псикта раби Натана, приложение 2):


«Поэтому в будущем Святой, благословен Он, утешит их, как написано (Ишайя 4:6): «И сукка будет для тени днем». Сказал

раби Леви: О каждом, кто исполняет заповедь сукки в этом мире, Святой, благословен Он, говорит: «Он исполнил заповедь сукки в

этом мире, а Я укрою его от жара будущего дня...» Что Святой, благословен Он, сделает в будущем? Свернет эти небеса, как

написано (Ишайя 34:4): «И свернутся, как свиток, небеса», и

вынет Солнце из ножен. Оно выйдет во всей мощи и взыщет с

нечестивцев, как сказано: «Ибо вот, день грядет, пылающий, как

печь, и будут все злодеи и все творящие беззаконие соломой, и

спалит их будущий день... не оставив им корня и ветви» (Малахи

3:19). В тот час Святой, благословен Он, сделает сукку

праведникам и сохранит их внутри нее, как сказано: «Ибо спрячет

меня в сукке Своей в день беды» (Теилим 27:5), а также: «И сукка

будет для тени днем от зноя» — от гнева того дня».


«Солнце из ножен»


Итак, выход солнца из ножен — это символ Божественного

раскрытия в будущем, в день, когда «не укроется больше твой Учитель

от тебя, и будут глаза твои видеть Учителя твоего» (Ишайя 30:20). Ведь

так сделал Всевышний в Своем мире: прежде всего, Он тщательно

скрыл Свой свет и присутствие, проявившись лишь втайне и

ограниченно, как сказано: «Верно, Ты Б-г скрывающийся». А в будущем

Он уберет все имена и облачения, которые скрывали мощь Его света, и

проявится с полной ясностью15.


15 «Но в будущем, когда Шхина вернется на свое место, Б-г снимет все эти облачения, имена и

покровы, и тогда Израиль увидит Его своими глазами, о чем сказано: «И не укроется более Учитель

твой, и будут глаза твои видеть Учителя твоего» (Ишайя 30:20). «Не укроется» значит, что Он не

облачится более в те имена, называемые «крыльями» (или «покровами» - кнафаим), под которыми Б-

г скрывается и прячется от Израиля, из-за чего Его не могут увидеть. Такова тайна слов «не укроется

более Учитель твой». А что написано далее? «И будут глаза твои видеть Учителя твоего». Об этом

сказано: «Своими глазами увидите возвращение Б-га в Цион» (Ишайя 52:8). И написано: «И скажет в

тот день: вот Всесильный наш, мы надеялись на Него, и Он спас нас; это Б-г, надеялись мы на

Него...» (там же 25:9). Когда это будет? В то время, когда Б-г снимет одеяния и имена и устранит

«крылья». Откуда мы знаем, что эти «крылья» (кнафаим) скрывают и прячут? Написано: «А под

сводом этим крылья их, простертые одно к другому; у одного два (крыла) скрывали и у другого два

(крыла) скрывали там их тела» (Ихезкель 1:23). Дважды говорится о скрытии. И написано: «По шесть

крыльев у каждого: двумя он закрывает лицо, двумя закрывает ноги и двумя летает» (Ишайя 6:2).

Полет и скрытие совершаются вместе. С тех пор, как Шхина удалилась и сделала себе крылья, ее

нет, и Израиль не видит ее. И написано: «Восседает на легком круве» (Теилим 18:11). Это был один

из десяти переходов, совершенных Шхиной, как говорится в Рош а-Шана. Отсюда ты учишь, что

имена, представляющие собой крылья, - это одежда, в которую облачился Б-г. Когда Он одет в нее, то скрыт и утаен. Поэтому Он говорит, словно предупреждая Израиль: «Снял Я Мою рубашку, как

одену ее?» (Шир а-Ширим 5:3), по принципу «Не укроется более Учитель твой»» (Шаарей Ора, врата

5).


У Израиля, «приближенного к Нему народа» есть сила выстоять в

чертоге Царя. Ведь евреи подготовили себя и свою способность

восприятия к мощному раскрытию Божественности в будущем. Это свет

Шхины, сукка — сосуды для облачения могучего света и его постижения.

А у народов мира нет удела во Всесильном Израиля, и само собой они

не могут выстоять перед избытком блага. Солнце будет светить

Израилю, а для них станет огнем сжигающим. Это как в притче, когда

летучая мышь спросила петуха, когда наступит утро. Петух ответил, что

нечего ей этого ждать. Ведь свет праведников становится палящим

огнем для грешников. «Солнце милостыни и исцеления» содержит в

себе и силу «пылающей печи» (Санедрин 98 б, 110 б, Недарим 8 б).


Сукка — покров


Получается, что сукка —это ограничение света и его адаптация к

способности восприятия. А Солнце — это вся мощь света без облачений

и ограничений. Так видно из Мидраша и Гмары, касающейся дней

избавления, когда Солнце откроется во всей силе. Это символизирует

раскрытие света Всевышнего, который проявится в будущем16.


16 В Гмаре приводится еще кое-что по поводу сукки и Солнца в будущем: «Толковал раби

Ханина бар Папа, а может быть, рав Симлай: В будущем Святой, благословен Он, вынесет свиток

Торы, положит его у Себя и скажет: «Кто изучал его, пусть придет и получит награду». Сразу же

соберутся все народы и придут вперемешку, как сказано: «Все народы собрались вместе...» Но

Святой, благословен Он, скажет им: «Не входите ко Мне вперемешку, но пусть заходит каждый народ

отдельно»... Они скажут ему: «Владыка мира, дай ее нам сызнова, и мы исполним ее». А Святой, благословен Он, ответит: «Глупцы! Кто трудился накануне шаббата, будет есть в шаббат, а кто не

трудился накануне шаббата, что будет есть в шаббат? Но, тем не менее, есть у Меня легкая

заповедь, и называется она сукка. Идите и исполните ее». Сразу же каждый берет, идет и строит

сукку у себя на крыше, и тогда Святой, благословен Он, заставляет Солнце палить их, как в летнюю

пору, и каждый из них ударяет свою сукку и выходит, как сказано: «Разорвем их узы, сбросим с себя

их оковы»... А Святой, благословен Он, сидит и смеется над ними, как сказано: «Сидящий на небе

будет смеяться». Сказал раби Ицхак: Нет у Него смеха, кроме как в тот день» (Авода Зара 2 а - 3 б).


У святого Ари мы также находим, что сукка — это покров, преграждающий путь великому свету (Сефер а-Ликутим, гл. Ки Тиса, 34):


«Знай, что прежде, чем был сотворен мир, были только Он и

Имя Его. Он бесконечен, и нет у Него определенного имени, поскольку Его можно назвать всеми именами. После сотворения

миров Он назвался Авая) הוהי( . Это Имя представляет собой

покров... а в Идре раби Ши-мон бар Йохай назвал его «парса», поскольку оно простирает (порес) сукку и покров, чтобы ни одно

творение не постигло Бесконечность. Слово «парса»... означает

занавес или покров».


Еще Ари написал в комментарии к благословению «Уложи нас», где

в святой шаббат мы произносим: «И простирай над нами сукку Твоего

мира», что это связано с заповедью сукки (Шаар а-Каванот, главы о

добавке к шаббату, 3):


«В этом тайна сказанного мудрецами о покрытии сукки.

Изначально нужно стараться, чтобы оно не было плотным, как

крыша дома, так что и звезд через него не видать, но нужно, чтобы эти свечения виднелись через отверстия покрова

наподобие звезд. В этом смысл слов «сукка Твоего мира»».


К этому он добавляет еще кое-что в Шаар а-Акдамот (47 б):


«Тайна заповеди сукки в том, что ее схах — это упомянутый

нами покров, и потому он не должен быть слишком плотным.

Через него должны виднеться звезды и созвездия, то есть

верхние света, которые непременно светят и пропускают свои

лучи вниз».


Мы видим здесь прямым текстом, что сукка — это принцип покрова

и щита от света, а верхние света проходят через него в соответствии с

состоянием нижних миров. Если посмотреть с этой точки зрения, то, как

известно, прежде, чем был создан мир, все было простым светом —

светом Бесконечного. Миры не могли возникнуть из-за его чрезмерной

яркости. В итоге Он сократил себя и словно освободил от света некое

место, чтобы там могли образоваться миры. Это место называлось

«пустым пространством». Относительно этого сокращения известно, что

оно подобно простиранию покрова для защиты от силы света. Это

сравнимо со стеной перед могучими водами океана, окружающей и

защищающей маленький островок, чтобы люди могли на нем жить. Так и

сила сокращения — словно некая реальная и ощутимая сила, стоящая

на пути света Бесконечности и как будто останавливающая его

чрезмерное изобилие, чтобы он не стер все миры, созданные и

сотворенные в пустом пространстве. Говоря все это, мы хотим сказать, что сокращение — это не просто акт удаления света, но некая

реальность, стоящая напротив высшего света Бесконечности и

образующая границу и сосуд для него, чтобы тот не стал светить в

пустое пространство во всю свою силу. Следовательно, свет

Бесконечности и сила сокращения — это как свет и сосуд. Сокращение

есть покров, защищающий от великого света, а тот проникает сквозь

него17, но лишь в определенной мере.


17 Известно, что каббалисты проводили изыскания о том, проникает ли свет Бесконечности

именно через линию внутрь пустого пространства или же светит сквозь силу сокращения со всех

сторон и просачивается внутрь. Если присмотреться к словам Ари, видно, что, хотя основное

свечение проходит через линию, все же есть и равномерное свечение со всех сторон (см. Лешем Шво

ве-Ахлама, Комментарии, главы о кругах и прямой, гл. 2, п. 26).


Это

подобно

занавеске,

смягчающей

свет

солнца

и

«адаптирующей» его для жителей дома. Вот что написано об этом в

книге «Лешем Шво ве-Ахлама» (Ак-дамот ве-Шеарим 6, 2):


«О сокращении, то есть удалении и подъеме света вверх, мы

уже сказали (врата 5, гл. 1), что речь не идет о том, что внизу

осталось полностью пустое место. Нигде нет абсолютного

небытия. Его не было и не будет ни в какое время. Как написал

Ромбам и еще некоторые святые с ним, пустоты нет ни в одном

месте (см выше врата 5, гл. 1). Но сокращение — сама по себе

некая реальность, это частная сила, затмевающая и

скрывающая свет, ограничивая его. Она подобна покрову, стоящему на пути света. Когда общий свет удалился и поднялся

вверх, он был в состоянии бесконечности, и в нем невозможно

было выделить ничего ограниченного и никакой частной силы.

Любой

верхний

свет

относительно

нижнего

подобен

бесконечному... И когда все верхнее поднялось и удалилось наверх, благодаря этому проявилась и создалась из него некая частная

сила, затмевающая и скрывающая свет, стоя перед ним и

создавая дистанцию. Эта сила распространяется по всему месту

мироздания, затмевая и отделяя его от света, поднявшегося

наверх. О ней сказано: «Положит тьму укрытием Себе, вокруг

Него покров Его» (Теилим 18:12). Ведь она стала для света

подобием покрова и занавеса. И также сказано: «Облако и туман

вокруг Него» (там же 97:2). Это подобно толще, стоящей перед

светом. А вся мера протяжения этой силы называется

пространством и пустым местом. Это место для будущей

реальности, которая возникнет после. Это пространство

сокращения, в котором появится все».


Сукка имеет корень в силе сокращения


Итак, из сказанного нашим учителем Ари мы видим, сколь высок

корень сукки. Она исходит из силы сокращения — из корня корней в

образовании реальности и всех миров. Эта сила создала пустое место, пространство, в котором были созданы и сотворены все миры. Из этих

высоких и таинственных областей развивается принцип сукки. Ведь, как

известно, каждая сила развивается из силы более высокой, параллельной ей. С этой точки зрения в святых книгах объясняется, что

все силы делятся между принципами света и сосуда, называемыми

также хасадим и гвурот. Иными словами, есть Божественная сила света, которая протягивает свое свечение вниз, чтобы «светить на землю и ее

обитателей». В составе ее имеется множество светов на разных

ступенях, бесконечное число аспектов и уровней. Все они проводят

излияние великого света на все миры. Второй принцип — это

Божественная сила сосудов, кладущая границу свету и образующая

тело миров, которые и возникают из сокращения света.

Значит, природа хасадим и влияющих светов — передавать

Божественное свечение вниз. С другой стороны, природа силы гвурот и

принимающих светов — устанавливать границу и образовывать сосуд.

Так в каждом мире есть Божественное воздействие в виде светов и

хасадим и другое Божественное воздействие в виде сосудов и гвурот, которые ставят границу и образуют тело самих миров. Все миры, таким

образом, были сотканы и созданы из сочетания света и его сокращения

— распространения влияния и его задержки и удаления. Так проявились

света и сосуды во всем.

Итак, сила сокращения — это первопричина для всех сосудов и

гвурот, ставящая границу свету и создающая творения. В каждом мире

есть нечто наподобие высшей силы сокращения, то есть имеется

бесконечно много сил сокращения — в каждом месте, в каждом мире, в

каждой части. Их цель — образовывать сосуды и сокрытие.

Следовательно, сила сокращения — это корень с ответвлениями на

всех планах реальности. С этой точки зрения, сукка — продолжение и

развитие силы сокращения. Она тоже направлена на создание границы

для света, чтобы смягчить его и приспособить для обитателей земли.

Для «детей Б-га живого», живущих «в тени Всемогущего» и

пребывающих в присутствии Его Шхины. Этот свет должен приходить к

ним мягко и в соответствии с правильной мерой, а не в виде палящего

огня и могучего грома святости18.


18 «Вся реальность была создана из самого сокращения. Из того сокращения, о котором мы

сказали, что это затемняющая сила и принцип уплотнения, произошли и возникли все сосуды и тело

для реальности, которая появилась после. Свет удалился, и благодаря этому создалась и возникла

сила, которая затмевает, скрывает и ограничивает его. И после того, как свет поднялся от нее, и эта

сила осталась внизу одна, она стала еще темнее, и к первоначальной ее плотности прибавилась

дополнительная. Через это в ней завершилось образование всех качеств и ограничивающих сил, какие были необходимы, чтобы вывести из нее и с ее помощью всю материю и тело нижней

реальности. Но когда это сокращение, то есть скрывающая и ограничивающая свет сила, держится

сама по себе, из нее фактически еще не происходит ничего. Когда она одна, то пребывает в виде

потенциала, способного принять любую форму, но в ней самой еще не видно никакой формы, и

неприменимо к ней название «реальность». Наоборот, видно, что она противоположна всякой

реальности. Ведь первичная реальность поднялась и удалилась, а сила сокращения стоит перед ней, затмевая и скрывая ее. Иной же реальности пока еще не было создано, а потому можно видеть в ней

только пространство и пустоту. Но эта сила сокращения не проявилась в виде самостоятельной

реальности, пока Высший Создатель не протянул линию из того ушедшего первоначального света.

Благодаря ей раскрылась сила и действие сокращения. Оно и распространившийся свет стали как

материя и форма для одной реальности. Вместе они стали основой и корнем всего мироздания в

общем и всех его подробностей. Весь мир и все его частные сущности выходят и возникают из этих

материи и формы, образованных сокращением и линией. Свет повлиял на сокращение, а оно - на

свет, и каждый действовал в меру своих сил и свойств. Свойство света (в линии) - светить и

раскрываться, выводить и создавать мир, полный различных сущностей, подобно тому, как это

делает высший свет (Бесконечность), из которого он вышел. А свойство сокращения - ограничивать и

ставить пределы всему, скрывать и прятать свет, становясь для него покровом. Благодаря этому из

них двоих вместе вышли и образовались разные сущности, состоящие из множества деталей. Они

возникли из качеств и сил, пребывающих в свете, и в соответствии с качествами и силами

сокращения, которое скрывает его, ограничивает и становится препятствием для него - плотностью,

телом, сосудом. Через это образовался каждый частный объект во всей реальности. Так из них обоих

вышли многие разные сущности в виде света и сосуда. Ведь каждая отдельная сила в свете выводит

и создает нечто реальное в соответствии со своими качествами. Но все, что она выводит и создает, пребывает лишь в состоянии света и души. Однако сила сокращения, объединенная со светом и

окружающая его со всех сторон, ограничивает и привносит в него плотность, делаясь для него телом

и сосудом. Благодаря этому все сущности выходят и образуются во всех своих деталях из материи и

формы, то есть из тела и души. Они раскрываются и преумножаются в соответствии со всеми

качествами и силами в свете и в его сокращении. Это и есть линия и сокращение - основа и корень

всего мироздания. Они вышли и образовались из каждого раскрытия после того, как каждый верхний

удалился и поднялся вверх, как упомянуто в первой главе. Сначала произошло сокращение, а потом

свет вернулся в виде одной линии, и от этого появился нижний мир, то есть второе раскрытие... У

каждого верхнего раскрытия было сокращение и распространение линии для следующего раскрытия.

Второе раскрытие представляет лишь тонкую линию от первого, и оно проявилось и

распространилось после сокращения в первом. Из-за этого второе раскрытие существенно

спустилось в сравнении с первоначальным светом, который пребывал там прежде. И так все миры

спустились ступень за ступенью, пока не дошли до состояния мира Асия и нашего мира, ниже

которого уже ничего нет ни в количестве, ни в качестве. Из всего сказанного следует, что переход от

каждого верхнего раскрытия к нижнему происходил через сокращение и линию. И сокращение - это не

отсутствие и пустота, а сила, затмевающая и скрывающая свет, ставящая границы, - корень любого

тела и сосуда. Но в нем не проявилось и не создалось ничего, пока не подействовала линия. Вместе

они словно материя и форма, и из них выходят и образуются все сущности во всем нижнем мире.

Каждый нижний мир становится всего лишь тонкой линией от света верхнего. Так спустились миры

ступень за ступенью до самого нашего мира, который ниже всех. Но если объяснять это явление

частным образом в каждом мире и то, как сами миры происходят друг из друга, это потребует много

места. Все это разбирается у нас в Сефер а-Клалим - книге, целиком основанной на этом принципе.

Там все объясняется с доказательствами и аргументами». (Лешем Шво ве-Ахлама, Предисловия и

врата, 6:2).


Так мы выучили нечто дополнительное относительно сукки: она

выступает в качестве покрова и защиты. Это защита от слишком

большого света. Мы и вправду видим, что сильный свет, который

невозможно принять, — это нечто тяжелое. Все войско Санхерива с его

полководцами погибло лишь от того, что Всевышний дал им услышать

песнь ангелов в небесном воинстве (Санедрин 95 б). Это важная мысль

для понимания того, почему нельзя перепрыгивать через ступени. Свет, находящийся выше уровня, занимаемого человеком, способен

причинить ему огромный ущерб, поскольку тот не может выстоять в нем

и будет поглощен пожаром святости.


Третий смысл — окружающий свет


Сукка из «света» Ливьятана


До сих пор мы видели суть сукки через связь между тенью и

солнцем, и с этой точки зрения сукка означала защиту — или от

опасностей со стороны народов мира, или от мощи высшего

Божественного света. Но среди объяснений ее сути мы находим и нечто

противоположное: сукка — это не ограничение, а сам свет. В нескольких

местах говорится, что сукка — это окружающий свет. Значит, она

является светом, который спускается и распространяется, чтобы

светить Израилю, по принципу верхней Шхины, витающей над своими

детьми и светящей им. Мы видим намек на это в Мидраше у мудрецов, когда они говорят о тайне сукки из кожи Ливъятана (Ялкут Ши-мони, Ваикра 23:653):


««Сукка будет для тени днем от зноя...» (Ишайя 4:6). Сказал

раби Леви: Каждого, кто исполняет заповедь сукки в этом мире, Святой, благословен Он, сажает в сукку Ливьятана в будущем, как сказано: «Наполнишь ли сукку кожей его» (Иов 40:31). Ты

видишь, что когда постигли Иова страдания, он стоял и

оспаривал силу суда, как сказано: «Кто бы помог мне узнать и

найти, отыскать слова для ответа» (Иов 23:3-5). Сказал ему

Святой, благословен Он: Иов, от чего ты стоишь и говоришь:

«Кто бы помог мне узнать и найти»? Вот кожа Ливьятана, которую Я приготовлю праведникам в будущем мире. Если одного

полотна из нее будет недоставать, Мне нужно будет его

восполнить, как сказано: «Наполнишь ли сукку кожей его».

Скажешь ли, что кожа Ливьятана — не слишком-то хорошая

вещь? Сказал раби Пинхас а-Коэн бен Хама и рав Ирмия от имени

рава Шмуэля бар рав Ицхак: Ее чешуйки затмевают солнечный

диск, как сказано: «Скажет солнцу, и не засияет» (там же 9:7),

«Под ним острые черепицы, он лежит на постели зубчатой среди

ила» (там же 41:22)».


Сукка — окружающий свет


Мы видим из этого Мидраша, что заповедь сукки — это искры света

будущего, света «сукки из кожи Ливьятана». О ней мудрецы в Мидраше

говорят, что она так сильно светится, что затмевает солнечный диск.

Солнце в полдень кажется тусклым из-за нее. Отсюда видно, что сукка

— сама по себе свет, а «Ливъятан» — это тайна света Шхины. Само это

слово означает «сопутствование» (левайя) и соединение. Оно выражает

подключение душ Израиля к Святому, благословен Он (см. Хидушей

Агадот Маараля, Авода Зара 3 б). Следовательно, мы видим, что сукка

по сути своей — свет, внутри которого мы сидим, а не только покров,

защищающий от более высоких светов. Нечто подобное мы находим у

нашего учителя Ари. Он написал, что сукка — это окружающий свет

(Шаар а-Каванот, главы о празднике Суккот, гл. 4; текст адаптирован для

читателя):


«Таков смысл заповеди сукки во все семь дней праздника. Ведь

идея сукки — это свет, окружающий Шхину от хасадим Бины. А

мы евреи, «сыновья царей», дети Малхут, называемой «Рахель-

Нуква», делаем сукку и живем в тени этого окружающего света, распространяющегося в ней, охватывающего и окружающего ее

наподобие шатра, чтобы и к себе привлечь что-то от этого

света. В этом смысл сказанного мудрецами, что сукка

соответствует облакам славы, бывшим в пустыне. Каждое

облако — это Хесед, как говорит Писание: «Ибо облако Б-жье над

ними днем». А «днем» — это ни что иное, как Хесед, как сказано:

«Днем заповедует Б-г милость (Хесед) Свою». Поэтому облака

славы были связаны с Аароном-коэном, «человеком милости».

Облаков было семь в соответствии с семью окружающими

светами Хеседа... и им же соответствуют семь дней Суккот».


Магид Мейшарим — сукка имеет корень в Бесконечности


Итак, из слов нашего учителя Ари мы видим напрямую, что сукка по

своей сути — это окружающий свет. Тоже самое приводит рав Менахем

Азария из Пано (Йо-нат Илем 4): «Слово «сукка» хорошо объясняется

через выражение «прозревать» (иске): человек прозревает (сохе) в

святом духе (см. Мегила 14 а) — все становится видно в окружающем

свете». Из слов ангела-вестника, раскрывшегося раву Йосе-фу Каро, мы

видим то же: он связывает сукку с Бесконечностью на самом верху, а это

свет, который окружает и охватывает все миры (см. там гл. Эмор):


«Утром в шаббат 20 Тишрея... Сукка поднимается наверх и

содержится в виде намека на самом верху. Ведь если она выше

двадцати локтей, то непригодна, поскольку над двадцатью

локтями пребывает свет, который выше десяти сфирот.

Поскольку каждая из десяти сфи-рот состоит из суда и

милосердия, вместе они дают число 20. Значит, выше двадцати

— это выше всех сфирот. В Гмаре говорится, что «о

пространстве сукки мы учим» — это ее пространство

становится непригодным, если оно выше двадцати локтей. Но

оно может быть равно в точности двадцати, а схах будет над

ним, так что он окажется над двадцатью. Получается, что схах

намекает собой на то, что выше двадцати — выше сфирот, выше верхнего Кетера; он намекает на начало света

Бесконечности. Сукка же намекает и на Малхут, которая

включена в Бесконечность, ибо там ее источник. Она называется

«легкой заповедью» (Авода Зара 3), поскольку намекает на

Малхут, которая легка в сравнении с другими сфирот, будучи

последней из них. Еще она легка, поскольку намекает на

Бесконечность, а в свете Бесконечности мысль и помысел ничего

не улавливают. Вот почему она «легкая». На основании всего

этого сказали мудрецы: «Кто сидит в тени сукки, тот сидит в

тени веры», так как это намекает на Малхут, включенную в

Бесконечность (см. также начало «Элима» рава Кордоверо и

статью «Страдания очищают» рава Кука).


Выражение «о пространстве сукки мы учим»


Книга «Магид Мейшарим» преподносит нам здесь глубочайшую

тайну о высоте сукки. Она касается известного закона, что сукка высотой

больше двадцати локтей непригодна для заповеди. Смысл этого

объясняется в святом Зо-аре: число 20 намекает на Кетер (это слово

начинается с буквы Каф, численно равной 20). Также это сумма десяти

сфирот в прямом и в обратном свете (Зоар 3, 255 б, см. Мекор Хаим

рава Хаима Коэна Маарац к законам сукки, гл. 633). То, что выше

двадцати, — это свет, который возвышается над Кетером, свет

Бесконечности. Известно мнение Равы в Гмаре: он считает, что имеется

в виду пространство сукки, которое выше двадцати локтей. «О

пространстве сукки мы учим» (Эрувин 3 б). Иными словами, нужно, чтобы это пространство не было выше двадцати, но сам схах как раз

может быть выше. Ведь непригодна лишь та сукка, у которой внутреннее

пространство возвышается над этой отметкой, и когда в Мишне

говорится «Сукка, которая выше двадцати, непригодна», имеется в виду

как раз оно, без учета схаха. Схах — это верхний свет, который

освещает сукку. Мы видим, что сам он может быть выше двадцати

локтей. Отсюда «Магид Мейшарим» извлекает глубокую мысль: свет

сукки, т. е. тайна схаха, действительно выше двадцати — выше Кетера.

Он соединен с самим светом Бесконечности! Об этом там говорится:

«Но пространство может быть равно в точности двадцати, а схах будет

над ним, так что он окажется над двадцатью. Получается, что схах

намекает собой на то, что выше двадцати — выше сфирот, выше

верхнего Кетера; он намекает на начало света Бесконечности».


Меры и величины мудрецов


Здесь мы можем глубже понять меры и величины, которыми

оперируют мудрецы. Смотрящий со стороны удивится: что изменится, если поднять схах еще на один сантиметр, так что он весь окажется над

двадцатью локтями? Что такого существенного в этом споре мудрецов о

том, включают ли двадцать локтей схах или нет? Ведь речь идет всего

лишь о считанных миллиметрах!19


19 К слову, отметим, что именно Рава говорит в начале трактата Эрувин, что «о пространстве

сукки мы учим». А Рава, как известно, в начале трактата Сукка полагает, что непригодность сукки

выше двадцати локтей обусловлена стенами, поскольку постройка такой высоты, чтобы не упасть, неизбежно будет сделана как постоянное жилище. В таком случае, какая разница, будет ли схах

выше или ниже двадцати локтей, если стены имеют в высоту двадцать, и постройка постоянная?

Этот вопрос задавали комментаторы Гмары. А мы отметим, что согласно внутреннему смыслу Торы

решение ясно. Известно, что понятие «постоянство» (кева) указывает на Бесконечность, а все

«временное» (арай) - это сотворенные миры. Они соотносятся с вечностью как нечто краткосрочное.

Следовательно, если сукка - постоянное жилище выше двадцати локтей, то она непригодна, поскольку вся ее суть - это сотворение миров. Для этого она должна быть временным сооружением.

Рава учит нас, что пригодность сукки главным образом зависит от стен: они не должны проникать в

сферу выше двадцати локтей, потому что там пребывает Бесконечность. Причина в том, что именно

стены означают наш мир, тогда как схах - это нисхождение верхнего к нижнему, и потому он может

располагаться выше двадцати. Кто проанализирует все это, сможет согласовать позицию Равы со

всем остальным, следуя внутреннему смыслу.


Без тайного смысла Торы, без ее внутренних глубин, этот вопрос

никогда не будет понят. Об этом сказано в Бава Батра (23 б) в законе о

грабителе и пятидесяти локтях: все меры и величины должны

оставаться такими, какустановили мудрецы. Они основаны на высшей

мудрости, на внутренней части Торы. Там, в Гмаре, эти пятьдесят

локтей имеют корнем своим пятьдесят врат понимания. Грабитель не

отходит дальше них, также как Израиль никоим образом не входит в

пятидесятые врата нечистоты. Все это коренится в чудесных тайнах, которые есть корни закона и его определений. Ведь «учителя Мишны и

Гмары все учение свое на тайнах Торы основали» (Зоар 3, 244 б).

Посредством тайн Торы и ее внутренних смыслов откроются врата к

пониманию великой глубины в разногласиях мудрецов.

И в нашем случае тоже их спор носит не только технический

характер по поводу расположения схаха под или над высотой в

двадцать локтей. Их разногласие восходит к тайне схаха и к его

духовному корню. Они спорят о том, имеет ли он корень в свете Кетера, т. е. в пределах двадцати, или выше него. Из этой его духовной

сущности вытекают разные мнения в практическом законе. Определения

мудрецов не произвольны. Хотя они и не открыли смыслы в Торе, в виду

необходимости скрывать их, в Зоаре эти вещи были преданы огласке и

приготовлены для наших поколений — для тех дней, когда «не будет

света, но холод и мороз» (Зхария 14:6). Это дни, когда раскроются

смыслы законов Торы, и аллегорическая часть объединится с ними.

Настанет единство практики и тайного смысла — соединение Рахели и

Леи, мира проявленного и мира скрытого. Они не будут больше

соперничающими сестрами, но будут дополнять друг друга и углублять, подобно сочетанию закона и внутреннего смысла, которые проявляются

в глубине и в широте. Ни та, ни другая часть не потеряет при этом своей

формы, структуры и особенностей. Они будут лишь дополнять друг

друга, становясь одним целым. Б-г да поможет нам почтить Ймя Его и

исполнить волю Его всем сердцем (см. Орота-Кодеш 1, «единство

тайного и явного»; Орот а-Кодеш 3, стр. 348).


Сукка — это покров или свет?


После всего сказанного нужно рассмотреть, является ли сукка

покровом, защищающим от света, тогда как сам свет приходит сверху

(по аналогии с солнцем), или все-таки она сама является окружающим

светом и передает идею того света, который охватывает все миры, окружает и нас и вносит в нас свое сильное свечение. Из учения святого

Ари известно, что сукка — это окружающий свет, а движения лулавом —

внутренний (Шаар а-Каванот, главы о празднике Суккот). С этой точки

зрения, сукка коренится в верхнем свете, который окружает все миры.

Эта мысль противоположна сказанному нами прежде, что сукка — это

покров, защищающий от света. Известно, что любой окружающий свет

имеет корень в высшем свете на самом верху — в свете Бесконечности, который охватывает всю реальность, все пустое пространство. Самый

высокий свет, как известно, — это и есть окружающий свет

Бесконечности, а второй за ним свет — это сила сокращения, подобная

завесе или своду, заграждающему и ограничивающему его, чтобы не

затопил своим свечением все миры. Эта сила сокращения и создает

пустое пространство, в котором образовались миры.

Как известно, окружающий свет в любом месте и в каждом мире

имеется свой высший корень наверху в святости и происходит от света, охватывающего все миры — того света Бесконечности, который

предшествует сокращению. Это корень для света Кетера повсюду. Если

мы говорим, что сукка отражает тайну окружающего света, то значит, она коренится в тех светах, корень которых — в бесконечном свете. На

первый взгляд, это отличается от того, что мы видели ранее — что сукка

связана с силой сокращения, которая является также корнем для любой

защиты и для покровов во всех мирах. Короче говоря, есть

противоречие между разными источниками по поводу сути сукки: либо

она представляет собой свет, либо сокращение — либо то, что

окружает, либо то, что ограничивает. Так все-таки имеет ли она корень в

светах или в сосудах? Этот вопрос чрезвычайно глубок.


Спор о том, включают ли двадцать локтей схах


На первый взгляд, можно разрешить это противоречие, сказав, что

оно основано на глубине спора мудрецов в Гмаре. Одни считают, что

высота в двадцать локтей относится только к пространству, хотя схах

может быть и выше (таково мнение Равы), или же схах тоже должен

вписаться с двадцать локтей (по мнению других учителей в Гмаре, Эрувин 3 а). Вроде бы, они спорят о том, связан ли схах со светом, который выше всех сфирот, т. е. с Бесконечностью, или же со светом, заключенным внутри структуры миров, в виде сфирот, и пребывающим

под силой сокращения. Возможно, этот спор является корнем того, что

мы видим здесь касательно двух способов понимания сукки — выражает

ли она свет Бесконечности или принцип сокращения и границы. Эта

граница словно пролегает между Бесконечностью и Кетером. Кетер стал

началом созданных после того, как свет Бесконечности был сокращен.

Получается, что «выше двадцати» — это Бесконечность, а высота ровно

в двадцать — это сокращение и возникновение Кетера. Быть может, в

этом и состоит разногласие мудрецов, что особенно видно благодаря

сказанному в «Магид Мейшарим» по поводу Равы, который считал, что

«о пространстве сукки мы учим». Если мы попытаемся продолжить эту

линию и объяснить мнение других мудрецов в Гмаре, которые с ним

спорят, то получится, что их позиция противоположна мнению Равы.

Они связывают корень сукки со светами после сокращения.


Спор Рамбама и Тосафот на тему святости сукки


Между прочим, отметим еще, что есть спор по поводу древесины

сукки. Гмара (9 а) учит, что «Имя Небес ложится на сукку на все семь

дней», так что и древесина ее освящается, подобно жертвоприношению.

В другом разделе мы шире рассматриваем эту тему (см. раздел

«Постоянное и временное»). Тем не менее, вкратце отметим, что ранние

комментаторы разошлись в определении этой святости. По мнению

Рамбама (гл. 6, закон 15) Имя Небес ложится на всю сукку, включая ее

стены, и все вместе освящается и становится запрещенным к

использованию в личных целях, подобно жертве. А, по мнению Тосафот

(см. также Рош, гл. 1, п. 13), этот закон относится только к схаху, но не к

стенам. Можно сказать, что, по Рамбаму, святость Имени Небес витает

над всей сук-кой, а следовательно, сама она имеет корень в свете, окружающем человека со всех сторон. Это хорошо согласуется с

подходом, по которому сукка — это окружающий свет. Если бы ее

святость относилась только к схаху, почему она называлась бы

«окружающей»? Ведь тогда свет ничего бы не окружал, а только светил

сверху. А, по мнению Тосафот, возможно, сукка — это покров, защищающий от света. Тогда ясно, почему святость ложится на схах.

Ведь только он является этим покровом. Значит, спор Рамбама и

Тосафот можно связать с вопросом о сути сукки — является ли она

окружающим светом (тогда все ее части освящаются) или покровом

(тогда только схах становится святым). Можно привести еще

обоснования для мнения Рамбама и заметить, что окружающий свет

включает в себя все, даже несвятое. В других разделах («Постоянное и

временное») мы, с Б-жьей помощью, объясним суть стен сукки и

покажем, что это — «человеческая» часть в ней. С точки зрения

считающих, что сукка выражает окружающий свет, понятно, почему

святость нисходит, в том числе, и на стены, т. е. на ту часть, которая

относится к человеку. Но здесь не место продолжать эту тему.


Четвертый смысл — изгнание и нищета


Сукка — изгнание, искупающее грех


До сих пор мы перечислили три смысла сукки. Согласно двум из них

сукка представляет защиту — либо от вредителей, либо от чрезмерного

света, а по третьему она сама является светом, который окружает и

охватывает все. Но мы находим в ней еще кое-что — нищету и изгнание.

Суть сукки передается ее соотношением с постоянным жилищем

человека. С этой точки зрения, уход в сукку подобен уходу в изгнание и

в бедность. В Мидраше и вправду говорится о сукке как об изгнании, искупающем грех (Псикта де рав Каана, приложение 2):


««Когда уберешь с гумна и с давильни» (Дварим 16:13). Сказал

раби Элазар бар Мирьйом: Почему мы строим сукку после Йом

Кипура? Это чтобы сказать тебе следующее. В Рош а-Шана

Святой, благословен Он, сидит и судит обитателей мира, а в

Йом Кипур Он ставит печать на их приговоре. Быть может, евреи будут приговорены к изгнанию? Для этого они сооружают

сукку и уходят в нее из дома. А Святой, благословен Он, засчитывает им это, словно они изгнаны в Вавилон, как сказано:

«Содрогайся и страдай, дочь Циона, как роженица, ибо теперь ты

выйдешь из города и будешь жить в поле и придешь к Вавилону, там спасешься, там избавит тебя Б-г от рук врагов твоих»

(Миха 4:10)».


Здесь мы видим нечто отличное от всего обсуждаемого выше. Мы

видим нищету и бедность. Сукка подобна изгнанию, призванному

искупить грех после дней суда в Рош а-Шана и Йом Кипур. Быть может, этот мидраш пытается объяснить понятие «временное жилище». На его

взгляд «временное» означает бедность и изгнание во имя искупления. С

этой точки зрения, сукка — это вовсе не защита, да и не свет, а

напротив, ухудшение в сравнении с постоянным домом человека. Он

выходит наружу, становясь бедным и нищим, и тем самым искупает свои

грехи (нечто похожее объяснялось у нас в первом разделе). Такой

взгляд отличается от всего, что мы видели ранее, когда говорили о

смысле сукки. Это уже четвертый подход к объяснению ее сути.


Пятый смысл — дом Б-жий


«Шалаш для сторожа» — как Храм


Пятый подход к объяснению смысла сукки встречается у мудрецов в

Мидраше. Из их слов явствует, что сукка — это непременно то, что

создает народ Израиля, тогда как обитает в ней свет Всевышнего. Вот

что они говорят (Шмот Раба, гл. 34, п. 3):


««И сделайте ковчег». Что написано выше? «И сделайте Мне

Храм». Сказал Святой, благословен Он, Израилю: Вы — мое

стадо, а Я — ваш пастырь, как сказано: «А вы стадо Мое, стадо, которое Я пасу, человек вы» (Ихезкель 34:31). Я пастырь — как

сказано: «Пастырь Израиля, услышь» (Теилим 80:2). Сделайте

загон для Пастуха, чтобы Он пришел и пас вас, как сказано: «И

сделайте Мне Храм, и буду обитать среди вас». Вы —

виноградник, как сказано: «Ибо виноградник Б-га Воинств — дом

Израиля» (Ишайя 5:7), а Я — сторож, как сказано: «Не уснет и не

задремлет Страж Израиля» (Теилим 121:4). Сделайте шалаш

для Стража, чтобы стерег вас. Вы — дети, а Я — отец ваш, как сказано: «Дети вы для Б-га Всесильного вашего» (Дварим

14:1). Я отец — как сказано: «Ибо был Я для Израиля отцом»

(Ирмия 31:8). Славно для детей быть рядом с Отцом, и славно для

Отца быть рядом с детьми. И говорится: «Венец старцев —

внуки» (Мишлей 17:6). Сделайте дом для Отца, чтобы Он пришел

и пребывал со Своими детьми. Потому и сказано: «Сделайте Мне

Храм»».


Из этих слов мудрецов мы видим совсем другое направление, отличное от всех, что видели до сих пор. Здесь говорится, что Израиль

строит сукку, а живет в ней Всевышний, Страж Израиля. Отсюда видно, что сукка — это нечто вроде жилища, позволяющего Творцу

проявляться в мирах. В действительности та же идея выражена в

создании Храма, по принципу «Сделайте Мне Храм, и буду обитать

среди вас», как цитируют мудрецы в этом Мидраше. И сам Храм тоже

называется «суккой», как сказано: «Й была в Шалеме сукка Его, и

обитель — в Ционе» (Теилим 76:3). Сукка и Храм — это дом, который

строит народ Израиля, чтобы привлечь Божественное откровение вниз

на землю. Евреи должны трудиться, подготавливая землю для верхнего

света, чтобы он обитал с ними. В этом и заключается смысл Храма —

дома Б-жьего. Это дом, приготовленный и приспособленный для

высшего света. Следовательно, Израиль строит дом, сам становясь

суккой, а Всевышний проявляется через него.


«Сукка» — 65 окружает 26


Это же объясняется в Тикуней Зоар (2 б, мы уже приводили это

выше). В самом слове «сукка» )הכוס( есть намек. Буквы )ה״ס(окружают

буквы)ו״כ( . Как известно, )ה״ס(дает число 65, такое же, как и имя

Адонай. Этим именем называется Шхина. А буквы )ו״כ( образуют

число 26, как у благословенного Имени Авая. Отсюда следует, что

Адонай — это сосуд, принимающий и содержащий внутри свет Авая.

Этот великий свет не может осветить миры иначе, как посредством

емкости, принимающей его, то есть Шхины, которая облачает этот

сильный свет и передает его мирам. Таким образом, имя Адонай — это

)ה״ס(, окружающие буквы. Они подобны дому, который окружает того, кто в нем живет. А буквы)ו״כ( находятся посередине. Это и есть Тот, кто

живет в доме. И в этом состоит суть сукки20.


20 Пусть место расположения букв не покажется чем-то произвольным. Тайна имен велика -

они подобны семенам и эссенциям тех вещей, которые ими называются. Буквы - это «камни имен», корни сущностей. Взгляд на них - это как взгляд через микроскоп на клетки семени, из которого

рождается человек. Хотя они не видны глазу и не постигаются нашим привычным разумом, все же

они являются основой всего. Их изучение раскрывает суть в том виде, как она заключена в своем

корне, во всей точности.


Эта мысль выражена во фразе: «Б-г в чертоге святости Своей, смолкни перед Ним вся земля» (Хавакук 2:20). Слово «смолкни» )סה(

выражает тайну имени Адо-най, поскольку у него то же числовое

значение. Такое же число (65) мы видим у слова «чертог» )לכיה( ; см.

Зоар 1, 90 а; 2,178 а, Орота-Кодеш 2, стр. 400-401, и все с этим

связанное со стр. 397). Значит, благодаря тому, что Б-г проявляется в

чертоге Своей святости, все познают Его присутствие и реальность и

сами собой испытывают перед Ним трепет. Не будь у Него чертога и

сосуда, творения вообще не заметили бы Его присутствия и света, так

Он превознесен, и тем более не боялись бы Его. Но посредством

Шхины, служащей емкостью для великого света, творения могут

заметить и постичь Его, а значит, к ним придет и трепет перед Его

высотой и великолепием. Об этом сказано: «Страшен Всесильный из

Храма Своего» (Теилим 68:36) — благодаря Храму познают Его как

страшного и возвышенного (см. в Олат Реия 1, стр. 214, дополнение к

этой идее). И наш отец Яаков сказал: «Как страшно это место» (Берешит

28:17). В этом состоит тайна слов: «Б-г в чертоге святости Своей,

смолкни перед Ним вся земля». В этом же заключается и значение

«чертога», который имеет то же число, что и слово «смолкни», и то же, что и Адонай. Шхина — это чертог для Божественного света, для Имени

Авая. С ее помощью все познают присутствие и реальность Б-га и

трепещут перед Ним.


Гости в сукке (ушпизин) — принцип мужского света


Получается, что этот чертог и дом создает Израиль, а обитает в нем

свет Святого, благословен Он. В этом заключается смысл «сукки

Давида» (Амос 9:11) у пророка. Там это слово пишется без буквы Вав. И

Зоар говорит, что это Малхут — свет Шхины (Зоар 3, 6 б). А в книге

«Кеилот Яаков» написано: «Сукка Давида — это Малхут, как говорится в

Зоар, Ваикра 6 б, и еще в нескольких местах. И если взять эти слова

вместе с их общей единицей получится то же число, что и у слова

«Малхут» вместе с пятью ее буквами. Буква Вав)ו( означает свет Того, кто дает, — верхний свет Всевышнего. Это мужская сторона, на

которую, как известно, постоянно намекает буква Вав. А Шхина — это

принимающий сосуд, и когда она одна, то называется словом )הכס(

(«сукка» без Вав), так как здесь нет дающего. Когда мы сидим в сукке и

намереваемся пригласить туда гостей, то и на самом верху Дающий

входит в Шхину Своего могущества — в общину Израиля. Это же

явление мы встречаем в Песах. Зоар (1, 157 а) учит нас, что Шхина

называется мацой — это «хлеб бедности». Й слово «маца»

превращается в слово «мицва» (заповедь) в силу действий народа

Израиля, который приносит ей свет Дающего — букву Вав, как говорит

Рамхаль в книге «Адир Бамаром» (стр. 5).

Это явление вхождения верхнего света в Шхину и есть «святые

высокие гости». Это сила Дающего (мужской стороны) — сфирот от

Хесед до Есод. Каждый день приходит новый свет из святости —

очередной гость — и через это община Израиля наполняется святым

благословением из верхних источников, светом Всевышнего.


«Сукка» напротив «сокрытия»


Как бы то ни было, мы видим дополнительную тайну в понятии

«сукка», и она совершенно отличается от всего, что разбиралось до сих

пор. Согласно всем подходам, рассмотренным прежде, было ясно, что в

сукке сидит Израиль, а Всевышний витает над нами, укрывает и

защищает нас, или приносит нам окружающий свет. А здесь мы видим, что сама сукка — это община Израиля, когда сидит в ней Всевышний, как было в Храме. С этой точки зрения, получается, что народ Израиля

окружает Святого, благословен Он, по принципу «Женщина окружит

мужчину» (Ирмия 31:21) и по тому же принципу, как буквы ה״ס окружают

буквы ו״כ, а не наоборот. Благодаря этому свет Б-жий раскрывается, как

об этом говорится во фразе: «Б-г в чертоге святости Своей», и как в

словах: «Страшен Всесильный из Храма Своего». Оба эти выражения

передают раскрытие света Б-га, которое выражается в трепете, производном от самого этого раскрытия. Таким образом, облачение Б-

жьего света в Шхину приводит к его проявлению в мирах, как сказано:

«Народ этот Я создал Себе, славу Мою они будут рассказывать»

(Ишайя 43:21).

В противоположном состоянии, когда свет Всевышнего окружает

Шхину и Израиль, он находится в сокрытии и непроявлен. На это

намекают переставленные буквы слова «сукка» )הכוס(: «И вот скрыло

его )והסכ( облако» (Бемидбар 17:7). Эта же идея выражена в словах:

«При скрытии в день праздника нашего» (Теилим 81:4) — Луна

скрывается, и буквы ו״כ окружают ה״ס, как в слове «скрыло его». Так

получается прямое распространение Божественного света, и из-за

величия этого света возникает скрытие. Человек словно смотрит на

солнце и слепнет, ничего не различая. Точно также, когда высший свет

Творца окружает Шхину снаружи и светит сам по себе, появляется

сокрытие, поскольку он ослепляет настолько, что ничего в нем не видно.

Другое дело — когда свет Шхины окружает его, а высший Божественный

свет облачается внутрь него. Тогда проявляется лишь ограниченный

свет, и люди способны постичь и увидеть его, что выражается словом

«сукка»21.


21 «Объяснение: причина проявления - такая же, как и причина сокрытия, а причина сокрытия -

та же, что и у проявления. Когда сильный свет скрывается и облачается в одежды, он проявляется.

Казалось бы, свет скрылся, а, на самом деле, раскрылся. Если бы не скрывался, то и не проявился

бы. Человек собирается взглянуть на солнечный луч, но этот луч создает сокрытие, поскольку никто

не может смотреть на него из-за слишком большой яркости. Если же скрыть его и посмотреть на него

через завесы, то можно увидеть его глазами, не пострадав от этого. То же самое с Ацилутом - он

облачается и скрывается, чтобы проявиться» (Пардес Римоним 5:4).


Об этом говорит Писание: «И снизошла слава Б-га на гору Синай, и

покрыло ее облако на шесть дней, и воззвал Он к Моше на седьмой

день из облака. А вид славы Б-жьей, словно огонь поедающий, на

вершине горы на глазах сынов Израиля» (Шмот 24:16-17). Это

происходило, когда Израиль стоял у горы Синай. В это время

проявлялось качество Тиферет — свет Всевышнего, как говорит Гмара:

«Тиферет — это дарование Торы» (Брахот 58 а). И потому гора, представляющая качество Малхут, покрылась Его светом, как сказано:

«И покрыло ее облако на шесть дней». Шесть дней — потому что свет

Всевышнего содержит шесть качеств: от Хеседа до Есода. В каждый из

дней светило одно из этих качеств, а в седьмой день проявилась сама

Шхина-Малхут, и потому Моше смог войти, потому что свет

уменьшился22.


22 В слове «И скрыл его» )והסכיו( первые буквы Вав-Иуд - это дающий (мужской) свет в своем

верхнем корне. Вав присоединяется к Иуд, которая означает сфиру Хохма - корень Тиферета. Зоар

учит в главе Берешит (17 а) в комментарии к словам «И назвал Всесильный свет днем, а тьму назвал

ночью», что днем, когда господствует мужская сторона, появляются буквы Иуд-Вав в начале слова

«назвал», чего не бывает ночью, поскольку это получающая, женская сторона. И в слове «назвал

ночью» нет букв Иуд-Вав.


Итак, мы видим пятый смысл сукки — женская сторона окружает

мужскую. Израиль символизирован суккой, что выражено в словах

«Сукка Давида» (этими словами, как известно, называется община

Израиля). А живет в ней свет Всевышнего. Это представление

полностью отличается от всех предыдущих, которые были приведены

ранее.


Шестой смысл — хупа для жениха и невесты


Сукка — хупа


Шестой смысл сукки связан с тайной хупы. Сукка сама называется

«хупой», как говорит Писание прямым текстом (Ишайя 4:5-6): «И

сотворит Б-г над всем местом горы Цион и над всеми собраниями на ней

облако и дым днем и сияние пылающего огня ночью, потому что над

всей славой покров (хупа). И сукка будет днем для тени от зноя и

убежищем и защитой от ливня и от дождя». В этом смысле хупа

означает свадьбу между Всевышним и общиной Израиля. Эта идея

имеет глубокий корень и выражается через крувим, о которых сказано:

«И простирали крувим крылья наверх, укрывая своими крыльями крышку

ковчега, а лица их обращены друг к другу» (Шмот 25:20). Мы видим у

крувим две особенности: они создают крыльями покров наверху, у себя

над головами, а сами находятся под сенью своих крыльев. Иными

словами, их тела расположены внутри шатра (или сукки), образованного

их крыльями. Эти крувим означают Святого, благословен Он, и общину

Израиля, а лица их с радостью обращены друг к другу, как у жениха и

невесты. Действительно, мы находим в Гмаре (Сукка 5 б), что по одному

из мнений закон о том, что стена сукки должна быть высотой как

минимум в десять ладоней, выучивают из крыльев крувим. Из него

видно, что схах должен быть на высоте хотя бы десять ладоней.

Естественно, это не случайный вывод, но обусловленный внутренней

сущностной связью между крувим и суккой. Сами крувим раскрывают

тайну сукки, выражая единение Святого, благословен Он, с общиной

Йзраиля, когда они укрыты верхним светом, который их связывает. То

же самое объяснено в Зоаре (3, 255 б):


«В слове «сукка» есть буква Вав — это тайна двух детей

Авая и Адонай. И само слово «сукка» численно равно этим именам

) יהנודהאי( . Это двое крувим, которые «укрывают своими крыльями

крышку ковчега, а лица их обращены друг к другу»».


Мы ясно видим, что Зоар связывает крувим и сукку и учит, что

«сукка» имеет то же числовое значение, как имена Авая и Адонай

вместе. Это «единение любящих» — свет Святого, благословен Он

(проявление Авая), и свет Шхины (проявление Адонай). Подобное

приводится вТикуней Зоар, где говорится, что сукка — это хупа для

жениха и невесты (56 а):


«Нижняя Шхина — это сукка ) ה״כ ה״ס( , то есть Авая-Адонай.

Она включает оба имени. Сукка — соединение их обоих в

виде) יהנודהאי( , поскольку она — Его невеста, она Бат-Шева —

сумма семи дней Суккот. Когда она берет свет у верхней

Матери, которая называется «Симхат Тора», «радость Бейт а-

Шоева», которая есть также Его хупа, то называется «восьмой»

— праздником Шмини Ацерет».


«Выйдите и узрите, дочери Циона»


Эта идея выражена в том, о чем говорит Писание: «Выйдите и

узрите, дочери Циона, царя Шломо в венце, которым увенчала его мать

его в день его свадьбы, в день радости сердца его» (Шир а-Ширим 3:11).

Известно (конец введения к Шир а-Ширим Раба), что «царь Шломо» —

это Царь, которому принадлежит мир (шалом). Это Святой, благословен

Он. А «день его свадьбы» — это состояние «единения любящих»: Святого, благословен Он, и общины Израиля. Что же касается матери, здесь заключена большая глубина. Это Бина — верхний свет, который

является корнем для «света любящих», для Тиферет и Малхут23 (см.

объяснение в Талелей Хаим, Шмот, раздел о Пу-риме и о том, что такое

«несира», и шире в других местах в книгах Талелей Хаим, поэтому здесь

мы говорим вкратце).


23 Известно, что Бина называется также словом «Твуна» )הנובת(, что намекает на «сына» и

«дочь»)תבו ןב( . Это значит, что сын и дочь - Тиферет и Малхут - происходят и появляются из нее.


С этой точки зрения, верхний свет Бины — это благодать, покрывающая сверху, создающая дом, силу единения Всевышнего с

общиной Израиля. Это и «венец», который тоже указывает на хупу, наподобие короны на головах жениха и невесты, и свадебный чертог.

Верхняя Мать увенчивает «любящих», чтобы они стали по-настоящему

едины в день свадьбы. Об этом говорится в Зоаре (предисловие к

Тикуним 2 б), что схах — это «верхняя Мать», Бина, которая укрывает и

создает дом ради совершенного единения между Святым, благословен

Он, и общиной Израиля. В этом смысл того, что мы произносим: «Ради

единения Святого, благословен Он, и Его Шхины с помощью Того, кто

скрыт и неведом». Это верхний свет, соединяющий «любящих». Ведь

между двумя не может быть единства, кроме как благодаря более

высокому источнику, который его создает24.


24 То же самое приводится в «Тикуним Хадашим» Рамхаля (тикун 25): «Еще сукка - это ו״כ(

)ה״ס, потому что Мать - хупа над головами жениха и невесты. Пока не войдут под хупу, они не

объединятся, а она соединяет их. В будущем же «над всей славой хупа» (Ишайя 4:5) со стороны

Матери. Кто трудится над Торой, тот получает Святого, благословен Он, и Шхину, и Мать простирает

над ним хупу». См. Эмек а-Мелех 13:45.


«Яаков сделал шалаши»


На это есть намек в Торе, когда впервые появляется слово «суккот»

(Бере-шит 33:16-17): «В тот день Эсав вернулся своим путем в Сеир, а

Яаков двинулся в Суккот и построил себе дом, а для скота сделал

шалаши (суккот). Поэтому и место это он назвал Суккот». Это

произошло сразу же после его прихода в страну Израиля. Если это

первое действие, которое совершил Яаков, когда вошел в страну, то оно

указывает на большую глубину и тайну сукки, которая сама связана с

приходом туда Яакова. Здесь действительно есть глубокая тайна. А

дело в том, что, как известно, качество нашего отца Яакова — Тиферет, мужской свет, тогда как страна Израиля — это Шхина, качество Малхут.

Вход Яакова в страну намекает на «единение любящих» — Святого, благословен Он, и общины Израиля. В святых книгах подробно

объясняется, что проживание народа Израиля в стране Израиля — это

тоже соединение Его света со Шхиной. Наверху совершается подобное

тому, что происходит внизу. Когда евреи на своей земле, то и наверху

любящие пребывают вместе (см. Талелей Хаим, Берешит, раздел Лех

Леха). Следовательно, вход Яакова в страну — это и есть единение

любящих наверху, и значит, первое, что нужно сделать, — построить

дом для любящих, то есть сукку. Это первичный корень для будущего

строительства Храма, который доводит до совершенства то, что

представляет собой сукка: «И была в Шалеме сукка Его, и обитель — в

Ционе» (Теилим 76:3)25.


25 Между прочим, отметим, что здесь слово «сукка» пишется с буквой Вав в конце, а не с Гей.

Это намекает на подъем Шхины на один уровень с Дающим (мужским началом). Она не остается под

Ним, а становится Ему подобной. Буква Гей - это Далет вместе с маленькой Вав внутри. Суть Шхины

передается буквой Далет, поскольку она «бедная» (дала), а Вав внутри нее - это благодать свыше.

Когда же она поднимается к самой букве Вав, то становится как большая Вав. Это свидетельствует о

ее уравнивании с мужским началом. Она сама становится источником света. Это состояние

называется «крючки столбов» (вавей а-амудим). Так называются сфирот Нецах и Од, когда мужское

начало находится в Нецахе, а женское - в Годе. Тогда сукка становится совершенной после

завершения подъема Малхут. Но перед этим подъемом слово «сукка» пишется с Гей на конце, а

иногда даже в середине слова пропускается Вав, указывая на недостаток света.


Заострим на этом внимание и отметим, что уход Яакова из страны

Израиля и путешествие в дом Лавана намекает на изгнание сынов

Израиля в Египет, где они стали народом. Высокая рождаемость в

Египте вытекает из высокой рождаемости сыновей Яакова в доме

Лавана. Это открывает новую страницу в жизни народа Израиля —

переход от индивидуумов к целой нации, от праотцев к полноценному

народу (важные подробности об этом смотри в «Ор Ки Тов», Берешит, гл. Ваеце). Поэтому возвращение Яакова в свою страну — это не

движение вспять, а действительно новая ступень, соответствующая

возвращению народа Израиля на свою землю. Перед уходом Яаков

видел сон, в котором содержался намек на всю суть этого ухода и его

цель, как и на конечный результат — возвращение в страну. В этом сне

проясняется, что цель — строительство Храма, как сказано: «Если будет

Всесильный со мной и будет беречь меня на этом пути, по которому я

иду, и даст мне хлеба поесть и одежду одеться, и я вернусь с миром в

дом отца моего, то Г-сподь будет мне Б-гом. А камень этот, который я

поставил памятником, станет домом Б-жьим, и от всего, что дашь мне, десятину отделю Тебе» (Берешит 28:20-22). Таким образом, вершина

возвращения в страну — это строительство Храма. То, что было

молитвой в дорогу перед уходом в изгнание, стало реальным

совершением при возвращении в свою страну. Имеется в виду, что

строительство Яаковом сукки при входе в страну — это реализация сна

и этой молитвы. Сукка — это основа и корень для строительства Храма, это единственное, что осталось в том месте, но она будет

совершенствоваться и развиваться, пока не превратится в Храм, исполненный величия и красоты (соотношение между суккой и Храмом

будет подробнее разобрано в отдельной главе).


Все это разбирается в Тикуней Зоар, когда говорится о нашем отце

Яакове, построившем дом, и о тайне единения любящих в сукке

(Тикуней Зоар 29 а):


«Когда завершается создание сукки... сказано о Яакове: «И

пришел Яаков в Шалем» (Берешит 33:18). Яаков непременно был

образом света среднего столпа (Тиферет). А когда средний

столп совершенен? Когда он соединяется со Шхиной, как об этом

написано: «Яаков двинулся в Суккот и построил себе дом» (там

же 17), и еще об этом написано: «И построил Б-г Всесильный

ребро» (Берешит 2:22). В тот момент, когда соединился с ней, «и

пришел Яаков в Шалем» — в тот момент сукка стала

совершенной, ) יהנודהאי( ו״כ ה״ס .


Еще в Тикуним (107 б) приводится следующее:


«И, тем не менее, он не будет совершенным, кроме как

вместе с супругой, то есть с именем Адонай. Ив каком же месте?

В сукке, ו״כ ה״ס , в соединении ) יהנודהאי( . Тайна этого заключена в

словах: «И пришел Яаков в Шалем» — имя Авая. И сразу же

«построил себе дом» — это сукка, как говорится: «А Яаков

двинулся в Суккот и построил себе дом»».


Смысл дней Суккот в связи с тайной хупы для любящих


Итак, мы видим, что сукка — это дом для любящих, тайна хупы.

Корень всего этого подробно разбирается в разделе о каванот месяца

Тишрей и всего процесса, начинающегося от Рош а-Шана и до Шмини

Ацерет. Об этом написано: «Левая рука его у меня под головой, а

правая обнимает меня» (Шир а-Ширим 2:6). Там объясняется, что суть

этих дней — процесс роста и строительства женского начала (Нуквы), Шхины, от самого ее начала в первый день года до момента, когда она

становится достойной быть возлюбленной для Святого, благословен Он

(см. Талелей Хаим, Элуль-Тишрей, стр. 109 и далее). Дни трепета — это

ее подготовка и выстраивание. Они соответствуют левой стороне и

Гвуре и нацелены выстроить сущность и правильное состояние Шхины.

Вслед за этим наступают дни Хеседа — дни соединения и связи. Это

праздник Суккот, когда Святой, благословен Он, соединяется с общиной

Израиля в свадебной радости, по принципу сукки и хупы.


Седьмой смысл — сукка мира и единства


Сукка мира соответствует миру исправления


Итак, мы видели шестой смысл: сукка — это хупа, единение

любящих. А седьмой ее смысл заключается в том, что она называется

«суккой мира». Мир (шалом) — это, как известно, единство между всеми

силами, когда все они способны уживаться «под одной крышей» в

гармонии, не враждуют и не воюют друг с другом. В этой идее есть

глубокая тайна, касающаяся различия между миром хаоса и миром

исправления. Основное разбиение и вред в мирах произошли, как

известно, в состоянии хаоса, который и указывает на разбиение. Там

было множество сил, и каждая из них старалась возвыситься, не

считаясь с другими. Из-за этого они сталкивались друг с другом в

состоянии избытка света, неуравновешенного и не приведенного в

соответствие, а затем разбились и упали вниз. Этот хаос мы узнаем в

самих себе. Это необузданные и необдуманные силы, которые не

согласованы с общей суммой сил человека. Например, инстинкт, который пробуждается и влечет человека к одним вещам, заставляя

забыть о других и не давая оценить, принесет ли это добро или

причинит вред общей совокупности сил. Но свет мира исправления —

это состояние равновесия и гармонии между всеми силами, когда они

согласованы друг с другом, собраны в одну структуру и вместе

участвуют в становлении совершенного мира, совершенного человека и

исправной совершенной реальности. В этом смысле принцип

исправления называется в «Сифра де-Цниута» словом «весы» (Зоар 2, 176 б), что указывает на равновесие. Это подобно тому, как человек

взвешивает каждую силу и ставит ее на надлежащее место, чтобы она

не вышла за отведенные границы. Так она сможет дать благословение

общей структуре, и не будет резко выбиваться из нее, что, в конечном

счете, породило бы разрушение и привело бы ее к краху, разбив на

осколки.

Уже несколько раз мы объясняли, что хаос и исправление у нашего

учителя Ари называются словами «владение многих» и «владение

одного» (Шаар Ма-амарей Рашби, комментарий к «Идра Раба»; Маво

Шеарим 2:3:7; Эц Хаим 9:2 и др). Различие между владением многих и

владение одного сводится к праву собственности. Во владении многих

есть много хозяев, и следовательно, каждый делает то, что приходит

ему на ум. Там нет единого фактора, который связал бы и объединил

сумму этих сил. Все вещи текут и проходят сквозь «владение многих». И

само собой там нет согласованности, нет гармонии, «каждый ближнего

своего живым проглатывает». Иначе обстоит дело во «владении

одного». Все собрано вокруг единого хозяина — общего краеугольного

камня, который дает единый внутренний смысл всем планам и силам в

этом владении. Таким образом можно согласовать их, уравновесить и

направить к действию в гармонии и порядке.


Ковчег Ноаха


В книгах объясняется, что одно из первых явлений мира

исправления — это принцип ковчега Ноаха (см. Адир ба-Маром, сир. 15).

Этот ковчег был как пузырь в могучих потоках сил хаоса. Потоп, бывший

на земле, смыл все подряд без разбора. Это была мощная сила хаоса, которая стерла все с лица земли. Но в силе хаоса оставался

изолированный от нее пузырь — нечто вроде отдельного мира, выстроенного и организованного, с этажами, комнатами и помещениями.

В нем все обитатели уживались в гармонии и порядке под руководством

Ноаха, праведного человека, символизирующего принцип Есода, который объединяет и уравновешивает все силы (см. «Ор Ки Тов», Берешит, гл. Ноах). Снаружи царит погибель, а внутри — мир да

благодать. В ковчеге — спокойствие и защита. Это была линия

исправления внутри хаоса и пустоты, становление нового мира, организованного и упорядоченного. Здесь место не только укрывает и

защищает от того, что снаружи. Это не только защита, но и фактически

создание совершенно новой среды, полностью иной сферы, наподобие

другого мира с другим воздухом. Это отдельная и изолированная от

всего внешнего реальность. Это не только подобие стен перед

желающими войти вредителями, но и создание атмосферы иного мира, воздух которого чист (см. Адир ба-Маром, стр. 40 и далее; стр. 43 со

слова «объясню» на тему воздуха и ковчега Моше). В силу этого

становится возможным образовать удивительное соединение между

всеми, кто находится в ковчеге, в состоянии мира и исправления.


Внутренний мир в сравнении с внешней безопасностью


Такова сукка — шатер мира. Это не только мир, оберегающий от

внешних врагов, наподобие защитных стен и железной крыши, но и

мирные отношения между теми, кто живут внутри. Это мир, гармония и

единство в большой любви вокруг общего содержания жизни, святого и

возвышенного. Сукка дает не только безопасность от наших соседей

извне, это не только принцип «удались от зла», но и «делай добро» —

становление мира в Израиле. «Творящий мир в высотах Своих, Он

дарует мир нам и всему Израилю». Основа мира и его корень — это не

только мирные отношения между нами и арабами, например, но и мир у

нас с самими собой: «любовь, братство, мир и близость», дружба и

приязнь друг кдругу, как у любящих братьев, живущих в одном доме, под

одной крышей. «Все евреи достойны жить в одной сукке» (Сукка 27 б), поскольку мы — одно семейство, и у нас один Отец — единый Б-г

сотворил нас, семью дома Израиля.

Из этого можно выучить, что основа и суть мира — внутри, в нас

самих. Это не внешнее «ведомство», а внутреннее. Нужно обернуться

лицом к братьям своим, направить сердце на сплоченность внутри

народа Израиля, чтобы поток единства связывал нас всех большой

любовью. Эта соединяющая сила также является нашей национальной

безопасностью, военной и государственной мощью. Чтобы мы могли

легко одолеть любого врага и ненавистника, любой сорняк вокруг нас, который в глупости своей попытается поднять голову против «львенка

Йеуды», против святого народа Израиля, народа Б-жьего, который как

лев среди народов. И если уж растерзает, никто не спасет (см. Миха

5:7). Поэтому мы должны как следует обратить внимание, чтобы ни в

коем случае не было разрыва в «стане Израиля» из-за множества

споров и разногласий об отношении к арабам, другим окружающим

соседям и всем народам мира. Нельзя создавать разделение и разрыв в

народе, ведь это — главная из всех наших болезней. Пусть ни в каком

виде не будет такого. Чем заботиться о безопасности от врагов, лучше

нам действовать ради мира у нас самих. Творить мир, но истинный мир

— не воображаемый и ложный, а мир внутри нас, и когда он пребывает

в нас, все удается хорошо. Свет единства народа Израиля притягивает с

самых вершин мощную силу благословения. Она больше, чем сила, сотворившая весь мир, и, само собой, ей легко решить все наши

проблемы со всеми народами мира вместе взятыми. Ведь мы сыновья

Всесильного — «Творца краев земли», который не устает и не

утомляется. Он сказал, и стало; Он приказал, и свершилось. Его воля —

в том, чтобы мы были едины, любили друг друга и объединялись. Тогда

на нас снизойдет безграничное благословение.


«Все евреи в одной сукке»


Таким образом, наша любимая сукка образует для всех нас один

дом, одно владение. Это «владение Единого в мире». В сукке Б-г

собирает нас в Свой дом. Облака славы исполняют принцип «слава Б-

жья собереттебя» (Ишайя 58:8). Это праздник сбора урожая, когда

собирают все плоды — сынов Израиля. Еврейский народ сходится

вместе в доме Отца своего, связывается единой связкой.

Действительно, основная святость суки — в нашей стране, в месте

собирания Израиля, «единого народа на земле» (Шмуэль II 7:23). «Они

не называются едиными, кроме как на своей земле» (Зоар 3, 93 б). Об

этом говорится в святом Зоаре, что проживание в суке, главным

образом, относится к стране Израиля: «У кого есть удел в народе и в

святой земле, тот сидит под тенью веры, принимает гостей, радуется в

этом мире и в будущем» (Зоар 3, 103 б). А основа этого соответствует

сказанному: суть сукки — это мир (шалом), единство Израиля, а оно

может наступить только в нашей стране.

Таким же образом, лулав и другие растения — это разные типы

людей из народа Израиля, их различные категории. В Суккот все разные

виды связываются, несмотря на различия во мнениях и в поступках. И

почему же? Потому что мы под одной суккой. В этом ее чудесная сила

— объединять все и составлять единый шатер из всех частей.


Шаббат и будущий мир — «простирающий сукку мира»


Эта идея выражает связь сукки с будущим, как сказано: «И сотворит

Б-г над всем местом горы Цион и над всеми собраниями на ней облако и

дым днем и сияние пылающего огня ночью, ибо над всей славой покров.

И сукка будет днем для тени» (Ишайя 4:5-6). Будущее — это мир

исправления в своей полноте, это объединение всего Израиля, когда

раскроется высшее совершенство. На него намекает шаббат, называемый «подобием будущего мира». Тогда Б-г сделает хупу

каждому праведнику (Бава Батра 75 а). Поэтому в шаббат в

благословении «Уложи нас» мы упоминаем не только о безопасности, то

есть о защите от внешних врагов, в словах: «Защити нас и устрани от

нас врага... и охраняй наш выход и приход к жизни и к миру... Хранящий

народ Свой Йзраиль вечно», но мы также возвышаемся к свету

исправления — к огромной высоте объединения всего Израиля. И

потому произносим: «Распростри над нами и над Иерусалимом, городом

Твоим, сукку милосердия и мира. Благословен Ты, Б-г, простирающий

сукку мира над нами, над всем народом Своим Израилем и над

Иерусалимом». Это свет мира грядущего, святого шаббата, свет

исправления — Есода, который соединяет все, по принципу «сукки

мира». Вот что приводится в Зоаре (1, 48 а):


«Но в шаббат сукка мира (шалом) простирается над всем

миром (олам), и он защищен со всех сторон. Даже грешники в аду

защищены. Все верхние и нижние пребывают в мире. Поэтому в

святости этого дня благословляют: «Простирающий сукку мира

над нами, над всем народом Своим Израилем и над Иерусалимом».

Почему над Иерусалимом? Потому что это место той сукки, и

мы должны пригласить ее, чтобы она простерлась над нами и

пребывала с нами, чтобы быть для нас, как мать над детьми.

Поэтому нет страха, ни с какой стороны. Вот почему

«простирающий сукку мира над нами». Приди и смотри, когда

евреи благословляют и приглашают сукку мира, святого гостя, и

произносят: «Простирающий сукку мира», верхняя святость

спускается и простирает крылья над Израилем, укрывая их, как

мать своих детей. Все силы зла устраняются из мира, а Израиль

восседает под святостью своего Господина. Тогда «сукка мира»

дает новые души детям. Почему? Потому что в ней пребывает

новая душа, из нее она исходит и протягивается. И поскольку

«сукка мира» нисходит и простирает крылья над своими детьми, она изливает и передает новые души каждому. Еще сказал раби

Шимон: Об этом мы учили, что шаббат — образец будущего

мира. И это так. Поэтому шмита и йовель соответствуют друг

другу, и шаббат с будущим миром тоже. Эта добавка души от

принципа «помни» приходит к «сукке мира», которая исходит из

будущего мира. Это добавка дается святому народу, и с ней они

радуются, а все будничное, все страдание и вред забываются, как

сказано: «И будет в день, когда освободит тебя Б-г от уныния и

гнева и от тяжкой работы...» (Ишайя 14:3)».


В Мидраше мы видим, что идея сукки — это мир (шалом). Вот что

там приводится (Батей Мидрашот, часть 2):


«Я сказал вам: Сделайте сукку, чтобы Я простер над вами

«падающую сукку Давида» — шатер мира, шатер смиренных, как

сказано: «В тот день подниму падающую сукку Давида и застрою

бреши их, разрушенное восстановлю и отстрою, как в дни

прежние» (Амос 9:11)».


Еще приводится в Тикуней Зоар (22 б) следующее:


«В этом тайна слов «простирающий сукку мира над нами».

Верхняя Мать — это сукка мира, укрывающая нас. С ней мир, как

сказано: «Вот Я даю ему Мой союз мира» (Бемидбар 25:12)».


Такова дополнительная идея, которую мы открыли в сукке —

седьмой смысл: принцип мира. Здесь упор главным образом делается

на обитель, которую она создает, чтобы ввести внутрь все категории

людей из народа Израиля. Она как мать, возлежащая на своих

многочисленных птенцах, и все они объединяются вместе. Даже если

мы отличаемся друг от друга, и у каждого есть отдельная суть и

собственное мнение, тот факт, что у всех нас один Отец и одна Мать, соединяет нас. Такова сила связи между братьями — все они

произошли от одного источника. Таким образом, когда высшая Мать, Шхина, открывается нам в свете сукки, само собой выступает на первый

план осознание того, что мы братья. Ведь высший источник всех нас

присутствует и светит, и само собой является чудо мира и единства.

Оно светит в мирах, проникает в души, дает ощутить общее основание, а не то, что разделяет, — единое сердце, а не различные стороны. В

этом тайна мира исправления, света Есода, который соединяет всех, сукки мира, приходящей вместе со свечением матери, согласно словам

из Тикуним, приведенным выше.


Тайна благословения коэнов — «укрывают крыльями»


Намек на тоже самое есть и в благословении коэнов, в вознесении

рук. Они «укрывают крыльями» Израиль. Это корень третьего

благословения, соответствующего сукке, тогда как первые два

параллельны праздникам Песах и Шавуот. Слова «Благословит тебя...»

касаются материального изобилия: Израиль появляется в мире в Песах.

Благословение «Осветит» нацелено на изобилие в Торе, на Шавуот. А

третье благословение соотносится с единством и миром между евреями

и их Отцом. Это и есть сукка. На суть сукки намекает то, что коэ-ны

благословляют Израиль: «И даст тебе мир» с помощью своих «крыльев»

— их руки простираются и словно укрывают нас, а над нами создается

верхняя сукка (пять пальцев соответствуют конечным буквам Мем-Нун-

Цади-Пей-Каф), в изобилии святости, которая светит нам с Циона и

соединяет Йзраиль воедино.


Совокупность различных смыслов


Подведение итогов


К настоящему моменту, у нас есть семь разных принципов в сукке.

Первый — это защита от вредителей, как в Мидраше об облаке, которое

защищало евреев от Амалека и ему подобных. Второй — защита от

света «высшего Солнца», то есть от света Творца, которая

приспосабливает его к нашему восприятию. Это видно из того, что сукка

будет защищать нас в тот день, когда Б-г «достанет солнце из ножен». У

святого Ари говорится, что сукка — это покров от верхнего света. Третий

принцип заключается в том, что сукка сама по себе является светом.

Это окружающий свет, и в толковании мудрецов на него намекает «сукка

из кожи Ливьятана», которая светит сильнее Солнца. Четвертый

принцип — состояние изгнания и нищеты. Евреи уходят из своих

постоянных жилищ, и тем самым грехи их искупаются. Пятый принцип

состоит в том, что сукка — это как раз сама община Израиля, подобная

Храму и чертогу, а обитает в ней свет Святого, благословен Он, также

как буквы ו״כ находятся внутри букв ה״ס. Мудрецы об этом говорили, что

евреи делают шалаш для Стража, который ихже и охраняет. Шестой

принцип — это хупа для Святого, благословен Он, и общины Израиля. А

седьмой — это мир, или «шатер мира». Источник всех этих смыслов

находится в святых изречениях наших учителей. По милости Небес, нам

удалось отыскать их в словах мудрецов в разных Мидрашах. И мы

увидели там разные смыслы сукки. Мы всего лишь собираем по

крупицам

то,

что

сказали

наши

мудрые

предшественники,

благословенна их память, и слова высоких святых, живших во всех

поколениях, которые объяснили мудрецов святым духом, говорившим

через них, слово которого пребывало на языке их.


Различные подходы в святом Зоаре


Как в Мидрашах у мудрецов мы видим разные смыслы сукки, так

обстоит дело и со святым Зоаром. В нем просматриваются различные

отношения и многие смыслы касательно сущности сукки. Рав Моше

Кордоверо (Рамак) написал об этом следующее (Пардес Римоним, врата 23, гл. 15):


«Для сукки есть много объяснений у раби Шимона бар Йохай, мир ему. В одном месте (Зоар 1, 112 б) он говорит, что сукка —

это Малхут, и она также называется «суката». В другом (Тикун

21, 55 а) он объяснил это слово как ה״ס ו״כ , то есть буквы Каф-

Вав — это имя Авая, а буквы Самех-Гей — имя Адонай. Вместе

они дают числовое значение слова «сукка». И хотя это слово

пишется без буквы Вав, все же есть преимущество у

написанного, но есть преимущество и у устной традиции. Еще в

одном месте (3, 255 б) он сказал, что сукка — это Бина, укрывающая своих детей»26.


26 Вот что там говорится далее: «Кажется, я мог бы предложить компромисс. Сукка - это

соединение Тиферет и Малхут, но главное в ней - это Малхут. Я хочу сказать, что иногда соединение

Тиферет и Малхут происходит благодаря пробуждению мужской стороны, и тогда мужское становится

главным, а женское скрывается в нем. Но в сукке все наоборот: главное в единении - женское; оно

проявлено, а мужское скрыто. Поэтому и соединение их названо словом женского рода. «Сукка»

состоит из Каф-Вав и Самех-Гей, что равнозначно имени יהנודהאי, указывающему на это соединение.

Когда они объединятся, то входят под хупу, то есть поднимаются в Бину в виде «шести концов», скрытых в ней. В сукке они представляют восток, запад, север, юг, верх и низ. Такова сукка внизу, на

своем месте, а наверху они скрываются в верхней сукке. Отсюда мы учим, что главным образом

слово сукка относится к Бине, то есть к «шести концам», в ней скрытым. В Тикуним объясняется, что

Бина называется «суккой мира», поскольку она покрывает «мир», то есть Тиферет, как это будет

разбираться далее».


Рамак указывает нам на разные источники в самом Зоаре, объясняющие сукку, в них проявляются многие ее смыслы. К его словам

мы добавим, что в Зоаре также можно встретить, что сукка достигает

Кетера. Об этом говорится, что она кошерна, если ее высота — до

двадцати локтей, но не меньше десяти ладоней (Малхут). Получается, что она имеет корни во всех сфирот и качествах наверху, и даже выше

Кетера, как мы это видели из книги «Магид Мейшарим».

После тщательного анализа можно увидеть аналогию между

смыслами, приведенными в Мидрашах, и теми, что взяты из святого

Зоара. Каждый смысл, приведенный в Мидраше, параллелен одному из

содержащихся в Зоаре. В общем, есть у сукки много смыслов, и она

коренится во множестве светов.


Семь выражений для сукки в Танахе


Еще отметим, что мы находим семь способов написания слова

«сукка». Она называется словамиהכוס , הכס , תוכס , תכס , וכס , וכש , תוכש .

Слово «וכש» используется во фразе (Эйха 2:6) «Разграбил, как сад, сукку Свою», что намекает на Храм, имеющий то же название. А «шт»

мы встречаем в выражении (Иов 40:31): «Наполнишь ли сукку кожей

его», что намекает на шатер из кожи Ливьятана. Итак, у нас имеется

семь названий. Нет сомнений, есть связь между ними и теми семью

смыслами, которые мы видели ранее, а также семью аспектами, которые еще увидим, в том, что приведем из книг Каббалы.


Причина множества смыслов сукки


Прежде, чем мы, с Б-жьей помощью, углубимся в эту тему, отметим

корень этого явления, согласно нашему пониманию: почему сукка

связана со столькими разными принципами? Почему в ней открывается

так много сторон? Корень этого заключается в том, что сукка — это

принцип Малхут, согласно словам пророка, называющего Шхину

словами «падающая сукка Давида». Принцип Давида — это свет Шхины, качество Малхут. Но известно и то, что Малхут относится ко многим

уровням. Она коренится на самом верху в высшем Кетере. Поэтому

Малхут называется «Корона» и «Царство» — «я» и «ничто» (ינא ןיא). Она

также имеет корень в сфире Хохма, как сказано: «Б-г мудростью

основал землю» (Мишлей 3:19). Есть у нее корень и в Бине: «верхний

мир» (Бина) соответствует «нижнему миру» (Малхут). Это наш мир и

будущий, как мы говорили об этом во многих местах. Еще известно, что

Малхут входит в единство со светом Творца: это единение Святого, благословен Он, и Его Шхины. Более того, Малхут — это емкость, принимающая все света, которые выше нее. Все уровни верхних светов

имеют к ней отношение и светят мирам при ее посредстве (Шаарей Ора, врата 1). Получается, что Малхут держится за все ступени света и

потому ей предстоит оказаться во главе их всех, по принципу «Стал

краеугольным камнем» (Теилим 118:22). Она будет взбираться и

подниматься через места всех ее корней до вершины лестницы в

будущем.

Кроме того, известно, что у Малхут есть свет и сосуд. Будучи

последней сфирой в мире Ацилут, она является сосудом, получающим

света, и «нет у нее ничего своего». С другой стороны, если посмотреть

на ее высший корень, она связана с самым верхом — с Кетером, поскольку ее внутренняя сущность относится к нему. Значит, она —

свет! И то же самое верно потому, что она становится главой всех

нижних миров; она дает им и обеспечивает их все, а, следовательно, является настоящим светом.

Таким образом, у Малхут есть много удивительных качеств. Она

является корнем всех миров и всех уровней, по принципу «Твоя Малхут

— царство всех миров» (Теилим 145:13). Она связана и имеет корни на

всех уровнях миров, от самого сокращения и во всем, что ниже (это

связано с тайной Малхут Бесконечности, которую здесь не место

обсуждать). Получается, что все различные смыслы сукки происходят из

того, что сама сукка — это Малхут. Тогда естественно, что законы

Малхут становятся и законами сукки, и все множество качеств Малхут

действительно проявляется в сукке. Вот почему мы находим разные

оттенки и различные толкования о ней, иногда даже противоположные.

Все сказанное ясно для понимающего.

Согласно всему этому, мы находим в сукке много сторон.

Действительно, Малхут — это сила нижних миров. Но коренится она, как

известно, в очень высоких мирах, доходя до самой вершины всего

мироздания. Известно также, что Малхут, или Шхина, будет

подниматься и продвигаться по мере подъема самих миров. Нижним

мирам предстоит подняться к самому верху, ступень за ступенью. С этой

точки зрения, сукка — это структура миров, и в ней действительно

заключено много уровней, начиная с нижнего — изгнание и падшее

состояние («падающая сукка Давида»), и заканчивая возвышенными

уровнями — шатром из облаков славы, из кожи Ливъятана. Далее есть

суккот благодати на уровне Бина, а еще выше — суккот, включенные в

чистоту святости, на вершине Кетера и даже выше — в благодати

Бесконечности, где нет границ и мер. Сукка — это качество Малхут, место и просторы миров. Она относится к женской стороне, а все

женское, как известно, — это принимающий сосуд, пространство, содержащее внутри тех, кто в нем существует. Это тайна «места»

(маком) в его различных значениях, начиная с воздуха нашего мира, к

«тонкому воздуху» и к «высшему воздуху», когда миры окажутся в

процессе их могучего подъема в будущем.

Итак, для всего порядка подъема миров мы находим пример и

выражение в различных качествах и уровнях в сукке. Есть качество, означающее изгнание, есть — означающее покров, есть — означающее

защиту, а согласно другому качеству она сама является высшим светом.

Все зависит от уровня мира и этапа подъема, на котором она находится.


Малхут получает от всех качеств


Как бы то ни было, мы хотим отточить наше понимание еще с одной

стороны: каков корень семи смыслов, которые мы нашли в сукке?

Известно, что число семь указывает на семь нижних качеств — от

Хеседа до Малхут. Действительно, этим семи качествам, или сфирот, параллельны семь дней праздника Суккот. В каждый из дней светит

новое качество в сукке. Им же соответствуют и семь гостей, которые

становятся колесницей Божественного света, озаряющего каждый из

дней. Верно и то, что семь смыслов, найденных нами в сукке, аналогичны семи нижним качествам. С милостью Небес, мы объясним

все это, но прежде прикоснемся к причине этого явления.

Мы видели, что качество Малхут — это главный корень сукки.

Известно, что у Малхут, или у света Шхины, нет ничего своего — она

является только принимающим сосудом, который получает в себя

верхние света. В святых книгах объясняется, что Малхут — это сосуд, не

имеющий ничего от себя самого. Он бедный и нищий, и, тем не менее, объединяясь с одним из верхних качеств и получая от него благодать, он становится подобен этому качеству и наполняется его содержанием.

Таким образом, этот сосуд протягивает большое свечение от верхнего

качества, от которого получает, ко всем нижним мирам. Известно, что

Малхут стоит в виде посредника между верхними светами, Божественной благодатью, и мирами внизу. Получая благословение от

верхних, она передает этот свет во все миры. Значит, протяжение света

в мирах зависит от той благодати, которая светит в Малхут. Когда

качество Хесед усиливается, и хранилища добра и благословения

наполняют Малхут, или свет Шхины, которая является душой миров, то

все радуются и благословляются, все получают это добро, светлое и

благое милосердие. В противном случае, когда Малхут объединяется с

корнем Гвуры и наполняется ее силой, во всех мирах пробуждается свет

Гву-ры, который требует ото всех исправления и утончения.

Это можно уподобить человеку, у которого есть множество сил и

свойств: милосердие, жесткость, доброта и уступчивость, твердость

принципов и педантичность в них. А сама сущность человека, его «я», подобно качеству Малхут. Это «я» человека каждый раз пробуждается в

новом качестве. Иногда в нем усиливается любовь, и вся его сущность

сама собой преисполняется любви и милосердия, жалости и доброты.

Иной же раз побеждает качество силы и жесткости, а вся сущность

человека естественно побуждается повысить свои требования и желает

изменений. Таким образом, сердце человека — принимающий сосуд для

разных светов в нем самом. В силу пробуждения разных его свойств, сердце его наполняется и обращается то туда, то сюда, в зависимости

от того, что светит ему в данный момент и питает его мысли, желания и

силу выбора27.


27 По этому поводу рав Кук написал следующее: «Кто происходит от качества Малхут, тот не

имеет ничего от самого себя. Это качество, в котором недостаток и преимущество соединяются на

общем носителе. Такой человек способен все в себя впитать. Когда он обращается к добру и видит, что сам действительно не имеет ничего своего, то готов наполниться всеми благами - от всех

качеств, характеристик и со всех сторон - и не испытывает при этом никаких противоречий. В нем

есть такая собственная глубина, что все принимаемые им внутрь вещи становятся частью его самого, потому что обособленной и ограниченной самости в нем нет. Он не склонен заниматься пустяками, предаваться сну, он должен спешить, насколько можно, потому что чувствует вкус смерти. Его связь и

ощущение земли Израиля -это самостоятельное ощущение. Он чувствует смысл сказанного, что

каждый, кто живет за пределами страны Израиля, словно лишен Б-га: «Ибо изгнали меня сегодня от

причастности к наследию Б-жьему, говоря: иди, служи богам иным». Его душа жаждет глубокой

страстью, любит святость нашей страны и ожидает спасения. Это качество (Малхут) принадлежит

общине Израиля. Это собственная природа еврейского народа, который все время уменьшает себя, чувствует собственную малость и то, как любое получаемое наполнение не является его

собственностью. Ведь Израиль - лишь сосуд для получения света и высшей благодати от Б-га. И

стремление его тоже все время направлено к этой благодати -«дать пищу дому своему и положенное

девицам». Мысль об Израиле стоит во главе всех замыслов, коренится и основывается на свете

правой стороны, свете Хеседа, к которому он и стремится. Но сидит Израиль на «жестких листьях» -

ему известны необходимость и ценность проявлений Гвуры, и известно зло, вплоть до глубокой

ненависти, которая лишь углубляет любовь к добру» (Орота-Кодеш 3, стр. 117)


Мировое «я» — сила управления реальностью — это качество

Малхут (царство), наподобие царя, который правит и ведет за собой

всех. Такова же и Шхина, Малхут, сила, управляющая нижними мирами.

Но у этого качества нет ничего от самого себя; все ее силы и движения

зависят от верхней благодати, которая светит ей. Когда люди внизу

побуждаются совершать добро, параллельно с ними пробуждаются и

верхние миры: «Мерою, которой меряет человек, отмеряют ему». Тогда

само собой усиливается качество Хесед наверху и передает сильный

свет в Малхут — силу управления мирами. Тогда во всем мире

увеличивается добро, и вся реальность благословляется. Также в то

время, когда Израиль вершит суд над самим собой, когда каждый

человек исправляет себя и относится к своим поступкам с надлежащей

критичностью, чтобы изменить их и улучшить, тогда качество Гвура

наверху пробуждается, чтобы изливать добрую силу строгости на

Израиль. Оно наполняет Малхут мощью Гвуры, чтобы воевать против

врагов Израиля, а самих евреев спасти от всех бед, истребить

злодейство и грех и очистить землю.

Подобным же образом происходит противоположное. Когда евреи

грешат, все качества пробуждаются недобрым образом. Это может

выражаться и в неуместном милосердии, и в жесткой суровости. Все это

сделал Всесильный Б-г, чтобы утвердить верхние миры в виде

Божественных светов в соответствии с качествами людей, и чтобы

передать управление мирами в руки Своих возлюбленных детей, и у них

была сила и возможность воздействовать на верхнее и привлекать

благословение вниз. Это происходит в силу их поступков здесь, которые

приносят плоды на вершине лестницы святости, в высотах Ацилут. Так

действуют, чтобы улучшить все мироздание силой добрых поступков.

Даже подаяние милостыни простого еврея внизу не заканчивается

одним лишь этим действием и тем его результатом, который видят

глаза, но влияет на верхние пределы, побуждая качество Есод светить в

Малхут и тем самым преумножить добро и благословение во всем.


Из книги «Шаарей Ора» о качестве Малхут


Вот что говорит наш учитель, автор книги «Шаарей Ора», объясняя

эту тему (конец первых врат):


«Я передаю в твои руки важный принцип. Знай, что имя

Адонай — это великий чертог, в который приходят все виды

благодати и излучения с вершины Кетер, называемого именем

Алеф-Иуд-Гей-Иуд, через Тиферет, называемый именем Авая. Там

собираются все потоки... Они соединяются вместе в имени Эль

Хай, то есть в Есоде, и «оттуда к колодцу» (Бемидбар 21:16).

Иными словами, из качества Есод все они входят в верхний

бассейн, называемый Адонай... в меру обилия наполнения имени

Адонай из девяти сфирот, которые над ним, весь мир

благословляется от имени Адонай. Тогда все существа разных

видов наполняются благом и всяким изобилием из этого бассейна.

Иногда хасадим уменьшают каналы суда и увеличивают каналы

доброты и милосердия. А иногда люди грешат и уменьшают

каналы доброты и милосердия, увеличивая каналы суда. Тогда к

имени Адонай приходят многие суровые влияния, и весь мир

погружается в страдания, в недостатки, во всякие болезни и

недуги. Бывает также, что все верхние каналы закрываются, и из

внешних каналов притягиваются злые силы, называемые «дурной

водой». Тогда все источники страдают — это разрушение

земель, истребление государств, тяжкие и жестокие изгнания.

Короче говоря, знай, что имя Адонай называется в

соответствии с тем, что притягивается к нему как изнутри, так и снаружи. Оно либо доброе, либо злое, либо означает жизнь, либо смерть, либо болезнь ) עגנ( , либо наслаждение ) גנע( . Это

тайна «древа познания добра и зла». Если притягивается сила со

стороны Хеседа, оно называется «добром», а если со стороны

суда, то в каком-то смысле оно все равно называется «добром», хотя это и суд. Если это суд со стороны внутренних лагерей, об

этом сказано: «А он красный с красивыми глазами и хорошим

видом» (Шмуэль I 16:12). Если же это суд со стороны внешних сил, это зло и болезнь. Пойми это тщательно. Когда имя Адонай

притягивает силу со стороны Хеседа, оно называется добрым, и

если притягивает со стороны суда изнутри, это тоже добро. В

этом смысл слов «благословен истинный Судья». Поэтому в

память о погибших в Бейтаре установили произносить «Добрый

и творящий добро». Но если суд приходит со стороны внешних

сил, которые вне порядка, это явление зла. Когда это качество

облачается в дух милости и молитвы, весь мир питается добром

и милосердием, как сказано: «У Господа (Адонай) Всесильного

нашего милосердие и прощение» (Даниэль 9:9). Храни этот

важный принцип, и через него ты поймешь, что в соответствии с

влиянием, приходящим к имени Адонай, таким именем и называют

Творца. И пусть Б-г в Своем милосердии и доброте осветит наши

очи светом постижения».


Итак, мы имеем важный принцип, касающийся верхних качеств.

Малхут —это только принимающий сосуд, который наполняется

могучими благословениями от верхних качеств, чтобы изливать эту

благодать вниз на землю. С этой точки зрения, Малхут подобна

прозрачной чаше, которая наполняется жидкостями разных цветов.

Каждый раз она получает ту окраску, которая светит и властвует в

данный момент. Сукка —это и есть качество Малхут. В Зоаре

упоминается, что «сукка» )הכוס( — это «чаша Б-га» )״ה סוכ(. Чаша тоже

соответствует Малхут. Царь Давид, связанный с этим качеством, говорил: «Чашу спасения вознесу» (Теплим 116:13), а Гмара отмечает

(Псахим 119 6), что к самому Давиду эта чаша и относилась. Известно

также, что слово «чаша» )סוכ( имеет то же число, что и имя Элоким

)םיהלא(, которое относится к Малхут — к сосуду, принимающему верхние

света. Когда говорят, что сукка — это «״ה סוכ», то буква Гей указывает

еще и на женское начало, чтобы еще раз подчеркнуть, что сукка по

своей сути — это проявление света Малхут, света Шхины, и приемник

верхних светов. Мы видим, что в нее приходят семеро гостей, соответствующих семи верхним качествам. Шесть мидот приходят, чтобы светить в Малхут — каждый день по одному. В связи с этим

говорят, что сукка — это семь облаков. В каждый из дней светит и

властвует новое облако — Божественность проявляется в ином цвете.

Верно, что все верхние качества — это раскрытие Божественного, но

Сам Б-г один и Имя Его едино. И все же каждое качество — это

протяжение Его света в другой окраске и в новом виде, хотя внутри все

является простым светом, сладким, высоким и Божественным.

Благословен Он и Имя Его.


Семь смыслов параллельны семи облакам, дням и гостям


В любом случае мы выучили, что в каждый день светит новое

свойство в сукке. Отсюда мы сможем понять и хорошо уразуметь, что в

каждый из дней сукка действительно улучшается и украшается чем-то

новым. Ежедневно ее особым образом увенчивают святыми венцами, согласно качеству, которое действует и светит в тот день. И также внизу

среди гостей свет Авраама отличается от света Ицхака, их качества

различны. Ясно, что в день, когда Авраам светит и приносит свое

влияние, все мы будем погружены в сияние и прелесть Авраама,

«человека милости», будем исполнены внутри и снаружи добротой, сердце будет выстлано любовью и дружелюбием, и обаяние будет

изливаться с наших губ. Также и когда свет Ицхака начнет светить нам, мы будем исполнены трепета перед скрытым и таинственным светом, ярким и высоким сиянием, будем полны страха и святого мужества

перед великой возвышенностью Б-га. Лицо наше будет обращено кверху

с чистотой и святостью, как у ангелов небес. И как каждый раз

изменяется установка согласно свету гостей, в силу их различных

качеств, так и в самой сукке и в ее великом свете каждый день

появляется новая сукка, приятная и украшенная своими обновлениями.

Она соответствует дню и ночи, когда Б-г «сворачивает свет перед тьмой

и тьму перед светом» и обновляет Свой мир каждый день постоянно. Он

приносит новые качества одно за другим — облако вслед за облаком.

Они подобны множеству красок, пробивающихся из драгоценных

бриллиантов, когда Солнце заливает их светом.

Мы нашли у сукки семь смыслов, которые точно соответствуют семи

верхним качествам. Каждый из смыслов сукки имеет корень в одном из

них. Мы видели, что сукка означает защиту от вредителей, и что она

ограничивает свет, что сама является светом, а также что это изгнание, хупа, шатер мира и обитель Б-га. Эти проявления представляют разные

света, соответствующие качествам каждого дня. С помощью Небес, мы

слегка прикоснемся к этой аналогии между смыслами сукки и верхними

качествами.

Если попытаться объяснить известные нам семь смыслов согласно

семи качествам, то картина будет выглядеть так: Хесед — это

окружающий свет. Гвура — покров, защищающий от света. Тиферет

представляет собой хупу для Святого, благословен Он, и общины

Израиля. Нецах — защита от врагов, Год — это Храм, Есод — шатер

мира, а Малхут — изгнание и бедность.


Хесед и Гвура — окружающий свет и защита от него


Если немного расширить сказанное, то объяснить все это можно

так. Известно, что Хесед — это свет, который выше всяких границ, тогда

как Гвура означает как раз ограничение света. Хесед — это лучи

верхнего света, окружающего снаружи, а Гвура — проявление силы

сокращения, ограничивающее их и вводящее в сосуд. Свойства хасадим

подобны воде, они распространяются безгранично. Только качество

Гвуры ставит пределы для них. Поэтому в благословении «Ты силен», указывающем на Гвуру, упоминают дожди, а также оживление мертвых, поддержку падающих и т. д. Так делается потому, что все эти действия

связаны со светом, входящем в ограниченные миры. А значит, именно

Гвура приводит их, поскольку сокращает свет и вводит его в границы

миров. И совсем иначе поступает Хесед — он распространяется без

ограничений и вследствие этого все охватывает и окружает. Отсюда

легко можно сказать, что принцип Хеседа — это сукка в качестве

окружающего верхнего света. В сравнении с ним Гвура — это

непременно корень сокращения, это сукка в качестве защиты от

верхнего света. А значит, нечего спорить, является ли сукка светом или

сосудом, происходит ли она из Бесконечности или из сокращения. Оба

этих принципа содержатся в ней: один — со стороны появления света

Хесед в Малхут, который светит в сукке как окружающий, а второй — в

силу проявления Гвуры, которая наделяет сукку свойствами покрова, преграждающего свет.


Тиферет — жених и невеста


Тиферет — это принцип жениха и невесты. Ведь сама сфира

Тиферет обладает мужским качеством. Это свет Святого, благословен

Он, о котором сказано: «Как жених служит в красоте», «красота человека

— жить в доме». Еще говорится: «И будешь венцом красоты в руке Б-га»

(Ишайя 62:3). А состояние соединения любящих, когда они становятся

как один, — это когда Малхут поднимается в Тиферет. Тогда

соединяется Святой, благословен Он, со Шхиной, и они становятся на

равную высоту.


Нецах — защита от врагов


Что касается силы, защищающей от врагов, это качество Нецах.

Само его имя указывает на это. Оно означает победу над неприятелями.

Это пространно объясняется в «Шаарей Ора» — победа зависит именно

от Нецаха. Вот что написал там автор (врата 3 и 4):


«Знай, что Б-г Воинств, правый столп, называется «Нецах»

во фразе «У Тебя, Б-же, величие, сила, красота, победа (Нецах) и

великолепие» (Диврей а-Ямим I 29:11). Нецах поддерживает

милость для Израиля, как сказано: «Неужели иссякла навечно

(Нецах) милость (Хесед) Его» (Теилим 77:9). В этом месте он

постанавливает добро для Израиля, смыкаясь с верхним Кетер, и

никогда не отказывается от того, что решил. Об этом

говорится: «Так и Нецах Израиля не обманет, и не будет

сожалеть» (Шмуэль I 15:29). И поскольку евреи всегда должны

примыкать к качеству Нецах — правой стороне, способной

одолеть левую — и укрепляться в нем, а оно называется «Нецах»

(победа), потому что побеждает в войнах Израиля, то царю

Давиду, мир ему, нужно было сказать в книге Теилим:

«Победителю песнь от Давида». Везде, где упоминается

«победитель», это соответствует качеству Нецах, а где

говорится «Благодарите Б-га, ибо добр» — это качество Год».


Но остается вопрос: почему именно Нецах является корнем

победы? Ведь известно, что в глубине своей Нецах — это продолжение

силы Хеседа. Ведь, как известно, верхние качества выстроены в три

линии. Вся суть правой линии — доброта (Хесед), у левой вся суть —

сила (Гвура), а суть средней линии — это смешение и сочетание их в

виде милосердия. В правой линии находятся качества Хохма, Хесед и

Нецах. С этой точки зрения, Хесед — это облачение на свет Хохмы, а

Нецах — облачение на силу Хеседа, призванное проводить ее в мир. А

если так, непонятно, почему Нецах становится силой победы. Было бы

более уместно сказать, что Год — это сила победы, так как он в левой

линии вместе с Гвурой. Ведь, на первый взгляд, именно Гвура (сила) —

это корень войн и побед. Войны происходят от силы, а не от милости.

Но нужно знать, что окружающие света — это защитные силы для

человека. Именно хасадим являются настоящей защитой, поскольку

окружают извне. Это называется «щитом Авраама» — именно Авраам

становится щитом и защитой (слово «щит» ]ןגמ[ численно равен трем

именам Эль, а этим имена принадлежат сфире Хесед). Причина в том, что большие света отталкивают любой вред. Это подобно человеку, у

которого все сердце полно радостью. Эта радость — большой

окружающий свет, и она отталкивает всякую грусть и горечь, отдаляет

ненависть и разочарование, ссору и раздор. Это входит в свойства

хасадим и света — отталкивать любой вред, чтобы он не мог

прицепиться к душе. Действительно, сила защиты заключена в хасадим.

Поэтому подаяние милостыни, то есть пробуждение качества доброты и

милости в человеке, спасает от смерти и от всех пагубных болезней.

Сила милости — это основа и корень защиты от любой беды.

При таком взгляде видно, что как раз левая сторона, гвурот, склонна

к тому, чтобы упасть и пострадать. Мы видим, что Храм, который

принадлежит качеству Год, был разрушен. «Великолепие» )דוה(

превратилось в «страдание»)הוד( , как сказано: «Великолепие мое

обратилось против меня разрушителем» (Даниэль 10:8). И потому

«сделал меня опустошенной, весь день страдаю» (Эйха 1:13). И совсем

иначе обстоит ситуация с Нецахом — он-то как раз всегда стоит, потому

что вечен (ницхи). «Нецах Йзраиля не обманет». Поэтому он являет

силу победы, коренясь в милости и доброте, за которую силы нечистоты

не могут ухватиться, поскольку она есть окружающий яркий свет.

Пример того, как окружающие света защищают человека, мы находим в

словах святого Ари, когда речь идет о надевании одежды. В законах

говорится, что нельзя снимать два предмета одежды одновременно, поскольку это приводит к забывчивости. Ари объяснил, в чем здесь

секрет (Шаар а-Каванот, главы об утренних благословениях):


«Знай, что нехорошо для человека одевать одновременно две

одежды. Если кто делает так, это вызывает забывчивость. А

секрет в том, что одежда человека происходит из святости, но

грехи, которые он совершает, приводят к тому, что он

облачается в клипот, и клипот прицепляются к его одежде. У

одежды, как известно, есть окружающий свет снаружи.

Существует внутренний свет, который заключен в теле, а

одежда окружает тело. Поверх нее есть окружающие света, которые расположены за одеждой. У каждого предмета одежды

есть свой окружающий свет, и нет ничего, что отталкивало

бы клипот так, как окружающий свет, поскольку они

неспособны питаться и держаться за окружающий свет.

Поэтому он находится снаружи и не опасается клипот.

Получается, что тот, кто берет сразу два предмета одежды и

одевает их вместе, не оставляет места окружающему свету

войти между ними и охватить каждый из этих предметов. Из-за

этого клипот уже не отталкиваются оттуда. А забывчивость, как известно, появляется только из-за клипот. Ведь память

происходит со стороны святости, по принципу «нет забвения

перед престолом славы Твоей»».


В связи со сказанным ясно, почему именно качество Нецах в сукке

является защитой от вредителей. Оно естественно коренится как раз в

окружающем свете. Иными словами, от Хеседа, представляющего сукку

в виде окружающего света, происходит Нецах — сукка становится

защитой от врагов. Со стороны Гвуры сукка — это ограничение, и свет

расположен за ее пределами, снаружи сукки. Но совсем иначе с

Хеседом: сама сукка становится сущностью света, а значит, и Нецах

указывает, что сукка — это свет, и вредители оказываются снаружи.


Год — Храм


Если же говорить о сукке как о Храме, то это вместилище для

Божественного света, призванное создать обитель Творцу в мире. Тогда

это сфира Год, которая, как известно, связана с Храмом, и это качество

Аарона-коэна. Известно также, что Год относится к левой линии, к

женской стороне, которая тоже является принимающим сосудом для

света. Это действительно и есть Храм, который имеет корень в сфире

Год, — вместилище для света Святого, благословен Он, по принципу «Й

сделайте Мне святилище, и буду обитать среди вас» (Шмот 25:8)28.


28 Мы сказали, что сукка в качестве обители для Всевышнего связана с тайной слов «Женщина

окружит мужчину». Женское начало - это дом и чертог для света мужского, это буквы Самех-Гей, окружающие Каф-Вав. На то же самое намекает слово Год (דוה), где буквы Гей и Далет окружают

букву Вав. Известно, что Вав указывает на дающую (мужскую) сторону, а две другие буквы

принадлежат получающей (женской) стороне. Далет - когда она пуста, а Гей - когда наполнена.

Следовательно, слово «Год» само указывает на принцип «Женщина окружит мужчину», через Гей и

Далет, окружающие Вав. Это как сукка, где женские буквы тоже окружают мужские.


Есод — шатер мира


Шестой смысл в сукке — это мир, и он связан с Есод, который

называется миром (шалом). Вся его суть — создавать мир между всеми

силами. Таков принцип Есода: он находится посередине, под всеми

пятью качествами от Хеседа до Года, и создает баланс между ними, приспосабливая благодать к мирам, к Малхут. Есод называется «все», поскольку он включает в себя все и уравновешивает все. Это качество

праведника, у которого есть святое сердце, светящее всему Израилю и

включающее в себя всех. Он творит мир и любовь между всеми. В

святых книгах объясняется (см. комментарий Гаона из Вильно к «Сифра

де-Цниута»), что Есод выражает идею исправляющей силы, принцип

«весов». Это мир исправления, «владение одного».


Малхут — изгнание и бедность


Седьмой смысл — сукка в качестве изгнания. Это, как известно, свойство Малхут, которая бедна и не имеет ничего своего. Это Шхина, ушедшая в изгнание вместе с народом Израиля, которая валяется в

прахе со своими детьми. И сукка называется «падающей суккой

Давида». Она так зовется, потому что идет вместе с евреями по всем

изгнаниям. Ведь Шхина никогда не отходила от стана Израиля, она идет

вместе с ним во все невзгоды, чтобы поддерживать в нем жизнь, ставить

на ноги и возвращать домой. Поэтому сукка в этом качестве — намек на

уменьшение Шхины за годы изгнаний, чтобы поддерживать Израиль

хотя бы в самом малом, давать евреям необходимое, чтобы была у них

сила преодолевать бедствия этого состояния, и чтобы вернуть их на

землю их в вечном освобождении.

Вот к чему пришли мы в этом разделе. Да будет воля Творца, чтобы

мы удостоились объединения всех светил и всех смыслов. Пусть сукка

светит нам всеми своими качествами, сиянием святости Шхины, которая

есть корень ее. Пусть светят семь свечей, чтобы изливать благодать на

весь Израиль, восстановить дух наш и вновь поставить падающую сукку

Давида, отстроить ее навечно, с приходом праведного Машиаха вскоре, в наши дни. Амен и амен!


ПЕРВЫЙ ДЕНЬ

Хесед - Авраам


«Стена огня вокруг»


Секреты и действия

окружающего света


Тайна окружающего света — подъем в Бесконечность


Свет Хеседа


Мы подходим к первому смыслу сукки — окружающему свету. Он

связан с Хесед, потому что это свет, распространяющийся без

ограничений. Хесед в действительности является целью всего. Вся суть

творения и наслаждение Творца от создания мира, заключается в том, чтобы даровать добро всему сотворенному. Такова фундаментальная

основа всего творения: это простая и чистая воля — делать добро на

всех уровнях и во всех смыслах. Это основа и корень всего бытия во все

время его существования до бесконечности. Добро — это основа всего, итог всего и цель всего. При таком взгляде видно, что добро является

бесконечным и неограниченным. Ведь и желание делать его со стороны

Всевышнего не имеет ни границ, ни мер: «Открой рот свой, и Я наполню

его».

Однако известно, что семь нижних качеств — от Хеседа до Малхут

— это качества отмеряющие, которые создают границы для света.

Хесед тоже является одним из них, а потому не проявляется в

безграничности. Как бы то ни было, на самом деле главная сущность

Хеседа — быть чем-то вроде представителя света Бесконечности

внутри конечного мира. Объясняется это так: для того, чтобы мир был

обустроен таким особым и удивительным образом, Б-г решил, что он

должен быть создан именно через сокращение и введение границ и мер.

В этом проявляется сила Гвуры, которая сократила свет и создала

ограниченный мир. Поэтому мир был сотворен именем Элоким, как

сказано: «Вначале сотворил Всесильный (Элоким)» (Берешит 1:1). Это

указывает на силу сокращения, которая и создала миры. В любом

случае цель сокращения — не ради самого сокращения и границ, а лишь

потому, что это наилучший способ даровать высшее благо. Цель

сокращений — бесконечное расширение, наступающее благодаря ним.

Мир действительно основан на принципе границ и сокращения. Поэтому

мы находим ограниченность в любых вещах — духовных и

материальных. Нам не удается полностью удовлетворить всю величину

наших желаний. И не бывает человека, у которого имеющееся в руках

равнялось бы тому, что имеется в сердце, ибо таков принцип: сила

ограничения прочна, и она сокращает свет во многих отношениях.

Одна из функций качества Хесед в ограниченном мире —

напоминать нам, какова истинная цель всего. Мы не должны быть

погружены в ограничения настолько, чтобы совершенно забыть, что

границы — это не цель, и что они не останутся навечно. Всему сущему

предстоит подняться, границы будут расширены, и свет Бесконечности

придет в сиянии и благости без всяких границ. Ради этого и существует

качество Хесед, излучение Бесконечности, чтобы указывать нам на

цель, пробуждать и напоминать нам, что основа всего — это

Бесконечность, а не границы, и что в будущем все станут наслаждаться

светом, без каких-либо страданий, бед и горестей.


Хесед — «представитель» Бесконечности


Таким образом, Хесед — это протяжение бесконечного в конечное, нечто вроде «представительства» и напоминания об истинной и

сущностной цели миров, дабы мы не погрузились в сложную систему

ограничений, позабыв о сути всего. Это подобно тому, как отец

воспитывает любимого сына. Чтобы сын вырос хорошим человеком, он

вынужден поставить ограничивать его, иногда даже жестко. Но если сын

будет видеть только внешнюю систему требований и ограничений, то

склонится к мысли, что отец не любит его по-настоящему, и что все

добро, которое можно получить, зависит от условий и соответствует его

поступкам. Но на самом деле все не так. Сердце отца исполнено любви

к сыну, и он хочет давать ему добро без всяких ограничений. Поэтому, чтобы сын не погряз в системе требований, и чтобы настоящая любовь

не исчезла из его жизни за это время, отец иногда изменяет своему

обыкновению и дарит любовь и безмерное благо, независящее от

условий, но связанное лишь с теплом его сердца. Это действие

напоминает взгляд украдкой внутрь сердца — на ту сущностную любовь, которая пока что облачена в систему требований, чтобы помочь сыну

расти. Но в будущем эта любовь раскроется в совершенстве.

То же самое верно в отношении всех границ и сокращений во всех

мирах. У них нет собственного значения, они призваны принести нам

добро в конце. Основа и корень ограничения — это Бесконечность, сущностная любовь и желание делать добро. Но пока властвует

ограничение, оно, будучи представителем принципа сокращения, не

позволяет раскрыться сути любви. И тогда появляется Хесед, излучение

Бесконечности, и дарит свет этой любви, напоминая нам, что границы и

сокращения, которые мы испытываем в жизни, исходят из того же

Бесконечного Источника добра и призваны способствовать нашему

благу (см. «Аин Ае», Шаббат 2, стр. 29).


Окружающий свет


В этом же состоит идея окружающего света — это благодать, не

имеющая границ и меры. Он соответствует не способности человека

получать, а любви дающего. Поэтому он столь велик и могуч, что не

может даже войти в пределы сосуда, а охватывает и окружает его

снаружи. Окружающий свет указывает нам, что существуют хранилища

благодати, сладости и верхнего сияния гораздо более высокие, чем мы

можем предположить. Он приходит, чтобы приободрить нас, возвысить, укрепить, упрочить наше желание, увеличить стремления, расширить

сосуды, чтобы еще больше верхних светов смогло придти к нам. Ведь

совершенно верно то, что свет входит и проникает лишь в меру

получающей способности сосуда. В противном случае сосуд разбился

бы, и вся его сущность исчезла. Как если бы учитель передал ученику

столько мудрости, что это оказалось бы выше его способности мыслить

и усваивать. В итоге ученик слишком сильно возбудится и от этого

потеряет собственное мышление, свободу выбора и волю, полностью

самоустраняясь перед учителем и утрачивая силу разума. В этом нет

ничего хорошего, так как человек должен обладать собственным

разумом и сердцем, правом выбора и устойчивостью. Это не

противоречит восхищению и самоустранению перед учителем. Общий

принцип в том, что нельзя допустить, чтобы свет стирал сущность

сосуда. Изобилие не должно вызывать у принимающего сосуда шок и

растворение. А в нашем примере мудрость учителя и его глубина не

должна вызывать у учеников потерю собственного мнения и

способности анализировать, которую им дал Б-г.

Следовательно, свет проникает в сосуд лишь в меру его

принимающей способности. А значит, высший свет не войдет в сосуд, но

будет окружать его со всех сторон. Действие окружающего света

сводится к пробуждению желания сосуда расширяться и расти. Это

подобно человеку, который смотрит на более высокий уровень, и у него

пробуждается желание подняться туда. Это вызывает его силу Гвуры, чтобы трудиться и расширять свои способности к постижению, чтобы

суметь подняться и приблизиться к той ступени. Здесь пришла пора

узнать глубокий принцип — величину блага и милости Б-га. Всевышний

хочет воистину безгранично дарить нам добро. Свыше желают изливать

его на нас, пока не скажем «довольно». Он никоим образом не

проявляет со Своими детьми ограниченности и скупости. Он хочет,

чтобы весь народ Б-жий был пророками, и чтобы каждый из нас

пребывал на безмерно высоких ступенях святости. Б-г желает удостоить

Израиль. С Его стороны вовсе нет задержки; на небесах имеются

хранилища благодати и «доброго елея», чтобы даровать нам, но

ожидают лишь того, когда двери небесные откроются, то есть когда мы

будем готовы к этому. Едва лишь человек становится готов к новой

духовной ступени, на него тотчас нисходит дух свыше, и к нему тянутся

все реки благословений, каких он достоин.

Каждому человеку из народа Израиля следует связать свое

упование с Б-гом и знать, что все уже приготовлено для него. Не нужно

ни одну ступень изобретать из ничего, даже уровень Моше Рабейну. Она

уже готова и хранится в сокровищницах Всевышнего. Она ждет, когда

появится еврей, который поднимется и достигнет ее, который отворит

врата и привлечет ее к себе, на радость верхних и нижних миров. Хотят

лишь увидеть разумного человека, ищущего Всесильного, который

поднимается по ступеням и подключается к Б-гу, обретая благодать

духа святого, пророчества и верхней святости. Наверху нет более

высокой радости, чем радость отца, видящего своего сына разумным и

поднимающимся по ступеням святости. Отец смотрит и наслаждается, видя любимого сына прибавляющим совершений в Торе и в

Божественном свете в мире.


Окружающий свет утончает внешнюю сторону сосуда


Следовательно, особенность окружающего света — пробуждать

стремление к подъему, поскольку он дает нам взглянуть на света, которые пока еще за пределами нашего постижения, чтобы мы

трудились ради приближения к ним. Чтобы добавить к этому ясности, отметим то, что приводится у нашего учителя Ари: существует два типа

света и две стороны сосуда. Свет бывает внутренний и окружающий, а у

сосуда есть внутренняя и внешняя сторона. Внутренняя сторона —

более тонкая часть, чем внешняя. С другой стороны, окружающий свет

выше внутреннего. Святой Ари учит нас, что внутренний свет проникает

внутрь сосуда и утончает его, а окружающий проникает снаружи во

внешнюю сторону сосуда и также способствует утончению. Но далее

Ари спрашивает: почему тонкая часть света, то есть окружающая, действует именно на внешнюю сторону сосуда, то есть на более

грубую? Он отвечает, что так происходит потому, что внутренний свет не

в силах утончить внешнюю сторону, а значит, именно окружающий свет

должен воздействовать на нее. Вот что он говорит об этом (Эц Хаим, врата 2, гл. 3, язык адаптирован для широкого читателя):


«После того, как мы объяснили две эти части, то есть

света и сосуды, нужно вкратце разобрать еще некоторые

подробности. Дело в том, что света, то есть сущность

внутренней души в сосудах, делятся на два — есть внутренний

свет, и есть окружающий. Идея в том, что в свете, который

оживляет и освещает сосуд, есть часть, облачающаяся внутрь

сосуда, подобно душе, входящей в органы тела и облачающейся в

человека, оживляя его и светя с внутренней стороны. Это

называется «внутренним светом». Но этот свет мал, чтобы

ограничиться и облачиться в сосуды. Есть и вторая часть —

свет, который больше первого. Сосуды не в состоянии

выдержать его и ограничить у себя внутри. Он остается в виде

окружающего их снаружи света и светит им оттуда. То же

происходит и с человеком внизу, как мы напишем в другом месте

с Б-жьей помощью. Не бывает во всех мирах, чтобы не было бы

двух типов света — маленького внутреннего света и большого

окружающего. Один внутри сосуда, а другой охватывает его

снаружи.

И как света есть два вида, так и в сосудах есть две стороны.

Не бывает сосуда в мире, у которого не было бы этих двух

сторон. Первая — это внутренность сосуда, в которую

облачается и к которой примыкает внутренний свет. А вторая

— внешняя сторона сосуда, которую снаружи охватывает

окружающий свет. Мы написали, что окружающий свет больше

внутреннего, и точно так же внешняя сторона сосуда

возвышеннее внутренней стороны, хотя опыт показывает, что

внутренняя сторона сосуда тоньше и совершеннее внешней.

Сейчас мы это объясним.

Знай, что свет весь одинаков. Но когда он входит и

облачается в сосуд, то сосуд не может его выдержать целиком.

Тогда часть света, которая не может пребывать внутри, остается снаружи в виде окружающего света. И оба эти света

освещают сосуд. Внутренний свет просвечивает половину

толщины его стенки с внутренней стороны. А окружающий свет

просвечивает половину толщины стенки с внешней стороны.

Благодаря двум этим светам освещается и утончается стенка

сосуда изнутри и снаружи. Поскольку внутренний свет ограничен

и стеснен в сосуде, хорошо к нему прилегая, он входит и

пробивается через внутреннюю половину стенки, впитывается в

нее и проходит сквозь нее, вследствие чего очищается сосуд и

становится тонким. Но внешний свет, будучи далеким и не

прилегающим к сосуду, а тем более не ограниченным, не

пробивается во внешнюю сторону стенки сосуда, чтобы пройти

и оказаться внутри, осветить и утончить. Чтобы исправить

эту ситуацию, понадобилось, чтобы внешняя стенка была

совершеннее и тоньше. И свет, который ее освещает, то есть

окружающий, — больше и совершеннее внутреннего. Таким

образом, внешняя сторона сосуда может принять большое

свечение, несмотря на то, что не прилегает плотно к

окружающему свету. Она будет получать столько же свечения

от окружающего света, хотя он и далек от нее, сколько

внутренняя сторона получит от внутреннего, примыкая к нему.

Вследствие этого внутренность сосуда, которая хуже по

качеству, сравняется с внутренним светом, который тоже хуже, и он будет сильно светить ей, поскольку они соединены, несмотря на свой недостаток. И также более совершенная

внешняя сторона сосуда, когда ей светит более совершенный

окружающий свет, осветится очень хорошо, несмотря на их

отдаленность друг от друга.


Есть и другая важная причина. У окружающего снаружи света есть

желание, воля и стремление примкнуть и сблизиться с внутренним

светом и светить ему. Если бы внешняя сторона сосуда не была такой

тонкой, окружающий свет не мог бы пройти, пробиться и внедриться к

внутреннему свету. Тогда внутренний свет не получал бы этого

большого свечения. Поэтому понадобилось, чтобы половина стенки с

внешней стороны была тоньше, чем с внутренней стороны. Благодаря

этому окружающий свет, хотя он и не примыкает к ней, сумеет пройти, пробиться и внедриться во всю эту внешнюю половину. А внутренний

свет, будучи сильно ограниченным в сосуде, может пройти через

внутреннюю половину стенки и осветить ее, хотя она и не так тонка, как

внешняя. Тогда смыкаются вместе внутренний свет и окружающий, и

окружающий светит внутреннему свету. Сосуд тоже получает свечение

от обоих и сильно утончается. Но если мы своими глазами видим, что

внутреннее тоньше, как отмечалось выше, причина этого в том, что

внутренний свет, хотя он и гораздо меньше окружающего, все же, будучи сжат и сильно ограничен в сосуде, дает большое и целостное

свечение внутренней стороне, чего не может сделать окружающий свет.

Хотя он и очень велик, но поскольку не примыкает к внешней стороне

сосуда, не сжат и не ограничен в нем, то не светит целостным

свечением. Из-за этого кажется, что внутренняя сторона сосуда тоньше

внешней».

Эти идеи очень глубоки, и мы слегка коснемся их, насколько это

позволит ограниченность разума. Примером того, что такое сосуд, может служить человек, его силы и все, что есть у него в жизни.

Согласно тому, что было объяснено во многих местах по поводу

соотношения внутреннего и внешнего, можно сказать, что внутреннее в

человеке — это сила святости в нем, а также все его действия в Торе и

заповедях. Они являются сосудами для привлечения света. Таким

образом, человека можно изобразить в виде кругов: внутри у него

обитает душа — внутренний свет. Эта Божественная душа находится в

укромных тайниках, в самой внутренней части человека, но

раскрывается она в различных облачениях, которые являются разными

уровнями сосуда, внутренними и внешними. Самые близкие к душе

части — это все святые поступки, изучение Торы и молитва. Это тонкие

сосуды для света души, относящиеся еще к внутренней стороне. А на

более внешних и отдаленных кругах находятся все действия человека в

материальном мире — заработок, еда и питье и вся «материальная»

жизнь. Это более отдаленные от внутреннего света в человеке сосуды.

Итак, совокупность всего человека — это сосуд для Божественного

света, а сам он — это данная человеку душа. Внутренняя сторона

сосуда — это все наиболее тонкие части человека, которые ближе к

свету, — святые действия. Внешняя сторона — материальные части

человека, далекие от внутреннего света. Сюда входят будничные, не

имеющие отношения в святости дела.

Главное для подъема человека и его утончения — продвигаться в

освящении себя. Он должен захватывать все больше сил в себе, превращая их в сосуды для проявления Божественности. Цель человека

и его суть — чтобы все в нем действительно стало сосудом для

Божественности, и чтобы не было у него ни одного действия, которое

оставалось бы только материальным, но чтобы и сама материя

освятилась. Тогда вкушение пищи станет у него как жертвоприношение, а вся работа и повседневные дела — единениями с верхней святостью.

Такое состояние — это яркий свет и превознесенная ступень, которую

никто не в силах оценить. Нет у людей места, куда воспринять ее, чтобы

понять и осмыслить. Внутренний свет в человеке не приносит ему такого

состояния. Ведь секрет внутреннего света состоит в том, что это та

Божественная благодать, которую человек способен постичь. Это

уровни святости и стремления, находящиеся в диапазоне его

восприятия. Значит, внутренний свет не в силах пробудить в человеке

понятия о святом, которые стоят выше его воспринимающей

способности. Основная суть этого света — питать и поддерживать

нынешнюю ступень человека, а не давать импульс к более высокой

ступени. Это задача окружающего света, который относится к более

высокому уровню, чем тот, на котором пребывает человек. Он

знаменует огромный подъем над понятиями о духовной жизни, которые

есть у него в настоящем.


Внутреннее и внешнее в сосуде,

внутренний и окружающий свет


Поэтому окружающий свет проникает именно во внешнюю сторону

сосуда — в те части человека, которые пока еще не присоединены к

святому, но остаются в будничных делах. Этот свет воздействует на них, подготавливая и очищая их, чтобы и их превратить в высокие уровни

святости. Получается, что внутренний свет действует с внутренней

стороны сосуда — оживляет светом Торы все пространство святой

жизни человека, учение, молитву и добродетели. С другой стороны, окружающий свет проникает в материальную сторону жизни и втайне

утончает ее, толкает к поиску подъема и улучшения, приводит ее в

движение и направляет вперед, так что со временем она тоже выходит

из «проклятия» к «благословению», от обычных будничных дел

переходит к святости. Следовательно, как раз более высокая святость

(окружающий свет) спускается дальше вниз, до наиболее низких

уровней материальности, и воздействует на них, очищая и утончая. По

этому поводу в книге «Лешем Шво ве-Ахлама» объясняются

удивительные вещи, касающиеся подъема в будущем. Это связано с

тем, чему учил святой Ари, говоря, что внешняя сторона сосуда имеет

корень в более высоком источнике, чем внутренняя (Биурим, ч. 1, стр.

24, язык адаптирован для широкого читателя):


«Внешняя часть сосуда более совершенна, чем внутренняя...

Это требует объяснения, ибо из большинства текстов видно,

что внутренняя часть уже изначально выше и совершеннее

внешней... Известно также, что все внешнее происходит от

принципа сокращения... Как, в таком случае, может придти на ум, что внешняя часть изначально совершеннее внутренней? Десять

видов святости в стране Израиля доказывают, как и четыре

элемента: огонь, воздух, вода, земля. Ведь каждый более внешний

элемент — более плотный и меньше по своему значению... То

есть более внутренний свет совершеннее и по своему корню, и

источнику. Но, видимо, рав не имел в виду ту форму внешней

стороны, в какой она пребывает перед нами в настоящее время.

Он подразумевал только, что есть один аспект во внешней

стороне, в котором она совершеннее внутренней. Это рав сказал

и в главах, посвященных внутреннему и внешнему (гл. 4): «Ты уже

знаешь, что с одной стороны внешнее больше внутреннего.

Поэтому имя Бан (внешнее) в будущем станет больше имени Ма

(внутреннего)». Он прямым текстом сказал, что это только «с

одной стороны»...

Во всем этом заключена глубина. Известно, что человек —

это цель всего творения, конечный элемент всего творческого

замысла, как написано: «В начале...» — ради Израиля, называемого

«началом». В Берешит Раба (гл. 1) сказано, что мысль об Израиле

предшествовала всему остальному. Это конечное действие в

изначальном замысле. Также известно, что замысел творения

«ради человека» предполагает его пребывание в этом мире.

Когда же он существует только в виде души, он величественнее

верхних ангелов, но своими действиями не прибавляет и не

отнимает ничего в замысле творения. Этот замысел может

осуществиться, только когда человек находится в теле в

материальном мире. Благодаря этому он исправляет весь мир

вместе с собой. Тора, человек и Шхина Б-га спускаются в этот

мир — последний из всех и самый внешний, чтобы исправить эту

внешнюю сторону. Более того, от этого зависит совершенство

и всех верхних миров, как видно из принципа «служение —

надобность Высшего». Благодаря служению, которое человек

совершает для Святого, благословен Он, пребывая в теле в

этом мире, вместе с Торой и заповедями, облаченными в

предметы этого мира, он вершит исправления в Ацилут. Значит, совершенство Ацилут зависит от нашего наиболее внешнего

мира. Все это предполагалось в замысле творения, как сказано:

«Ради Торы, называемой началом, и ради Израиля, называемого

началом».

Получается,

цель

всей

реальности

была

сориентирована на ее внешнюю сторону. И это намерение со

стороны Творца остается всегда, о чем сказали мудрецы

(Берешит Раба, гл. 19, п. 7): «В основном Шхина была среди

нижних». К ней, как упомянуто, относится целевое намерение, и

это намерение и воля остаются там постоянно. Еще мудрецы

сказали (Шмот Раба, гл. 2): «Шхина никогда не отходит от

западной стены», и говорится: «И будут Мои глаза и сердце там

на все дни». Это свет воли Творца, да благословится Его Имя, целевое намерение, с которым Он пребывает всегда.

Известно, что более внешняя и плотная часть происходит

от сокращения. Но в пустом пространстве остался след от

изначального света Бесконечности — это свет Его воли, направленной к цели29...


29 В пропущенном нами фрагменте написано следующее: «Это подобно тому, как Шхина

Творца постоянно пребывает в нижних мирах. Воля, как известно, заключена в Кетер (об этом

написал а-Гра в Тикуним, в начале тикуна 5). А весь внутренний свет распространяется лишь от

Хохмы и ниже, ибо там начало каждого парцуфа. То же самое и с началом Имени. Ведь Кетер скрыт, как об этом сказано в святом Зоаре (Берешит 31 б). Главный свет Кетера - это прямой окружающий

свет, пребывающий в кругах, оставшихся от сокращения. Он находится в них, несмотря на то, что не

равен им. Ведь он является чудесным светом, которому не нужны посредники. Он взаимодействует

со всем, вращая все по своей воле (см. выше п. 1). Он также распространяется и пребывает с

внешней стороны всех сосудов ради их целевого назначения, но при этом в очень сильном сокрытии.

Однако, как бы то ни было, он пребывает во всем, как упомянуто выше».


Об этом и сказал рав, что в одном отношении внешняя

сторона больше внутренней и совершеннее нее и потому

расположена близко и прилегает к более совершенному

окружающему свету. Ведь вся эта внешняя сторона происходит

от кругов, внутри которых пребывает окружающий свет. Его

свечение распространяется во всей внешней части, и с этой

точки зрения она больше и совершеннее внутренней. Вот почему

внешнее всегда находится рядом с окружающим светом.

Итак, мы видим, что преимущество внешнего над

внутренним в том, что основное исправление зависит от него. И

хотя оно более плотное и грубое, но в этом-то и вся суть — как

раз из-за этого от него зависит исправление всего. С ним

связаны все испытания и вся тяжелая работа. И потому Шхина, главным образом, пребывает с нижними творениями, чтобы

быть им поддержкой в исправлении. Поэтому же сказано: «И

будут Мои глаза и сердце там на все дни». Ведь вся воля Творца

нацелена на исправление этого мира. В нем пребывает свет Его

воли постоянно. То же самое верно для любой внешней части

относительно ее внутренней. И само собой у всякой внешней

есть преимущество над внутренней, поскольку свет воли Творца

пребывает там в большей степени. В этом причина того, что

Создатель устроил так, что внешняя часть — это основа и

первый корень всей реальности, как упомянуто выше, а все

потому, что к ней относится главное намерение, и от нее

зависит исправление.

Мы уже сказали, что окружающий свет в основном связан с

целевым намерением, с добром, скрытым в будущем исправлении.

Поэтому он находится внутри кругов, которые являются корнем

всего плотного и внешнего в теле... Ведь от них, как упомянуто, зависит все исправление. И поэтому свет расположен в них, ибо

это их награда и цель действия — когда они исправятся, он

дарует им благо... Он властвует над ними и постоянно вращает

их в направлении цели, по их воле или против нее, в том смысле, что они неизбежно должны исправиться любым образом...

Окружающий свет всегда вращает их в направлении цели... В

будущем им откроется весь его свет в любом случае, и все они

удостоятся всего скрытого блага» 30.


30 Итак, из слов нашего учителя Ари, приведенных выше, ясно, что внутренняя часть сосуда

тоньше внешней. Мы видим это своими глазами: исполнение Торы и заповедей гораздо больше

наполнены светом, чем дела материального мира - ремесло, заработок и т. д. И все же там

объясняется, что внешняя сторона сосуда создается из более высокого качества, чем внутренняя

(причина этого разбирается в Эц Хаим 6:2). Объяснить это можно так. Известно, что бренные вещи

тоже имеют корень высоко в святости, и все они в будущем приобщатся к святости Б-га. Именно спуск

вниз, в самую толщу материи, сделал необходимым, чтобы искра святости поддерживала жизнь

материи через свое высокое качество. Это соответствует известному принципу: именно высокая

святость может спуститься вниз и оживить материю. Если бы более ограниченная святость

спустилась туда, материя утащила бы ее вниз, и она не смогла потом подняться. Это подобно душе

человека, которая выше ангелов и потому послана облачиться в материю. Ведь сила ее велика, и она

сможет освятить эту материю вместо того, чтобы опуститься с ней вместе. А если бы душа ангелов

облачилась в материю, то не сумела бы поднять ее и сама вместе с ней скатилась бы вниз. Известно, что искра святости в бренном - очень высокая. В святых книгах говорится также, что корень сосудов

выше, чем корень светов, и также искра святости в обычных вещах выше, чем святость в святости.

На это и указал Ари, говоря, что внешняя сторона сосудов создается из более высокого качества, чем

внутренняя. Но внутренняя тоньше в силу ее близости и причастности к свету, заключенному в ней.

По поводу высоты искры святости, спустившейся вниз, чтобы поддерживать жизнь материи, в

«Сефер а-Орот» говорится: «Душа человека более высокая и внутренняя, чем у ангелов, и в силу

величия она опустилась на нижние уровни, а оттуда поднимется с огромным приобретением, подготовив весь мир вместе с собой к восхождению к истоку. Так и святое в бренном, спустившееся

до самых обыденных вещей, более высоко и свято, чем святое, пребывающее внутри святого, но там

оно находится в сильном сокрытии. Нет конца и края исправлениям, которые наступят в мире в силу

того блага, что приходит через материю. Оно раскроет свою красу и великолепие в назначенный час, когда «не будет света, но холод и мороз», «но будет к вечеру - будет свет». Перед светом Машиаха, который раскроется вскоре в наши дни, пробудится святое в бренном. И, прежде всего, оно пробудит

бренное, и все будут говорить «языком человеческим, а не языком Святого, благословен Он» (Зоар).

Об этом сказано: «И язык мой весь день будет изрекать справедливость Твою, ибо устыдились, опозорились желающие зла мне» (Теилим 71:24)» (Орот а-Тхия 46). Еще в книге «Лешем Шво ве-

Ахлама» говорится о превосходстве сосуда над светом, а это принцип, похожий на превосходство

внешней стороны сосуда над внутренней: «Здесь такой же принцип, как и в том, что сказал рав во

вратах внутреннего и внешнего (гл. 4): согласно глубинному тайному смыслу внешнее... гораздо

больше внутреннего, а в будущем внешнее поднимется выше внутреннего. То же самое верно для

сосудов и света. Согласно более глубокому пониманию, сосуды происходят с более высокой ступени, чем свет. Благодаря этому у тела есть сила ограничивать душу в себе и совершать все свои действия

в соответствии с границами и мерами. Так происходит потому, что тело имеет более высокий корень, чем душа. Это согласуется с нашими словами выше: главный корень всех сосудов каждого мира - в

свете первого распространения этого мира. А сам свет и душа каждого мира возникает только из

света второго распространения. Это словно тонкая линия от света первого распространения, как

видно из наших слов. А значит, сосуды взяты из более высокого места, чем их света, и так обстоит

дело с сосудами всех миров... В глубине всего этого лежит принцип выбора. В этом состоял замысел

всего творения, и от него зависит исправление всего и общая цель. Поэтому изначально вышло

затемнение и уплотнение с большей силой, так как если бы не это, сосуд растворился бы в свете... и

не было бы вовсе свободы выбора. От этого зависит исправление темноты и плотности и очищение

сосудов от всяких примесей и нечистоты, возникшей там после спуска вниз. Их нужно очистить от

примесей и грязи, утончить и снова поднять на самый верх, к их первоначальному источнику - к

святому святых. Их исправление, очищение и единение со светом, о котором мы говорим, совершается Торой и заповедями, а также и благодаря всем событиям в мире. Через это они

постоянно исправляются, пока в итоге не поднимутся к «скале, из которой высечены» в

беспредельном восхождении. Тогда «возрадуется Б-г деяниям своим». Да совершится это вскоре в

наши дни, амен; и пойми сказанное...» (Сефер а-Клалим, правило 18, гл. 6, п. 4 и гл. 7, п. 1). Еще

стоит прочесть глубокие вещи в «Лешем Шво ве-Ахлама» (Биурим, ч. 1, стр. 80, п. 32). Этот же

принцип часто приводится в книгах учителей Хабада.


Окружающий свет имеет «тягу» к сосуду


Мы видим, что действие окружающего света — это расширение

сосуда и его увеличение, чтобы он смог вместить в себя еще больше

света. Впрочем, стоит отметить, что не всякий более высокий свет

является окружающим. Великие и сильные света, в виду их огромной

высоты, сосуд вовсе не улавливает. Он не постигает их даже в качестве

своего верхнего уровня, и в нем не пробуждается никакого стремления и

движения в их сторону. Это подобно ученику, который знаком с Торой и

видит мудреца, который полон Торы. Этот мудрец представляет для

него более высокий уровень в познании Торы, и в ученике пробуждается

желание и воля стать таким же. Мудрец становится окружающим светом

для ученика и вызывает у него желание и подъем. Но если ученик

читает об огромных уровнях пророчества и святого духа, это в нем не

вызывает желания самому достичь их, из-за большого расстояния

между ним и пророчеством (хотя некое внутреннее впечатление

возникает в силу связи его души со всем этим, но это не дает импульса к

действию).

Мы хотим сказать, что окружающий свет — это такой свет, у

которого есть тяга к сосуду. И у сосуда есть желание приблизиться к

нему и осветиться им. В отличие от этого, более высокие уровни — это

как окружающий свет для окружающего. Они дальше от сосуда и

воздействуют на него в меньшей мере (см. первый Ликутей Моаран 21).

Таким образом, каждый уровень представляет окружающий свет для

того, что под ним. И так продолжается до вершины всех ступеней, до

самого верха, где Кетер окружает все остальные уровни своим могучим

и чудесным светом, который мы не в силах оценить и измерить. Здесь

уместно понять важную идею в служении Б-гу: человек должен

остерегаться, чтобы не вводить себя в окружающие света, которые

сильно превышают его уровень, поскольку он не в силах их постичь.

Иначе он потерпит ущерб с обеих сторон. С одной стороны, он не будет

работать над тем, чтобы связаться с наиболее близким окружающим

светом, который можно было бы постичь. А с другой стороны —

приблизится к огромным светам, которые постичь не в состоянии.

Получится так, что у него не будет подходящего окружающего света, который стимулировал бы его к восхождению, продвижению и

расширению границ познания и духовности.


Тайна семи ладоней в сукке


На самом деле окружающий свет находится в соответствии с

границами сосуда. Какова мера сосуда, такова и мера света. Касательно

этого раби Нахман учит нас, говоря о сукке как об окружающем свете, что означает закон, согласно которому сукка, если она меньше, чем семь

на семь ладоней, непригодна для заповеди (Шулхан Арух 634:1). Он

учит, что «семь ладоней» — это семь отверстий в голове человека: два

глаза, два уха, две ноздри и рот. Это главные органы, при помощи

которых человек должен трудиться и работать, чтобы освятить себя.

Получается, что они являются сосудом для него, с которым он

поднимается к святости. Если же, не дай Б-г, один из них будет

испорчен, в святости человека возникнет недостаток, и Шхина удалится

от него. Если испорчен взгляд, речь или слух, это убавляет от

минимального размера святости, и тогда получится, что окружающая

человека Шхина уйдет. Раби Нахман учит, что в этом и состоит

непригодность сукки, которая меньше семи ладоней. Если у нее нет

минимального размера, окружающий свет не подходит к ней. Ведь

святость нисходит только в достойный сосуд, а минимальный сосуд

составляет семь ладоней, по принципу семи стволов светильника, которые означают семь отверстий в голове человека. Все это

основывается на том, что мы видели: окружающий свет приходит в

соответствии с сосудом. Вот что пишет раби Натан в «Ликутей Апахот»

(законы сукки 1):


«После Йом Кипура, когда удостаиваются обрести печать

святого союза, его исправление, как и исправление молитвы, тут

же начинают заниматься суккой. Ведь сукка зависит от

исправления знака союза, поскольку она — облака славы, а тех, у

кого знак союза был не в порядке, облако выбрасывало, как

написано: «И перебил позади тебя всех ослабевших» (Дварим

25:18). И написано: «А ты усталый и утомленный, но не боялся

Всесильного». Это противоположно исправности знака союза, о

чем сказано: «Жена, боящаяся Б-га» (Мишлей 31:30) — святая

Малхут, исправная молитва, «богобоязненная жена достойна

хвалы». Поэтому удостоиться сукки можно только благодаря

исправности знака союза. И потому сукка соответствует

принципу Яакова, как написано: «А Яаков двинулся в Суккот»

(Берешит 33:17). Ведь Яаков — это принцип трепета, и потому

молитва в основном исправляется с его помощью, как о нем

написано: «Как грозно это место; не иначе, как дом Всесильного».

Это совершенство подъема молитвы к состоянию дома с

помощью принципа трепета, как приводится у нашего учителя.

Всего этого Яаков достиг благодаря тому, что тщательно

оберегал свой знак союза, и «постель его была совершенна».

Поэтому он удостоился обрести сукку. Ведь сукка — это великое

сознание, святой дух, окружающие света. Этого сознания можно

удостоиться, только оберегая знак союза.

Об этом написал наш учитель в главе об окружающих светах

(Ликутей Моаран 21), начинающейся со слов «Атик скрытый и

утаенный» (Сифра де-Цниута, гл. 3): невозможно удостоиться

состояния «сукка» и окружающих светов, если не освятить «семь

свеч», то есть семь отверстий, ведущих к мозгу, — глаза, уши, рот и нос. А святость всех их зависит, как известно, от

святости знака союза. Поэтому сукка размером меньше семи на

семь ладоней не годится. Она должна быть величиной, по крайней

мере, в семь ладоней, в соответствии с упомянутыми семью

свечами, которые нужно освятить, ибо через них создается

сукка. Стены сукки указывают на границы святости. Туда нужно

внести все предметы пользования; еда и питье, сон и все

необходимое должно совершаться именно внутри сукки, то есть

в пределах святости, не выходя из них наружу. Главное — чтобы

сукка в любом случае имела размер в семь ладоней, в

соответствии с семью свечами. Все их нужно ввести в сукку, в

границы святости, чтобы они оттуда не вышли. (Эти семь

свечей — внутренний свет — зависят от святости знака союза и

выражаются ладонями (тфахим), по принципу «хлопнул (тапах) его по лицу»). Нужно освятить эти «ладони» с помощью

святости знака союза. Это и есть сукка размером в семь ладоней

(см. речь нашего учителя со слов «тайна намерения при

обрезании», гл. 63).

Все зависит от этих главных органов чувств, а остальные

части тела тянутся за ними. Об этом сказали наши учителя, что сукка должна быть не меньше семи ладоней, чтобы можно

было поместиться там с головой, большей частью тела и

столом. Семь отверстий головы — это и есть «голова и

большая часть» человека, поскольку все вожделения зависят от

них. Главное — ввести их в пределы святости с помощью

освящения знака союза. Но для сукки не установлено

максимального размера; напротив, чем больше она расширяется, тем лучше. Пусть пределы святости расширятся, и туда

поместится все тело человека целиком, все ему необходимое, все

предметы пользования, все виды удовольствий. Все они должны

быть там, внутри стен сукки, и не должны выходить оттуда. И

когда человек строит стены нужного размера, то есть не менее

семи ладоней, они становятся пригодны для сукки — для схаха, который покрывает их сверху. Ведь он, в основном, и называется

«суккой» (см. Раши, 2 а, со слов «не властвует глаз»). Тогда

можно удостоиться того, что сверху будет покрывать и витать

дух святости — окружающие света. Достичь этого можно

только с помощью освящения семи свечей, которые выражаются

стенами размером в семь ладоней».


Изобилие окружающего света — радость и сила, вера и

внутренний смысл Торы


Окружающий свет — осознание великой доброты Б-га


Итак, первое, что мы выучиваем из окружающего света, — это

величина доброты Всевышнего к нам. Его свечение дает нам хотя бы

небольшое впечатление и догадку об изобилии добра и благословения, которое Творец хочет излить на нас. Ведь окружающий свет не

измеряется с учетом сосуда и его принимающей способности. Он сам по

себе является могучим светом и так со своей стороны открывает всю

силу добра Б-га и величину Его желания безмерно благословить нас.

Отсюда мы учим, что все сокращения и ограничения в нашей жизни

происходят не от скупости или ненависти, не дай Б-г, и не от недостатка

силы наверху сделать нам добро. Напротив, они намеренно создаются

высшей добротой, которая основала все творение на правильном

равновесии между светом и сосудом, чтобы мы исполнились изобилием

блага в хороших сосудах. Поэтому Господь «подвешивает землю ни на

чем» — скрывает большую часть добра, пока сосуды не станут готовы

получить Его благословение. Это знание запечатлевается в наших

сердцах, когда окружающий свет изливается на нас и витает над нами в

своем ярком сиянии. Когда он светит нам, мы наполняемся

впечатлением от великого блага Творца, от Его могучей силы, у которой

нет предела способностей. Это следствие окружающего света, который, усиливаясь, позволяет нам нечто вроде короткого взгляда через окна

небес на вершины Бесконечности, чтобы углубить в наших сердцах

впечатление и представление о верхних светах и чистоте, которую

повседневность не способна вместить.

Мы хотим сказать, что человек, как правило, погружен во

внутренний свет — в рамки своей жизни и в пределы своих взглядов, соответствующие уровню его сознания и восприятия. Поэтому

окружающий свет обычно скрыт и недоступен в виду ограниченной

жизни с ее внутренним светом. Таково правило: окружающий свет

высок, оценить его и ухватиться за него трудно, а тем более трудно

сделать так, чтобы он проникал в волю и восприятие, принося им

впечатление от своей высоты и мощи. Ведь дни человека подобны

траве. Мы пребываем под грузом повседневной жизни, в ее узких

границах, от которых даже воздух становится спертым, и нам тяжело

подняться за пределы собственного кругозора и увидеть все миры с

высоты Бесконечного, исходя из величины Его беспредельного блага.

Пусть спросит человек себя: «Наполнено ли сердце мое сейчас

огромной радостью от знания и веры в милосердие Б-га, в Его желание

сделать нам безграничное добро?» Как правило, мы видим мир согласно

узости наших взглядов. Избыток страданий и бед заставляет забыть

прочные основы, на которых зиждется мир, — добро и свет

единственного Творца.


Свет сукки — изобилие выше сосудов


В эти святые дни праздника Суккот, когда мы «сидим в верхнем

укрытии, в тени Всемогущего обитаем», под крыльями Творца, великие

света, святость самого времени и заповедь сукки буквально возносят

нас на самый верх, поднимают к наиболее чудесным областям — к

вершине яркого сияния, которое не видывал глаз человеческий. Лучи

окружающего света проникают в самые глубины наших душ, пока мы

купаемся в верхнем сиянии, которое значительно превышает нашу

обычную способность восприятия. Удивительным образом, в качестве

чуда Всесильный Б-г возвышает нас к Себе, собирает нас в Свои дворы

— в «святое святых» верхних окружающих светов. Он открывает наши

сердца, чтобы мы отведали этого высокого света, Его доброты и

милости, изобилия, которое пребывает над нами постоянно.

Таким образом, дни Суккот чудесны по своим свойствам. Они не

учитывают узость наших взглядов и ограниченность сознания. Они

изливают на нас благословение не в соответствии со скудностью нашего

мышления и его качествами. Вместо этого наш Всесильный Б-г ведет

Себя с нами в меру Своего чудесного милосердия, открывает Свою

полную и широкую руку, чтобы излить на нас благословения

окружающих светов, запечатлеть в нас представление и примерное

понимание возвышенных и скрытых сфер, святого среди святых, сияния

Атика. Это явление чудесно, оно открывает нечто удивительно новое.

Ведь правило гласит, что свет приходит лишь согласно получающей

способности сосуда, как сказано: «Шире открой рот свой, и Я наполню

его» (Теилим 81:11). Но иначе ведет Себя с нами наш Всесильный Б-г во

время радости праздника Суккот. В Своем великом милосердии Он

поднимает нас выше способностей сосуда, возносит к самому верху в

соответствии с достоинством души, а не малостью сознания и

поступков. Благодаря этому мы удостаиваемся ухватиться за края Его

великого сияния, за свет, которым Он «окутан, как платьем», который

воссиял от одного края мира до другого. Это тайна скрытого света,

который является и светом сукки, светом семи дней, соответствующим

высоте души, а не ограниченности наших земных поступков.

Наша любимая сукка — это действительно чудо из чудес. В

пребывании в ней заключены огромные возможности, помогающие

достичь вершины Бесконечности, соединиться с великой силой Творца и

Его большой добротой, в то время как на протяжении всего года у нас

почти нет возможности даже немного прикоснуться к этому. В праздник

Суккот Б-г устраняет ограничения, покровы и защиту, которая

удерживала избыток света. Все это уходит и не разделяет между

нашими душами и мощью святости и благодати Бесконечности. Тогда

лучи света во всей полноте и во всей яркости проникают и наполняют

нас постижениями и даруют великие венцы святости. При этом нет

повреждения, нет разбиения сосудов из-за избытка света, нет падения

из-за чрезмерного подъема. Великая доброта Творца проявляется в

том, чтобы защитить нас и утвердить в этом луче света. Об этом

сказано: «Изолью на вас благословение сверх меры» (Малахи 3:10),

«Что значит «сверх меры»? Пока не устанут губы произносить

«хватит»». Это уже не подчиняется принципу «Шире открой рот свой, и

Я наполню его» (Теилим 81:11), но следует величию благодати, которая

утомляет губы, устраняет сосуд, но, не разбивая его, а включая и

принимая внутрь света, из которого он вышел. Тогда открывается вся

мощь света, скрытого в сосуде, и становится ясно, что и сосуд по сути

своей — частица света, в силу чего он держится в его изобилии и не

исчезает. Это великое чудо.


Свет сукки — помощь в постижении тайн Торы


Итак, в сукке есть могучий свет. Наши души купаются в нем на

уровне, который значительно превышает то, что полагается нам по

заслугам. Поэтому наш учитель рав Моше Кордоверо говорит, что для

постижения внутренней части Торы нет более подходящих дней, чем

Шавуот и дни Суккот, проведенные в сукке31.


31 «Третье - время, подходящее для учебы. Нет сомнений, человеку легко было бы учиться

каждый день, однако времена, наиболее подходящие для усвоения глубины - после полуночи или в

шаббат, поскольку тогда сам день помогает, а также накануне субботы после полудня и в праздники.

А еще лучше Ацерет (Шавуот). Я испытывал это много раз и видел, что это день, приносящий на

удивление большой успех. В праздник Суккот нужно учиться в сукке - там тоже ждет великий успех.

Упомянутые времена проверены мной, я говорю из опыта» (Ор Неэрав, ч. 3, гл. 1).


Когда человек размышляет над внутренним смыслом Торы в сукке, а душа его освещена ярким светом, сами собой его сосуды духовного

постижения — разум и глубокое желание, основные средства

постижения тайн Торы — открываются и готовы понимать и разуметь, слушать, учить и преподавать, соблюдать и исполнять с любовью, трепетом и радостью. Известно, что постижение внутренней части Торы

в основном зависит от святости, а не от острого ума. Главное — чтобы

душа светила человеку (Орот а-Тшува, гл. 10). Душа Торы связана с его

собственной душой. Насколько светит человеку его душа, настолько он

причастен к постижению всех секретов и тайн. Следовательно, в виду

великолепной святости сукки и окружающих светов в ней, тайное учение

становится открытым и светится. Оно пробивается и сияет перед

достойным и праведным человеком из народа Израиля, приготовившим

сердце к тому, чтобы освятиться его святостью и вкусить его меда, вкуса

древа жизни. «Попробуйте и увидите, как благ Б-г».

Нет большего рая на земле, чем размышлять над росой души Торы

в сладости сукки. Нет блаженства в мире — ни духовного, ни тем более

материального — которое сравнилось бы с сильным наслаждением

души, прильнувшей к своему Другу, когда она входит в покои Царя, в

святость сукки. Она ведет беседу с Царем о тайном учении, а это —

глубокая речь любви между Святым, благословен Он, и общиной

Израиля. «Увлеки меня, за Тобой побегу; привел меня Царь в Свои

покои, возликуем и возрадуемся Тебе, вспомним ласки Твои, что лучше

вина» (Шир а-Ширим 1:4).


Добродетель радости


В связи со сказанным мы поймем, почему заповедь радоваться Б-гу

в основном исполняется в праздник Суккот. Как известно, нет более

высокой добродетели, чем радость перед Б-гом. В ней заключается

совершенство еврея. Радоваться может лишь тот, чье сердце целиком

предано Всесильному. У него не будет печали и уныния, происходящих

от грехов и сил нечистоты, как не будет и боли сердечной из-за

беспокойства и недостатка веры. Чистосердечные люди, служащие

Творцу всем сердцем, главное счастье которых — это само служение и

преданность Ему, заслуживают прекрасный дар, хранящийся в Его

сокровищницах. Дар этот называется «радостью». Ведь радость —

действительно подарок свыше, как сказано: «Дал Ты радость сердцу

моему» (Теилим 4:8). Она приходит к тому, чье сердце непорочно перед

Б-гом. Пока человек лишен цельности, его служение может проходить в

унынии и подавленности. Таков, например, тот, кто подавлен из-за своих

грехов и отдаления от Б-га, или чье сердце беспокоится и от того

слабеет и т. п.

На самом деле радость — это труднейшая для достижения ступень.

Даже смирение, возможно, обретается легче, чем радость. Мы имеем в

виду не внешнюю радость в виде активных телодвижений или

поверхностных душевных порывов, но внутреннюю — святую радость, которая наполняет сердце и внутренности, так что не остается никаких

горестей, уныния и печали. Все видится через духовную святость, и во

всем открывается добро. Этот уровень близок к настоящему святому

духу.

Радость — это на самом деле венец и корона, как сказано: «И

радость вечная на головах у них» (Ишайя 51:11). Смирение же еще

может сопровождаться примесями грусти и подавленности, хотя, будучи

совершенным, оно приводит как раз к радости, а не к унынию, как

сказано: «И обретут смиренные у Б-га радость, бедные среди людей о

Святом Израиля возликуют» (Ишайя 29:19). Но, тем не менее, пока оно

не достигло нужной высоты, внутри него нас подстерегает опасность

уныния. Иное дело радость — это фактически уровень святости, приходящий после совершенного смирения. Это венец красоты, сладость, к которой никакая нечистота не в силах подобраться. Мы

видим, что тот, кто трудится над своим качеством смирения, может быть

погружен в себя и отдален от других. Он будет чувствовать, что

одиночество и сосредоточенность на себе больше соответствуют его

духу, чем компания близких друзей. Но когда есть совершенная радость, все обстоит иначе: человек может переходить от одиночества к

общению, при этом сам он дружелюбен и сердечен. Между ним и его

ближними нет ни зависти, ни скупости, ни смятения, ни различных

отделяющих барьеров.


«И будешь только радоваться»


Короче говоря, совершенная радость — это великий уровень, близкий к настоящему святому духу, и достичь его очень трудно. И, несмотря на трудность этого достижения, каждому из народа Израиля

заповедано радоваться в праздники — особенно в Суккот, о котором

Тора говорит: «И радуйся в праздники свои... и будешь только

радоваться» (Дварим 16:14-15). Это сложно понять: если радостью так

трудно овладеть, и она относится к столь высоким уровням, как можно

заповедать это простому еврею? Это не добровольное дело и не совет, а приказ и настоящая обязанность — повелительная заповедь Торы

радоваться в праздники! И хотя мудрецы учили, что «радости не бывает

без мяса и вина» (Псахим 109 а), они не имели в виду, что заповедь в

том и состоит, чтобы есть мясо. Ведь радость должна пребывать в

сердце. Просто нужно пробуждать и выражать ее с участием всего тела, что указывает на ее полноту. Поэтому следует употреблять мясо и вино, покупать хорошие вещи супруге и детям и каждого радовать по-своему.

Как бы то ни было, верно и непреложно то, что основа и суть радости

праздника связана с Б-гом. Ведь не бывает настоящего наслаждения, кроме как в слиянии души с Творцом, и радость может быть только с

Ним. Тогда это будет совершенная радость, от которой все печали и

невзгоды бегут быстрее, чем тьма убегает от света.

Ответить на это можно так. В эти святые дни и с этой сладостной, словно мед, заповедью сукки мы способны быть радостными с Б-гом. И

каждый еврей в силах пробудить глубокую любовь к Нему, скрывающуюся в его сердце, зажечь огонь святости в душе, чтобы он

полыхал, как пламя, и чтобы душа прильнула и побежала за своим

Создателем. Все это возможно в силу чудесных свойств окружающего

света. Если бы мы судили о каждом по его уровню, по его внутреннему

свету, большинство не удостоилось бы испробовать эти высокие уровни

блага Б-жьего, и следовательно, им было бы трудно пребывать в

подъеме радости. Но поскольку в сукке мы обретаем окружающий свет, все сыны Израиля становятся сами собой способными подняться и

достичь того, что гораздо выше их ступени. Мы видели, что окружающий

свет приходит от великой доброты Б-га, и через него мы постигаем Его

добрую волю, обращенную к нам, Его милость и благословение, превышающее наши заслуги. Это явление и есть корень всей настоящей

радости. Ведь причина уныния и его внутренний корень — это

ограниченность нашего мира. Каждый в нем чувствует себя скованным

железными цепями в различных областях. Человек волнуется о

проблемах с заработком, о здоровье и тому подобном. Сердце

печалится о том, чего не хватает, беспокоится, как бы ни прибавились

еще страдания. В итоге человек полон страхов и опасений, боли и

тревог, и радость становится слишком трудной для него. Иногда сама

его жизнь почти становится противна ему из-за избытка разочарований и

страданий.


Причина уныния — малое сознание


Все это возникает из-за горечи от ограничений в той реальности, которая основана на законе сокращения. И потому человек ощущает

свою малость, ничтожность и временность, чувствует, что его

пребывание в мире само по себе шаткое и слабое. Но все это исходит

из узости взгляда человека, который видит мир только через призму

своих страданий и малого сознания. В действительности большинство

страданий находятся в сознании, которое фактически и есть источник

всей бедности и боли. Малодушие заставляет видеть все мрачным, черным и гнетущим. Главное лекарство человеку от всех страданий в

его жизни — это расширение сознания, его осветление и возвышение

все выше и выше к «широтам реки» — к простору Божественного

осознания, к той глубине, с которой взирает Сам Всевышний. Ведь Он

видит все совершенно иначе, чем видят темные человеческие глаза, у

каждого в меру его помрачения. О Нем сказано: «И увидел Всесильный

все, что сделал, и вот, хорошо весьма» (Берешит 1:31). Все

действительно очень хорошо! Божественный взгляд — это и есть

истинная реальность. С ним видны верность, справедливость и добро, на которых зиждется мир. На самом деле главная наша работа —

уравнять наш глаз с верхним глазом, «оком Б-жьим», которое всецело

благостно, который повсюду видит сияние и сладость. Это «верхний

глаз», всегда улыбающийся, вечно смеющийся и благословляющий без

конца. «Учили: глаз этот — глаз провидения; он всегда открыт, всегда

улыбчив, всегда рад» (Зоар 3, 130 а).

Фактически тайное учение призвано научить нас смотреть на мир с

точки зрения Б-га. Это почти единственная цель этого учения — учиться

смотреть на все «верхним глазом, всецело белым»; смотреть на мир

так, как глядит на него Всевышний, видя, что все очень хорошо. Поэтому

у святых, удостоившихся войти во врата тайного учения и соединиться с

его светом, радость никогда не сходила с лиц, а ликование сердец не

прекращалось. Ведь души их в изобилии насыщались от рек верхнего

рая, сила которого превышает всякую внешнюю печаль мира сего с его

ограниченностью. Все основание страданий в нашем мире сводится к

одиночеству человека и его удаления от Источника. Кто же наполняет

душу благостью дома Творца, сокровищницами тайного учения, в

святости и чистоте, тот поднимает взгляд и расширяет сознание к

вершинам Божественного взгляда. Он видит добро во всем, «видит

благость Б-жью в земле живых». «Призваны верхние праведники узреть

это духом мудрости, как написано: «Ибо своими глазами увидят»

(Ишайя 52:8). Когда? «Когда вернется Б-г в Цион». И написано: «Ибо

глазам нашим явился Ты, Б-же» (Бемидбар 14:14)».


Смотреть на реальность «верхним глазом»


Итак, основа радости — в сознании, в «величии мохин», в глубоком

постижении Божественности. Это и есть раскрытие тайн Торы, уготованное в будущем, но уже начавшееся (слава Б-гу) и

усиливающееся в нашем поколении. Это фактически и есть желание

видеть добро Б-жие, возвыситься до «верхнего глаза». Как приводится в

святом Зоаре, в будущем праведники возжелают созерцать высокий

свет верхнего глаза, который всецело белый и благой. Таково великое

раскрытие тайн Торы в нашем поколении.

Добавим к этому краткое объяснение. Фактически, есть два способа

смотреть на вещи. Взгляд, брошенный из мира лжи, видит в мире лишь

его внешнюю сторону. Кажется, что все полно страданий, повсюду зло, а

жизнь человека — сплошные печали и стенания. С другой стороны, Божественный взгляд видит, что«все хорошо весьма». Это свет, который Всевышний скрыл в Торе, особенно в тайном учении. Открытая

часть Торы не занимается изменением взгляда на реальность, которую

видят наши глаза, но сосредоточена на наставлениях о том, как

исполнить волю Б-га через данные Им заповеди. Туда входят, например, законы о быке и корове, вредителе и пострадавшем и т. д. Но мир

остается на своем месте с его нынешними свойствами. В тайном учении

все иначе: оно обнажает скрытое в глубинах мира и открывает все для

совершенно другого взгляда. Кажется, что тот, кто смотрит только

внешним взглядом, воистину слеп и лишен настоящего зрячего видения

реальности. Ради ясности скажем, что существует нечто вроде борьбы

между двумя этими способами смотреть на вещи. Внешний взгляд

наполняет сердца ядом отчаяния и печали, страхами и недостатком

веры. На самом деле это и есть главное оружие мирового зла. Падения

человека в основном начинаются в его разуме. Из-за падения в узкий

взгляд обрушивается и все здание человеческого существа. Он

погружается в грязь отчаяния, печали и подавленности. И чем его

осознание меньше, тем беды его больше. Все злодейство в основном

происходит из кривого и очень мрачного сознания. Получается, что

корень войны между нечистотой и светом Б-жьим в мире — это борьба в

сознании. Чем больше усиливается свет, расширяя сознание людей, тем

больше становятся радость, вера, сила и поиски добра. Святые желания

укрепляются, и все действительно возвышается.


Освобождение зависит от тайн Торы


Во многих местах в святом Зоаре говорится, что в будущем

внутренняя мудрость распространится на весь Израиль. Это и есть

освобождение, зависящее от раскрытия тайн Торы (см. предисловие

рава X. Виталя к «Шаар а-Акдамот»), Основано это на том, о чем мы

сказали. О тайном учении говорится: «И увидел Всесильный все, что Он

сделал, и вот, хорошо весьма» (Берешит 1:31; см. «Лешем Шво ве-

Ахлама», предисловия и врата 4:5). Это скрытый свет, и он воздействует

на зрение. Слово «Зоар» тоже означает свет. А зрение — это понимание

и верный взгляд, то есть осознание. Мы хотим сказать, что скрытый свет

— это новое зрение и исправление в сознании, которое сильно

расширяется, становясь подобно сознанию Всевышнего, видящему

лишь полное добро и взирающему на все совершенным взглядом.

Итак, ясно, что именно в последних поколениях откроются истоки

внутренней мудрости. А дело в том, что уразумение тайн Торы никак не

зависит от острого ума. Способность их постигать, главным образом, связана с чистотой и светом, освещающим души. В прежних поколениях, когда нечистота была велика, и грехи создавали плотный барьер, мир

был замутнен избытком грехов и неисправленных падений (см. Игрот а-

Реия, стр. 369; Даат Твунот 48; Лешем Шво ве-Ахлама, Биурим 1, врата

кругов и прямой 5:7; Талелей Хаим, Берешит, гл. Хаей Сара).

Следовательно, души не могли постичь свет внутренней части Торы. И

само собой, внешний взгляд и сознание из мира лжи чрезвычайно

усилились, властвуя над большинством людей. Короче говоря, народ

Израиля был очень далек от Божественного взгляда, и ему было очень

тяжело понять глубину и широту взгляда Всевышнего и видеть мир так, как видит Он. Это подобно маленькому ребенку, который еще не созрел

для того, чтобы понять и увидеть мир, как это делает великий праведник

и учитель.


Подготовка поколения к постижению «большого разума»


В течение поколений мир улучшался, и воздух его стал тоньше.

Израиль очистился и усилился как в результате изучения Торы, так и

вследствие бедствий изгнания. Разум евреев освободился от

мелочности, и они стали боле зрелыми для постижения глубины

Божественного взгляда. Это произошло в силу святости душ, которые

очистились от болезни грехов и от скверны падений, бывших в прежних

поколениях. Теперь они лучше подготовлены к постижению разума

внутреннего учения и сияния его святости. В нашем поколении, когда мы

были собраны с четырех сторон света после многих тяжелых страданий

в изгнании, в силу действий святых, которые в каждом поколении

очищали душу народа и исправляли следствия грехов, души стали

тонкими и прозрачными, способными приблизиться к высшему Разуму, к

познанию Б-га и тайнам Торы. Теперь можно исполнить заповедь: «Знай

Б-га отца своего и служи Ему» (Диврей а-Ямим I 28:9), «Но лишь этим

будет хвалиться хвалящийся: разумением и познанием Меня» (Ирмия

9:23).

Изобилие света в последнем поколении буквально возносит

каждого, кто черпает росу Учения жизни в святости и чистоте. Его

поднимают высоко туда, где он будет озарен его светом. В итоге вся

горечь в жизни, происходящая от внешнего взгляда на вещи, становится

сладостью — все исправляется и превращается в радость. Благодаря

внутренней части Торы все обращается благом, ибо такова ее могучая

сила. Еще прежде всякого изменения во внешней структуре миров она

творит могучий переворот внутри них, то есть в самом сознании

Израиля. Это сознание — мозг и корень всех миров, а все остальное

следует за мозгом. С его исправлением все исправляется само собой.

Так, когда Израиль возвышается кверху, соединяя свой взгляд с

Божественным взглядом и исполняя слова «Ибо своими глазами

увидите» (Ишайя 52:8), приводя человеческий глаз в соответствие с

«верхним глазом, который весь белый, весь улыбающийся и сладкий, весь ликующий и радостный», — все остальное улучшается само собой.

«Желание и радость праведников... видеть и прильнуть ктикуним

скрытого от всех Атика» (Зоар 3, 129 а)32.


32 Еще там написано (129 б): «Не закрывается этот глаз... весь он правый, и нет в нем левого.

Он не засыпает и не дремлет, не требует защиты, и нет никого, кто защищал бы его. Он сам

защищает всех, присматривает за всеми, и от взгляда этого глаза все питаются... Он называется

зорким оком, верхним оком, святым оком, оком провидения, оком, которое не дремлет и не спит, оком, которое защищает всех, оком, дающим жизнь всем. От него исходит благословение для всех...

и призваны праведники, верхние святые, узреть его духом мудрости. Об этом написано: «Ибо своими

глазами увидят» (Ишайя 52:8). Когда? «Как вернется Б-г в Цион». И написано: «Ибо глазам нашим

явился Ты, Б-же» (Бемидбар 14:14)».


Смягчение сил суда благодаря взгляду «верхним глазом»


Все это служит жизненным принципом для причастных к тайнам Б-га

— святых, чья душа происходит из мира Ацилут. Работа по смягчению

сил суда и отмене суровых приговоров, вынесенных Израилю свыше, зависит от глубины взгляда. Через понимание тайн Торы проясняется, что все грехи — это лишь внешнее, а сердце Израиля чисто. Эти

праведники переворачивают внешний взгляд и смягчают его силой

внутреннего, склоняя чашу заслуг Израиля. Фактически, все зависит от

тайн Торы, от внутреннего взгляда, видящего повсюду добро. «Все

обратилось белизной» (Ваикра 13:13) — все силы суда смягчаются. Об

этом сказал раби Шимон бар Йохай, мир ему (Зоар 3, 130 а): «Учили: у

нижнего глаза появляется свет, чтобы омыться от красноты и черноты, только тогда, когда он достоин умыться белым светом верхнего глаза, называемого «добрым глазом»». Нижний глаз — это внешний взгляд на

мир, взгляд с позиции суда, взыскивающего за грехи. Раби Шимон бар

Йохай говорит, что свечение, которое снимает его красноту и черноту, приходит к этому взгляду лишь тогда, когда он окунается в свет верхнего

взгляда, который всецело сладок и благ.

Такова работа святых праведников, пробуждающих могучую любовь

наверху. Они пробуждают верхний глаз с помощью того, что их

собственные глаза все время улыбаются и оправдывают всех. Они

преодолевают любую меру суда и узость воззрений, исполняются

прощением и дружелюбием к Израилю, склоняют весь мир на чашу

заслуг и к доброму милосердию. Да удостоит нас Б-г быть в числе

знающих Имя Его, которые исправляют мир самими своими добрыми

мыслями, говорят хорошее об Израиле, как делает и Сам Б-г, в любое

время и каждую секунду.

Из всего этого мы выучиваем две важные основы о чудесной силе

сукки. Обе они произрастают из одного корня. Это постижение тайн

Торы и огромная радость. Обе они — прекрасные плоды окружающего

света, который светит нам и возвышает нас, давая увидеть добро Б-га, узреть все в свете и благословении, радоваться святой радостью. Мы

выходим из мрачного и узкого взгляда, основанного на ограничении и

сокращении, к сферам окружающих светов, у которых нет пределов. В

них заключены сокровища бесконечной радости, добра и неизмеримого

благословения.


Окружающий свет — пробуждение желания


Дополнительная особенность окружающего света в том, что он

пробуждает желание к святости. Мы видели, что он озаряет нас с

возвышенных уровней, к которым в повседневности, когда мы

погружены в себя и в наше нынешнее состояние, нам не удается

подняться. Но в праздник Суккот мы парим на крыльях души с их

огромной силой и так встречаем те уровни, которые на самом деле

подобают нам, — уровни святости и великой праведности. Й тогда мы

сами собой можем обновиться и открыть в себе новые желания, углубить стремления. Слабость воли происходит от низкого сознания, когда человек считает себя ничем, видит себя как маленькое насекомое.

Но Всесильный Б-г думает о нас иначе: «Я сказал: вы боги, сыны

Высшего все вы» (Теилим 82:6). Мы гораздо больше, чем можем

представить собственным умом. И когда свет затрагивает внутренность

сердца и пробуждает воспоминание об истинном величии наших душ, то

устремления взлетают к самому верху, и желания усиливаются и

становятся чрезвычайно могучими.

В действительности возвышение человека в основном зависит от

величины его желания и глубины веры в то, что он достоин и способен

достичь выдающихся ступеней. Наш учитель Ари уже указал на это:

«Каждый сможет стать, как Моше Рабейну, если захочет» (Сефер а-

Гильгулим, конец гл. 6). Итак, все зависит от желания, но само оно

зависит от веры. Если человек совсем не верит, что он в силах стать

высоким святым, то и желание его скрыто и дремлет в недостатке веры, который происходит из внешнего взгляда, оценивающего человека и

измеряющего его как нечто малое. Но окружающий свет — это свет

могучей веры, свет верхней истины. Это Божественный взгляд, который

видит нас сынами Высшего, достигшими небес. Выходит, пробуждение

желания тоже зависит от внутренней части Торы. Ведь желание зависит

от веры, а вера — от широты взглядов. Чем больше расширится разум

человека, чтобы смотреть на свет, тем сильнее укрепится его вера в

величие его душевных сил. Тогда и воля его вырастет, став могучей и

твердой. Она будет побеждать материальную природу и подниматься по

высоким ступеням гораздо выше, чем человек предполагал, что

способен подняться.

Таково чудесное свойство окружающих светов. Это сладкий подарок

сукки, чудо дивное — сила желания, глубина радости, расширение

сознания, благословение добрым милосердием, которому нет предела.


Окружающий свет — «место» для взращивания всего


Окружающий свет — создание «места»


Итак, мы видели первое проявление окружающего света — это вся

совокупность воздействий, которые он оказывает на сосуд, чтобы

взращивать его и увеличивать. Этот свет представляет собой

возможность бросить взгляд на возвышенные уровни, что наполняет нас

большой радостью и способностью достигать того, что превышает нашу

обычную ступень. При этом пробуждается сильное желание к святости.

Дополнительное и центральное свойство окружающего света —

создание места для нас. Ведь все, что окружает, служит чем-то вроде

обертки. Свет окутывает и охватывает нас со всех сторон и таким

образом создает возвышенную и чистую атмосферу. Мы хотим сказать, что тайна окружающего света — создание места. Святость сукки для нас

служит чистым местом, способным принять свечение свыше, которое

поднимает нас над всеми заслугами. Эту идею мы находим у нашего

учителя Рамхаля, когда он объясняет окружающие света сукки (Дерех

Ашем 4, 8:2):


«Вот в чем идея сукки и лулава. У облаков славы, которыми

Всевышний окружил Израиль, кроме материальной пользы —

укрытия и защиты, было еще одно великое следствие в

духовности. Благодаря этим облакам евреи были изолированы и

превознесены над землей, и передавалось им свечение, которое

отделяло их от всех народов, возвышало и изымало из самого

этого мира, делая выше всех племен земли. Это было сделано

для Израиля временно, чтобы перенести его на подобающую ему

ступень. А следствие этого достигает каждого еврея во всех

поколениях. Свет святости исходит от Б-га и окружает каждого

праведника из Израиля, отделяя его от остальных людей и

возвышая над ними, ставя его выше всех. Это явление заново

проявляется в Израиле в праздник Суккот с помощью сукки».


Могучее влияние окружающих светов


Рамхаль объясняет, что окружающий свет создает особое место, высокое и изолированное. Через это к Израилю приходит сильное

свечение. Здесь заключен глубокий смысл. Святость и возвышение

начинаются в основном с понятия «место» — с атмосферы и климата, в

котором растет человек. Все действия и учеба — это внутренние света.

Это содержание, которое человек усваивает своим духом. Но в основе

всего содержания должна быть возвышенная и чистая атмосфера, которая поставит его душу в такое благородное состояние, что та будет

способна усваивать впечатление высокого. Окружающий свет — это

инкубатор для сосуда, который через это окунается в святость. Только

так можно воспринять внутрь себя содержание, подобное тому свету, что окружает и витает рядом. Невозможно расти без соответствующего

духовного фундамента. В этом особенность окружающего света — всю

нашу жизнь он делает светлой, причастной к возвышенным ступеням, и

сам собой естественным образом приближает человека к их

достижению и пониманию.

В этом заключается секрет страны Израиля, «воздух которой

умудряет». В силу пребывания и проживания в ней человек

удостаивается открытия источников мудрости и святости. Получается, что окружающий свет воздействует на человека гораздо сильнее, чем

внутренний. И хотя влияние внутреннего лучше ощущается, поскольку

оно более определенно и очевидно и входит в органы мышления и речи

человека, все же окружающий свет значительно сильнее по своему

воздействию. Его сила огромна, а внутренний свет подобен лишь

маленьким искоркам от него — тем, которые могут сократиться и войти

внутрь сосуда. Действие окружающего света похоже на впечатление от

святой личности учителя, а у внутреннего — на уроки, выученные у него

и воспринятые сердцем ученика.


Верхняя Нуква


Итак, ясно, что окружающий свет — это создание места, и с этой

точки зрения он является женским началом (Нуквой), которое содержит

внутри себя плод. Но это не та Нуква, которая получает благодать

свыше. Тогда это была бы нижняя Нуква, то есть супруга человека. Но

это Нуква верхняя — мать человека, внутри которой заключен зародыш, и которым она беременна. Таким образом, Мать создает сосуд для

взращивания ребенка — это место и окружение, которые будут питать

его и растить.

Такова верхняя Нуква — она влияет, а не получает. Но ее влияние

сводится к образованию места — теплой и тонкой оболочки. Это

пассивное влияние, а не активное, свойственное внутреннему свету, который соответствует мужскому началу. Он влияет посредством речи и

того содержания, которое передает и внедряет в получающего, а

действие верхней Нуквы можно уподобить функции уха, которое, как

известно, соответствует принципу Бины. Это и есть верхняя Мать (см.

«Кеилат Яаков» на тему «ухо»). Ухо самой своей формой указывает на

зародыш, свернутый в утробе матери. Оно символизирует принцип

слуха. Часто бывает так, что человеку нужен всего лишь внимательный

слушатель. Требуется кто-то, кто преклонит ухо, чтобы выслушать и

узнать о бедах ближнего. Само слушание творит чудеса, улучшая

состояние человека. Может показаться, что говорящий активен, а

слушатель — пассивен и только воспринимает воздействие, получает и

не дает. Но все не так: слушатель влияет. Только это влияние по

женскому принципу. Оно пассивно и сводится к вмещению внутрь и

предоставлению места. Оно создает оболочку тепла и любви, доверия и

участия (см. «Ор Ки Тов», Берешит, гл. Ноах). «Как человека мать

утешает, так Я утешаю вас» (Ишайя 66:13).


Принцип миквы и сукки


Та же идея относится и к принципу миквы. Как известно, это тоже

Бина, и она буквально напоминает о зародыше, вернувшемся в утробу

матери. Когда человек окунается в микву, он пребывает в совсем ином

состоянии — в атмосфере святости, которая не из нашего мира.

Известно также, что когда человек находится в микве под водой, он

пребывает выше уровня речи, то есть выше открытого мира (который

соответствует Малхут, речи). Вместо этого он оказывается на уровне

молчания, то есть в Бине; это «голос, который неслышен» (Зоар 1, 210

а). Его суть в основном принадлежит мысли, а не речи — внутреннему

миру, а не внешнему. Миква целиком относится к верхнему свету. Есть

много сильных каванот для нее, и каждый аспект и ракурс в ней

намекает на святые имена. Это и «сорок мер воды», и «надежда (микве) Израиля — Б-г», и ее крыша, стены и пол, четыре направления — все

это фактически подобно сукке, у которой тоже есть крыша, стены и пол.

А в четырех направлениях совершаются движения растениями в сукке.

Все это известно из каванот Бааль Шем Това, относящихся к микве.

В общем, миква основана на очень великих светах. Это

окружающий свет, принцип матери, заключающей в себе ребенка.

Именно там находится источник чистоты и реального обновления.

Человек становится новым, словно он родился в этот самый момент, и

происходит это в силу его поглощения светом Бины, верхней Матери,

которая обновляет зародыш, делая его чистым. «Придет мать и вытрет

нечистоты сына» (Танхума, Хукат 8). В действительности есть глубокая

связь между суккой и миквой. Среди каванот миквы есть одна, связанная

со словом «сеа» (האס), а это одна из сорока мер воды. Это слово «сеа»

буквально и означает сукку. Известно, что буква Алеф по своей форме

представляет собой две Йуд и одну Вав, которые вместе дают число 26

(или буквы Каф-Вав). Значит, буква Алеф из середины слова «сеа» дает

ו״כ. Тогда «сеа» превращается в слово «сукка», и это одно и то же (в

этих каванот сосредотачиваются на том, что буквы ה״ס — это имя

Адонай, внутри которого светит Авая, как вода в яме миквы — но здесь

не место разбирать все это).

Таков окружающий свет, соответствующий женскому принципу, в

сравнении с внутренним, мужским. Также окружающий свет

изображается кругом, а внутренний — прямой линией. Круги, как

известно, тоже связаны с Нуквой. Окружающий свет сукки создает

место, оболочку света, инкубатор для еврейских душ. Следовательно, само пребывание там, проживание в ней и даже просто сон, без учебы и

всякой деятельности внутреннего света, внедряет в нас сильные и

возвышенные света. Это дает нам чувство причастности к высокому и

благородному месту, что отделяет нас от всего пространства нашего

мира и возвышает над любыми заслугами.


Воздействие окружающего света в сравнении с внутренним


Отсюда мы поймем глубокую тайну. Если поразмышлять над

различием между внутренним светом и окружающим, можно увидеть, что внутренний призван передать нам послание сверху, из верхних

миров, тогда как окружающий берет нас в сами эти миры. Он переносит

нас из низкой жизненной ситуации в реальность верхней жизни, в

высокий и таинственный мир. Мы хотим сказать, что есть два вида

воздействия. Во время одного из них тот, на кого воздействуют, остается на своем месте и на своем уровне, а влияющий на него

принижает свое учение и свет, приводя в соответствие с ним. Но есть и

другой вид, когда предполагается взять объект воздействия с его места

и уровня и устроить ему визит в верхние сферы. Такое влияние гораздо

могущественнее и сильнее, чем первое. Ведь переворот, совершаемый

от самой причастности к этим верхним сферам, грандиозен и

охватывает все жизненные представления. Он открывает новые

горизонты в самом восприятии реальности и всего мироздания. Это не

точечное влияние, вызывающее определенный, конкретный сдвиг в

сознании, а обновление всего простора сознания, всей сути жизни и

восприятия реальности. Чтобы объяснить это, можно привести пример

из ситуации, известной многим. Человек задает вам вопрос, а вы

понимаете, что он исходит из ошибочного восприятия. Ваша реакция в

основном будет содержать не точечный ответ на вопрос, при котором

спрашивающий останется в своем привычном мировосприятии, а ответ, несущий глубокое и всеобъемлющее изменение самого этого

восприятия. Вследствие этого вопрос исчезнет сам собой.

Это иллюстрация к влиянию окружающего по сравнению с

внутренним светом. Он удивляет новизной, охватывает свежестью, поражает открытием горизонтов и расширением сознания и сердца.

Таковы прекрасные дары сукки и окружающего света. Это изобилие

благословения, приходящее вследствие того, что мы перепрыгиваем из

привычной нашей реальности в новый мир, благородный и

возвышенный. Хотя сукка и кажется жилищем в нашем мире, на самом

деле она не здесь. Это излучение из верхних таинственных миров, из

сияния белизны. Сукка — это не наш мир, а будущий, это простор

райской жизни и верхней благодати. Само вхождение в нее

представляет резкий переход, гораздо больший, чем переход с Земли

на Луну. Это переход, выражаемый в тысячах и миллионах световых

лет, — из мира материи в мир света; из мира, где есть узость и границы, к просторам. «И вывел меня к простору, спас меня, ибо благоволил ко

мне» (Теилим 18:20).


Глубина в законах сукки с точки зрения окружающего света


Временное жилище


Благодаря всему, увиденному нами до сих пор, мы сможем понять, почему сукка должна быть временным жилищем. Это не из-за ее

слабости, а от того, что в наш мир высшие окружающие света

неспособны проникать на постоянной основе. Вхождение такого света в

мир с силой и постоянством растворило бы материю и стерло сам мир

из реальности. Временность сукки обусловлена не ее слабостью, а

неустойчивостью материального мира. Она же подобна могучему воину, который должен ограничить свою силу, чтобы малое дитя, играющее с

ним в поединок, не поранилось. Точно также энергия окружающего света

столь сильна, что если она будет проникать сюда со всей мощью,

основы мира пошатнутся и растают в сиянии святости. Поэтому

Всесильный Б-г приказал, чтобы сукка была временным жилищем, дабы

мир не растворился от обилия окружающего света. Таков один из

способов объяснить тайну временного жилища, как это приводится в

книгах. Подобным образом рав Кук обосновал тайну «временности»

сукки (Шмона Квацим 2, 212):


«Сукка — это настолько высокая радость, что она не может

быть постоянной, а разве что временной. Она стоит на одном

месте, тогда как волны света радости спешат нахлынуть: одна

поднимается, и без всякого перерыва другая — новая, которая

сильнее светит и радует, — опускается и скатывается.

Поэтому кажется, будто все это одна сукка, а на самом деле

каждый миг и в каждый момент времени буквально появляется

новая сукка. Ведь сама радость обновляется, и это обновление —

постоянно. Поэтому это «время радости нашей»»33.


зз Написанное здесь напоминает слова Рамбама в начале «Море Невухим», касающиеся

постижения Моше Рабейну в виде частых молний.


Принцип обновления, о котором написал рав Кук, тоже относится к

тайне окружающего света. Главное, что он приносит нового, — это

изменение уровня жизни к новому и более светлому состоянию. Это

совершается чудесной силой окружающего света. Вот почему Суккот —

это время нашей радости. Ведь это период обновления благодаря

могучим окружающим светам, приходящим к нам.


Святость древесины в сукке


В этой связи можно понять очень важный закон, приводимый в

Гмаре. Там учат, что древесина сукки свята в течение праздника также, как жертвоприношение. Вот что говорит Гмара (Сукка 9 а):


«Ибо сказал рав Шешет от имени раби Акивы: Откуда

известно, что древесина сукки запрещена все семь дней? Как

сказано: «Праздник Суккот семь дней для Б-га». И учили, что раби

Йеуда бен Бтейра говорит: Как Имя Небес ложится на

праздничную жертву, так ложится оно и на сукку, как сказано:

«Праздник Суккот семь дней для Б-га». Как праздник для Б-га, так

и сукка для Б-га».


Гмара из слов «Праздник Суккот семь дней для Б-га» (Ваикра 24:34) выучивает сравнение между суккой и «праздником», то есть

праздничной жертвой. Как на жертву ложится святость, так ложится она

и на сукку. Однако, это очень удивительно: ведь известен важный

принцип в законе — разница между «предметами заповеди» и

«предметами святости». Предметы заповеди, такие как цицит и шофар, не обладают святостью. Их можно выбрасывать, а тем более можно ими

пользоваться (в собственных нуждах), лишь бы это не был

оскорбительный способ применения. В отличие от этого, предметы

святости отдаются в хранение. Они более святы, и существует запрет

пользоваться ими в своих интересах. А мы видим, что, хотя сукка — это

просто заповедь, она восходит до уровня святости, подобно жертве, так

что даже древесина ее запрещена к личному пользованию, как это

запрещено в отношении жертвы (отметим, что из наших слов здесь не

следует делать практических выводов). Это явление удивительно: заповедь поднимается на уровень такой святости, как в храме. Основа

этого заложена в самом окружающем свете. Она связана с тайной

подъема миров в будущем.

Объяснение таково. Нижние миры, как известно, упали вниз, а до

греха все пребывало в настоящей святости, и все предметы в мире

были святы также, как кропильные чаши и жертвы в доме Б-жьем. То же

самое наступит в будущем, когда миры поднимутся. Тогда все

действительно вернется к уровню святости, как говорит пророк: «На

колокольчиках коней будет «святыня Б-гу», и котлы в доме Б-жьем будут

как чаши кропильные перед жертвенником» (Зхария 14:20). Ведь нет

ничего, кроме Творца, да будет благословенно Его Имя. Его великий

свет пробьется и засияет из каждого угла в мире. Значит, подъем мира

— это буквально обнажение святости, заключенной во всем, так что все

освятится и взойдет к раскрытию Божественности. Это будущие миры, предстоящие нам ступени (см. Даат Твунот 88). Мы видели, что сукка —

это отдельный мир, оболочка, пришедшая не из нашего мира, искры из

воздуха верхнего райского сада. С этой точки зрения, в этом

пространстве утверждаются все будущие ступени, так что даже

древесина сукки становится свята, как жертвенник. Это потому, что

такой она должна быть в будущем. То, что в будущем наступит везде, сегодня проявляется в сукке, которая притягивает к нам эту будущую

жизнь, чтобы она присутствовала в настоящем, в таком особом месте, как сукка34.


34 По поводу будущих уровней наш учитель Ари написал в главе «Шаги нашего отца Авраама»

следующее: «Истинно, что то, что в будущем станет постоянным, сейчас возникает как временное

явление благодаря нашим действиям» (п. 7 в издании «Аавот Шалом»).


Почему нет обязанности строить сукку «во имя праздника»?


В связи со сказанным можно разрешить трудный вопрос, вытекающий из Гмары. Дом Шамая и дом Илеля разошлись во мнениях

о том, нужно ли строить сукку специально «во имя праздника», то есть

ради заповеди, или достаточно сделать шалаш в виде сукки, и даже

если он не построен во имя праздника, а только для тени, то будет

пригоден для заповеди. В доме Илеля считали, что нет необходимости

строить сукку во имя праздника. Даже если человек сделал ее просто

для тени летом, не имея в виду праздник Суккот, она будет пригодна.

(Впрочем, в законе написано, что надо хотя бы встряхнуть схах, показывая, что имеется в виду мицва, но мы здесь не обсуждаем закон

— Шульхан Арух 636:1). Но в «доме Илеля» тоже согласны с тем, что мы

видели прежде: древесина сукки освящается подобно жертве и

запрещена к использованию на все семь дней. Это трудно понять: с

одной стороны видно, что школа Илеля не обязывает строить сукку во

имя праздника, даже если она сделана лишь для тени, этого достаточно; с другой стороны, там считают, что великий свет освящает ее настолько, что запрет падает даже на древесину.

Все это весьма непонятно. Кажется, разумнее сказать: если такая

сильная святость нисходит на сукку, логично требовать, строительства

во имя заповеди, чтобы для этой святости было место, куда придти.

Ведь, как правило, любое святое дело требует подготовки и особого

намерения. Кто делает тфилин, должен иметь намерение «ради

святости тфилин»; то же самое для тех, кто пишет мезузу, свиток Торы

или мегилу; и кто завязывать цицит, должен делать это ради заповеди

цицит. Из Гмары видно, что на сукку высшая святость нисходит сильнее, чем на цицит. Ведь цицит не освящается подобно жертве. Тем не менее, в доме Илеля считают, что не нужно даже намерения «ради заповеди

сукки»: сделал просто шалаш для тени и отдыха — и он годится для

праздника! Для дома Илеля все строительство сукки — это

естественное действие создания места для тени, и вовсе не требуется

никакого особенного намерения ради заповеди или ради святости. Этот

факт совершенно не понятен.


Окружающему свету не нужна подготовка

со стороны человека


В этом вопросе таится великая глубина. На самом деле святость

сукки относится к окружающему свету в отличие от всех других

перечисленных нами видов святости, связанных с внутренним светом.

Между внутренним и окружающим светами есть различие. Окружающий

свет — это действие свыше, независящее от поступков человека или от

его уровня. В отличие от него, внутренний свет связан с уровнем

человека. Он требует подготовки с его стороны — сосуд должен быть

готов для света. Ведь любой свет, желающий проникнуть внутрь, нуждается в том, чтобы прежде ему подготовили сосуд. В этом и

заключается секрет намерения «ради заповеди», которое выражают

перед ее исполнением. Так подготавливают сосуд к свету, который

должен спуститься. Этот принцип верен именно в применении к

внутреннему свету. Иное дело — свет окружающий; он не соответствует

величине сосуда. Это могучий свет, который окружает его, — изобилие, приходящее свыше, которое превышает способности человека.

Получается, что человек никак не может приготовиться к

окружающему свету, ибо он не в силах постичь его. Он приходит по

милости свыше. Поэтому окружающий свет всегда связан с принципом

хасадим, так как исходит от верхнего изобилия, которое не считается с

мерой человека, с его силами и подготовкой. Таково чудесное свойство

Хеседа. Суть света сукки — это изобилие, превышающее готовность

человека и его способность к постижению. Поэтому в доме Илеля

считали, что сукку не обязательно готовить к празднику. Здесь не

действует правило подготовки сосуда, чтобы человеку понадобилось

намереваться сделать это «ради заповеди». Все потому, что свет сукки

и ее святость находятся выше постижения человека. Они приходят в

виде настоящего чуда, в силу особенностей окружающего света. (Еще

один пример притяжения окружающего света без нашей помощи — это

головной тфилин — по обычаю сфарадим, особого благословения на

него не требуется, поскольку в нем светит окружающий свет Ацилут, столь великий и могучий, что приходит сам собой, см. Бен Иш Хай 1, Ваира 6). Это является и корнем великой святости сукки, подобной

святости жертвы. На это есть намек в словах «праздник Суккот» (Сукка

11 б), откуда учат, что сукка аналогична праздничной жертве. Это

выведено из слова «праздник» (хаг), которое также означает

окружность. Ведь «лахуг» означает вращаться в круге. Это намек на

окружающий свет, который является корнем святости сукки.


Будущий уровень — вся природа освятится


Вот почему сукка обладает очень высокой святостью, без всякой

подготовки со стороны человека. Это намек на будущий уровень. Верно, что все творение чрезвычайно освятится, и вся природа целиком будет

свята. Естественно, не понадобится никакой подготовки для святости, ибо она будет присуща всему сама собой. Ведь не должен человек

подготавливать творение, чтобы оно было таким, как сегодня, поскольку

оно и так уже находится на этом уровне и в этом состоянии. Нет

необходимости в подготовке для естественных вещей, запечатленных в

самой природе. Так и в будущем не понадобится приготовлений для

святости, ибо все творение станет всецело святым. Это явление

запечатлено в его сути и в природе, как для воды свойственно

спускаться в низины, а для огня — подниматься вверх. И так во всей

природе творения не нужно, чтобы человек подготавливал что-либо.

Такой же станет будущая святость, распространяясь на всю реальность.

Это будет не в виде исключения из правила, а в виде самой природы

творения и ее естественной сущности, с которой она пребудет в покое.

Этот верхний свет сияет в Суккот в виде окружающего — там, в сукке, утонченное место, подобное будущему миру. Вот почему все буквально

освящается в ней, без всяких приготовлений со стороны человека. Это

указывает на то, что суть святости запечатлена в самой древесине и

материи, из которых сукка выстроена. Таков свет будущего, в котором

все становится святым. Ведь это то, что должно совершиться, ибо

такова основа творения и смысл его существования. А все бренное и

нечистое сгинет и пропадет, ибо нет у него основы бытия. Оно было

создано из ничего и вернется в ничто, словно и не существовало.

Это явление имеет корень в окружающем свете, который

соответствует форме кругов, так как огибает сосуд. А о кругах мы уже

говорили во многих местах (например, в Талелей Хаим, Шмот, гл.

Ваякъель-Пкудей; Бемидбар, гл. Корах), что они представляют собой

природу, действие Б-га. В творении не встречается ничего

прямоугольного. Прямая линия — это форма человека; она главным

образом отражает его работу в нашем мире, исполнение заповедей и

Торы, призванное исправить испорченное. Прямой свет — внутренний, он входит в сосуд и сам соответствует его размерам, тогда как

окружающий свет относится к кругам. Этот свет кругов — природа

будущего, когда все освятится и поднимется. Природа (עבט) превратится

в «кольцо» (תעבט), то есть в круг. Она ведь имеет корень в имени

Элоким, которое численно равно слову «природа» (םיהלא = עסטה= 86; см. Шней Лухот а-Брит, Псахим, гл. 3 к великому шаббату). Об этом мы и

говорили, что окружающий свет стоит выше действий человека. Это

явление Б-га, будущее состояние, когда все освятится, и раскроется

истинная природа творения — что все оно свято и является светлым

делом Б-га.


«Сидите» значит «живите»


Теперь можно разрешить еще одно затруднение. С одной стороны, мы видим, что сукка так же свята, как и жертвоприношение, и что она

полна великих окружающих светов. Тогда ее можно сравнить с

синагогой, предназначенной лишь для святого — для Торы и молитвы. А

от материальных и повседневных дел, таких как еда, питье и сон, стоило

бы в сукке воздержаться. Ведь в святое место не подобает входить с

мирскими желаниями и материальными проявлениями. А мы видим, что, наоборот, главное в сукке — «сидеть — как жить» (Сукка 26 а). Иными

словами, нужно жить в сукке и заниматься житейскими нуждами, как у

себя в квартире. Там едят, пьют и гуляют, и даже заниматься сексом в

сукке разрешено, как об этом учат: «Как в доме муж с женой, так и в

сукке муж с женой» (Сукка 28 б). Все это непонятно: ведь, на первый

взгляд, чем выше святость, тем больше подобает заниматься только

святыми делами, такими как Тора и заповеди. Почему же пребывание в

сукке должно быть таким же, как проживание дома? Разве не следовало

бы относиться к ней как к синагоге, а не как к квартире?

Однако, на самом деле сукка — это место для проживания

человека. Он должен удовлетворять там все свои жизненные нужды и

жить там все дни праздника, по возможности, не выходя оттуда. Здесь

кроется глубокая идея: ведь сукка — это великий свет будущего, открывающий высокий уровень, как в тот день, когда все освятится, и

вся материальная жизнь человека поднимется и обернется святой, словно жертвы. Когда первый человек был в райском саду, все его

питание было как святое святых, и все поступки его устремлялись на

самый верх. В них не было ничего бренного, но лишь яркое сияние

Божественности исходило от каждого действия и каждого движения. Все

они вызывали единение светов и привлечение чудесной благодати от

начала миров до самых плотных мест в тонкой и чистой материи. Лишь

из-за его падения нечистота уцепилась за края мироздания, за одежды

материального мира Асия. Потребности стали низкими и уже не были

достойны «входить в чертог Б-жий», в дом молитвы. Ведь в доме Творца

не подобает ни есть, ни пить. Впрочем, наша любимая сукка — это свет

будущего, окружающий свет, уровни, приготовленные для нас на то

время, когда мир станет подниматься. Тогда даже еда и питье вместе со

всеми жизненными потребностями станут святыми и чистыми, исполненными благодати и великого добра. Вот почему сукка — это

именно жилище, а не синагога; место для проживания человека, а не

только зал для Торы и молитвы. Но вся сущность сукки и само

проживание в ней должны быть подчинены высшей святости.

Окружающий свет помогает нам слегка подпрыгнуть к будущему уровню

жизни, отведать света тонких миров, где все восходит и освящается.

Это не смешение материи со святым — материальной пищи с

духовной Торой. Все обстоит иначе — в Суккот мы возвышаемся, словно на орлиных крыльях, и поднимаемся к благодати верхнего

райского сада. Таким образом, мы оказываемся способны поднять

вместе с собой все наши материальные действия и освятить их наверху.

Поэтому каждый еврей, сидящий в сукке должен знать и утвердить в

своем сердце ту великую ступень, на которой находится. Ему нужно

обратить внимание и разум на то, чтобы освятиться через еду, действия

и речь, удостоиться вкусить хоть немного сладости этого уровня, который является уделом святых во всех поколениях, а для всего

Израиля станет достоянием в будущем. Теперь же, когда человек сидит

в тени сукки, ему открываются врата небес. Он может возвыситься и

привлечь к себе лучи света с этих огромных уровней и с их помощью

укрепить свои силы на все дни года, чтобы все больше и больше

приближаться к святости и осветить жизнь благодатью Б-га, распространяющейся на материю также, как и на дух.

Поэтому для разных презренных дел, а также для кастрюль и

приготовления еды нет места в сукке. Все эти явления не относятся к

подъему мира — они являются продуктом его ущербности в настоящем.

Возможно, это намекает еще и на то, что, когда мир поднимется, не

останется кастрюль для готовки еды, но лишь посуда для ее подачи на

стол. Пища будет готова для нас без всякой необходимости трудиться

над этим. Земля сама станет производить булочки и сладости. Поэтому

и в сукку кастрюли вносить нельзя, так как она служит подобием

будущего мира.


«Сделайте, но не из уже сделанного»


Заодно отметим, что применительно к сукке существует закон:

«Сделайте, но не из уже сделанного» (Сукка 11 б). Сукку нужно строить

не из того, что уже существует в природе. Например, человек сделал

углубление в стоге сена, и там образовалось пространство, а схах не

делал, считая крышей верхнюю часть стога — это не годится в силу

закона «сделать не из сделанного». Также, если был шалаш из

виноградной лозы, и человек отрезал лозу от земли, чтобы соблюсти

условие, согласно которому материал сукки не должен быть прикреплен

к земле, сукка все равно не годится в силу закона «сделать не из

сделанного». Нужно приподнять и встряхнуть ее схах. Главный принцип

состоит в том, что хотя и нет необходимости строить сукку с намерением

«во имя праздника», все-таки сделать ее человек должен своими

руками. Сукка не должна возникнуть сама собой. Возможно, смысл здесь

сводится к тому, что любая вещь в нашем мире все равно принадлежит

реальности этого мира. Чтобы создать более высокую реальность, привлечь окружающий свет, то есть верхний мир, отделенный от

нашего, нужно совершить акт, который указывал бы на выход из нашего

мира и образование новой сущности, нового мира — сукки. Поэтому

человек должен сам действовать и строить, чтобы отделить сукку от

пространства нашего мира. А после такого совершения, в ночь, когда

наступит праздник, свыше снизойдет духовность, окружающий свет, и

покроет ее. Этот дух свыше освятит все как святое святых, жертвоприношение в честь приближения к Б-гу. Он возвысит всех

сидящих в сукке к самому верху, кярким светам. Он возвысит нас

превыше всехязыков и понесет святых и соединенных с Всесильным Б-

гом, с благословением праздника как на орлиных крыльях.


«Весь Израиль в одной сукке»


Окружающий свет — объединяющая сила


Теперь нам известны две центральных особенности окружающего

света. Первая состоит в том, что это высокий свет, который не входит в

границы сосуда, но светит ему лишь со сторон. Так он соединяет сосуд с

более высокими, будущими уровнями. От него тянутся лучи к огромной

радости, к Божественному взгляду на реальность, к силе и

возвышенным святым устремлениям. Еще мы видели, что окружающий

свет — это место. Он образует пространство и вместилище внутри себя, создает атмосферу святости, позволяющую сосуду расти и процветать.

Дополнительным свойством окружающего света является то, что он

объединяет и связывает всех, кто находится в нем. Это очень важное

действие, производимое светом. Он создает место и оболочку, и таким

образом все, кто пребывает там, оказываются объединены. Мы находим

глубокую тайнуу нашего учителя Ари, когда он говорит о зародыше: матка подобна окружающему свету. Нас учат, что зародыш входит в

матку, чтобы соединить и связать все свои органы и разные части и

чтобы стать единым и развиться до уровня личности, наделенной

многими силами (Эц Хаим 11:7). Значит, процесс внутриутробного

развития призван объединить все силы, вырастить части тела в

гармонии и соответствии друг другу. Так и действие окружающего света

направлено на то, чтобы объединить различные свойства тех, кто в этом

свете находится.


Общая почва для всех


Такая сила и вправду заключена в окружающем свете. Он един и

прост, в нем нет различия частей, он представляет хасадим. Это свет

единства, а не разделения. Ведь причина возникновения делений и

отдаленности заложена в дроблении света на разные оттенки и

свойства. Только позже, когда эти оттенки спускаются вниз, они

начинают развиваться каждый в самостоятельную силу. Тогда

появляется возможность раздора, борьбы и разделения. Но до спуска

света к разным оттенкам все было одним целым. Это имеет корень в

окружающем свете, который включает в общем синтезе и все света, и

сосуды. Он прост и включает все без ограничений и мер, выражая для

всех общую основу, на которой они объединяются.

Пример можно привести из служения Б-гу. Его служители, трепещущие перед Именем Его, все одинаково хотят освятить Его Имя в

мире и провести Его свет повсюду, чтобы в мир пришло освобождение.

Это является внутренней основой, объединяющей всех. Но «как лица их

различны, так различны и мнения». У каждого свой стиль, и в

соответствии с индивидуальным характером устанавливаются порядок

служения, деятельность и суждения по всем вопросам в нем. Здесь

люди расходятся своими путями в служении Б-гу, решая, во что

вкладывать основные силы и как продвигаться. Отсюда происходят

разногласия и размежевания людей. Если забыть об окружающем свете, скроется объединяющая основа, и вместо нее вырастут лишь деление и

разброд. Однако, душа всех — это желание исполнять волю Б-га и

освящать Его Имя. Это корень всего, без которого ничто не имеет

значения. Если предложить кому-то из них отказаться от этого желания

и остаться только со своим порядком служения и его характерными

особенностями, он станет высмеивать такое предложение. Ведь вся его

деятельность направлена на освящение Имени Творца, и это душа всех

поступков. Следовательно, нужно старательно пробуждать основу в

виде окружающего света — единого, которым поглощены и в который

включены все. Тогда его яркость и мощь преумножатся, и

объединяющая сила победит разделяющую. Общая почва будет

присутствовать в душе гораздо сильнее, чем внешние различия в

служении и в путях освящения Имени Творца в мире. Чем лучше будет

сиять окружающий свет во всей яркости и мощи, тем сильнее проявится

единство, и все увидят, что действуют ради одной цели, и что не нужно

воевать друг с другом, а как раз радоваться и укреплять друг друга. Хотя

в порядке служения есть различия и разногласия, это лишь внешняя

относительно души система, тогда как в самой душе все связаны

воедино.


Уровни окружающего света


Поймем же теперь глубокую тайну: в окружающих светах есть

разные уровни. Чем больше свет окружает, тем больше он включает и

объединяет. Например, может быть окружающий свет, объединяющий

несколько близких и схожих сил, но далекие друг от друга силы ему не

удается охватить и объединить. Чем этот свет больше и шире, тем

более далекие концы он сближает. Самый большой окружающий свет

объединяет буквально все возможные качества. Ведь он является

основой всех явлений, все сосуды обрели бытие благодаря нему и

высечены из него. Все они основаны и держатся на нем и сами собой

чувствуют тягу и причастность к нему. Таким образом, великий

окружающий свет — это фактически основа единства и связи всего

Израиля. Поэтому последнее освобождение наступит с раскрытием

этого окружающего света, который объединит всех евреев, как сказано:

«И сказал ему: беги, говори этому юноше: без крепостной стены будет

жить Иерусалим из-за множества людей и скота внутри. Но Я буду для

него, сказал Б-г, стеной огня вокруг и славой буду внутри него» (Зхария

2:8-9). В этой фразе содержится в виде намека имя Эгйе (буду): «Я буду

для него... и славой буду внутри него». Это имя связано с Кетер (Шаарей

Ора, вр. 1), который является высшим окружающим светом. Он

увенчивает и охватывает всю реальность.


Сукка пробуждает простое и глубокое желание


Таков в действительности свет сукки и сила ее святости. О них

мудрецы сказали: «Достоин весь Израиль сидеть в одной сукке» (Сукка

27 б). Этими словами они учат нас о великой мощи окружающего света в

ней и могучей силе, охватывающей со всех сторон. Это не маленький

окружающий свет, но большой, который охватывает снаружи все

остальные света. Он светит вокруг всех сил и свойств Израиля и само

собой окружает весь мир. Ведь Израиль — это эссенция всего мира.

Значит, это очень высокий окружающий свет, и его сила чрезвычайно

могущественна, а действие — велико. Такой свет способен пробудить

наиболее глубокое общее основание, которое присутствует даже у

отдалившихся. В тайниках сердец и они соединены с Б-гом, их

глубинное желание направлено к Нему, а не к чему-то иному. Они разве

что запутались на своем пути и утратили внимание и правильное

желание. В глубине их сердца находится простое желание к Б-гу, и это

как раз связано с тайной окружающего света, к которому мы все

принадлежим и от которого все растем. То, что движет всеми нами, —

это само желание прильнуть к Божественному на высшем уровне. Хоть

это и не видно у каждого, так происходит из-за того, что человек оторван

от своего внутреннего мира, или из-за искаженных представлений о

соединении с Б-гом и святостью. Некто видел исполнение Торы лишь с

внешней стороны и из-за этого отдалился от нее, полагая, будто путь к

Б-гу горький и противоречит хорошей и радостной жизни. Ему кажется, что каждый, кто хочет свободы и радости, должен отойти подальше от

этого пути. Но, в конце концов, все евреи ищут Б-га, явно или скрыто.

Итак, высший окружающий свет отражает глубину стремлений

Израиля. Это простое желание внутри всех нас. И, само собой

разумеется, что при его раскрытии в праздник Суккот на небесах и в

сукке появится благодать, которая поможет каждому еврею открыться

перед глубиной своего желания. Проявленный окружающий свет — это

ведь и есть глубина желаний евреев, а значит, можно прильнуть к нему

и с его помощью раскрыть тайники сердца и скрытые стремления.

«Покажи мне свой образ, дай услышать твой голос, ибо голос твой

приятен, а образ красив» (Шир а-Ширим 2:14). Окружающий свет

запечатлен в глубине сердца и впитывается даже во внешнюю сторону

сосуда. Весь год он скрыт, и потому человеку неясны собственные

намерения и желания. Он держится за внешние желание, его уносит

буря вожделений и ограниченных мыслей, которые отдаляют его от

самого себя и других своих братьев. Но в праздник, в свете сукки,

«пробиваются истоки бездны и трубы небес», и окружающий свет сияет

и распространяется в проявленном виде. Все души видят его и нежатся, примыкают к нему и наслаждаются этим источником и его

поразительной сладостью. Его вкус заставляет прозреть слепых и

освобождает связанных, оживляет мертвых и лечит всех недуги сердца

и страдания жизни. И тогда сами собой устраняются препоны, разделявшие между человеком и его ближним. Холодные стеклянные

стены между лицами людей таят от тепла этого света и его красоты.

Раскрываются настоящие души, что у нас внутри, полные нежности и

приязни друг к другу, любви и симпатии, сердечности и

доброжелательности ко всем.

Такова святость сукки, ее радость и прелесть. Она связывает

ближних, объединяет семьи и сердца, строит мосты над пропастью, развеивает смятение и распрямляет запутанность в системе отношений, которая переполнилась лишними узлами из-за внешней жизни. Все

наслаждаются, и все освобождается от оков повседневности. Весь

Израиль сидит с песнями под тенью сукки, радуясь святому свету, сияющему с самых высот и изливающемуся на наши души (нешамот), переходящему на наш дух (руах) и наполняющему росой ликования всю

внутренность душ (нефеш). Нет другой такой радости, как радость в

сукке, и нет такой любви и единения как наслаждение и дружба в ней.

«Достоин весь Израиль сидеть в одной сукке».


Собираемся в сукке!


Усядьтесь же, дорогие мои братья, в тени сукки, пригласите друзей, и вместе в святости, в духовном подъеме восхвалите Б-га песнями и

музыкой, танцами и плясками. Свет уже ожидает вас, свыше изливают

благодать. Откройте же двери сердца со святыми песнями, со сладкими

словами Торы, с хорошим вином и вкусными блюдами. Дарите любовь, поднимитесь над сухими будничными разговорами, неспособными

оживить дух и связать вас узами общения и глубокой дружбы.

Укрепитесь песнями и Торой, свет которой поднимает на поверхность

все самое красивое, что в вас есть, — пробуждает святую жизнь в ваших

сердцах. «Вкусите и увидите, как добр Б-г». Пусть эти мероприятия

проходят у всех вместе с торжеством, когда друзья собираются в

праздник в суке. Чтобы они стали светилами на весь год, чтобы те, кто

приучит себя к ним, потом весь год тосковали по этому празднику, по

сладостному пребыванию в сукке с друзьями и служителями Б-га, с

песнями и Торой, с высоким наслаждением, подобного которому нет во

всем мире.

Может быть, не зря запрещается устраивать сукку под крышей. Ведь

тот, кто сидит в сукке, уже находится на крыше всего мира. Он выше

всех башен счастья, какие известны людям. Они подобны карточным

домикам, со стороны кажутся прочными, но внутри сухие. Они ждут росы

оживления, которая проникнет в эти «сухие кости», вдохнет в них и в их

культуру дух святости и чистоты. «Изменится, как глина под печатью, и

запестрит, как одежда» (Иов 38:14).


Наш отец Авраам — окружающий свет, окутывающий всех


Вместилище Хесед


Все, что мы сказали об окружающем свете, относится и к духу

нашего отца Авраама, мир ему, великого среди гигантов. В этот день, посвященный Хеседу, он приходит к нам в сукку. Благодать

окружающего света, о которой мы говорили, — это благодать Авраама.

Он обладал качеством Хесед и был вместилищем для него и его

представителем во всех мирах. Вот что говорят мудрецы об Аврааме

касательно качества Хесед (Сефер а-Баир):


««Вследствие того, что слушался Авраам Моего голоса и

соблюдал Мой пост, заповеди, законы и учения» (Берешит 26:5).

Что такое «Мой пост»? Сказало качество милости (Хесед): За

все дни, пока Авраам пребывал в мире, мне не нужно было делать

свою работу. Ведь Авраам был на моем месте и стоял на моем

посту. Моя работа в том, чтобы оправдывать мир. И даже когда

люди виновны, я оправдываю их, возвращаю их и внушаю их сердцу

исполнять волю Отца их небесного. Все это делал Авраам, как

написано: «И посадил тамариск в Беер-Шеве, и воззвал там к

имени Б-га, Творца мира» (Берешит 21:33)».


Гостеприимство


У нашего отца Авраама мы видим проявление окружающего света в

виде милосердных поступков. Как уже отмечалось, окружающий свет —

это сила, объединяющая всех. Она окружает и охватывает изобилием

добра, укрепляет и поддерживает все. Добродетелью Авраама было его

гостеприимство. А ведь это буквально и есть предоставление места

людям, чтобы они могли собраться и укрыться под его кровом, наслаждаясь его светом и теплом. Приготовление дома для людей —

тихого и безопасного места, полного веры и духовных и материальных

даров — таково дело окружающего света. Это же качество

присутствовало у Авраама. Он не только подавал милостыню бедняку

на улице, но и приводил его в свой дом, в атмосферу веры и

милосердия, в «тень веры» (Зоар 3, 103 а). Гостеприимство выражается

совершенной заботой о госте, желанием облагодетельствовать его и

дать ему все недостающее в духовном плане, душевно и материально.

Недостаточно дать ему только необходимое количество еды, нужно еще

окружить его любовью и заботой, предоставить стол и кровать для

ночлега, а заодно и помочь ему проникнуться верой и святостью. Так

наш отец Авраам окутывал всех людей добротой, собирал их в своем

доме — месте святости и возвышения духа — и заботился об

удовлетворении их потребностей. Как материальных типа еды, питья и

сна, так и душевных в виде радости, любви и настоящей заботы, и

духовных — учил их благословлять Б-га и познавать пути Его.


Любовь, порождающая ответственность


Наш отец Авраам жил не в своем индивидуальном сознании, как

отдельная личность, идущая по большому миру и не имеющая

отношения к людям и их духовно-материальному состоянию. Он

проявил большую ответственность за всех обитателей земли. Он жил не

только со своей семьей и заботился не только о своих нуждах, но

наблюдал и присматривал за всеми созданиями, за всем множеством

людей и государств. Он возвысил свой дух, заботясь и приняв на себя

работу по подъему всего человечества из долины язычества к жизни

ясной Божественной веры, полной милосердия и добра, святости и

чистоты. Такова особенность того, кто обладает окружающим светом.

Этот свет — как отец и мать, чувствует ответственность за всех, поскольку все укрываются под его крыльями и питаются от него.

Ответственность и мысль, охватывающая все множество творений, —

это следствие окружающего света, нацеленного давать жизнь и

возвышать всех. Авраам встал во весь рост и готов был пожертвовать

собой ради всего мира, с большой ответственностью и могучей силой

воздвигнув знамя святости, «исправляя мир царством Всемогущего». Он

не отказывался ни от одного человека или существа, но всех вводил в

пространство окружающего света Божественной веры и здравого

наставления в познании Б-га.

Это еще одно следствие качества Хесед — «любовь к

справедливости» (Псикта Рабати 33). Наш отец Авраам любил людей

так, как отец любит сына. Такая любовь не сводится к улыбке и радости

от пребывания вместе, но выражается в истинной заботе о состоянии

ребенка и в духовном плане, и в материальном. Не случайно у слов

«любовь» (הבהא) и «забота» (הגאד) числовое значение 13, как у слова

«один» (דחא). Один корень у истинной любви и правильной заботы.

Истинная любовь порождает самоотверженность и не оставляет

равнодушным. Более того, с ней идет принятие ответственности за

любимого, забота о нем, о его состоянии и будущем. Это истинное

свойство Хеседа — не только переживание чувств в отвлеченной любви, но и очень сильное душевное движение к тому, чтобы творить добро

людям. И не только ответ на их просьбы о подаянии или помощи, но и

внутренняя инициатива и проявление ответственности. Должно быть

побуждение со стороны самого любящего, стремление думать о других и

заботиться об их состоянии, о материальной и духовной жизни. У

настоящего Хеседа любящее сердце, движущее механизмом жизни, сила самоотверженности ради людей и их блага.

Наш отец Авраам был полон любви. Это была и любовь к Б-гу, и

любовь к людям. Но на самом деле любовь едина, так как Б-г является

душой всех миров, а все существа — Его создания, и через них Он

проявляется. Свет Его заполняет все. Истинная любовь к Творцу не

ограничивается конкретными пределами, но простирается на все

создания, ибо они проявления славы Б-жьей, наполненные Его светом и

присутствием, правящим во всем. «Любящий Меня Авраам» (Ишайя

41:8) был огромным вместилищем для качества Хесед, для света

Божественной любви. Она раскрылась в совершенстве, во всем

величии,

через

проявление полной

ответственности за

все

человечество, вплоть до пробуждения могучей силы, позволившей

создать и управлять системой, подобной которой не было и не

возникало за все годы существования мира — системой в виде целого

народа, готового отдать душу за исправление всего мира. Этот народ

действует в силу своего внутреннего ядра — Авраама, который вдохнул

жизнь во все свое потомство, чтобы они отдавались исправлению мира

и его возвышению. Авраам думал не только о себе и не только о своих

современниках, но обо всем человечестве во всех поколениях. Своим

духом

он

видел

ужасную

несправедливость,

порожденную

идолопоклонством — убийство, грабеж и ненависть. Во всех формах он

вел войну против этого не на жизнь, а на смерть, и трудился над

созданием народа, который продолжит ее, пока зло не исчезнет с земли, а добро и свет Б-жий не заполнят все (см. Орот, стр. 104 и 135).


Источник силы Авраама в исправлении мира


Таково свойство высшего окружающего света, который при своей

широте озирает одним взглядом все поколения, все народы и

государства, стремясь ввести их все в веру и святость, не оставляя ни

одно творение снаружи, в мрачной мгле идолопоклонства и греховности.

Этот окружающий свет несет милосердие и распространяется без

границ. Этот девиз исправления всего мира совсем не прост. На этом

пути есть огромные трудности. Исправление мира вынуждает вести

решительные войны против гор тьмы и невежества, против могучих сил

скверны и грубой нечистоты. Приходится одолевать многие препятствия

и переплывать моря и реки огня и крови ради этого. В действительности

Авраам черпал свою большую силу от окружающего света, который не

измеряется параметрами сосуда. Это был не тот ограниченный свет, что

светил для него в настоящем, так как мир пребывал во тьме язычества.

В то время лишь малый свет проникал в него, удерживая его от

разрушения. Но не на внутренний свет, присущий миру, смотрел Авраам

и не на те души, которые могут придти ему на помощь для исправления

этого мира. «Один был Авраам» (Ихезкель 33:24) — он был

единственным в мире, «Аврам служитель Мой» (Берешит 14:13). Все

люди с одной стороны, а он — с другой. И, несмотря на это состояние, он поднял великое знамя, словно стоя во главе государств, бывших его

подданными, — знамя полного исправления, не оставляющего ничего.

Откуда Авраам черпал свою решимость и силу, невзирая на свое

состояние, где он, одинокий, встает против злодейства многих народов и

стран?

Он мог это сделать только в силу окружающего света — не того, который явно присутствует в мире, а могучего и великого света, окружающего все, как океан вокруг песчинки. Авраам вовсе не смотрел

на существующее положение вещей, не анализировал политические

прогнозы, сколько людей пойдет за ним, и хватит ли этого для успеха.

Он смотрел глазами, полными веры, на величие Творца, который

устраивает и утверждает все. Окружающий свет гораздо сильнее и

больше всех миров и сосудов, питающихся и поддерживающих свою

жизнь благодаря нему. Авраам был человеком веры, и его взгляд на мир

тоже был основан на вере — это был взгляд со стороны света, а не со

стороны оторванного и брошенного сосуда. Основой всей реальности

является не множество существ, а свет и святость Творца. Это

фундамент, который утверждает все, и нет ничего иного. Все

материальные существа — лишь бледная тень в сравнении с

Божественным «солнцем» во всей его мощи. Об этом мы говорили

прежде: взгляд на окружающий свет — верный взгляд, охватывающий

весь объем реальности, — наполняет человека решимостью и силой, которым

нет

равных.

Такой

человек

уже

не

соблазнится

мировоззрением мелкого муравья, смотрящего на мир со своего низкого

места и искажающего истинное представление о реальности. На самом

деле нет никого, кроме Творца, и без Него ничто не существует.

После всего сказанного мы сможем разрешить противоречие, возникающее в словах Ари. С одной стороны, во многих местах

говорится, что окружающий свет — это милосердие (Хесед), а с другой у

Ари много раз приводится (например, в каванот на Рош а-Шана), что это

сила строгости (Гвурот). На самом деле собственное качество этого

света — конечно же, милосердие, поскольку он выше всяких границ, и

вся его суть — облагодетельствовать и возвысить все творения. Но

когда говорится, что это Гвура, имеется в виду, что этот свет слишком

высок, гораздо выше пределов сосуда, и потому он появляется с

грандиозной мощью, которая несоразмерна его параметрам. Такое

явление приносит страх и считается Гвурой. Ведь так в

действительности и бывает: именно страх знаменует то состояние, когда человек стоит напротив высокого Божественного величия. В

противовес этому, любовь всегда означает близость и соответствие, но

страх выражает пропасть между человеком и светом. Следовательно, когда окружающий свет проявляется во всем своем сиянии, значительно

превышающем ограниченность человека, здесь действует Гвура. Она

связана со способом проявления света, тогда как его собственное

качество и суть — это всегда Хесед в виду безграничного

распространения и в виду самой сути, поскольку он хочет дарить добро

и светить на землю и ее обитателей. Поэтому из окружающего света мы

извлекаем много принципов для служения Б-гу — это и милосердие

вместе с глубоким желанием добра всем существам, и могучая сила, преодолевающая препятствия и действующая во имя исправления без

всякой боязни (см. Лешем Шво ве-Ахлама, Биурим 1, стр. 14, п. 7).

Итак, мы выучили, что окружающий свет, Хесед, порождает любовь

и участие. Он также налагает большую ответственность и вводит все

существа с их судьбами в светлое и великое будущее. Он заставляет

течь источники Божественной силы, решительный дух веры, преодолевая препятствия и действуя ради исправления мира царством

Всемогущего.

Да будет воля, чтобы мы быстро удостоились раскрытия

окружающих светов нам; чтобы Б-г стал «стеной огня вокруг» для нас,

«для Циона и собраний на нем»; чтобы поскорее потекли реки сияния

святости, которая выше разума и всякого смысла, с большим

милосердием, с приходом праведного Машиаха в наши дни. Амен и

амен!


ВТОРОЙ ДЕНЬ

Гвура - Ицхак


«Б-г сказал, что будет обитать в

тумане» Схах и тайна ограничения


Сукка и граничение


Сукка — покров


В предыдущем разделе мы говорили о первом смысле сукки — об

окружающем свете. Мы видели, что этот свет соответствует качеству

Хесед и связан с первым днем праздника, когда у нас гостит Авраам. В

этом разделе подойдем ко второму смыслу — к покрову, ограничивающему Божественный свет, к тени, заслоняющей от

светящего Солнца. Здесь мы объясним, что сукка является покровом в

силу качества суда, создающего границы. Ведь известно, что сила

сокращения — это проявление Гвуры, имени Элоким, которое является

корнем суда и границы. Эта глава относится ко второму дню Суккот, когда гостит Ицхак, олицетворяющий силу суда. Как мы видели в

разделе, посвященном смыслам сукки, в каждый из дней светит новая

сила в виде гостя, приходящего в тот день. Ведь сукка — это семь

облаков, и каждое из них имеет корень в отдельном качестве и в особом

проявлении Божественности. Поэтому мы видим каждый день новую

сущность сукки. А теперь, во второй день, поразмыслим, с Б-жьей

помощью, об облаке Гвуры, то есть о силе сокращения и ограничения. С

этой точки зрения, сукка — это покров от света. Здесь стоит напомнить

слова святого Ари по поводу сукки как покрова (Шаар а-Акдамот 47 б):


«Тайна заповеди сукка в том, что ее схах — это упомянутый

ранее покров. Поэтому он не должен быть слишком плотным.

Через него должны виднеться звезды и созвездия, то есть

верхние света, которые обязательно светят, а лучи их

неизбежно проходят вниз».


Еще Ари написал в комментарии к благословению «Уложи нас» в

шаббат, что когда мы говорим «Разверни над нами сукку Твоего мира», это относится к заповеди сукки (Шаар а-Каванот, главы о добавлении к

шаббату, гл. 3):


«Об этом сказали мудрецы насчет схаха в сукке, что

изначально нужно постараться, чтобы он не был плотным, как

крыша дома, так что и звезд через него не видать, а нужно, чтобы эти света виднелись, как звезды, через отверстия в том

покрове. Так объясняется смысл понятия «сукка Твоего мира»».


Что касается сокращения света, что тоже связано с покровом, он

написал следующее (Сефер а-Ликутим, гл. Ки Тиса, п. 34):


«Знай, что прежде, чем был сотворен мир, были только Он и

Имя Его. Это Бесконечное, у которого нет определенного имени, ибо к Нему применимы все имена. А после сотворения миров, Его

назвали Авая»... Это Имя представляет собой покров... а в Идре

раби Шимон бар Йохай назвал его «парса», поскольку оно

разворачивает (порее) сукку и покров, чтобы ни одно творение не

постигло Бесконечное. Слово «парса» означает... что это Имя

расстилается и покрывает».


«Сделает тьму укрытием Себе, суккой вокруг Себя»


Согласно такому объяснению, сукка — это совмещение солнца с

тенью, «тень с просветами». Солнце — это принцип верхнего света, который велик и могуч в своей силе, а тень — сила, фильтрующая и

ограничивающая его в соответствии с уровнем тех, кто живет в сукке.

Тогда становится ясно, что главное здесь — это именно тень, а не свет, то есть как раз сила сокращения. Это и в самом деле упомянуто в Гмаре

(Сукка 22 а): у сукки должна быть «тень больше просветов». Отсюда

раби Хаим а-Коэн из Арам Цовы (Мекор Хаим, Орах Хаим 631) делает

вывод, что в сукке должны быть просветы, но тень должна быть больше

них. Этаже мысль напрямую выражена в Писании: сукка — это

затемнение света. «Сделает тьму укрытием Себе, суккой вокруг Себя, темнота воды от туч небесных» (Теилим 18:12). Отсюда видно, что сукка

— это темнота, и она затмевает свет. Йонатан переводит это так:

«Помещает Свою Шхину в туман и возвращается в облака славы».

Значит, Шхина раскрывается именно в тумане, как говорит Писание: «Б-г

сказал, что будет обитать в тумане» (Млахим I, 8:12). Тогда облака

славы — это и есть тот самый туман! Ведь облако создает преграду, скрывающую яркий свет, как сказано: «Укрылся облаком» (Эйха 3:43).

В отличие от первого объяснения, где облака означали окружающий

свет, можно легко понять, что облако — это своего рода туман, призванный ограничить свет. Это видно во многих местах Танаха. И

именно в облаке проявляется Б-г, как сказано: «Ибо в облаке покажусь»

(Ваикра 16:2), а также «И спустился Б-г в облаке» (Шмот 34:5). Почти все

раскрытия Божественной славы для Израиля были связаны с облаком:

«И вот, слава Б-га явилась в облаке» (Шмот 16:10), и так во многих

фразах. А корень того, что Б-г проявляется именно в облаке, связан с

фундаментальным принципом: «Не увидит Меня человек, оставаясь в

живых» (Шмот 33:20). Поэтому облако призвано создать туман и покров, преградить дорогу сильному свету. Так облака разбивают лучи

палящего Солнца. Благодаря этому человек может приблизиться к Б-гу, как сказано: «А Моше подошел к туману, в котором был Всесильный»

(Шмот 20:18). Писание говорит и об Аароне-коэне: «Пусть не входит в

любое время в святилище, внутрь за завесу, к крышке ковчега, и тогда

не умрет, ибо в облаке Я являюсь над ковчегом» (Ваикра 16:2). Только

когда облако воскурений укрывает его, Аарон может входить внутрь

святилища, ибо это преграда от света, которая защищает и оберегает

его. Йначе он исчезнет и растает от могучей силы Творца, которого не

увидеть, оставаясь в живых.

Мы ясно видим, что суть облака — это именно ограничение света, а

не его раскрытие. В этом же состоит и функция сукки, представляющей

собой темноту и скрытие: «Сделает тьму укрытием Себе, суккой вокруг

Себя» (Теилим 18:12). Ведь главное в сукке — это тень, которая

буквально и означает защиту от солнца. Эта идея основана на фразе

«Ибо солнце и щит Б-г Всесильный» (Теилим 84:12). Писание говорит

здесь о солнце и о тени, от него защищающей. Оно учит нас, что имя

Авая (Б-г) — это принцип солнца, поскольку свет его великий и сильный, каку Солнца во всей его мощи. А свет имени Элоким (Всесильный) —

это сила сокращения, которая ограничивает и фильтрует это сильное

солнце, дабы оно не спалило своим сиянием сотворенных. Теперь оно

будет светить им в уменьшении, в соответствии с их способностью

восприятия. Следовательно, имя Элоким имеет корень в силе

сокращения, то есть в уменьшении света и его отмеривании согласно

тому, что мир способен принять.

Итак, мы находим в сукке принципы тени и просвета. Из слов

святого Ари и рава Хаима а-Коэна можно сделать вывод, что эти два

принципа — это свет и его ограничение. Главное в сукке — это тень, помогающая сократить свет. В том, что касается соотношения между

светом и покровом, можно уяснить несколько идей. Первое, чего мы

коснемся, — это избыток света, нуждающийся в сокращении. Этот

принцип, как известно, — основа всей реальности: на любом уровне

существует свет и его ограничение, то есть сосуд, который принимает

его в соответствии со своей мерой. Но принцип света и сокращения

имеет корень на самом верху — в первоначальных действиях по

сотворению миров. Оттуда мы можем уяснить себе их во всей глубине и

тогда уже перенести это знание на все остальные ситуации, где есть

свет и его ограничение.


Две основы творения — свет Бесконечного и его сокращение


Весь порядок сотворения — это постепенный процесс сокращения

света, приводящий к тому, что нижние миры получают возможность

образоваться. Начало и корень всего — великий и могучий свет

Бесконечного. Пока он светит во всю силу, ни одно творение не может

возникнуть. Первое действие, совершенное Творцом, — это

сокращение, которое означает удаление этого яркого света и

установление ограничивающей его силы. Она словно стоит перед ним и

служит преградой, оставляя свободное от него место, называемое

«пустым пространством». Оно как будто свободно от света

Бесконечности. Он не светит там во всем величии, но сила сокращения

отмеряет и протягивает свет постепенно, сильно уменьшая его. Вот что

говорит Ари по поводу сокращения (Эц Хаим 1:2)


«Знай, что прежде, чем были созданы создания и сотворены

творения, был высший простой свет, наполняющий всю

реальность. И не было свободного места в виде воздуха или

пустого пространства, но все было заполнено этим простым

бесконечным светом... Все было одним простым светом, равным

в своем однообразии, и он назывался «светом Бесконечного». А

когда возникло в Его простой воле сотворить миры и создать

создания... тогда сократил Себя... и сократил тот свет, и он

удалился в стороны вокруг центральной точки. И тогда осталось

свободное место, и воздух, и пространство пустое... и вот, после

этого сокращения, когда осталось место пространства и воздух

пустой и свободный прямо в середине света Бесконечного, уже

было место, где могли бы существовать созданные (Ацилут), сотворенные (Брия), сформированные (Ецира) и сделанные (Асия).

И тогда протянул Он из света Бесконечного одну прямую линию

света... сверху вниз она распространялась и спускалась внутрь

того пространства... верхняя вершина линии протягивалась от

самого Бесконечного, касаясь ее, тогда как конец этой линии

внизу не касался света Бесконечного. Через эту линию

протягивался и распространялся свет Бесконечного вниз. В

месте того пространства он создал, сотворил, сформировал и

сделал все миры. Эта линия подобна одной тонкой трубе, по

которой распространяется и протягивается вода верхнего

света Бесконечного в миры, расположенные в месте того воздуха

и пространства».


Так Б-г «подвешивает землю ни на чем». Сила сокращения словно

стоит и задерживает распространение света Бесконечного, дабы он не

проник в пустое пространство и не затопил его. Иначе все вернется и

растворится в его сиянии, а миры растают в своем верхнем источнике.

Такова основа и корень становления миров и их бытия — сила

сокращения, ограничивающая свет. Итак, мы видим, что корень миров

содержит два принципа — свет Бесконечного и силу сокращения. Два

эти принципа являются основой для всей структуры миров. Иными

словами, они присутствуют не только в их верхнем корне, но и в каждом

мире и на каждом уровне. В книгах объясняется, что есть много

сокращений, и также известно, что любой более высокий свет подобен

Бесконечному в сравнении со ступенью, которая под ним. Значит,

«Бесконечное» — довольно относительное понятие. Ведь ни один

уровень не может определить границы и меры того, что над ним, и для

него это как бесконечность (Маво Шеарим 2:3:5, Шаар а-Акдамот 75, конец гл. 11; см. также Лешем Шво ве-Ахлама, Акдамот ве-Шеарим, предисловие к «восточным вратам»). Точно также ученик не в силах

увидеть границы мудрости своего учителя, так как мудрость эта

окружает его далеко за пределами его собственного постижения.

Поэтому любой свет относительно более низких уровней подобен

Бесконечному. Он должен быть ограничен силой сокращения, чтобы

образовать следующую ступень под собой.

Дополнительным примером могут послужить огромные бочки, находящиеся друг в друге, где каждая внутренняя меньше внешней.

Внутри всех расположена самая маленькая бочка. Когда человек сидит в

ней, и ее стенки заграждают пространство вокруг него, он смотрит вверх

и видит открытое небо. Ему кажется, что если он выйдет из бочки, то

останется вне всяких границ и стен. Но, выходя из нее, он видит, что

маленькая бочка находилась внутри большей, и тогда он смотрит уже на

стенки этой второй. Вновь ему кажется, будто за ней уже нет границ, пока он не выходит наружу и не видит третью бочку. Таким образом, пока человек пребывал в маленькой бочке, ее стенки не позволяли ему

увидеть границы более крупной бочки.

Нужно понять и усвоить, что два эти принципа — свет Бесконечного

и сила сокращения — это настоящие основы всего, что творится во всех

мирах. Свет — это корень благодати, поддерживающей все, а

сокращение — причина всех границ и мер, отведенных этой благодати.

По правде говоря, все миры и каждое творение устроены через два эти

принципа. Любая вещь в мире — это свет и благо, ограниченные мерой

и пределом. Это называется «светом и сосудом», из которых состоит

все. Содержание определяется и ограничивается в виде некоторой

сущности. Свет Бесконечного является корнем всех корней для каждого

света, а сила сокращения — корень корней для всех границ и мер35.


35 «Весь мир и все частные виды в нем - все выходят и возникают из той формы и материи

линии и сокращения. Свет воздействовал на сокращение, а сокращение - на свет, и каждый из них

действовал согласно своей силе и свойствам. Природа света - раскрываться и светить, выводить и

производить мир, полный различных объектов, какие только могут существовать в целом мире, как

это свойственно высшему свету, из которого тот вышел. А природа сокращения - ограничивать и

налагать пределы на все вещи, скрывать и прятать свет, становясь покровом для него. Благодаря

этому из них обоих вместе происходят различные объекты с множеством деталей. Это совершается в

соответствии со всеми качествами и силами, какие есть в свете, и со всеми свойствами и силами

сокращения, скрывающего и ограничивающего его, служащего ему преградой, то есть телом и

сосудом. Так были созданы все частные детали в мироздании. Благодаря ним обоим выходят многие

разные объекты, каждый из которых состоит из света и сосуда. Ведь в свете каждая сила светит, выводит и создает сущность, аналогичную своему качеству. Но все, что она выводит и создает, пребывает только в состоянии света и души. Однако сила сокращения, соединяющаяся со светом и

окружающая его со всех сторон, ограничивает его, вызывает в нем уплотнение и становится для него

телом и сосудом. Посредством этого выходят и создаются все объекты, каждый из которых в

частности и в деталях состоит из материи и формы, то есть из тела и души. Эти объекты

проявляются и преумножаются согласно силам и качествам в свете и свойствам и силам в

сокращении. Итак, линия и сокращение -это основа и корень каждого мира» (Лешем Шво ве-Ахлама, Предисловия и врата 6:2).


Миры построены из бесчисленного множества ступеней. В

сравнении с нижними планами, есть огромные и потрясающие в своем

свете и святости миры, сияние которых не поддается описанию. Вся

реальность устроена в виде иерархии — от верхней ослепительной

яркости до земных низин и материального мира действия. Фактически

сила сокращения действует в каждом мире и на каждом уровне. Ведь у

более высокого мира свет слишком велик для тех миров, что

расположены ниже. И чтобы поддерживать их и дать им устоять, свет

вынужден ограничиться и сократиться до некоторой меры. Можно

продемонстрировать это на примере великих мудрецов, ученики

которых тоже весьма мудры в сравнении с начинающими. Чтобы

новички могли подойти к мудрости, мудрецы должны сильно ограничить

свое сознание, передавая им свет в меру их воспринимающей

способности. Так от Моше Рабейну все мудрецы Израиля идут в порядке

причин и следствий — каждый учитель был мудрее своего ученика.

Каждый раз мудрость Торы уменьшается, чтобы приспособиться к

новому поколению. В сравнении с предыдущим поколением это

становится спуском (однако, все снова поднимется; в будущем мудрость

Торы вернется в полноте и совершенстве, ибо за спуском последует

подъем).

Итак, мы выучили, что сила сокращения проявляется во всей

реальности, и каждый уровень сокращает свою силу, чтобы образовать

следующий, который становится его «сыном» и следствием. Так

фактически и протягивается ткань миров, которые все устроены на двух

основах — свете и сокращении, благе и его мере.


Сокращение жизненно необходимо

для существования творения


В любом случае ни один мир не может существовать в свете, превышающем его уровень. Если свет будет слишком велик, он

уничтожит бытие этого мира подобно тому, как свет свечи исчезает в

сиянии Солнца. Когда оно светит во всю силу в полдень, свеча теряет

всякий смысл. Здесь мы касаемся глубокого принципа, в святых книгах

называемого «разбиением сосудов». Фактически это явление избытка

света, превышающего способность сосудов его принимать. Это

приводит к тому, что сосуды растворяются в сиянии света, теряя свое

бытие и структуру. Например, молодой человек взошел к величию, унаследовав его от отца, — получил престол и воцарился над большим

государством. У этого юноши нет жизненного опыта и зрелости, чтобы

руководить столь большой силой. Это становится для него

непреодолимой проблемой, и на смену благу (עפש) приходит грех (עשפ).

Он оказывается ослеплен могуществом и властью, богатством и

царскими удовольствиями. Но все его богатство и величие подстерегают

его во вред ему, чтобы заставить упасть. Выясняется, что нет большего

исправления, чем ограничение света и принятие блага в меру

способности его усвоить. Как молится человек, чтобы не было у него

недостатка, так пусть помолится и о том, чтобы не спешить за

богатством и не искать того, что превышает его уровень. «Нищету и

богатство не давай мне, корми меня положенной порцией хлеба»

(Мишлей 30:8).

После разбиения сосудов, то есть после бывшего в начале избытка

света, наступает пора исправления — ограничения света и его

правильного отмеривания. Вот что пишет об этом святой Ари (Эц Хаим

13:3):


«Прежде всего, нужно знать, что эти света нижние творения

могут принять только после совершенного исправления...

вначале их свет был великим и сильным, и у нижних не было сил

выдержать его, но когда они исправились... то свет стал

протягиваться через покровы и облачения в одежды. Тогда свет

слегка уплотнился, а также уменьшился, вышел и протянулся

через отверстия, тонкие каналы и окна... благодаря двум этим

вещам, то есть уплотнению света и его уменьшению, у нижних

творений появилась сила принять верхний свет. Теперь тебе

ясно, что это за «исправление» (тикун), упомянутое в двух

Идрах».


Еще он написал следующее (Мево Шеарим, врата 2, часть 3, гл. 7):


«Объясним тебе подробно, что такое исправление: когда свет

Бесконечного облачается в одежды... в первых вратах (ч. 2, гл. 1) мы начали говорить о том, что такое исправление, и немного

разобрали его. Есть много созданных и сотворенных миров, и

свет спускается сверху, ослабевает и уменьшается, удаляясь от

Бесконечного. Тогда нижние творения обретают способность его

получать. Кроме того, когда свет скрывается и облачается в

одно одеяние за другим, проходя через несколько облачений, он

уменьшается, и нижние могут его принять. Кроме того, когда

свет выходит через окна и узкие проходы... то выходит

уменьшенным, и его можно получить».


Два этапа в творении


Отметим вкратце одну глубокую мысль. В книгах объясняется, что

миры были сотворены в виде ступеней. Явление разбиения сосудов —

это один из этапов в формировании реальности. Оно произошло, спустя

несколько этапов после первого действия, то есть после раскрытия

света Бесконечного и сокращения, создавшего пустое пространство.

Таким образом, разбиение сосудов — это один из первых этапов в

формировании нашего мира, которому предшествовали другие

неисчислимые миры (как объясняется в первых разделах Эц Хаим). Мы

имеем в виду, что процесс, называемый «разбиением сосудов», и

избыток света, имевший место при этом, — это не первый процесс

раскрытия света Бесконечного и сокращения. Он произошел на

несколько этапов позже. В любом случае проявление бесконечного

света и сокращение — это корень для разбиения сосудов. Закон гласит, что миры были созданы параллельными друг другу, и явление избытка

света, предшествовавшее сокращению, имело место во многих мирах.

Таким образом, разбиение сосудов и их исправление упирается в

высший корень основ реальности — в раскрытие света Бесконечного и

последовавшее за ним сокращение (см. Лешем Шво ве-Ахлама, начало

Сефер а-Клалим).


Стремление к Бесконечному в глубине мироздания


Почему в начале есть избыток света?


Следует понять нечто глубокое в соотношении между большим

светом и его сокращением. Эта идея вытекает из принципа разбиения

сосудов, упомянутого нами выше. В святых книгах объясняется (Эц

Хаим, врата 6 и 8), что создание миров происходило в два этапа.

Сначала свет светил с огромной мощью, так что сосуды не могли его

выдержать и разбились из-за избыточной силы святости. В дальнейшем

свет сократился и удалился к вершинам, а сосуды выстроились в виде

ступеней, и свет вновь вошел в них, но в этот раз согласно правильным

мерам, а не во всем своем высшем могуществе. Так получаются два

этапа в образовании миров: первый — это избыток света, который не

считается с сосудами и с их способностью восприятия; второй —

сокращение света в соответствии с уровнем сосуда (дополнительная

сторона всего этого разъясняется в разделе «В сукке, а не в суккот»), Рав Кук разбирает, зачем понадобился первый этап, когда свет

пребывал в избытке, не считаясь со способностями сосудов, и почему он

изначально не явился в соответствии с их восприятием. Об этом рав

написал глубокие вещи, и мы объясним их своим языком прежде, чем

процитируем его.

Итак, в основе и корне создания мира стоит великое и святое благо

Творца — Он хочет даровать Своим творениям чудесные света. Б-г

пожелал удостоить Израиль и приготовил ему хранилища, полные

скрытых и великих светов, яркую святость, которую уста не могут

описать в виду ее красоты и сладости. Но Б-г пожелал так удостоить

евреев, чтобы они продвигались и поднимались согласно порядку

ступеней — с самого беспредельного низа до самого неизведанного

верха. Он захотел, чтобы они удостоились этого великого

благословения в силу своих действий и своей сути. Поэтому эти света

должны были скрыться, а Израиль был создан в самом низу и должен

продвигаться в порядке восхождения, со ступени на ступень, расширяя

свои силы и способности к постижению. Так он продвигается, и чем

больше развивается, тем более высокие врата открываются перед ним, даруя дополнительный свет и благословение. Это похоже на человека, продвигающегося в мудрости. Он начал с изучения букв, потом

поднялся выше, и чем дальше он заходит, тем больше ему открывается.

Тем не менее, мудрость во всей ее глубине так и остается всегда

скрытой и тайной, пока человек не будет зрелым и достойным со своими

инструментами постижения открыть ее врата и постичь новое. В этом

красота творения и его прелесть — человек в силу своих поступков

идет, шагает и движется, увеличивая преимущества мудрости и знания, расширяя свои сосуды еще и еще, так что они вмещают все больше

дополнительных светов. Б-г не пожелал сотворить человека

совершенным в мудрости и во всех чудесных свойствах, ибо тогда у

него не было бы стремления подниматься, и он не ощущал бы

удовольствие от продвижения и собственного приобретения уровней

(см. Орот а-Кодеш 2, раздел «восхождение мира»). Человек

предпочитает собственную меру, даже если она мала, а сильное

наслаждение приходит именно от постижения уровней в результате его

самостоятельного труда, а не в виде быстрого подарка.


Избыток света в начале — связь всего с Бесконечным


Как бы то ни было, Б-г в Своей доброте предназначил нам яркое и

прекрасное сияние, возвышенное и святое. Мы призваны подняться

выше ангелов-слу-жителей и верхних серафим. Все миры высоко

поднимутся к беспредельно великим уровням. Бывший в начале избыток

света должен был запечатлеть конечную цель, к которой направятся все

стремления и желания. Дело в том, что на первом этапе творения Б-г

явил великий свет, не считаясь со способностями сосудов. В этом свете

фактически была заключена вся сила Бесконечности, изливающаяся

сверх меры. И потому сосуды действительно не смогли принять его и

разбились. Впрочем, это разбиение стало побочным эффектом от

избытка света, который на первый взгляд выглядит как порча, а не

исправление. Но внутри этого явления кроется великое благословение

для миров. Ведь раскрытием этих светов Всевышний дал всему

творению ощутить нечто наподобие вкуса высшего света, который выше

мер и границ, и тем самым Он запечатлел в глубине сосудов

стремление и страсть подняться к его вершине, искать его и постигать. В

противном случае, если бы Б-г с первого же раза давал свет согласно

ограничениям сосудов, то сам корень и начало светов были бы

ограничены, и тогда уже никак не смогла бы образоваться более

мощная внутренняя сила, которая потребовала бы подъема над

изначальным уровнем сосудов. Ведь уровень сосудов предшествовал

бы силе света, а тот изначально был бы подстроен под него. Тогда

сосуд не смог бы подняться над самим собой.

Можно проиллюстрировать это, взяв для примера учеников в

начале их пути со своим учителем. Если учитель ни разу не покажет им

мудрость, которая была бы выше того, что они могут понять, а всегда

будет ограничивать себя ради них, то ученики подумают, что их

наставник ничуть не мудрее их самих, и что нет более глубокой и

обширной мудрости, чем то, что они постигают. Но если уже в начале

учебы он даст им вкусить глубину мудрости и разума высоких уровней, то хотя они и не смогут понять, все равно в них пробудится впечатление

от этих уровней. Такое впечатление станет движущей силой, подталкивающей их идти все дальше вперед, расширяться и расти, чтобы приблизиться к высоким уровням.


Разбиение сосудов — создание желания к Бесконечному


В общем, основа всего движения вперед связана с первоначальным

впечатлением, которое оставили после себя эти возвышенные уровни.

Оно является следствием первого акта в творении — раскрытия

беспредельного света (Лешем Шво ве-Ахлама, Акдамот ве-Шеарим 4:3).

Это был огромный избыток света, сильно превышающий уровень

сосудов. Он, конечно, не мог быть принят в сосуды, но зато создал в них

жажду к возвышению, чтобы подниматься и продвигаться все дальше, не довольствуясь средней ступенью, соответствующей их нынешней

способности восприятия. Таким образом, свет Бесконечного, который

выше любых мер, становится первой основой для всех миров. И хотя из-

за своей мощи он уничтожил сосуды, не сумевшие устоять перед ним, все же он установил вершину, к которой все творение будет стремиться.

Сладкий вкус этого света остался в самой глубине сосудов в виде следа, впечатления от несказанного величия. И теперь он властвует и толкает

каждое существо подниматься выше. Нам уготовлены великие высоты, и

мы это знаем, поскольку уже бывали там в тот момент, когда воссияли

эти света, не считавшиеся с сосудами и их восприятием. Через это они

гарантировали движение миров и то, что они будут подниматься к

возвышенным ступеням, не удовлетворяясь мелкими и средними

величинами. Таковы идеи рава Кука, изложенные нашим языком. А

теперь посмотрим, что сказал он сам, объясняя идею разбиения сосудов

(Орот а-Кодеш 2, стр. 527):


«Зачем наступило разбиение? Потому что Б-г дает, исходя из

Своей силы, а получатель ограничен. Тогда и благо должно было

быть ограниченным, но Он дает безмерное благо, в

соответствии с Самим Собой. Оно Божественно, неограниченно, и сотворенный получатель может принять его, лишь полностью

разбившись. Потом он отстроится в своем стремлении

вернуться к этому неограниченному Источнику и соединиться с

Божественным. Через это творение создаст само себя и

встанет на уровень совершенства Творца. Оно поднимется выше

своих ограничений, что не могло бы произойти без

предварительного излияния великого блага, превышающего

уровень возможностей его принятия. Иначе оно всегда было бы

лишь на уровне творения и не поднялось бы на высоту Творца».


Тайна остатка


Разбиение сосудов имеет корень в остатке света, о котором говорят

святые книги. В них объясняется, что первым актом в творении мира

было раскрытие света Бесконечного. Вначале явился и воссиял могучий

свет, и он заполнял все пространство и всю реальность целиком. Даже

то место, в котором должны были быть сотворены миры в будущем, было наполнено сиянием бесконечного света. Иными словами, началом

всего было распространение света во все места, и это создало точку

причастности миров к вершинам Бесконечного, так как свет озарял их

там, где они должны были быть сотворены. Вторым актом после

распространения света было его удаление. Это и есть то сокращение, о

котором говорилось выше. Бесконечный свет удалился из всего

пространства, где должны будут возникнуть миры. Это создало пустое

место, куда в дальнейшем будет притягиваться свет, но умеренно и

ограниченно, при помощи силы сокращения, которая отмеряет его

согласно способности сотворенных его получить. В святых книгах

объясняется важный принцип: святость в любом месте оставляет след.

Она никогда не исчезает и не уходит так, словно ее не было, — след от

нее остается глубоко-глубоко внутри того места, где она пребывала.

Несмотря на ее удаление, сияние ее остатка словно высечено резцом.

На этом построены все законы, относящиеся к святым предметам. С

ними нельзя поступать как с простыми вещами. Это также основа для

принципа: «Повышают в святости, а не понижают». От великого

состояния остается след, и его нельзя опустить.

Итак, во всем пространстве миров, во всем пустом от бесконечного

света месте, остался след от того, что было там прежде. Этот остаток не

утихает и не пребывает в неподвижности. Хотя он не проявляется

открыто, но запечатленный в глубине, действует в мирах, утверждая в

них внутреннее стремление двигаться и возвращаться к вершинам

Бесконечного, не довольствуясь ограниченным светом, даже если он

чудесный и сладкий. В конечном счете, для света Бесконечного ничто не

может послужить заменителем. Его сияние и благость затмевает любые

светила, а след от него не останавливается, но пробуждает желание

подниматься во всех мирах. Этот след — движитель всего механизма

творения, подъема и продвижения на всех уровнях: от Асия к Ецира, от

Ецира к Брия, от Брия к Ацилуту, а от него — к еще более высоким

мирам. Так происходит, пока все не вернутся к вершинам Бесконечного, и свет его станет заливать всю реальность. Все миры будут радоваться

и ликовать, наслаждаться и упиваться своим истоком — святым святых.


Суд, а за ним милосердие —

избыток света и создание иерархии


Выходит, что след от Бесконечного, заполнявшего все до

сокращения, аналогичен следу, оставшемуся в сосудах после избытка

света. Фактически, этот принцип — что избыток света предшествует его

сокращению, а потом свет протягивается согласно уровню сосуда — это

фундаментальное правило во всех мирах и на всех ступенях. Все они

устроены посредством того, что вначале проявляется большой свет, а

затем уходит, возвращаясь повторно в соответствии с мерой сосуда (см.

Лешем Шво ве-Ахлама, Сефер а-Клалим, правило 1, гл. 1, во введении).

В этом состоит глубина высказывания мудрецов (Псикта Ра-бати 40):

«Святой, благословен Он, пожелал сотворить мир качеством суда, но

увидев, что мир не выстоит, примешал к нему качество милосердия».

Рамхаль объясняет разницу между судом и милосердием: суд — это

сильный и могучий свет, который не считается со способностями

восприятия у сосуда.

Но милосердие — это учет особенностей сосуда (см. Месилат

Ешарим, гл. 4). Если человек, например, согрешил, сила исправления

требует его очищения и искупления грехов. Это, конечно же, на благо

самого человека, но если эта сила проявится во всей своей мощи, человека постигнут страшные страдания от такого интенсивного

очищения. Живые существа не могут выдержать это. Поэтому Б-г

растянул процесс исправления на длительное время. Это стало

медленным и постепенным действием, принимающим в расчет качества

сосуда, способность получения у человека. Это и есть милосердие: «Б-г

проявляет терпение, но берет Свое» (Иерушалми, Таанит, гл. 2). Он

долго воздерживается от гнева, но в итоге взыскивает долг и исправляет

повреждение. Ведь Всевышний ничего не уступает. Уступка означала бы

склонение перед низостью и испорченностью. А Б-г хочет даровать нам

великое благо и потому не уступает и не позволяет нечистоте

существовать, а ведет к ее исправлению. Впрочем, действие это

исполнено милосердия — Он разворачивает его постепенно и умеренно, в соответствии с ограничениями сотворенных.

И как проявляются суд и милосердие в исправлении грехов и в

наказании, так проявляются они и в свете. Свет силы суда велик и

могуществен, и люди не могут выдержать его. Поэтому Творец

сокращает его силу и мощь, дабы приспособить его к получателям и

передавать его им постепенно. В этом смысл слов «Мир милостью

выстроится» (Теилим 89:3). Здесь слово «мир» (олам) означает

сокрытие (эелем), и оно создается именно милостью (Хесед), то есть

светом, который учитывает ограничения сосудов. Если бы это была

Гвура, она бы этого не делала, а требовала бы сразу большого

подъема36.


36 Не запутайся из-за того, что иногда мы говорим, что Гвура - это сила сокращения, а Хесед -

свет, который выше всяких границ, а здесь речь идет о силе суда как о могущественной и великой

силе, тогда как Хесед и милосердие редуцируют свет в соответствии с ограничениями мира.

Духовные принципы многочисленны, они поворачиваются разными гранями. (В одном месте, например, говорится, что Хаос - это слишком большой свет, который сильнее сосудов, это принцип

Гвуры, а в другом месте сказано, что Гвура - сокращение Хеседа, и есть много таких высказываний, которые кажутся противоречащими). В этом смысле, сила Гвуры проявляется в разных формах и в

разных соотношениях. С одной стороны, она относится к принципу силы и огромного могущества, которое уничтожает творения. Это принцип огня. С другой стороны, она ограничивает. Здесь даются

разные понятия, хотя все они имеют отношение к сути Гвуры в ее наиболее общем понимании. Гвура

в качестве сокращения - это сама сфира Гвура, ограничивающая свет Хеседа, приходящий к ней. В

отличие от этого, сила суда, предшествовавшая милосердию в сотворении мира, - это могучие света,

явившиеся прежде их сокращения в виде Хаоса, предшествовавшего исправлению, или в виде

кругов, которые были раньше прямой линии и т. п. Их Гвура - это их сила и мощь, что противоположно

принципу сокращения. Мы хотим сказать, что на самом деле существует внутренняя сущностная

характеристика Гвуры, которая верна для всех ее проявлений. И, тем не менее, различия, которые

мы видим, происходят из того, что речь идет о разных местах и состояниях. Все они относятся к

принципу Гвуры, но предмет рассмотрения каждый раз разный. Здесь не место развивать эту тему, но, если пожелает Б-г, она еще будет затронута. Смотри «Талелей Хаим. Элуль-Тишрей», раздел о

сотворении мира силой суда.


Вернемся к нашей теме. Мы выучили, что Всевышний строит мир в

два этапа. Первый — это раскрытие сильного света, превышающего все

уровни сосудов. И хотя он разбивает их, само это действие создает

стремление и жажду к вершине, запечатлевает движение возвращения к

этому свету. Второй этап — постепенное строительство сосудов и

привлечение света в соответствии с их уровнями, умеренно и

взвешенно, потихоньку. Каждый раз добавляется еще немного в меру

совершенства сосуда и восхождения мира.

Итак, учет творений и их способности восприятия появляется на

втором этапе, а не на первом, чтобы не ограничивать уже в самом

начале будущую цель рамками сосудов. Первый акт исполнен свободы

— это безграничный свет, стремление и желание в полете, которое ни с

чем не считается. И лишь потом появляется учет сил, особенностей

сосуда и его постепенного продвижения, чтобы свет мог приносить

благословение, а не разбивать сосуд своей интенсивностью.


Солнце и тень — наполняющее и окружающее,

Святой, благословен Он, и Шхина


Солнце и тень — гвурот и хасадим


Вернемся теперь к вопросу о сукке, ее просветам и тени. Принцип

просветов и тени в ней — это равновесие между Божественной

благодатью и способностью сосудов ее принимать. Солнце — верхний

источник, яркий и сильный свет, а тень — его адаптация, чтобы он стал

приятен и удобен для получающих. «Тени его я жаждала и сидела в ней, и плод его был сладок для моего нёба» (Шир а-Ширим 2:3). Вот что

говорит рав Хаим а-Коэн в объяснениях законов сукки:


«Дело в том, что... изливаются реки и потоки меда и масла, то

есть хасадим и гвурот. Солнце — это иносказательное название

гвурот, а тень — название хасадим».


Упомянутые здесь хасадим — это свет, приспособленный для

творений, по принципу «Мир милостью построится» (Теилим 89:3). Он

словно повернут лицом к людям, считается с ними и дарует им благо в

соответствии с их уровнем. Но Гвура — это принцип огня, могучая сила, обращенная вверх, не взирающая на творения и их уровень. И

действительно, Солнце сосредотачивает в себе всю силу влияния в

своей мощи, а тень — адаптация солнечного света для человека, делающая его мягким и приятным. Мы видим, что тень называют щитом, как сказано: «Ибо солнце и щит Б-г Всесильный». Известно, что термин

«щит» относится кХеседу. О нем говорится «щит Авраама» (и само

слово «щит», ןגמ, имеет числовое значение, равное трем именам Эль,

לא). Отсюда видно, что между тенью и хасадим имеется определенная

связь, по принципу щита. Это отличает их от гвурот, которые подобны

могучему Солнцу, как говорится: «Любящие Его — как выход Солнца в

его силе» (Шофтим 5:31). Получается, что гвурот обозначаются сиянием

Солнца, а хасадим — смягчающей его тенью. Это же объясняет рав Кук, говоря об отношении между светом Хеседа, учитывающим ограничения

мира, и светом Гвуры, который «обнуляет» всю реальность:


«Когда думают о Божественном, иногда мысль приходит к

отрицанию мира. Божественный образ в своем величии, могуществе, святости, красоте, силе, бесконечности обнуляет

всю реальность. «И все словно не в счет, как ничто». Такова

мысль, исходящая из Гвуры и облачающаяся в ее качество.

Но есть и более мягкий образ — Божественная мысль

примиряется с миром, давая всей реальности правильную оценку.

От такой мысли, источник которой в Хесед, любовь к миру и

творениям постоянно усиливается во всей полноте. И

Божественная любовь, и ясная мысль о Божественном занимают

больше места в мире. Благодаря этому думающий не отделяется

от мира, а поднимает его к высшему блаженству, к раю и Б-

жьему величию».


Свет Святого, благословен Он,

и Шхины — окружающий и наполняющий


Раби Хаим а-Коэн из Арам Цова учит нас, что тень — это смягчение

света и его адаптация к особенностям получающих, в то время как

солнце — мощная энергия, Божественная сила свыше, свет, превышающий все границы и меры. Мы уже упоминали, что отношение

между солнцем и щитом (тенью) — такое же, как и отношение между

именами Авая и Элоким. Известно также, что имя Элоким указывает на

Шхину37, а Авая — это свет Святого, благословен Он.


37 Из книг известно, что имя Элоким имеет корни в трех сфирот. Самое известное - что это имя

означает Гвуру, и это одна сфира. Его верхний корень находится в Бине, и там это имя Авая, идущее

в паре с именем Адонай, и тогда оно называется Элоким (Шаарей Ора, врата 8). Третья сфира - это

Малхут, когда она освещена светом Гвуры и Бины и называется их именем Элоким. Поэтому ученик

должен знать и различать в отрывках Писания, о какой сфире там говорится. Например, во фразе в

начале Берешит «В день, когда сделал Б-г Всесильный (Авая-Элоким) землю и небо», как

объясняется в святых книгах, это совершенное единство Тиферет и Малхут. То же самое говорится о

смысле фразы: «Поднялся Всесильный (Элоким) с трублением, Б-г (Авая) - со звуком шофара».

Здесь не место объяснять это. Смотри «Шаарей Ора» во многих местах, например, врата 5 и 8; также

«Талелей Хаим Элуль-Тишрей», стр. 114.


Смысл в том, что свет Шхины спускается, чтобы обитать вместе с

творениями, дабы в теле у них была душа. Ведь свет Авая превознесен

над всеми высотами и не облачается в сотворенных. Из-за его силы они

просто исчезли бы. А непреложный принцип заключается в том, что

душа — это такой свет, который тело может принять и жить с ним

вместе. Если бы свет был слишком большим, то не мог бы стать душой

для тела, поскольку своей яркостью устранял бы само его бытие. Ведь

тело ограничивает и сокращает душу внутри себя, так как обладает

прочностью и силой выстоять против нее. В противном случае

инстинкты не могли бы сформироваться в человеке, и он нисколько не

тяготел бы к материи нашего мира. Душа — словно сияющий

драгоценный камень. Она движется вверх и стремится к чистоте и

ясности. Материальный мир ничего не значит для нее. Когда же человек

чувствует в себе влечение к имуществу и к материальным благам, это

не иначе как из-за тела и его силы. Мудрость Творца постановила

собрать человека из сочетания небесного и земного — света и праха, грубой вещественности и благородной духовности. Отсюда мы видим

силу тела и его способность выстоять против сияния души. Все потому, что душа — это ограниченный свет, приспособленный куровнютела. Он

не лишает тело реальности и не стирает его желания и представления.

Хотя корень души и вправду велик и могуч, все же в человека для

поддержания жизни входит лишь уменьшенная часть души, чтобы не

аннулировать тело с его понятиями38.


38 «Сейчас нужно осознать силу души, данную ей, чтобы пребывать в этом теле. Если бы ее

сила была велика и свет очень силен, она давала бы такое сильное свечение телу, что оно

поднялось бы в своем состоянии, и его недостатки восполнились бы моментально. А злое начало -

главный недостаток, который Г-сподь пожелал создать ради выбора, награды и наказания - вообще

не властвовало бы над человеком, как не властвует оно над ангелами благодаря их сильному

свечению, совершенству сознания и важному статусу. Знай, что о будущем сказано (Ишайя 11:9): «Не

будут делать зла и губить на всей Моей святой горе, ибо наполнится земля знанием». Еще о том

времени говорится (Ихезкель 36:26): «И устраню сердце каменное из плоти вашей». Это благодаря

величию и достоинству души, которое возрастет к тому времени. Но с другой стороны, если бы душа

сама по себе была низкой, а не великой, она не смогла бы оказаться в такой славе и величии, которую ей дадут в будущем, когда она станет выше ангелов служения. Дело в том, что душа по

своей природе и корню очень и очень велика. Но чтобы ей войти в тело, Святой, благословен Он, уменьшает ее свет и силу, оставляя ей только тот размер, какой годится для тела в нашем мире. В

тот момент она подобна Луне, которой сказано (Хулин 60 б): «Иди и уменьши себя», а в будущем

(Ишайя 30:26): «И будет свет Луны как свет Солнца». Итак, в руках у нее есть благо - подниматься от

возвышения к возвышению до наивысшей силы, в меру своих деяний. В соответствии с малой силой, данной ей в этом мире, она держится запертой и заточенной в мутном теле все свои дни, чтобы

испытываться и проверяться испытаниями злого начала, которое за тем и помещено в человека, как

сказали мудрецы (Зоар 1, 106 б): «Злое начало было создано лишь для того, чтобы испытывать им

людей». В меру правильных действий она удостаивается восхождения, поднимаясь со ступени на

ступень. Во время воздаяния все души найдут свои деяния при себе и поднимутся на свои уровни в

меру своих совершений. С этими уровнями они вернутся и утончат тела во время оживления и будут

наслаждаться миром на веки вечные, как мы объясняли выше. Отсюда мы делаем вывод: у души со

своей стороны должен быть великий корень, и источник ее должен быть весьма почтенным, так чтобы

она оказалась достойна всей славы, какая появится у нее в будущем. Но ее принижают, чтобы

возвысить и облагодетельствовать в конце. Г-сподь возлагает на нее Свой закон, говоря: «Иди и

уменьши себя», войди в мутное тело, чтобы пребывать в нем во все дни бренной жизни. Там Он «дал

ей закон и правосудие» - всю Тору, чтобы служить и соблюдать. Все это относится к ней, пока она

находится в теле. Но поскольку уже подточена ее сила и ослаблен великий свет этим уменьшением, тело остается мутным, каким оно и является в настоящее время, несмотря на то, что душа внутри.

Однако в меру праведности своих деяний она будет судима в будущем, когда поднимется по

ступеням восхождения. И придя в тело повторно с этим новым светом, она сделает в нем то, чего не

может сделать сейчас - очистит его полным очищением, превращая вновь в славную и ясную

сущность, как мы объясняли. Как вначале, чтобы войти в тело, ей нужно было уменьшить свой свет, так во второй раз, напротив, ей нужно придти во всем свете, чтобы произвести полное очищение, как

следует» (Даат Твунот, п. 72).


Творец называется «Я», «Ты», «Он»


Соотношение Шхины с мирами такое же, как у души с телом. Свет

Шхины — это душа всех душ, внутренняя суть миров. Это их душа не

стирает миры с их понятиями, а поддерживает в них жизнь на их уровне, поднимается и спускается вместе с ними. Но высший свет Святого, благословен Он, в виду своего огромного сияния не облачается в миры, чтобы стать им душой, ибо его сила растворила бы в себе мир, тело и

все творение, и все вернулось бы в святость и свет. Свет Святого, благословен Он, стоит над ними сверху как окружающий и не проникает

в миры в виде души. Свет Шхины становится душой миров, поскольку

облачается в творение, чтобы поддерживать в нем жизнь. (В книгах

Талелей Хаим эта тема объясняется во многих местах; например,

«Талелей Хаим, Элуль-Тишрей», стр. 118 и далее).

Свет Имени Авая коренится в Бесконечном, а свет Шхины — в силе

сокращения. Иными словами, первые и самые высокие действия в

создании реальности, то есть бесконечный свет, окружающий все миры, и сокращение, образующее пустое пространство, — это верхние корни

для наших миров, то есть Святой, благословен Он, и Шхина. Первый

связан с всеобъемлющим светом Бесконечного, а второй — с

ограничивающей свет силой, которая протягивает его в отмеренном

количестве, согласно способности миров принимать его. (Известно

также, что сила сокращения происходит из Малхут Бесконечного, являющейся высшим корнем всей реальности, но здесь не место

обсуждать это — См. Калах Питхей Хохма, гл. 26; Питхей Шеарим, путь

сокращения, гл. 7; Лешем Шво ве-Ахлама, Акдамот ве-Шеарим, восточные врата, гл. 3-4). Итак, Шхина заполняет миры в качестве души, поддерживающей жизнь тела, а Святой, благословен Он, окружает их, будучи превыше всякого постижения и восприятия.

Отсюда мы поймем глубокую тайну, которая обсуждается в книгах: у

Всевышнего есть три местоимения — Я, Ты и Он (см. Шаарей Ора, вр. 5; Орот а-Кодеш 3, стр. 140). В некоторых местах Творец называется «Я», например: «Я Б-г Всесильный ваш». В других местах говорится «Ты», как например: «Ибо лицом к лицу открылся Ты, Б-же» (Бемидбар 14:14).

А в некоторых случаях используется слово «Он», как например: «А Он, Милосердный, искупит грех». В святых книгах объясняется (Шаарей

Ора, вр. 5), что слово «Я» указывает на Шхину, а слово «Ты» — на свет

Святого, благословен Он. Дело в том, что местоимение «ты»

применяется к тому, кто стоит напротив меня, причем вне меня, а слово

«я» используется в отношении меня самого, каким я являюсь внутри. И

действительно, Шхина — это внутренняя суть, корень наших душ. Она

обитает внутри Израиля. Поэтому ее описывает и называет слово «Я», словно указывая на глубоко скрытую внутреннюю сторону. В отличие от

этого, свет Святого, благословен Он, стоит над мирами, не облачаясь в

них. Он словно окружает их снаружи и держится напротив них сверху.

Поэтому его называют словом «Ты», как обращаются к тому, кто стоит

перед нами. Ведь Творец находится за пределами всей реальности, Он

выше всякой высоты, превознесен над любым восприятием и

постижением. Мы обращаемся к Нему и говорим: «Ты». А слово «Он»

относится к самому верху. Это такой великий и святой свет, что в виду

его огромной высоты его даже нельзя представить стоящим напротив

нас, поскольку мы его совсем не постигаем. Он включает в себя все и

сам пребывает во всем, никоим образом не постижимый. Это свет

Кетер, который из-за своего сокрытия не рассматривается как стоящий

перед нами, что означало бы уже некоторое постижение и небольшое

восприятие. Поэтому его называют «Он»39. Все это глубокие понятия, но

здесь мы не будем их прояснять, чтобы не уходить от темы.


39 Так «Лешем Шво ве-Ахлама» объясняет неспособность постичь что-либо в Бесконечном:

«Мысль вообще не улавливает Его». Сама постановка мысли напротив Бесконечного, словно она

пришла что-то постичь, - это уже проблема, еще прежде, чем в эту мысль войдет какое-то

содержание. Ограничение Бесконечного происходит не только содержанием мысли, которое всегда

заимствовано из ограниченной реальности, но уже в самом факте, что человек со своими мыслями

остается внутри своей сущности и природы и пытается постигать Бесконечное, есть наложение

ограничения. Ведь Бесконечное включает в Себя все и также и человека с его мыслями. Попытка

думать исходит из того, что человек переживает свою особую сущность и природу (ведь мысль -

движение к проявлению, а не устранению), пытаясь обратиться к Бесконечному и думать о Нем. Но

это уже становится Его сокращением, будто Бесконечное не включает человека и его мысли. Такие

попытки думать о Бесконечном создают пустоту, границу в распространении Его реальности и

совершенного бытия. Эта граница и есть место, в котором стоит человек и из которого размышляет.

То есть мысль человека отрицает Бесконечное, поскольку в великом богатстве реальности

Бесконечного нет места для бытия человека и его мыслей. Только после сокращения присутствия

Бесконечного выделяется место человеку, а вместе с ним и его мыслям.


«Известен во вратах муж ее» — принцип отмеривания


Как бы то ни было, мы выучили, что свет Шхины — это облачение

Божественности в соответствии с уровнем творений. Это тайна души

всех миров. С другой стороны, верхний свет Святого, благословен Он, заключает в себе всю мощь света, не учитывающую границы и меры

созданных существ. Наше постижение, в основном, касается света

Шхины, о чем много говорится в книгах каббалистов (Зоар 2, 57 а; 3, 31

а, 58 б; Тикуней Зоар 55 б, 19 а: «Нет права у пророка и мудреца

обретать наверху какое-либо знание, кроме как в ней»; Реканати к Торе, гл. Трума и Тецаве). Никогда нельзя подниматься выше света Шхины, и

нет никакой возможности примкнуть к тому, что над ней, разве что с ее

помощью40.


40 И поскольку Израиль унаследовал это качество, и оно стало присуще ему, то стал «уделом

Б-га и Его наследием», а Шхина постоянно обитает среди евреев, и через нее они достают все, о чем

попросят. Когда евреи хотят войти к Б-гу, она входит с ними и ставит их перед Ним. Взгляни, что

первосвященник в Йом Кипур - день года, предназначенный, чтобы войти в святое святых и

испросить для Израиля извинение, прощение и искупление, благословение и пропитание на весь год -

не вправе входить без этого качества. Об этом написано: «С этой войдет Аарон в святилище»

(Ваикра 16:3). Он может входить только с помощью «этой» (תאז). И даже Моше Рабейну, мир ему, сначала входил в шатер откровения говорить с Б-гом только с помощью «этой», как сказано: «И

позвал Моше, и говорил Б-г с ним» (там же 1:1). Кто это звал Моше? Маленькая Апеф в слове

«ваикра», а потом уже Б-г говорил с ним. Из какого места Он говорил? Из шатра откровения. Мы уже

сообщили тебе, что этот шатер - это дом, где Б-г обитает всегда. И это качество (Малхут) стоит и

защищает Израиль в момент бедствий. О ней сказано: «Если ополчится на меня полк, не убоится

сердце мое; если встанет на меня война - на эту я полагаюсь» (Теилим 27:2). Она сидит с евреями в

изгнании и утешает их сердца, как сказано: «Эта - мое утешение в бедности» (там же 119:50). Она же

связывает структуру Меркавы, как сказано: «Эта - твоя высота, подобная пальме» (Шир а-Ширим 7:8).

Через нее евреи удостоились получить письменную Тору с помощью устной, как сказано: «Эта - Тора, человек, когда умрет в шатре...» (Бемидбар 19:14). Благодаря этому мы входим в объяснение

письменной Торы, так как «Эта» является устной Торой, и, в результате, Израиль удостоился

унаследовать свою землю. Ведь и сама она обитает на земле, как сказано: «Эта - земля, которая

попадет вам в наследство» (там же 34:2). Она также является великим благом, из которого мы

входим в жизнь мира грядущего, как сказано: «Эта - наследие рабов Б-жьих» (Ишайя 54:17). С ее

помощью Израиль получает все добро и благословения, как сказано: «И эта - что говорил им отец их, благословляя их» (Берешит 49:28). Если бы не «эта», откуда взялось бы благословение? И Моше

Рабейну с ее помощью в завершение благословил Израиль, как сказано: «И эта - благословение, которое дал Моше... сынам Израиля» (Дварим 33:1). Это качество, свойственное Малхут, которое

удостоился обрести Йеуда, как сказано: «И эта - для Йеуды...» (там же 7). Б-г предупреждает Израиль

и побуждает их хранить это качество и вести себя с ним по чистоте, как сказано: «Да не будет видно у

тебя ничего позорного, иначе отступит от тебя» (там же 23:15). Шаарей Ора, врата 1.


Сила Шхины поднимет человека выше и даст ему прильнуть к свету

Святого, благословен Он, по принципу «С этой войдет Аарон

всвятилище» (Ваикра 16:3). Ведь свет Шхины — это как душа в теле, а у

нас нет постижения в духовных и абстрактных светах самих по себе.

Наше постижение затрагивает в основном только свет, облаченный в

одеяние, то есть в тело. Ведь и в человеке мы никоим образом не

можем постичь душу и его собственную сущность, разве что

посредством их облачения в его тело, органы и вытекающие из этого

проявления его жизни. Точно так же и заповеди — это свет в сосудах, благодать, одетая в облачения. Мы можем взять в руки тфилин и цицит, прикоснуться к сукке и лулаву, поскольку они сделаны в виде того, что

доступно нам в жизни. Однако внутри они заключают огромную

благодать. У всех этих заповедных предметов есть настоящая душа. В

лулаве есть удивительная и очень сладкая живая душа, тфилин и цицит

— живые сущности, облачения света, проводники святости, соединители миров, материя и дух в единстве. Так мы можем

прикоснуться к краям земли, к подножию трона Творца — к свету Шхины, облаченному в одежды нашего мира в виде заповедей и изучения Торы

и т. п. Все это внешне связано с понятиями материального мира, представляя собой облачение, но при этом соединяет нас с внутренней

сутью — с настоящим светом. С помощью этого света мы способны

подняться гораздо выше, познать и увидеть, что над этими светами

существуют другие, более величественные и могучие, скрытые и

неуловимые. Изнутри облаченного света мы можем слегка отведать вкус

и лишь приблизительно представить, что такое свет, пребывающий над

облачением. Из известного можем подняться к тому, что за пределами

известного.

Об этом сказано в Зоаре: ««Известен во вратах муж ее» (Мишлей

31:23) — это Святой, благословен Он, ибо Он познается и становится

доступен в меру того, что человек представляет в своем сердце» (1, 103

б). Иными словами, «муж» — это свет Святого, благословен Он, который

является Мужем Шхины. А сама она называется «вратами» (Зоар 3, 256

б, 258 б; Шаарей Ора, вр. 1 и др.)41, по принципу «Вот врата для Б-га»

(Теилим 118:20).


41 «И поскольку Тора от нее дана, сказал Моше: «И увидишь Мою спину...», ибо пророк и

мудрец не может подняться наверх без нее. Поэтому ее лицо называется внешними ключами, а лицо, что внутри, - внутренними ключами. И уже сказано выше, что если нет у человека внешних ключей, с

чем он войдет? И потому говорится: «Это врата Б-га». Поскольку нет постижения у пророка, провидца

и мудреца без нее, сказал пророк: «Так сказал Б-г: да не хвалится мудрый мудростью своей... но

лишь этим восхваляется хвалящийся... познанием Меня». Поэтому Яаков научил ей своих сыновей и

дал им предание от нее, о чем написано (Берешит 49): «Эта - о чем говорил им отец их». И Давид, у

которого было предание о ней, сказал о ней: «Если ополчится на меня полк...» Он намекает на нее

этой короной и возносит мысль к ней, говоря: «Не убоится сердце мое»». Тикуней Зоар 11 б.


Это врата к верхним мирам, которые выше нашего. Через нее мы

восходим к вершинам верхнего света42.


42 Ее имел в виду рав Кук в статье «Жажда Б-га живого», когда писал: «Нужно показать путь, как входят в зал через врата. Врата - это Божественность, раскрывающаяся в мире во всей его

красоте и великолепии. Во всяком духе и душе, в каждом животном и насекомом, в каждом растении

и цветке, и каждом народе и государстве, в море и его волнах, в небесной лазури и в красоте светил, в таланте любой речи, в идеях любой книги, в воображении любого поэта и раздумьях любого

мыслителя, в чувствах чувствующего и в силе сильного. Эта высшая Божественность, которой мы

стремимся достичь, чтобы быть поглощенными ею, раствориться в ее свете, но не можем придти к

полной степени удовлетворения нашего желания, сама спускается к нам в мир. Мы находим ее и

наслаждаемся ее любовью, обретаем спокойствие и мир в ее покое» Орот, стр. 119.


Святой Зоар учит, что Муж познается посредством врат (шеарим), то есть благодаря Шхине. И каким же образом? С помощью того, что

человек представляет (мешаер) в сердце. А смысл в том, что это

представление есть попытка постичь и приблизиться к чему-то

высокому, что еще не постигнуто. То, что человек в силах постичь, называется

постижением

или

знанием,

а

то,

что

не

в

силахдействительно постичь, то может, по крайней мере, представить

или предположить. Представление — это всегда взгляд на не

постигнутое посредством уже постигнутого. Например, исходя из силы

Творца в материальном мире, мы можем слегка представить Его

могущество в верхних мирах, как сказано: «От голоса вод могучих, от

волн морских могуч в высях Б-г» (Теилим 93:4). Здесь имеется в виду, что исходя из взгляда на могучие воды и морские волны, человек может

получить некое впечатление и предположить могущество Творца в

высях, хотя само по себе оно никак не постигается, ибо превышает

разумение людское. Тем не менее, у этого могущества есть пример в

нашем мире, и в силу взгляда на этот пример можно постичь его

источник наверху. Это и есть «представление»43 — благодаря взгляду

на свет, облаченный в сосуд и доступный постижению человека, он

может слегка оценить, какова благодать, превышающая его постижение.


43 «Это простое и ясное разумение: все события в мире, все создания и их действия, все

детали их бытия, природа, свойства, качества, образ жизни в материальном, и тем более в духовном

- все это суть проявления совокупности всей реальности. Разум и сила духовного представления

способны найти корни в их источнике. В этом принцип «тайна Б-га - трепещущим перед Ним» и идея

причастности к Высшему» (Орот а-Кодеш 2, стр. 394). См. Орот а-Кодеш 1, стр. 101 и далее, стр. 211

и 218.


С помощью «врат», то есть Шхины, он отдаленно представляет

сияние ее Мужа — Святого, благословен Он44. Все это очень глубокие

идеи.


44 На эту тему Рамхаль дает основополагающее объяснение: «Высшая воля пожелала, чтобы

управление, помимо того, что оно управляет нижними творениями, также и раскрывалось через них.

Для этого творения созданы так, чтобы проявлять это управление самой своей формой. Творений

должно быть столько же, сколько частей в этом управлении, так что из каждой силы в управлении

будет исходить одно творение, и оно будет раскрывать ее своей формой, свойствами и

особенностями. Но для этого нужен посредник - то, что направит законы управления к раскрытию

через творения. Кто сделает так, что одна сила будет проявляться через ухо, другая - через рот, третья - через яблоко, четвертая - через воду, а пятая - через серебро? Несомненно, нужен свет, который будет способен на это - переводить управление в материальную форму. Все это заключено в

Малхут, и в этом смысл слов «Картину Б-га созерцает». Малхут называется «картиной Б-га», ибо она

вызывает воображаемые картины, о которых мы упомянули, говоря о сфирот. Ведь она является

корнем всех нижних творений и всего их бытия. Там заложен этот принцип, чтобы законы

проявлялись в формах тел внизу, но форма там все еще духовная, ибо все распространяется

постепенно. Там запечатлена духовная форма, а затем она приходит к материализации. Люди в

силах постичь верхние света только так, как они соотносятся с ними, то есть в качестве корней для их

форм. Согласно этому, постичь можно только в Малхут, в которой заключен принцип образов и вид

верхних светов и их поведения. В этом смысл слов «Только этим пусть хвалится хвалящийся...», ибо

постижение приходит лишь таким образом» (Калах Питхей Хохма, гл. 9). В Орот а-Кодеш 2, стр. 348, рав Кук написал следующее: «Все скрытое мы должны представлять через соотношение с тем, как он

воспринимается в нашем разуме и в нашей силе воображения, когда она освещена светом разума.

Так мы входим во внешние врата драгоценных познаний сверхчувственных вещей. И после того, как в

нас утвердится представление о том, как все вещи пребывают в подлинной духовной реальности в

соотношении с нашим умственным образом, тогда сумеем расширить границы познания на ту

обширную духовную реальность, которая выше нашего бытия. Но если не двинуться постепенно от

внутреннего образа к внешнему миру, то никак не найдем желаемое в духовных постижениях». См.

Айн Яэ, Брахот 1, стр. 162; Шмона Квацим 5:86, 7:122; Арпилей Тоар, стр. 74, а также Эвен Шломо

8:19; Решит Хохма, врата любви 4:32; Ахат Шаалти, стр. 231 и далее.


Совершенное знание Всесильного


В этом причина и смысл того, что постижение Божественности в

основном происходит через Шхину — мы должны узнавать Творца из

самих себя и так подниматься выше, восходя все более над тем, что

доступно нам внутри нас самих. Таков важный принцип в книгах по

Каббале: постижение совершается именно через Шхину. Эта идея

получила широкое и богатое развитие у рава Кука во многих статьях.

Там он учит и наставляет, что совершенство познания Б-га зависит от

Шхины, от принципа «Наполняющий все миры». Нужно познать Творца

как душу всех миров и таким образом взойти над тем, что проявляется в

нас, к свету Святого, благословен Он, который выше нас. Об этом рав

Кук написал в начале «Орот а-Тхия», что совершенное и сладостное

понимание Божественного сознания дается через отношение между

Божественностью и мирами, подобное отношению между душой и

телом45.


45 «Наиболее полное и сладостное понимание в познании Б-га - познание соотношения

Божественного и мира во всех его мелких деталях, материальных и духовных; соотношение души, духовной стороны, которая оживляет и наполняет светом бытия и процветания, с телом, тем, что

нуждается в жизни, свете и процветании» (Орот, стр. 48).


Как известно, душа и тело не враждуют друг с другом, а напротив, согласуются и светят вместе. Душа дает жизнь телу и поддерживает его, а тело проявляет душу. Вся его красота — это окно, через которое видна

красота души. С ней можно связаться именно через тело. То же самое

между Творцом и мирами: все миры получают жизнь от Него, как

сказано: «А Ты оживляешь всех» (Нехемия 9:6). Они же со своей

стороны представляют раскрытие Божественности. Красота творения, его сила и мощь — это окна, ведущие к красоте Бесконечного и к

беспредельной силе на вершине совершенства.

Рав Кук учит, что на самом деле «главная вера обращена к величию

совершенства Бесконечного». Но это совершенство не познается само

по себе, а только посредством того, как мы постигаем его проявление в

творении. Все, что проникает в сердце из света Творца, ничтожно в

сравнении с тем, что можно представить. А это последнее — словно

ничто в сравнении с тем, что существует в действительности46.


46 «Главная вера - это вера в великое совершенство Бесконечного. Все, что входит в сердце, -

это ничтожная искра в сравнении с тем, что еще можно представить. А то, что можно представить, даже и ничтожным не назовешь в сравнении с тем, что есть в действительности» (Орот, стр. 124).


Так мы понемногу поднимаемся из постигаемого и растворяем это

малое в Бесконечном, которое непостижимо. И в результате в глубинах

сердца образуется отпечаток от потрясающего сияния совершенства

Бесконечного, на фоне которого все словно и не существуют и как ничто

в сравнении с Ним (см. удивительные вещи, написанные Рамаком в

книге «Алима» 1:1:3). Те, кто поймут тайны в разделе «Познание

Всесильного» (Даат Элоким; издан в книге «Эдер а-Якар»), увидят, что

весь он основан на краеугольном камне Шхины, на сути света «я». Это

тайна провидца, который созерцает видение, приходящее свыше (как

видно из писем Райя, 44; см. также «Талелей Хаим, Элуль-Тишрей», приложение 9). Это основа для понимания духовных процессов в нашем

поколении,

корень

святости

всех

миров.

Это

процесс

совершенствования мира — подготовка сосуда для раскрытия верхнего

света. Миры не враждуют друг с другом. А исправление материального

служит сосудом для могучей Божественной души, которая проявится в

нем. Сильное развитие в мире в последние поколения — это подготовка

к другому колоссальному развитию, которое наступит уже скоро — к

душе мира, Шхине, украшенной прекрасными венцами. Она

вдохнетжизнь во все это могучее тело. Так секрет внешнего

совершенствования мира — приготовление к раскрытию внутренней

святости, света Шхины.


«Малое светило для правления ночью»


Следовательно, имя Авая соответствует Солнцу. В нем

сосредоточена вся мощь света в изобилии. А имя Элоким — это щит, сокращение света. Мы видели также, что имя Элоким отражает идею

Шхины. Значит, есть глубокая связь между тенью и Шхиной, которую

представляет Луна. И действительно, Луна — это «тень» Солнца. Ведь

она собирает солнечный свет и проводит его в наш мир в ограниченном

и умеренном объеме. Все это создает такое явление, как ночь. Свет

Солнца уходит, а его место занимает власть Луны, которая преграждает

ему путь и проводит его ночью лишь в определенной мере. Состояние

ночи аналогично нашему миру: мудрецы говорят, что он похож на ночь.

Главная идея здесь в том, что ночь окутана тьмой, и человек полон

сомнений и неясности. Слово «вечер» (эрев) тоже связано с этим — оно

происходит от слова «смешение» (ирбув), в отличие от утра (бокер), связанного со словом «различение» (бикур), как об этом говорит Рамбан

в комментарии к Торе (Берешит 1:5). Утро позволяет критически

мыслить и различать одну вещь от другой. А ночь создает сомнение и

неясность в мире, оставляет место для ереси и заблуждений, предоставляя свободу выбора и пространство для человеческой

деятельности. Когда же утро проливает свет, люди отходят от своей

работы и места выбора, потому что и так уже все ясно и очевидно — нет

сомнений, нет вопросов и путаницы, а значит, нет и выбора, веры и

усилия для следования за Б-гом. Получается, что ночь оставляет место

для жизни в нашем мире, что становится возможным благодаря власти

Луны, «укрывающей» от большого света, затмевающей его и

проводящей в малой мере, согласно уровню творений. Например, Б-г

мог бы вмиг устранить всех наших врагов и построить Храм, но Он

пожелал дать место людям, чтобы они трудились, старались и

поднимались. Поэтому Он «сдерживается» и скрывает Свою власть и

могучую силу. Он сворачивает свет перед тьмой, скрывает Свое лицо, давая Своим детям плоды труда и работы, чтобы они сами исправили

все миры и порадовали Б-га. Исправление должно приходить именно

снизу.


Создание места для человека


Следовательно, правление Луны призвано создать преграду для

света Солнца и провести его в соответствии с правильной мерой и

степенью. В этом же состоит и секрет тени сукки. Она подобна Луне

напротив Солнца. Намек на это содержится в словах Писания, показывающих, что сукка — это затемнение света: «Поставит тьму

укрытием Себе, суккой вокруг Себя, темнота воды от туч небесных»

(Теилим 18:12). Отсюда видно, что сукка представляет собой темноту, она затмевает свет. Таргум Йонатан перевел эту фразу так:

«Располагает Свою Шхину в тумане и возвращается в облака славы».

Следовательно, Шхина проявляется именно в тумане. Отсюда можно

понять, что принцип облаков славы — это как раз сокрытие: «Облако и

туман вокруг Него» (Теилим 97:2). Облако создает покров, заслоняющий

яркий свет, как сказано: «Закрылся Ты облаком» (Эйха 3:44). Мы видим

прямое указание на то, что суть облака — это именно сокращение света, а не его раскрытие. То же верно и в отношении сукки, которая является

затемнением и сокрытием, тенью перед солнцем. Это соответствует

Луне, которая тоже уменьшает свет.

Известно, что сокращение образовало место, в котором были

созданы и сотворены миры. Прежде, чем это произошло, все было

заполнено бесконечным светом, а сила сокращения выразилась в виде

его удаления и создания свободного от него пространства, которое и

стало этим «местом». Получается, что принцип сокращения и принцип

места имеют один и тот же корень, и то же самое можно сказать о сукке.

Ведь она предоставляет человеку место, обитель, и самой своей сутью

намекает на свободное пространство. Это жизненный простор для

человека, в котором проявляются его свойства и особенности его жизни.

Итак, сокращение создало пространство, и суть сукки — тоже

пространство, как говорит Гмара (Эрувин 3 б): «О пространстве сукки мы

учим», что и дает возможность человеку проживать в ней. В книге

«Питхей Шеарим» таким же образом объясняется идея сокращения —

оно создает место в соответствии с мерами человека и особенностями

его жизни (Нетив а-Цимцум, гл. 4):


«Еще каббалисты сказали, и это разбирается в писаниях

святого учителя (Ари), что цель сокращения и сотворения мира

заключалась в том, чтобы у человека был выбор. Благодаря

этому в мире будет место для зла, появится злое начало и

«другая сторона», сопротивляющаяся святости. А человек

посредством своего правильного выбора примкнет к добру и к

воле Б-га. В результате этого преумножится награда его, ибо

тогда и зло само вернется к добру. Это произойдет в будущем, как написано: «И дух нечистоты изгоню... и будет Б-г один».

А смысл в том, что в этом сама суть Его силы — сокращать

Свое всемогущество. Так это выглядит с нашей стороны, будто

Он устранил Свое беспредельное совершенство и сотворил

ограниченных существ, которые спускаются с одной ступени на

другую, более низкую, пока не появляется человек внизу, в

предельной низости, в материальном мире. Здесь слава и сила

Творца не постигаются и вовсе не видны сотворенным. Отсюда

возникает соблазняющая сила в человеке, подвигающая его на

всякие грехи и проступки, на отрицание высшего провидения, на

мысли, будто «нет закона и нет Судьи», а человек по природе

своей волен делать, что ему вздумается. Если в силу своего

выбора он склоняется к доброй стороне и приближается к

святости, то связывается с ней и приводит к тому, что высшая

святость раскрывается постепенно и понемногу, пока в конце

шести тысяч лет существования мира не проявится вся

святость Творца внизу. Тогда исчезнет зло, и осуществится

цель, ради которой Его воля создавала мир. Все это совершится

с помощью Израиля и Торы. Мудрость Творца определила, что для

этого понадобится вся длительность шести тысячелетий. Все

это время Б-г движет мир в Своей глубокой и удивительной

мудрости, скрытой от нас, и ведет к раскрытию добра, к

смягчению зла и его исчезновению, к совершенству Его воли в

мире. Получается, что корень всего этого — наверху, в месте

мира. Мы имеем в виду, что благодаря тому, что было сделано

сокращение совершенства, вышел корень, из которого в

дальнейшем появится зло внизу. Корень сил суда тоже находится

там, как будет объяснено далее, с Б-жьей помощью».


Суккот и дни трепета


Дни трепета и дни Суккот


Принцип сукки как тени будет вполне ясен, если мы взглянем на все

праздники Тишрея, как на единое целое, — как на процесс, состоящий

из нескольких этапов. Тень сукки станет понятна в качестве одного из

этапов этого святого процесса, происходящего в Тишрее. Чтобы это

понять, нам нужно вернуться и напомнить то, что мы уже видели

прежде: действие Творца в сотворении мира включает два акта.

Сначала Б-г являет безграничный свет, который творения не могут

выдержать. Но он воздействует на них, делая их причастными к высоким

вершинам в священном полете. Так в них выстраивается возвышенное

святое стремление кверху. Вслед за этим Б-г сокращает Свой свет, начиная процесс исправления, и проводит его через отверстия и окна, в

меру способности сосудов получать его.

Этот принцип верен во всех мирах и на каждой ступени. Такой

порядок действий повторяется каждый год, поскольку ежегодно миры

полностью обновляются. Таким образом, дни трепета и праздник Суккот

имеют корни в двух этих актах — в привлечении безграничного света и в

его сокращении и адаптации к людям.

Дни трепета буквально соответствуют свету, который превыше

всяких мер и границ. Это «свет Солнца во всей его мощи». Поэтому они

называются «грозными» днями в силу раскрытия Божественности в ее

могуществе, по аналогии со словами «Как грозно это место» (Берешит

28:17). Известно, что слово «грозный» (нора) указывает на Тиферет (об

этом сказано во многих местах; например, Кеилат Яаков, раздел

«нора»). Это отражено в эпитетах применительно к Б-гу: «Б-г великий, могучий и грозный». О Рош а-Шана говорится: «Когда скрывается вдень

праздника нашего» — это время сокрытия Луны. Она становится

маленькой незаметной точкой и не совершает никакого действия. Это

намек на власть дня, правление Солнца, которое длится с первого по

пятнадцатое Тишрея. Но к началу Суккот Луна вновь становится полной.

Это Шхина, облака славы, а также тень, которая встает и облачает

сияние Божественности и дает место творениям. Это дни милости,

«правая рука обнимает меня» (Шир а-Ширим 2:6).

Получается, что дни трепета предшествуют Суккот, потому что так

заложено в корне миров. Свет Бесконечного там предшествует

сокращению и умеренному его привлечению. И действительно, дни

трепета пробуждают в нас возвышенные чувства и сияние

Божественности. Наша душа напрягается в рвении и страхе, вставая

перед высшим Царем с трепетом и самоустраняясь перед Ним. Царь

открыл Свое лицо, и Его святость растворяет всякое живое существо. А

принцип сукки — это как раз облачение верхнего света в границы и в

милосердие. Луна встает и преграждает путь свету Солнца, по принципу

«Сделает тьму укрытием Себе, суккой вокруг Себя» (Теилим 18:12).

Сукка сокращает властвующий во всем свет и оставляет его над схахом, создавая свободное от него пространство, пустоту, в которую она

проводит свет умеренно, через отверстия и окна. О ней сказано, что

тень должна быть больше, чем просветы, по принципу «Женщина

окружит мужчину». Здесь Шхина преобладает над Святым, благословен

Он. Тогда свет проявляется в царских облачениях (Малхут), оставляя

место для людей. Намек на это содержится в самом слове «сукка». В

нем буквы Самех-Гей окружают и охватывают буквы Каф-Вав. Первые

равняются численно имени Адонай (Шхина), а вторые — имени Авая

(Святой, благословен Он).

Известно, что сокращение образовало «место», в котором были

созданы и сотворены все миры. До этого все было заполнено светом

Бесконечного, а сила сокращения удалила этот свет и образовала

свободное от него пространство. Следовательно, понятия «сокращение»

и «место» связаны общей идеей, и в этом же принцип сукки.

С этой точки зрения, праздник Суккот — это явление полной

величины человека, в отличие от дней трепета, когда он стоял перед

Божественным в самоустранении, словно превращаясь в ничто. Сукка —

это принцип бытия (еш,שי), корень миров, тайна 310 (שי) миров. Они

возникают с помощью принципа «еш», а не «айн» (ничто). В самом деле, если поставить праздник Суккот в соотношение с днями трепета и

проанализировать его суть и заповеди как части единого процесса, становится заметно, что сукка — это сокращение света и

предоставление места человеку. В сравнении с предшествующими ей

грозными днями, когда Божественность раскрывается во всей силе, сукка смягчает свет и привлекает его в утонченной форме, подходящей

для творений. Вот почему это дни радости — в них есть место для

человека и просторов жизни (см. Орот а-Тшува9:10).


Сукка — выход из постоянного жилища или создание места


После всего сказанного следует припомнить то, что мы исследовали

в словах Гмары. Это был вопрос о сути сукки в качестве жилища. Мы

видим в Гмаре, что по одному из подходов главная суть сукки — это

временное жилище. Всевышний словно говорит человеку: «Уйди из

постоянного дома и поселись во временном» (Сукка 2 а). С этой точки

зрения, сукка нацелена на отрицание постоянного дома человека. Она

требует перехода именно во временное жилище. Значит, главный

посыл, заложенный в ней, — это освобождение от привычного образа

жизни. Но есть и другие подходы в Гмаре, согласно которым сукка — это

не временное жилье, а постоянное (Сукка 7 б). Можно предположить, что по этим мнениям суть сукки заключается в чем-то другом — не в

выходе из постоянного жилища, а в новом понимании того, что же

вообще такое дом. Иными словами, в дни перед Суккот мы похожи на

людей, у которых вообще нет дома и места в мире, а сукка — это когда

Всевышний собирает нас к Себе домой. Это подобно переходу из

состояния изгнания, где мы бредем, бездомные, не находя себе места, в

состояние, где Творец берет нас в Свой дом и предоставляет место.

И действительно, в книгах Хасидута объясняется, что сукка — это

место, которое Творец создает для нас после дней трепета. В эти дни

все мы возвращаемся в раскаянии, а одно из условий раскаяния —

изменение места. Значит, в это время у нас нет своего места, поскольку

мы изменили себя и на прежнее место не возвращаемся. Поэтому

Всевышний создает нам новое — в виде сукки. Дается и другое

объяснение: после сильного побуждения к раскаянию, трудно вернуться

в материальный мир. Ведь мы поднялись к чудесным высотам, и потому

стали как бездомные, а Творец создает для нас новое место. Из всех

данных пояснений рождается возможность по-новому взглянуть на

сукку. Это не выход из постоянного дома во временный, а переход из

состояния бездомности к состоянию, когда Творец дает нам место.

Короче говоря, можно увидеть два подхода к сути сукки. Первый

подчеркивает, что это временное жилище, и главное здесь — что

невозможно постоянно в ней жить. Второй подход видит сукку как

образование места для творений. С помощью этого можно глубже

понять несколько споров в Гмаре, согласно их внутреннему смыслу.


Сукка и «пустое пространство»


Этот подход, согласно которому сукка — создание нового места, легко может сочетаться с тем рассуждением, которым мы занимались.

Рош а-Шана — первый день в году — это момент рождения миров. Тем

не менее могущественный свет Б-га в первые дни не имеет границ и не

оставляет места для творений в виду своей силы. Праздник Суккот —

это начало создания такого места. Тень сукки устраняет солнечный свет

и дает свободное от него пространство, чтобы созданные существа

могли жить там в рамках своей природы и на своем уровне. В этом сукка

подобна принципу сокращения, так как оба они создают пустое

пространство. До этого у нас словно нет своего места из-за того, что

слишком сильный свет заполняет все, а в дни Суккот, после усиления

Шхины, которая преграждает свет и укрывает нас, возникает свободное

место, где мы можем развиваться и действовать как люди, согласно

привычным представлениям жизни. Гмара (Сукка 5 а) толкует стих

«Небо — небо Б-гу, а землю Он дал людям» (Теилим 115:16) применительно к стенам сукки и учит отсюда, что, поскольку Шхина

никогда не спускалась ниже десяти ладоней, эти стены, чтобы быть

пригодными, должны быть по меньшей мере десять ладоней в высоту.

Это минимальный размер того, что дано людям на земле. Получается, что сукка — это как раз и есть данное людям; это принцип пустого

пространства и места для проживания, в сравнении с присутствием

Божественности, которая «обнуляет» все, в дни, предшествующие

Суккот.


«Страх Б-жий — хранилище его»


Трепет перед Б-гом — сосуд для получения


В начале раздела было упомянуто, что сукка — это принцип

покрова, и корень ее заключен в сфире Гвура, в силе ограничения и

сокращения, в имени Элоким. Это противоположно сказанному в

предыдущем разделе о другом смысле сукки — принципе окружающего

света, сфире Хесед, качестве Авраама. Два эти смысла — окружающий

свет и сила сокращения — это буквально и есть проявления Авраама и

Ицхака,

распространяющегося

милосердия

и

ограничивающей

строгости.

Отметим еще, что пространство — это именно принцип Гвуры, сокращение и удаление света. Об этом учит Гмара (Шаббат 31 а), называя трепет перед Небесами словом «хранилище», как сказано:

«Страх Б-жий — хранилище его» (Ишайя 33:6). Хранилище — это место

для получения, емкость, содержащая в себе благо и свет. Таким

образом, главный сосуд человека, пространство, куда можно получить

свет, — это трепет перед Небесами. Здесь заключена глубокая идея, которую мы объясним вкратце. Хесед — это деятельность одного лишь

Дающего, который изливает благодать на всех. Это похоже на

Божественный свет, не оставляющий места творениям. Хесед подобен

отцу, каждое мгновение дающему в силу своей доброты без всяких

ограничений, так что получающему ничего не приходится делать, ибо он

и такуже получает все, что хочет. В этом случае он становится

пассивным, и у него не остается возможности задействовать

собственные силы. Если некто находится рядом с великим мудрецом, который за него отвечает на все вопросы, ему не приходит

прикладывать старания, и он бездействует. Так, когда Хесед действует в

одиночку и без ограничений, он не оставляет места для существ

развиваться и совершенствоваться самим. Им не приходится ничего

делать. Вот почему приходит сила Гвуры, чтобы оградить их от действий

Хеседа и предоставить собственное место.

Сила сокращения — это одна из сил Гвуры, так называемая

«верхняя Гвура». Она проявляется в том, что верхняя сила сдерживает

распространение Хеседа, чтобы оставить пустое место ради

сотворенных существ. Но Гвура имеет отношение и к творениям внизу.

Там она проявляется в виде трепета перед Небесами, которым должны

обладать именно сотворенные. Мудрецы сказали об этом: «Все в руках

Небес, кроме трепета перед Небесами» (Мегила 25 а). Идея в том, что

такой трепет — это предстояние человека перед Божественным, восприятие его величия, силы и грозности, которым нет предела; все

перед Б-гом словно ничто. Это не может находиться в руках Небес, поскольку познать это должен человек. Ему нужно узнать свой Источник

и ознакомиться с Его величием, поняв, что все зависит от Него (см.

Маараль, Нетивот Олам, путь трепета перед Небесами 1). На практике

это единственное, что находится в руках человека. Ведь вся благодать

приходит свыше, и только одно — сам взгляд сотворенного существа на

свой Йсточник — не принадлежит Небу, ибо коренится в самом

творении. Смотреть снизу вверх, познавать величие Б-га и то, как все от

Него зависит. Это и называется «трепетом перед Небесами». Это

отношение творения к своему Творцу, только оно принадлежит

человеку. Лишь он один может взглянуть на Создателя, как следствие

на свою причину. Вот почему этот трепет не находится в руках Небес.


Гвура и трепет


Само отношение творения к Творцу в виде трепета перед Небесами

— это и есть создание места для сотворенных существ. Человек со

своего места, из своего мира и территории, стоит и смотрит на свой

Корень, познает, что весь мир и вся жизнь зависят от Него. Ведь Творец

— это основа и корень всех миров, и все держится на Его слове. Кроме

Него ничего нет. Такой взгляд может существовать, только когда у

творений есть свой мир и собственное бытие. Иными словами, трепет

возможен только там, где существует пустое пространство. Ведь сама

суть этого трепета — признание того, что все миры зависят от Творца, что Он является основой и корнем их и дает им жизнь. Это признание

наступает, когда творение находится в своем мире и оттуда смотрит

вверх и познает, как все произошло от Создателя. Но если бы творение

вообще не возникло, и места для него не было бы, а все оставалось бы

поглощенным светом, то и трепет не мог бы раскрыться — не было бы

того, кто взглянул бы вверх и познал величие Творца.

Можно описать это на примере ребенка. Пока он маленький, у него

еще нет разума, а его родители — единственные, кто существует для

него. Ведь все бытие человека определяется его сознанием, а у кого его

нет, тот словно и не существует. Так в годы младенчества родители

делают за него все, а ребенок не проявляет самостоятельности, как

будто его нет. Это похоже на то, что мы сказали об окружающем свете и

Хеседе: у получающего нет своего бытия и позиции, и потому он вовсе и

не узнает того, кто дает ему. Но когда ребенок подрастает, и его

сознание увеличивается, он начинает воспринимать себя как отдельную

сущность. Тогда он оказывается способен увидеть и тех, кто дает ему и

делает добро, и осознать, что он это добро получает, а родители дают.

И пока у ребенка еще не развилось сознание, он не созрел и не

понимает, что родители преисполнены доброты к нему, что его жизнь

зависит от них и их внимания к нему. Только с возрастом, когда он

входит в собственную жизнь, отдельную от родителей, он может понять

их и то благо, которое они ему дают.

Гвура создает суть творения, а значит, и трепет перед Небесами.

Ведь она устраняет благо, оставляя место для существования сосуда —

для человека. А когда человек существует, он может взглянуть вверх и

познать Источник, дающий ему. Это и есть «трепет перед Небесами». К

этому добавим, что мудрецы представляют этот трепет как хранилище.

Он готовит человека получить благо свыше. А у кого нет трепета, у того

словно нет и сосуда для получения. Дело в том, что главная работа

человека на земле — это трепет перед Небесами, то есть познание того, что все исходит от Б-га, и что Он есть все, и все — как ничто и как нуль

перед Ним. Кто признает, что это так, тот делает себя сосудом для

получения от Него.

Все дело в том, что Б-г поставил свое влияние в зависимость от

самих творений, от так называемого «пробуждения снизу». Если бы Он

изливал на миры благословения вне связи с этим нижним

пробуждением, то уничтожил бы этим саму их сущность. Все приходило

бы сверху, не учитывая степень прогресса творения, и тогда развитие и

самосовершенствование человека было бы лишено смысла. Это было

бы как у рабочих, которые все получают одинаковую зарплату в конце

месяца, независимо от того, кто как работал. Поэтому Б-г установил

принцип «пробуждения снизу» — Он дарует Свое безграничное

милосердие только в меру побуждения со стороны людей. Этот подход

связан с Гвурой — с предоставлением места получающим. В человеке

главная суть — это сознание. У кого истинное осознание всего, тот

понимает, что все исходит от Б-га, и сам просит у Него, подготавливая

свой сосуд получения. С другой стороны, отрицающий реальность Б-га и

не обладающий трепетом, который позволил бы признать, что Он —

источник всего, закрывает себя от благословения. Он словно хочет сам

стать источником блага, и потому у него нет сосуда, чтобы получить что-

либо свыше. Следовательно, получение блага свыше зависит главным

образом от трепета перед Небесами, а он — от самого человека и от

признания того, что все исходит от Б-га, и что Б-г — основа всего.


Трепет перед Небесами и пустое пространство


Отсюда мы учим, что трепет перед Небесами — это и есть пустое

пространство, то есть принцип существования творений в их

собственном бытии и сознании. Только когда они обладают своим

сознанием, они могут постичь Творца, признать Его реальность и силу.

Получается, трепет перед Небесами относится именно к пустому

пространству и к автономному бытию творений. Это сильно отличается

от

Хеседа,

который

представляет

безграничное

проявление

Божественности, совсем не оставляющее места человеку, а

растворяющее все в сиянии своего яркого окружающего света, который

превыше всех границ и места творения.

Итак, мы выучили глубокую идею: пустое пространство — вот

корень страха пред Б-гом. Ведь оно создает место и статус для

творений. А когда они существуют, можно дать им заповедь взглянуть

вверх и признать Творца источником всего. Все это определяется

качеством Гвура, создающим завесу и границу для света и дающим

место творениям. Оно же само является и способностью с их стороны

смотреть вверх, признавая Творца. Таким образом, трепет перед

Небесами — проявление Гвуры.


Особое свойство сукки —

наделять трепетом перед Небесами


Сукка обладает чудесной особенностью — наделять качеством

трепета. А ведь, как известно, это есть корень всего: главная работа

человека — обретение трепета, так как все остальное находится в руках

Небес. В силу этого трепета человек укрепляется во всех делах, поскольку он приводит к усердию в изучении Торы, и сам собой человек

обретает ее. Это также приводит его к молитве из глубины сердца и к

сосредоточению сердца на Вездесущем. Заповеди тоже совершаются в

силу трепета, как сказано: «Итог всего услышим: Всесильного бойся и

заповеди Его соблюдай, ибо в этом весь человек» (Коэлет 12:13). И еще

говорится: «Счастлив человек, который трепещет перед Б-гом и

заповедей Его сильно желает» (Теилим 112:1). Трепет перед Небесами

приводит человека к тому, чтобы скрупулезно относиться к заповедям и

исполнять их с радостью. Выходит, все ключи к благословению зависят

от этого трепета, но его очень трудно обрести. Человеку нужно пробить

свое ограниченное восприятие, в котором он видит только себя и свой

мирок, и познакомиться с Творцом. О трепете перед Небесами в Зоаре

говорится (1, 12 6):


««В начале сотворил Всесильный». Это первая среди всех

заповедей и называется она «страхом Б-жьим», который назван

«началом», как написано: «Начало мудрости — страх Б-жий»

(Теилим 111:10), «Страх Б-жий — начало знания» (Мишлей 1:7). И

поскольку это названо «началом», это врата, чтобы подняться к

вере. На этой заповеди держится весь мир... Главный страх —

когда трепещет человек перед Г-сподом, поскольку Он велик и

правит, основа и корень всех миров, и все перед Ним словно не

существует, как сказано: «И все обитатели земли как ничто

считаются» (Даниэль 4:32). Нужно обратить волю к тому месту, что называется трепетом».


Зоар учит нас, что главное в трепете — это признание того, что Б-г

является основой и корнем всех миров, и все перед Ним словно не

существует. Это очень трудно постичь; трепет — это буквально граница

взгляда на Божественное, когда человек понимает, насколько все

ничтожно перед Ним. На самом деле, никто не может ничего постичь в

Самом Творце, и потому такой трепет очень трудно обрести. Все

остальные качества связаны с проявлением Б-га. Тора, например, —

одно из Его проявлений, и она постижима для человека. Поэтому

относительно легко достичь любви к ней и изучать ее. То же самое

можно сказать и о других качествах, опирающихся на проявление в

нашем мире согласно нашим понятиям. Но трепет перед Небесами, перед величием Б-га — это наше отношение к Нему Самому, познание

того, что все миры перед Ним — нулевая величина. Чтобы увидеть их

ничтожность, нужно, на первый взгляд, сравнить их с Его величием и

через это познать их как нуль. Но ведь Самого Б-га никак не постичь, а

значит, нельзя противопоставить Его величие в сравнении с мирами.

Человек постигает только сами миры, а не грандиозную высоту Творца.

Получается, что истинный трепет обретается только вследствие

свечения души, поскольку это она познает и чувствует желанием сердца

реальность Б-га. И хотя глаза и разум ничего не воспринимают, в

глубинах

души

есть

ощущение.

Это

таинственное

чувство

запечатлевает в сердце человека подлинный страх перед величием Б-

жьим. «Не увидит Меня человек, оставаясь в живых» — но душа

чувствует Его присутствие и совершенство. Она смело руководит

человеком и вызывает у него трепет перед Небесами. Следовательно, сокровище этого трепета в основном появляется в силу сияния души, которая источает свет на человека и внедряет в его сердце впечатление

о высоком Божественном совершенстве, о непреложности Его бытия и о

том, насколько все ничтожно перед Ним.


Испорченный покров и исправный покров


Отсюда мы уразумеем и поймем, что сукка — это и впрямь чудесная

сила и свет, позволяющий обрести настоящий трепет перед Небесами.

Ведь она представляет собой покров, преграждающий путь свету и

дающий место человеку. Впрочем, известно и то, что такой покров

может заставить людей упасть вниз, поскольку скрывает от них свет, и

они становятся склонны грешить и огрубевать на материальном плане, пока не забывают о существовании Творца. Если б покрова не было, никто не сумел бы забыть о Нем. Именно этот покров, создавший место

для людей, по принципу сокращения, способен предать Б-га забвению в

сердцах людей. Таково зло, вытекающее из сокращения света и его

сокрытия. Это называется «другими богами» (элоим ахерим), которые

черпают жизнь из верхнего Источника — из имени Элоким (после того, как оно комбинируется в 120 сочетаниях, кпипот сосут из него

жизненную силу — Шаар а-Каванот, раздел о Песахе). Из-за сокрытия

Божественности зло осмеливается проявиться и требовать право

распоряжаться миром, вводя людей в грех мыслью о том, что они

существуют независимо и самостоятельно, и заставляя их бунтовать

против Б-га.

Следовательно, покров — это то, из-за чего творения могут упасть.

Если свет слишком огрубеет, поскольку покров будет очень плотным, то

люди погрязнут в материальном мире, пока не забудут о реальности Б-

га. Значит, этот покров должен иметь строго верную величину. С одной

стороны, если его совсем не будет, творения растворятся в бесконечном

свете. С другой — будь он чересчур плотным, они падут в глубины

нечистоты и, предав забвению Б-га и само Его бытие, опустятся в самый

низ, где уже не смогут устоять. Это подобно удивительно точному

расстоянию между земным шаром и Солнцем. Если бы Солнце был чуть

ближе, ничто не уцелело бы на Земле из-за его жара и сжигающих все

лучей. А было бы оно слишком далеко — все замерзло бы насмерть из-

за сильного холода, восторжествовавшего из-за отсутствия солнечного

тепла. Это явление в физическом мире сделано по образу своих

духовных корней, по принципу верной пропорции между лучами

духовного Солнца и творениями. В этом секрет покрова, стоящего перед

Божественностью, который оставляет место людям, но так, чтобы Его

реальность не оказалась забыта (см. в книге Орота-Тшува 16:12).


Сукка — правильное отношение человека к Б-гу


Теперь можно понять тайну сукки, которая как раз и является этим

исправным покровом, создающим верную пропорцию между светом и

сосудом. Все это заключено в ее частных законах. Дело в том, что на

протяжении всего года люди живут у себя дома, и такая жизнь способна

причинить духовное падение и забвение Б-га. Покров становится

слишком плотным и отделяет человека от Б-га, превращаясь в

железную стену между Израилем и его небесным Отцом. Поэтому наш

Всесильный Б-г заповедал нам семь дней проживать в сукке. Первый

день года (Рош а-Шана) — это момент нашего рождения, и эта фаза

охватывает все до Йом Кипура. А сразу же вслед за этим приходит

заповедь жить в сукке. Она призвана внедрить в наши сердца

правильный принцип покрова — верную пропорцию между светом и

свободным местом для человека. С одной стороны, не должно быть

избытка света, который стер бы суть человека, а с другой — покров не

должен быть слишком плотным, заставляющим забыть о реальности Б-

га. В этом-то и заключается суть сукки, которая призвана оздоровить

отношения между нами и Творцом, поставив их в должное равновесие.

Сквозь этот покров проникает лишь мягкий свет.


Сукка в сравнении с домом


В сказанном выражается разница между суккой и домом человека. У

дома потолок, а сукка покрыта схахом. Потолок отрезает от того, что

находится выше. Кто сидит в доме, о нем не скажешь, что он сидит в

тени — ведь тень бывает только под солнцем. Дом отрезает жильца от

солнца, которое будто совсем в другом месте. Но все иначе в сукке: там

человек сидит как бы снаружи помещения, под солнцем, только сверху

его укрывает тень. Сукка — это жилье, связанное с небом, с верхом; она

не похожа на дом — место, оторванное от источника.

Возможно, именно поэтому Б-г поселил нас в сукке после исхода из

Египта. Ведь Египет был похож на плотный дом, оторванный оттого, что

над ним. Фараон, как известно, не признавал Б-га; он был как пустое

пространство в большом сгущении и отрыве от Божественности

(Ликутей Моаран 1, 64:6; Талелей Хаим, Шмот, глава Бо). Вот почему Б-г

заповедал жить в сукке в память об исходе. Это чтобы напомнить нам о

правильном отношении между человеком и Б-гом.


Сукка и дождь в праздник


Схах не должен заслонять от дождя


Сукка — это правильная пропорция между Источником и человеком, и в этом она отличается от дома. То же самое можно выучить из

Тосафот (со слова «потому что») в начале трактата Сукка. Тосафот

затрагивают спор в Гмаре о том, должна сукка быть временным (иметь

слабые стены) или может быть постоянным жилищем. Там написано, что по всем мнениям схах должен быть сделан как временная крыша, чтобы дождь мог проникать сквозь него. Если схах полностью

непроницаем для дождя, значит, он сделан как потолок постоянного

жилища и потому непригоден для заповеди. Фактически, Тосафот учат

нас о сущностной разнице между домом и суккой. Дом — это то, что

полностью отделено от всего, что сверху. Сукка же со своей стороны

соединена с верхом, так что должна оставаться возможность

проникновения дождя внутрь47.


47 Поздние комментаторы пытались разобраться с мнением Тосафот. Из их слов видно, что

главная причина негодности плотного схаха, через который не проходит дождь, состоит в требовании

«временного» схаха. Комментаторы возражают, что на первый взгляд такой схах годится, по мнению

тех, кто считает, что сукка должна быть постоянным жилищем. А из Гмары видно, что даже и по этому

мнению сукка должна пропускать дождь внутрь. Далее комментаторы объясняют, что по всем

мнениям она должна пропускать дождь не из-за закона о «временности», а в силу требования строить

именно сукку, а не дом. Непроницаемость для дождя - это критерий дома, но все согласны, что

требуется сукка, а не дом. В любом случае корень этой идеи - один. Ведь принцип «временности» и

отличает сукку от дома, как говорит Гмара: «Выйди из постоянного жилища и живи во временном».


Так объясняют мнение рабейну Тама: если сукка сделана плотной

наподобие дома, так что дождь внутрь не просачивается — это негодная

сукка. То же самое говорится в Тосафот рабейну Переца и приводится в

«Сефер Мицвот Катан» (см. Бейт Йосеф, гл. 629): схах нужно делать

временным, чтобы дождь мог попадать в сукку. Этот же вывод следует

из «Агаот Маймонийот» (Законы сукки 5:9), где описан случай, когда рав

Шимон, родственник рабейну Тама, покрыл сукку досками и прибил их

гвоздями, а рабейну Там не признал ее, поскольку она защищала от

дождя.


Дождь и схах


Глубина здесь заключается в известном факте: дождь намекает по

сути своей на все творение. Ведь это тонкий пар, который сгустился и

стал жидким. В дальнейшем он может и затвердеть, превратившись в

лед. Процесс образования дождя намекает на весь процесс творения, которое было создано из света. Иными словами, все плотное и

материальное на самом деле является светом, который сгустился и

превратился в вещество. Слово «дождь» (гешем) и «материальное»

(гашмиют) имеют один корень, что указывает на процесс уплотнения

света и создания сосудов. Дождь призван показать нам, что все, что мы

видим в мире, кажущимся таким твердым и устойчивым, некогда было

светом, который позже сократился и обратился материей. На самом же

деле весь мир создан из света, и нет ничего, что существовало бы само

по себе. В этом проявляется Гвура и сила сокращения, в виду чего

дожди называются «гвурот гшамим» — как говорят мудрецы, потому что

они «спускаются с силой». Это и есть уплотнение света вплоть до

превращения в настоящую материю.


Дожди в праздник Суккот


Дождь открывает тайну творения и учит, что все оно создано силой

света, на которой и держится вечно, не имея собственной сущности.

Поэтому схах не должен заслонять от дождя, напоминающего нам о

верхнем Источнике. И в самом деле, когда кто-то грешит, Всевышний

приходит в Суккот, чтобы напомнить ему об этих грехах и проливает в

его сукку дождь. Это призвано указать ему, что нужно укрепить разум в

Б-ге и не забывать о Нем. Дожди в праздник приходят из-за забвения Б-

га и должны напомнить о принципе материализации миров и процессе

их образования, чтобы мы знали, что все исходит от Него. Это дело

дождь может выполнить только в праздник Суккот, когда проникает в

сукку и напоминает человеку, кто сотворил этот мир48.


48 Заодно стоит упомянуть спор комментаторов по поводу схаха, через который не проходит

дождь, зато видны звезды. Авторитеты нашего времени рассуждали о том, будет ли он пригоден для

сукки или нет. С одной стороны, если звезды видны, возможно, это не то же самое, что плотный схах; с другой, дождь сквозь него не проходит. Гаон рав Ш. 3. Ойербах постанавливает в «Апихот Шломо»

(Моадим 2) признать его пригодным, а в «Кане а-Босем» (гл. 26) призывает устрожить. «Дай мудрому, и он станет еще мудрее», понимая духовное значение этого спора.


Прибегая к толкованию, можно сказать, что эта идея содержится в

Мишне в виде намека (Сукка 2:8):


«Пошел дождь — с какого момента можно убирать все из

сукки? Когда испортится каша. Привели пример, на что это

похоже: на раба, который пришел наполнить бокал господину, и

выплеснул ему кувшин в лицо».


Следует понять, почему здесь говорят о каше, а не о супе или

другом блюде, которые чаще приводятся в пример. Дело в том, что

«каша» (הפקמ) происходит от слова «замораживание» (ןואפיק). Это

«застывшее варево» (как говорит Раши в том месте). Это понятие

указывает на сильное уплотнение материи, которая вследствие этого

становится застывшей и оторванной от духовности. Ведь дождь — это

жидкость, и он выражает материю, которая еще не отдалилась от

Источника. Когда же расстояние от солнца велико, дождь превращается

в иней и застывает в виде «каши». Это указывает на падение человека

из-за того, что он забыл об Источнике, пока не «застыл». Вот почему

идет дождь, напоминая ему, как сильно он отдалился, чтобы эта «каша»

выглядела в его глазах как нечто испорченное. Тогда он не захочет

отдалять себя от Источника, погруженный только в удовольствия и

вкусные блюда и не вспоминая о Всевышнем.


«Выплеснул ему кувшин в лицо»


В связи с этим можно понять и продолжение Мишны, где говорится

о примере с рабом, пришедшем наполнить бокал господину, и

выплеснул ему кувшин в лицо. Гмара сама сомневается в том, как

понять Мишну. Из ее выражения неясно, кто на кого вылил кувшин.

Можно сказать, что раб, пришедший наполнить бокал, вместо этого

выплеснул кувшин, то есть его служение не прошло, как положено, — он

не умеет обслуживать Царя. Можно понять и по-другому: господин

выплеснул кувшин, показывая рабу, что недоволен его службой. Гмара

спрашивает: «Кто выплеснул на кого?» (Сукка 29 а). А затем приводит

Барайту о том, что господин вылил кувшин на раба. Нужно понять, почему Мишна приводит такой пример, и чему это призвано научить.

Зачем писать так, чтобы можно было истолковать двумя способами, так

что даже Гмара сомневается? Это, конечно же, сделано не напрасно, а

чтобы показать нам, что тут и вправду есть, в чем усомниться. Также

требуется уяснить обе стороны в понимании выражения Мишны: в чем

смысл того, что раб выплескивает кувшин на господина, и в чем смысл, когда господин на раба? И еще хорошо бы понять, зачем выбрали

именно такой пример.


Смысл раба, выплескивающего кувшин на господина


Что касается раба, пролившего кувшин вместо наполнения бокала, этот пример говорит о правильном равновесии. Это как раз касается

нашей темы — принципа сукки, то есть верного баланса между солнцем

и тенью, между человеком и светом Б-жьим. Недостаток равновесия

может выражаться в избытке солнца, когда тени почти нет. А бывает

тень такая плотная, что почти не видно солнца. Когда солнца слишком

много, человек полностью поглощен им и не может стоять на своих

ногах, а это нехорошо. Ведь «небо — небо Б-гу, а землю дал людям»

(Теилим 115:16). Всевышний создал этот мир, сделав в нем человека

свободным в своем выборе, чтобы он действовал ради исправления

мира и его освящения. Если же человек будет постоянно

самоустраняться перед Б-гом и превращать себя в ничто, так что в итоге

прекратит всякие действия, то намерение Б-га не исполнится. Так ведет

себя, например, тот, кто ничего не делает в мире, а только говорит, что

все совершит силой молитвы — не будет трудиться ради пропитания, не

будет стараться защитить себя и т. д. Нет, он будет лишь молиться и

просить, чтобы Б-г все сделал. Это вовсе не соответствует воле Творца, поскольку Он создал человека, чтобы тот действовал и совершал

поступки. Человек должен укрепиться, преодолеть себя и быть

мужчиной — действовать и быть активным. Это и есть создание тени —

чтобы у человека было место, свободный выбор, и чтобы он со своей

стороны старался все исправить. В состоянии, когда он самоустраняется

и просит, чтобы Б-г все сделал за него, он оказывается в дисбалансе, ибо солнце преобладает над тенью. Это похоже на раба, который

вместо того, чтобы придти к господину с бокалом, выливает кувшин.

Иными словами, наливание бокала — это символ наших отношений с Б-

гом. Мы должны действовать с Ним по принципу бокала, а не кувшина, то есть ограниченно и умеренно. Кто поднимается слишком высоко, к

избытку света, тот становится подобен кувшину. Он преувеличивает со

стороны света, не проводя должной границы. Это может привести к

разбиению сосуда и к тому, что человек со своими действиями

пропадет. Так поступать неправильно.

Итак, человек должен быть в состоянии наливающего бокал, а не

кувшина — устанавливать ограничение своим устремлениям вверх.

Нужно не только молиться и ожидать, что Б-г все сделает. Также нельзя

подниматься сверх своей ступени к избытку света и уровню святости, превышающему его способности. Надо знать свое место. Слово «бокал»

(סוכ), как известно, численно равно имени Элоким (םיהלא). Следует быть

не иначе, как «бокалом», то есть не превышать принцип Элоким. А

слово «кувшин» (ןותיק) состоит из тех же букв, что и «исправление»

(ןוקית), только вдругом порядке. Это указывает на то, что такой раб

вышел из состояния равновесия, то есть из исправного состояния. Ведь

исправность всегда предполагает баланс между светом и сосудом. А

этот человек нарушил порядок и испортил «исправление», превратив

его в «кувшин». Получился избыток света, а бокала нет — Малхут

разбилась в мире хаоса. Для большого света теперь нет сосудов. В этом

и состоит служение такого раба — он проливает кувшин налицо

господину, в его служении свет превышает надлежающую меру.


Смысл господина, выплескивающего кувшин на раба


Напротив этого есть другое состояние — когда господин

выплескивает кувшин на раба. Идея в том, что когда раб наливал бокал, в этом уже проявлялось отклонение, которое и заставило господина

выплеснуть кувшин. В глубине души, когда раб наливает господину, значит,

он

думает,

что

господин

—

получающий,

посколькудержитбокал,асам раб наливает туда напиток. Получается, что

господин получает, а раб дает. В таком состоянии находится тот, кто

отрицает бытие Творца и считает, что действует своей собственной

силой, словно сам себя сотворил и наделил силой. Это человек, у

которого избыток тени и не хватает солнца — состояние, противоположное предыдущему. У прошлого был избыток солнца, а у

этого слишком много тени. Он забыл об Источнике и считает, что

пребывает в собственной власти и со своей силой. А если подходит к

служению Б-гу, то думает, будто оказывает Ему одолжение — словно у

человека есть свое имущество и благо, и по праведности своей он

решил услужить Б-гу и дать ему кое-что из своего. Например, человек

может возгордиться перед Б-гом, давая милостыню синагоге, и думать

при этом, будто оказал услугу Б-гу и теперь ему причитается награда за

этот поступок.

Таким образом, тот, кто проявляет гордыню в служении Б-гу и

думает, что оказывает Ему одолжение, несомненно, затронут этой

нечистой силой в виде избытка тени. Он забывает о солнце, об

Источнике, и полагает, что находится в собственной власти. Так ведет

себя раб, который наливает бокал господину, а в сердце думает, что

этим облагодетельствует его. Но господин чувствует его мысли и

гордость и потому выплескивает кувшин ему в лицо. Этим он указывает

ему, чтобы тот не забывал, кто на самом деле дает добро. Кувшин —

это сосуд, из которого наполняют бокалы и чаши. Господин видит, что

раб забыл, кто является источником, и потому выливает на него избыток

света, напоминая, откуда он приходит, и кто есть источник влияния.


Сукка — секрет правильного равновесия


Отсюда мы учим, что оба варианта понимания Мишны относятся к

сукке. Ведь она представляет собой правильный баланс между тенью и

солнцем — между благодатью свыше и действиями человека. А значит, сами собой появляются две возможности нарушить равновесие. По одну

сторону — избыток света, и это описывается тем, что раб вылил кувшин

на господина; по другую — избыток тени, когда господин выливает на

раба. Оба прочтения текста верны, и потому Мишна приводит этот

отрывок в неясной форме, чтобы обратить на них наше внимание. Гмара

же указывает, что когда господин выливает кувшин на раба, — это

основное прочтение Мишны, то есть главный ущерб, из-за которого

свыше приходит гнев, — когда раб мнит о себе чересчур много и

забывает, что все исходит от Господина. Это хуже, чем избыток света.

На самом же деле оба состояния нехороши. Нужно поддерживать

точный уровень — не выше и не ниже. Слово «кувшин» намекает на

совершенное «исправление», когда все уравновешено и верно в своих

границах. И, тем не менее, большую строгость предъявляют к тому, что

спускается ниже своей ступени и проявляет гордыню, полагая, что

находится в собственном распоряжении. Из-за этого в праздник идет

дождь, дабы побудить сердца познать Источник и предстать перед Ним

со смирением и трепетом, признать, что все исходит от Него, и склонить

сердце служить Ему49.


49 Этот раздел и следующий написаны как одно целое и занимаются одной темой, но мы их

разделили, чтобы изучающим было удобнее.


Да будет воля, чтобы мы удостоились служить Б-гу в правильном

равновесии, а Его благодать светилась в нас драгоценным светом, в

сосудах, достойных его получения; чтобы Он вскоре вновь построил

Храм и чертог, с приходом праведного Машиаха и восстановлением

«Дома жизни нашей» в ближайшее время. Амен и амен!


Сукка, звезды и завеса


Тайна завесы


Покров, разделяющий между мирами


В предыдущем разделе мы коснулись действия схаха в качестве

покрова, который ограничивает и отмеряет свет. А в этом разделе

продолжим разбирать глубину понятия «покров» (масах) и в связи с этим

немного поразмышляем о духовных смыслах законов схаха. Отметим, что этот раздел является продолжением предыдущего, хотя изучать его

можно и отдельно от него.

Наш учитель святой Ари объяснил, что схах — это покров, разделяющий между верхним светом и существами внизу. Чтобы это

стало понятно, процитируем то, что он написал (Шаар а-Акдамот 47 б):


«Тайна заповеди сукка в том, что ее схах — это упомянутый

ранее покров. Поэтому он не должен быть слишком плотным.

Через него должны виднеться звезды и созвездия, то есть

верхние света, которые обязательно светят, а лучи их

неизбежно проходят вниз».


Этот покров имеет глубокие корни и в святых книгах зовется словом

«завеса» (парса), что также указывает на разделяющий занавес. Это

фундаментальный принцип в устройстве творения и разворачивании

миров друг из друга. Это один из факторов, создающих различия между

ними. Святой Ари учил (Эц Хаим, врата 42), что между каждыми

соседними мирами есть покров — занавес, отделяющий верхний мир от

нижнего, и что на это намекает Тора, говоря: «Да будет свод посреди

воды, и да отделяет он воду от воды» (Берешит 1:6). Об этом покрове

святой Зоар говорит следующее (1, 32 б):


«Сказал раби Ицхак: Есть пленка в середине внутренностей

человека, которая отделяет нижнюю часть от верхней части, черпает сверху и передает вниз. По такому же принципу

небосвод находится посередине и стоит на этих животных, что внизу. Он разделяет между верхними водами и нижними... об

этой тайне написано: «И будет разделять занавес у вас между

святилищем и святым святых» (Шмот 26:33)».


Зоар учит, что в середине тела человека проходит пленка, отделяющая органы дыхания от органов пищеварения — духовную

жизнь человека, заключенную в сердце, от животной души, расположившейся в нижней области тела. Эта пленка отводит каждой

части свое место и связывает их — черпает сверху и проводит вниз.

Зоар учит, что человек создан по образцу миров, в которых тоже есть

покров, разделяющий между ними. У Ихезкеля говорится об этом, что

над головами животных существует небосвод, создающий разделение

между миром ангелов и тем, что выше него. Кроме того, Зоар говорит, что этот же покров является еще и занавесом, отделяющим святилище

от святого святых. Нам нужно слегка расширить объяснение этого

предмета. Зачем понадобилось развешивать занавес и покров между

различными уровнями реальности, между мирами и ступенями

святости?


Порядок развертывания миров друг из друга


Дело в том, что все миры были сотворены из света Всевышнего, но

между ними существует большая разница. Мы видим, что в нашем мире

все окутано материальной оболочкой, которая воспринимается

чувствами. Она ограничена местом и временем, ощущается и

чувствуется телом. Но при этом мы видим, что есть и более абстрактные

миры — такие, как мир мысли, который лишен материальной оболочки и

не занимает места в материи. Идеи и мысли — это сущности, оторванные от материи, не воспринимаемые ни зрением, ни обонянием

и т. д. Они стоят выше физического плана. То же можно сказать и о мире

чувств, который является отдельным планом. В рамках физического

мира объекты могут наталкиваться друг на друга — например, камень

ударяется о стену; также и чувства в своем мире могут сталкиваться —

любовь с ненавистью, щедрость со скупостью и т. д. Однако, чувство

никогда не столкнется с каменной стеной, и любовь не вступит в

противоречие с квадратным уравнением. Ведь каждое из этих явлений

относится к отдельной реальности и к своему собственному миру.

И как есть физический мир, а также миры мыслей и чувств, и все три

они являются уровнями мира Асия, так есть и более высокие миры —

Ецира, Брия, Ацилут и другие. Все миры выстроены друг под другом и

развертываются друг из друга. Таким образом, мир мысли стоит выше

мира чувств и при этом сам питает и порождает чувства. И так все миры

стоят один над другим, как причина и следствие. В итоге все они

сцеплены и связаны друг с другом, как одна ткань, от вершины света

Бесконечного, от верхнего Кетера всей реальности и до самого нижнего

дна, низины мира Асия.

Здесь заключен великий принцип. Можно было бы спросить: если

мысль — это отдельная реальность, как способна она породить

чувство? Ведь она относится к одному типу сущностей, а чувство — к

совершенно другому, и как одно рождает другое? Также как

вещественный мир был создан из невещественного? Ведь в духовном

мире есть только духовный свет, и как из него может произойти нечто

иной природы? Наши глаза видят, что каждое существо рождает

ребенка своего вида. Корова не рожает осла, а осел — курицу. Каждый

может породить то, что заложено в его природе. Так как же мысль

породит чувство, а чувство — действие, и как материальный мир Асия

образуется из ангельского мира Ецира, а тот — из Брия? И как свет

Ацилута, чистая Божественность, уплотняется, становясь творением, автономным от Б-га?


Покров и занавес — переход от одного мира к другому


В книгах объясняется (и широко развивается в работах глав

Хабада), что секрет всего этого заключен в принципе занавеса, или

покрова, который в книгах зовется словом «завеса» (парса) (см. Шаарей

а-Ехуд ве-Эмуна раби Аарона а-Леви, врата 2, с 12-й главы и далее).

Идея в том, что этот покров служит разделителем между мирами, между

их типом и сущностью. Можно привести в пример арфу, которая

извлекает звуки, когда ветер дует на нее. На арфу влияют потоки

воздуха — тонкие сущности, которые можно ощутить осязанием. Ведь

лицо человека чувствует дуновение ветра. И этот ветер ударяет по

струнам арфы, а они переводят ветер в звук — который воспринимает

осязание и слышит ухо. Струны арфы переводят движение в звук, переносят из одной реальности в другую. Если бы ветер не встретился с

этими струнами, никогда не стал бы звуком.

Также и завеса служит таким переводчиком, превращая сущности

верхнего мира в сущности другого типа, относящиеся к нижнему миру. В

этом принцип покрова между мирами Ацилут и Брия. Он разделяет

между Божественным светом и творениями, представляющими собой

отдельные сущности. Если все сотворено Б-гом, и все является

порождением Его света, как этот Божественный свет может

превратиться в творение? Это возможно только благодаря занавесу и

покрову, стоящему между ними. Любой свет, ударяющий в покров и

пробивающийся сквозь него, улавливается им и переводится в новую, иную реальность. Так он превращается из Божественного света в

творение. Поэтому такой покров, будучи переводчиком света, становится корнем всех сущностей и творений.


Покров — правильная связь уровней


Итак, мы видим, что завеса — это переход из мира в мир. Между

каждыми соседними мирами есть покров, отделяющий верхний от

нижнего. Стоит заострить на этом внимание и сказать, что действие

покрова выражается в связи между мирами. С одной стороны, они

отличны друг от друга, а с другой — произошли один из другого, и

нижний получает свою жизненную силу от того, что над ним.

Разумеется, каждый мир должен сохранять свои особенности, характер

и сущность, и в то же время получать свет и жизнь от своего источника, из более высокого мира. В этом состоит роль покрова, как об этом

сказано в Зоаре: «Черпает сверху и передает вниз». Можно

проиллюстрировать это примером с учителем и учениками: чтобы

развить самостоятельное мышление учеников, учитель должен

скрывать свою мудрость. Также, чтобы развить следующий уровень из

предыдущего и каждый мир из того, что над ним, требуется удалить и

скрыть верхнюю ступень. Избыток света на ней не позволяет развивать

что-либо меньшее. Тут-то и приходит на помощь покров, создающий

границы для верхней ступени, чтобы позволить нижней развиваться. Он

производит сокращение света.

С другой стороны, этот покров не является абсолютным разрывом

между мирами и уровнями. Ведь каждый уровень получает развитие от

более высокого уровня, и каждый момент нуждается в его влиянии.

Учителю не следует полностью уходить от учеников, оставляя их в

одиночестве. Развитие их самостоятельности не значит полную отмену

всякого влияния на них. С одной стороны, учитель должен ограничить

свое присутствие, чтобы побудить их думать самим и развивать свои

силы, а с другой — ему нужно сохранять некоторое присутствие, чтобы

оказывать воздействие издалека и направлять их прогресс в нужное

русло, следуя пути Торы.

Так и покров призван регулировать в правильной форме систему

отношений между двумя мирами или двумя уровнями. Ему нужно

предотвращать создание избытка света и влияния, который лишил бы

нижний уровень его статуса. Иначе это будет похоже на учеников, которые сами ничего не понимают, но из-за огромного восхищения

учителем только пересказывают его слова без настоящего усвоения их.

В то же время нельзя создавать затемнение и отрыв от верхнего уровня, чтобы не вышло, будто учитель хочет воспитать в своих последователях

независимость и оставляет их одних, без наставления, пока они не

разовьются в искаженной форме и впадут в заблуждения в учебе и

понимании. То же самое верно и между родителями и детьми. С одной

стороны, важно воспитывать послушание, с другой — независимость.

Излишне строгая дисциплина может повредить душевному здоровью

ребенка, а преувеличенная самостоятельность приведет к тому, что он

вырастет, не имея системы ценностей.


Завеса между мечтой и реальностью


В этом суть завесы — это покров, разделяющий между соседними

мирами, между одним уровнем и другим, и с точностью регулирующий

отношения между ними. Дополнительным примером к этому может

послужить разница между сферой воли и сферой действия. Воля движет

действием, мечты порождают великие и грандиозные совершения. В

глубине души все мы полны великих желаний, хотим быть святыми и

чистыми, быть «людьми Б-жьими», наполниться Торой, привести в мир

освобождение. Мечты — это полный и богатый мир. Характерной

особенностью желаний и мечтаний является их скорость и свобода. У

мечты быстрые крылья: человек в одно мгновенье может исполниться

сильными желаниями, а с силой воображения может тотчас вознестись к

небесам. В отличие от этого, мир действия несравненно более

ограничен, чем мир воли. Он медленный, размеренный и делится на

множество частей. Хочет человек построить дом — силой воображения

он способен выстроить дворец за секунду, что на практике будет

тянуться многие годы. Наш мир лежит в границах времени и

пространства, а мир воли свободен от этих оков.

Это две совершенно разные сферы, которые и действуют по-

разному. В мире воли все видно мгновенно, и цели достигают быстро, а

мир действия требует раскладывания на множество отдельных

факторов. Нужно обратить внимание на каждый камень и каждый гвоздь

при постройке дома. Чтобы осуществить великую мечту, надо расписать

ее по мелким интервалам времени. Недостаточно провозгласить, куда

хотим попасть, — требуется еще знать, что делать буквально в

следующую минуту. Цель выстраивается из бесчисленного множества

отмеренных шагов, как час состоит из многих секунд. Если человек

будет всем своим существом сосредоточен только на великой мечте, он

не найдет времени разложить ее на практические этапы, а значит, не

сможет и осуществить на деле. Полет мечтаний дарит большое

удовольствие и соблазняет оставаться в нем, так что человек чувствует

сильную усталость от спуска к мелким деталям, в которых нет простора

и прелести мечты. С другой стороны, если заниматься только

практическими подробностями, есть риск оторваться от великого духа и

сильного импульса, исходящих от мечты. Только она может породить

действие, как душа порождает тело.


Просветы в покрове —

правильное соединение мечты и реальности


Получается, что с одной стороны нужно быть тесно связанным с

мечтой, чтобы получать силы для ее реализации, а с другой — уметь

спускаться в мир действия и продвигаться там профессионально, говорить практическим языком, характерным для него. В этом функция

покрова между миром воли и миром действия. Он уплотняет свет воли, овеществляет его, дробит на детали вроде маленьких дырочек, проводящих отдельные лучи света, а не целый поток. Это окна и

отверстия в покрове. У святого Ари мы видели, что есть два проявления

покрова: он проводит свет в измененном виде, подобно цветной бумаге, которая пропускает свет и придает ему свою окраску. Так и покров берет

свет и переводит его в понятия того мира, что лежит ниже. Он переводит

его с языка верхнего на язык нижнего. Это как в примере перехода от

мечты к реальности: святое желание основать ешиву — нужно

перевести в практическое выражение в виде телефонных звонков, документов, заказов и т. д. Такова сила, превращающая свет в

творение, а желание — в действие. Покров сам берет свет и

трансформирует его, как в примере с арфой, которая превращала ветер

в звук.

Кроме того, Ари учит, что покров пронизан отверстиями и окнами, через которые проходят тонкие лучи света. Этот свет покров ни во что

не превращает, поскольку он проходит не через него, а через отверстия

и остается в виде верхнего света, разве что ограниченного. Когда

солнце проходит сквозь цветную бумагу с дырочками, получается

окрашенный свет, нотам, где были отверстия, тянутся тонкие линии

солнечного света в его изначальном виде. Эти отверстия означают

уменьшение света и его проведение в отмеренном количестве.

Например, кое-что из воли проходит в мир действия: если бы она

распространялась во всей своей силе и могуществе, это захватывало

бы сердце, заставляя его продолжать размышлять и цепляться за

прелесть мечтаний, и не позволяло бы спустить их содержание до

практики. Покров ограничивает великий дух, снижает мощь воли, чтобы

положить начало практическому мышлению.

Но покров не препятствует полностью свечению воли сверху, лишь

уменьшает ее и проводит немного капель ее через свои отверстия и

окна, чтобы запускать действия. Мы видим, что у праведников голова

погружена в высоты небесные, в мечты и видения об исправлении мира

царством Б-жьим, а более практичные люди связаны с ними и действуют

ради этого исправления. Эти люди заняты нашим миром — бумагами, бюджетом и общественными отношениями. И все же время от времени

они приходят к праведнику, смотрят на его лицо, слушают его

укрепляющие речи о важности их деятельности и получают силы

продолжать свою работу. Он пребывает в высях, в верхнем мире духа, а

они — в низинах земли, в сфере действий. Но он притягивает к ним лучи

света из того мира, чтобы поддержать жизнь в их душах и укрепить в

работе нашего мира. Им не приходится самим карабкаться в тот

верхний мир, иначе они были бы вынуждены оставить свои занятия. Но

те ограниченные лучи света важны для них, как воздух для дыхания. Это

концентрированная энергия, эссенция света, упрочивающая силу их и

направляющая их действия в согласии с духом, чтобы реализовать его и

привести к осуществлению.


Покров жизненно важен для становления миров


Завеса необходима для становления миров — для отношений

между духовными глубокомысленными людьми и теми, кто занят

практическим исполнением. Если ее не будет, это создаст проблемы и

для духа, и для практики. Люди, вовлеченные в деятельность, должны

знать свои границы и то, что на них возложено. Нет смысла задавать

праведнику-провидцу все технические вопросы. Избыток этих вопросов

перегрузит его дух и уменьшит сознание до крошечного размера, и тогда

все их великое предприятие окажется лишенным духа и силы. Как

правило, именно люди-практики одарены от Б-га талантами в этих

областях, и чужое вмешательство способно повредить правильному

ведению дел. А человек духа должен знать свои силы и то, в каких

областях он не владеет способностями, чтобы действовать согласно

своему положению, оставляя другим то, что возложено на них. В то же

время практики должны знать, что душой всякого действия служит

идеал, и обращать внимание на то, чтобы все технические шаги

оставались верны его духу и направлены на его реализацию. Если тело

построено не в соответствии с душой, она не сможет проявляться через

него. Поэтому люди, занимающиеся практической деятельностью, должны примкнуть к духовному человеку и принимать его слова, чтобы

верно направлять свои шаги. И уж точно им нельзя проявлять гордыню и

ставить себя выше духовного человека. Пусть не соблазняются, думая, что если в практической области они делают больше него, то и статус их

выше. Душа оценивается не количеством действий, а качеством своего

влияния, силой идеалов и смыслом, которым она наделяет всю сферу

деятельности.


Стремиться к вершинам и радоваться своему уделу


Эта завеса очень важна и в жизни любого человека. Она создает

правильное соотношение между желаемым и реальным. Нельзя

вызывать разрыв между желаниями и поступками, но все же нужно

уметь различать между ними. Человек, с одной стороны, должен быть

полон стремлений и желаний быть святым и возвышенным. Каждый

должен ежедневно говорить: «Когда же мои поступки станут такими же, как поступки моих предков — Авраама, Ицхака и Яакова?» (Тана Девей

Элияу Раба, гл. 25). При этом он должен вооружиться терпением и

действовать спокойно и беззаботно, радоваться своей участи и своему

месту. Смешивание мечтаний с реалиями способно повредить и тому, и

другому. Иногда человек судит о себе на основе последствий своих

действий и наполняется разочарованием, сам подрезая крылья своим

желаниям и принижая устремления в соответствии с ними. Это ошибка.

Нельзя подрезать желанию крылья и уменьшать волю к святости. Это

тот же принцип, что и запрет гасить огонь на жертвеннике. Напротив, следует в любое время увеличивать желания и пробуждать новый дух

стремления. Желания — это крылья, они дают силы искать и

продвигаться среди моря житейских трудностей. Если уменьшить

желания из-за своих неудач, можно повредить мотор, движущий всем.

При этом важно оставаться радостным своей участи и не чувствовать

постоянного разочарования из-за медленного темпа осуществления

желаний. Кто погружен в желания, не сознавая, что в мире действия их

исполнение берет очень много времени, тот всегда будет грустным и

неудовлетворенным, разочарованным собой и своим уровнем. Великая

мечта постоянно будет дышать ему в затылок и выставлять все его

действия в настоящем в бледном и невзрачном виде, так что они будут

казаться бессмысленными, как свеча в полдень. Когда человек мечтает

закончить Талмуд, какое удовлетворение сможет он получить от того, что сумел понять одну строку в нем? Ведь строка — это лишь мелкая

песчинка во всем море Талмуда.

На самом деле, это нелегкая работа. Желание радоваться своей

доле может привести человека к снижению своих стремлений, чтобы не

ощущать разочарования. С другой стороны, такое снижение ослабит дух

мужества в продвижении. Поэтому нужно хорошо понимать принцип

завесы — разделения между мирами. В сфере желания нужно каждый

день наполнять свои легкие воздухом святых мечтаний, могучих и

возвышенных, намного больших, чем то, что видишь у себя на практике.

«Открой рот свой, и Я наполню его» (Теилим 81:11) — расширь свои

мечты и желания. Ведь душа твоя принадлежит высотам небес, а

желания и мечты выражают все ее величие. Если будешь смотреть на

себя, как на лилипута, только с позиции действий, дух твой отяготится

бременем ничтожности. Поэтому поднимайся вверх на орлиных

крыльях, но знай, что «дух Всесильного витает над водой» — над

сводом, над завесой. Когда спускаешься в мир действия, знай, что там

все происходит медленно, все точечно и подчинено деталям, и в нем ты

должен радоваться каждому шагу и каждой мелочи. Монета к монете

собирается в большую сумму. Будь спокоен и рад мелким монетам и не

принижай их на фоне больших сумм. Не будь нетерпеливым из-за

спешки по поводу конечного результата, не будь «быстротечным как

вода», что означает Хесед без Гвуры — суетность и торопливость от

недостатка терпения вкладывать силы в мелкие детали. Работай

спокойно, занимайся каждой подробностью, собирай все постепенно и

строй качественное здание, видя важность всех маленьких частей.

Великий дух будет вдали, а не близко, «тень будет больше просветов».

Ибо «издалека Б-г явился мне», и «любовью вечной (олам) Я возлюбил

тебя» (Ирмия 31:2). Это любовь скрытия (иалем) света, чтобы

выстраивать детали сосуда.

С помощью завесы человек сможет правильно построить оба мира.

Он сможет получить могучие силы из духовного мира, которые укрепят

его, чтобы не отчаиваться и не ослабевать из-за трудностей в делах. В

то же время понимание того, что «у реальности нет столь быстрых

крыльев, как у мечты» (Орот, стр. 52) — что мир действия устроен с

характерной для него медлительностью — наполнит человека

удовлетворением от множества мелких деталей и сосредоточенностью

взгляда на маленьких успехах.

Это то, чем учил Ари, говоря, что принцип Бины дробит общий свет

Хохмы на мелкие части, позволяя им всем по отдельности выстроиться

каждой на своем месте (Шаар а-Акдамот22 а; Шаар Маамарей Рашби, Сифраде-Цниута, гл. 1). Этому же учил рав Кук, говоря о завесе и

называя ее «дистанцией» (Орот, стр. 132):


«Должна быть дистанция между содержанием абстрактного

идеала общей цели и тем, что проявляется из него в действии

в настоящем — между хорошим намерением, сияющим для

человека на вершине его духовной жизни, и духом, который

постоянно сопровождает его, чтобы исправлять поступки и

пути. Если бы не эта разница ступеней, вся форма

деятельности была бы

расплывчата,

реальность

не

удерживала бы свой облик, законы и ограничения не

соблюдались бы, и установленные формы и ценности, на

которых зиждется мир, не сохранились.

Когда возвышенные идеалы, стоящие в состоянии хаоса в

корне души и у истока ее стремлений, ограничиваются

определенными рамками, они тут же остывают и спускаются

из своей высокой крепости. Они обретают практическое

преимущество и становятся доступны для реализации

благодаря своим границам, но верхняя чистота, бывшая у них

прежде их воплощения в этих границах, исчезает. Свет

сокращается и иногда сильно опускается и доходит в своем

ограничении

до

сумерек.

С

ними

тогда

остается

свидетельство, — после того, как вошли в сферу действия и

стали тем, на чем держится практический мир — позволяющие

им придти к уровню высоты и чистоты, к тому

количественному и качественному расширению, которое было у

них, пока они пребывали в ткани своего формального мира.

Успех на этом пути зависит для них от степени воплощения: если они не сильно уплотнились и не спустились из своей

высокой твердыни на слишком большое расстояние, то путь к

возвращению наверх будет открыт им, и они смогут уверенно

отыскать пути и проторенные дороги, которые приведут их к

уровню Божественной реальности»50.


50 Слова рава основаны на том, что объясняется в Эц Хаим (врата Акудим). Смотри также

Лешем Шво ве-Ахлама (предисловия и врата 2). В этих источниках разбирается порядок образования

сосудов из света. Когда свет опускается вниз, он уплотняется, и его нижняя часть становится

настолько грубой, что уже не возвращается к источнику. И когда верхняя часть света возвращается

на свое место, в нижней части прибавляется еще больше плотности, и она превращается в сосуд.

Вслед за тем верхняя часть света вновь спускается вниз и облачается в эту нижнюю уплотнившуюся

часть. Они становятся как тело и душа, сосуд и свет. Таким образом, в верхнем источнике тело - это

более плотная часть света, а при спуске вниз эта часть проявляется в действии, обретая телесность

и реальность, отделяется от света и становится сосудом для него. Это объясняется во вратах Акудим

и в Лешем Шво ве-Ахлама. Похоже, это и есть основание для сказанного равом Куком здесь, когда он

объясняет спуск идеалов (светов) к их реализации (создание сосудов).


Что значит «плотная как дом»?

Вид звезд из сукки


Плотная как дом


Итак, мы видели в общих чертах, что такое покров и завеса. Теперь

подойдем к предмету, обсуждаемому в Гмаре, — сукке, плотной как дом.

Мудрецы учат, что изнутри сукки должны виднеться звезды, то есть схах

не должен полностью закрывать то, что находится выше. Вот что

говорится в Мишне (Сукка 2:8): «Плотная как дом, хотя звезды и не

видны из нее, пригодна». Гмара приводит спор дома Шамая и дома

Илеля (22 б):


«Учили мудрецы: плотная как дом, хотя звезды и не видны из

нее, пригодна. Если «звезды солнца» не видны из нее, дом Шамая

отвергает, а дом Илеля принимает».


Гмара говорит о двух видах «звезд» — ночных и солнечных.

Говорится, что если ночью звезды не видны, сукка пригодна для

заповеди, но если нельзя увидеть и солнечные лучи, она пригодна

согласно дому Илеля, а по дому Шамая — нет. Следует понять, в чем

здесь глубина. Прежде всего, приведем разногласия ранних

комментаторов по этому закону.


«Звезды солнца» — спор Раши и Рамбама


Сначала отметим, что, по мнению большинства комментаторов, изначально нужно строить так, чтобы звезды виднелись. Ведь слово

«пригодна» указывает лишь на ситуацию, когда факт уже имеет место

(бедиавад). В Иерусалимском Талмуде то же самое. Тем не менее, комментаторы разошлись в понимании Гмары, а именно в объяснении

того, что такое «звезды солнца». Раши (со слов «звезды солнца») объясняет, что это лучи Солнца, проникающие в сукку, тогда как Рамбам

говорит, что это звезды, видимые в то время, когда Солнце все еще

светит. Он имеет в виду большие звезды, заметные при закате, пока

еще остается дневной свет. Ведь существуют же большие звезды, которые можно видеть уже с того момента, как солнечный свет начинает

слабеть. Их видно во время заката, тогда как маленькие не видать, пока

не наступит полная темнота. По словам Рамбама и «солнечные

звезды», и ночные — это действительно звезды. Просто «солнечные» —

большие, а «ночные» — маленькие. И с этим не согласен Раши, считающий, что «солнечные звезды» — это и не звезды вовсе, а лучи

Солнца, проходящие в сукку. Вот слова Рамбама (Законы сукки, 5:21):

«Покрытие должно быть легким, чтобы через него виднелись

большие звезды. Если сукка плотная как дом, то хотя звезды в ней и не

видны, — она пригодна».


Спор Раши и Рамбама


Нужно понять, в чем глубина их спора: являются ли «солнечные

звезды» лучами Солнца, или это большие звезды, видимые через схах?

Прежде всего, прикоснемся к сути вещей. Проникающие вниз солнечные

лучи — это протяжение Божественности в нижние миры. Ведь, как мы

видели, тень — это принцип сокращения света, создающий эти миры. В

сравнении с ней лучи Солнца — это сам свет, входящий в них, чтобы

поддерживать жизнь. По мнению Раши, эти лучи должны проникать

через схах, то есть Божественный свет должен поступать в миры и

освещать их. Запрещено делать так, чтобы схах полностью закрывал

свет. Значит, в сфере человеческой жизни должно присутствовать

раскрытие Божественного и святого, чтобы человек не оказался отрезан

от Б-жьего света.

А, по мнению Рамбама главное — это взгляд вверх, на то, что лежит

за пределами схаха. Поэтому схах должен быть тонким, чтобы через

него можно было смотреть и видеть все, что выше. Смысл в том, что

сила

сокращения,

несомненно,

скрывает

Божественность,

и

действительно, в нашем мире Б-г прячется и облачается в одежды

природы и в ограниченность материи. Но человеку нельзя отрывать мир

от того, Кто создал его, а нужно размышлять глубже, проникая за грань

мира, и познавать действующую силу — Того, по слову которого возник

мир. Пусть мир не будет настолько плотным, чтобы через него

невозможно было хотя бы слегка взглянуть на то, что за его пределами.

Хотя подробности (ночные звезды) и не удастся разглядеть, все же

нужно видеть хотя бы «большие звезды». Значит, должно

присутствовать постижение Божественности через основательную веру, дабы не остаться оторванным от Творца. Так поступил Авраам: увидев

роскошный дворец, он сказал: «Разве может быть такой дворец без

Хозяина?», и тотчас взглянул на него Хозяин дворца. Такой взгляд —

это смотрение за пределы схаха. Как Творец заглядывает через щели:

«Вот этот стоит за нашими стенами, взирает из окон, заглядывает в

щели» (Шир а-Ши-рим 2:9), так и человек должен заглядывать за

пределы мира, возводить глаза кверху и смотреть на Того, кто там. В

этом смысл слова «иври», примененного к Аврааму, — он заставил себя

посмотреть на Того, кто за пределами (ме-эвер) всего («Коль Невуа»

рава Назира), на Творца, благословенно Его Имя.

Спор Раши и Рамбама можно понять следующим образом. По

мнению Раши нужно делать схах так, чтобы он позволял солнцу

проникать в сукку, а по Рам-баму делать его нужно, чтобы он давал

зрению

человека

проникать

сквозь

него

наверх.

Это

два

противоположных подхода — все зависит от того, кто на кого смотрит.

По мнению Раши нужно дать место Б-гу войти и осветить человека, как

«Другу, заглядывающему в щели». Человек не должен быть грубым и

затвердевшим, не оставляющим места Б-гу в своей жизни и

полагающимся только на свое понимание и мудрость. Вместо этого

пусть он уповает на Б-га и оставит у себя в сердце пространство и

входы, чтобы Творец снизошел на него, присматривал за ним и

направлял, по принципу «Взирает из окон, заглядывает в щели», как

лучи Солнца, проходящие в сукку. А, по мнению Рамбама главное —

нужно оставить в схахе отверстия, позволяющие человеку смотреть на

то, что сверху. Значит, зрение должно быть чистым, чтобы можно было

видеть за пределами мира и познавать Творца51.


51 Их спор можно связать со спором Рабы и раби Зейры в Гмаре (Сукка 2 а). По мнению Рабы, главная суть схаха связана с взглядом на него - нужно знать, что сидишь в сукке. А для раби Зейры

главное в схахе - тень, падающая от него на человека. Возможно, для Рабы смотрение предполагает, чтобы можно было взглянуть и на то, что находится выше схаха. Ведь схах указывает как раз на это -

на познание Того, кто над человеком. Нужно понять, что «высокий над высоким сторожит». В этом и

состоит идея звезд над схахом. А для раби Зейры главное - не в схахе, а в том, что попадает на

человека от него. Нужно, чтобы внутрь проникало хоть немного лучей солнца, чтобы у тени была

какая-то сущность. Ведь дом не называется тенью, поскольку полностью отрезан от солнца.


Спор о сути видения звезд в сукке


В этом разногласия поздних комментаторов о том, почему схах

должен быть легким, чтобы звезды виднелись сквозь него. Согласно

«При Мегадим», главное в видении звезд — это постижение Творца. В

этой книге написано следующее: «Чтобы помнил, Кто сотворил их, и что

он пришелец на земле, как сказано: «Луну и звезды, которые Ты

установил» (Шулхан Арух 631, 1:2)». Писание прямым текстом говорит

об этом: «Вознесите к высотам глаза ваши и узрите, Кто сотворил этих»

(Йшайя 40:26). А«Бикурей Яаков» (гл. 5) оспаривает его, считая, что

главная проблема, когда нет звезд, — что сукка будет похожа на дом.

Возможно, это их разногласие связано со спором Раши и Рамбама.

Согласно «При Мегадим», главное — взгляд на то, что за пределами

схаха. Нужно видеть Источник, сотворивший все. Это напоминает слова

Рамбама. А для «Би-курей Яаков» важнее, чтобы сукка не была как дом, то есть чтобы лучи Солнца могли проникать в нее. Проход этих лучей

превращает схах в тень, а не в дом. Ведь в том-то и состоит разница

между тенью и домом: тень может быть в том месте, где есть солнце, то

есть когда немного лучей все-таки проходит, и тогда там, где их нет,

образуется тень. Иное дело — дом, который вообще не связан с

солнцем в силу сплошного потолка. Следовательно, в нем нет принципа

тени или сукки. Сказанное в «Бикурей Яаков» совпадает с мнением

Раши: главное — проникновение лучей Солнца, так называемых

«солнечных звезд».


Рамбам — «посмотри на небеса»!


Сукка — жилище человека


Расширим немного наше понимание подхода Рамбама. Фактически, сукка — это жилище человека, она призвана предоставить место ему и

его работе. Верхний свет со всей силой его святости растворяет суть

человека настолько, что вообще не остается места для людской

деятельности. Если «нет никого, кроме Него», где место человека с его

совершениями, где можно прилагать старания и действовать? Ведь

Призвавший поколения изначально сделал все, издревле были

установлены Им основы Вселенной, как и ее будущее, события и все

происшествия. Суд над каждым человеком известен Высшему, и он

направляет все бесконечной мыслью. Таким образом, на вершине

мысли Всевышнего нет места для человека, его выбора и действий.

Поэтому Г-сподь сократил могущество Своей власти, чтобы дать ему

это место. В этом секрет сукки — временного жилища, простора для

всей его величины, для его действий и совершений. А завеса — это

покров, разделяющий между силой верхнего света в его бесконечности

и человеком. Отметим, что именно таким образом Рамак разрешает

проблему предопределения и выбора (Пардес Римоним 4:9). Он

объясняет, что предопределение исходит из верхнего взгляда, со

стороны Творца, а выбор — с нашей стороны и от нашего взгляда. Это

два принципа в Провидении, соответствующие Хохме и Малхут, каждый

из которых верен на своем месте, и смешивать их не нужно.


Законы схаха — чтобы завеса была правильной


Как бы то ни было, суть сукки — это место для человека. А схах

воплощает принцип завесы, создающей правильное отношение между

человеком и Всевышним. Эта система отношений очень важна, поскольку, с одной стороны, запрещено приводить к разрыву с Творцом, а с другой — самостоятельность человека не должна быть уничтожена

силой света. Мы видим это в устройстве схаха — есть законы, касающиеся его избытка и недостатка. Свет не должен быть в избытке, и

если «просветы больше тени», сукка не годится. В тоже время она не

должна быть «плотной как дом», чтобы схах не отрывал человека от

верхнего мира. Это и есть ключевое различие между домом и суккой.

Дом — это отрыв от всего, что выше, а сукка — соединяющий

посредник, а не разделитель. Поэтому, если дождь не просачивается

через схах, по мнению многих из ранних авторов, он непригоден для

заповеди.


Мнение Рамбама — видеть большие звезды


В свете сказанного, поймем духовное значение мнений Рамбама и

Раши. Согласно Рамбаму, нужно, чтобы человек мог видеть большие

звезды. Иными словами, хотя он и должен оставаться на своем месте —

знать свое место и свою роль — ему нужно быть связанным и

соединенным также и с верхними уровнями, со светом. Это похоже на

того, кто смотрит на великих мудрецов, на ступень возвышенных

праведников. Это пробуждает в нем святые стремления и движение к

подъему, которое драгоценнее золота. Нельзя, чтобы его взгляд

останавливался на схахе, внутри его жизненной сферы — он должен

глядеть выше и исполняться сильными устремлениями. Ктомуже, надо

смотреть вверх на провидение Б-жье и знать, что в действительности на

самом верху (как сказано «Ибо высокий над высоким стережет») Сам Б-г

действует и творит все. И хотя человек сидит в сукке, то есть он должен

стараться делать свое дело, ему нужно поднимать глаза за пределы

схаха и видеть большие звезды — высшее провидение; соединять себя

с тайными знаниями о том, что Б-г делает все, и что нет никого, кроме

Него. Нельзя, чтобы свобода выбора и личные старания заставили

человека забыть, кто на самом деле стоит за всем.


«Вознесу глаза мои»


Добавим к этому еще один важный принцип. Дом человека

выражает его постижения и жизненные рамки. Каждый живет в каких-то

рамках, ограничен определенным восприятием жизни и ведет себя

согласно ему. Но есть огромная пропасть между Божественной душой

внутри нас и привычным мировосприятием. На практике наш дом

гораздо более ограничен, чем свет души и сила ее святости. Каждый

человек из народа Израиля достоин и должен достичь небесных вершин

в виду возвышенности своей души и Божественной силы. Но если он

всегда будет ограничивать свои горизонты рамками своего постижения и

успеха, то навсегда останется погребен под грузом материи и узости

жизни. Он не сумеет развернуть крылья и вкусить света души, расширить свои стремления и желания. В этом глубокое различие сукки

и дома. Дом закупорен, его потолок закрывает человека, не позволяя

ему видеть сверх своей ступени. Дом — выражение тесноты человека в

мире, когда он закрыт с четырех сторон и придавлен крепким потолком, не дающим ничему проникнуть сверху и самому человеку взглянуть на

небо. Известно, что зрение глаз аналогично духовному зрению. Как

видно в законах, молиться нужно в доме, у которого есть окна (Шулхан

Арух, Орах Хаим 90), поскольку взгляд на небо пробуждает трепет.

Физическое небо аналогично духовному, и то, что за пределами

реальности, познается с помощью физического взгляда на то, что за

пределами человека. Не зря трепет перед Б-гом называется «страхом

Небес». Ведь небо — это материальное творение. Но материальное

является вспомогательным инструментом для духовного. И физическое

небо — символ, выражающий запредельное для человека величие52.


52 «По правде говоря, Б-г слишком высок, чтобы творения могли обращаться к Нему, ибо

обращение возможно только в конкретном направлении. И с этим именем можно обращаться только к

вещам, получающим воздействие от Б-га и служащим Ему без посредника. Например, намекают на

разум, говоря, что он в сердце или в мозгу, и таким образом говорят об этом или о том разуме, тогда

как на самом деле намекать можно только на предмет, ограниченный местом. И хотя все органы

служат разуму, их служение происходит посредством сердца и мозга, являющихся первичными его

инструментами. Поэтому указывают на два эти органа, когда говорят, что разум пребывает в них. И

также в нашей речи намекают на Б-га, говоря о небе, поскольку это - инструмент, служащий Его воле

без других причин-посредников между ними. Но на Б-га не намекают при помощи одного из

природных элементов, они служат Ему посредством других причин, тянущихся до Самого Б-га, который есть Причина причин. Поэтому говорится «Восседающий на небесах», поскольку Б-г - на

небе. А иногда слово «небо» используется в переносном смысле, например, в словосочетании

«трепет перед Небесами», «боящийся Небес втайне», «с Небес смилостивятся». Подобным же

образом обращались к огненному столбу и к облачному и кланялись им, говоря, что там пребывает Б-

г, поскольку эти столпы были управляемы Им без посредствующей причины» (Кузари, раздел

четвертый, 3).


Поэтому взгляд на физическое небо вместе с намерением сердца

способен пробудить его к трепету и к соединению с тем, что лежит за

пределами человека. Известно: когда праведник раби Йеуда Птилион

возносил глаза к небу, они наполнялись слезами из-за великого трепета

и любви, пробуждающихся в его чистом сердце в присутствии небес.

Ведь небо производит сильное впечатление и будоражит сердце

могуществом верхних, духовных небес, которые не видны глазу. Вот что

пишет рав Хаим Виталь об указаниях, которые дал ему Ари (Шаар Руах

а-Кодеш 9 а):


«Еще мой учитель говорил мне, что хорошо для человека

жить в доме, где есть открытые к небу окна, чтобы он в любой

момент мог возносить глаза к нему и смотреть на него.

Особенно, если смотреть на чудеса Б-га, явление неба и земли, как говорит Писание: «Как увижу небеса Твои, деяния пальцев

Твоих...» (Теилим 8:4). То же приводится в Мидраш а-Неэлам, в

главе Берешит (113) по поводу Невухаднецара, о котором

сказано: «Когда прошло несколько дней я, Невухаднецар, глаза к

небу вознес» (Даниэль 4:31). Поэтому хорошо человеку в каждый

момент смотреть на небо — это делает его мудрее и придает

трепета и святости».


Таким

образом,

сукка

открывает

потолок,

проветривает

пространство человека, чтобы он осознал то, что за его пределами.

Если во все дни года его взгляд упирается в потолок и в люстры, висящие на нем, а границы его сознания в соответствии с этим

застревают в узких житейских помыслах, то сукка призвана открыть

сознание к запредельному: «Чтобы знали поколения ваши» (Ваикра

23:43). Чудо сукки — это расширение сознания, причастность к

запредельному, которое возвышается над высоким, все выше и выше...

Смотреть, соединяться и наполняться святостью, которая все больше

будет расширять человека и сферу его жизни.


Посещать сукку праведников


В этом смысле звезды, что над потолком человека, — это святые

праведники, проявляющие в своей жизни великий свет Божественного.

Они являются живым воплощением ступени, подобающей каждому

еврею. Ведь весь Израиль — праведники, и все они достойны жизни в

святости и познания Б-га. Праведники Израиля являют живой пример

того, к чему все мы причастны и к чему должны стремиться. Вот почему

человек должен присоединиться к праведникам, связаться с теми, кто

наделяет заслугами многих, ибо они «как звезды во веки веков».

Особенно стоит пойти к праведникам в праздник Суккот, чтобы

проведать их у них в сукке. Пусть каждый еврей обратит внимание на то,

чтобы привить себе такой обычай — идти вместе с детьми и

домочадцами к праведникам и мудрецам и навещать их в сукке. Это

нужно делать почаще, поскольку праведники — это Божественный свет

в мире, а праздник Суккот — это время, когда каждый еврей достоин

получить великое изобилие, ибо звезды входят в сукку. Следовательно, пусть обратит свой взор и внимание на поход к праведникам, чтобы

получить от них благословение, увидеть их в сукке, когда святая радость

разливается по их лицам от озаряющего их верхнего света. Счастлив

тот, кто так поступает! Он увидит, как эти посещения отпечатаются в его

сердце вечной памятью, и его дети и родные тоже запомнят это на всю

жизнь. Такие походы станут для них основными моментами в их

воспитании и росте в Торе и святости. Ведь это святое переживание

словно высекается на костях и остается с ними на все дни. А потому

пусть же каждый постарается поместить себе эти слова на сердце, выработать столь драгоценную привычку посещать праведников и

мудрецов в Суккот. Даже тех праведников, с которыми не знаком, не

надо стесняться. Ведь «стыдливый не учится» — следует пойти и

навестить их, приняв от них поучение.


Важность близости к праведникам


Соединение с праведниками — это краеугольный камень в жизни

народа Израиля. Это источник большого блага для каждого. Хотя

несомненно, что главная святость Израиля — это свет Шхины, то есть

суммы еврейских душ, а Шхина проявляется именно из совокупности

всего Израиля, все же праведники — это центральные фокусы в

привлечении ее света в миры и к Израилю. У нашего учителя Ари мы

видим, что праведники — это центральные души, проводящие свет ко

многим другим душам, которые ниже их (это объясняется в Шаар а-

Гильгулим, см. такжеТания, гл. 2; Маараль, НетивотОлам, Нетива-

Тохаха, гл. 1)53.


53 «Мысль о единстве всей реальности приводит к мысли о единстве душ в самом простом

виде. И тут же, порождая ее, она оказывает наиболее благодатное воздействие - создает идеал мира

и всеобщей любви, из которой вырастают все хорошие качества, как личные, так и общественные.

Единство душ приводит к признанию идеи о существовании духовных служителей, возвышающихся

во внутреннем подъеме. Мир оценивает не их осязаемую работу, а их влияние в виде душевного

очищения и свет жизни, приходящий через их собственное бытие. В них постоянно пребывает

высшее счастье, а успех всех людей, погруженных в практическую деятельность, приходит к ним в

той мере, насколько они привержены этим святым людям, у которых свет Б-жий живет и действует в

их душах с полной ясностью. Мы всегда знали этот секрет - важность роли мудрецов и праведников в

мире и их значение. Мы знали это из Писания и из слов мудрецов в разных местах. Но эта живая

идея по разным причинам опустилась - из-за вреда, который постиг достойных взойти на эту высоту

из-за тех, кто подражал им, и из-за общего упадка в мире, из-за деградации жизни во многих

изгнаниях. В поздний час пришел хасидизм и попробовал исправить это - вернуть живую роль

праведника и его чудесную деятельность. Это одновременно мистическая и социальная идея, которая еще нуждается в большом внимании» (Шмоне Квацим 2, 156).


Поэтому близость к праведникам приносит большую и святую

душевную благодать. Даже само видение их лиц уже приносит большой

свет. Говорится, что нужно «принимать лицо учителя» в праздник —

видеться со своим равом. Тогда внутренний свет (пнимиют) рава, который и называется «лицом» (паним), передается от него к ученику, чтобы осветить его и проникнуть к нему внутрь. Это и есть «принятие

лица» — получение внутреннего света от учителя54.


54 ««Когда изберу время, совершу Я суд праведный». Средство спастись от гордыни - почитать

праздники и встречать их с радостью и широким сердцем, насколько возможно. Моше Рабейну, мир

ему, когда удостоился обрести сорок девять врат понимания, достиг состояния «самого смиренного

среди всех людей» (Бемидбар 12). Праздник - это мохин Матери, т. е. Бины. Поэтому, когда

принимают праздник (Бина), обретают смирение. Слово «праздник» (בוט םוי) численно равно имени

Саг (ג״ס) вместе с десятью его буквами, как сообщается в каванот, и это противоположно

высокомерию (см. Тикуним в Зоар Хадаш). Праздник устраняет величие (гордыню), поскольку для

маленького естественно самоустраняться перед большим. Поэтому, когда приближаешься к

праведнику, величие исчезает, так как благодаря сильному свету праведника человек полностью

самоустраняется. Об этом сказано (Иов 29): «Увидели меня дети и спрятались» - благодаря тому, что

видят лицо праведника, маленькие прячутся, потому что малое устраняется перед большим. А

основная сила святости праздника зависит от праведников, как написано (Ваикра 23): «Это праздники

Б-жьи, и созовете их в назначенное время». Наши мудрецы, благословенна их память, толковали

(Рош а-Шана 24): Читай не «их», а «с ними». Праздники зависят от праведников, поэтому, когда

человек принимает и почитает праздники, он получает их великий свет, который соответствует

принципу праведника, и гордыня человека исчезает, поскольку малое устраняется перед большим.

Вот почему «обязан человек увидеть лицо учителя в праздник» - основная сила праздников зависит

от праведников. С этим хорошо согласуется возражение Гмары (Сукка 27 б) против мнения раби

Элазара: «Хвалю я лентяев в праздник, как сказано: И радуйся в праздники твои». Но ведь раби

Ицхак говорит, что человек должен увидеть лицо учителя в праздник, как сказано: «Почему ты

идешь...» (см. там продолжение). Даже если человек находится за сто верст от учителя и не может

отправиться в путь и вернуться в тот же день, он обязан увидеть его лицо в праздник. Должен почтить

праздник и получить его великий свет, который и называется «лицом учителя». Ведь главная

святость праздника, как говорилось выше, зависит от праведников. Принимая праздник, человек

видит лицо учителя, и благодаря этому исчезает гордыня... В этом смысл слов «когда изберу время»

- когда приму праздники, «совершу Я суд праведный» - обрету смирение, которое называется

«справедливым судом». Как говорили мудрецы (Хулин 89): «О чем написано «разве немой...» что

сделает... может быть, и в словах Торы? Учение говорит: «Справедливое говорите». Может быть, даже если возгордился? Учение говорит: «Справедливо судите людей»» (Ликутей Моаран 1, 135).


Что такое большие звезды в сравнении с маленькими


Попутно поймем глубокую идею по поводу различия между

большими звездами и маленькими. Ведь у Рамбама говорится, что

через схах нужно видеть по крайней мере большие звезды, даже если

не получается увидеть маленькие. Духовное значение этого различия

велико. Известно, что каждый мир состоит из множества деталей. Но кто

смотрит издалека, деталей не видит, а лишь общее и крупное.

Например, тот, кто смотрит на Луну с земного шара, видит только

светящийся круг, и не знает, что он полон многих подробностей — там

есть горы, холмы, скалы... Издалека видны только общее, большие

объекты, а с близкого расстояния различимы именно детали, но не

общее. Ведь мы не видим Земли, а только частные объекты на ней. А

кто видит фотографию, сделанную со спутника, видит целый шар как

нечто единое, не различая деталей.

Как справедливо это для физического зрения, так верно и для

духовных явлений — для постижения, понимания и видения духовных

уровней. Каждый более высокий уровень выглядит чем-то общим для

того, кто ниже, и он не может различить там подробности, хотя их много.

Душа состоит из многих аспектов и деталей — в ней есть 613 частей, которые сами делятся еще больше (см. начало Шаарей Кдуша и Даат

Твунот Рамхаля, ч. 2). Но, поскольку мы глядим на душу с очень

ограниченной и грубой позиции по сравнению с ней, смотрим издалека, мы не различаем частей души. А воспринимаем лишь общее, хотя она

обладает неисчислимым количеством подробностей. Человек с богатым

внутренним миром знает, что скрытый мир и внутренняя мудрость

состоят из огромного множества деталей. Он находит там разные

аспекты, тончайшие нюансы, может провести различие с толщину

волоска. А тот, у кого нет духовного богатства, и кто не может различить

эти тонкости, способен понять лишь общие принципы духовного мира.

Верно и обратное: смотрящий на практический мир издалека, поскольку

сам не участвует в нем, не различает многих деталей, а только общее. А

практик, погруженный в эти детали, знает об их множестве и

разнообразных аспектах. В этом весь принцип: каждый, кто находится в

определенном месте, различает детали, а не общее, а когда смотрит

туда, где не находится, — видит общее, но не детали55.


55 Попутно отметим, что если что-то свидетельствует, что человек находится в определенном

месте и имеет к нему отношение, это дает естественную возможность обрисовать это место со всеми

его многочисленными подробностями и детализацией. Таков порядок вещей: взгляд с дальнего

расстояния различает общее, но не детали, а с близкого - детали, но не общее. В этом причина

трудностей в изучении алахи у тех, чья душа взлетает к вершинам духа. Такой человек может

описать многие детали и нюансы в верхних мирах, тогда как в практической, алахической реальности

он придерживается общего подхода и затрудняется различить частности, ибо смотрит на них

издалека. Но именно поэтому он способен уловить их общее строение, смысл и цель, чего не хватает

законнику, сведущему в деталях, но не в смыслах, целях и внутреннем сиянии алахи. К тому же, этот

законник с трудом различает даже общее на вершине духовной реальности, а тем более не ведает о

частностях. Но понимающий высокое находит у себя успех в движении среди подробностей алахи в

тот момент, когда сталкивается с практическим вопросом, в котором есть нужда в данный момент, поскольку это приводит его к тому, чтобы спуститься в это место, и он сам собой начинает различать

детали. Близость жизни к практической сфере открывает вход для постижения и хорошего

различения подробностей алахи. Возможно, это верно и в отношении каванот тайного учения: для

обладающих душой из мира Ацилут естественное место - наверху, и им легко дается множество

деталей и подробностей там. Им не требуется медленно перечислять их по одной, но достаточно

лишь быстро окинуть их общим взглядом в виду возвышенности их духа. Так ведет себя человек у

себя дома - он схватывает детали обстановки не как собирающиеся по отдельности, а как единство, состоящее из частностей. Педантичная медлительность, вероятно, свидетельствует об

отдаленности, когда приходится хвататься за предмет посредством его деталей. А тот, кто духом

своим близок к сущности высшего света, вместе с ней быстро и легко улавливает и все детали. Да

просветит Б-г глаза наши светом Своей Торы, амен и амен.


Постижение частного и общего


В виду сказанного, мы сможем понять глубину в именах Б-га и

верхних мирах. Известно, что эти имена — корни всех миров, а также, что свет Кетера скрыт в верхней точке буквы Йуд. В книгах объясняется

причина: из-за его великой скрытости, он не может удерживаться ни в

одной букве. Ведь буква — это определенное раскрытие, а Кетер очень

глубоко скрыт. Так что он вообще не может проявляться в буквах, даже

в Йуд, самой скрытой среди всех. Поэтому он проявляется только в ее

верхней точке. Можно задаться вопросом: ведь в святых книгах прямым

текстом написано, что Кетеру соответствует имя Авая с огласовками

Камац. Это вызывает затруднение: соотносится ли он с верхней точкой

Йуд или с полным именем Авая? Как может он проявиться в полном

имени, если его свет пребывает выше самих букв?

Более того, известно, что у имен Б-жьих есть еще наполнения. Все

буквы записываются с транскрипцией: например, Апеф пишется как

Апеф-Ламед-Пей (ףלא(. Такое наполнение — это дополнительная

развертка подробностей того, что кроется в буквах. Таким образом, получаются наполненные имена Б-га, которые фактически являются

более подробным различением светов. В книгах объясняется, что свет

Кетера — это имя Авая с наполнением Йуд: ד״וי , י״ה , ו״יו , י״ה. Это более

подробное написание, чем обычное имя Авая. Тогда понять становится

еще труднее. С одной стороны, мы говорим, что даже одна буква не

способна раскрыть свет Кетера, и потому на него намекает лишь

верхняя точка. С другой стороны, есть целое имя Авая с огласовками

Камац, и более того, мы видим, что Кетер определяется даже в

подробном виде через Авая с наполнением!

Ответ кроется в том, что мы отмечали только что. Все эти различия

зависят от места, в котором мы находимся и с которого рассматриваем.

А находимся мы на самом деле низко-низко и ничего не можем

различить в свете Кетера. Поэтому относительно нас на него намекает

лишь верхняя точка Йуд. Иными словами, если смотреть на мир во всей

его совокупности (а имя Авая — это целый мир), то свет Кетера

действительно очень далек от нас, и невозможно разглядеть в нем даже

самое общее. Поэтому есть лишь туманный намек в виду его большой

скрытости от нас. Однако, тот факт, что он скрыт, и потому на него

намекает маленькая точка, еще не значит, что он мал в сравнении со

светами, которые под ним, выраженными целыми буквами. Верно как

раз прямо противоположное. Кетер очень велик и могущественен, и его

свет больше всех нижних миров вместе взятых. А значит, само собой

становится ясно, что он полон бесконечным богатством света, жизни и

бытия, разве что мы всего этого не постигаем. Следовательно, хотя для

нас его выражает лишь точка Йуд, для верхних уровней он более

постижим, и они познают в нем дополнительные особенности, неизвестные нам. Для них он представлен именем Авая с Камац. Это

соответствует названному принципу: чем ближе подбираемся к некой

ступени, тем более многочисленные детали различаем на ней. Эта идея

объяснена в книге «Лешем Шво ве-Ахлама», а цитата приводится в

приложениях (4).

Такова глубинная разница между большими звездами и малыми.

Кто сидит в сукке, в нижнем мире, не может различить подробности

верхнего — множество светов и разных его оттенков. Поэтому ему

заповедано различать только «большие звезды» — общие принципы

верхнего мира, без подробностей.


Раши — пробей закрывающий потолок!


Лучи Солнца — сосредоточение воли с целью действия


В отличие от Рамбама, Раши считает, что нужно видеть сквозь схах

лучи Солнца, входящие в сукку. Это уменьшенный свет, способный

проникнуть внутрь. Это подобно рассмотренной иллюстрации: нужно

ограничить волю, чтобы войти в мир действия, и чтобы она стала

движущей силой для него. Свет воли, с одной стороны, не должен быть

слишком большим, с другой — ему нельзя совсем отрываться от

действия. Дело в том, что человеку, чтобы двигаться в повседневной

жизни, нужно сосредоточить свои желания, даже если они восходят к

высям небесным. Поскольку в глубине сердца каждый ждет, когда

поступки его сравнятся с поступками отцов Авраама, Ицхака и Яакова

(Тана Девей Элияу Раба, гл. 25), и каждый еврей хочет познать всю Тору

и пребывать на великих уровнях святости и святого духа, пророчества и

явления Шхины — все же это только пространство желания. При спуске

на землю, при входе в сферу практической жизни, в мир ограничений, в

котором невозможно делать два дела одновременно, нужно сократить

свои желания и сконцентрировать их, чтобы запустить практическую

деятельность. Человек не может действовать в мире с мощным мотором

в виде желания быть пророком и обладать святым духом. Такой

двигатель не проникает в мелкие подробности жизни, а несет слишком

высокий и сильный для них свет. Его присутствие не позволяет

обращать внимание на мелочи. Кто спешит взлететь к небу, у того нет

свободного времени и спокойствия, чтобы заниматься отдельными

элементами.

Таким образом, внимание к мелкой мозаике, из которой строится

жизнь, чуткость к людям, полноценная деятельность во всех

подробностях, когда насыщаются все сферы жизни — душа и тело, окружение и люди — требует соответствующего двигателя. Невозможно

перемещаться по узким переулкам с ракетным двигателем. Нужно

приспособить внутренний огонь к повседневной житейской путанице.

Это и есть ограничение солнечных лучей, входящих в сукку — в область

жизни человека. Уменьшение света позволяет различать подробности

сосуда, детали жизни в человеческих отношениях, с чуткостью и

приязнью, с вниманием ко всем, чьи интересы затрагиваются, без

перепрыгивания промежуточных шагов. Но это уменьшение не означает

подмену великого идеала на мелочи. Это не отказ от могучих мечтаний

о полете души к возвышенным сферам. Здесь нет уступки, поскольку в

просторах

высшей

воли

душа

исполнена

свободой.

Она

распространяется во всех широтах своих стремлений и желаний, не

ограничивая свой полет из-за медлительности жизни и тяжести выбора

и действий. Душа обладает свободой, сиянием и способностью летать.

И так будет всегда.

Душевно зрелому человеку нужно уметь совмещать оба состояния у

себя в сердце. С одной стороны, надо быть над схахом56, над миром

действия и соединяться с душой, путешествующей среди звезд, примкнувшей к высоким праведникам и жаждущей вершин святости.


56 Создание завесы вытеснило свет из пространства и сосредоточило его над схахом. Это

средоточие образовало избыток света там, ибо там оказались все света, которые поднялись снизу, из

пространства сукки. Этот избыток совершает важные действия, как известно из учения Ари (Эц Хаим, врата Некудим и др.). Возможно, что в душе человека это проявляется как усиление стремлений, происходящее из терпения и ожидания при реализации воли. Получается, что завеса не только не

ослабляет волю, но и усиливает и укрепляет ее благодаря избытку света, собравшемуся над завесой, что приводит, как известно, к добавлению и привлечению новых светов в виде верхнего единения. Но

здесь не место объяснять это.


Но в то же время под схах, за ограничивающую завесу, нужно

вносить умеренные лучи света с душевных вершин, «хлеб в меру», с

терпением и спокойствием, зная, что таков порядок в мире и таково его

устройство. Тогда наступит мир между телом и душой, между действием

и мечтой. Медлительность действий не ослабит могущество воли в ее

истоке, а сильная воля не приведет к нетерпению и пренебрежению

практикой. Все это совершается силой завесы, которая учит двум

мирам, двум видам реальности. Она разделяет между ними — между

верхней и нижней водой — и сохраняет каждый из них в своих пределах, соединяя в равновесии и верном балансе.


«Плотная как дом» — мрачное отчаяние


Так, по мнению Раши, лучи света должны проникать в сукку. Если

она будет «плотная как дом», появится разрыв между мечтой человека и

реальностью — между стремлениями души и практическим их

выражением. Действительно, встречаются люди, отчаявшиеся от

осуществления своих святых мечтаний. Некогда в молодости, сидя в

ешиве или находясь, так или иначе, в рамках святости, они были

исполнены святых стремлений и желаний. Но после спуска в жизнь, к

бремени семейных и экономических забот, пришли трудности и

материальные нагрузки, показав им совсем иной мир — путаницу, вожделения и многие испытания, суету, не дающую душе погрузиться в

святость. Мечты сами собой ушли и скрылись, а отчаяние начало

пробираться в сердце, представляя этот мир в виде крепостной стены и

каменной скалы, за которую человек не в силах выбраться. Признался

себе в этом человек или нет, но по факту он отчаялся от своих желаний

и мечтаний, бывших в молодости. Ежедневные трения отдалили идеал и

превратили его в нечто нереальное и непостижимое.

Это и называется «плотная как дом». Наверху, впрочем, есть

солнце и свет, и в глубине сердца человек хочет святости и

причастности к Б-гу. Но жизнь в нашем мире закрывает перед ним эти

святые желания. Между мечтой и практической жизнью разделяет

железная стена, твердый и непроницаемый потолок, не дающий

верхнему свету проникать в жизнь и пробуждать надежду и желание, приободрять дух и укреплять волю к тому, чтобы подняться от

будничного и материального бремени. Получается, что в человеке

существуют два оторванных друг от друга мира — один принадлежит

скрытой мечте, а другой — мрачной реальности. Меж ними развернулся

непроницаемый потолок, разделяющая стена.


Сила сукки — выход на свободу!


И вот свет движется и разбивает этот потолок. Это свет праздника

Суккот — времени, когда благодать свыше приходит помочь каждому

еврею и приподнять его из той тяжести, в которой он погряз. Сукка

воистину Божественна; она взывает к еврею и говорит ему: «Выйди!»

Само слово «сукка» (הכוס) имеет то же числовое значение, что и

«выйди» (אצ), поскольку в ней заключена Божественная сила пробудить

еврея и «голосом Б-жьим в силе» сказать ему выйти. Уходи из

постоянного жилища, уходи из своего дома. «И вывел его наружу»

(Берешит 15:5). Не будь под непроницаемым потолком, не сиди за

железной стеной, отделяющей тебя от Творца и собственной души, и

твои святые мечты — от повседневных дел. «Выйди наружу — выйди из

своей астрологии!» Не смотри на природу и ее законы, не соблазняйся

видеть трудности как вечные горы темноты. Пожалуйста, дети мои, не

творите зло, ослабляя свои души. Вместо этого войдите в сукку — в

обитель великой святости. Не будет между нами ни потолка, ни стены

простертой, не преграды, но лишь приятный схах, «тень веры» — тень, которая исполнена веры и оптимизма, которая приободряет и

поддерживает. «Душа моя жаждала тени руки Твоей» — это тень, которая побуждает сердце желать ступеней святости; «познать всю

тайну секретов Твоих» — стремиться к верхним рекам, светам и

постижениям. «Тени Его желала я и сидела там» (Шир а-Ширим 2:3). «В

суккот живите семь дней, каждый коренной житель в Израиле пусть

живет в суккот, чтобы знали...» (Ваикра 23:42-43) — чтобы вы были

знакомы с собственной душой, чтобы обновлять ее силы, как в былые

дни, вернуться к юности и детству, к простой и чистой надежде, которая

была у вас тогда. «И вспомню о благосклонности ко Мне в юности твоей, о любви, когда была ты невестой, как шла за Мной по пустыне» (Ирмия

2:2). Таким образом, сукка — это возвращение к «милости юности»

каждого человека, к детской и сладкой наивности, полной мечтаний и

желаний, бодрости и надежды. Наша любимая сукка — это великий

свет. Она сокрушает потолок и отчаяние, открывает сердце к просторам

души, приближает волю к ее истоку, показывает ее истинную могучую и

крепкую силу, которая превыше любого препятствия и любого бремени

жизни.

У наших душ есть орлиные крылья, но в них сначала нужно

поверить, чтобы не преуменьшать их значение на фоне бремени

будней. Наши души способны взлететь высоко с любым грузом, с

заботами о заработке и о семье. Крылья души могут все поднять и

вознести вверх, ибо им помогает Б-г, благодать с вершин.


Радость в Суккот — в силу свежести желания


Такова особая сила сукки, и из этого совершенно ясно, почему нет

радости, подобной той, что приходит в праздник Суккот (Сукка 5:1). Ведь

наибольшая радость — это глубокое обновление, новое желание и

пробуждение

сердца,

когда

отказываются

от

всех

мыслей

разочарования

и

от

всего

гнилого

мировоззрения,

которое

преуменьшает значимость человека в собственных глазах и внедряет в

него яд отчаяния, заставляя потерять мечту. Сукка сокрушает

бессердечие, разрывает непроницаемую оболочку, окружающую дух

человека и не оставляющую входа. Она проделывает окно в ковчеге, вносит сияние с небес, обновляя дни наши, как прежде, как было в

начале. Узрите же, братья, это чудо, усядьтесь в тени Всемогущего, познайте своим разумом то, внутри чего вы находитесь, — свет, что над

вами. Крепитесь, и да усилится сердце ваше светом веры. Ведь Б-г

живой внутри вас, вершащий спасение на земле, освещая ее вместе с

ее обитателями. Йсполните же то, о чем упоминаете в Рош а-Шана:

«Счастлив муж, который не забудет Тебя, и человек, в Тебе

укрепляющийся». Укрепите сердце святыми желаниями, припомните дни

своей юности, взбодритесь и пробудитесь к полному возвращению к Б-гу

в радости, с верой в себя, в свою внутреннюю силу, которая

Божественна, в свет своей души, которая выше и могущественнее, чем

все мрачные горы тьмы, пытающиеся скрыть от вас лучи солнца и свет

святости.

И да будет воля Творца, чтобы мы удостоились пробить все стены, разделяющие между нами и Б-гом, в индивидуальной жизни и в

обществе. Да раскроется вскоре наш Царь в свете великом, из небесной

обители Своей да изольет на наши души яркий свет, чтобы встать и

ободриться, как львенок-Йеуда, и отыскать наше наследие и Святого

Яакова, с приходом праведного Машиаха и постройкой «дома жизни

нашей» в наши дни. Амен и амен!


ТРЕТИЙ И СЕДЬМОЙ ДНИ

Тиферет и Малхут — Яаков и Давид


Постоянное и временное

в сукке и в душе


Цикл праздников от Песаха до Пурима


Сукка — хупа


В предыдущих разделах мы затронули два первых смысла сукки —

окружающий свет (первый день, Авраам) и покров-завеса, то есть сила

сокращения (второй день, Йцхак). А в этом разделе коснемся, с Б-жьей

помощью, третьего смысла сукки. Это хупа — качество нашего отца

Яакова, мир ему. Сюдаже включим и седьмой смысл, то есть бедность и

нищету сукки — Малхут, у которой «нет ничего своего». Это качество

царя Давида, мир ему57.


57 Третье свойство - это качество Тиферет, а седьмое - Малхут. Они называются Другом и Его

Ближней. Это Святой, благословен Он, и Его Шхина, которые вместе образуют полную величину.

Поэтому третье и седьмое качества - две стороны одной медали, и полное понимание каждого из них

приходит вместе с другим, как мы это объясним, с Б-жьей помощью, в продолжении раздела.


В разделе о разных смыслах сукки мы видели, что третий смысл

связан с принципом хупы. Сукка — это соединение между Святым, благословен Он, и Шхиной, между Другом и Его Ближней. Писание

прямым текстом говорит о сукке как о хупе: «И сотворит Б-г над всем

местом горы Цион и над всеми собраниями на ней облако и дым днем и

сияние пылающего огня ночью, ибо над всей славой хупа. И сукка будет

днем для тени от зноя и убежищем и защитой от ливня и от дождя»

(Ишайя 4:5-6). В этом смысле хупа означает свадьбу между Святым, благословен Он, и общиной Израиля. У этой идеи есть глубокий

источник — крувим, о которых сказано: «И простирали крувим крылья

наверх, укрывая своими крыльями крышку ковчега, а лица их были

обращены друг к другу» (Шмот 25:20). Мы видим у крувим две

особенности: они создают крыльями покров наверху, у себя над

головами, а сами находятся под сенью этих крыльев. Иными словами, их тела расположены внутри шатра (или сукки), образованного их

крыльями. Эти крувим означают Святого, благословен Он, и общину

Израиля, а лица их с радостью обращены друг к другу, как у жениха и

невесты, пока они стоят под схахом, образованным крыльями. Вот что

говорит Зоар (3, 255 б):


«В слове «сукка» есть буква Вав — это тайна двух детей

Авая и Адонай. И само слово «сукка» численно равно этим

именам () יהנודהאי( ). Это двое крувим, которые «укрывают

своими крыльями крышку ковчега, а лица их обращены друг к

другу»».


Зоар объясняет тайну, заключенную в слове «сукка». Оно дает

число, равное сумме имен Авая и Адонай. Это единение света

Всевышнего (имя Авая) со светом Шхины (имя Адонай), и само слово

«сукка» намекает на это единство.


Праздники и дни года


Чтобы понять смысл хупы, действующий в Суккот, нужно вернуться

и напомнить о важном принципе, приведенном уже несколько раз (см.

«Талелей Хаим, Элуль-Тишрей»), Это суть праздника Суккот в цикле

всех остальных праздников. Хотя их празднуют в разное время года, и

со стороны может показаться, что нет между ними связи, они

представляют нечто цельное. Каждый из них словно добавляет еще

один ряд камней поверх другого в общем строении. Таким образом, весь

цикл праздников — и три времени паломничества Песах-Шавуот-Сук-

кот, и праздники Тишрея Рош а-Шана-Кипур-Суккот — это единая

структура. Известно, что основная суть праздников — верхние света, которые выстраивают и совершенствуют Израиль, освещая его, очищая

и развивая духовно. Фактически, каждый год — это отдельный мир, в

котором народ Израиля рождается и растет, пока не приходит к

завершению своей структуры в конце года. Вслед за этим начинается

новый этаж, имеющий статус самостоятельной реальности. С этой точки

зрения, весь год — это единое непрерывное восхождение, и у каждого

дня и часа есть свое значение в этой непрерывности. Ежедневное

служение Б-гу направлено на привлечение особого для этого дня света, чтобы и он внес свой вклад в общую структуру года. Но в отличие от

остальных дней года, праздники — это сущностное и более высокое

свечение, проникающее с самых вершин и утверждающее правильное

состояние всего года. Праздники — это Божественные действия свыше, зерна светов, которые являются основой и корнем ежегодного

исправления. В силу и вследствие этих светов приходят будни и

действуют точечно и локально, чтобы провести лучи света во все

детали. Праздники — это света, которые выше времени, но

проникающие во время и соединяющие его наверху с вечностью. Свет

праздников дарует нам силу продолжать детальное исправление в

течение всего года. В этом разница между словами «время» (ןמז) и

«момент» (תע), приведенными во фразе: «Всему свое время и свой

момент у каждой вещи» (Коэлет 3:1). Время — это непрерывный цикл

года, а «момент» — определенная точка во времени, стоящая сама по

себе. Это привлечение верхнего света, который над временем. Вот

какМаараль объясняет разницу между «временем» и «моментом»

(Тиферет Исраэль 25):


«Пойми сказанное: «Всему свое время и свой момент у каждой

вещи». Есть телесные явления — такие, как вход Адама в

райский сад и выход оттуда, разрушение и гибель мира и

обрезание. Все это относится к телу, а оно попадает под

действие времени, и потому уместно сказать: «Всему свое

время». Но то, что является чистым разумом, например, получение Торы, которая не телесна и не подвержена времени,

— об этом говорится: «Свой момент (תע) у каждой вещи».

Настоящий момент (תעה) соединяет прошлое и будущее и не

является временем. Умопостигаемые вещи, неподверженные

времени, совершаются только в настоящем».


Маараль учит, что «время» — это непрерывный порядок дней, что

возможно только в границах. Но «момент» — это точка, стоящая сама по

себе. Она не принадлежит этому потоку, но выделяется из него. Это

слово указывает на мгновение, отделенное от всего временного потока, который заключен в свои границы. А этот момент возвышается над

границами, соединяется с высшими измерениями, расположенными над

временем, и протягивает лучи света оттуда внутрь ограниченного мира

и времени. Праздники — это как раз такие «моменты», точки сцепления

между ограниченным миром и беспредельным.

Таким образом, на протяжении всего года мы пребываем под

действием времени, в рамках повседневной рутины. Это время —

детали ежегодного исправления, подобные многим звеньям общей

структуры года. Основная работа человека лежит в этих границах и во

времени. В отличие от этого, праздники — это лучи света, проникающие

из вневременного состояния во время. Это протяжение Божественности, запечатлевающее в мире эссенцию блага ради исправления всего года.

Отсюда мы учим, что весь год — это поистине нечто монолитное, в

котором можно выделить два аспекта: время и момент. Время — это

привычный поток повседневности, а момент — высокие мгновения

привлечения света свыше, то есть праздники.


Сумма дающих и получающих сил


Нам нужно понять, что это за исправление всего года.

Исправлением (тикун) называется совершенствование народа Израиля

и его развитие. Если взглянуть глубже, оно относится к Шхине и

происходит каждый год. Ведь во всем мироздании есть два основных

принципа. Во-первых, есть верхний дающий свет (Святой, благословен

Он), включающий в себя все влияющие силы, передающие свет всем

мирам. Во-вторых, имеется категория получателей. Это сами миры, а

главное и центральное в них — народ Израиля, который является

мозгом и сердцем мироздания. Основа и эссенция Израиля — это

Шхина, буквально душа Израиля, как и душа всего мира (Орот, «Орот

Исраэль» 1:1). Два эти принципа содержат в себе множество деталей.

Есть очень много светов наверху — проявлений Божественности на

разных уровнях, которым нет конца и предела. Также и внизу имеется

множество частей. Существует много миров, и они включают столько

существ и творений, что и не сосчитать. Но совокупность всех нижних

миров заключена в одной категории, которая есть корень и душа их

всех. Это Израиль, а если говорить точнее — Шхина, «община

Израиля», душа Израиля и всех миров58.


58 «Дело в том, что три мира Брия, Ецира и Асия - это части воинства Малхут Ацилута» (Шаар

а-Акда-мот 48 б, см. начало предисловия к Реховот а-Наар).


Также и совокупность верхних светов заключена в одной категории, которая содержит их все и имеет отношение к каждому. Это свет

Святого, благословен Он, сфира Тиферет (Клалим Ришоним, п. 20). Это

имя Авая, содержащее внутри сумму всех верхних светов. Известно, что

даже самые высокие света, чистота святости, неявным образом

содержатся в нем намеком, в виде верхней точки Йуд, которая

указывает на скрытое и непостижимое (это широко объясняется во

многих местах; см. Лешем Шво ве-Ахлама, предисловия и врата).

Таким образом, Святой, благословен Он, и Шхина — это корни

всего, сумма влияющих сил и сумма получателей и творений. Это

Всевышний и народ Израиля, мужское и женское, как они упоминаются в

книгах в таких выражениях и еще под разными названиями.


Создание миров — строительство Нуквы


При сотворении неба и земли было положено новое начало нижних

миров. Это они созданы из ничего, они были сотворены и сделаны.

Иными словами, именно Израиль, женское начало (Нуква), является

чем-то новым в мире. Он строится и развивается вместе с сотворением

мира. В отличие от этого, верхний свет, Святой, благословен Он, всегда

существует и светит. Он вечный и сущий во веки веков, без изменений, без подъемов и спусков, совершенный во всех смыслах совершенства, и

нет ничего, кроме Него. Получается, что если мы говорим о

совершенствовании и развитии в течение года, как и в ходе всей

истории, этот процесс сосредоточен на строительстве Нуквы (Израиля

внизу), получателей, то есть души мира. Когда эта душа развивается и

совершенствуется, то и весь мир улучшается и исправляется. Верхний, дающий свет всегда пребывает в полноте своего сияния, а

строительство и исправление относятся к Шхине, к получателям. Они

должны стать достойными, чтобы принять свет свыше и соединиться с

вершинами святости, где находится благо, стремящееся спуститься к

ним.

Получается, что вся последовательность праздников — это женский

принцип, строение Шхины, которое совершенствуется и развивается

этап за этапом. Понять это можно из порядка развития отдельного

человека. Ведь известно, что частное устроено по аналогии с общим и

универсальным, и из частного можно проводить параллели к более

широким системам. Мы видим, что ребенок после рождения нагой и

неимущий, лишенный всего, и нет у него ни знания, ни воли. Он растет, обретает навыки

и

развивается. Постепенно

он

входит в

сознательность, обретает мудрость и волю, пока, повзрослев, не

начинает действовать, строить деловые отношения, использовать

собственные силы. Точно также весь Израиль, Нуква, растет и

развивается. В этом смысле есть много цикличных процессов. Наиболее

широкий и длинный процесс — это шесть тысяч лет мира. Это единая

последовательность строительства Нуквы. Дни наших праотцев и

поколение пустыни намекают в ней на рождение Израиля, а вся

продолжительность дальнейших тысячелетий — это процесс роста и

развития, пока не придет последнее поколение, означающее

завершение структуры Шхины, к полному исправлению в седьмом

тысячелетии и эпохе освобождения. Но вся продолжительность мировой

истории — это не одна линия, а циклы времен, годы, и каждый год

выделяется как самостоятельная единица (см. «Кицур а-Каванот»

Рамхаля, «Талелей Хаим, Элуль-Тишрей», стр. 110 в примечании). Как в

том, что касается души, есть аналогия между индивидуумом и общиной

Израиля, ибо частное подобно общему, так и в отношении времени эта

параллель существует. Неделя аналогична шести тысячелетиям, а год

— всей сумме лет мира. То же верно для субботних лет и юбилеев и т.

д. Так Б-г устроил Свой мир, что в нем есть полная аналогия между

частным и общим. Это как в структуре ДНК, где можно найти

генетический код всего тела.


Год и праздники — непрерывное строение Шхины


Следовательно, порядок года — это процесс строительства Нуквы.

Это то, как Шхина движется в своем развитии от рождения (начало года) до полного строения и совершенства (конец года). Здесь и появляется

хупа — этап, на котором Нуква уже развита и достойна предназначенной

ей короны. Она становится супругой Возлюбленного — Святого, благословен Он. Хупа — это завершение строительства Нуквы и

приготовление к ее цели, к полному единению Любящих. То же самое

верно в отношении последовательности праздников: Песах — это

рождение Израиля. В то время мы были лишены всего, нищие и нагие.

Народ вышел изнутри другого народа, родился в мире, отмеченный

только собственным существованием. Вслед за тем наступило развитие

сознания и воли — праздник Шавуот, дарование Торы, явление

Божественного плана в отношении народа Израиля, чтобы он знал свою

роль и деятельность в мире. Принцип Друга и Его Ближней — это, несомненно, идея партнерства, и вся суть отношений между мужем и

женой

сводится

к

внутреннему

единству,

порождающему

взаимодействие. А каково взаимодействие между Святым, благословен

Он, и народом Израиля? Исправление всего мира! Об этом говорит

Рамхаль (Даат Твунот 158):


«Святой, благословен Он, передает кое-что из управления

миром общине Израиля, чтобы она была Его напарницей в

совершенствовании творения. Б-г будет исправлять с одной

стороны, а она — с другой, и через них обоих завершится полное

исправление. В этом смысле сказали мудрецы в Мидраше:

«Голубка моя, совершенная моя — напарница моя» (Ялкут

Шимони, Шир а-Ширим 5). Мы видим в Писании идею соединения

отдачи и получения для восполнения существ, как сказано: «Рука

Моя основала Землю, и десница Моя обустроила небеса; взываю Я

к ним, предстают вместе» (Ишайя 48:13) — небо дает, а землю

принимает, и тем не менее оба они равноценны. Одно как другое с

точки зрения завершения мира через обоих. Поэтому в том же

Мидраше говорится: «Несмотря на это, Я не больше нее, и она не

больше Меня». И все же дающее начало приписывается правой

стороне, ибо она властвует, а потребность и получение —

левой, которая ниже правой».


Муж и жена несут ответственность за свой дом, за своих детей.

Своими действиями они передают свет окружающим, как Авраам и

Сара, которые вместе работали над исправлением мира — обращали

людей в истинную веру, обучали всех взывать к Б-гу. Так и на самом

верху Святой, благословен Он, и община Израиля вместе действуют

ради исправления всех миров59.


59 Однако, несомненно, есть огромный свет в самом единении Любящих, и это

самостоятельная цель и смысл, поскольку муж и жена, как известно, являются одним целым. Их

единение - это вопрос их собственного совершенства. Они соединяются не только для исправления

мира - такое исправление становится их дополнительной целью. Ясно, что в супружестве мужа и

жены есть смысл и помимо рождения детей. Это делается ради самого их совершенства, поскольку

мужчина без женщины - «половина тела» (Зоар 3, 7 б), и Шхина не обитает с ним в полной мере.

Таким образом, супружество -это самостоятельная цель, а строительство семьи - сила, происходящая от этого супружества. Также и исправление мира происходит от высшего единения

света Святого, благословен Он, со Шхиной. Приверженность Израиля Б-гу - это самостоятельная и

очень важная цель, а исправление миров приходит само собой вследствие этого.


Получается, что работа Нуквы, служение народа Израиля, связана с

Торой, которая нам дана, чтобы вести нас правильным путем и

указывать, какие совершать действия, чтобы они приносили плоды, ради

исправления мира.


Две тысячи лет Торы и Машиаха


Итак, в Шавуот мы получили Тору, или сознание. Далее мы

подходим к Суккот, где завершается строительство Нуквы. Теперь она

уже готова войти под хупу, совершенная и развитая в своих силах, чтобы соединиться с Возлюбленным в любви, братстве, мире и

близости. Таково совершенство и конец строительства. Однако, год еще

не заканчивается в Суккот. Вся зима — это действие Нуквы в союзе с ее

мужем. Происходит рождение — Нуква сама рожает, то есть действует в

мире. Наступают Ханука и Пурим — действия, которые евреи совершили

внизу, согласно естественным законам природы, в виде действия Нуквы.

В отличие от других праздников, когда Святой, благословен Он, светил

свыше, творя чудеса (это были праздники из письменной Торы — Он

действовал и строил Нукву), после Суккот, когда она вошла под хупу, Нуква (народ Израиля) уже сама действует в партнерстве с Ним, какжена, помогающая своему мужу. Впрочем, очевидно, что все ее

действия совершаются благодаря силе мужа — например, чтобы

родить, она получает семя от мужа и развивает его в виде зародыша, и

также Ханука и Пурим являются действиями Нуквы, народа Израиля, но

посредством блага свыше, которое светит ему. Это свет Святого, благословен Он, — верхнее семя, незаметно входящее в Нукву и

дающее ей силу действовать и творить великие совершения в мире.

Итак, мы увидели вкратце последовательность всего года, который

начинается с рождения и обрезания в Песах, затем при даровании Торы

в Шавуот наступает Бар-Мицва и обретение сознательности, а после

этого происходит вхождение под хупу в Суккот, единение Любящих.

Дальше наступают праздники устной Торы, действия Нуквы — Ханука и

Пурим. Нуква рождает и действует в мире как напарница своего Мужа, дающего ей свыше, чтобы утвердить ее и укрепить для работы по

исправлению мира, как это происходит в Хануку и Пурим. Они

параллельны всей истории пятого и шестого тысячелетий, так

называемых «двух тысячелетий Машиаха». Это две тысячи лет общины

Израиля60.


60 Возможно, поэтому эти вечные света Хануки и Пурима проявились в мире много лет спустя

после явления света праздников Торы. Их место в истории мира - в двух тысячелетиях Машиаха, которые принадлежат общине Израиля, как разбирается далее. Во всей совокупности мирового

времени процесс созревания Нуквы с ее силами продолжается до этих двух тысячелетий. Лишь тогда

она становится способна проявить эти света Хануки и Пурима. И потому высший Управитель вызвал

эти события во внешней истории мира - греков и Ахашвероша - чтобы эти верхние света раскрылись

в мирах.


В этом их отличие от третьего и четвертого тысячелетий, названных

«двумя тысячелетиями Торы» и параллельных праздникам от Песах до

Суккот, лету и свету, явным чудесам. А первые два тысячелетия — это

древняя эпоха, предшествующая исправлению. Это хаос, дающий почву

для работы наших тысячелетий61.


61 Тана девей Элияу: «Шесть тысяч лет существует мир: две тысячи - хаос, две тысячи - Тора и

две тысячи - дни Машиаха». (Санедрин 97 а).


Таким образом, каждый год устроен по аналогии с тысячелетиями

Торы и Машиаха — Святого, благословен Он, и Его Шхины. Это чудеса

и природа, и они делятся на промежуток от Песаха до Суккот для

действий свыше (свет Торы, Святой, благословен Он, праздники

письменной Торы) и тысячелетия Машиаха от Суккот до Пурима — зима

и время темноты, природа, сила мудрецов Израиля, устная Торы и

действие Нуквы снизу.


Праздники Тишрея — частный процесс подготовки кхупе


Чтобы далеко не уходить от темы, не будем входить в подробности

соотношения между праздниками Тишрея и тремя праздниками

паломничества в Иерусалим, а отметим лишь отдельные моменты

вкратце. Во-первых, праздники Тишрея устроены как процесс

строительства Нуквы, который начинается с «отпиливания» (несира), то

есть отделения женской от мужской стороны, как это было с Адамом и

Хавой. С этого момента Нуква движется в своем развитии, пока не

становится готовой к свадьбе, что происходит в дни Суккот. Эта тема

подробно разбирается в «Талелей Хаим, Элуль-Тишрей» (стр. 101 и

далее; рекомендуется прочесть написанное там, поскольку это добавит

глубины в то, что мы разбираем здесь, одно место дополняет другое).

Отметим вкратце, что с некоторой точки зрения последовательность

праздников Тишрея — это частный процесс внутри более общего, который начинается с Песаха и длится до конца года. Идея в том, что

этот процесс начинается буквально в Песах. Это момент рождения, вслед за чем наступает Шавуот — бар-мицва. Потом идет процесс

подготовки к свадьбе. Мы имеем в виду, что последовательность

праздников Тишрея и есть эта подготовка. Ведь человек в своей жизни

весь период взросления готовится кхупе. Этот период включает

развитие самостоятельности и собственной устойчивости. Ребенок

выходит из-под опеки родителей и обретает независимость, пока не

становится готов войти под хупу и сам вести свою жизнь. То же самое

происходит наверху: момент «отпиливания» — это разделение и период

зрелости. Это отделение женской от мужской стороны, чтобы она стала

сама по себе (что подробно объясняется в «Талелей Хаим, Шмот» —

Пурим и тайна отпиливания). Тоже самое былоуХавы: сначала она была

поглощена внутри своего мужа, а потом встала напротив него во весь

рост.

Мы видим, что Всевышний называет общину Израиля «дочерью». У

мудрецов тоже сказано, что муж называется свою супругу дочерью

(Шаббат 118 6). Корень этого в том, что изначально Хава была

поглощена в своем муже, и потому считается, будто это он ее породил.

Как говорили мудрецы, «каждого, кто берет жену во имя Небес, Писание

расценивает так, словно он родил ее» (Сота 12 а)62 .


62 На самом деле муж имеет приоритет перед родителями невесты. Ведь душа жены была

включена в душу мужа еще до того, как пришла в этот мир. Лишь после этого она отделилась, и

родители провели ее вплоть до облачения в тело и рождения. Получается, что родители совершили

процесс «отпиливания» души жены от души мужа, но муж еще прежде того был связан с ней, так как

она была включена в его душу. Мы видим это на примере Адама и Хавы: сначала она была включена

в мужа, а потом силы Отца и Матери (Аба и Има) отделили ее от него, на что намекает Писание: «И

построил Б-г Всесильный ребро» (Берешит 2:22). «Б-г» (Авая) и «Всесильный» (Элоким) - это намек

на Отца и Мать, как известно из святых книг. Итак, муж предшествует родителям жены. Поэтому он

называет ее «дочь моя», ибо в действительности он ее и породил. Ведь она была включена в него в

виде ребра.


Дочь моя, ближняя моя, мать моя


Следовательно, в начале отношения между мужем и женой — как у

отца с дочерью. Это соответствует дням от Песаха до Шавуот, когда

Всевышний растит нас, словно малых детей. Вслед за этим, когда мы

достигаем зрелости после бар-мицвы, наступает момент «отпиливания».

Это переход от состояния дочери к состоянию ближней (супруги),

которая полноценна в своих силах и стоит рядом с мужем как

напарница. Этот процесс происходит как раз после бар-мицвы, и это

годы подготовки кхупе. Мы хотим сказать, что Рош а-Шана и Иом Кипур, когда и совершается «отпиливание», на самом деле уместны именно

после Песаха и Шавуот. Ведь эти два праздника означают рождение и

бар-мицву, а Рош а-Шана и Иом Кипур — подготовка к свадьбе через

отделение женской стороны от ее мужа, чтобы она могла выстроиться

самостоятельно в своей зрелости и перейти от «дочери» к «ближней», входя с ним под хупу.

Получается, что праздники Тишрея — это частный процесс, направленный к «единению Возлюбленных». Это подготовка к свадьбе и

хупа, тогда как от Песаха до Суккот идет более общий процесс, соответствующий времени от рождения до хупы. Далее он

продолжается до конца года в виде деятельности самой жены вХануку и

Пурим, когда проявляется принцип «матери». В это время супруга

заботится о своем Возлюбленном — евреи очищают святилище в

Хануку. Это подобно тому, как мать беспокоится о сыне. В этом секрет

возвышения женской стороны над мужской, по принципу «женщина

окружит мужчину», чтобы защищать его, как мать. Поэтому Ханука

длится восемь дней, ибо мать — это Бина (восьмая сфира снизу). Пурим

тоже указывает на Бину через вино. Это предельное восхождение

Нуквы, когда она поднимается выше своего Возлюбленного и заботится

о том, чтобы освятить Его имя в мире и воевать против оскорбляющих

Его святость. Итак, Песах и Шавуот — это состояние дочери, дни

трепета и Суккот — состояние ближней (или супруги), а праздники, установленные мудрецами, Ханука и Пурим, — состояние матери. Это

очень глубокие идеи, и о них говорит Мидраш мудрецов (Шмот Раба

52:5):


«Раби Шимон бар Йохай спросил раби Элазара, сына раби

Йоси: Быть может, ты слышал от своего отца, что значит

«венцом, которым увенчала его мать его» (Шир а-Ширим 3:11)?

Тот ответил: Это подобно царю, у которого была одна дочь, и

он очень сильно любил ее, называя ее «дочь моя». Он не

прекращал любить ее и в итоге стал называть «сестра моя», а потом и «мать моя». Так и Святой, благословен Он, сначала

назвал Израиль дочерью, как сказано: «Услышь, дочь, и

посмотри, преклони ухо и забудь свой народ и дом отца своего»

(Теилим 45). Не прекращал любить, пока не назвал сестрой, как

сказано: «Открой мне, сестра моя, возлюбленная, голубка, непорочная, ибо голова моя полна росы, кудри мои — капель

ночных» (Шир а-Ширим 5:2). Не прекращал любить ее, пока не

назвал матерью, как сказано: «Слушайте Меня, народ Мой; нация Моя63, Мне внимайте, ибо Тора от Меня выйдет, и

правосудие Мое к свету народов изолью» (Ишайя 51:4). Встал

раби Шимон бар Йохай и поцеловал его в голову».


63 Возможно, мудрецы видят в этой фразе намек на мать (םא) в слове «нация Моя» )ימואל(, которое имеет похожий корень.


Общее рождение в Нисане и частное в Тишрее


Следовательно, праздники Тишрея — это частная подготовка

внутри более общего процесса. Это и так очевидно, поскольку речь идет

о коротком периоде сравнительно со временем от Песаха до Пурима.

Ясно, что в цикле года это более частное звено, чем весь процесс в

целом. Мы также хотим сказать, что это период созревания и вхождения

под хупу. В отдельных местах («Талелей Хаим, Элуль-Тишрей», стр. 101

и далее) сообщалось, что Рош а-Шана — это рождение Нуквы, и

объяснялось, что «отпиливание» как раз и является ее рождением. Но

здесь-то мы говорим, что это отделение мужской стороны перед

свадьбой, а рождение происходит в Нисане. На самом деле ответ на это

заключается в том, что основное рождение действительно совершается

в Нисане. Как это детально показано в Торе, Израиль вышел в открытый

мир именно в Нисане. Но это рождение — общее для Израиля, раскрывающее его суть в мире. В этом смысле Израиль включает в себя

и жениха, и невесту. Иными словами, все взаимодействие между

Святым, благословен Он, и Израилем в целом, как и все исправление

мира, начинает светить с Нисана. В отличие от этого, в Рош а-Шана

происходит частное явление: отделение жены от мужа —

«отпиливание» Хавы от Адама. Это относится к появлению женской

стороны самой по себе, отдельно от мужа. В общем, Песах аналогичен

рождению всего человека, сотворенного из двух половин — Адама и

Хавы вместе. Это намек на появление Израиля в мире и его

взаимодействие с Б-гом. В глубине это затрагивает и самого жениха, так

как не бываетжениха без невесты, а без Израиля, «народа

приближенного Его», словно и имя Б-жье лишено целости. Выходит, рождение включает и жениха. Адам тоже рождается вместе с Хавой. В

каванотуАри мы видим, что рождение происходит в Песах, и весь счет

омера ориентирован на мужскую сторону — это принцип Израиля, сына, Тиферет. Однако, известно ведь, что мужская стороны совершенна во

всем, а Израиль — это как раз женская сторона. Но, по правде говоря, без Израиля мужская сторона тоже словно неполноценна. Как говорили

мудрецы, «поскольку евреи были изгнаны со своего места, нет ущерба

для Торы большего, чем это» (Хагига 5 б). Значит, ущерб Израилю как

будто наносит ущерб и мужскому началу наверху64.


64 Получается, что все, что мы говорим о состояниях зародыша, вскармливания и взрослого

применительно к мужскому началу, касается только распространения его света в миры, то есть

только его соотношения с нами - с женским началом и его «воинствами» (т. е. мирами БЕА). Но это не

касается самого мужского начала, поскольку оно и так совершенно во всем. Так видно из объяснений

в некоторых книгах.


Верно и обратное: с момента рождения Израиля имя Б-га

проявляется в мире. Евреи рассказывают о славе Б-жьей — невеста

возвещает о женихе своем. Получается, что рождение в Нисане

относится в целом ко всем отношениям между Святым, благословен Он, и общиной Израиля, к исправлению всех миров. А рождение в Рош а-

Шана — только для Нуквы. Это не такое рождение, как если бы

младенец вышел из утробы матери, но лишь отделение от мужа. Нуква

оказывается

в

собственном

распоряжении

и

становится

самостоятельной сущностью, какХава, отделенная от Адама. Все это

очень глубоко.


Отношения между Израилем

и народами в Нисане и в Тишрее


В связи с этим мы поймем различие между Рош а-Шана и Нисаном.

Ведь очевидно, что Нисан в основном призван был отделить Израиль от

народов. Мы вышли из Египта с великими чудесами, и много

милосердия было даровано Израилю, «приближенному народу». А в

Рош а-Шана видим совершенно противоположное явление: евреи

входят на суд вместе с народами мира, и еще неизвестно, кого там

оправдают. Как будто различие между Израилем и другими народами

вовсе и не заметно. Это полная противоположность Нисану. В Нисане

было явное отделение от народов мира, а в Рош а-Шана это различие

как раз и не видно. Адело все в том, что в Нисане раскрывается высший

план пребывания Израиля в мире как напарника Творца. Уже в момент

его рождения все происходило ради этой цели — привести евреев к их

совершенной высоте, чтобы Израиль стал супругой Святому, благословен Он, сотрудничая с Ним в исправлении мира. Поэтому евреи

непременно должны были отделиться от других народов, ибо ничего

подобного не было сделано больше ни для какого народа. А в Рош а-

Шана происходит различение и отмежевание от Супруга. Это

подчеркивает разницу мужской и женской сторон — жена отделяется от

мужа. В начале этого процесса у нас нет ничего своего, пока постепенно

не взращивается уровень Шхины во дни Суккот, и тогда становится

ясно, что на суде «наша взяла». Но в Рош а-Шана, в начале отделения, когда проявляется сила суда и длится период малого состояния Нуквы, еще не проявлено различие между ней и другими народами, пока она не

вырастет и не раскроет свои могучие силы в Суккот. Это отделит нас от

народов, как говорит Мидраш (Мидраш Теилим, песнь 17):


«Что значит «блаженство в правой руке Твоей — победа

(Нецах)» (Теилим 16:11)? Это лулав, кау у того, кто берет, приходит и побеждает. В мире принято, что когда два

спортсмена бегут на соревнованиях, кто приходит первым и

берет, тот и победил. Так и в Рош а-Шана все проходят перед

Ним как овцы, и никто не знает, кто победит — Израиль или

народы мира. Проходит Рош а-Шана, и все евреи постятся в

Йом Кипур, надевают белое и закутываются в белые одежды.

Проходит Йом Кипур, и никто не знает, кому даровано

прощение. Когда наступает первый день Суккот, все евреи —

взрослые и дети — выходят, держа лулавы в руках. И тотчас

всем становится известно, что Израиль победил в суде, и что

грехи его прощены. Теперь им известно, что они победители, как сказано: «Так и Победа Израиля не обманет» (Шмуэль I, 15:29). Об этом Давид говорит Израилю: Исполните заповедь

лулава,

который

назван

«блаженным»,

как

сказано:

«Блаженство в правой руке Твоей — победа». Теперь тебе

известно, что ты победил народы мира, как сказано: «Так и

Победа Израиля...»»


Заповедь сукки — партнерство между Святым, благословен Он, и общиной Израиля


Суккот и сукка


Итак, последовательность праздников однозначно показывает, что

Суккот соотносится схупой, с единением Возлюбленных. Отсюда мы

хорошо поймем, что главная заповедь этого праздника, то есть сама

сукка, непременно основана на этом же принципе — это хупа и

единение. Ведь практическая заповедь, конечно же, зиждется на общем

свете всего праздника. Святость самого этого времени сияет и освещает

мир, а практическая заповедь, данная нам Торой, основана на

привлечении этого общего свечения вниз на землю, чтобы приготовить

сосуд и емкость для передачи его нам, дабы оно влияло на нас и на все

миры. В этом суть и цель заповедей праздников — привлечь свет ко

всем мирам, осветить их и наделить святостью праздника, который

наступает и распространяется по всей реальности. Итак, главная

заповедь этого праздника — сукка, и потому сам он называется

«Суккот», а не «праздник лулава», к примеру. В отличие от этого, Песах

называется и «праздником песаха» (жертвы) и «праздником мацот» в

силу двух его центральных заповедей. Но здесь не место обсуждать это.

Как бы то ни было, в Суккот сама сукка — это суть и корень, а лулав и

другие растения — частные лучи, протягивающиеся от света сукки. В

силу ее сути мы способны привлечь отдельные лучи в разных

направлениях с помощью лулава. Все это объясняется в другом месте

(см. «Талелей Хаим, Элуль-Тишрей», раздел о празднике Суккот).


Этапы праздников — только мужское,

взаимодействие, только женское


В любом случае сукка основана на общем свечении праздника, на

принципе хупы, как мы видели это выше. Следовательно, ее суть

направлена на «единение Возлюбленных», на взаимодействие Святого, благословен Он, и общины Израиля. Это и есть главный смысл хупы —

создание связи мужчины и женщины и превращение их в партнеров, объединенных и причастных друг к другу. Отсюда уясним нечто более

глубокое: все праздники от Песаха до Шавуот в основном связаны с

действием свыше, со стороны Мужа. Ведь жена еще не готова к свадьбе

и пока что не действует в качестве супруги своего Возлюбленного. Мы

видим, что в Песах Творец все сделал Сам, а мы ничего не делали. И в

Шавуот тоже Он даровал Тору, а мы — ничего. В Рош а-Шана Он

сотворил мир, а мы — ничего. В Йом Кипур Он очищает нас, и сам день

искупает грехи, словно мать, вытирающая нечистоты ребенка. В отличие

от всего этого, сукка — это уже начало партнерства Всевышнего с

народом Израиля (в приложениях приводится дополнение к этой теме, которое было включено в этот раздел в первом издании [6]).

Мы видим это в споре учителей Мишны касательно корня заповеди

сукки (Сукка 11 б). Раби Элиэзер говорит, что она связана с облаками

славы, и это действие свыше от Б-га, а раби Акива — что она

соответствует шалашам, которые евреи построили в пустыне, и это

действие Израиля снизу. И то, и другое — слова Б-га живого. В сукке

действительно есть и действие мужской стороны в виде облаков славы, и действие женской в виде шалашей. Ведь праздник Суккот основан на

партнерстве между Возлюбленными. И также в эти дни есть два аспекта

праздника сбора урожая: один — в соответствии с работой евреев над

урожаем в стране Израиля, а второй — в связи с облаками славы, воздействием на Израиль свыше в поколении пустыни. Иными словами, здесь есть и принцип страны Израиля, то есть участие Нуквы, Луны, и

принцип поколения пустыни, то есть действие мужской стороны, Солнца.

Таким образом, Песах и Шавуот — это период, предшествующий

развитию Нуквы, и потому все совершается свыше. Суккот же — это

партнерство, и в нем участвуют обе стороны — и мужская, и женская. А

далее в продолжение праздников мы переходим к собственному

действию Нуквы, которое она совершает словно в одиночестве после

того, как развилась и вобрала в себя благодать от мужской стороны. Это

Ханука и Пурим. В Шмини Ацерет между двумя сторонами совершается

высшее единение (Шаар а-Каванот, главы о празднике Суккот), и тогда

мужская отходит наверх. После совокупления и передачи семени все

дальнейшее развитие ребенка остается в руках женщины. Она входит в

беременность, рожает, вскармливает и выращивает. То же самое верно

и для праздников: после полного единения в конце Суккот, в день

Шмини Ацерет, у Нуквы происходит зачатие, и она приступает к

собственным действиям. Это зимние праздники — Ханука, Пурим и 15-е

Швата. Женское начало действует, конечно же, в силу блага, полученного от мужского, но оно скрыто в ней. Так образуется полный

годовой цикл, начинающийся с одной мужской стороны, а

завершающийся одной женской стороной, тогда как в середине

происходит взаимодействие. Это и есть Суккот — взаимное участие

обоих.


Стены и схах как взаимодействие


Следовательно, сукка — это взаимодействие между Творцом и

народом Израиля. Выражается оно, прежде всего, в том, что сукка — это

обитель для Святого, благословен Он, и общины Израиля. Мы видели

это выше, говоря о крувим: их крылья образовывали схах, который их же

самих и укрывал. Они сами находились под этим схахом. Таким

образом, он создает дом для проживания Возлюбленных. Об этом

сказано: «Привел меня Царь в свои покои, будем ликовать и радоваться

Тебе» (Шир а-Ширим 1:4). Дом существует для мужа и жены. Жена

человека сама часто называется его домом. Так и сукка — это дом для

Святого, благословен Он, и общины Израиля, это «нижнее жилище», которого жаждет Творец.

На практике сукка означает взаимодействие не только потому, что

это общее жилище, но и само ее строительство основано на взаимном

участии. Ведь она состоит из схаха и стен, между которыми существуют

многие различия в законах. Мы уже говорили об этом в других разделах, а здесь напомним лишь отдельные моменты вкратце. Между схахом и

стенами есть различия, например, в законе «Сделать, но не из уже

сделанного» (Сукка 11 б), который относится к схаху, но не к стенам.

Главный закон, который подчеркивает различие между ними, гласит, что

схах должен быть сделан из того, что невосприимчиво к нечистоте и что

растет из земли, тогда как стены могут быть сделаны из любого

материала. Если постараться понять этот закон глубже, станет ясно, что

восприимчивость к нечистоте связана с людьми, а не с действием Б-га.

Дело в том, что по закону любое необработанное сырье в мире не

принимает нечистоту. Само творение к ней невосприимчиво, но когда

человек берет изначальные материалы — металлы, древесину и т. д. —

и делает из них приспособления для своих нужд, тогда они становятся

способны принять нечистоту. Точно так же фрукты, овощи и т. д., пока

присоединены к земле и до того, как были вымыты для использования

человеком, невосприимчивы к нечистоте. Их алахический статус —

«вещь, не готовая принять нечистоту». Когда же они ее принимают?

Когда плоды ополаскивают в воде, или когда материалы обрабатывают, производя из них изделия, служащие людям. Можно сказать, нечистота

приходит в силу связи человека с природными материалами. Творение

само по себе «здорово»65, в нем нет ничего нечистого.


65 Слова «творение» и «здорово» пишутся в иврите одинаково (האירב).


Нечистота,

представляющая

собой

непроницаемость

и

испорченность, происходит от жизнедеятельности и поступков человека.

Когда объекты творения начинают соотноситься с человеком, становятся причастны к нему, превращаются в служащие ему

инструменты, тогда нечистота в нем захватывает и их, и они становятся

уязвимы для нее. Поэтому простые изделия из древесины — бревна, бруски, в которых нет емкости, — не определяются как инструменты для

служения человеку и нечистоту не принимают. Если проделать в них

углубление или емкость, как это сделано у ложек, стаканов и т. д., то они

станут сосудами (или инструментами) и будут восприимчивы к

нечистоте.


Почему нельзя делать схах из того,

что принимает нечистоту


Истинный смысл в том, что произведение небес чисто и

совершенно. Но человек своими действиями испортил его и упал сам.

Своим грехом он низверг и остальные творения, в результате чего ими

овладела нечистота. Адам привел в мир смерть, и вследствие этого

осквернение смертью распространилось на все сотворенное вместе с

нечистотой пресмыкающихся, крота, мыши и т. д., падали, восьми гадов, указанных в Торе. Со стороны самих творений не было места для

смерти и уничтожения. Это человек своими поступками навлек на всех

смертный приговор, а вместе с тем скверну и болезнь. Главное место

этой скверны — в сознании самого человека. Ведь он увенчан разумом и

мышлением, и все остальное тянется вслед за ними. Получается, что

корень нечистоты произрастает из сознания. Поэтому в законах сказано, что семя мальчика не оскверняет, пока он не достигнет возраста, когда

может производить детей. Эта способность, как известно, зависит от

окончательного созревания его сознания (Нида 34 б).

Здесь уместно привести слова Виленского Гаона в комментарии к

Идра Раба. Он объясняет там, почему раби Шимон бар Йохай выходил с

учениками в поля, чтобы обучать их высоким тайнам этой книги, а не

оставался дома или в учебном зале. Комментарий относится к словам

«Пришли в поле и сели среди деревьев» (Зоар 3, 127 б):


«Шхина нисходит только на справедливое действие, как

сказано в главе Тазриа 50 а, и также у раби Хии в главе о

рабочих... он следил за тем, чтобы с начала и до конца все было

сделано справедливо. Поэтому везде, где они собирались для

принятия Шхины, не хотели делать это в доме, построенном

руками людей. Ведь возможно, что в нем было хотя бы одно

действие, совершенное не со святым намерением. Вместо

этого они располагались под тем, что сделал Б-г».


Гаон учит нас, что произведения людей содержат испорченность, если делаются без святого намерения. Поэтому раби Шимон бар Йохай

выходил в поле обучать учеников высоким тайнам. Ведь деревья — это

произведение Б-га, а значит, они чисты, и Шхина может снизойти на них

без преград со стороны человеческой нечистоты и его замутненного

сознания.

Следовательно, различие между тем, что восприимчиво к

нечистоте, и всем остальным — как различие действий человека и Б-га.

Божественное творение не оскверняется, а вот созданное людскими

руками, обработанное для использования, принимает нечистоту.

Отсюда можно выучить и разницу между схахом и стенами. Схах

намекает на действие Б-га, а стены — на действие людей. Схах — это

вдохновение свыше, благодать, спускающаяся с вершин небесных, чтобы окутать и укрыть Израиль. А стены, в отличие от него, призваны

разделять между человеком и его ближним, возвести преграду и границу

для каждого на его месте. Они созданы человеком, который строит и

действует в мире, устраивает себе дома и места пребывания, куда

должно сойти благословение свыше, на которое намекает схах.

Есть много законов, относящихся к стенам, и еще больше — к схаху.

Но сукка в любом случае — это сочетание того и другого, это

взаимодействие между человеком и Творцом. С одной стороны, человек

действует и создает, и на это намекают стены, а с другой — Творец

дарует благо и светит, на что намекает схах. Без стен не бывает сукки и

без схаха тоже: взаимодействие — вот ее основание. Но схах не похож

на стены — у него другая суть. С милостью Небес, мы постараемся

поразмышлять немного о законах схаха в сравнении с законами стен, и

оттуда проведем параллель к служению Творцу, чтобы уразуметь суть

взаимодействия между нами и Им: что делаем мы (принцип стен), и чем

благословляет нас Б-г (принцип схаха).


Сукка, а недом


Принцип партнерства, на который намекает сукка, можно увидеть из

другого аспекта. Фактически, главная суть сукки сводится к тому, что это

не дом. «Сказала Тора: На все семь дней выйди из постоянного жилища

и живи во временном» (Сукка 2 а). Мы имеем в виду, что главное, что

характеризует сукку, выражается в разнице между ней и ее антиподом, то есть домом. Сукка призвана отделить нас от дома. Как любое

определение делают в сравнении с иным, так и определение сукки

проясняется благодаря ее отличиям от дома. Главное различие между

ними — в крыше, которая у дома непроницаема, а у сукки это

проветриваемый и открытый схах. Здесь заключена большая глубина.

Схах создает тень, чего не делает потолок дома. Нельзя сказать, что

под крышей дома сидят в тени, ведь о тени можно говорить лишь, если

присутствует солнце. Кто сидит дома, тот полностью оторван от

солнечного света и от неба. Он пребывает в совершенно иной

атмосфере, без всякой связи с небом и с его духовным смыслом. Идея в

том, что сукка — это дом, у которого есть привязка к солнцу, к небу, а в

духовном смысле слова сукка — это привязка к Творцу, Его свету и

благодати. Она не закрывает человека от того, что лежит за пределами

его жизни, тогда как дом выражает непроницаемость и отрыв, не

оставляя связи между внутренним и внешним.

Мы хотим сказать, что дом намекает на жизнь человека, оторванную

от того, что наверху, — от Б-га. Словно устанавливается постоянная

преграда между ним и Господом. Отличие сукки в том, что схах над ней

пропускает воздух. Она относится кверху, к Самому Б-гу, и намекает по

сути своей на партнерство между человеком и Творцом. В ней есть не

только солнце (Божественное действие), но и не только непроницаемый

разделяющий потолок (действие человека). Сукка — это сочетание

человеческого и Божественного, совмещение жилья с солнцем, которое

проникает и изливает свой свет на жизнь человека.


Выбор человека и власть Б-га


Сложность взаимодействия

между Творцом и человеком


Итак, мы увидели, что сукка намекает на сотрудничество между Б-

гом и человеком. Если попробовать понять глубже это сотрудничество, можно убедиться, что это вовсе не так-то просто. Оно обладает особым

сложным составом. Корень его упирается в противоречие между

единоличной властью Творца и местом, отведенным человеку, чтобы

действовать. Ведь нам известно, что нет буквально никого, кроме Него, и что Он делал, делает и будет делать все действия. Он творит и

управляет, полностью властвуя над Своими творениями. Ничто не

препятствует Ему и не удер-живаетЕго, так что даже Писаниеучит: «Все

дела нашиТы сделал нам» (Ишайя 26:12). Величие Творца властвует

надо всем — даже над людскими делами и их ухищрениями. Таким

образом, со стороны единства Б-га и его власти вообще нет места для

выбора и совершений людей, ибо Б-г следит и взирает на все от начала

и до конца. Он изначально призвал все поколения, и все

предопределено и открыто Ему. В то же время Он дал Своим творениям

выбор, чтобы на них лежала ответственность за их действия и за все

творение, и чтобы они участвовали в исправлении мира, удостаиваясь

вкусить плоды от своих трудов. В этом смысле дано место для служения

Б-гу, возникает своего рода «пустота» внутри Его бесконечной власти, в

которой располагаются владения человека. Мудрецы намекают на это

словами «пространство владения» (халала шель решут). Это намек на

то, что корень свободного выбора и права, данного людям, находится в

этом пустом пространстве, в своеобразном удалении единства Творца, оставившего место творениям и их действиям.


Все предопределено, но право дано


Возникает противоречие. С одной стороны, несомненно, что нет

никого, кроме Него, и что власть Его во всем, и Он управляет всем. А с

другой — человеку дано право, и само собой, ответственность тоже

ложится на его плечи. Мишна в трактате Авот учит, что «все

предопределено, но право дано» (Авот 3:15). Всевышний видит все

заранее, и все же выбор остается в руках каждого человека. Это

противоречие между свободным выбором и величием совершенства Б-

га находит выражение в разных формах и различных словах. Известен

вопрос о знании и выборе у Рамбама (Море Невухим 3:20). Известно, что Б-г все знает, а значит, все уже определено изначально, и у

человека нет свободы выбора. С другой стороны, Тора учит нас, что

этот выбор имеется, а если так, выходит, заранее неизвестно, что будет

выбрано. Ведь если бы это было известно заранее, то и выбора бы не

осталось. К этому трудному противоречию Рамбам применяет фразу:

«Ибо Мои мысли не ваши мысли» (Ишайя 55:8) — не в силах

человеческое понимание разрешить проблему.

Как бы то ни было, есть противоречие между знанием того, что все

происходит от Б-га, и свободным выбором, дающим человеку почетное

участие в исправлении мира и ответственность за свои поступки и

действия. Мы не собираемся входить в глубь этой темы и исследовать

видимое противоречие выбора и Божественного управления. Если

сказать, что есть выбор, получится, что действия зависят от человека, а

если сказать, что все управляется свыше, значит, все зависит только от

Б-га. Оставим эти изыскания, а кто захочет, пусть посмотрит в книги, ими

занимающиеся. Мы же хотим взять одну идею, которая вытекает отсюда

для практического служения Б-гу66.


66 Мы в основном хотим сосредоточить разговор здесь на служении Б-гу, происходящем от

изучения веры и познания Божественного. Увиденное ранее противоречие ничего не меняет в

вопросе этого служения, поскольку, в конечном счете, мы верим и знаем, что у человека есть

свободный выбор. Поэтому он, конечно, должен отвечать за свои поступки и исправлять себя и

окружающий мир.


Самоустранение перед Б-гом

в противовес укреплению в действиях


Фактически, это противоречие выражается в самой душе человека, в порядке основной работы, на него возложенной. Когда мы

размышляем о величии Творца и Его совершенстве, о том, что Он

управляет всем, главным в работе человека становится молитва и

самоустранение перед Б-гом. Место для его работы все равно остается, но она в основном направлена на отказ от себя, на подключение к

Творцу и молитву к Нему от всего сердца, чтобы Он благословил и

даровал успех молящемуся и всему Израилю во всех делах. Когда

управление со стороны Б-га проявлено и видно всем, человек понимает, насколько все зависит от Него, а действие в основном нацелено

пробудить высшее провидение через молитву и самоустранение.

Но когда мы размышляем о втором принципе — о выборе и праве, данных человеку, — это побуждает понять, как много должен человек

сделать в мире и сколько великих совершений осуществить. Он должен

взять ответственность и, взывая к Имени Б-га, воевать с Его врагами и

врагами народа Израиля, отстраивать страну Израиля, делать все, что

найдет возможным, чтобы укрепить религию, возвеличить Тору в мире и

возвысить свет Шхины в сердцах всех творений. Таким образом, принцип свободы выбора ведет человека к осознанию того, что он

должен делать и совершать в мире. Нельзя лежать на кровати и ждать,

пока Б-г сделает все за нас. Ибо так пожелал Творец, чтобы человек

трудился над исправлением мира и освящал Его имя, не оставляя все

на волю свыше и укрываясь дома с книгой псалмов и молитв. Б-г хочет

благословить именно содеянное нашими руками, как сказано: «И

благословить все дела рук твоих» (Дварим 28:12). В этом смысле

человек должен усилить мощь собственной воли и силу выбора, понять, что все зависит от него самого, встать и совершить дело во имя Б-га.

Получается, что здесь есть два совершенно противоположных

душевных движения. Первое — это самоустранение перед Б-гом, отказ

от себя, своей сущности и самости, превращение себя в «ничто». Это

укрепляет в человеке признание присутствия Б-га и само собой

усиливает в сердце веру в молитву и ее действие. Ведь впечатление от

Божественного управления глубоко входит в сердце, и оттуда оно

прорывается в молитве к Б-гу, чтобы Он сотворил спасение и

благословил Израиль. Второе движение — это как раз укрепление

самости человека и его сил. Он преодолевает себя и вооружает сердце

смелостью и силой, сноровкой и оттачиванием навыков, принимая

ответственность, чтобы действовать и совершать поступки изо всех сил, преумножать Тору и возвеличивать.


Израиль — посредник

между Божественностью и творениями


Стоит отметить, что это очень глубокое противоречие, и на него

намекал раби Акива, говоря о сути народа Израиля: «Есть одно

животное, которое стоит посреди небосвода, и имя его — Израиль»

(Пиркей Эйхалот Рабати 31:4). Нужно понять, что означает стояние

посреди небосвода. Дело в том, что Израиль — это посредник между

светом с Божественным изобилием и творениями. В этом смысле у

евреев есть два вида работы. Первый связан с тем, что мы являемся

одной из частей творения и находимся в низинах земли. Главная задача

— выйти из толщи грубой материи и прильнуть к Б-гу. Эта работа

обращает наше лицо кверху, чтобы взирать на Б-га, приближаться к

Нему, укреплять свою веру в Него — что нет никого, кроме Него, и что

все происходит от Него — стараться в молитве и во всем порядке

духовной работы, подключающей нас к Творцу. Однако, материальная

субстанция служит преградой между нами и Всесильным Б-гом. Значит, главная работа — сделать себя такими, словно мы вообще не

существуем, превратиться в «ничто», устраняя всякую сущность и

самость. Нужно почувствовать себя эфемерными и ничтожными перед

светом Творца. Это работа по приближению к Б-гу, основанная на том, что мы разделяем участь творений и, как они, далеки от Него. Задача в

том, чтобы выйти из темницы мирской к величию верхнего света.

В отличие от этого, второй вид работы исходит из того, что мы —

часть Божественного величия. Израиль — это частица Б-га свыше. В

этом смысле мы являемся светом, спускающимся с вершин, чтобы

озарять земные низины. Мы посланы Б-гом, чтобы присматривать за

землей и ее обитателями, призывать Имя Его и возвещать Его славу на

земле. «Народ этот создал Я, славу Мою расскажут» (Ишайя 43:21). Мы

сотворены, чтобы действовать в мире, взывать к имени Б-га, воевать с

народами и государствами, которые не знают Его и стараться изо всех

сил, пока не «наполнится земля знанием Б-га, как водой, покрывающей

море» (Ишайя 11:9). Теперь уже лицо наше обращено не кверху, а вниз

— ктворениям и существам, чтобы обучать ихзнанию и разуму, воевать

с грехом и скверной, исправлять мир царством Всемогущего. Такие

совершения требуют быть мужественными, «богатырями сильными» —

не хрупкими и ничтожными, а могучими и твердыми. Это столпы мира, воители страны Израиля, отважно встающие вести войну Б-га и

освящать Его имя в мире.


Авраам в сравнении с Ицхаком —

как действие в сравнении с самоустранением


Два эти аспекта — это две главные основы в жизни народа Израиля.

Они были утверждены двумя нашими первыми предками — Авраамом и

Ицхаком. У Авраама мы видим безграничную деятельность, великие

совершения во всем мире. Как царь в своем народе и как богатырь на

войне он призывал имя Б-жье, сражаясь со скверной идолопоклонства, со всяким злодейством и несправедливостью, действовал, чтобы

исправлять мир царством Всемогущего. Наш отец Авраам был

«человеком Хеседа», а движение Хеседа таково, что лицо его обращено

вниз. Он как вода, спускающаяся с высокого места в низкое. Так и наш

отец Авраам глядел вниз, на все творения, и трудился, чтобы возвысить

их, передавать им благо и приближать к познанию Б-га и трепету перед

Ним. Авраам был настолько поглощен силой деяний и совершений, что

в Торе даже не упомянуто, что он молился Б-гу. Зоар (1, 137 б) отмечает, что в отличие от Ицхака, который молился о Ривке, Авраам, говоря: «Вот, мне не дал Ты потомства» (Берешит 15:3), произнес это не

в виде молитвы, а просто как констатацию факта. Движение в молитве

— это порыв к самоустранению, просьба к Б-гу, чтобы Он действовал.

Но принципом Авраама, как и принципом Хеседа, было действие и

усиленное приближение людей. Поэтому, как мы видим, Авраам

отказался от пророчества, то есть от единения с верхом, когда Б-г

явился ему в дубраве Мамре. И почему так? Чтобы приближать людей к

Б-гу и приглашать гостей. Все это, конечно же, происходило при полном

его единении с Господом. Наш отец Авраам был вместилищем качества

Хесед, но действовал он через свершения и старания, со святой силой, призывая имя Б-га (см. «а-Ор Ки Тов», Берешит, гл. Толдот).

В противовес ему, Ицхак был «жертвой всесожжения». Его

связывание на жертвеннике не было одноразовым событием, но

являлось характеристикой его личности и качеств на протяжении всей

жизни. В Торе мы видим, что он жил так, словно вовсе и не

присутствовал в мире. Он был подключен к Высшему Источнику в

молитве и полном самоустранении. Во всех главах, говорящих о нем, почти не упоминается никакое действие с его стороны в этом мире.

Действовали в основном те, кто его окружал. Так было, когда Элиэзер

привел ему супругу, и с благословениями Эсава и Яакова. Ривка, Яаков

и Эсав занимались активной деятельностью, а Ицхак сидел в слиянии с

Б-гом. Он весь пребывал в молитве. Это основа Гвуры — движение

огня, обращенного кверху, к совершенному слиянию с Б-гом. Поэтому

Зоар говорит (1, 60 а), что его имя не упоминается в Торе дважды

подряд — «Ицхак, Ицхак». Такое происходит лишь у тех, в ком есть две

сущности — одна наверху и одна в нашем мире. А Ицхак весь был

наверху, словно отсутствующий в мире. Он полностью самоустранялся

перед Б-гом, с настоящей самоотверженностью, становясь полным

«ничто», так что даже связал себя на жертвеннике, истинно упраздняя

свою самость.


Яаков и сукка — сочетание двух движений


Сочетание двух светов — Хеседа и Гвуры, движения воды вниз и

движения огня вверх — было у Яакова. Это качество милосердия, смешение доброты (хесед) и суда (дин), действия и самоустранения, работы и молитвы. Наш отец Яаков воплощал в себе совершенство

взаимодействия между Святым, благословен Он, и человеком — между

практикой

самоустранения

с

одной

стороны

и

интенсивной

деятельностью с другой. Поэтому мы видим, что едва Яаков пришел в

страну, он тотчас построил шалаши. Это указывает, что его качество и

качество сукки — одно и то же. Как Яаков был совмещением качеств

Авраама и Ицхака, так и сукка совмещает в себе эти же свойства. Это и

место для работы человека посредством выбора и разных действий

(качество Авраама), и самоустранение перед Б-гом через молитву и

признание того, что все исходит от Него (качество Ицхака).


Постоянное и временное — две стороны служения Б-гу


Постоянное по сравнению с временным —

как действие и самоустранение


Итак, мы видим секрет сложности служения Б-гу: оно проявляется в

двух формах. Первая принадлежит Аврааму, вторая — Ицхаку. К

полному выражению это служение приходит у нашего отца Яакова67.


67 Известно, что именно у Яакова была «совершенная постель», а значит, у Авраама и Ицхака

такое совершенство еще не проявилось, как это объясняется в начале книги «Шефа Таль» и в других

книгах. Поэтому у них родилась клипа - следствие недостатка равновесия. Возможно, клипа Ишмаэля

связана с нарушением равновесия в сторону человеческого выбора. Поэтому была «рука его на всех, и рука всех на нем». Это следствие преобладания человеческой силы на фоне отсутствия видения

Божественного действия в управлении миром - видения, которое приводит человека к утонченности и

ограничению своих действий. Ведь в этом случае он видит, что не все зависит от него, и что действия

Б-га в конечном счете определяют результат. Такой взгляд порождает смирение, спокойствие и

уступку ближнему. А свойственная Ишмаэлю склонность к насилию - это продукт недостатка мягкости

и утонченности, которые приходят вследствие работы по устранению своей самости. В отличие от

этого, Эсав - это результат нарушения равновесия в сторону недооценки человеческого выбора и его

места в Божественном плане. Если во всем видеть только действие Небес, это может открыть вход

для всякого греха и порока. Все списывается на счет Всевышнего, и у человека нет ответственности

за исправление своих недостатков (это широко объясняется в книге «Орот», Израиль и его

возрождение, где говорится о пороках ереси). Христианство дало права всей грязи и нечистоте

людей, и это произошло от недостаточного понимания выбора, возложенного на человека, и его

главной функции в устройстве мира. Две эти клипы вызываются к жизни отсутствием совершенного

равновесия. Их конечно же не было у наших святых отцов, поскольку те были полностью совершенны

и уравновешены во всех качествах и аспектах. Поэтому они удостоились стать вместилищем для

Шхины, ибо Всевышний не соединяет Свое Имя ни с кем, кроме совершенных во всем. Значит, пороки Ишмаэля и Эсава ни в коем случае не происходят от отцов. Они являются следствиями

предшествующих клипот, так как нечистота захватила предыдущие поколения после греха первого

человека. Наши отцы пришли и исправили этот ущерб. Авраам сам был исправен во всем и утвердил

качество Хеседа (т. к. был его вместилищем) и принцип свободного выбора, чтобы светить всему

миру. Поэтому его сын Ишмаэль получил кое-что из исправления, сделанного Авраамом, но в нем все

еще оставалась клипа от древнего греха в виде недостатка самоустранения. А в Эсаве осталась

клипа от древнего греха в виде недостатка исправления себя собственными действиями и выбором.

Этот вопрос еще нуждается в изучении.


Мы сказали, что сукка сама выражает принцип сотрудничества

между нами и нашим Всесильным Б-гом, и потому она связана с

качеством Яакова. Именно он назвал Храм «домом». Сукка тоже

выражает принцип дома: это обитель для Возлюбленных — для

Святого, благословен Он, и Его народа Израиля. И если уж видно, что в

служении есть две стороны — принцип Авраама и принцип Ицхака, свободный выбор напротив самоустранения перед Б-гом — то очевидно, что это должно найти свое выражение в самой сути сукки. Ведь она

заключает в себе сочетание Божественного и человеческого действий. И

как мы сказали выше, на это намекают две части сукки — схах и стены.

Когда мы размышляем над разделами Гмары в трактате Сукка, то

видим один спор, о котором можно сказать, что он наиболее широкий, глубокий и сущностный вокруг самого предмета сукки. Это спор многих

мудрецов по вопросу о том, является ли сукка временным жилищем или

же постоянным. У этого разногласия есть много следствий в законе.

Например, есть вопросы, можно ли делать сукку выше двадцати локтей, или каков минимальный размер ее внутреннего пространства, или

насколько должны ее стены выдерживать необычно сильный ветер, а

также вопрос о требуемом количестве стен и т. д. Это коренной спор, касающийся духовной сути сукки как временного или как постоянного

жилья.


Постоянное — стояние, временное — устранение


Пытаясь слегка углубиться в суть таких понятий, как «постоянное» и

«временное», мы могли бы сказать, что два эти свойства мы видели в

служении Б-гу. Это качество Авраама в противовес качеству Ицхака.

«Постоянное» означает прочность и силу, твердое стояние на своих

ногах, которое производит сильное впечатление. Постоянство

подчеркивает самость человека и его позицию, сосредотачивается на

том, что возложено на него, а также на его выборе и поступках.

Служитель Б-га должен быть сильным, вставая против мира и людей.

Ему, сильному, как кремневая скала, и храброму в служении Творцу, не

престало стыдиться насмешников. С другой стороны, когда он стоит

перед Б-гом, то должен быть мягким и тонким. Ему надо устранить и

расплавить свою самость в присутствии Творца, быть эфемерным в

своих глазах, падать и не вставать, чувствовать себя нуждающимся и

получающим, а не влияющим и обладающим собственным положением.

Таким образом, постоянное — это качество Авраама, а временное —

качество Ицхака. Постоянство подчеркивает ответственность человека и

важность его выбора и действий, а временное — самоустранение перед

Б-гом и нужду в помощи от Него. Когда человек обращает лицо к людям

и к исправлению мира, ему нужно вооружиться силой качества

постоянства — жесткостью и непреклонностью. А поворачиваясь вверх с

молитвой и просьбами, пусть облачится в одеяния бедности и нищеты,

«временность», словно человек шаткий и лишенный положения, который ищет способ опереться на Б-га (в приложениях приводится

продолжение этой темы, которое было в первом издании [7]).


То и другое — слова Б-га живого


Получается, что постоянное и временное — это два аспекта сукки, две стороны во взаимодействии человека с Господом. Само собой

становится ясно, что основное разногласие вокруг сути сукки в том и

состоит, временная она или постоянная. Здесь уместно упомянуть

важный принцип, который приводился и в других разделах: «То и другое

— слова Б-га живого, но закон — по дому Илеля» (Эрувин 13 б). Когда

мы концентрируем наше изучение вокруг закона, чтобы придти к

практическим выводам, то сосредотачиваемся на том мнении, которое

вынесено в алаху, и пытаемся из него извлечь вывод определения

закона. Поэтому изучение алахи приучает выносить за границы

мышления те мнения, которые были отвергнуты, а тем более оно

приучает не думать о разных мнениях, показывающих грани изучаемого

предмета, который был оспорен. Имеется в виду, что на самом деле все

споры и все мнения, какие есть в Торе по любой теме, рассматривают

некую тему, и каждое из них видит в ней определенный аспект, который

сам по себе истинный. Ведь действительно каждая тема содержит в

себе много оттенков и особенностей. Например, сукка содержит разные

грани. В целом она включает и принцип постоянства (работа человека), и принцип временности (действие Б-га). Размышляя над предметом с

духовной и идейной точки зрения, мы преумножаем краски и разные

смыслы в каждой вещи. Об этом сказано: «То и другое — слова Б-га

живого». Действительно, все аспекты существуют, так как духовный мир

богат и содержит разные оттенки.

Тем не менее, мир действия ограничен, и в нем невозможно

применить противоположные силы, как нельзя быть одновременно в

двух местах. В мире духа человек может перепрыгнуть огромные

расстояния и совместить противоположности, но в мире материи он не в

силах охватить эти противоречия. Поэтому нам нужно постановить закон

и разрешить спор в соответствии с каким-то одним аспектом. В

духовном мире все истинно, но все равно из-за границ и узости мира

действия мы вынуждены действовать согласно одному качеству. Об

этом мудрецы сказали: «Закон — согласно дому Илеля». Ведь нельзя

же руководствоваться на практике мнениями и дома Илеля, и дома

Шамая. Проблема не в ущербности их мнений, а в узости материального

мира, который не может реализовать два противоречащих друг другу

вывода. Невозможно сделать такую сукку, которая будет и постоянной, и

временной. Если стены ее крепкие, значит, они не слабые, и если сукка

большая — значит, не маленькая. Нельзя построить сукку, которая

будет и большой, и крепкой, и маленькой, и временной [8].

Из всего этого следует выучить важный принцип в духовном

размышлении о сущности алахических споров. Хотя в рамках изучения

закона мы идем вслед за мнением, постановленным в алахе, настолько, что «дом Шамая на месте дома Илеля не является Мишной» (Бейца 11

б, Евамот 9 а), все равно нужно понимать, что это правомерно только в

разделе алахи. Но если захотим изведать сладостного меда изречений

«внутренней» Торы, ее эзотерических смыслов и духовной глубины ее

законов, то все мнения непременно отыщут себе место в духовном

пространстве, которое несравненно богаче и шире, чем практическая

область алахи. Чем больше будет мнений, тем лучше будет отточено

понимание предмета, и откроются многие смыслы и разнообразие, скрытое в заповедях Торы и ее наставлениях, на всех жизненных стезях

Израиля. Это фундаментальные принципы. Нужно извлечь урок и

выучить новое о смыслах Торы из всех мнений, какие приводятся в

Талмуде и в книгах законов, даже из тех, что были отвергнуты в алахе. В

духовном мире они не противоречат друг другу. Напротив, противоположность качеств подчеркивает особенности каждого из них

именно в свете разногласия (см. «Эдер а-Якар», в главе «Меат Цри», пример к этому тезису видим в конце раздела «Бе-сукат, бе-суккот»).


Постоянное и временное — стены и схах


Вернемся к нашей теме. Принципы постоянного и временного, о

которых спорили в Гмаре, — это два аспекта сути сукки. Это работа по

сотрудничеству между нами и Б-гом — свободный выбор напротив

самоустранения человека перед Ним. Хотелось бы поразмышлять, с Б-

жьей помощью, о двух этих сторонах — о постоянном и временном в

сукке. Из этого мы сделаем выводы для служения Творцу. Прежде всего, подойдем к важному определению в законах постоянного и временного

в сукке, а оттуда вернемся к размышлению о служении Б-гу, вытекающему из этого. Как уже было упомянуто прежде, в Гмаре есть

много споров вокруг вопроса о том, является ли сукка постоянным

жилищем или временным. Тосафот в начале трактата отмечают (Сукка 2

а, со слов «ибо сделал его»), что все это разногласие касается стен —

должны ли они быть постоянными или временными — но по поводу

схаха все согласны, что он временный. Следовательно, видим, что есть

большая разница между схахом и стенами. В отношении схаха все

согласны, что он должен быть временным, а вот насчет стен некоторые

полагают, что им следует быть постоянными и по прочности, и по

величине и т. д.


Постоянное и временное в служении Б-гу

учат из законов сукки


Если сосредоточиться на мнениях, считающих, что стены должны

быть постоянными, становится ясно следующее: схах — временное

сооружение, а стены — постоянное. Эта идея буквально затрагивает то, что мы видели прежде в отношении разницы между ними. Схах

выражает приходящую свыше благодать, Божественное действие, а

стены указывают на деятельность и поступки человека. Это хорошо

согласуется с тем, что схах должен быть временным (как Божественное

действие), а стены постоянными (человеческое действие). Постараемся

задуматься немного о схахе и его законах и из этого понять

«временное» служение в душе — самоустранение перед Б-гом. А затем

поразмыслим о стенах с их законами, чтобы понять, что такое

«постоянное» служение в душе — выбор человека и сила его поступков.

Ведь духовные корни всей Торы едины, ибо все исходит из одного

места. Если направимся за духовными корнями алахи, заодно отыщем и

корни других областей, например, духовной работы и личных качеств.

Вся Тора в своей внутренней части монолитна, а законы сукки и ее

определения не отстают от работы человека в других сферах.

Действительно, сукка воплощает в себе богатый духовный мир и таким

образом представляет собой форточку, через которую можно взглянуть

на духовность. Благодаря этому взгляду можно провести сравнение и

спроецировать это на другие области, которые тоже являются

настоящим воплощением того мира.

Нечто подобное объясняется в книгах: в мире нет ни одного

объекта, который бы не содержал структуру десяти сфирот, поскольку

они — корни всей реальности, а следы их присутствия запечатлены во

всем. Тора и практические заповеди несомненно являются ключами

мудрости и сокровищницами духовной благодати. Через них можно

обрести понимание высоких и таинственных миров, а оттуда сделать

выводы о других областях в служении Б-гу. Хотя очевидно, для изучения

закона и утверждения практического руководства не нужно смешивать

эти виды размышления, так как установление закона совершается

только с помощью правил алахи, через изучение Талмуда и сборников

законов. Конечно, не стоит смешивать глубину веры с алахическими

определениями. Такое Хатам Софер называл «килаим», если кто-то к

изучению алахи примешивал духовные соображения, не вытекающие из

алахических источников. Но что касается понимания самой духовной

сути, нет сомнений, что вся практическая Тора основана на ее тайных

смыслах, и духовное значение предмета является корнем алахического

определения. Поэтому есть великая заповедь углубляться в эти реалии

и вкушать прелесть Торы и богатство жизни в ней, в каждом ее значке, в

каждой струне и жилке в алахе и практических заповедях. Многие

занимались этим в тайном учении и в философии Израиля, как известно

тем, кто входит во врата «внутренней» Торы и в сокровищницы

еврейской мысли. Да дарует нам Б-г долю вместе с ними, амен.


Первое свойство «постоянства» —

устойчивость и последовательность


Суть постоянства выучивается из законов стен


Итак, подойдем к размышлению о законах сукки и из этого извлечем

урок для работы души в состояниях постоянства и временности. Прежде

всего, отметим в общем, что работа над постоянством отражает то, как

человек стоит напротив мира и самого себя. Человек, берущий

ответственность за свои поступки, должен быть сильным, преодолевать

каждое препятствие и препону и укреплять себя добрыми поступками и

святыми деяниями. Он должен продвигаться и пробираться сквозь море

трудностей в мире. В отличие от этого, работа во «временности» — это

предстояние человека перед Б-гом, превращение себя в ничто, устранение своей самости и ощущение нужды в Б-ге. Постоянство — это

действующая сила, мужская сторона, которой свойственно вести войну и

завоевывать. Временность — женская сторона, на которую

воздействуют и которой свойственно быть получающей и ведомой

высшей силой.

Тогда начнем, с Б-жьей помощью, с принципа постоянства и

поразмыслим слегка о законах стен. Из этого поймем, в чем состоит

служение души в состоянии постоянства. Ведь, как уже сказано, все

происходит из одного источника. В отношении стен есть разные законы, и лишь при их исполнении стены будут пригодными. Задумаемся об этих

законах и попытаемся понять их применительно к работе души, чтобы

знать, в чем заключается желанное служение Б-гу, и как реализуется

постоянство у человека в виде выбора и действий, наподобие

правильных стен, чтобы он со своей стороны действовал как следует в

том, что возложил на него Творец, выбирая и совершая силой своего

выбора дела под небом. Работа в «постоянстве» состоит из многих

качеств, и чтобы быть настоящим служителем Б-га, человек должен

обрести их все для себя. Иначе он не сможет быть истинным

служителем. Базовые свойства постоянства находятся также и в

алахическом определении стен сукки. Поэтому мы начнем с них и

проведем параллель к служению человека.


Устойчивость и последовательность —

устоять перед обычным ветром


Во-первых, мы видим закон, обязательный в отношении стен: они

должны выстаивать перед обычным ветром (Сукка 23 а). Если, когда

приходит обычный ветер, стена падает, такая сукка ни на что не годится.

Этот закон, несомненно, касается качества устойчивости. В служении Б-

гу он учит нас, что человек должен быть твердым и не колебаться от

каждого ветерка. В устойчивости в служении Б-гу содержится много

моментов. Прежде всего, требуется сила устоять против чужеродных

веяний, которые стремятся увлечь человека и сбить его с пути Б-жьего.

В нашем мире человек подобен тому, кто идет прямой дорогой, а ярые

ветра пытаются сбить его и искривить его путь. Негодные страсти, чужая

культура, индустрия развлечений и насмешки дуют с силой и стараются

увлечь за собой, отрывая от служения Б-гу и от святого образа жизни.

Человек должен стоять твердо и прочно среди этих обычных ветров, чтобы они не отвлекли его и не помешали служению. Пусть не следует

за ними вовсе, а продолжит идти прямым путем за Б-гом.

Дополнительный принцип в устойчивости служения Б-гу — это

последовательность. Каждый должен быть постоянным и не нарушать

свой режим, ни по какой причине. Дуют многие ветры: появляются

разные потребности и интересы, хлопоты и занятия. Они подкатывают к

дверям человека изо дня вдень. Все это угрожает его постоянству в

служении, в уроках Торы, в учебе, в молитвах и заповедях. Разные

ветры дуют каждый день и мешают человеку, чтобы он не смог попасть

на свой ежедневный урок, молитву в миньяне и так далее. Так весь

порядок служения Б-гу, его постоянство, то есть «стены», святые

поступки человека ежедневно подвергаются действию ветров, которые

угрожают свалить их — разрушить постоянство, увести человека от

служения Б-гу.


Установление времени для Торы


Действительно, жизнь человека в мире полна многих необходимых

занятий: заработок, семья, здоровье, дела дома и с друзьями. Все это —

дуновение ветра. Хотя это и не является чем-то отрицательным, все

равно, если человек не сумеет прочно держаться за то, что установил

себе в служении, эти факторы придут и помешают ему. Очень трудно

быть постоянным на уроках по Торе и в служении Б-гу из-за избытка

занятий в жизни. Поэтому каждый служитель должен утвердить себе в

сердце следующее: чтобы суметь служить Б-гу по-настоящему, он

обязан обрести качество устойчивости, удерживаться под «обычным

ветром», быть последовательным в работе и не прерывать ее ни по

какой причине. Это требует большой мудрости — уделять внимание

всем жизненным нуждам, чтобы они не мешали постоянству в служении

Б-гу.

Этому учит Маараль (Нецах Исраэль 29), комментируя Гмару, где

говорится: когда человек поднимается на небо, его спрашивают:

«Установил ли ты время для Торы?» (Шаббат 31 а). Маараль уточняет, почему спрашивают именно об «установлении времени», а не о самом

изучении. Он выводит отсюда, что вопрос не в том, сколько времени

человек установил, а в том, установил ли он вообще что-то. Свыше

словно и не смотрят на количество времени и учебы. Маараль

объясняет, что суть вопроса вращается вокруг серьезности и

приверженности человека к Торе, что измеряется всего одним

параметром: было ли изучение Торы у него делом установленным и

постоянным, или это было чем-то случайным, и учащийся отвлекался по

всяким поводам. Постоянство в Торе выражает ее важность — она

оттесняет все остальные дела. Не длительность времени учебы важна,

а устойчивость и непрерывность в ней. Нужно учиться в «постоянстве», а не во «временности».


Время — это вопрос порядка приоритетов


Известно, что время человека ограничено, и у каждого есть много

дел. Тем не менее, время — это лишь вопрос порядка приоритетов. Что

выглядит для человека важным, на то он всегда найдет время, а что не

так важно — отодвинет ради других занятий. Получается, что

нахождение времени для любого дела вытекает из важности, которая ему придается. Само собой становится ясно, что способность

быть постоянным в учебе, не отодвигая ее ни по какому поводу, происходит от важности, которую человек ей приписывает. Если она

будет очень ценна в его глазах, превыше всего остального, и это будет

очевидным для всех окружающих, то ясно, что эта учеба не уступит

место ничему иному. Важность, придаваемая определенному делу, заставляет заранее направить мысли на него, чтобы потом не пришлось

его отменять. Например, если некто планирует три дня путешествовать

по пустыне, он непременно прежде, чем выйти в путь, проверит, как

обстоит ситуация с пищей — нужно ли ее взять с собой, или там есть

место, где можно запастись едой. Он, разумеется, не станет выходить в

пустыню на три дня, не подумав о еде, чтобы, проголодавшись, начать

ее искать. Также, когда кто-то отправляется в дальнюю поездку, он

непременно возьмет в дорогу деньги, а не начнет искать их потом, когда

они понадобятся. Он также возьмет устройство для зарядки телефона, чтобы зарядить его, когда батарея иссякнет и т. д. Значит, в важных

делах человек размышляет и планирует заранее, чтобы не застрять

потом.

И если, к примеру, кому-то очень важно всегда молиться в миньяне, то, когда пойдет в незнакомое место, изначально подумает о

расписании и проверит, когда наступает время молитвы, есть ли там

синагога и так далее. Не на исходе дня он начнет вспоминать, что еще

не молился Минху, и искать миньян. Для кого миньян дорог, тот

спланирует свои молитвы в той же мере, как планирует добычу еды и

денег.

Ситуация,

когда

человек

«оказался»

без

миньяна,

свидетельствует, что миньян не имеет для него большой важности, и

потому он не продумал все заранее и не побеспокоился изначально

предотвратить промах.


Тора постоянна, а ремесло временно


То же самое верно и в отношении постоянства в учебе. Если

ежедневный урок очень дорог человеку, он уже с начала дня планирует

свои шаги так, чтобы справиться со всеми задачами и домашними

делами, в семье, на работе и т. д., чтобы они не отняли время от урока.

Он заранее нейтрализует всякую помеху и уж тем более удержится от

любых соблазнов, какие могут выскочить и не дать ему попасть на урок.

К тому же, он планирует прибыть на урок бодрым и поэтому

устанавливает для него удобное и благоприятное время. И отчего все

это? От того, что Тора драгоценна и важна в его глазах. Он знает на

практическом уровне, что вся жизнь в этом мире — лишь средство ради

цели, а цель — это усердие в Торе и ее изучение. Весь заработок нужен

лишь для того, чтобы человек смог поддерживать свое тело в

материальном мире и приближаться к Господу. Естественно, разве

можно оставить цель ради успеха в средствах? Разве отец, пришедший

на свадьбу к сыну, станет есть праздничные блюда из-за тяги к еде в тот

момент, когда готовится хупа? Вот что пишет Маараль (Нетивот Олам 1, нетив Тора, гл. 4):


«В главе «Как благословляют» сказал раби Йоханан от имени

раби Йеуды бар Илай: «Приди и смотри, чем отличаются

первые от последних поколений. Первые поколения, которые

сделали Тору постоянной, а ремесло — временным, преуспели и

в том, и в другом. Последние поколения, сделавшие ремесло

постоянным, а Тору временной, ни в том, ни в другом не

преуспели» (Брахот 35 б). Мы уже объяснили смысл этого. Но

ты еще должен знать, что человеку следует каждому занятию

выделять подобающее время. Будущий мир — это главное, и

поэтому Тора, дающая жизнь в нем, тоже должна быть главной.

А ремесло существует для нужд этого мира, и ему подобает

быть временным, потому что и жизнь в этом мире временная.

Когда человек сделает ремесло временным, а Тору —

постоянной, обе они утвердятся, потому что каждому будет

дана подобающая доля. Но если сделать ремесло постоянным, а

Тору временной, это пойдет вопреки устройству мира. Ведь

будущий мир — основной, а этот — временный. Все, что

выходит за рамки мирового порядка, совершенно исчезает, и

нет у него бытия».


Поэтому человек должен поступать так, как в «первых поколениях», когда делали Тору постоянной, а ремесло временным. Прежде всего, имеется в виду качество (а не количество). Не ремесло было в их глазах

главным, а Тора. Поэтому они никогда не прерывали служение Б-гу в

Торе

из-за

нужд

заработка.

Ремесло

было

временным

и

второстепенным после Торы. Когда появлялось противоречие между

Торой и ремеслом, «госпожа» (т. е. Тора) побеждала «служанку» (т. е.

ремесло), и люди не нарушали учебный режим. Несомненно, тот, для

кого Тора — главное, а ремесло — второстепенное, будет изо всех сил

стараться, чтобы это нашло свое выражение и в количестве тоже, то

есть во времени, посвящаемом каждому делу. Он попытается исполнить

сказанное мудрецами: «Поменьше занимайся бизнесом и больше

Торой» (Авот 4:10). Бизнес у него будет лишь в меру потребностей, а

все остальное время он будет занят Торой. Но все равно надо

заниматься ремеслом, так как «Тора, с которой нет ремесла, в итоге

бесполезна и влечет грех» (Авот 2:2). Нужно только делать Тору

постоянной, а ремесло временным, и стараться увеличить, насколько

можно, занятие Торой и служением Б-гу. Если кто-либо видит, что не

может долго читать, поскольку нет у него сил на это, пусть ведет бизнес

так, чтобы поддерживать учащихся. Раз не может сам учиться, хоть

деньги (которые называются «кровью» человека, его душой) пусть будут

с изучающими Тору. За то, что он даст что-то из своего имущества ради

становления мудрецов, ему засчитается, будто учился сам. Ведь его

«кровь» смешивается с изучающими Тору, а значит, Тора принадлежит и

ему.

Короче говоря, устойчивость и последовательность в служении

Б-гу — это продукт глубокого начала, а именно важности, которую

придают этому служению. Такая важность заставит человека

хорошенько подумать и спланировать свое поведение и распорядок дня.

Тогда служение Б-гу будет постоянным и устойчивым, сильным и

влиятельным, и не будет разрушено и отменено из-за множества хлопот

и занятий, которые являются участью каждого в этом мире с первых

дней и до конца.


Второе свойство «постоянства» — важность и ценность


Различать между главным и второстепенным


Из этого мы приходим ко второму принципу, связанному со стенами

и с работой над постоянством у человека. Речь идет о важности, которую он должен придавать служению Б-гу. В рамках обычной жизни

на человека возлагаются многие задачи как в материальных сферах, —

например, заработок и семья — так и в исполнении заповедей, изучении

Торы и молитве. К тому же, он нуждается в покое и широте сознания, чтобы обновлять силу и чувствовать наслаждение жизнью. Таким

образом, он занимается многими вещами: святое и будничное

пребывают в смешении. Человек должен правильно оценивать каждую

область и уметь взвесить «святым шекелем» свои поступки, чтобы

придавать важность и ценность по-настоящему важным делам. Надо

выстроить все свои действия по ступеням, чтобы главное оставалось

главным, а вторичное — вторичным. Это краеугольный камень в

следовании прямым и верным путем. Ведь в жизни каждого часто

сталкиваются разные нужды и требования, и всегда приходится решать, чему отдать предпочтение, и что отодвинуть из-за чего. Если не суметь

верно оценить, пойдешь кривым путем. Тогда важное отодвигается из-за

незначительного, и второстепенному отдают предпочтение перед

главным. Например, некто может не оставить времени жене и детям, а

предпочесть

вместо

этого

беседовать

с

друзьями

или

высокопоставленными людьми, поскольку он недостаточно ценит

важность и долг посвящать время и внимание семье. Тогда он может

незамедлительно отвечать на звонки посторонних людей, а собственной

жене не чувствовать надобности ответить. Это лишь один из многих

примеров ошибки в рассуждении и неправильной оценки разных сфер

жизни. Обязанность уделять внимание супруге выше, чем кому бы то ни

было другому. И другие члены семьи тоже должны быть поставлены

впереди посторонних.


Главное и второстепенное в работе мысли


Принцип предпочтения главного перед вторичным действует не

только в практической деятельности, но также и в сфере мысли, которая

сама по себе есть целый мир. Ведь наша сила мысли — это

действительно отдельный мир, и мы можем внедрить в свой разум

мысли из разных областей: будничные и святые, о главном в жизни и о

второстепенном. Когда человек стоит перед Б-гом в молитве, то

общается с Тем, кто является Началом и Корнем всех миров. Нужно

заполнить все сердце и весь разум единением с Господом, святыми

желаниями избавления, спасения, исцеления и успеха, чистотой сердца

и святостью. В мозгу у человека свирепствует война между святыми

мыслями о служении Б-гу и будничными. В мире мыслей такое сражение

гораздо труднее, чем в мире действия. Там, если человек решил пойти в

синагогу на молитву, он не идет в другое место. Но в мыслях он в любой

момент может выйти из молитвы и запрыгнуть в совсем иные миры.

Ведь мысли — словно крылатые существа, взлетающие высоко. В один

миг они перелетают на материальные дела, на заработок и имущество.

Поэтому в мире мысли испытание для человека гораздо глубже и

тяжелее. Чем больше стремление к святости будет высечено у него на

сердце и важнее в его глазах, тем легче будет ему отвергнуть другие

мысли, так как у них не найдется большого веса в душе.

Расширяя объяснение, скажем, что у каждой мысли есть «душевный

вес», который держит ее в мозгу. Этот вес — интерес и желание

человека к соответствующей вещи. Мы видим, что тому, кто желает

купить машину, будет легко погрузить свои мысли в разные виды

автомобилей, и он будет внимательно прислушиваться к объяснениям

специалистов по этой части. Он не окажется вдруг мечтающим и

отключенным в середине разговора с ними, что, к сожалению, скорее

происходит на уроке по Торе. Большой интерес, связанный у человека с

новой машиной, заставляет все струны его сердца звучать в этой теме, и его разум и мозг сами собой крепко держатся за идею о машине. Ему

будет очень легко сосредоточиться и все тщательно понять, задавать

правильные вопросы и запоминать подробности. Значит, все зависит от

величины интереса, испытываемого к некой теме. Сила желания и

влечения к определенной вещи порождает усердие и мысленное

подключение к ней.


Главное в обретении Торы

зависит от желания сердца


Отсюда понятно, что главное в обретении Торы зависит не от

острого ума, а от глубины желания и влечения к ней. Кто очень

сильно любит Тору и жаждет ее, того даже разговор о ней заинтересует

и привлечет гораздо сильнее, чем того, кто интересуется новой

машиной и слушает цены и предложения и т. п. Тора называется

«любимой ланью и прекрасной серной». Любовь к ней дает человеку

право постоянно отдаваться ей, примыкать к ней мыслью от всего

сердца и души. Даже в сновидениях он видит ее святые слова,

поскольку любовь к Торе высечена у него в сердце и выгравирована на

скрижалях души, не отделяясь от него никогда. И у кого любовь к Б-гу

привязана и слита со всем жаром сердца и со всей жизнью души, у того

молитва будет чистой и прозрачной, как отполированное стекло, без

посторонних мыслей и без отвлечения. Ведь восхищение души своим

Творцом и сильная приверженность ее к Возлюбленному, к «Твердыне, из которой высечена», — это и есть желание сердца и глубина

стремлений. Любовь к Б-гу могущественна в наших сердцах, а Его имя и

память о Нем — воистину вожделенны для души. Само собой, говоря

слова молитвы, произнося Его имена и обращаясь к Нему, сердце

сжимается и примыкает к Нему, привязываясь, словно крепким ремнем.

Естественно, никакая мысль — ни о хлопотах с заработком, но и жизни в

материальном мире — не способна войти в святость, в мозг и сердце, чистые и приверженные Господу, проникнуть в чистоту и прозрачность

молитвы.


Истинный способ обрести Тору


Здесь уместно процитировать рава Кука из письма, которое он

написал маш-гиаху в ешиве. Тот просил наставления в том, как следует

воспитывать учеников, чтобы они развивались в Торе с большим

благословением. Ответ рава Кука очень важен для нас, это

краеугольный камень, которого должен придерживаться каждый

воспитатель и учитель в ешиве, чтобы воспитать в учениках любовь к

Торе — основу для ее обретения. Не нужно воспитывать только

стремление быть отличником и накапливать знания, иначе это может

оставить сердце ученика за пределами приверженности к Торе. Вот что

он написал (Игрот а-Рейя 798):


«Приветствую друга души моей, светоча диаспоры, гаона, сокровище Торы, трепета и чистоты, несущего Тору пастве...

В этот раз я должен высказаться кратко, напишу только

отдельные слова из любви к святости... ваша честь Торы, друг

души моей (да продлятся ваши дни), порадовал сердце мое тем, что известил о начале преподавания ученикам нравоучений

(мусар) и мудрости трепета перед Б-гом из святых книг.

Счастлива доля ваша! Это особенно необходимо в наше время и

в этой стране, когда эфемерные желания к суете мирской, зависть, вожделение и жажда почета так сильно бушуют. Чем

можем мы пробудить сердца молодежи, чтобы их глаза

открылись увидеть славу и красоту Торы, ее сияние и

великолепие, если не изучением мудрости истинного трепета

согласно книгам великих мудрецов Израиля, углубивших и

расширивших эту мудрость чистого трепета. Святость

света Б-жьего, скрытого в душах святого народа, они подняли, чтобы проявилась она на глазах у всех, во всех тысячах своих

лучей, светящих драгоценным светом жизни.

Сейчас я не могу изложить Вам свои идеи упорядочение, так

чтобы это подходило для дорогих наших учеников. Особенно

трудно ограничить святые мысли, приведя их в соответствие

с учениками, ибо мне неведомы их настроение и душевные силы.

Но в любом случае, мне кажется, что прежде всего нужно

объяснить всем учащимся важный принцип — что весь успех в

Торе, обретение благословения в учебе, в освоении книг и их

понимании, чтобы придти с возрастом к почтенной ступени

венца Торы, — все это зависит от трепета перед Б-гом и

святости чистой веры, укорененной в душе. Расширение и

углубление

интеллектуальной

силы,

ее

шлифовка

и

разветвление на разные направления, что является важной

основой для остроты ума и эрудиции, зависит от глубины

пробуждающегося душевного желания высоко ценить

изучаемый предмет, которым занят ученик. А поскольку

речь идет о занятии Торой, которая есть слово Б-га живого, умение ценить ее внутри и любовь к занятию ею зависят от

святости истинного трепета перед Б-гом, который

пребывает в сердце погружающегося в Тору. Чем больше

усиливается в святости и чистоте благословение этого

трепета в сердце, тем более слова Торы, исходящие от света

лица Царя Живого, становятся драгоценны и возвышенны в

глазах ученика. И в силу большой любви к ним он привязывается

к ним с внутренним душевным желанием. А ведь для желания

естественно пробуждать душевные силы в расторопности, с

радостью и добрым сердцем, с сильным стремлением, чувством восторга и духовного наслаждения, высокого и

величественного.

Душевные силы пробуждаются благодаря присоединению

святого качества трепета к любви к Торе и приязни к ее

словам, и с каждым днем все больше чувствуется, как

прекрасна ее святость. Тогда укрепляется и сила памяти в

душе благодаря могучему потоку жизни, который сильное

влечение к Торе пробуждает в душе размышляющего над нею с

истинным трепетом. А благодаря большому почету и высокой

оценке, которую человек придает словам Торы, когда он

растет каждый день в меру своего трепета (который тоже

растет изо дня в день в сердце благодаря занятиям святым

изучением этого трепета и его проявлений), усиливается и

интеллектуальное усердие. Проявление разума нарастает, и

острота ума вместе с правильной логикой увеличиваются.

Следовательно, наилучший совет для успеха учеников, чтобы

их учеба благословилась, чтобы изученное сохранилось у них, и

чтобы сами они получали удовольствие от изученного, — изо

дня в день расширять их сердца изучением чистого трепета во

всех его аспектах. Вся мудрость о душе и учение о качествах

характера — это ответвления от корня, то есть

возвышенного трепета перед Б-гом, приводящего к простой

любви к Нему, а также к любви к Торе и ее заповедям и любви к

Израилю. Нужно говорить ученикам, что обретение вечности и

жизни мира грядущего зависит от того, в какой мере трепет

перед Небесами укоренится внутри чистого сердца. От этого

зависит успех в Торе и рост усердия в ней с ощущением блага, наслаждения и радости от ее слов, от учения и осмысления, чтения и повторения, как и вообще успех в интеллектуальных

занятиях. Когда свет разума сияет и светит, и сохранение

изученного, чтобы оно было привычным на устах и готовым на

губах, понятным и ясным, — все это зависит от глубины

трепета перед Небесами. И ученики узнают, что это качество

укореняется в сердце человека в той мере, в какой они

обращают на него внимание. И чем больше они познают эту

великую истину, тем более драгоценными будут для них

интервалы времени, которые Вы выделите для занятий с ними

изучением трепета — по книгам и мудрецам и согласно Вашим

святым помыслам, насколько благословит Вас Б-г.

И чем больше они углубятся в эти вещи и узнают, что суть

трепета перед Небесами укореняется в сердце в меру хороших

качеств, присущих ему, тем быстрее поспешат ухватиться за

все правильные и благие качества. Они будут стараться

любить друг друга и быть любимыми, уважать товарищей и

желать им почета и добра. И тогда поймут, что обретение

вечности, которое драгоценнее и важнее всех наибольших

успехов человека, достигается успехом в святой Торе и

благословением трепета, основой истинного знания, как

сказано: «Трепет перед Б-гом — начало знания». И тогда они

чрезвычайно привяжутся любовью к своему учителю и

наставнику, ведущему их стезями Торы, открывающему перед

ними запертые ворота, показывая им по мере их перехода из

одной комнаты в другую в помещениях Торы сокровища

великого света, скрытые и спрятанные, величественные в

своей святости. Они изо дня в день открываются

размышляющим над Торой, трепещущим перед Б-гом и

думающим об Имени Его. Эти прекрасные качества, которые

естественным образом венчают каждого, кто придерживается

их, короной обаяния и почета, приводят к истинному трепету

перед Небесами и к большому благословению из хранилища

жизни, из истока Торы и настоящей мудрости. С таким

наставлением надеемся, что, с Б-жьей помощью, благословение

Его и сияние святости снизойдет на Вас и Ваших учеников, с

жадностью пьющих слова Ваши. И удостоитесь преумножить

Торы и возвеличить, как хочет того сердце и как хочет Ваш

друг, который всегда желающий мира Вам от всей души, ждущий спасения Б-жьего для народа и наследия. Авраам Ицхак

а-Коэн Кук».


Ценность каждой мысли

определяется ее «душевным весом»


Вернемся к теме. Общее правило в том, что все мысли получают

силы в соответствии с «душевным весом», заключенным в них, — в

меру заинтересованности сердца в той теме, о которой думают. Чем

больше человек будет устремляться к Б-гу и пробуждаться, и насколько

вопросы служения Ему будут важны для его сердца, настолько же

мысли молитвы и Торы усилятся в его разуме. Тогда он сумеет

преодолеть все посторонние мысли, старающиеся проникнуть в мозг и

сердце во время молитвы и учебы. Святость Б-жья в нем и чистота его

души сильно помогут ему держаться в крепости Торы и молитвы, и он не

позволит ничему пустому и бессмысленному подменить высокую

святость. Пребывая во внутреннем святилище, в единении души с

верхним источником, он не даст «рабыне» унаследовать место

«госпожи».

Следовательно, весь порядок приоритетов, как в мире мысли, так и

в мире действия, буквально зависит от степени важности, которую

человек придает каждой вещи. И чем больше мысли он вложит в Тору и

заповеди, тем сильнее вырастет значимость их в его глазах. Ведь мысль

создает значимость. «Думай» (хашов) о чем-то, и это станет «важным»

(хашув) для тебя. В любом случае важность Торы и заповедей

непременно во многом зависит и от чистоты и святости человека. Грех

выводит из души ощущение важности служения Б-гу68.


68 «Когда грехи отделяют, воля повреждается. И поскольку человек не поднимается внутри

себя к высшей воле, в сердце его не чувствуется глубокая важность желания к общему и частному

благу, так как он погружен в несправедливость и нечистоту греха... Поэтому он должен сильно

преодолевать себя, совершая тшуву, и очистить волю, дабы удостоиться высшего знания, ясного и

светлого, о высших вещах» (Орот а-Тшува 10:8).


Мудрецы сказали об этом, что кто совершил грех и повторил его, для того он стал словно нечто разрешенное. Такой грешник потерял

важность того, чтобы остерегаться грехов, повредил и испортил свою

душу. Но раскаяние исправляет это и возвращает душе важность Торы и

служения, как и осторожность перед грехом. Нужно тщательно

остерегаться дурных привычек, которые губят важность святости, погружая человека в грязь и глину земную.


Имя Небес ложится на сукку


Итак, второй принцип, который является корнем устойчивости и

последовательности, — это важность, которую человек придает

служению Б-гу. Это мы тоже учим в одном из законов сукки, гласящем, что «Имя Небес ложится на сукку», так что вся она оказывается в его

святости. Известно мнение Рамбама (законы сукки 6:15, в отличие от

Тосафот, которые возражают, считая, что лишь древесина схаха

освящается; см. Рош, Сукка 1:13), что на сукку нисходит свыше великая

святость, включающая и стены. Они тоже освящаются, становясь по

святости как жертвоприношения, и ими поэтому нельзя пользоваться в

личных целях все семь дней праздника. Отсюда мы выучиваем нечто

очень важное. Мы ведь уже видели, что стены — это произведение

человека, в отличие от схаха, который означает Божественное

вдохновение свыше. Поэтому стены можно строить из чего угодно, даже

из того, что принимает нечистоту. Как бы то ни было, с того момента, как

человек берет материал и превращает его в стену сукки, на него

ложится огромная святость, превышающая даже святость заповедей.

Она подобна святости жертвоприношений, поскольку о ней учат из

законов праздничной жертвы. Стены сукки становятся как святое святых.

Что касается нашей темы, мы видели, что стены — это принцип

служения Б-гу со стороны человека, принцип постоянства. Это Тора, заповеди и весь святой образ жизни человека, действующего в мире.

Все, во что человек старается вкладывать свои силы в служении Б-гу, считается стеной сукки. И само собой мы из идеи этой стены выучим, что как на нее ложится верхняя святость, так ложится она и на действия

и выбор человека. Когда тот выбирает вложить силы в Тору и святые

дела, ему надлежит знать, что этот выбор освящен свыше, и относиться

к нему следует подобающе. То же можно выучить и из законов обетов.

Человек должен относиться ответственно к тому, что говорит (см.

«Талелей Хаим, Бемидбар», гл. Матот). Как он выполняет заповеди

Торы, поскольку ему ясна его обязанность в этом, так пусть постарается

ощутить обязанность исполнить принятое на себя в служении Б-гу (и нет

сомнений, что то, что попадает в категорию «обеты заповедей», становится непреложной обязанностью, но здесь не место обсуждать

это).


Придавать значимость святому


Итак, отношение к святости главным образом выражается в

важности, то есть нужно украшать, придавать значение и сильно

возвеличивать все святое. Мы видим это применительно ко всем

предметам святости, таким как тфилин и свиток Торы. Их нужно

целовать, а перед свитком еще и вставать, провожать вдесятером и

первым вносить в дверь. С такой же большой важностью нужно

относиться к жертвам. Ими нельзя пользоваться ради собственных нужд

или вести себя с ними пренебрежительно. Все должно проходить с

величием, славой, важностью, почтением и сильным обожанием.

Главный принцип здесь в том, что святое — это настоящее проявление

Божественного. Его великий и святой свет сияет во всех святых

предметах, и естественно они тоже возвышаются и освящаются, становясь принадлежащими Небесам, огненной колесницей для Шхины.

Обожание Творца и Его возвеличивание должны находить свое

выражение в обожании и сильном прославлении всего, что определено

стать инструментом для Его проявления. Сюда непременно входят

мудрецы и праведники, которые являются чертогом Б-жьим. Они сами

как Храмы, в которых пребывает Шхина, и их нужно особо почитать.

Хотя со своей стороны они ведут себя смиренно и буквально готовы

смешаться с прахом земным, все равно в виду святости их Торы каждый

должен особо чтить их.

Следовательно, отношение к святости выражается приданием ей

важности. Эту важность не следует нарушать из-за мирских дел, как это

делает тот, кто, например, отвечает на звонок телефона в середине

молитвы или рассматривает объявления и листовки вместо того, чтобы

стоять и исполнять заповедь: «Приготовься навстречу Всесильному, Израиль». Такое поведение — пренебрежение к святости молитвы и к

Шхине, которая нисходит во время нее, а также к синагоге и десяти

евреям, собравшимся ради святого дела. Нужно укрепляться в сердце

постоянно, чтобы исправлять эту кривизну. Счастлив тот, кто и других

побуждает к этому вежливым образом, приводя общество к исправному

состоянию в вещах, требующих укрепления.

Значит, святость выражается в важности. А нас учат здесь, что

высшая святость нисходит на стены сукки. Стены символизируют

служение Б-гу, возложенное на человека в виде выбора и действий.

Нужно знать, что все, что выбираешь для вложения сил в служении Б-гу

— например, если выбираешь посещать ежедневный урок или

устанавливаешь некоторый дневной режим обучения и т. п. — этот

выбор освящается свыше так же, как это происходит со стеной сукки.

Нужно относиться к этому соответственно, с важностью и почтением, а

не отодвигать из-за прочих дел или выполнять без внимания и

сосредоточенности. Вместо этого надо дорожить этими действиями как

жемчужинами и как короной всего дня, поскольку вся остальная жизнь

кружится вокруг времени молитв и Торы. Пусть молитва и Тора будут

словно царь для тебя, превыше всего остального. Ведь на них ложится

Имя Небес. Об этом сказали мудрецы: «Кто встает рано и говорит

«выучу эту главу», тот великий обет дает Б-гу Израиля» (Недарим 8 а).

Ведь все, принятое в делах святости, попадает в категорию обета, на

который ложится святость. И человек становится обязан исполнять

написанное: «Произнесенное губами твоими соблюдай и делай, как

обещал Б-гу Всесильному твоему, добровольное приношение, о котором

говорил устами» (Дварим 23:24). Вот что пишет хасид раби Йеуда а-

Леви в книге Кузари (раздел 3, п. 5):


«Значит, молитва хасида — это не просто обычай или дело, совершаемое по привычке, как пение скворца и попугая, но с

каждым словом у него идет мысль и намерение. Таким образом,

время молитвы становится для хасида как зерно времени и

плод его, а остальные часы — как пути, ведущие к этому

моменту, наступления которого он ожидает. Ведь через нее

он уподобляется духовным сущностям и отдаляется от

животных».


Установление места для молитвы

выражает ее важность


Касательно связи между постоянством в служении Б-гу и

важностью, которую человек этому придает, рабейну Йона говорит

удивительные вещи. Он объясняет Гмару в Брахот, где говорится о том, кто устанавливает себе место для молитвы. Там сказано, что

«Всесильный Авраама помогает ему», и что когда он покидает наш мир, ему говорят: «Какой благочестивый, какой смиренный! Он из учеников

Авраама, мир ему» (Брахот 6 б). Рабейну Йона спрашивает: неужели из-

за того, что он сделал такое простое действие, установив себе место

для молитвы, он удостаивается высоких титулов «благочестивого»,

«смиренного» и «ученика Авраама»? В ответ он приводит нечто весьма

значимое, из чего можно извлечь урок по поводу важности, дающей силу

пребывать в постоянстве, а также и по поводу самой ценности этого

постоянства, которое поднимает человека все выше в служении Б-гу.

Вот что он говорит (Рабейну Йона к трактату Брахот 3:2):


««Каждый, кто устанавливает себе место для молитвы, —

тому Всесильный Авраама в помощь... а когда умирает, говорят: Какой смиренный, какой благочестивый». Некоторые удивляются: неужели только из-за этого воздают ему после смерти такую

хвалу? Ведь Шмуэль а-Катан... о котором сказано, что он был

достоин, чтобы на него снизошла Шхина, как на Моше Рабейну, но

его поколение не удостоилось этого. Ему воздали такую великую

хвалу, но как же говорят здесь, что ее воздают каждому человеку, кто устанавливает особое место у себя дома для молитвы?

Ответ в том, что его хвалят не только за установление

места. Имеется в виду, что он настолько тщателен в своей

молитве, что даже этому уделяет внимание, желая, чтобы

молитва проходила в особом месте. И поскольку он так любит

молитву, в нем несомненно есть качество смирения, благодаря

которому молитва принимается перед Вездесущим, как сказано:

«Жертвы Всесильному — дух сокрушенный» (Теилим 51:19). Если

бы у него не было смирения, он никогда не смог бы молиться с

намерением, и его молитва не принималась бы перед Творцом. А

удостоившись смирения, он удостоится и благочестия, которое

выше него, так как первое приводит ко второму, как сказано:

«Смирение приводит к благочестию» (Авода Зара 20 б).

Получается, что благодаря тщательности в молитве он

обретает эти достоинства, и о нем возвещают это, когда он

покидает мир. Так слышал я из уст моего учителя».


Лестница святости внутри работы над молитвой


Рабейну Йона учит нас, что качество постоянства — когда молятся в

одном и том же месте — это результат любви к молитве. Иными

словами, это следствие важности, придаваемой молитве, которая

становится драгоценна в глазах человека, и которую он сильно любит. В

конце он пишет кое-что очень ценное: «Получается, что благодаря

тщательности в молитве он обретает эти достоинства» — благочестие и

смирение. Известно, что это качества, предшествующие духу святости и

оживлению мертвых, как приводится в Барайте раби Пинхаса бен Яир.

Получается, что основное действие — старание в молитве — это

буквально лестница, позволяющая поднять человека к таким вершинам, что он обретает смирение и благочестие, а оттуда коротким путем

восходит к духу святости. И благодаря чему все это? Это достигается

через постоянство. Каждый день, не пропуская, он молится на одном и

том же месте. «Счастлив человек, слышащий Меня, усердствующий у

дверей Моих изо дня вдень, сторожащий косяки дверей Моих» (Мишлей

8:34).

Из этого можно выучить величайшие вещи, которые каждый должен

положить себе на сердце. Действительно, все высокие ступени святости

доступны для человека. Нужно лишь разглядеть лестницу восхождения к

ним и как следует приложить силы на этой лестнице. На самом деле

молитва — это лестница к святому духу и к оживлению мертвых, к

пророчеству и обретению Шхины, а уж тем более к более ранним

качествам, таким как смирение и благочестие. Наши мудрецы не зря

установили произносить молитву три раза в день — это сделано в виду

ее важности и величия. Человеку не нужно искать и разыскивать

разнообразные пути, чтобы подняться и обрести святость. Ведь

мудрецы уже приготовили чудесный ритуал, несравненный для

восхождения к святости. Ничто не сравнится со служением в молитве, с

чистотой сердца и приобщением к Творцу, благословен Он. В итоге

человек буквально снимает с себя материальность и постигает скрытое

и будущее, как и все ступени пророков и святых Израиля. Все это

буквально скрыто в тайнах молитвы. Нужно лишь уметь подниматься с

ней правильным образом, шаг за шагом.

Основа и корень всего, фундамент, на котором держится все здание

молитвы, — это постоянство. Нужно установить себе место для

молитвы. Это включает в себя и внутреннее, и внешнее постоянство.

Внешнее относится к месту в синагоге, ко времени молитвы, чтобы

приходить вовремя и начинать спокойно, а не с опозданием и с наскоку.

Нужно ввести себя в постоянные рамки молитвы в двух измерениях

реальности — в пространстве и во времени. Оба они требуются, чтобы

прочно утвердиться в молитвенном деле.

Впоследствии надо еще больше укрепиться, так чтобы обрести

постоянство и во внутреннем. Речь идет об утверждении мыслей в

молитве — не отвлекаться от сидура, а сосредоточиться и

сконцентрироваться в сознании, придерживаясь слов молитвы, пока не

окажешься погруженным в них и их смысл. Достичь этого можно, если

молиться по сидуру, а не вертеть глазами туда-сюда, что разрушило бы

намерение. Лучше смотреть в сидур сосредоточенно и с большим

погружением, обращая внимание на смысл произносимых слов. Это

предшествует пробуждению сердца и ощущению святости и

возвышенности, которые являются дополнительным шагом по лестнице.

Таким образом, по мере того, как человек приучает себя продумывать

то, что произносит устами и хорошенько смотреть в сидур, слова

начинают все больше светиться в нем, и постепенно сердце пробудится

и возжелает их. Оно мало-помалу воспрянет к ощущению того, что хочет

исцеления, хочет освобождения, хочет строительства Иерусалима. Это

этап очищения воли и ее вовлечения в молитву. И чем дольше

продолжит человек в том же духе — прежде всего с постоянством места

и времени, а затем и с постоянством взгляда и осмысления слов — тем

лучше сумеет усилиться и подняться еще на одну ступеньку по

лестнице. Иными словами, ему навсегда запрещено отказываться от

основополагающих уровней. В каждый момент нужно придерживаться

всех их. С каждой молитвой он будет взбираться и подниматься от

первого этапа до того, к какому придет.

Так воля будет расти и усиливаться внутри человека, пока все

желание сердца не станет вращаться вокруг того, о чем он молится. А

усиление воли облагородит душевные качества, и характер и все

сильнее будет соединять жизнь со святыми желаниями, выражаемыми в

молитве. Они одолеют более низкие желания и естественным образом

постепенно облагородят всю личность. Человек станет все более

добрым в сердце, утонченным и любящим. Так он поднимется еще на

один шаг по лестнице святости — к тонкости сердца и его чистоте, которое очистится в бассейне молитвенных намерений и святых

желаний. В итоге сердце станет таким тонким и чистым, что человек

обретет в глубине души качество смирения. Когда ему небезразлична

участь Иерусалима и его восстановление, исцеление больных и успехи

Израиля, то ему легко отодвинуть в сторону собственный почет и

соединиться со славой Б-га и Иерусалима. Тогда он естественно сможет

подняться еще на один шаг — к благочестию, которое означает заботу о

народе и обо всем поколении (Месилат Ешарим, качество благочестия; предисловие к Тикуней Зоар). На этом этапе человек молится о них и

просит поднять Шхину и утвердить ее. Он стремится и думает о

постройке Иерусалима и о приходе Машиаха. Таково достоинство

благочестивых перед Б-гом, все родники сердец которых обращены к

Шхине, а не к чему-то другому.

После обретения этого качества, которое является еще одной

ступенью на лестнице восхождения, дух Б-жий начнет говорить через

этого человека. Энергия святости усилится в его сердце, и Б-жий дух

встрепенется в нем, так что Шхина сильно возвысит его, и духовная

благодать заполнит его мозг и сердце, вознося его к чудесам чудес.

Глаза его прозреют, чтобы заглянуть в сокровенные тайники и познать

то, что разум людской не в силах познать. Его глаза будут смотреть на

народы, чтобы молиться и защищать Израиль, дабы недруги не

обрушились на него. Божественная помощь вложит в его мысли

познание чудесного, и он несказанно преуспеет во всех делах.


Подниматься по ступеням по порядку


Получается, что все это великое восхождение начинается с

маленького дела, которое тем не менее было принципиальным

моментом — с установления места для молитвы. Ведь молитва — это

лестница святости, восходящая к вершине мира. Мудрецы говорят, что

молитва — одна из «вещей, стоящих на вершине мира» (Брахот 6 б). Но

люди пренебрегают ей и не имеют достаточного побуждения вкладывать

силы в работу над молитвой и подниматься вместе с ней к этой

вершине. У кого чистый дух, тот примет наши слова, чтобы исполнить в

душе правило «Приготовься навстречу Всесильному, Израиль», и

подготовит себя к этому ритуалу служения. Главное — не

перепрыгивать через ступени, а вкладывать все силы в ту, что перед

тобой. Общий принцип в том, что человек в основном должен работать

над ступенью, которая находится непосредственно перед ним.

Например, если кто-то еще не привык к постоянству места, пусть не

прыгает на следующий этап работы. Когда же привыкнет и будет

соблюдать это, словно постоянные жертвы в Храме, тогда пусть

поднимается к этапу сосредоточения в молитве и обратит внимание, чтобы не прыгать в работу по пробуждению сердца, но

сконцентрироваться

на

постоянстве

места

молитвы

и

сосредоточенности на ее словах. Следующий уровень сам собой начнет

светить ему на этом пути. В тот момент, когда человек становится

способен к подъему на следующую ступень, она сама спешит и нисходит

к нему сверху, посылает свои лучи, светит ему и помогает возвыситься.

Верхние миры сильно желают облагодетельствовать нижние и ожидают, чтобы излить благословение тотчас в момент, когда эти нижние готовы.

Поэтому человеку нужно постоянно ждать, когда верхние ступени

засветят ему, а не искать их по своей инициативе.

Таков порядок восхождения человека: он должен делать свое дело

на своем уровне, а Б-г свыше готовит ему следующие ступени к

моменту, когда удостоится их (в качестве дополнения к теме смотри

отрывок «порядок очищения и то, что ему мешает», Орот а-Кодеш 3).

Мы не вправе поручиться, что тот, кто будет постоянно следовать

описанному порядку, всего достигнет. Потому что хорошо бы и нам

самим удостоиться хотя бы первого шага, установления места. Но все-

таки, если поможет ему Б-г обрести верное понимание слов рабейну

Йоны, возможно, мы могли бы сказать, что рабейну Йона ручается за

него, что он достигнет этих уровней. Его святые слова верны и

непреложны, и ему подобает вести беседу на тему благочестия, смирения и духа святости. Ведь рабейну Йона был выдающимся

праведником во всем этом, так что даже его родственник и современник,

«отец Израиля», гаон и святой Рамбан сильно превозносил его за

великое благочестие и святость. Пусть их заслуги будут для нас словно

щит и кольчуга, а свет их учения поможет нам подняться и прильнуть к

нашему Возлюбленному, ибо Его желаем мы, и к Нему обращено наше

сердце.

Итак, вторым качеством, требуемым для постоянства в служении Б-

гу, является важность, которую человек ему придает. Это основа

постоянства, и выучиваем мы ее из закона о святости древесины сукки.


Третье свойство «постоянства» — ответственность


«Это зависит только от меня»


Третье свойство постоянства в служении Б-гу — это принятие на

себя ответственности. Простейшее основание для нее — это знание о

том, что продвижение человека зависит, прежде всего, от него самого:

«Это зависит только от меня» (Евамот78 б). Нужно знать, что если не

примешь на себя ответственность, думая, заботясь и стараясь

продвинуться вперед, то нисколько не продвинешься. Если переложить

ее на других — например, на родителей или учителей, — то

расслабишься и будешь небрежен в работе. Также и на Б-га не надо

перекладывать ответственность, ибо «все в руках Небес, кроме трепета

перед Небесами» (Брахот 33 б). Всевышний активно помогает человеку

в работе, но все это лишь после того, как сам человек приходит

очиститься, принимает ответственность и побуждает себя встать и

начать действовать. Это фундаментальная идея о свободном выборе

человека. Нужно осознавать принцип ответственности — что

продвижение отдано в твои собственные руки. Когда проявишь

инициативу, тогда и продвинешься. Никто другой не пробудит человека, только сам он должен подчинить сердце правилам служения Б-гу. Об

этом сказали мудрецы: «Когда человек один раз покорится в сердце, это

будет лучше многих ударов палками» (Брахот 7 а). Сколько бы раз

другие не пытались повлиять на него, заставить одуматься, принять

бремя Торы и заповедей и подниматься в святости, это не помогло ему

так, как он поможет себе сам, когда встанет, как герой, внутри себя с

твердым решением продвигаться в служении Б-гу.

Так каждый в отношении святых дел ведет себя небрежно, пока не

наступает особый момент, и сердце его укрепляется рвением, и он с

внутренней решимостью говорит в душе, что подойдет к служению Б-гу

серьезно и ответственно. Пока человек не дошел до принятия на себя

ответственности

с

серьезностью

и

решительностью,

которые

необходим, чтобы выбрать служение Б-гу, ничто не способно сдвинуть

его с места. Б-г постановил, что человек будет находиться в

собственном распоряжении, и, если он не подвигнется к самоочищению, свыше тоже не побудят его к этому69.


69 Однако, несомненно, что на скрытом уровне Всевышний не позволяет ни одному Своему

сыну блуждать и отдаляться. «Не отвергнут от Него отверженный». Поэтому высшее провидение

действует, внушая сердце раскаяние и исправление. Оно делает это посредством того, что создает

внешние и внутренние причины, дабы человек пробудился навстречу Б-гу. Но само это пробуждение

зависит от человека, так как он обладает свободой выбора.


Человек свободен выбирать, и ответственность возложена на него, а с Небес помогают тем, кто этой помощи ищет. Главный принцип

состоит в том, что невозможно помочь тому, кто не хочет помочь сам

себе.


Стены предшествуют схаху — пробуждение снизу


Этот принцип мы выучиваем из закона о том, что стены нужно

построить раньше схаха. А если человек сделал схах раньше стен или

вообще только схах, сукка будет непригодна. Это значит, что энергия и

благословение свыше в виде схаха приходит именно после того, как

человек сделал возложенное на него (стены). Без предшествующих стен

схах никуда не годится. Этот принцип имеет глубокий корень в идее

пробуждения снизу, которое вызывает пробуждение сверху. Оно должно

придти вначале, и в этом суть того, что стены предшествуют схаху. Все

зависит от инициативы сотворенных, а после их пробуждения к ним

спустится благословение с Небес.

Ответственность человека выходит за рамки его самого и его

частной работы и доходит до исправления всего мира (см. Орот а-

Кодеш 3, стр. 61-64). Мы должны знать, что ответственность за

исправление мира действительно возлагается на наши плечи, ибо так

установил Б-г в мировом порядке. Пробуждение снизу — основа всего, и

все освобождение и строительство Храма, как и любое святое дело, прежде всего зависит от инициативы Израиля внизу. Если евреи не

пробудятся, свыше будут ждать их. А если и дальше будут

задерживаться, Б-г вызовет бедствия и трудности, которые заставят

Израиль пробудиться. Благодать свыше никогда не приходит, если

прежде нет пробуждения снизу. Отсюда каждое сердце должно

естественно понять, насколько важна наша инициатива в том числе и

для того, чтобы уберечь нас самих от всякой беды, напасти и горести

(да спасет нас Б-г).


Движение тшувы пробуждает свыше дух тшувы


В любом случае исправление всего мира прежде всего зависит от

пробуждения Израиля. Например, заповедь для всего поколения —

вернуться к вере (тшува), возвратить сердца евреев к их небесному

Отцу. От этого непосредственно зависит строительство Храма и приход

праведного Машиаха. Нет сомнений, что Б-г может излить великое

благословение на сердца евреев и вернуть их к Себе. Это связано с

принципом врат понимания, которые откроются свыше душам Израиля, в виде небесного духа, очищающего их. Но Б-г временит с этими

вратами и не открывает их, пока внизу не появятся избранные сыны

народа, которые сами начнут совершать эту «заповедь поколения», возвращая евреев к вере. И чем больше становится тех, кто занимается

этой драгоценной заповедью, тем больше усиливается «пробуждение

снизу» к тшуве, и она сама собой поднимается на самый верх и

открывает окна небесные — верхний чертог тшувы. Оттуда она

привлекает благодать «пробуждения сверху» на самую землю, изливая

благословение тшувы, свет любви и умиротворения в сердца евреев, и

они ищут Б-га и возвращаются к Нему. Получается, что действие

приводящих других к тшуве очень велико. Оно гораздо больше, чем то, что видят глаза — больше, чем просто несколько евреев, которые с их

помощью вернулись к Б-гу. Эти деяния вызывают пробуждение снизу, которое запускает Божественное действие, очень могущественное и

сильное, по возвращению всего Израиля к вере. Так получается высокий

плод, приносящий спасение. Ведь для Б-га вообще нет препятствий, и

Он в силах вернуть к Себе весь народ. Но Он установил «основы

земли»: Он начинает делать это только после инициативы снизу.

Получается, что тот, кто проявит инициативу привести Израиль к тшуве, вызовет вслед за этим действие высшего Царя — свет Его лица, свет

великого возвращения — которое многое совершит среди всего народа

Израиля во всем мире. Так совершающим заповедь достается большая

награда, сильно превышающая их видимый человеческий успех.

То же самое происходит на всех ступенях святости. Пробуждение

сверху приходит вслед за пробуждением снизу. Поэтому каждый из

народа Израиля обязан признать ответственность по исправлению

мира, возложенную на него. Высший Источник ожидает, пока евреи сами

возьмутся за эту работу. В этом состоит великая ответственность, возложенная на исполнителей заповеди. Ведь все страдания в мире —

это продукт отсутствия Храма и задержки освобождения, и в наших

силах изменить это. Поэтому нужно укрепить мощь своего сердца, признать свою большую ответственность и ввести себя в драгоценную

святую работу с желанием и большой смелостью.

Принципы всего этого выучиваются из законов сукки. Стены нужно

строить перед схахом, так как без них он будет непригоден, ибо Шхина

не снизойдет на него. Ведь Шхина не приходит свыше без того, чтобы ей

сделали сосуд.


Четвертое свойство «постоянства» — выбор и сосредоточение


Выбор из множества желаний


Четвертое свойство у человека в работе над постоянством — это

выбор. Он должен выбрать те задачи, в которые вложит свои силы в

служении Б-гу. У нас, слава Б-гу, есть чистое сердце, и оно желает

сделать многое ради Него — выучить побольше всего из Торы, исполнить много заповедей, приложить усилие к исправлению личных

качеств и т. д. Короче говоря, наше сердце хочет все сделать для Б-га —

всю Тору, все добродетели, все молитвы, буквально все без границ.

Однако, время наше ограничено, и мы неспособны совершать разные

дела параллельно. Если человек попытается в каждый момент

хвататься за все служение Б-гу в целом, в руках у него не окажется

ничего. Чтобы обретси некоторое качество или хорошую привычку, или

чтобы овладеть книгой через изучение, нужно вложить в это много сил и

сосредоточиться на этом. Мудрецы уподобили того, кто хочет все

ухватить за один раз, охотнику на птиц. Ему попалось поле, на котором

полно птиц, и он спешит поймать больше. В виду огромного энтузиазма, едва он ловит птицу, тотчас кладет ее в корзину и бежит за следующей.

Но поскольку первую птицу он не привязал, она улетает из корзины.

Получается, что он теряет каждую пойманную птицу из-за поспешной

погони за следующей, и в итоге у него не остается ни одной.


«Сосредоточиться» )דקמתהל(, чтобы «продвигаться» (םדקתהל) Так мудрецы указывают нам путь в служении Б-гу и изучении Торы:

«Собирающий в руку преумножит» (Эрувин 54 б). Кто собирает

понемногу — берет одну мишну и повторяет, пока не усваивает, а затем

продолжает дальше — тот в конечном счете преумножит свои

достижения в Торе. Ведь он обращает внимание на то, чтобы

хорошенько усвоить все, чем занимается. Об этом мудрецы сказали:

«Схватил многое — не схватил ничего, схватил малое — действительно

схватил» (Йома 80 а).

Отсюда мы естественно поймем важный принцип в служении Б-гу.

Человек должен выбирать между своими святыми желаниями и

ограничиться несколькими вещами, а не бежать вслед за множеством

прихотей, пытаясь схватить все. Это называется работой над

сосредоточением. Нужно сконцентрироваться на одном деле, а не на

многих. Чтобы продвигаться, надо сосредотачиваться — взяться за одно

дело и прильнуть к нему всеми силами.


Важность выбора для продвижения


Работа над выбором очень тяжела. Это святой труд в Храме. Нужно

понимать, что суть выбора включает две вещи: прежде всего, есть то, что человек выбирает для своего занятия, но вторая сторона медали —

это то, о чем он решил, что пока не будет этим заниматься. Выбор

включает и «да», и «нет». Если не умеешь сказать «нет» и не

ограничиваешь себя на практике, значит, ты ничего и не выбрал. Ведь

выбор сосредотачивается только лишь на одном предмете, а не на

остальных. Если, например, человек установил себе ежедневный урок

по Торе, а теперь ему захотелось изучать другие вещи, нужно проявить

силу и утвердиться в том, что установил себе, пока не закончишь это, как следует. Нельзя спешить за пожеланиями сердца, которые приходят

и уходят каждый раз, уничтожая прочную связь с тем, во что

вкладываешь основные силы.

Это является краеугольным камнем в служении Б-гу. Нужно

избрать, к примеру, одно качество или один тип поведения и

сконцентрировать все свои силы, чтобы придерживаться этого. По

правде говоря, одна из причин, из-за которых людям не удается

поддерживать принятое на себя, — в том, что они приняли сразу

слишком много, а человеку трудно быть постоянным во многих вещах

параллельно. Когда сила воли распространяется на многие дела, то

каждое из них получает лишь часть от общих сил. Это как труба с

дырками, и из каждой выходит слабая струя. Совсем иначе будет, если

сосредоточиться на одном пункте. Тогда можно будет задействовать все

силу воли, и естественно получится быть постоянным и по-настоящему

продвигаться в этом деле, обретая успех. А когда человек глубоко

усваивает нечто одно в служении Б-гу, даже совсем маленькое, вся его

личность оказывается под влиянием этого и развивается. Ведь человек-

то один, и изменение в чем-то одном меняет его целиком. Выходит, сосредоточенность буквально продвигает всего человека, и радость от

обретения некоторого качества или привычки светит и помогает ему во

всех делах.

На самом деле тот, кто суетится обрести все добродетели, неспособен устоять ни в одной из них. Все святые желания, какие

приходят к нему, сами же и заставляют его отступить от того, что он

принял на себя делать. Его увлекает каждый раз что-то новое.

Получается, что из-за избытка дел он не привязывается ни к одному из

них достаточно крепко. У него слабая хватка во всем, за что берется, пока в итоге мирские дела не прерывают с легкостью всю его работу.

Сначала его прерывают другие желания, лежащие в области святого. Он

переходит от одной задачи к другой, от изучения одной книги к другой, и

от выработки одного типа поведения к другому. И в любом случае

выходит так, что он не держится прочно за свои поступки и из-за этого

приходит к остановке в духовной работе из-за материальных причин.

Получается, что в конечном счете бывший у него избыток света, выражавшийся во многих желаниях, заставил его потерять все. Это, как

известно, один из аспектов разбиения сосудов.


Выбор — исправление разбиения сосудов


Понятие выбора глубже можно уяснить через принцип сокращения.

Выбор — это создание границы. Просторы Бесконечного включают все, а выбор — это сила сокращения, сосредоточение в одной точке и

устранение остального света. Это установка преграды перед всеми

возможностями и идеями, определение действий в одном русле. Все это

имеет корень наверху в принципе сокращения, который, как известно, и

есть корень выбора (Питхей Шеарим, путь сокращения, гл. 4-11)70.


70 Это не противоречит сказанному в книгах о том, что источник свободного выбора -

Божественная бесконечность, принцип высшей свободы, вложенной в природу человека. См. Орот а-

Кодеш, стр. 39 и 105. Можно ответить, что суть выбора в смысле его свободы имеет корень в

бесконечности, тогда как сама возможность выбора (т. е. что человек не лишен выбора из-за

присутствия Божественности, которая его отменяет), как и способ его совершения, то есть склонение

в пользу одного из вариантов, имеют своим истоком силу сокращения.


Мы хотим сказать, что главное в деле выбора — это сокращение.

Нужно решить в сердце ограничить себя и сосредоточить силу только на

одном деле, работая над ним постоянно, пока не освоишь его. Тогда

можно переходить к следующей практике или изучению следующего

материала и т. п.

Это связано с принципом исправления Есода. В этом отличие мира

исправления от мира хаоса. В мире хаоса все силы прорывались наружу

во всей полноте, и естественно они были лишены порядка, отрицая друг

друга. Есод — это правильное соотношение между силами. Он

сосредотачивает их и направляет так, чтобы они выстроились

совершенным и уравновешенным образом, не отрицали и не ослабляли

друг друга. Получается, что сила выбора в основном связана с Есодом, ибо это сила средоточия, которая концентрирует энергию и направляет

его на одно действие. В книгах объясняется, что все пять качеств от

Хесед до Год включают все оттенки и области в служении Б-гу, тогда как

Есод является не отдельным оттенком, а силой средоточия и

соответствия между всеми ними, позволяющей передавать влияние в

Малхут в исправном и упорядоченном виде (Шаарей Ора, гл. 1-2). Сила

средоточия каждый раз получает энергию от иного качества и передает

в Малхут, не позволяя всем качествам влиять одновременно, иначе

вышла бы путаница и нарушение порядка. Малхут — это практические

инструменты в душе человека, это все его силы — мысль, речь, действие. Качества от Хеседа до Года — это его святые желания во

всех областях. Есод называется словом «союз», это связь человека с

его желаниями. Он выстраивает эту связь правильно и организованно, передавая каждый раз что-то одно: один раз это будет воздействие

Хеседа в Есоде, которое будет светить в Малхут, в другой раз — Гвуры, в третий — Года, но не все сразу. Иными словами, Есод — это воля и

выбор человека, который каждый раз выбирает что-то другое, в

зависимости от ситуации и здравого смысла, и хочет, чтобы только это

передавалось на практический уровень. Это приведет человека к

осуществлению своего желания в реальности, что и есть Малхут, практический инструмент. Есод препятствует другим желаниям входить

и влиять на Малхут без согласования.


Выбор и исправление союза


Таким образом, Есод — это исправление союза, связи между

человеком и его желаниями и всеми поступками. Кто бежит и

перепрыгивает с одного дела на другое, у того этот союз неисправен, поскольку он не привязан по-настоящему к одному действию. Примером

может послужить отношение к Торе. Известно, что Тора называется

«супругой» человека, как говорили мудрецы: ««Увидишь жизнь с женой, которую возлюбил» — это Тора» (Ялкут Шимони, Коэлет 9). Она также

называется «помолвленной», как говорят: «Читай не «наследие»

(השרומ), а «помолвленная» (הסרואמ)» (Брахот 57 а). И если кто-то решил

изучать в этом году, к примеру, трактат Шаббат, он словно женился на

этом трактате, к которому его душа испытала влечение, и к которому

прильнул. Но если в течение года он каждый раз прерывается в

изучении этого трактата и перепрыгивает на другие, беспорядочно

переходя с темы на тему, то у него словно происходит «нарушение

святости союза». Он не хранит свою приверженность любимой (трактату

Шаббат) и не един с ней полностью, а ходит-бродит по книгам. Об этом

мудрецы говорили в комментарии к фразе «уходящему и приходящему

нет мира» (Хагига 10 а):


««Уходящему и приходящему нет мира». Сказал Рав: Если уж

выходит человек из раздела алахи в раздел Писания, нет ему

мира. Шмуэль сказал: Это тот, кто отделяется от Талмуда ради

Писания. А раби Йоханан сказал: Даже с одного трактата на

другой».


Мудрецы учат нас, что тот, кто перепрыгивает из трактата в трактат

или из Писания в Мишну, то есть не придерживается постоянства в том, что на себя принял, лишен внутреннего мира. Качество Есод называется

«мир» (шалом), поскольку оно освобождает душу от противоречий

между разными желаниями. А кто бродит от желания к желанию и от

трактата к трактату, тому нет мира — у него нет приверженности, связи

и истинного соединения с тем, что он учит. Он словно не заключает

союза с трактатом, который избрал учить. Нужно знать в душе, что все

служение Б-гу устроено по тому же принципу: надо заключать союз с

правильным поведением, с заповедями, добрыми делами, трактатами и

книгами Торы. Надо посвятить себя тому, что установил себе, какжених, посвящающий себя невесте, а не скакать с одного на другое. Иначе

мира не будет, поскольку нет союза и связи ни с чем в Торе. Это очень

важное правило.


Необходимость уступать на короткое время


Отсюда поймем еще кое-что. Часто акт выбора становится очень

тяжелым для человека. Он не хочет выбирать и сосредотачиваться, и на

то есть несколько причин. Отметим две из них. Во-первых, он не хочет

отказываться от других желаний, а хочет ухватиться за все. Такому

человеку нужно сказать, чтобы он успокоился в сердце и знал, что на

самом деле он ни от чего не отказывается, а лишь откладывает на

другое время. Ведь невозможно все объять сразу, нужно вести себя

терпеливо и рассудительно. Только так можно преуспеть. Если же

совсем не уступать, получится, что придется отказаться от всего, ибо

ничего в руках не останется.


«Выбор» (הריחב) против «бегства» (החירב)


Вторая причина того, что человеку трудно выбирать, состоит в том, что он не знает, какой выбор наилучший среди возможных. Это

указывает на особенность, которая встречается и в других областях.

Характерная особенность нашего поколения — отсутствие решимости.

Душа хочет оставить все возможности открытыми и отказывается

выбирать и решать. Но нужно знать очень важный принцип: часто, а

может быть, и в большинстве случаев, лучше выбрать что-то, даже если

это не самое хорошее, чем не выбирать ничего. Ведь когда нет

направления и сосредоточения, душа скучает и бездействует. Если же

человек выбрал, у него есть направление и цель, и это дает ему благо, а

потом и помогает лучше познать себя, а значит, еще точнее совершать

выбор, чтобы он был хорошим. Эти идеи изложены здесь вкратце, но

для того, кто рассмотрит их, в них заключен важный урок.

Короче говоря, отсутствие выбора — это бегство. Кто не выбирает, тот убегает от самого себя и своей жизни, оставаясь ни с чем. Нужно

быть сильным, чтобы выбирать и сосредотачиваться, продвигаясь, с Б-

жьей помощью, прямым путем.


Стены — разграничение жизненного пространства человека


Этот принцип сосредоточения и выбора мы учим из законов стен

сукки. Они призваны разграничить жизнь человека и его жилище. Они

подобны преграде, позволяющей лишь части всего места поступать в

распоряжение человека, а другую оставляют снаружи. Действие стен —

определять область человека и отодвигать наружу все, что к этой

области не относится. Если нет стен, это как недостаток разграничения, нехватка сосредоточения и выбора. Как будто человек все оставляет

распахнутым и открытым для всех возможностей. Такая сукка ни на что

не годна, так как нужно разграничивать жизнь, жилище и деятельность, а

не оставаться открытым без границ. Сукка призвана создать «владение

одного», принцип мира исправления. Это идея «сукки мира», которая

концентрирует и отводит всему области в жизни, выбирает границы и

меры и выводит наружу все, что в данный момент не нужно. Через это

создается мир и соединение, и это дает человеку успех в его занятиях и

святых делах. Тогда он не будет унесен потоком многих своих желаний, но «сукка будет для тени днем от зноя и укрытием от ливня и от дождя»

(Ишайя 4:6). Нужно быть точным в своих поступках и сосредоточенным в

работе, которую выбрал, а не перепрыгивать каждый раз с одного на

другое, как делает тот, у кого нет стен и границ, отводящих место и

соединяющих с тем, что выбрал.

Таким образом, человек должен построить себе стены, поставить

границы, которые совершают два действия: отодвигают наружу все, что

к делу не относится, и прочно соединяют с тем, что внутри. Такова сила

выбора — крепко привязаться к одному делу и вывести вовне другие.

Это очень основательное свойство в вопросе постоянства в служении Б-

гу.

Итак, мы видели четыре свойства у человека в работе над

постоянством:

1.

Устойчивость и последовательность — стена выстаивает при

обычном ветре.

2.

Важность, которую нужно придавать служению Б-гу, —

святость стен.

3.

Ответственность, которую нужно брать на себя, — стены

предшествуют схаху.

4.

Выбор и сосредоточение — размер стен, чтобы в них не было

бреши и недостатка.


Первое свойство «временности» — «нету нее ничего своего»


Схах в сравнении с потолком


Посмотрев на работу над постоянством, подойдем, с Б-жьей

помощью, к работе над «временностью». Как уже говорилось, постоянство означает ответственность, развитие сил и деятельность в

нашем мире. В отличие от этого, временность — это предстояние перед

лицом Б-га, признание своей ничтожности и величия действий и

благословений Б-га, направленных на нас. Схах передает идею

вдохновения свыше, а значит, размышление над его законами поможет

нам понять эту работу над временностью и прояснить наши отношения с

Б-гом в глубине души, прильнуть к Нему и опираться на Него всем

сердцем и душой.

Как уже упоминалось в других разделах, различие между домом и

сук-кой заключено в потолке. У дома есть непроницаемый потолок, а у

сукки — схах, то есть ветки деревьев с просветами и открытыми

участками. Суть схаха — открытость человека к тому, что лежит за его

пределами. В отличие от непроницаемого потолка дома, который

подобен железной стене между человеком и Всесильным, схах

соединяет и связывает, открывая его к тому, что лежит выше. Не станем

долго на этом останавливаться, так как уже занимались этим в разделе, посвященном второму дню (раздел «Схах и тайна ограничения»). Но все

же среди ранних комментаторов есть точка зрения, что дожди должны

проходить через схах (см. например, Сукка 2 а, Тосафот со слов «Когда

сделает»). Глубинная идея здесь в том, что дождь намекает по своей

сути на сотворение миров. Ведь дождь — это тонкий пар, который

уплотнился настолько, что выпал вниз и стал жидкостью или даже

твердым телом. Это указывает на суть творения в целом, корень

которого в действительности — свет Б-га. Он уплотнялся, проходя

сокращение за сокращением, пока не образовалось материальное

вещество, и из него произошли все создания и творения. Это учит нас, что мир, который видят наши глаза, существует не сам по себе и

является не изначальной точкой, а нижним пределом в порядке

распространения сверху, где все началось с тонкого и яркого света. В

чудесном процессе уплотнения, сокращение за сокращением, он

спускался вниз, пока не превратился в вещество и в материальную

реальность, воспринимаемую чувствами.


Тайна материи и творения


Знание о тайне материи и творения учит нас правильному взгляду

на весь видимый глазами мир. В отличие от внешнего взгляда, видящего

мир как нечто существующее благодаря своей собственной силе, Тора

показывает тайну

творения, чтобы открыть глаза разума и помочь увидеть, что мир

вовсе не самостоятелен, а постоянно зависит от своего корня, то есть от

духовного света. Каждое мгновение он зависит от благодати свыше, которая обновляет его и поддерживает ежесекундно. Об этом говорит

Писание: «Словом Б-га небеса созданы» (Теилим 33:6). Божественная

речь, пар из уст Творца мира — это свет, который уплотнялся, пока не

стал настоящей материей. Но сила Его речи постоянно лежит в основе

материального творения и поддерживает его, как сказано: «Всегда, Б-

же, слово Твое стоит на небе» (Теилим 119:89). Это учит тому, что мир

сделан не так, как стол, который, будучи завершен, больше уже не

зависит от плотника. Ведь процесс творения происходил не только в

первый момент, когда оно появилось как сущность из ничего, но каждый

день, час и мгновение творение остается как в первый момент, обновляется, живет и держится силой слова Б-жьего, как сказано:

«Обновляющий каждый день постоянно творение мира».

Это подобно фильму, который транслируется на экран из

прожектора. Каждую секунду кадр, спроецированный на экран, существует в силу света, посылаемого из прожектора, и тот факт, что

секунду назад на экране была одна картинка, никак не влияет на

следующую. Каждая частица времени обусловлена подачей нового

света из прожектора, который должен излучать его на экран без

перерыва. Так и все миры похожи на поток света от фонаря, лучи

Божественной благодати, которая каждое мгновение исходит свыше и

уплотняется, проходя через весь порядок распространения, пока не

возникает материальное творение во всех деталях. Получается, что в

каждый момент и каждую секунду с вершины Бесконечного сияет новый

свет, протягивается к Ацилуту, оттуда — в Брия, и так до дна мира Асия.

На этом держится все здание.


Обновляющий Своим благом каждый день постоянно


Получается, что все существование миров и их состояние

буквально каждый миг обновляется, как картинка на экране, и

предыдущее мгновение не влияет на следующее. Невозможно доказать, что мир будет существовать в следующую минуту, из того, что он

существует в эту. Ведь у его бытия в этот момент нет никакой

возможности поддерживать жизнь и собственное существование в

следующий момент, как и картинка на экране не может воссоздать себя

в следующий момент. Вся основа этих картинок и их источник — в

прожекторе, а не в них самих. Так и все бытие мира исходит не из него

самого, и у бытия в данный момент нет постоянной силы со своей

стороны, но лишь со стороны Творца, который обновляет его буквально

каждое мгновение.

Люди беспокоятся за себя, как им себя прокормить, как достать

пропитание, заботятся о здоровье тела и т. д., а на самом деле

Всевышний заботится о них гораздо больше. Ведь Он заботится о самой

сути их существования. Все жизненные тревоги — словно ничто в

сравнении с заботой о создании самой жизни. Если не станет человек

суетиться о пропитании, возможно, будет голодать, но без энергии, которая поддерживает его бытие, тотчас обратится в полное ничто. Эта

идея должна успокоить сердце каждого, когда он узнает, насколько Б-г

бережет его. Если уж само бытие Он дает человеку, то, несомненно, можно положиться на Б-га и в остальных вопросах.


«Временность» схаха — узнать о Творце мира


Следовательно, проникновение дождя в сукку призвано научить

человека смотреть на мир и одновременно на его Источник, хорошо

знать, что все держится на слове Б-га, и что Он «основа и корень всех

миров» (Зоар 1,11 б), поддерживающий и утверждающий все. Это

знание включает две стороны — нашу сторону и сторону Б-га. С Его

стороны, мы признаем в Нем того, кто поддерживает все, а Он вечный и

неизменный, существующий непреложно, живой и сущий вовек. С другой

стороны, в себе мы видим тех, кто ничего собой не представляет. Мы

эфемерные и хрупкие, ничем не обладающие, как лучи света, у которых

ничего нет. Мы похожи на стену, поддерживаемую кем-то другим, которая так и норовит упасть в любой момент, но опирается на того, кто

ее держит. В этом случае, стена существует как бы без поддержки. А что

касается нас, мы зависим от Б-га, нашего Творца и Вседержителя, так

что вся суть нашей жизни, от корня души и до тела, полностью исходит

от Него. И без Его света мы полное ничто, нуль и пустота, мы не

существуем ни в какой форме бытия. Таким образом, наша

эфемерность со своей стороны очень глубока. Мы не только нуждаемся

в Б-ге, чтобы Он давал нам силу достигать успеха, доставлял пищу и

пропитание и поддерживал на ногах в добром здравии, но и нуждаемся

в Нем еще и для того, чтобы не превратиться в ничто — чтобы вообще

чем-то быть. Это само начало нашего существования и суть жизни.


Приду как бедняк к входу


Таким образом, мы совершенно эфемерны, нуждаемся и всецело

поддерживаемы нашим Творцом и Управителем, который в Своей силе

и могуществе делал, делает и будет делать все действия.

Следовательно, первый принцип в работе над временностью — это

глубокое признание того, что все исходит от Него, а у нас нет ничего от

себя. Не остается вообще никакого места для ухищрений. Полное ничто

и абсолютный нуль. Наше обращение к Нему должно напоминать

бедного, пришедшего просить милостыню, скромно и в смирении, полностью полагаясь на Подателя благ. Конечно, наш Отец и Царь

любит нас, и все Его внимание обращено к нам, ибо мы «Его любимые

дети, и едва Он заговорит о нас, ноет все нутро Его» (см. Ирмия 31:19).

Мы зависим от Него не как чужие от богатого и жесткого господина, который получает удовольствие от того, что другие зависят от него.

Всесильный полон скромности, и нет никого скромнее Него, как нет и

добрее Него. Он взирает на нас взглядом, полным жалости, ибо мы его

дети, потомки возлюбленных Авраама, Ицхака и Яакова, и связаны с

Ним крепкой привязанностью душой и духом. Следовательно, нужно

понять и уразуметь, что нужда в Б-ге — состояние очень желанное, без

меры и ограничения. Это наиболее естественное движение души, как у

ветви, примыкающей к своему корню, и как у капли, сливающейся с

великим морем. Самоустранение перед Б-гом — это слияние с

источником и со «скалой, из который высечены». Это вовсе не тяготение

к некому постороннему фактору.


Смирение и качество праведника — основы мира


Теперь можно понять глубокое значение и достоинство того, кто

обладает смирением, — праведника, в устах которого истина. Нет

сомнений в истинности того, что Б-г поддерживает жизнь во всем, как

сказано: «А Ты оживляешь всех» (Нехемия 9:6). Даже тот, кто этого не

знает, получает жизнь от Него, но это получение происходит не

напрямую от Него, а через посредников и посланников. Такой человек

становится зависимым от других людей, как в отношении материального

обеспечения, так и в питании души. Он постоянно нуждается в том,

чтобы люди ценили его, любили его и т. д., что и дает ему душевную

пищу. Но обладающий истинным смирением, знающий, что сам ничего

собой не представляет, удостаивается увидеть обратную сторону

медали — все исходит от Творца. Кто знает, что ничего не имеет сам, тот естественно признает, что все от Б-га. И когда человек

удостаивается такого знания, и оно запечатлевается во вратах его

сердца, он уже не нуждается в других людях и вовсе на них не надеется, ибо Б-г обеспечивает его без посредников. Такой человек ест и

насыщается из уст Б-га как телом, так и душой. Он не нуждается в

уважении со стороны людей и в их отношении к нему, ибо Б-г освещает

его сердце радостью и благодатью. Знание своего значения и важности

в мире и любви Б-га наполняет его душу светом любви и дает духовное

питание, так что ему уже не надо кормить свою душу через других

людей. Для него равны похвалы почитающих его и брань осуждающих, поскольку не из их уст он живет, не от их карманов, отношения и

настроения зависит.

Короче говоря, такой человек не зависит ни от одного существа в

мире, но лишь от Творца. Он естественно достигнет врат качества

праведника, принципа «Праведник — основа мира» (Есод). Это тот, на

ком стоит весь мир, и кто сам не стоит ни на ком из мира. Праведник

называется «столпом» — это единая опора, на которой держится все.

Таково свойство столпа — быть основой, на которую опираются, тогда

как сам он стоит самостоятельно.

Иными словами, пока человек не достиг состояния, о котором

говорится: «Праведник — основа мира», он опирается на других и

получает жизненную силу от Б-га через посредников. Когда же он

достигает полного смирения и самоустранения перед Б-гом, то

удостаивается великой ступени — получает жизненную силу из Его уст, не испытывая никакой нужды в посредниках. И получается, что он не

держится ни на ком, кроме как на Б-ге, и сам собой становится

отдельным столпом, поддерживающим других. В итоге он удостаивается

уровня избранных святых мужей поколения, истинных праведников, реализует принцип «Праведник — основа мира». Все это совершается в

силу смирения и самоустранения перед Б-гом. При этом известно, что

нет никакой возможности достичь качества Есода, кроме как через

Малхут, называемую «верой». Нужно верить, что все исходит от Б-га. Об

этом сказано (Хавакук 2:4): «Праведник верой своей жить будет». А

веры можно достичь только с помощью смирения, поскольку гордыня —

это настоящее безверие. Пребывая в ней, человек думает, будто сам

является источником своей жизни, и следовательно, вера его ущербна.

Путь к вере лежит через смирение. Получается, что именно благодаря

смирению достигают очищенной и совершенной веры, а не такой, когда

на словах верят, а в сердце нет. С помощью чистой веры удостаиваются

совершенства Малхут и тогда естественным образом поднимаются и

овладевают местом над ней, то есть качеством Есод, принципом

«Праведник — основа мира».


Столп мира


Получается, что тот, кто превращает себя в настоящее ничто, так

что вся реальность для него становится эфемерной, в итоге становится

словно железная скала. Он оказывается основой мира, на которой все

держится. Временность человека самого по себе приводит его

соединиться с Тем, кто по-настояще-му постоянен, — к Творцу мира и

его Управителю, Бесконечному, силе и могуществу которого нет

предела. Пока человек связывает свое существование с самим собой, полагая, что сам обладает силой, мужеством и самостью, он опирается

на хрупкую тростинку, наполненную фантазией и глупостью. Человек

сам по себе пару подобен, дни его — как тень преходящая. Все

ощущение собственной мощи — тщетная иллюзия. Даже львенок

способен напугать его, комар может запутать его разум, волна морская

— разбить его тело, жар солнца — расплавить кожу. Выходит, человек

красуется чужими перьями из-за своей близорукости. В отличие от этого,

«кто мал, тот велик» (Зоар 1, 122 б; 3, 168 а). Эфемерность человека

перед Господом придает ему Божественную устойчивость, силу сил, благодать Бесконечного, так что в итоге он становится могучим силой, как у Царя мира. Благодаря праведности и надежде на Б-га, он

поддерживает мир и все, что его наполняет. Счастлив он и прекрасен

удел его! Да дарует нам Б-г долю вместе с ним71.


71 На тему праведника, поддерживающего все, от смирения которого зависит все, раби Нахман

написал следующее: «Все вещи находятся на земле, как мы видим своими глазами, - все растет из

земли, все предметы и существа идут по ней и на ней располагаются. Они не могут разорвать связь с

ней и отдалиться от нее, если нет такой силы, если никто не заставляет их сделать это, и не заберет

с их места на земле, и не отдалит от нее. Чем больше эта вынуждающая сила, тем дальше отходит

предмет от земли. Если же эта сила исчезнет, вещь возвращается на землю. Например, если человек

бросает предмет вверх, то своей силой он вынуждает его оторваться от земли. Чем больше сила, тем

выше он подбросит предмет. Но потом, когда сила заканчивается, предмет снова падает на землю.

Ведь у земли есть сила притяжения, и она притягивает все вещи к себе. Если бы это было не так, невозможно было бы удержаться на ней, но все бы падали с нее. Ведь Земля шарообразная, и все

жители мира находятся по ее сторонам, как известно. Но у нее есть сила притяжения. Поэтому, когда

вынуждающая сила прекращает свое действие, предмет снова падает на землю. И чем больше он

приближается к ней, тем быстрее он летит и падает вниз. Это потому, что он приближается к силе

притяжения Земли. Праведник воплощает принцип земли, поскольку он - основа мира, как написано:

«А праведник - основа мира» (Мишлей 10:24), и все вещи держатся на нем. У него тоже есть сила

притяжения, и он притягивает все вещи к себе. Ведь этот Праведник единственный во всем мире, Он

его основа, и все вещи происходят от Него. Даже все остальные праведники - его ответвления, каждый согласно своему уровню. Есть те, кто подобны ветвям от Него, а есть ветви от ветвей. Этот

единственный в мире Праведник скромен и принижен, Он делает Себя подобным праху, по принципу

«Я прах и пепел» (Берешит 18:27). Вот почему Он является основой мира, то есть почвой, на которой

расположено все. Об этом мы просим: «Душа моя как земля пусть будет для всех» - чтобы у нее была

сила притяжения, чтобы притягивать к себе все, как земля. Этот Праведник привлекает все влияния в

мир, по принципу «Прах золота» (Иов 28:6). Все виды блага приходят от земли, от праведника.

Поэтому, если дать милостыню праведнику, тотчас получаешь благословение. Это подобно сеянию в

почву, которая затем выращивает гораздо больше, по принципу «Сейте себе на милостыню, а

собирайте по доброте» (Ошеа 10:12). Но если давать милостыню тому, кто вовсе не является землей, плодов это не принесет. Этим Ирмия проклял жителей Анатота: «В момент гнева Твоего сделай с

ними» (Ирмия 18:23) - «помешай им неправильными бедняками» (Бава Кама 16 б). Это те, кто никак

не воплощает в себе принцип земли. Милостыня, которую им дают, вовсе и не является сеянием»

(Ликутей Моаран 1, гл. 70).


Связь с Б-гом через любовь


Итак, первое в работе над временностью — это наше отношение к

Б-гу. Нужно стоять перед Ним, как перед тем, кто дарует нам саму нашу

жизнь, а у нас нет ничего от себя. Эта работа — корень корней для

всего. Это основа веры и точка трепета в сердце. Это верное знание Б-

га, чистое от всяких примесей искаженного восприятия. Предстояние

души перед лицом Б-га, когда она признает, что вся ее жизнь — от Него, и признает Его как душу всех миров, — это и есть правильное

положение для творения рядом с Творцом. Это не позиция

отчужденности, как у того, кто стоит на небе и оторван от творений, и не

позиция еретика, отвергающего Исток всего, но чистая позиция, полная

любви и единства, признающая Творца как душу творения, могущественный корень, ответвления которого — вся реальность. Таким

образом, связь человека с Творцом наполняется приязнью, единством и

сильной преданностью. Ведь наша жизнь — это Всемогущий, Он душа

наших душ, основа нашего бытия и реальности. Человек — это ветвь, питающаяся

от

великого

корня,

облачение

для

благодати

Божественного света, который есть суть жизни и корень корней души

(см. Орот, света оживления, начало 1-го отрывка).

Итак, этому совершенному знанию Б-га, различению правильного

отношения между человеком и Всесильным учит нас схах в сукке. Его

временность и его открытость дождю указывают, что вся наша жизнь, весь наш мир, то есть пространство сукки, не существует сам по себе, а

черпает и получает жизненную силу от высшего Источника — от

благодати света Б-жьего, души всех душ.


Второе свойство «временности» — работа над обновлением


Жажда нового


Отсюда мы подходим ко второй части в работе над временностью, и

это очень важная и драгоценная часть. Речь идет о работе над

обновлением. Жизненная рутина растирает и опустошает людей, а они

все время ищут пути к новизне. Новое приносит с собой свежесть и

радость и вырывает человека из серой повседневности. Однако, поскольку мир не ведает истинного и коренного обновления — новизны

внутренней жизни, как мы отметим далее, поэтому весь диапазон

взглядов направлен лишь на внешнюю сторону. Попытки обновления

находят выражение только во внешней обертке без внутреннего

содержания. Люди бегут за покупками, новинками, меняют один

электронный прибор на другой, более усовершенствованный, старую

машину на новую, старый телефон на более современный и так далее.

Некогда аппарат заменяли, только когда он ломался. А теперь в

рамках культуры модернизации это превратилось в целый культ суеты и

погони за новыми устройствами только ради ощущения новизны. Это

указывает на сильную жажду обновления жизни, свежести, а на более

глубоком уровне указывает на огромную внутреннюю сухость, скуку и

бессмысленность самой жизни. Все это приводит к разным попыткам

освежить переживание жизни через внешнюю новизну, через покупку

новой техники и т. д. Но и это в конце теряет смысл, и радость от

покупки новых предметов приходит, только если это делается раз в

несколько лет. Но если они постоянно обновляются, восторг теряется и

уже не может питать и поддерживать человека. В алахе мы видим, что

благословение «Который дал нам дожить» произносят, только если

покупка новой вещи приносит радость. Поэтому есть предметы одежды, на которые бедные благословляют, а богатые нет. У богатых нет от них

особой радости, поскольку они привыкли к таким покупкам.

Как бы то ни было, мы свидетели этой глубокой жажды в мире —

жажды обновления и свежести, поиска изменений в жизни, которые

принесли бы приток духа и радости. Но поскольку миру знакома лишь

внешняя сторона вещей — электронные приборы, мебель, дома и

машины — то вся энергия направлена на создание новшеств в этих

областях. Человек гонится за деньгами, что позволить себе

усовершенствовать внешнее качество жизни с помощью более

современных и хороших приборов.


Постоянное обновление внутренней стороны жизни


Нужно понять глубокий принцип — источник жажды новизны. Такой

жажды мы не находим среди животных. Нигде не встретишь кошку, скучающую от своего распорядка дня и ищущую разнообразия и

перемен в нем. Нам не попадаются птицы и муравьи, погруженные в

депрессию и печаль из-за рутины своего жизненного регламента.

Допустим, чувство голода по материальной пище одинаково для

человека и животных, но ощущение скуки и утомления от жизненного

режима встречается лишь у тех, кто сотворен по образу Б-га.

А дело в том, что истинная новизна — это обновление внутреннего

содержания жизни. Мир сотворен, чтобы быть причастным к своему

Источнику, к Божественной благодати. С самого верха, от Источника

жизни, от сияния Бесконечного каждый день обновляется благодать, и

появляется новое свечение. Оно спускается с вершин через все

ступени, чтобы дарить жизнь творениям, вдувать в них новую энергию, которая вносит в их жизнь чудесную и возвышенную новизну. В молитве

мы произносим, что Всевышний каждый день постоянно обновляет

творение мира. Это значит, что каждый день приходит новый свет, свежая и богатая энергия, светящая с вершины всех миров и доходящая

до самого низа. От нее исходят новые силы всем существам Вселенной, обновление воли, свежесть и радость.


Обновление души во время ночного сна


В этом заключается секрет сна, когда душа удаляется в верхний

мир, и Всевышний дает ей эту новую энергию, наполняет ее

благословением света и новым сознанием — особым влиянием

завтрашнего дня. Таким образом, состояние сна — это удаление

сознания и жизненной силы из человека, уход вчерашнего дня, который

закончился и завершил свою роль, и весь потенциал которого

реализовался. Вот почему душа выходит из тела и поднимается, чтобы

наполниться новой благодатью из высшего Источника. Сон необходим, поскольку все время бодрствования душа пребывает в позиции

влияющей. Она влияет на человека, на его внутренние силы, разум,

волю и ощущения, внося в них жизнь и свет, давая им силу к действиям

и совершениям. Поэтому, пока душа в позиции влияющей, сама она

обновиться не может. Ведь обновление — это получение сверху. И

потому душе нужно покинуть тело, оставить свои действия и влияние и

подняться к высотам миров, вернуться к истоку и к «Скале, из которой

высечена». При чтении Шма на сон грядущий мы произносим: «В руку

Твою вверяю дух мой» (Теилим 31:6). Первые буквы этих слов дают

слово «колодец» (ראב). Это указывает на то, что Божественная душа в

нас поднимается, чтобы испить из колодца живой воды, из рук

Всевышнего. А последние буквы образуют слово «кувшины» (ידכ) - Это

кувшин, которым черпает душа, — вся Тора, выученная задень, позволяющая ей пить в изобилии из колодца Творца, из верхнего рая.

Таким образом, душа поднимается наверх, отдыхает от своего

деятельного влияния и примыкает к Возлюбленному. Она получает

жизненную силу и свет, наполняется богатством и сиянием. После

обновления души в ее внутренней жизни наверху наступает период

спуска этой энергии обновления к человеку и передачи ее его

жизненным силам. В этом смысл утреннего служения, тфилин и

молитва, которые нацелены на привлечение благодати души к человеку

вплоть до самого низкого уровня. Утреннее служение подобно каналу, соединяющемуся с резервуаром жизненной силы души, и по которому

свет течет на все уровни человека.


Обновление человека при подъеме утром


Итак, мы выучили, что душа обновляется первой, и происходит это

во время ночного сна. После этого наступает очередь обновляться

человеку внизу, когда душа вернулась к нему со свежими силами. Он

объединяется с ней и привлекает к себе новый свет этого дня. Так

благодаря свежести души освежается весь человек в новой благодати

наступившего дня. Он буквально становится новым, уникальным

творением, лучом света, подобного которому никогда не было. Этот свет

проявляется во всех его силах и вливает новую энергию в желания, освежает устремления, оздоровляет разум и практические навыки.

Человек обнаруживает себя полным радости, желания и воли, действует

и творит, живет с удовольствием. Все это происходит в силу

Божественного обновления, затрагивающего все творение, обновления

благодати в мирах, совершающегося буквально каждый день. Это

обновление переходит от внутреннего — к внешнему, от духовности

(Нешама) к обновлению сил духа и души (Руах и Нефеш), новым силам

и движениям тела. Вся ночь аналогична смерти, и сон — «одна

шестидесятая смерти». Отсюда естественно можно понять, что каждое

утро аналогично оживлению мертвых, Б-г «возвращает души в мертвые

трупы». А разве бывает большее обновление, чем оживление мертвых, которые из смерти вступают в новую жизнь?

Следовательно, уместен вопрос: мы и всправду видим освежающую

и обновляющую человека силу сна, но у большинства людей не находим

того, о чем упомянули выше, — что сон приносит сильное обновление и

радость жизни. Напротив, люди передвигаются с тяжестью, усталые и

подавленные, так что продолжают искать обновление в более внешних

формах — в материальной потребительской культуре.


Соединение человека с источником жизни


Однако, здесь кроется важный принцип. Хотя Всевышний со Своей

стороны обновляет каждый день творение мира, все равно причастность

и связь человека с Ним, а значит, и сила обновления, зависит только от

самого человека, от его выбора и действий. Человек подобен листу

дерева, черпающему питание от ствола. Каждый миг он должен

получать свежую пищу и не может довольствоваться тем, что получил

месяц назад. Без нового питания он увядает, устает и засыхает. Таков

человек, но в отличие от листа, соединение которого со стволом не

зависит от него, связь человека с источником его жизни полностью в его

руках. Если он выбирает соединить себя и истоками энергии и

обновления, то соединяется с ними и получает благословение и новое

сознание, изобилие и свет. Захочет оторвать себя — действительно

оторвется и окажется в большой сухости. Душа его будет скорбеть о

нем, и жизнь его будетувядать в отсутствии росы оживляющей.

Однако, мудрость Творца постановила, что внешняя сторона жизни

человека не зависит от его действий. Ведь если бы вся связь с жизнью

зависила от его выбора, то оторвавшийся от ее истока должен был бы

буквально рассыпаться в прах, и ничего от него не осталось бы, включая

материальное тело. Но мы видим, что тело держится и продолжает

существовать даже у тех, кто отрезан от Творца. Мудрость Его

постановила, что внешняя сторона жизни — как у человека, так и у всех

миров — не будет зависеть от их действий, иначе весь мир был бы под

угрозой разрушения. Благодать, поддерживающая мир, включая и тело

человека, приходит постоянно и не прекращается никогда (см. Эц Хаим,

врата 15). И хотя, конечно, в тот момент, когда люди отрезаны от

Источника, эта «внешняя» благодать тоже приходит в сильном

сокращении, все-таки ее влияния достаточно, чтобы поддерживать миры

и продлевать их существование.


Обновление души и человека зависят от их действий


В любом случае внутреннее благо, которое несет обновление

душам, новый свет и сознание, освежающее саму жизнь, светит

человеку и открывает его душе новые горизонты жизни, желания и

стремления к подъему и развитию, — зависит от степени его

причастности к Творцу, к Истоку жизни. Чем сильнее будет человек

приобщен к своему Источнику, тем обильнее будет он питаться каждый

день новым светом и жить, наполняясь от него желанием и

благословением, радостью и весельем, счастьем и удовольствием.

Нужно понять и знать, что причастность человека к Б-гу совершает два

действия — это и обновление души наверху, и обновление человека

внизу. Душа его обновляется каждую ночь согласно его поступкам. Чем

больше он изучает Тору и совершает заповедей пактов милосердия, тем

больше открывает перед своей душой верхних областей и чертогов. И

она поднимается туда ночью в награду за отработанное днем и вкушает

прелесть жизни в верхнем раю, наполняется могучими силами, огромной

радостью, удовольствием и свежестью, каким нет подобных в нашем

мире. Естественно, она возвращается к человеку в назначенный срок

укрепленная и закаленная, исполненная резвости и бодрости. Она

двигает жизнь вперед чудесными и сильными импульсами. Тогда и день

у человека проходит хорошо, приятно для него и окружающих.

Второе обновление связано с причастностью человека к

собственной душе. Он должен соединиться с ней, ибо она есть источник

его жизни, а через нее он свяжется и с высшим Источником всей жизни

— светом Б-жьим. Душа служит вратами к верхнему миру, и благодаря

соединению со своей сутью человек поднимается и взбирается до

причастности к корню, то есть к Б-гу. Поэтому ему надлежит начинать

свой день с соединения с душой и получать от нее то, что сама она

получила ночью в верхних чертогах. Таков порядок с утра: молитва и

Тора в начале дня, окунание в микву и пробуждение сердца в утренней

молитве.

Все это приходит к человеку из райского чертога: «Насытятся

изобилием дома Твоего, и потоком Твоей благодати напоишь их. Ибо у

Тебя источник жизни, в свете Твоем узрим свет. Протяни милость Твою

к тем, кто знает Тебя, и справедливость — к честным сердцем» (Теилим

36:9-11).

Человеку нужно удостоить душу своими поступками, чтобы она

смогла насладиться светом лица высшего Царя во время сна (см. Шаар

Руах а-Кодеш 9 — о шести заповедях, особенно помогающих поднять

душу к верхнему истоку во время сна; см. Сидур а-Яре 1, стр. 783; При

ЭцХаим 78). Затем нужно соединиться с душой и получить от нее

питание, чтобы это освежило жизнь и наполнило сердце радостью и

чудесными ощущениями. Кто этого достигает, у того вся жизнь

прекрасна. Он любит жизнь, друзей и семью, работу и распорядок дня.

Он видит добро на каждом шагу и естественно благодарит от всего

сердца за те сокровища благодати, которые ему дарят каждый день. Это

истинный свет утренних благословений, которые все являются

благодарностью за простые, но при этом очень ценные вещи.

Настоящее внутреннее обновление жизни настолько глубоко, что

заставляет человека заново восторгаться тем, что он может видеть, дышать, двигаться. А еще больше — тем, что он еврей, свободный, сын

Б-га. Он благодарит за тфилин, Тору, и наполняется огромной радостью.


Глубина, скрытая в утренних благословениях


Мудрецы не зря установили нам эти благословения с утра. Это

великая ступень — в каждый момент признавать счастье и

благословение,

присутствующее

в

рутинных

делах,

которые

драгоценнее всего. Ведь польза и удовольствие, которые человек

получает от зрения, гораздо больше, чем все деньги в мире, чем

современный автомобиль и самый роскошный дворец. Даже если кому-

то предложат флот из роскошных самолетов и сто миллиардов шекелей

взамен за его зрение, он лишь посмеется. Выходит, самые богатые

дары находятся с человеком каждый день, они доступны ему без всяких

усилий с его стороны. Но это-то и становится причиной того, что люди

не замечают их ценности. Однако, настоящее обновление жизни из

источника святости, новая святость утра, открывает такую глубину, что

способно привести человека к новому восторгу от этих простых основ

жизни. Это похоже на восхищение от новорожденного ребенка: мы

удивляемся не его одежде и прическе, не его имуществу и технике, а его

красоте, его маленьким рукам и ногам, гладкой коже, цвету глаз и

выражению лица. Нет ничего удивительнее самого человека, его

личности, тела и строения. Это образ Б-га, венец творения. Пусть наше

сердце ликует от этого и радуется тому, что сокровищницы

благословений находятся у нас внутри. Таким образом, святое

обновление, приходящее к каждому чистому сердцу, подключенному к

источнику жизни, освежает всю суть жизни и дает человеку

почувствовать каждое утро, что он заново родился. Он восхищается

своим зрением и походкой, слухом и дыханием — настолько же, как

радовался бы новой жизни, когда ребенком родился в мир.

«Возвращающий души трупам».

Отсюда станет понятно, насколько бедны и унылы некоторые люди, которые настолько опустились, что не хотят рожать детей. Они не видят

ценности в большой семье, в сыновьях и дочерях, а с другой стороны

гонятся за имуществом и богатством. Это ведь чудовищная бедность

духа, иссушение самой жизни, настолько что даже великую радость от

новой жизни, от рождения детей, не чувствуют они в сердце. Они лишь

бегут за внешней новизной, которая несравненно ниже ценности

человеческой жизни. Это указывает на потерю смысла жизни. В

результате они и сами не побуждаются принести в мир новую жизнь, так

как не находят в нем места, чтобы жить. Это огромное падение

свидетельствует об источнике культуры, которая взращивает такие

явления, что нет в нем ни жизни, ни света, ни обновления, ни радости, а

лишь сухость, смерть и мерзлота.


У творения нет сил обновляться самостоятельно


Теперь поймем еще глубже, что у человека и у мира нет

возможности обновляться самим. Ведь мир не является истоком самого

себя и не сам себя питает. Как все творение вышло из высшего

Источника, из Творца, так и продолжение бытия мира, его жизненная

сила, вся свежесть и радость не находится внутри самого мира, так как

не он источник собственной жизни. Только причастность к Творцу мира, который его обновляет, вливает новую жизнь в человека. Лишь тот, кто

пребывает за пределами мира и его границ, способен даровать ему

благодать и свет, который будет продвигать его вперед за нынешнее его

состояние. Обновление и продвижение — это одно и то же, и они

приходят не от самого человека и мира. Только от Безграничного

спускается свет в ограниченное, чтобы вывести творение из

существующих границ и продвигать все дальше и дальше.


Причастность к Бесконечному и поток жизни


Получается, что глубокое обновление происходит от причастности к

Создателю всего, свету Бесконечного. И действительно, наиболее

чистые и глубокие мгновения, когда сердце по-настоящему нацелено

вверх к Господу и соединяется с Отцом небесным без преград и

барьеров, с чистым сознанием, несут в себе огромное могущество. Это

буквально точка связи и отношений между человеком и Творцом —

между листом и его жизненным корнем. Такое единение и причастность

порождают новую энергию жизни и привлекают благословение от

высшего Обновителя к тому, кто сам по себе подобен мертвому телу.

Любое обращение вверх, всякое слияние души с Творцом содержит в

себе свет обновления, лучи благословения из источника и корня. Мы

имеем в виду, что не только в течение ночи приходит это обновление.

Оно имеет общий характер и касается всего дня. И при этом каждое

мгновение, каждая секунда может стать моментом обновления, если

только человек чуть-чуть ослабит свою сильную хватку и перестанет

цепляться за этот мир и свою деятельность в нем, а направит сердце к

Творцу и соединит себя, свои мысли и слова с Ним. «По мгновениям

посещаешь нас» — это посещение приносит спасение и милосердие, свет и жизненную силу. Пусть же знает человек об этом хранилище

чудесной силы и больше соединяет себя с Б-гом, «созерцать Б-га перед

собой постоянно». Кто достигает этого «созерцания», удостаивается

новой жизни каждое мгновение. Сила его растет, и радость и счастье

превышают все мыслимое.


Внешний суррогат причастности к Б-гу живому


Итак, мы выучили, что хотя Всевышний и обновляет каждый день

постоянно творение мира, благодать этого обновления приходит к

человеку лишь в миру его действий. Если он, не дай Б-г, отделит себя от

Источника, оставшись без Торы и заповедей, которые являются

каналами для энергии обновления и света, то будет он как

оторвавшийся лист, не получающий силы от дерева. Тогда сухость и

помрачение охватят его, а с ними — внутренняя печаль и уныние. Тогда

он захочет увлажнить внутренний остов своей жизни внешней новизной, чтобы впитать от этого хоть немного искр света, найти смысл в жизни.

Но все это тщетное, ибо без соединения с потоком жизни он не сумеет

отыскать свет и радость во всех внешних суррогатах. Хотя святые искры

и растворены во всей Вселенной, и потому новые изделия приносят

некоторую радость, все равно «щепоткой льва не насытишь» — душа не

довольствуется скудными крохами.


Питание для всех уровней человека


Добавим также, что все уровни человека должны быть соединены с

источником жизни, чтобы получать от него энергию жизни и

процветания. Б-г питает всего человека Своей милостью и добротой.

Тело его Творец питает с помощью посредников — всех продуктов, которые внешне сделаны из материи, но внутри скрывают благодать

духовного света, которая и является питающей силой для тела. В

святых книгах объясняется, что благословение на пищу пробуждает

скрытую в ней духовность и естественным образом увеличивает

эффективность питания, получаемого человеком от еды, как и хороший

вкус, и качество наслаждения от него (см. Эц а-Даат Тов, гл. Экев). Ведь

основа всего — Сам Б-г, а у материальной пищи нет ничего от самой

себя. Вся ее суть — лишь сосуд для благодати свыше, облачающейся в

нее, чтобы давать жизнь телу человека. Поэтому «живот грешников

пребудет в лишении» (Мишлей 13:25). Ведь их поступки и нечистота

отгоняет от них всякий свет и благословение, и остаются продукты

питания, как пустые сосуды без жизни.

Но душа человека насыщается светом и благословением от

душевных действий, таких как любовь, милосердие и благодеяния. И

хотя эстетика и красивые предметы «расширяют сознание человека», они не могут послужить заменой основной пище души, то есть добрые

поступками и хорошим личным качествам. Красивые изделия подобны

десерту и закуске в конце трапезы, а добрые поступки — это главное

блюдо, дающее сытость и здоровье. Кто ест только десерты и

пирожные, будет слабым и телесно неполноценным, и то же произойдет

с тем, кто вкладывает всю жизнь в красивые предметы и не обращает

внимания на свои личные качества, на свое поведение с людьми, добрые дела и заповеди.

Дух человека (Руах) находится выше его души (Нефеш) и потому

нуждается в более возвышенной и тонкой пище. Как душа не может

насытиться материальным хлебом и мясом, ибо это пища для тела, но

питается любовью, радостью и светом лица, так и дух не приемлет пищу

души, так как душа в сравнении с духом — как тело в сравнении с

душой. Пища для духа — это изучение Торы и глубокое размышление о

словах Б-га живого. Все слова Торы и молитвы поддерживают жизнь

духа и укрепляют его. А при отсутствии света Торы и святых слов у

человека важный и глубокий уровень его личности оказывается

засохшим и сморщившимся, и тогда естественно будет не хватать

питания и жизни также и у тех уровней, что под ним, то есть у души и

тела. Ведь дух подобен главному каналу по сравнению с душой и телом.

А если воду перекрыть в главном канале, и у его ответвлений она

пропадет, и будет душа засыхать в лишениях.

Питание для высшей части души (Нешама) — выше всех остальных

видов пищи. Это само единение с ее источником, сильное и тонкое. Это

постижение тайн Торы и ее внутренних секретов, свет которых оживляет

Нешаму. Ведь все ее стремление направлено только к тайнам ее

Возлюбленного.

Следует понять глубокую идею: свет Творца — это энергия жизни

для всех уровней, как сказано: «А Ты оживляешь всех» (Нехемия 9:6).

Но питание делится в зависимости от плотности одежд, облачающих

свет. Материальные продукты — самые плотные, и в них тонкий свет

облачается в наибольшее число одежд, так что становится настоящим

веществом, чтобы питать вещество человека. Пища души (Нефеш) —

это более тонкое облачение для света. Для Нешамы пища заключена в

тончайшем облачении, поскольку учение о тайнах Торы (которое и

является пищей Нешамы) очень тонкое — более, чем пища для духа

(Руах), то есть открытая Тора. Ведь эта открытая часть облачена в

тематику материального мира — в корову, осла, разводные письма и

заключение брака. Разум здесь занимается темами нашего мира, делами творения, хотя внутри все полно Божественного света. А в

тайном учении сам предмет разговора поистине Божественен. Не только

свет Торы Божественен, но и объекты, о которых идет речь, тоже, так

как все объекты изучения здесь связаны с верхним Ацилутом, с

именами и светами Б-га (см. Лешем Шво ве-Ахлама, предисловия и

врата 1:9).

Следовательно, питательная энергия здесь очень высокая и тонкая, и Не-шама укрепляется за счет нее и набирается сил, становясь

пропитанной благостью Б-га и Его добротой: «Насытятся от тука дома

Твоего». Естественно, ее сила становится очень большой, и энергия

жизни, приходящая от нее на более низкие уровни тоже оказывается

очень богатой и щедрой. Ведь когда Нешама наполнена и насыщена, вся сила ее воздействия на человека очень велика, и он сам становится

радостным и добродушным, лицо его сияет светом Нешамы. Свет лица

у человека, у которого душа (Нефеш) радуется, не идет в сравнение с

тем, в ком светит Нешама. У такого лицо озарено высшим сиянием, с

непревзойденной любовью и светом. Таков свет лиц праведников: каждого, кто на них взглянет, охватывает трепет, наслаждение, любовь и

желание приблизиться, чтобы и праведник посмотрел на него и подарил

ему свет своего лица.

Отметим здесь еще кое-что. На самом верху, над пищей Нешамы, возвышается еще более высокое питание. Это питание «души душ», которая заключена внутри Нешамы. Это святые и возвышенные

единения (йехудим), медитации на имена Б-га внутри светов Ацилута. О

них уста не могут ничего вымолвить, ибо они превыше всякого

разумения и облачения в мысль и логику. Вся идея этих единений

превышает разум и совершается всецело через наслаждение души

своим Творцом, ее примыкание к источнику жизни, с «почками и

цветами» из потоков рек благодати, внутренней сути имен и букв, изливаемых на все миры. С помощью души святых Израиля, которые

совершают единения с Создателем с желанием сердца, превыше

всякого постижения и мысли, которая этого не улавливает. И хотя до

дней Машиаха работа над единениями — это удел только святых

праведников, все же в щедрости своей они от всего сердца хотят

удостоить весь Израиль. И потому их возвышенная и святая работа

совершается не ради себя. Это чистое служение от имени всего

Израиля, направленное на единение общины Израиля с ее Супругом. А

от плодов их деяний вкушают все евреи, устремляются к добру Б-жьему

и насыщаются благом дома Его (см. Орот а-Кодеш 1, раздел «Кешев а-

Йехудим»; начало Шаар а-Йехудим Ари).

Как бы то ни было, мы выучили, что питание человека гораздо

богаче, чем то, как это выглядит из узкого восприятия, видящего его

потребности лишь в материальной сфере — в еде, имуществе и

деньгах. Такой взгляд слишком беден и не может верно оценить

человека и его истинную величину. Ведь он нуждается в богатстве и

сытости также и для души и духа. Все его части нуждаются в жизненной

силе и свете, чтобы он мог быть радостным и счастливым, причастным к

Б-гу и святому святых, к духовным наслаждениям, как и к душевным, и

материальным тоже, с чистотой, святостью и радостью.


Б-г обновляет все, и потому нет места отчаянию!


Вернемся к нашей теме. Мы выучили, что у всего мира нет

собственной жизни. Каждый миг он получает ее от Б-га, дарующего

ежедневно новую благодать и постоянно поддерживающего жизнь во

всем. Отсюда человек поймет, что не имеет ничего от себя и подобен

мертвому телу. Эта мысль призвана не унизить человека, не вызвать у

него презрение к себе, а напротив, научить, чтобы он осознал, к Кому он

привязан, и Кто заботится о нем и поддерживает в нем жизнь. Высший

Царь, благословенно Имя Его, возможностям которого нет пределов, поддерживает человека и утверждает его каждое мгновение.

Следовательно, пусть он поймет и знает, что буквально в любой момент

сможет обновиться и освежить свои силы. Если бы источником жизни и

сил человека являлся он сам, то он непременно впал бы в отчаяние и

разочарование. Ведь мы ограничены и полны недостатков, часто

обнаруживаем себя без сил, без желаний, без света и радости. Человек

должен положить себе на сердце и знать, что жизненная сила и

обновление исходят не от него самого, а потому стоит исполниться

надеждой. Даже видя себя ни с чем, когда нет сил, что-либо сделать, нужно понимать, что и нет нужды создавать самому себе силы. Ведь Б-г

— высший Обновитель, изливающий свет и благословение. Работа

человека заключается лишь в том, чтобы подключить себя к источнику

жизни и силы — к Б-гу, обратиться к Нему и попросить с верой в сердце, чтобы Он обновил его и освежил.


Связывать себя с Б-гом


Таким образом, если человек считает, что сам является источником

жизни для себя, то он похож на машину, застрявшую в непроходимой

грязи, которая не в состоянии выбраться оттуда. Но если кто-то

признает, что Б-г — источникжизни, то когда он застревает в грязи, мимо

проезжает другая мощная машина, способная вытащить из этой ямы.

Ему нужно всего лишь связать себя с этой могучей «машиной». Таким

образом, Б-г — это Движитель, который движет всем, свет и жизнь

всего. Он является источником движения живого мира, но Он также и

источник душевных и волевых движений людей, пробуждающий их к

желанию и доброй воле, силе и бодрости. Работа человека нацелена на

связывание: нужно связать себя с источником жизни, и через это он сам

собой получит высокие благословения святости, что сделает его

могучим и подарит ему чудесную жизненную силу. Главное в этой

внутренней работе по связыванию — это воля, по принципу «Сделай

свою волю как Его воля». Ведь воля — это канал и поток жизни. Когда

человек делает свою волю такой же, как воля Б-га, с помощью Торы, молитвы и добрых поступков, его канал становится единым с каналом

высшей благодати. Он благословляется через него, укореняется в нем и

питается оттуда изобилием света. Буквально каждый день постоянно он

обновляется, получая новое благословение, которое проявляется в

корнях высшей воли, в виде ежедневного нового Божественного света

на вершинах Ацилут. Он каждый миг притягивается в сердца всех

праведников, ищущих Б-га, — к каждому, кто делает Его волю своей. И

так человек получает каждый день удивительное обновление: «Ибо кто

нашел Меня, нашел жизнь и получил желаемое от Б-га» (Мишлей 8:35).


Постоянство снаружи и обновление внутри


Главная работа по обновлению происходит внутри, а не снаружи.

Это значит, что новизна должна проявляться в основном не в изменении

внешнего оформления, таком как изменение имущества, занятий и т. п., а во внутреннем освежении. Человек каждый раз пробуждается с новым

и свежим желанием вновь заниматься тем, чем он занимается каждый

день. Это значит, что основная жизнь человека в ее внешних рамках

должна быть постоянной и неизменной. Например, некто нашел жену и

ожидает, что семейная жизнь пойдет удачно, и что так они проживут до

ста двадцати лете любовью и радостью друг от друга, не чувствуя

трений и желаний изменить супруга. То же самое и с детьми. Все по-

настоящему важные дела предполагают постоянство. В этом смысле

служение Б-гу тоже постоянно: три молитвы в день — это закон для

человека до старости и седины, как и изучение Торы, шаббат и

праздники и т. д. В целом человеку нужно также найти желание и

радость в своем ремесле, чтобы утвердиться в нем и развиваться. Не

нужно менять занятия каждый день. Такое постоянство позволяет

развивать, обогащать и углублять то дело, в котором человек постоянен.

Отсюда нужно понять, что главное обновление связано не с

изменением рамок. Это должно быть внутреннее обновление — в сути

жизни и душевных силах, обновление воли и бодрость желания. К

примеру, нужно, чтобы человеку удалось найти внутри себя бодрость и

новую глубину, которая приведет к тому, чтобы даже и в середине жизни

ощущать желание и радость, которые были в момент, когда он стоял со

своей возлюбленной под хупой, и когда все помыслы были о ней. Так

должно происходить на протяжении всей жизни, чтобы не было трений и

чувства старости с отсутствием желания и радости, чувства, когда

обязывающие жизненные рамки душат, и человек не хочет оставаться в

них. Б-г и вправду утвердил в основе человека идею обновления. Он

Сам обновляет его каждый день, буквально заменяя старое на новое —

уводит законченную жизнь и вдыхает следующую. Это явление

совершается циклически. Каждый год есть новые свет и жизнь — общее

и глубокое обновление. Также и каждый день совершается частное, точечное обновление. Это происходит во сне, как мы отмечали, после

чего Всесильный Б-г исполняет с нами сказанное: «Возвращающий души

в мертвые трупы». Он дает уставшему новую и свежую силу.


Постоянство и обновление в Торе и в молитве


На этой основе мудрецы заповедали нам обновляться и в Торе. Об

этом они сказали: «Каждый день пусть будут они [слова Торы] в глазах

твоих как новые» (см. Сифри, Ваэтханан 8). В молитве тоже должно

происходить ежедневное обновление, как сказано: «Делай свою молитву

не рутиной, а просьбой о милосердии» (Авот 2:13). В этом идея

пробуждения сердца, где и находится точка обновления. Ведь сердце не

пробуждается в силу инерции, но лишь от нового. А основная сила

обновления приходит от того, что человек, вставший утром, действительно новый — Б-г даровал ему новое сознание и свет, и в

итоге вся его жизнь обновилась. Поэтому не стоит ему смотреть на

внешние рамки и думать о том, что все одно и то же без изменений. На

самом деле все новое: ведь и человек, смотрящий на эти рамки, — уже

другой, новый и свежий. А значит, все для него стало новым. Когда кто-

то посещает место, которого раньше не видел, то хотя само место

существует уже тысячи лет, он видит его как новое. Следовательно, внутреннее обновление — вот главный принцип, а с ним и внешняя

система в жизни становится новой.

Получается, что тот, кто умеет обновляться внутри, практически не

почувствует необходимости во внешних изменениях. Тем более ему

будет противно внешне изменять основополагающие вещи, такие как

жизнь в святости и служение Б-гу, супружеские и семейные отношения.

Напротив, он ощутит, как его жизнь в глубине связана с его женой, заключившей с ним союз. Их постоянная совместная жизнь подобна

вечному сооружению, и каждый год между ними добавляется еше один

этаж привязанности. Обновление и постоянство совместно строят

прочные и надежные основы, которые не пошатнутся даже от самого

сильного ветра в мире.


Праведники — скромная жизнь в постоянной радости


Отсюда поймем и узнаем кое-что об образе жизни праведников. Они

десятки лет живут скромно, без всяких внешних изменений — живут в

том же доме, с теми же вещами и тем же образом жизни и при этом

счастливы, радостны, свежи и довольны, словно каждый день

обновляются. В отличие от них есть очень много тех, кто на каждом

этапе меняет внешние жизненные рамки, пытается освежиться и

«проветриться», и остается одиноким и засохшим, без радости и без

настоящего внутреннего желания. А дело все в том, что обновление

возможно для человека только во внутренней стороне жизни. Оно

приходит лишь из источника святости — от света лица Царя.

Праведники бодры, поскольку «посажены в доме Б-жьем, во дворах

Всесильного расцветают; еще и в старости расти буду, сочными и

бодрыми будут» (Теилим 92:14-15). Святая жизнь — это жизнь

здорового растения, хорошо питающегося от своего корня и ежедневно

получающего минералы, солнце, воду, дуновение приятного ветерка и

плодородную землю. Они каждый день выкорчевывают вокруг себя

колючки и сорняки, устраняют червей, насекомых и всяких вредителей.

Тора — это вода для души, а молитва — солнечный свет «с милостыней

на крыльях». Оберегание языка, глаз и ограждение от запрещенной

пищи — это взрыхление почвы, прополка и очистка от всяких пагубных

червей. А плодородная земля — это вера и свет любви. Это и любовь к

Израилю, и любовь к творениям вообще. Влечение к заповедям — это

обилие полезных минералов. Поэтому праведники бодры и радуются от

всего сердца до самой глубины. Они не чувствуют потребности в

изменениях, которые обычно приходят от скучающей и бездеятельной

души, не находящей себе света и ищущей его на чужих полях.


Бежать к святой жизни!


В отличие от праведников есть те, кто встают поутру без

благословений, без омовения рук, без прекрасной святости тфилин, радости закутывания в цицит, без пения Псукей де-Зимра, без

душевного единения в молитве шепотом, без глубоких чаяний и

пожелания добра всему миру в молитве Шмо-не-Эсре. Едва встав и еще

оставаясь в нечистоте, они одеваются и выходят на работу — к

дорожным пробкам и к дневной суете. Их души омрачены и сухи. Такому

человеку трудно будет отыскать радость и покой, а уж тем более

тягостно будет ему приветливо вести себя и улыбаться с любовью

окружающим. Ведь когда душа утомлена и лишена жизненных сил, ей

трудно светить другим. Свет лица — это буквально дар другим людям, а

как можно подарить то, чего самому не хватает?

Будем же знать, народ Израиля: если бы мы только были приятнее

в жизни, приучили себя жить свято, с благодарностью, песней и

восхвалением, с верным сердцем, приверженным заповедям, с утренней

молитвой и святым началом дня, как принято в народе Израиля — вся

общественная жизнь в нашей стране изменилась бы потрясающим

образом. Всем было бы приятно, все улыбались бы и были

терпеливыми. Смех, радость и дружелюбие побеждали бы любое

напряжение и враждебность. Личные интересы уносились бы волнами

преобладающей любви. Ведь влияние окружения огромно, и если бы

все евреи начинали свой день подобно праведникам — «народ Твой все

праведники» — то вся жизнь изменилась бы до неузнаваемости. И уж

само собой не приходилось бы доходить того, чтобы заниматься такими

ужасными проблемами, как жестокое хулиганство в школах, наркотики, убийства, разврат, коррупция и прочая преступность. К нашему

огромному сожалению, все это стало уже уделом детей в Израиле. А все

происходит от огромной сухости — засохшие души (Нешамот) вопиют о

свете. Души (Нефашот) подобны деревьям в пустыне без воды.

Естественно,

что

люди

становятся

нетерпеливыми

и

раздражительными, как обычно бывает у голодных и жаждущих. Нет

душевных сил, чтобы быть приветливыми и любезными. Ведь когда

человеку не хватает базового питания, он не в силах быть

снисходительным, терпеливым и приветливым.


Обновление — в силу «временности»


Вернемся к нашей теме. Человек сам по себе обновиться не может.

Вся основа обновления — это причастность к Творцу, каждый день

дарующему жизнь. Получается, чтобы человек смог обновиться, он

должен почувствовать себя временным, а не постоянным. Суть этой

временности — быть зависимым от Творца. Когда понимаешь, что у

тебя нет ничего от себя, то можешь поставить себя в зависимость от

Творца и получить жизненную силу от Него. А пока человек ощущает

себя постоянным, якобы у него есть свои силы, он словно и не

соединяет себя с Источником, и естественно, ему будет трудно

обновляться. Чем чаще он будет вспоминать, что ничего собой не

представляет, тем больше будет степень его связи с Источником для

получения оттуда жизненных сил. Ведь главное в получении благодати

от Б-га — это принцип смирения, суть которого сводится к признанию, что у человека нет ничего своего. Мы сказали, что он может выбирать, получать благодать от Б-га или нет. Этот выбор в основном выражается

в смирении и гордыне. Гордый позиционирует себя как обладающего

собственными силами и, следовательно, отрывает себя от Источника. В

отличие от него, смиренный признает, что сам ничем не владеет и

потому

соединяет

себя

с

Источником,

наполняясь

жизнью,

благословением и радостью. Об этом сказано: «И собрали смиренные в

Б-ге радость, нищие среди людей в Святом Израиля возликуют» (Ишайя

29:19). Смирение прибавляет радости и жизни, как сказано: «Трепет

перед Б-гом прибавит дней» (Мишлей 10:27), а смирение, как известно, заключает в себе и трепет. Получается, что смиренные всегда радостны

и насыщаются непрерывным наслаждением.

Преграда для благодати находится в основном в гордых помыслах

сердца. Основа гордыни — ощущение обладания, проявление

постоянства. У гордеца есть таланты, он приписывает их себе и считает, что это он их развил и поддерживает. Но тот, кто признает, что все, что в

нем есть, исходит не от Него, а от Б-га, вовсе не станет гордиться

своими талантами, даже если их много, и даже если он хорошо знает

эти таланты и способности. Он все равно не станет проявлять

высокомерие и превозноситься, так как знает, что все исходит из

высшего Источника, и что Он владелец всего. Он дал способность

летать птице, силу — льву, а талант — человеку. Все пришло от одного

Пастыря, из одного Истока, которому все и принадлежит.

Следовательно, работа по обновлению зависит от принципа

временности и осознания того, что ничего своего не имеешь. Благодаря

этому становишься един с Источником жизни и естественно

обновляешься в каждый момент. Ведь наверху каждое мгновение есть

новая благодать, и все, кто подключены к ней, тоже обновляются, обретая свежую волю и желание действовать, радоваться и продолжать

во внешних рамках жизни с новым содержанием и сутью.


Радость в силу обновления


Получается, что источник радости — это обновление, причем

именно внутреннее. Кажется, ничего не меняется, но внутреннее

изменение дает ощущение, что все стало новым. Все это держится на

принципе временности. Непостоянство порождает новизну, а она

приносит радость. Это имеет корень в свете сукки, временного жилища.

Это свет, обновляющийся каждое мгновение и потому непостоянный.

После каждого света тотчас появляется новый свет, а, значит, каждое

мгновение света — временное. Поэтому нам заповедано радоваться, в

основном, в праздник Суккот из-за силы обновления, заключенной в сути

сукки. Так это преподает и рав Кук (Арпилей Тоар 80):


«Сукка — это настолько высокая радость, что она не может

быть постоянной, а разве что временной. Она стоит на одном

месте, тогда как волны света радости спешат нахлынуть: одна

поднимается, и без всякого перерыва другая — новая, которая

сильнее светит и радует, — опускается и скатывается.

Поэтому кажется, будто все это одна сукка, а на самом деле

каждый миг и в каждый момент времени буквально появляется

новая сукка. Ведь сама радость обновляется, и это обновление —

постоянно. Поэтому это «время радости нашей»»


Схах — связь с ежедневным обновлением светил


То же самое мы выучиваем и из одного из законов схаха. Когда

сукка «плотная как дом», так что даже «звезды солнца» не входят в нее, она непригодна по мнению дома Шамая, а согласно дому Илеля — если

уже получилась такой, сгодится. Вот что говорит Гмара (Сукка 22 а):


«Учили мудрецы: плотная как дом, хотя звезды и не видны из

нее, пригодна. Если «звезды солнца» не видны из нее, дом Шамая

отвергает, а дом Илеля принимает».


Ранние комментаторы спорят, можно ли изначально строить такую

сукку, или она пригодна, только если уже получилась такой (бе-диавад).

Некоторые даже постановили, что такая сукка непригодна72.


72 По мнению рабейну Эфраима, книги «Йереим» и большинству ранних комментаторов такая

сукка изначально пригодна, даже если не видны «звезды солнца». Но рабейну Там, Риаг, Ран, Ритба, Меири и автор книги «а-Михтам» считают, что изначально нужно делать так, чтобы «звезды солнца»

были видны. По мнению Тура изначально нужно, чтобы виднелись ночные звезды и лучи солнца.

Согласно книге «Пардес», если лучи солнца не видны, сукка непригодна, даже если уже сделана

такой (бе-диавад). Вот что написано в этой книге (стр. 238): «Если сделал темную сукку, наподобие

дома, и лучи солнца не видны внутри нее, она непригодна». На первый взгляд, его слова

противоречат мнению дома Илеля в Гмаре, который принимает такую сукку. Возможно, автор

«Пардеса» считал, что Иерусалимский Талмуд в трактате Сукка (гл. 2, закон 3) оспаривает

Вавилонский, и что нужно постановить закон по Иерусалимскому. Но здесь не место разбираться в

этом вопросе.


По мнению Раши «звезды солнца» — это солнечные лучи.

Возможно, на более глубоком уровне здесь лежит идея о том, что

плотная как дом сукка, в которую даже лучи солнца не проникают, оторвана от цикла времени. Во всякое время она остается темной — в

ней не видна разница между днем и ночью. Получается, что это главным

образом отрыв от обновления. Ведь Всевышний «обновляет каждый

день постоянно творение мира» тем, что «сворачивает свет перед тьмой

и тьму перед светом», как мы произносим в конце благословения

светил. Мы также говорим: «Обновляющий каждый день постоянно

творение мира, как сказано: «Делающему светила большие, ибо

навечно милость Его»... Создатель светил». Иными словами, мы

произносим в молитве, что ежедневное обновление касается самих

больших светил — Солнца и Луны. Писание говорит: «Делающему

светила» (Теилим 36:7). Здесь используется глагол настоящего

времени, так как не сказано «Сделавшему». Это указывает на то, что Он

делает их каждый день, а вместе с ними обновляет и все, что создано в

мире. Значит, основное обновление коренится в светилах, которые

являются причиной дня и ночи. Каждая ночь подобна смерти, приводящей к новому оживлению утром, как сказано: «Новые по утрам»

(Эйха 3:23).

Дом человека может быть темным местом, отрезанным от

обновления всего творения. Ведь дом построен руками людей, и это

своеобразный отрыв от произведения Б-жьего. Поэтому он имеет

тенденцию застывать в стагнации. Он называется «постоянным домом», ибо не имеет связи с верхним источником — с благодатью

Божественного обновления в творении. Вот почему Тора заповедала

выйти на семь дней в сукку. Сукка — это выход из того, что сделали

люди, в то, что создал Творец — из человеческого дома с

непроницаемым потолком в святой шалаш, у которого есть схах, созданный Б-гом и открытый лучам Солнца. С его помощью человек

должен быть соединен со всем творением, ощущать чередование

времен и обновляться вместе с ними. Поэтому лучи Солнца должны

проникать в сукку, чтобы можно было различить новый день, позволить

новому свету озарить человека и пробудить его к соединению с

Источником жизни и обновиться вместе со всем творением.


Соединение с природой


Заодно отметим, что в былые дни люди действительно были глубже

связаны с творением и природой. Они занимались сельским хозяйством

и сильно зависели от погоды, воды и природных богатств. По мере того, как время проходит, и технология развивается, люди отдаляются от

природы. Эта дистанция ослабляет чувство нашей временности и нужды

в высшем Источнике. Человек становится как египтянин, пьющий воду

Нила, — он завоевывает разные сферы, основывая свою жизнь и

достаток словно и вне всякой зависимости от природы. Получается, что

и основа нужды человека в Б-ге становится очень шаткой, да и сила

обновления, исходящая от связи с обновляющейся природой, также

очень ослабевает. С возможностями современной технологии фрукты и

овощи весь год оказываются на столе человека. Он не приходит в

восторг от новых фруктов. Продукты он покупает в торговых сетях, а

потому не привык видеть цветущие деревья в Нисане. Тут и там он

иногда может встретить дерево в соседском саду, чтобы произнести

благословение. Можно без сомнений сказать, что эти технологические

новшества принесли с собой большое благословение, и ясно, что это

дело Б-га, давшего людям большую мудрость открыть удивительные

силы, скрытые в сокровищницах природы, и извлечь из них огромную

пользу. Из сырьевых материалов человек создает машины, самолеты, компьютеры и здания, а также и чудесные медицинские аппараты, лекарства и многое другое. Конечно же, этого желает Б-г, и Он спрятал в

природе всю эту великую мудрость для того, чтобы человек ее

использовал, — например, ядерную силу, энергию электричества и т. д.

Это великий подъем для неодушевленной природы и всех творений, когда они служат человеку.

Тем не менее, нет смысла терять удивительные «акции» жизни, какие были в прошлом, пока человек еще был связан с животным и

растительным миром и обновлялся с ним, а также и чувство

зависимости и нужды в Б-ге. Хотя снаружи это уже не так заметно, человек всегда будет нуждаться в Творце, ибо Он действительно

поддерживает существование всего, и нет никого, кроме Него.


Подъем неодушевленной природы в нашем поколении


Отметим, что сегодня мы живем в эпоху подъема неодушевленной

природы. Человек в основном занимается продуктами, происходящими

от нее. Ведь все компьютеры, машины и устройства сделаны из таких

материалов. Они заменили собой растительное и животное царства.

Кроме одежды и продуктов питания, получаемых из растений и

животных, у человека почти не осталось связи с этими уровнями, а занят

он в основном неживой природой. В прошлом она служила ему гораздо

меньше, чем он извлекает из нее в нашем поколении. Б-г даровал

человеку большую мудрость открыть для себя богатства, скрытые в

неживой природе и ее свойствах. Это и помогло этому уровню взойти и

стать инструментом на службе у человека. В любом случае нужно

понимать, что и неживая природа происходит от Творца, и к тому же, она более устойчива, чем растения и животные. На самом деле она

также полна жизни и называется «безмолвной» (домем), поскольку не

может выразить свою жизнь. Ведь безмолвным или немым называют

лишь того, кто имеет некое отношение к миру речи и самовыражения.

Значит, Божественная жизненная сила — это основа всего. Это глубина

мудрости, скрытой в природе, в каждый момент готовой услужить

человеку.

Получается, что для обновления наш современник должен

приложить массуусилий. Он должен следить, чтобы не оторваться от

Источника жизни, погрязая в человеческих произведениях —

строительстве домов и дорог — и не имея связи с Создателем. Мир, который люди построили сами себе, способен закупорить их дух перед

высшим светом, распространяющимся сверху, и закрыть его внутри

мрачного здания, полностью застывшего изнутри, несмотря на внешние

искрящиеся краски и искусственные звуки, созданные людьми.


Сукка — обновление в силу единства с природой


Сукка призвана вывести человека на природу. Она дает ему выйти

из-под закрывающего его потолка и почувствовать восход и закат —

свет, сворачивающийся перед тьмой, и тьму, скрывающуюся от света.

Такое ощущение объединит его дух с источником жизни, источником

нового, и так он сам сможет обновиться. Ясно, что речь не идет всего

лишь о простом действии пребывания снаружи дома, на солнце. Все

дело здесь в святости и великой заповеди, вся суть которой призвана

обновить все уровни человека, начиная с корня его души и до самого

тела. Тот факт, что материальная сукка находится под влиянием света

Солнца, Луны и принципа обновления, указывает на ее суть на всех

планах — соединение с источником жизни, обновление человека в

благодати святости, приходящей к нему свыше. Мы имеем в виду, что

сукка — это не просто символическое действие с некой идеей, которое

напоминает человеку о Творце. Ведь заповеди — это не символы, а

живые сущности, исполненные благодати и духовного богатства от

вершины всей реальности до самого ее низа.


Покрытие сукки зеленью,

которая в дальнейшем засыхает


Следует отметить дополнительный закон о схахе, связанный с

нашей темой. Существует запрет покрывать сукку растениями, которые

потом засыхают и сжимаются в размерах. В алахе приводится (Орах

Хаим 629:12), что если покрыть ее овощами, которые потом сожмутся и

опадут, так что размер схаха окажется недостаточным, то схах

непригоден для заповеди еще до засыхания, поскольку уже сейчас эти

овощи считаются сухими и словно отсутствующими. Это призвано

научить нас принципу свежести схаха. Рав Хаим а-Коэн из Арам Цовы

приводит по поводу этого закона следующее (конец главы 629):


«Из изречений видно, что листья — это верхнее воинство, которое держится за Имя Б-жье. Поэтому запретили растения с

опадающими листьями. Мудрецы говорят, что нет такой

травинки, над которой не было бы ангела, говорящего ей расти, как сказано: «Если поставишь надзирателя на земле...» (Иов

38:33). Когда лист опадает, это указывает на падение стоящего

над ним ангела, и потому неправильно было бы использовать его

для покрытия сукки».


Третье свойство «временности» —

наивность и детское отношение


«Поддерживаешь меня за правую руку»


Третья идея в работе над временностью — это принцип наивности и

искренности (тмимут). Это качество является следствием веры в Б-га.

Так живет и ведет себя тот, кто полагается и опирается на Творца, не

думая, будто сам управляет миром. Дело в том, что тот, кто чувствует, словно его жизнь и судьба зависят от него самого и управляются только

им, испытывает необходимость ощущать полный контроль над каждым

аспектом и каждой частицей в них. Поэтому он чувствует, что должен

понравиться окружающим и нейтрализовать всех, кто мешает ему на

пути. Получается, что если в жизнь его вовлечены многие люди, например, на месте работы и т. п., он будет озабочен их мнениями, мыслями и поступками. Ведь устойчивость на его пути зависит от чужого

мнения. Такой человек склонен впадать в ухищрения, лесть и попытки

снискать благоволение. Все это — средства, имеющиеся у человека в

попытках повлиять на мнения людей. Все его поведение будет

сопровождаться напряжением, беспокойством и т. д.


В жизни верующего всем владеет Б-г


В отличие от этого, у верующего прямой путь. Он искренен с Б-гом и

прямодушен с людьми. Корень этого в том, что такой человек не

чувствует, будто является управляющим и хозяином. В отличие от

предыдущего типа, ощущающего себя управляющим и ведущим и

потому обязанным постоянно обладать полным контролем, верующий

идет вместе с Б-гом. Он чувствует из всей глубины жизни, что Б-г

управляет им и всем миром. Эта мысль позволяет разуму делать свое

дело, не входя в напряжение и стресс и не отслеживая все время, что

происходит вокруг. Он сосредоточен на правильном поведении в сфере

своей жизни, поскольку знает, что ответственен за свой выбор и

действия, но не за что-то большее. Он не чувствует, будто владеет

миром и окружающими людьми, но знает, что это Б-г управляет и

действует. Если этот человек видит, что может повлиять на других

честным образом, он непременно совершит это, но спокойно и

чистосердечно. Он знает, что «много мыслей в сердце человеческом, но

замысел Б-га осуществится». Он знает также и то, что его поступки —

всего лишь попытки. Б-г заповедал человеку действовать, но судьба не

зависит от успеха в делах, лишь у Него решение всех проблем. Такой

человек наивен как ребенок, который держится за сильную руку отца. «Я

всегда с Тобой, Ты держишь меня за правую руку» (Теилим 73:23).

Поэтому он далек от лести и попыток умилостивить людей. «Кто для

меня на небе, и с Тобой никого не хочу на земле» (там же 25). Все его

старания совершаются перед Господом, «твердыней, родившей его» —

Тем, кто совершал и совершает все действия. Нужно быть искренним с

Б-гом, прямодушным и чистым на руку. Кто так поступает, с тем

пребывает Б-г, как сказано: «Непорочным будь с Б-гом Всесильным

твоим» (Дварим 18:13). Мудрецы толковали: «Когда ты искренен, твой

удел — с Б-гом Всесильным» (Сифри, Дварим 18:13; см. Маа-раль,

«Нетивот Олам», нетив а-тмимут). Поэтому он может быть безмятежным

и спокойным, ибо «идущий в непорочности пойдет уверенно» (Мишлей

10:9). «От Б-га шаги мужа утверждаются, и к пути его Он благоволит.

Если падать будет, не упадет, ибо Б-г поддерживает его руку» (Теилим

37:23).


Перед Б-гом мы все — дети малые


Таким образом, Б-г управляет миром и является его хозяином. А мы

все — гости в Его великом мире. Даже величайший мудрец, достигший

возраста Метушелаха, остается малым ребенком в сравнении с

большим миром, полным множества творений, чудес природы и разных

неизведанных изменений. Кто кажется мудрым самому себе и чувствует

уверенность в собственном разуме и знании, похож на маленького

ребенка, играющего в прятки. Он закрывает свое лицо и полагает, что

если сам никого не видит, то и другие не видят его. Так и этот человек

лишь из-за своей близорукости в понимании большого мира кажется

самому себе мудрым. Настоящий же мудрец преисполнен смирения, признавая свою величайшую ничтожность в сравнении с огромной и

возвышенной мудростью, заключенной в творении. Она превосходит его

понимание, а тем более неподвластна ему.

Короче говоря, как рождаемся мы детьми, так и остаемся ими до

старости. Но в отношениях людей видно, что сорокалетний человек —

взрослый в сравнении с ребенком. На фоне же Творца и Управителя

мира и на фоне самого огромного и полного мира мы все — малые дети.

Все мы как маленькие и глупые, неспособные принять ответственность и

контроль над целым миром. Поэтому душа всегда должна находиться в

позиции наивности и простоты: «И до старости и седины, Всесильный, не оставляй меня» (Теилим 71:18). Мы всегда держимся за Его великую

руку, всегда идем с Ним с доверием, как маленький ребенок, которого

ведет мудрый и любящий отец, или как слепой в сумраке, идущий вслед

за своим ведущим.


Соотношение разума человека и наивности


Ясно, что эта наивность не означает глупость. Человек должен

использовать разум и знания, чтобы исполнять то, что на него возложен, ибо такова воля Б-га. Но глубина разума и его деятельность не должны

подменять собой веру. Разуму следует отвести место в меру его

способностей, но не более того. Человеку нужно быть мудрым в своих

поступках, вести себя согласно разуму и своему пониманию, но при этом

хорошо знать их ограничения, основывая свою позицию на доверии к Б-

гу, а не на разуме, как сказано: «Уповай на Б-га всем сердцем, а на свое

понимание не полагайся» (Мишлей 3:5). Упование приходит от

ощущения, что разум — это все, что он держится на самом себе и

утверждает все остальное. Однако, на самом деле это нет так. Разум не

является основой бытия. Ведь человек — не руководитель мира и не

главный ответственный. Это Б-г является основой основ, Он управляет

и заведует. Потому на Него и нужно полагаться.


Опасность при потере доверия и жизненности


Главный вред наносит этому наивному доверию разум, выходящий

за свои границы (см. «Талелей Хаим, Ваикра», разделы о Песахе).

Поэтому нечистая хитрость и недостаток веры в основном приходят

вместе с взрослением человека и развитием его разума. Сдругой

стороны, пар, исходящий из уст малых детей, чист от греха, и сами они

простодушны в жизни, полны веры и упования. Именно в силу

недостатка разума она совершенны в вере и искренности, а значит, полны радости и свежей жизненной силы. Взрослеющий разум, вопреки

своей важности, запятнан грязью древа познания. Разум Адама

подвергся порче и переступил свои границы, превратившись в

высокомерного владыку. Он вытеснил веру и искренность сердца перед

Б-гом. Взрослый человек действительно мудрее ребенка, но при этом

становится скептиком, запутывается, теряет искренность, силу веры, а

следовательно, утрачивает и радость с бодростью. Взрослый разум

тяготеет к тому, чтобы ввергать человека в старость и засыхание, как

сказано: «Не мудрствуй чрезмерно, зачем тебе быть удрученным?»

(Коэлет7:16). Так человек приходит к опустошенности, сухости и

помрачению. Мы видим, что дети полны радости и веселья, они хохочут

и резвятся. А взрослые облачены застывшим выражением, их лица

принимают серьезный вид, они подавляют улыбку и поток жизни.

Эта сухость исходит из греха и испорченности. Серьезность лица и

блок, сковывающий улыбку, — вовсе не от святости. О Моше Рабейну

сказано, что до старости и седины не померкли глаза его, и не ушла

свежесть. Его лицо было, каку ребенка — чистым и без кислой

человеческой премудрости.


Чистота детства и богатство веры в нем


Наивность и детство — это выражения того, что человек питается от

Б-га, соединен с источником жизни. Ведь разрыв между Всесильным и

человеком в основном бывает в сознании последнего, когда он

променивает веру и полага-ние на Б-га на уверенность в собственном

разуме и мудрости. Таким образом, он отдаляет себя от источника своей

жизни, от истинного соединения с Б-гом через молитву, Тору и добрые

дела. Он бредет по миру в одиночестве и чувствует, будто все зависит

от его действий и талантов. Получается, что главное выражение веры —

это наивность и сохранение детской чистоты. Нужно жить с Б-гом, как

малый ребенок с отцом, опираться разумом на Него и ощущать

зависимость от Него всем сердцем, с живым и бодрым чувством. Кто

делает так от всего сердца, у того молитва глубокая и бодрая, и он

чувствует по-настоящему и чистосердечно, что все зависит от Б-га.

Естественно, ему будет легко обратиться к Нему и общаться с Ним в

молитве из глубины сердца.

Ослабление молитвы и ее засыхание в основном происходят от

недостатка веры, что приводит человека к ощущению, будто его судьба

в основном определяется его поступками, стараниями и мудростью. В

итоге Б-г для него может даже оказаться чем-то незначительным в

сравнении с собственными делами. И хотя устами он не произнесет

такого, сердце все равно живет этим, и само собой этот человек не

чувствует значимость молитвы и связи с нею. По правде говоря, очень

многие рискуют дойти до состояния, когда будут чувствовать, будто Б-г

находится за пределами их жизни. Они только исполняют религиозные

обязанности, ходя в синагогу, совершая заповеди и изучая Тору. Такое

отношение — это порок и увечье, выражающее огромную сухость веры.

На самом деле истинно и непреложно, что Б-г является нашим Творцом

и Управителем. Он поддерживает нас за руку, присматривает частным

провидением за каждым евреем. Поэтому природа еврейской веры

сводится к тому, чтобы идти за Б-гом, как шли за Ним наши предки. А Б-г

вовлечен в саму нашу жизнь, и чело-векдолжен ощущать и чувствовать

Его реальность, знать Его имя, управление и присутствие. Так он

естественно окажется близок к Нему, и обращаться к Нему в молитве

будет легко.

Кто чувствует, что разговор с Б-гом чужд его духу, тот болеет

недостатком веры. Ведь молитва изначально предусматривала, чтобы

каждый говорил с Б-гом своими словами. Так было прежде, чем

мудрецы установили текст молитвы, как об этом пишет Рамбам

(Любовь, молитва, гл. 1). Вся суть молитвы — это общение человека с

Б-гом, обращение к Нему и просьба у Него, восхваление и

прославление. Это должно быть совершенно естественным для еврея

— ощущать молитву с сердечным теплом и пробуждаться навстречу

Отцу небесному. Зависит это от веры и чистосердечия (тмимут) человека с Б-гом. Кто увлекся собственным разумом и преувеличивает

его значение, так что тот завоевывает область веры и начинает

властвовать над всей жизнью, у того разум вывел Б-га за рамки жизни.

Тогда молитва становится чужда ему и слаба в его душе. Она засыхает

и слетает с уст, как заученное по привычке действие, без возбуждения, без чувства, без жизненной силы, которые происходят от признания

реальности молитвы и ее воздействия.

Таким образом, отход сердца от молитвы в основном обусловлен

нехваткой веры, как следствием перехода разума за свои границы.

Общая культура, нас окружающая, тоже полна преувеличенного

отношения к разуму. Мы живем в культуре, где человек как будто

властвует во всем, а следовательно, его мудрость определяет успех.

Нужно существенно ослабить хватку и не держаться за разум, а

вернуться к истоку наивности и детства — к пару уст, в котором нет

греха. Вернуться к Б-гу, признавая малое значение разума и его

ограниченность. Также надо возвратить свежесть в чистосердечии с Б-

гом через беседу и разговор с Ним.


Вернуться к детству и к радости жизни


Можно понять, что это сильно влияет и на работу по обновлению, о

которой говорилось выше. Наивность и детская чистота — это могучая

связь с источником жизни. Они естественно приводят человека к

свежести, гибкости и обновлению, как у детей, которые полны резвости

и жизни и постоянно чувствуют радость и желание, рождающиеся

каждый раз заново. Грехи человека в виде хитрости и мудрствования

вредят душевной чистоте и ее способности обновляться и очищаться. А

дело все в том, что обновление главным образом происходит от

соединения с изначальной точкой, которая дает человеку слиться с

источником его жизни. Возвращение к началу — это как рождение

заново. Таким образом, простодушие с Б-гом — словно возвращение

ребенка к матери, в ее объятия и в зависимость от нее. Это сбрасывает

с человека бремя жизни, которое накопилось у него в течение борьбы в

мире. Падение перед Б-гом в молитве стряхивает с человека груз жизни

и ее тяжесть: «Сбрось на Б-га свой груз» (Теилим 55:23), обновляет его

силы, и он становится легок, как орел, свободен от всякой нагрузки, хлопот и тяжкой ноши. Наивная вера позволяет человеку в каждый

момент заново сбросить все, что накопилось в душе, снять пыль, прах и

грязь жизни, всякую путаницу. У кого сердце чисто перед Б-гом, тот с

каждой проблемой и трудностью идет к Нему, очищая душу слезами и

плачем, полируя сердце, пока не станет новым и свежим после того, как

он передал все свои боли и заботы Б-гу и сбросил груз на Отца своего

небесного.

А у кого нет Отца на небесах в силу того, что разум его, как у

отступника, иссушил этот ручей жизни — единение с Творцом, тот

оказывается брошенным и одиноким, и ему приходится самому

заботиться обо всех сферах жизни. Естественно, все его заботы

накопятся одна к другой, пока не станут столь тяжелой ношей, что уже и

не вынести. Избыток пыли и грязи от жизненной сутолоки лишит его

воздуха, так что он уже и не сможет радоваться по-настоящему. И уж

тем более не сумеет он вернуться к чистоте детства, которая наступает

лишь после того, как человек ослабляет сильную хватку за управление

своей жизнью и полагается на Творца.


Схах и миква — возвращение к началу


В любом случае истинное обновление бывает только при

возвращении к началу, к точке отсчета. По правде говоря, в служении Б-

гу есть много всего, что является настоящим возвращением кдетству и

младенчеству. Примером может послужить миква, где человек входит в

«воду милосердия», становясь словно зародыш во чреве матери. Это

вызывает огромное внутреннее обновление, так что он буквально

рождается заново. Вот почему миква очищает от осквернения — ведь

она дает новую жизнь. Источник чистоты заложен в обновлении жизни, в

возврате к начальной точке, к Истоку. А грязь скверны происходит от

удаления от этого Истока. Смерть и все ее формы — это источники

скверны, и следовательно, чистота берет начало в том, что

противоположно смерти — в новом соединении с Источником жизни, с

началом, с духовной матерью человека, светом Шхины, которая есть

корень рождения и образования жизни. В этом заключается секрет

миквы, которая растворяет человека вместе с его разумом и мудростью

в Источнике, возвращает его к простоте, к состоянию зародыша, началу

детства и формирования.

Также действует и сукка, и в этом секрет схаха. Он должен быть

сделан из того, что невосприимчиво к осквернению. Вещи, которые

могут быть осквернены, происходят, как известно, от действий людей.

Это сосуды и все, что человек произвел своим умом. А вещи, невосприимчивые к этой нечистоте, произведены природой. Это деяния

небес, близкие к сотворению и к началу. Они не успели отдалиться в

результате обработки людьми и не превратились к сосуды и изделия, на

которых наречено имя человека. В другом разделе (к пятому дню) мы

упоминаем глубокую связь между суккой и миквой. Восприимчивая к

нечистоте вещь, непригодная для схаха, подобна зачерпнутой воде, непригодной для миквы (см. ответ Роша, гл. 24, п. 12, который выучил

закон о покрытии сукки полым тростником из закона о трубах, по

которым доставляется вода в микву, и также Бейт Йосеф, Орах Хаим

629:3). У них обоих один корень — связь с началом, с чистотой детства и

наивностью, которые выражают веру в Б-га.

Получается, что третье качество временности — это искренность, простодушие (тмимут) с Б-гом и чистота детства. Вместе с ними

приходят радость и веселье, которые естественны для каждого ребенка, пока душа его еще не испорчена греховным разумом, переступающим

отведенные ему границы и подавляющим поток веры и душевную

цельность с Б-гом.


Схах над стенами — вера выше разума


Отсюда мы поймем одну глубокую идею. Схах, как мы видим, расположен над стенами, а не наоборот. Стены — это действие

человека, его поступки, мудрость и сила. В отличие от них, схах

передает принцип временности человека, его веры в Б-га и то, что он

как малый ребенок с Отцом, простоту и полагание на Него. Отсюда

ясно, что венец и корона жизни — это не разум и знание, а простота

и вера. Корона на голове должна быть сделана из алмазов детства и

красоты простодушия, а не из хитрости и мудрости, которые

проявляются в зрелом возрасте. Нужно восхищаться не мудростью

лукавой, а чистой верой. И не стоит пренебрегать кредитом, который

дан человеку от природы при его сотворении и который пропадает при

развитии знания и разума. Внешний мир ведет себя противоположно

пути Торы. Он восторгается науками и ухищрениями, пренебрегая

простотой и чистосердечием. Сукка призвана научить нас тому, что

верно обратное. Во главе в виде корона будет схах — действие

природы, выражающее эфемерность человека и его зависимость от Б-

га. Он намекает на чистоту веры и ценность детства. И лишь внизу, на

втором месте, окажутся стены — действие человеческое, острота ума и

мудрость. Действительно, мудрость (Хохма) — это вторая эманация

после Кетера, который намекает на состояние «ничто», эфемерность, тогда как Хохма выражает принцип самости и постоянства. Кетер — это

высший корень веры, источник детства и начало творения. Это венец и

корона, ему-то и подобает быть красой и святыней, превыше всякого

людского творения, обретенного умом и знаниями, при всей их

ценности.


Разум постигает конец, а вера — Бесконечное


Если взглянуть глубже, разум ограничен и воспринимает в основном

открытые уровни. Он питается чувствами, усваивает и постигает только

то, что есть в мире, — ограниченную реальность (см. Маамарей а-Райа, стр. 1). Следовательно, он не способен сам по себе взойти над

ограниченным миром, поскольку вся его сущность относится к этим

границам. В отличие от этого, наивная сторона души, вера и

чистосердечие у преданных Б-гу соединены с тем, что возвышается над

ограниченными мирами. Они черпают свою жизненную силу с вершины

Бесконечного, которое выше всяких научных и мирских границ. Это

каналы благодати, проводящие к человеку свет из потоков

Бесконечного, изобилие жизни сверх всякой меры (см. Орот а-Кодеш 3, стр. 108). Разум — это облачение, сосуд, вмещающий свет. Он

принимает благословение жизни, приходящее от чистоты сердца, обрабатывает его и усваивает, упорядочивает и приспосабливает ко

всем жизненным силам. Он не создает свет, но лишь выстраивает и

организует. Поэтому у того, кто утратил поток чистой веры, засыхает

точка связи с Бесконечным, с потоками жизни, а старость и тяжесть сами

собой набрасываются на него (см. «ТалелейХаим, Берешит», гл.

Берешит).


Тень сукки — уверенность


В свете сказанного поймем, что такое тень сукки. Во многих

Писаниях мы видим, что принцип этой тени — уверенность в Б-ге, как

сказано: «Ибо укроет меня в Своей сукке в день бедствия» (Теилим

27:5), «Сидящий в верхнем укрытии в тени Всемогущего обитает» (там

же 91:1). Все это указывает на то, что принцип тени — это упование на

Б-га. В действительности такое упование — плод веры и ее чистоты. Кто

полагается на Б-га всем сердцем, у того это находит выражение в

уверенности в Нем. Это буквально и есть следствие схаха и его сути. Он

призван показать человеку, что тот является эфемерным в своем мире и

не имеет силы от самого себя. Поэтому ему надлежит полагаться и

опираться на Б-га и связывать свою уверенность с Ним. Выходит, сущность схаха, какэто приводится в Писании, которая сводится к

уверенности в Б-ге, — это фактически то, что мы видели ранее в этой

теме: принцип временности человека и его зависимости от Б-га. И

действительно, здесь коренится различие между суккой и домом. Дом

сделан людьми, и в нем каждый словно опирается и уповает на

результаты своей работы. А Тора учит: «Выйди из своего жилища» —

выйди из полагания на труды рук своих, вернись к Б-гу и положись на

Него. Ведь ты выше судьбы, выше одиночества, которое является

уделом вероотступников, оторванных от Творца мира. Сыны Б-га живого

вы, вернитесь к Его тень и обитайте под Его крыльями.


«Расслабьтесь и узнайте, что Я Всесильный»


Заодно можно добавить еще один аспект к подходу Раши, считающего, что «солнечные звезды» — это лучи солнца, которые

должны проникать в сукку. Это значит, что человек должен ослабить

свою сильную и крепкую хватку за свою судьбу и слегка позволить Б-гу

вести себя и управлять собой. Когда человек слишком сильно держится

за свой образ жизни, он словно не оставляет места Б-гу вмешиваться и

руководить. Работа по ослаблению, отпусканию сердца, полаганию на Б-

га вмешивает Его в жизнь человека. Ведь Творец отзывается на

поступки людей. Сигнал души поднимается кверху и пробуждает

напротив себя верхние миры. Если кто-либо будет слишком упертым и

уверенным в себе, свыше оставят его. А если станет полагаться на Б-га, то и с Небес поддержат его и помогут достичь успеха. Толкователи уже

высказали, что познание Б-га требует расслабления, как сказано:

«Расслабьтесь и узнайте, что Я Всесильный, возвышусь в народах, возвышусь на земле» (Теилим 46:11).


Четвертое свойство временности — мысль и размышление


Работа мышления — орудие для обновления желания


Четвертое свойство в работе над временностью и обновлением —

это мышление. Как мы видели, человек в основном должен работать

над внутренним обновлением, а не над внешним. Нужно в каждый

момент освежать свои силы и желания, заново пробуждаться к

совершениям в Торе и заповедях и во всем жизненном укладе. Одно из

основных средств души, в которой скрыто чудо обновления, — это сила

мысли. Когда человек тщательно размышляет о ценности Торы, молитвы и т. п., он способен пробудить новое желание к ним. Ведь

разум возбуждает желание заново, и каждый раз, когда кто-либо

углубляется в мысли о ценностях, поступках и их важности, он может

вновь пробудить сердце и стремление.

В действительности, когда человек стоит перед новым начинанием, он сосредоточен в мыслях на своих планах, и естественно, ему легко

ощутить желание и стремление, так как мысль концентрируется на

важности этих вещей. Оттого и воля пробуждается вслед за нею.

Однако, когда человек уже вошел в рутину повседневного порядка, который он себе выбрал, он не посвящает свое время тому, чтобы

заново поразмыслить и еще раз увидеть ценность своих действий и

поступков. Поток времени не позволяет ему смотреть сверху на свои

действия и верно оценивать их. Тора, молитва и все святые действия

становятся чем-то само собой разумеющимся. Семья, супружество и

забота о детях превращаются в ежедневные обязанности, а душа

истощается. Поэтому человек должен обратить внимание на то, чтобы

не оставлять работу над размышлением. Ему нужно каждое мгновение

заново пробуждаться и думать о ценности своих поступков, об их

достоинстве и важности, чтобы как следует ценить их и иметь истинную

волю к ним. Короче говоря, важнейшие дела в жизни проходят мимо нас

почти каждый день, а мы не умеем правильно отнестись к ним, и сердце

не пробуждается, поскольку они кажутся сами собой разумеющимися и

лишаются верной оценки. Так изо дня в день человек должен

просчитывать свои шаги и обращать внимание и мысль к поступкам и

действиям, чтобы оценить важность изучения Торы и ее святость.

Важность заповедей и молитвы, важность семейной жизни, воспитания

детей и так далее. Ему снова и снова нужно усиливать желание в

сердце и радость от своих занятий. Ведь он вершит в мире важные, драгоценные дела. Чем сосредоточеннее он будет, тем больше

преуспеет в различении между главным и второстепенным. Он будет

заниматься основным, а второстепенное отодвинет. Он пробудит

желание и волю к занятию важными вещами, совершая их не в силу

привычки, бездумно, а качественно, с радостью и бодростью. Тогда и

сами они засветятся и воссияют, как это бывает со всеми делами, совершаемыми с верным сердцем, а не с дремлющим, которое движимо

лишь силой принятого давным давно решения.


Делать паузу перед молитвой,

чтобы пробудить сердце


Следовательно, сила мысли — это один из принципов обновления

желания. Например, чтобы молитва у человека не превратилась в

рутину, а была просьбой о милосердии, он должен постоянно обращать

внимание на слова мудрецов: «Знай, перед Кем ты стоишь». Ему

следует сделать паузу перед молитвой, как делали ранние хасиды. Они

размышляли и углублялись разумом в величие Творца и Его

возвышенность, в сияние молитвы и возможность приблизиться к Б-гу, заключенную в ней. В итоге сердце у них внутри сотрясалось, пробуждалось и исполнялось чувством перед этим святым ремеслом —

служением в молитве. С чистым намерением и глубоким желанием

вставали они перед Всесильным, с боязнью и трепетом, с любовью и

преданностью, пока не покидали материальный план. Действительно, очень трудно молиться из глубины сердца без подготовки, без

размышления и без того, чтобы напомнить сердцу о возвышенности

Творца, о трепете перед Ним и Его святости, о чистой вере в то, что Он

слышит молитву, что Он всемогущ, и нет никого, кроме Него. Все эти

ценности не запечатлены в природе человека. Хотя разум и знает о них, сердце все равно проявляет слабость. Ему нужно ответить при помощи

глубокого размышления, которое внедряет абстрактные идеи в сумму

ощущений. Без этих идей молитва не озарится светом, и душа не

укрепится в своем Создателе. Прах материальности усыпляет сердце, увлекая его к низким вещам, тогда как молитва требует внутренней

чистоты и наитончайшего духовного единения. В связи с этим пусть

человек углубится мыслью в вопросы веры и познания Б-га с целью

подготовить сердце и исполнить правило: «Приготовишь их сердце —

будут слушать уши Твои» (Теилим 10:17). Точно также нужно поступать

и во всех частях служения Б-гу — в заповедях, в очищении личных

качеств, в усердии над Торой, исправлении сердца и мыслей. Нужно

постоянно задействовать силу мысли, в каждый момент освежать

желания и погружать их в глубокую душевную работу. Таким образом, сила мысли — это краеугольный камень в работе над обновлением.

Каждый момент нужно ощущать себя так, словно заново родился, и не

оставаться в состоянии рутины, которое истощает, и в котором все

движение совершается только в силу привычки.


Смотреть на цель


На самом деле нет способа обновить желание, кроме как с

помощью взгляда вверх — силы мысли, порывающейся к святым

стремлениям и возвышенным ступеням и пробуждающей к ним желание

сердца. Таково уж правило, что желание пробуждается от величия, а не

от ничтожности. Сила мысли способна взлететь к уровням величия и

естественным образом пробудить желание. В рамках такого взгляда

человеку нужно смотреть на праведников и их образ жизни, видеть

высокий идеал, прослеживаемый в их поступках и на их святых путях, чтобы и самому пожелать следовать по ним. Также пусть посмотрит на

цель, на смысл жизни, взглянет издалека на то, что ждет его через

многие годы. Пусть пробьет внешнюю оболочку жизни, которая

запутывает разум и отвлекает сердце от сосредоточения на главном и

на истине. Человеку нужно познать ценность действий, связанных с

вечностью, — Торы, заповедей и добрых поступков, которые

запечатлеваются в глубинахдуши и уходят вместе с ней из одного мира

в другой. В итоге сердце усилится в своем желании к ним и отвергнет

все действия, которые препятствуют этому драгоценному совершенству.


«Чтобы знали поколения ваши» — знание укрепляется в сукке


Все это мы учим из одного из законов схаха, гласящего, что через

него должны виднеться звезды. По Рамбаму выражение «солнечные

звезды» означает большие звезды, которые видно днем, еще до захода

солнца (законы сукки 5:21). Видение звезд связано с принципом силы

взгляда. Нужно смотреть и видеть то, что выходит за рамки жизни, —

высоты высот, праведников и служение святых Израиля, вершины

добродетелей и достоинств. Через все это человек и сам пробудится с

желанием и волей. Схах должен открыть человека к тому, что лежит за

его пределами, а человек должен смотреть на него, исполняя сказанное:

«Чтобы знали поколения ваши» (Ваикра 23:43). Мы видим, что, по

мнению Рабы в Гмаре (Сукка 2 а), главное в схахе — это размышление

над деяниями Б-га, над великими чудесами, что включает также и

размышление над звездами, находящимися над схахом, ради

исполнения сказанного: «Вознесите кверху глаза ваши и узрите, кто

сотворил это» (Ишайя 46:26). Как бы то ни было, из их слов выходит, что

суть схаха связана с силой мысли и размышлением. Это работа

познания и убеждения сердца. Об этом мы говорили, что схах, или

работа над временностью, — это сила обновления, в каждый момент

новое желание к служению Б-гу с верным и радостным сердцем. Это

совершается силой мысли, по принципу «чтобы знали». С помощью нее

человек весь обновляется каждое мгновение, пробуждаются его святые

желания подняться и прильнуть ко Всесильному (см. Бах, гл. 625).

Итак, мы видели четыре свойства в работе над временностью.

Первое и главное — это самоустранение перед Б-гом. Человек стоит

перед Ним, признавая, что все исходит от Него, а себя считает

эфемерным и временным, словно и не существующим вовсе. Второе

свойство — работа над обновлением в силу соединения с Б-гом, черпание жизни от Него ради внутреннего обновления. Третье —

наивность и детское отношение, то есть возврат к началу жизни, где

есть сущностная связь с Б-гом. Четвертое — размышление, работа

мысли, соединяющая разум человека с целью и освежающая его

желания, наделяя их дополнительной силой.


Единство постоянного и временного — тело и душа


Противоречие между постоянным и временным


Итак, мы видели, каково служение Б-гу в постоянном и каково во

временном. По правде говоря, два эти принципа выглядят

противоречащими

друг

другу,

поскольку

проистекают

из

противоположных сил души. Работа в постоянстве происходит от силы

человека и его способности проявлять могущество в мире. Он

действует, воюет, упорствует и продвигается к реализации своих целей.

Это включает принятие ответственности, серьезность и зрелость, а

также понимание, что достижение целей зависит от себя и своих

поступков. Человек совершает свою работу умело, с мудростью и

прозорливостью. В отличие от этого, временность происходит от тонкой

и нежной души, чувствующей свою ничтожность и опирающейся на

Всесильного.


Упование в сравнении со старанием


Две эти душевные основы — постоянство и временность —

выражаются в разных сферах служения Б-гу, которые тоже выглядят

противоречащими друг другу. В пример можно привести упование и

личное старание. Упование указывает на то, что все зависит от Б-га:

«Он сказал, и сталось, Он приказал, и утвердилось». Погружение мысли

в эту идею способно вызвать у человека ощущение, что нет никакой

разницы, будет ли он стараться в своих делах или оставит и все и будет

только молиться. Даже если он и не прекратит полностью свои старания

(поскольку в Торе написано, что Б-г приказал стараться), все равно

размышление над принципом упования на Б-га способно уменьшить

важность и чувство необходимости стараний. Человек будет склонен

пренебрегать своими действиями, думая, что в любом случае все

зависит от Б-га, и никакие усилия ничего не изменят.

С другой стороны, размышление о важности усилий со стороны

человека и ответственности, на него возложенной, способно ослабить

сердце в уповании на Б-га. От избытка стараний и напряжения человек

забывает Б-га и Его вовлеченность в процесс. Знание о том, что все

зависит от Него, оказывает поколеблено и ослабевает.

По правде говоря, человек, у которого обе эти стороны существуют

в полной мере, — редкостное зрелище. Как правило, кто идет вслед за

упованием на Б-га, слегка сдает позиции в личных стараниях, а кто

погружается в старания и собственную деятельность, слегка ослабевает

в уповании. Корень этих трудностей лежит в глубоком внутреннем

противоречии между двумя этими ценностями, так что требуется

широкая и глубокая душа, чтобы вместить их в себя в полноте и

совершенстве.


Упование и старание — сосуд и свет


С точки зрения истины и совершенства две эти ценности вовсе и не

противоречат друг другу, поскольку лежат в двух разных плоскостях.

Старание подобно телу, а упование — душе. Действия человека

относятся к внешнему уровню, к сосудам, а действия Б-га и Его

благословение заключены внутри, в виде светов. Но света приходят

лишь в подобающие сосуды. Чем больше человек преумножит свои

действия, тем большее благословение от Б-га придет к нему. Только вот

сердце его должно быть соединено с обоими принципами, то есть он

должен понимать и знать важность своих усилий, проявлять умения в

мысли и на практике, и в то же время в глубине сердца быть

погруженным не в них, а в веру и упование на Б-га. Пусть знает в

глубине сердца, чтобы успех не зависит от собственных сил, ибо все

действительно в руках Небес. Внутренняя сторона сердца должна

соединиться со светом, с Божественным управлением, с работой над

упованием. Из этого человек будет черпать душевный покой, уверенность и безмятежность. Все это говорит о произрастающем

успехе и благе, поскольку Б-г все делает к лучшему. Но практически, во

внешних действиях пусть он будет расторопным, выполняя то, что на

него возложено, тем самым подготавливая сосуд для Б-жьего

благословения.


Вера против знания


Дополнительным примером противоречия между ценностями

постоянства и временности может послужить конфликт чистой веры и

знания. Такая наивная вера, если ее неправильно понять, покажется

просто отсутствием мышления и мудрости. Наивность вроде бы

сводится к недостатку знания и разума. Но это ошибка, происходящая от

недостаточно глубокого осознания веры. С другой стороны, от избытка

мудрости и знаний вера может оскудеть и ослабнуть. Человек приучит

себя каждую вещь обосновывать умом, а поскольку вера глубже разума, и ее основание лежит в святости души и верности сердца, а не в

интеллектуальном анализе, то человек, если приучит себя пользоваться

только разумом, а не другими душевными способностями, утратит силу

веры.

Поэтому мы находим многих умудренных людей со слабой верой, а

с другой стороны, наивных сердцем и простых людей, у которых не так

много мудрости, зато вера крепкая и сильная73.


73 «Интеллигенция считает, что может отделиться от толпы, и тогда она станет более духовно

здоровой и утонченной в мысли. Это фундаментальное заблуждение - ошибка вследствие

недостаточного осознания здорового аспекта знакомства с природой, с естественными чувствами и

ощущениями, которые не прошли особого исправления, но и не испорчены каким-то пагубным

влиянием. Эта здоровая прямота встречается у гораздо более грубых людей больше, чем у ученых, моралистов и мыслителей. Ученые ярче выделяются в особенностях морали, в разных ее законах и

подробностях, но само это ощущение скорее присутствует у естественных и здоровых людей, которые и составляют толпу, «народ земли». Толпа возвышается над избранными не только в

коренном ощущении нравственности. Также и ощущение веры, Б-жьего величия, красоты, чувств -

все, что есть в простой жизни, которая не фильтруется трубами, полными огорчений от мудрости и

знаний, - пребывает в более здоровом и чистом состоянии у толпы. Но толпа не может сама беречь

свою силу и чистоту, неспособна как следует связывать разные понятия. Не знает она и о том, как

выстоять в борьбе, когда восприятия и ощущения противоречат друг другу и воюют в душе внутри

или во внешнем мире. Для этого нужна помощь великих мыслителей, выравнивающих перед народом

стези мира. И как они передают ему совет и разум, так и он передает им здоровую жизнь. Общее

между духовно-у-тонченными людьми и толпой - это сила, поддерживающая обе стороны в

правильном положении и оберегающая от всякого разложения и деградации, материальной и

нравственной. Пророчество, текущее по Божественному каналу, приходит именно с этой целью -

соединить народный дух с благородным, свойственным избранным личностям. Просторечия

сцепляются в нем с мыслью об идеалах, свойственной богатым духом» (Шмоне Квацим 1, 140).


Совмещение двух этих принципов — трудная и святая работа, поскольку снаружи они выглядят противоречащими. На самом деле они

соотносятся как душа и тело. Вера соответствует душе, Божественному

свету, превышающему разум и его ограниченную логику, но в то же

время не отнимающему у него его жизненное пространство и развитие.

Разум становится сосудом для веры. Он изучает открытый и конкретный

мир, и его функция — подготовить сосуды для внутреннего мира веры, облачить его в интеллектуальные понятия и приблизить к открытым

сферам жизни. (Здесь находится корень разрешения проблем между

верой и наукой, которые, по правде говоря, даже и не начинались, поскольку каждая из них лежит в свое области, и все противоречия

между ними — как между запахом и звуком или вкусом и цветом).

Поэтому человек должен познать границы своего разума, дабы не

подменять им святые ощущения и тепло веры у себя в сердце. С другой

стороны, не надо удерживать разум от того, чтобы становиться мудрее.

Б-г пожелал, чтобы мы были исполнены мудрости, знания и глубокой

логики. Он дал нам благословенный инструмент, то есть наш разум, с

помощью которого можно учиться и раскрывать Его великий свет из

глубины знания. Ведь мы — «мудрый и понимающий народ» и должны

представать с большой мудростью и знаниями, освещать мир и все его

наполняющее святостью Б-га.


Временное и постоянное — душа и тело


Принцип временности — это душа, а принцип постоянства —

тело. Временное — свет, постоянное — сосуды, то есть все внешние

силы человека, через которые раскрывается внутреннее измерение,

Божественный

свет.

Фактически,

внутренняя

душа

человека

соответствует принципу временности. Это проявление Божественного в

нем. А инструменты, раскрывающие эту душу, то есть сумма всех сил

человека, — принцип постоянства.

На пути служения Б-гучеловектоже должен обладать большим

постоянством во внешних рамках —установить себе время для изучения

Торы и место для молитвы. Нужно быть как железная скала, исполняя

все это. Без постоянства невозможно продвигаться и карабкаться по

ступеням святости. Однако, что касается сердца и жизненной силы, надо

быть временным, то есть обновляться каждый раз через пробуждение

сердца, не превращать молитву в рутину. Тора каждый день должна

выглядеть как новая в глазах человека, чтобы его сердце радовалось, как у того, кто изучает ее в первый раз. И так во всех аспектах служения

Б-гу сердце должно каждый день рождаться заново. А остальные части

тела — стоять прочно и непоколебимо, словно «посаженные в доме Б-

жьем, во дворах Творца расцветающие». Нужно быть «посаженным» в

постоянстве и «расцветать» во временности.


Сукка и Яаков — единство постоянного и временного


Такова суть сукки, сочетающей в себе два этих принципа — две

основы пребывания человека в мире — постоянство и временность, работу над сосудами и над светами, прочность органов тела и

обновление сердца и желаний. Оба они имеют корень во

взаимодействии между человеком и Всесильным, когда человек тверд в

поступках и соединен с Б-гом, который обновляет его Своим благом

постоянно и каждый день. В этом заключалось качество нашего отца

Яакова, мир ему, который с одной стороны был искренним и

простодушным (тамим), но в то же время умел применять обман с

лжецами. Он был честен с Б-гом и многое совершал в мире.

Качеством Яакова является Тиферет, который указывает на

единение Любящих. Тиферет — это мужской принцип, а Малхут —

женский. Оба они имеют корень в единении Святого, благословен Он, и

общины Израиля. Поэтому у Яакова мы находим сочетание и

взаимодействие между Всевышним и Израилем, что выражается в

соединении

Авраама

и

Ицхака.

В

этом

секрет

единства

противоположностей — личных стараний с упованием, наивности с

мудростью.


Адино Аэцени — временное и постоянное

в совершенном единстве


Тиферет намекает на сочетание, и Малхут также имеет корень в

этом принципе. В женском начале тоже есть намек на сочетание.

Мужское и женское, как известно, взаимно включают друг друга.

Поскольку они являются одной сущностью, которая должна

соединиться, каждый из них содержит в себе другого. Именно это и

позволяет им объединиться вместе. Поэтому несомненно, что и в

Малхут существует сочетание между Святым, благословен Он, и

общиной Израиля.

Качество Малхут связано с «дыханием ноздрей наших» — царем

Давидом. Мы действительно видим, что Давид был тесно связан с

суккой, и она буквально называется его именем, каксказано: «В тот день

воздвигну падающую сукку Давида» (Амос 9:1). Мы видим, что царь

Давид воплотил в своей сути сочетание постоянного и временного —

силы и активных действий со своей стороны и абсолютной зависимости

от Б-га. Мудрецы говорили о нем, что он называется «Адино Аэцени»

(Моэд Катан 15 б) — он делал себя мягким (меаден), «как червь», в

доме Б-жьем, а, выходя на войну, становился твердым какдерево (эц).

«Дыхание ноздрей наших», помазанник Б-жий воплотил в себе

совершенное сочетание могущества человеческих сил и абсолютного

самоустранения в Божественном, «сокрушаю отряд» и «с Тобой

сокрушаю отряд» (см. Шмуэль II 22:30). В книге Шмуэля рассказывается, как царь Давид вел великие войны, а в книге Теилим он молится всем

сердцем и душой. Сердце его было мягким и чувствительным, жаждало

Всесильного и простиралось перед Ним, словно он червь, а не человек.

При этом царствовал он с могуществом и гордостью. С одной стороны

— «умеющий играть (музыку)», с другой — «могучий силой, воинственный муж, смышленый и красивый». Корень всего этого в том, что «Б-г с ним» (Шмуэль I, 16:18). Таким образом, перед Творцом он

входил во временность, был какчервь, становился мягким и молился. А

против людей, бросавших ему вызов, был твердым, как древесина, могучим и сильным, проворным и воинственным.

Царь Давид — это совершенство Израиля, помазанник Б-жий. Это

качество Малхут, у которой с одной стороны нет ничего своего (как

видно в Теилим), и в то же время это столичный город, царствующий в

силе и могуществе, а также Божественная сила в нем (как видно в книге

Шмуэля). Таков и весь Израиль — самый дерзкий среди народов, но при

этом же добрый и стыдливый. Евреи нежны друг с другом и воинственны

против врагов. Это верно и на поле войны, и в борьбе с личными злыми

побуждениями. Сила, жесткость и прочность на пути Б-га вместе с

мягкостью и упованием на Него, каку ребенка, зависящего от родителей.

Такова сукка — главная заповедь праздника Суккот. Это праздник

взаимодействия между Б-гом и Израилем, праздник сочетания

самоустранения передним и могущества человеческих сил. Нужно быть

мягким и твердым, обладать сердцем одновременно чутким и смелым, быть устойчивым в своих действиях и обновляться внутри, иметь

чистоту и простоту в глубине сердца и мудрость с прозорливостью в

мирских передрягах.


Аналогия качеств постоянства и временности

и их сочетание в именах Авая и Адонай


Постоянное и временное — Святой,

благословен Он, и Его Шхина


Постоянное и временное — это тайна единения Возлюбленных —

Святого, благословен Он, и Шхины. На самом деле, на глубинном

уровне все переворачивается. Мы видели, что постоянное — это работа

человека и его силы, но это верно, если рассматривать человека самого

с собой. Если же он предстает перед Б-гом, то становится чем-то

временным и эфемерным. Он самоустраняется в Божественном свете, а

Творец остается постоянным. Очевидно, что сущность человека связана

с принципом временности. Это выражает основу его существования и

бытия. Он жив не благодаря своим силам, а через Б-га. Истинное и

совершенное постоянство — это свет Творца, который пребывает вечно, действует и творит. Он могуществен, прочен и верен в своем

постоянстве на все времена. Выходит, если посмотреть на самого

человека, в нем есть постоянство и временность. Постоянство — это его

собственные силы, а временность касается его души, как было видно

выше. Однако, если поставить человека напротив Божественного, то

постоянным будет Творец, а временным — человек.

В действительности свет Святого, благословен Он, и Шхина — это и

есть принципы постоянного и временного. Шхина, то есть община

Израиля, не имеет ничего от самой себя. Всю жизненную силу она

получает от верхнего света Святого, благословен Он, подобно тому, как

Луна получает свет от Солнца, икакжен-щина — от мужчины.

Следовательно, принцип постоянства проявляется в сфире Тиферет, а

временности — в Малхут. Мы изучили четыре свойства постоянства и

четыре — временности. Можно сказать, что эти четверки стоят друг

напротив друга и сочетаются между собой. Они выражают отношения

между светом Святого, благословен Он, и светом Шхины.

Прежде всего, отметим, что хотя свойства постоянства, отмеченные

выше, были связаны с качествами людей внизу, известно, что человек

внизу сделан по аналогии с верхними мирами. Получается, что он

свидетельствует собой о «верхнем человеке», то есть о сфире Тиферет.

В нашем мире нет ничего, что не происходило бы свыше. Отсюда

поймем, что свойства постоянства в человеке внизу имеют корни

наверху, в принципе Тиферет, который является источником для

постоянства и «верхним человеком». Он относится к мужской, дающей

стороне (путь мужчины — завоевывать, тогда какженская сторона, Шхина, означает получающих и тех, на кого оказывается воздействие).


Действия человека соединяют имена Б-га


Теперь поразмыслим о соотношении свойств постоянства и

временности, которые видели ранее. Хотя речь пойдет о человеке

внизу, в корне своем они пребывают наверху в принципах постоянства и

временности — у Святого, благословен Он, и Шхины. Есть четыре

свойства постоянства: 1. Последовательность и устойчивость. 2.

Важность. 3. Ответственность. 4. Выбор и сосредоточение. Напротив

них стоят четыре свойства временности: 1. «Не иметь ничего своего». 2.

Обновление. 3. Наивность и детское отношение. 4. Размышление.

Эти идеи глубоки, и мы коснемся только их главной сути. Возможно, четыре свойства у каждого из двух принципов имеют корень в четырех

буквах имен Авая и Адонай. Имя Авая связано с Тиферет, а Адонай — с

Малхут. Получается, что каждый из них содержит четыре части в виде

четырех букв самого имени. Каждая буква скрывает в себе уникальное

значение. Известен также принцип сочетания этих имен друг с другом —

соединение сил и светов одного с другим. Работа человека в том и

состоит, чтобы соединить четыре буквы Авая с четырьмя буквами

Адонай. Речь идет не только о соединении букв в мысли в виде

) יהנודהאי( (как приводится в начале Тикуней Зоар), но и о многих

дополнительных аспектах. Если с предельной краткостью говорить о

сути, то четыре буквы — это корни всей реальности, ибо все миры, как

известно, были сотворены буквами. А корень всех букв — это имена

Творца, которые являются корнем корней для всех творений. Выходит, любая вещь в мире имеет корень в буквах, а в самой глубине она

коренится в имени Б-га. Ведь Его свет творит все и поддерживает, а сам

он проявляется в буквах Его имен. Значит, эти имена — корни всех

творений. И уж тем более это великий и прямой корень для еврея, созданного по образу Б-га.

Получается, что буквы имен Б-га выражаются в жизни еврейского

народа буквально во всей внутренней глубине служения Ему. К примеру, о заповеди подавать милостыню известно из святых книг, что она

включает в себя совокупность всего имени Авая. Рука нищего — это

последняя буква Гей (так как на ней пять пальцев); монета — это буква

Йуд, пальцы дающего — первая Гей, а дающая рука — Вав.

Следовательно, подаяние милостыни из руки дающего в руку бедного

делает целостным Имя Б-га. Эти двое сами намекают на него: дающий

называется «праведником» (цадик), как сказано: «А праведник милует и

дает», а само

действие

называется

«милостыней»

(ццака).

Следовательно, здесь есть соединение букв Йуд и Гей. К слову

«справедливость» (цедек) прибавляется буква Йуд, и получается

«цадик». Если же добавить Гей, получится «ццака». Это подобно

мужчине (שיא) и женщине (השא), в которых сочетаются Йуд и Гей, а

Шхина пребывает между ними. Дополнительным примером может

послужить тфилин. В предисловии к Тикуней Зоар говорится, что четыре

отдела в головном тфилине соответствуют четырем буквам имени

Адонай (ינדא), а четыре отрывка из Торы в них — буквам имени Авая.

Таким образом, все наши действия восходят к восстановлению целости

имени Б-га.

Мы имеем в виду, что весь образ и подобие еврея аналогичны

верхним мирам. Значит, всеми своими действиями он может соединять

света и святые имена. Движения его рук и действия имеют корень в

тайнах букв и имен. Его личные качества подобны верхним принципам, и

весь его характер, походка и поведение восходят до вершины небес, к

корням истоков его бытия — к именам Б-га. Так человек соединяет

миры, света и имена с помощью действий святости и чистоты, которые

совершает внизу на земле.


Четыре качества постоянства и временности —

четыре буквы Авая и Адонай


Здесь имеет место глубокая идея: четыре качества постоянного и

четыре временного действительно подобны имени Авая и имени

Адонай. Они расположены друг напротив друга и могут быть

противоположны или сочетаться вместе. Когда человек исправляет свое

поведение и совершенствует поступки, обретая совокупность всех

качеств, когда приводит их к совершенному единству в своей личности, то он буквально соединяет четыре буквы имени Авая (в виде свойств

постоянства) с четырьмя буквами Адонай (в виде свойств временности), и благодаря этому происходит совершенное единение. Все это

связывает и соединяет нас с тайной сукки, о которой мы начали

говорить прежде. В начале мы видели слова Зоара о том, что сукка

численно равна соединению имен Авая и Адонай (число 91 = ו״כ и ה״ס).

Получается, что четыре свойства постоянства у стен и четыре свойства

временности у схаха, если их перевести на язык служения Б-гу, — это

буквально и есть единение Возлюбленных, единство имен через сукку. В

этом же состоит секрет восьми одежд первосвященника. Четыре белые

одежды соответствуют буквам Авая, а четыре золотые — буквам

Адонай. Одевая их, он соединяет свет этих двух имен в виде восьми

облачений (см. «Зивхей Шламим», объяснение порядка служения по

Рамаку). В этом же принцип сукки, дающей число имен Авая и Адонай

вместе. Она является чертогом, следующим за одеждами. Они

относятся к Йом Кипуру, а чертог — к Суккот. Все это удивительно

взаимосвязано.


Важность напротив «нет ничего своего»


В таком случае давайте же расставим эти свойства друг напротив

друга, чтобы удостоиться здесь, в нашей жизни на земле, соединить

имена Б-га в верхнем мире. Начнем с важности среди свойств

постоянства. Оно стоит напротив свойства временности «нету нее

ничего своего». Важность призвана указать на значение человека, чтобы он умел хорошо оценить то, что имеет. Это в основном обращено

к проявлению самости человека, а не к его самоустранению. В

противовес этому принцип «нет ничего своего» указывает, что человек

сам по себе — нуль и ничто. С внешней стороны два эти принципа

кажутся противоречащими друг другу, тогда как на самом деле в своем

корне один дополняет другой. Их единство и дополнение сводится к

тому, что один из них — внутренний, а другой — внешний; один —

корень, а второй — его ответвление. Временное является более

внутренним: именно потому, что человек не имеет ничего своего, он

может ценить важность своих действий. Ведь действует он не своими

силами, а полученными от Б-га. Следовательно, принцип «нет ничего

своего» вносит высокий смысл в человека, поскольку тот становится

проявлением Божественной энергии, а не только человеческой.

Получается, что этот принцип подчеркивает и развивает важность, которую человек должен придавать своим поступкам. В этом

проявляется соединение тела и души — важности и неимения своего.

Кто применяет в жизни это единство — внутри полон осознания, что

у него ничего нет. Это побуждает его осознать важность своих действий

и поступков, поскольку они исходят из вложенной в него высшей силы. И

вызывает верхнее единение постоянного и временного, Святого, благословен Он, и Его Шхины.


Йуд из «Авая» и Алеф из «Адонай»


Если посмотреть на корень всего этого, буква Йуд из имени Авая

соединяется с буквой Алеф из имени Адонай. Йуд, как известно, означает принцип мысли. Это сфира Хохма, а она является корнем

важности. Ведь Хохма называется «святостью», и это источник

значимости действий евреев, которые святы, как и их поступки. Вот

почему Хохма — корень самости, называемой «еш» (см. «Талелей

Хаим, Шмот», первый раздел о Пуриме). Самость, в основном, приходит

от сущности святости. Таким образом, Йуд среди всех свойств

постоянства связана с важностью.

В книгах объясняется, что Алеф указывает на Властителя (Алуф) мира. В имени Адонай эта буква учит нас тому, что нижние миры

существуют не сами по себе. Эти миры представлены буквами Далет-

Нун-Йуд (ינד) из этого имени, что указывает на силу суда (ןיד). Это пустой

сосуд, в котором ничего нет, но Алеф привлекает туда благословение.

Точно также в слове «человек» (םדא) первая буква, Алеф, означает

Владыку мира, а без нее остается лишь «кровь» (םד) (см. Шней Лухота-

Брит, гл. Ваикра). Это то же, что сила суда без Алеф, которая

превращает ее в имя Адонай (это объясняется в «Выкупе души», X.

Азулая). А если Алеф уходит из слова «истина» (תמא), остается

«мертвый» (תמ). В общем, буква Алеф из этого имени указывает на

Владыку мира, который является основой всего. Поэтому численно эта

буква (ףלא) дает 111. В ней есть единица, десяток и сотня — первое в

каждом из разрядов чисел. Это указывает на единство во всех мирах,

ибо, как известно, единицы, десятки и сотни — это разные миры, расположенные друг над другом (это Асия, Ецира и Брия, тогда как

Ацилут соответствует тысячам (םיפלא), что опять же означает Владыку

мира).

Здесь мы видим намек на верховенство временного над

постоянным, как женская сторона возвышается над мужской. Ведь

временное — это Адонай, а постоянное — Авая. Начало временного —

единица, в то время как начало постоянного — буква Йуд, то есть

десять. Но единица выше десятка, поскольку указывает на Владыку

мира, на Кетер, тогда как Йуд имеет корень в Хохме, которая ниже

Кетера. Об этом мы и говорим, что временное по своему корню выше

постоянного — Малхут поднимается над Тиферетом, по принципу «я» и

«ничто» (ינא ןיא), поскольку имеет корень в Кетере, тогда как Тиферет

происходит из Хохмы и называется «опавшими плодами из верхней

мудрости» (а имя МА имеет корень в АБ, но это отдельная тема).

Выходит, Алеф из «Адонай» выше, чем Йуд из «Авая». Это указывает, что начало и корень женской стороны находится выше истока и корня

мужской. Аналогичным образом, корень сосудов выше корня светов, но

здесь не будем продолжать об этом (см. Шаар а-Каванот, вторая глава

об Амиде; ЭцХаим, врата 288 искр).


Последовательность и устойчивость напротив обновления


Вторую параллель можно провести между последовательностью

и устойчивостью среди свойств постоянства и обновлением во

временности. Снаружи постоянство выглядит противоположностью

обновлению, которое суть изменение. Их сочетание предполагает, что

постоянство должно сохраняться во внешних практических рамках.

Человек должен быть твердым в своих решениях. Обновление же

должно происходить внутри — новое сердце и свежее желание, как мы

рассуждали выше. Есть большая трудность в работе над этим

сочетанием, поскольку эти качества противоречат друг другу. У кого

мягкая душа, каждый раз обновляющаяся в своих желаниях, тому

трудно выстоять в постоянстве. А у кого характер располагает к

твердости и устойчивости в своих решениях, как у железа, тому тяжело

пробудиться с желанием и энтузиазмом к новым вещам. Ведь это

противоположные свойства. Тем не менее, по сути своей они не мешают

друг другу, ибо одно из них — внутреннее, а второе — внешнее.

Кто преодолевает эту проблему и объединяет в своей жизни эти

противоположные свойства — с одной стороны, он постоянен и

непреклонен в своих действиях, а с другой, всегда обновляется, чтобы

совершать их с желанием и волей, а не по привычке — тот

действительно соединяет Возлюбленных — Святого, благословен Он, и

Его Шхину.


Постоянство — первая Гей из «Авая»


Если посмотреть глубже, первая буква Гей из имени Авая

соединяется с буквой Далет из имени Адонай. Смысл в том, что первая

Гей — это Бина, а она, как известно, утверждает мир в его прочных и

непреложных границах. Она подобна матери, выращивающей органы

ребенка и создающей корень границ. Ведь корень суда, как известно, происходит от нее. Она называется «Гвурот» (Шаарей Ора, врата 8) в

том смысле, что устанавливает границы мира. На это намекает

Писание: «Кто измерил воду горстью своей» (Ишайя 40:12). Слово «кто»

(ימ) указывает на Бину. Это отмеряющая и ограничивающая сила —

измерительная линейка, как видно из святых книг. В ней заложен корень

устойчивости — утверждать границы и воздвигать их, делать мир

прочным и крепким. Так создается внешняя сторона вещей, происходящая от Бины. Она рождает детей, и в этом кроется намек на

проявление мира вовне. Сюда относится большинство разных действий, в которых находит свое выражение свойство постоянства и

устойчивости. На это намекает буква Гей, похожая на дом со стеной, внутри которого живет человек. Гей — это буква Далет, а внутри Вав.

Далет означает внешний мир с его ограничениями, а Вав внутри —

человек, живущий в этом мире. Вина намекает на создание мира и

человека в нем. (Намек на это есть в слове «Бина», הניב, где буквы

«бен», ןב, означающие родившегося человека; а буквы ה״י означают

Божественную силу, создавшую мир, как сказано: «Ибо через '»п Б-г

Создатель миров» (Ишайя 26:4). Мудрецы учат, что мир был создан

буквами Йуд-Гей. Здесь находится корень устойчивости и постоянства.

Мир стоит прочно, и законы его действуют непреложно. Они

даютустойчивость всему творению, управляемому с помощью

постоянных законов. Вот почему оно может быть прочным и давать

надежный фундамент для действий человека. Если бы законы природы

менялись каждое мгновение, человек ничего не мог бы совершить. Он

словно тонул бы в море, не имеющем ясных пределов. Следовательно,

первая Гей, Бина, — это источник устойчивости и закономерности. Это

корень постоянства и для человека в том, что касается его действий и

решений. Они должны для него быть нерушимым законом. Заповеди

тоже названы законами, что указывает на обязательную необходимость

их исполнения.


Обновление — Далет из «Адонай»


Тайна обновления кроется в букве Далет из имени Адонай. Она, как

известно, намекает на бедность и нищету. Мы и вправду видим, что

обновление — результат признания того, что ничего своего не имеешь.

Иными словами, после того, как воссиял свет буквы Алеф из имени

Адонай, то есть Владыка мира, человек признает, что у него ничего нет.

Поэтому вслед за тем приходит буква Далет, указывающая на бедность

человека, возникшую как следствие его признания Владыки мира. Эта

бедность (תולד) — входная дверь (תלד), через которую можно внести

новые вещи. Кто беден, тот стоит возле двери; он словно нищий, просящий у порога, и естественно, он может получить новый свет (см.

«Рейш Милин», буква Далет). Ведь корень обновления — наверху.

Человек принимает свет из источника благодати — нечто новое, чего у

него раньше не было, а теперь он это получил. Следовательно, бедность соединяет человека с источником и сама собой становится

дверью для получения. Кто чувствует, что полон, у того нет входа, чтобы

получить что-либо свыше. Потому нет у него и обновления с

благодатью, и все из-за его гордыни. Но у бедного в душе возникает

проход и дверь для получения. Это кончик буквы Далет, отходящий

назад, чтобы получить у того, кто передней, как говорит Гмара в

трактате Шаббат (104 а). Благодаря этому получается ведро (ילד), которое каждое мгновение черпает из новых потоков света и благодати.

Ведь смирение и самоустранение — корень для обновления и

безостановочного черпания света. В этом секрет Далет из имени

Адонай, которая следует за Алеф74.


74 Известно, что вторая буква имен - это Бина. Значит, и Далет из Адонай тоже намекает на

Бину, но это Бина Нуквы. Известно также, что Бина означает радость. Она приходит к тому, кто

обновляется, и сама связана с этой новизной. Получается, что свет обновления находится в букве

Далет, которая является корнем радости в качестве второй буквы имени Адонай, соответствующей

Бине.


Ответственность напротив наивности

и детсткого отношения


Третья параллель проходит между свойством ответственности в

постоянстве и наивностью во временности. Эти качества вступают в

противоречие, поскольку взрослый обычно ответственен, а ребенок

зависит от других и опирается на них, чувствуя, что это они отвечают за

него. Это противоречие существует и в глубинах души: кто ощущает у

себя в сердце ответственность, по принципу «Если не я себе, то кто

мне?», тому трудно вести себя простодушно. Ответственность толкает

человека к самоконтролю, к тому, чтобы хорошо продумывать и

взвешивать свои поступки. Ведь все зависит от него и возложено на его

плечи. Наивность — противоположное движение, суть которого

заключается как раз в ограничении деятельности человека и полагании

на Б-га. У кого душа тяготеет к этому качеству, тот склонен проявлять

недостатки в сфере ответственности. Ему трудно признать, что нечто

зависит от него, и что он должен действовать. Но несомненно, эти силы

не противоречат по сути. Мы уже говорили выше, что простодушие с Б-

гом должно пребывать в глубине сердца и поддерживать ощущение

благоденствия, уверенности и спокойствия. Нужно знать, что успехи в

конечном счете зависят от Б-га, а не от человека. С другой стороны, ответственность должна больше выражаться в области практики и

деятельности. Ответственность и наивность перед Б-гом — как тело и

душа.


Вав из Авая


Кто сочетает в себе эти свойства, тот сочетает букву Вав из имени

Авая с буквой Нун из Адонай. Дело в том, что Вав, как известно, означает принцип человека — качество Тиферет, как сказано: «Ибо

красота (тиферет) человека — сидеть дома» (Ишайя 44:13). Это

выражает ответственность и роль человека в мире. Ведь Тиферет —

мужской принцип, корень активности и действия. На это в букве Вав

содержится несколько намеков. Во-первых, сама фигура этой буквы

похожа на человека — у нее есть голова и тело (внешний образ, выражающий внутреннюю суть). Во-вторых, Вав — это вытянутая буква; она призвана протянуть благодать сверху вниз. Это Йуд, у которой

удлинилась ножка, что и указывает на протяжение. Иными словами, главное в этой букве — это как раз ножка, тогда как ее голова

представляет Йуд, то есть источник благодати (см. Шаар а-Каванот,

вторая глава об Амиде). Функция Вав — получать от Йуд сверху и

протягивать эту благодать вниз, на землю, к получающим, подобно

трубе75. Человек соответствует букве Вав, ибо на самом деле в этом и

состоит главная работа еврея в мире. Мы ведь сами не являемся

источником блага, но должны стать каналом, протягивающим его сверху

вниз. Это работа Вав и ответственность, возложенная на нас: хотя в

верхних мирах есть благодать, и Б-г желает излить ее на нас, все равно

нужно притягивать ее на землю в качестве канала (или трубы). Нужна

воля, ответственность, и в этом наша работа.

Еще один аспект этой буквы — соединение (в грамматике). Вав

объединяет разные действия в единую последовательность, как

например: «И поешь, и насытишься, и благословишь» (Дварим 8:10).

Следовательно, Вав — это намек на продолжающееся настоящее

время. Поэтому ее голова — Йуд. Она стоит в начале, но при этом

упирается и в конец, так как Йуд указывает на будущее время. Значит, Йуд имеет корень в начале и в конце. Действительно, известно, что имя

Авая означает мысль, а имя Адонай — действие. Но «конец действия в

изначальной мысли». Поэтому Йуд из Адонай находится в конце этого

имени, и там она упирается в Йуд из Авая, которая в начале имени, по

принципу «Вонзен конец их в их начало, а их начало — в их конец» (см.

Предисловие к Тикуним с комментариями Виленского Гаона). Вав же в

этом отношении является продолжающимся настоящим временем. И

действительно, главная работа человека связана с настоящим. Начало

творения и все его образование было в руках Небес, а будущее уже и

так нам гарантировано. Наша основная деятельность и сфера

ответственности связаны с настоящим — с практическими действиями, а

не с конечными результатами, которые в руках Б-га. Поэтому Вав

буквально означает настоящее, а человек назван «идущим», ибо

соединяет все частные проявления жизни — продолжающееся

настоящее.


75 Поэтому Есод тоже называется Вав. В Зоаре объясняется, что он соответствует наполнению

Вав. В одном из наполнений она выглядит как двойная Вав.Это намек на Тиферет и Есод - принципы

Яакова и Йосефа, как сказано: «Тело и половой член считаются одним целым». Ведь «праведник»

(Есод) тоже проводит благодать, и он называется «всем», как сказано: «И благословил Дави... ибо

все на небе и на земле», а переводят это так: «Держится за небо и за землю» - соединяет их.


Нун из Адонай


Итак, мы выучили, что на принцип ответственности намекает Вав, то

есть Тиферет. А наивность — это Нун из Адонай. Эта буква согнутая, поскольку указывает на падение. Поэтому в псалме «Счастливы

сидящие в доме Твоем» пропущена строка, начинающаяся с Нун. Она

выражает идею о том, что если кто-то падает, ему нужен тот, кто

поддержит его. Это делает буква Самех, идущая следом, как сказано:

«Поддерживает (сомех) Б-г всех падающих» — это удерживание от

падения (нефила) того, кто падает сам. Поэтому эмбрион в начала

может стать выкидышем (нефель) — он может выпасть и нуждается в

постоянной поддержке. Согнутая Нун намекает на того, что держит, и на

того, кто падает. Вертикальная черта в ней — это Вав, то есть рука, протянутая свыше, а горизонтальная черточка — падающий, нуждающийся в поддержании. Детям тоже нужна поддержка и

укрепление, так как собственных сил у них нет. Нун указывает на

взрослого, держащего ребенка, который не может стоять сам. В этом

состоит принцип простоты и наивности — вести себя так, словно ничего

сам не имеешь, словно падаешь и теряешься, нуждаясь в помощи и

поддержке. (Это следует после бедности буквы Далет, слово «ведро»

(ילד) превращается в «ребенок» (דלי), потому что благодаря детскому

поведению человек непрерывно черпает (הלוד) благодать).


Выбор и сосредоточение напротив размышления


Четвертое свойство постоянства — выбор между разными

желаниями и сосредоточение. Оно параллельно размышлению во

временном. Два эти принципа противоположны, поскольку мысль и

раздумье — это взгляд издалека, направленный на цель, на великие

желания. Он призван пробудить стремление и волю. Такой взгляд, пробуждающий желание, должен быть направлен на нечто великое, на

большие цели, которые стимулируют к движению. Они подобны звездам

над схахом, которые должны расширять взгляд и побуждать к великим

стремлениям. Через это можно обновить желание, как мы видели ранее.

В противовес этому, выбор и сосредоточение — это противоположное

действие, призванное ограничить избыток желаний и стремлений, избрать что-то одно и работать над этим. Смотреть надо не на все

издалека, а на данный момент времени в настоящем. Вот почему два

эти принципа оказываются противоположными и противоречащими.

Тот, у кого много света и сильные желания, как правило, перепрыгивает с одного на другое, и ему трудно сосредоточиться и

ограничиться одним делом. С другой стороны, кто слишком утвердился

в одном качестве и в одном деле, тот обычно не побуждается

преумножать стремления и разные желания к великим целям. Он

постоянен и стоит на одной позиции, продвигаясь не большими

скачками, а размеренными шагами. Его кругозор и жизненное

пространство скорее окажутся ограниченными. Два эти принципа слегка

приоткрываются в словах рава Кука (Орот а-Кодеш 3, стр. 126):


«Есть люди, которых Всесильный сделал «прямыми». У них

тихий характер, а следование прямому пути и внутренний покой

— их постоянный удел. Если они будут трудиться над Торой, нравоучениями и мудростью, то взойдут на высокие ступени, но в

любом случае они остаются хорошими и порядочными людьми. Их

удел

—

заниматься

практическими

профессиями

или

практическими сферами знаний. Их нравственная сторона

держится сама собой на своем посту — возможно, они и не

поднимутся к высотам, но и не опустятся в низкие состояния. Но

у второго типа людей покоя нет. Они все время словно на весах, то поднимаются до высот небесных, то спускаются в глубины

бездны. Таким нужно заниматься исправлением своей духовной

личности каждый день. Когда они найдут себе путь, в котором

нуждаются, то поднимутся высоко-высоко. Но если оставят его, они способны скатиться до самого низа. Это те, кому нужно

постоянно

заниматься

Торой

и

служением,

развивать

нравственность и святые чувства. Не дай Б-г им отойти (от

Торы) для занятия земными делами и углубиться в практические

науки. Среди поколений в целом иногда встречаются такие, общее свойство которых относится к первому типу — они

спокойны, с постоянным характером. Их воспитание должно

строиться так же, как для отдельных личностей с таким

постоянным характером. А есть поколения блуждающие, и их

нужно постоянно обеспечивать духовным питанием с высокой

регулярностью».


Следовательно,

сосредоточение

и

увеличение

стремлений

противоречат друг другу. Но на самом деле по сути противоречия между

ними нет. Мы говорили об этом в разделе о завесе — границе между

миром стремлений и миром реализации. В сфере стремлений нужно

увеличивать свои желания беспредельно, но на практике уметь

ограничивать себя. Нельзя подрезать желаниям крылья только из-за

необходимости ограничиваться своими повседневными делами, а с

другой стороны — не размывать четкое представление о том, чем нужно

заниматься в данный момент времени, из-за обилия желаний и

трудности отказаться от большинства из них, сосредоточившись на

одном. Таким образом, с помощью покрова между этими мирами

человек сможет позволить им плыть в одной лодке. Он будет

радоваться своей участи и в то же время каждый деньжаждать того

момента, когда «его поступки достигнут поступков отцов — Авраама, Ицхака и Яакова».


Последняя Гей из Авая


Принцип выбора и ограничения — это последняя Гей из имени

Авая, означающая сфиру Малхут, которая, как известно, имеет корень в

акте сокращения. Основное место этого сокращения — в творении

(Брия), а мирах отделения. Малхут является корнем этих миров

отделения и сама их сокращает. Ведь в верхнем мире, Ацилуте, все

включает в себя все. Там все пребывает выше ограничений, и не нужно

ничего сокращать. Сокращение образуется в Малхут. Это качество

ограничивает верхние света, содержащие бесконечность, и создает из

них ограниченные миры в пределах времени и места. Поэтому она

называется «местом», так как является корнем границ. Свободный

выбор человека тоже коренится в этом принципе, как упомянуто выше.

Получается, что ограничение избытка желаний и выбор одного из них

имеет корень в сфире Малхут (здесь кроется большая глубина, если

касаться Малхут Бесконечного, но мы не будет говорить об этом; смотри

Калах Питхей Хохма, объяснение сокращения). На это тоже намекает

последняя Гей, сделанная по образцу верхней Гей. Вней тоже есть

принцип меры и ограничения — Далет в составе Гей, в которой

пребывает человек (Вав). Значит, нужно ограничивать избыток желаний

и распределять деятельность на конкретные задачи. На это намекает

Далет: она словно возводит стены, создающие границы в занятиях

человека.


Йуд из Адонай


Размышление во временном выражается буквой Йуд из имени

Адонай. Эта буква, как известно, означает мысль. Человекутоже нужно

пробуждать мысли, чтобы укреплять свои желания и обновляться. Это

мысль, идущая снизу вверх, — он размышляет о великих вещах, и в нем

пробуждается стремление к ним. Это буква Йуд в Адонай. Такое

размышление наиболее близко к свойствам постоянства, поскольку

здесь замешано больше всего действия со стороны человека, в отличие

от других свойств временности, которые требуют большого

самоустранения перед Б-гом. Обновление, эфемерность, наивность —

все это самоустранение человека, тогда как размышление принадлежит

к его собственным силам. На самом деле это конец временности и

близость к началу постоянства, где все действия совершаются

человеком. Но как бы то ни было, размышление призвано углубить

свойства временности — познать то, что находится над человеком, —

величие Творца. Вот почему оно относится к этой категории. Йуд из

имени Адонай намекает на мысль. Эта буква, как известно, относится к

мужской стороне — к постоянству и имени Авая. Получается, что Авая

заканчивается женской буквой Гей, а Адонай — мужской буквой Йуд.

Вместе же они дают имя «Я» (ה״י). Но в нем Адонай представляет

мужское, так как роли меняются, и конец мужского становится началом

женского (в виде последней Гей, Малхут и образования миров), а конец

женского объединяется с мусжким, по принципу «Конец действия в

изначально замысле». Здесь заключена большая глубина.


Совершенство всего зависит от единства

постоянного и временного


Итак, мы выучили принцип сочетания и единства имен Авая и

Адонай. Человек овладевает четырьмя свойствами постоянства и

четырьмя свойствами временности, объединяя их так, чтобы они не

противоречили друг другу, и через это он исправляет все. Корень

разлада кроется в том, что хорошие вещи не могутужиться под одной

крышей. Разрыв в мире святости — это тонкий корень образования всех

нечистых сил. Значит, главный корень исправления — в слаженности и

единстве противоположных миров внутри самой сферы святости. Здесь

фактически заключено начало избавления — собрать все миры и все

святые ценности в одну сущность, которая породит великое

совершенство. Это будет единством Святого, благословен Он, и

общины Израиля, единством Авая и Адонай, совершенством сукки с ее

стенами и схахом, что намекает на единение Возлюбленных, крыльями

укрывающих ковчег завета. У них четыре крыла, и лица их обращены

друг к другу. Все крылья и лица объединяются в одно, происходит

полное сочетание при строительстве нашего Храма вскоре.

Да будет воля Творца, чтобы мы удостоились соединить

Возлюбленных вместе, достичь совершенного единства Святого, благословен Он, и общины Израиля, в постоянном и временном, с

любовью и цельностью, быть сильными служителями Б-га с сердцем, полным жизни и преданности. Да увидят вскоре глаза наши приход

праведного Машиаха с полным единством всех миров, избавлением

народа Б-жьего в наши дни. Амен и амен!


ЧЕТВЕРТЫЙ ДЕНЬ


Нецах - Моше


«В Шалеме сукка его»

Сукка и Храм


Израиль и Храм


Обитель Всевышнего


Пятый смысл сукки — идея Храма. Как сообщается в Мидраше

(Шмот Раба, 34:3), сукка намекает на Храм76:


76 Мы помещаем этот раздел для четвертого дня, соответствующего сфире Нецах, поскольку

основной разговор здесь пойдет о вечности сукки. В разделе о смыслах сукки мы видели, что Нецах

представляет силу, защищающую от вредоносных существ. Но об этом уже упоминалось в других

главах, и потому мы решили, что было бы неправильно распространяться на эту тему сейчас. И мы

приводим этот раздел, касающийся внутреннего корня сфиры Нецах - вечности, которая является и

корнем защиты от вреда, как станет ясно, если углубиться в этот раздел. Все это прочно связано с

Храмом. Хотя он, как известно, относится к сфире Год, все же Нецах и Год всегда идут вместе и

образуют единую цельность. Свойство Нецах также проявляется в Храме, как будет видно здесь.

Поэтому этот и следующий разделы занимаются идеей сукки и Храма: первый из них больше

затрагивает их вечность, а второй - подъем мира и его исправление, что связано с Год. Да поможет

нам Б-г почтить Его имя. Амен и амен.


««И сделайте ковчег». Что написано выше? «И сделайте Мне

Храм». Сказал Святой, благословен Он, Израилю: Вы — мое

стадо, а Я — ваш пастух, как сказано: «А вы стадо Мое, стадо, которое Я пасу, человек вы» (Ихезкель 34:31). Я пастух — как

сказано: «Пастырь Израиля, услышь» (Теилим 80:2). Сделайте

загон для Пастуха, чтобы пришел и пас вас, как сказано: «И

сделайте Мне Храм, и буду обитать в них». Вы — виноградник, как сказано: «Ибо виноградник Б-га Воинств — дом Израиля»

(Ишайя 5:7), а Я — сторож, как сказано: «Не уснет и не задремлет

Страж Израиля» (Теилим 121:4). Сделайте шалаш для Сторожа,

чтобы стерег вас. Вы — дети, а Я — отец ваш, как сказано:

«Дети вы для Б-га Всесильного вашего» (Дварим 14:1). Я отец —

как сказано: «Ибо был Я для Израиля отцом» (Ирмия 31:8). Славно

для детей быть рядом с Отцом, и славно для Отца быть рядом с

детьми. И говорится: «Венец старцев — внуки» (Мишлей 17:6).

Сделайте дом для Отца, чтобы пришел и пребывал со Своими

детьми. Потому и сказано: «Сделайте Мне Храм»».


Мудрецы учат нас, что суть сукки едина с сутью Храма. И то, и

другое является обителью для Всевышнего в мире. Ведь Он возжелал

устроить Себе обитель в нижних мирах — жить среди сынов Израиля. И

работу над приготовлением Своего дома, места обитания славы Своей, Он доверил нашим рукам, как сказано: «И сделайте Мне Храм, и буду

обитать в них». Тогда Он поместит Свою высшую Шхину в дом, который

мы выстроим для Его святого имени. Основной принцип здесь в том, что

наша роль в мире — приготовить сосуд для раскрытия Божественности.

А главный и самый большой сосуд — это обитель, место проживания.

Мы видим, что есть множество разного рода сосудов. Есть посуда, куда

человек кладет еду; есть одежда для облачения его тела и другие

предметы, служащие ему. Каждый такой «сосуд» открывает новые

возможности для человека. Но обитель — это главный «сосуд», необходимый, чтобы он мог существовать в мире. Ведь в доме живет

все существо человека, в отличие от посуды для пищи и т. д., которая

служит лишь одному определенному действию.

И как верно все сказанное в отношении человека внизу, так

параллельно этому и наверху. Миры построены по аналогии и по

подобию друг друга. В этом смысле, Храм — это великое и святое

сооружение — является главным и центральным сосудом для

пребывания Шхины, для присутствия Творца в мире. Ведь вся идея

Храма — это обитание и присутствие Всевышнего в нижних мирах.

Поэтому есть различие между скинией (мишкан) и Храмом (Бейт а-мик-

даш). Скиния является переносным сооружением, она не прикреплена

кземле. Это указывает на некоторую временность — проживание в ней

не является постоянным. В отличие от этого, Храм называется

«наследием», и он гораздо сильнее удерживает Божественность в

нижних мирах, выражая абсолютную принадлежность этого высокого

величия мирам внизу и крепкую связь Святого, благословен Он, с

общиной Израиля.

Как бы то ни было, мы выучили, что принцип дома заключается в

проживании в нем. Это главное средство для пребывания Его Шхины с

нами. В служении Б-гу есть много заповедей, и все они становятся

сосудами и средствами привлечения света в миры. Однако все их можно

соотнести со многими орудиями, служащими человеку. С другой

стороны, Храм — это центр и корень, наподобие обители. Это место для

всего существа человека со всеми его уровнями. Он проживает в доме, и оттуда исходят все его действия, связанные с остальными

средствами. Таким образом, Храм — это душа всех заповедей и всего

служения Б-гу. Это главный сосуд для пребывания Шхины, от которого

протягиваются лучи света ко всем заповедям и служению.


«И сделайте Мне Храм»


Итак, мудрецы учат, что строительство Храма, по сути дела, зависит

от нас. Мы должны обустроить миры внизу и подготовить сосуд, обитель, чтобы Б-г смог поселиться в ней. Глубинная идея, на которую

все это намекает, состоит в том, что раскрытие Божественности в

нижних мирах зависит от человека и его действий. По мере готовности

народа Израиля, святости его действий и качеств, будет и сила

нисходящего на него света. Главная подготовка сосуда — не только в

строительстве Храма, но и во всем образе жизни Израиля. Он должен

быть чистым и святым, дабы мы были достойными того, чтобы Б-г

обитал внутри нас. Храм — это лишь выражение уровня Израиля и его

святости. Мы видим, что Навухаднецар разрушил Храм, но голос

небесный вышел и сказал ему: «Молотую муку перемолол ты, сожженный Храм ты сжег» (Санедрин 96 б). Значит, Храм считался, как

будто уже сожженым. Ведь главный сосуд зависит от духовного и

нравственного уровня Израиля. С того момента, как евреи извратили

свой путь, духовный Храм уже был разрушен. Исчезла святая ступень

Израиля, достойная пребывания Шхины, а материальное здание

оставалось словно сгоревшие развалины.

Получается, что приказ «сделайте Мне Храм» главным образом

относится не к сооружению из древесины и камней, к строительству

материального святилища, но к возведению духовного и нравственного

уровня Израиля. Мы должны быть достойны нисхождения Шхины

Творца в нас. Поэтому эта фраза заканчивается словами: «И буду

обитать в них». Мудрецы отмечают, что здесь не сказано «в нем», но

именно «в них» — Святой, благословен Он, обитает внутри каждого из

сынов Израиля (этот мидраш был знаком мудрецам Израиля во всех

поколениях, но его источника мы не нашли). Нам словно говорят: знайте, что главная обитель и дом Его — это сами евреи. Они

фактически являются сосудом для привлечения Божественности. А

великое и святое здание выражает эту же идею и отражает уровень

Израиля и чаяния их сердец, преданных Б-гу, так что в каждом еврее

огонь жертвенника пылает пламенем преданности. Мозг его светится

сиянием Храмового светильника, а внутренняя точка в сердце

привязана к святому святых — к единственному Б-гу. Следовательно, внешний Храм — это зеркало и отражатель внутреннего состояния и

сердец евреев, так как они являются чертогом Б-га. В этом суть

строительства Храма — оно зависит от того, что будет построено в

сердцах.


Храм и Тора


Следовательно, мудрецы учат нас, что верхняя святость Храма

зависит от Израиля, который должен приготовить сосуд, по принципу «И

сделайте Мне Храм», и тогда «Я буду обитать в них». Весь секрет в том, что свет Храма — это Шхина, а она, как известно, зависит от действий

Израиля. Иными словами, Шхина — это привлечение Божественности в

нижние миры и ее раскрытие в них. С другой стороны, свет Торы, свет

Святого,

благословен

Он,

находится

выше.

Это

раскрытие

Божественности в величественных верхних мирах. Свет Торы на самом

деле от действий Израиля не зависит. Мы нигде не видим, чтобы Тора

была разрушена из-за грехов. Поэтому она пребывает в сфире Нецах

(что указывает на вечность). Это качество Моше Рабейну, которое

никогда не повреждалось. Оно вечно и пребудет навсегда. Хотя за

время грехов Израиля и его изгнания проявление этого света в мире

неизбежно ослабло, и мудрецы говорили: «Поскольку евреи изгнаны из

своего места, нет большего ущерба для Торы» (Хагига 5 б; Ялкут

Шимони, Ирмия 13, 292). И сама Тора сократилась до четырех локтей

закона, а тайная часть и внутренние секреты скрылись. — И все равно

это не является разрушением Торы, но лишь ее уходом и сокрытием в

«верхнем убежище», в ее истинном месте, которое находится над

мирами77.


77 Можно добавить глубокую мысль об удалении благодати в изгнании. Есть состояние, когда

Шхина уходит наверх, а есть состояние, когда спускается вниз, в изгнание - когда лежит в прахе, а

свет попадает к клипот. У Виленского Гаона объясняется, что Лея - то, что поднялось и скрылось в

верхнем источнике, а Рахель - то, что спустилось в клипот. Возможно, уход Торы наверх - это подъем

Леи в верхний источник, ведь известно, что Лея - это Тора наверху. В каванот к Торе у святого Ари

говорится, что это привлечение света к Лее. А Рахель связана с народом Израиля внизу. Она пала, разбилась и спустилась в изгнание вместе с Израилем. Здесь нет противоречия с тем, что Тора - это

Тиферет, но объяснять это тут неуместно. См. Ликутей а-Гра, Сифра де-Цниута (гл. 2) и книгу «Суккат

Шалом» рава Ш. Улмана, стр. 162 и 224.


В отличие от этого, Храм такой же, как святость Израиля, облаченная в материальные одежды. Как еврей — это душа в

материальном теле, так и Храм, и Шхина — тоже Божественность, облаченная в материю в виде здания святилища и всей заселенной

области страны Израиля, что и является настоящим телом Шхины.

Еврейский народ на своей земле и в своем государстве — это и вправду

тело Шхины. Свет общины Израиля, Шхины, изливается и светит

народу, живущему в Ционе. Вся совокупность народа образует тело для

его души, то есть Шхины. Значит, при разрушении Храма и изгнании

евреев этот сосуд разбился, и тело разрушилось, а душа сама собой

отлетела к небесам. Но часть ее ушла в изгнание вместе с телом, наподобие «пара костей» — искр, облачающихся в могиле в сухие кости, чтобы поддерживать в них жизнь до времени воскрешения. Так и Шхина

лежит в прахе, в изгнании, вместе с сухими костями, то есть со всем

домом Израиля. Виленский Гаон говорил, что Израиль в изгнании — как

кости в могиле, а мудрецы среди них — «пар костей», призванный

поддержать их до оживления, до того дня, когда Б-г совершит чудо: «И

открою могилы ваши, народ Мой, и подниму вас на землю вашу, чтобы

поддержать вас строением совершенным» (Ликутей а-Гра, в конце

Сифра де-Цниута).


Большая подготовка к Храму


Отсюда поймем, что нисхождение Шхины в Храм зависит от наших

действий, как вхождение души непременно зависит от тела, которое

должно быть выстроено и развито, чтобы привлечь душу в себя. Тора

отличается от этого тем, что представляет собой верхний свет, не

нуждающийся в теле, как сказано «А Тора — свет» (Мишлей 6:23). Вся

ее суть и существование не зависят от действий Израиля, так как она не

зависит от сосудов. Степень ее раскрытия, конечно, от Израиля зависит, но в целом она существует в силу самой себя. Поэтому не написано, чтобы евреи как-то особенно готовились к раскрытию Б-га на горе Синай

при даровании Торы. А вот строительство Мишкана описано во многих

длинных главах. Оно предшествовало нисхождению туда Шхины, описанному в главе Шмини, в восьмой день посвящения, после

завершения работы над Мишканом и его открытием.

Об этом мы и сказали, что святость Храма зависит от готовности

Израиля, и потому процесс подготовки так сильно подчеркивается. А

Тора держится во всем своем величии выше всякого тела и потому не

зависит от действий Израиля и, естественно, она передается сразу же, без длинной подготовки со стороны евреев. Главная их подготовка к

получению Торы заключалась в очищении, суть которого сводится к

«отстранению от зла» — нужно освободиться от скверны, которая

отдаляет от святости Торы. Но мы не находим там каких-то действий из

категории «делай добро» в виде создания сосудов для Торы, а в Храме

все его строительство попадает в эту категорию — это настоящее

действие, создание сосуда, куда Шхина сможет снизойти.


Сокращение Торы из-за падения Израиля


Отметим и еще что-то важное: первые скрижали были в буквальном

смысле высшим светом Торы, вовсе не зависящим от действий

Израиля. Поэтому и сама скрижаль была создана силой Небес. Но

после того, как Израиль согрешил, образовалось огромное расстояние

между ним и светом первых скрижалей. Евреи оказались неспособны

выстоять в этом свете. Это подобно тому, как если бы великую мудрость

преподавали детям в первом классе. Они не поймут ее и, само собой, она не сможет направлять их на их пути и уровне. Поэтому Тора должна

была сократиться для того уровня, на котором Израиль оказался после

греха, чтобы принести ему такое учение, которое смогло бы вести его в

том низком состоянии, куда он упал. В этом суть вторых скрижалей —

сокращение света Торы для облачения в человека после греха (см.

«Талелей Хаим, Бемидбар», раздел о празднике Шавуот). Эти скрижали

были сделаны руками человеческими, что указывает на приспособление

Торы к уровню людей внизу. Так свет Торы ослабевает вследствие

грехов Израиля, как говорили мудрецы. Если бы скрижали не разбились, Тора не ослабла бы, и ее тайны не были бы переданы внешним силам, как это произошло из-за падения Израиля. Получается, что корень

разрушения Храма заложен в разбиении первых скрижалей. Удаление

Шхины происходит, прежде всего, из-за греха с тельцом, ударившего по

связи евреев с Торой. Поэтому 17-е Тамуза, когда были разбиты

скрижали, становится началом «дней между бедами», длящимися до 9-

го Ава, когда был разрушен Храм. Это указывает на то, что удаление

Шхины имеет корень в удалении света Тиферет от Израиля.


Уровни Храма


Итак, мы выучили, что нисхождение Шхины в Малхут, в Храм, зависит от действий Израиля. Поэтому в этом явлении есть разные

уровни в соответствии с действиями евреев. Шхина поднимается и

спускается вместе с Израилем, в зависимости от наших действий. Чем

больше прибавится у евреев заслуг и чистоты, тем в большей силе и

красоте раскроется Шхина. Это подобно тому, как здоровье тела и его

устойчивость влияют на степень раскрытия души. Поэтому в Храме мы

находим разные уровни. Есть Мишкан в пустыне — переносное, непостоянное сооружение. Иногда его разбирают для перемещения. Он

стоял в Гильгале и Шило. И сделана из полотен, а не из камней. Мишкан

в Шило назван «покоем», но еще не «наследием» (Звахим, конец гл. 14).

А Храм был из дерева и камней. Это более прочное сооружение, подобное укрепленному телу, проявляющему в себе душу с большей

силой. Но и там мы видим разные уровни. Во втором Храме

недоставало пяти вещей, поскольку его корень был в более

ограниченном свете, чем первый Храм, хотя оба были постоянными

зданиями. И в самом периоде существования Храма есть разные

уровни. Во времена второго Храма был период, когда западная свеча

погасла (Иома 39 б), что указывает на удаление Шхины и ослабление

связи с ней. Все это выражает разные степени пребывания Шхины, уровни святости Храма. Корнем всего этого является Шхина, зависящая

от действий Израиля и его выбора. Она странствует вместе с евреями, поднимаясь и спускаясь с ними.


Иерусалим — совершенство и влияние


Иерусалим — «трепет» и «совершенство»


Рассмотрев все это, вернемся к сукке и ее связи с Храмом.

Мудрецы в Ми-драше открывают нам глубину этой связи (Берешит Раба

56:10):


««И назвал Авраам имя месту тому: Б-г увидит» (Берешит

22:14). Раби Йонатан говорил: «Сказал он перед Ним: Владыка

миров! Когда Ты сказал мне: «Возьми своего единственного сына», мне было что ответить — вчера Ты говорил: «В Ицхаке

наречется тебе потомство» (там же 21:12), а теперь говоришь:

«Возьми своего единственного сына»?! (там же 22:2). Но я все

равно сделал так [как Ты велел] — подавил свое милосердие, чтобы исполнить Твою волю. Да будет воля Твоя, Б-г Всесильный

наш, когда потомки Ицхака придут к грехам и плохим поступкам, припомнить им то связывание и исполниться к ним

милосердием».

Авраам назвал его «увидит», как сказано: «И назвал Авраам

имя месту тому: Б-г увидит». Шем назвал его «совершенным»

(Шалем), как сказано: «Малхицедек, царь Шалема» (Берешит

14:18). Сказал Святой, благословен Он: Если назову его «увидит»

(ирьэ), как это сделал Авраам, праведный Шем вознегодует; если

назову

его

«совершенным»

(шалем),

праведный

Авраам

вознегодует. Поэтому назову Я его «Йерушалем», как назвали его

они оба — «увидит совершенный», Иерусалим. Раби Бере-хия от

имени раби Хелбо сказал: «Пока он был совершенным, Святой, благословен Он, сделал там сукку и молился в ней, как сказано: «И

была в Шалеме сукка Его и обитель в Ционе» (Теилим 76:3). И что

же Он произносил? «Да будет воля, чтобы увидел Я

строительство Моего дома». Другой смысл: Это учит нас тому, что Святой, благословен Он, показал ему Храм разрушенным и

отстроенным, как сказано: «Имя месту тому: Б-г увидит» — это

построенный Храм, как говорится: «Три раза в год увидится»

(Дварим 16:16). «О чем говорится сегодня: на горе Б-г» — это

разрушенный, как сказано: «На горе Цион опустошенной» (Эйха

5:18). «Б-г увидит» — отстроенный и улучшенный в будущем, как

сказано: «Ибо отстроит Б-г Цион и явится в славе Своей»

(Теилим 102:17)».


Нужно понять в словах мудрецов, в чем разногласие между

Авраамом и Шемом, сыном Ноаха. Ведь, как известно, имена даются не

случайно. Они намекают на внутреннюю суть вещей. Следовательно, если эти двое разошлись во взглядах на то, как назвать святое место, значит, их разногласие имеет сущностный и глубокий характер. Шем

решил назвать его «совершенным» (Шалем), а Авраам хотел назвать

«увидит» (Иръэ). Надо понять различие между этими двумя именами.

Слово «шалем» призвано указать на совершенство святого места,

«иръэ» указывает, как оно влияет на весь мир, поскольку оттуда в мир

исходит трепет (иръа). Здесь заключена суть трепета перед Небесами

— это качественное и глубокое воздействие на все творения. Значит, слово «шалем» указывает на возвышенность святого места самого по

себе, а «иръэ» — на его цель, влияние на мир. Ведь Храм в нижнем

мире для того и существует, чтобы приносить Божественный свет во все

миры, очищать их и поднимать к святости.


Шем в сравнении с Авраамом


Здесь кроется большое различие между Авраамом и Шемом. Шем

смотрит на святость и видит, что она совершенна. Действительно, святость не зависит от творений и нижних миров. Даже если творения

падают, и миры пребывают во тьме и осквернении, внутренняя святость

всегда остается в совершенстве. Ведь она не зависит ни от какого

внешнего фактора. Она совершенна и существует вечно. «Святое

всегда существует» (Санедрин 92 а). Ко всякой вещи, зависящей от

других, совершенство приходит через них, но святое, Божественный

свет, от творений не зависит вовсе. Наоборот, это он их создал и

образовал, и его совершенство неизменно. Поэтому, когда размышляют

о внутренней сути святого места, о превосходстве Храма самого по

себе, становится ясно, что он совершенен во всем. Даже в поколениях

Шема и Авраама, когда весь мир был полон язычества и

идолопоклонства и был далек от трепета перед Всесильным и связи со

святым Храмом, все равно этот недостаток и падение ничего не отняли

от совершенства самой святости. Вот почему Шем решил назвать это

место «Шалем», указывая на сущностное превосходство святости — на

то, что она опирается на собственную силу и не зависит ни от чего

иного. Она всегда совершенна, даже когда весь мир во тьме и во мраке

язычества, оскверненный грехами.

Возможно, это как раз и выражает разницу между Ноахом и

Авраамом. Шем учился у своего отца Ноаха, который был праведником

сам по себе. Но Авраам хотел повлиять на весь мир, а не только

добраться до внутренней точки святости, где пребывает совершенство, чтобы потом не выходить оттуда наружу в нижний мир. Поэтому Авраам

не стал называть это место «совершенным». Хотя, по сути, эта святость

действительно совершенна во всем и навсегда, все же ее влияние

вовне тогда еще не было совершенным, а мир оставался темным и

низменным. Авраам хотел назвать это место именно с точки зрения его

цели — влияния на все миры. Поэтому решил назвать его «иръэ», чтобы

указать на его функцию и задачу — передавать трепет и постижение

Божественного всем творениям. «Иръэ» можно объяснить и как трепет

перед Небесами, и как видение и постижение. Оба эти смысла сводятся

к одному и тому же.


«Йерушалем» — совершенство святости

и ее влияние на мир


Всевышний называет это место «Йерушалем», объединяя оба

имени. На самом деле совершенным является соединение: с

внутренней стороны, святое всегда пребывает в совершенстве, и нельзя

думать, что если мир не получает влияния святости, то и сама святость

из-за этого страдает. Ведь она не зависит от того, что снаружи нее, и

потому ее совершенство остается вечным. Это возвещает также о силе

и могуществе святости, которая всегда остается совершенной, вопреки

всем спускам и падениям мира и Израиля. Ее внутренняя сила всегда

присутствует и в будущем проявится в действии во всем свете.

Святость—словно зерно великого дерева. Вся сила дерева кроется в

этом зерне, и потому, даже если ветви его были отрублены, оставшееся

зерно гарантирует, что все возвратится в полному совершенству. Ведь

вред не поразил корень и суть, но лишь внешние проявления. Таким

образом, имя «Совершенный» касается собственной неуязвимости

святости, а значит, и ее вечности, и великой силы. Она восстает из всех

падений и озаряет мир. Это подобно душе народа Израиля, которая, вопреки всем грехам, остается в своем совершенстве. Следовательно, евреям гарантировано, что они вернутся к Б-гу, ибо сама их душа

побудит их к этому.

Но одного имени «Совершенный» еще не достаточно. В нем не

хватает задачи и цели святости — влияния, исправления и возвышения

всего остального. Поэтому приходит имя «Увидит», указывая на суть и

содержание святого места, которое призвано осветить лицо земли и все, что ее наполняет. Творец объединил оба имени и назвал это место

Иерусалимом, предваряя совершенство видением (а также трепетом).

Это указывает на важность влияния на весь мир. Согласно высшему

предназначению, это важнее собственно совершенства.


Сукка — вечный след от Храма


«Святой, благословен Он, сделал сукку и молился в ней»


До сих пор мы коснулись только половины Мидраша. В этой связи, поймем и его продолжение (цитируем снова):


«Раби Берехия от имени раби Хелбо сказал: «Пока он был

совершенным, Святой, благословен Он, сделал там сукку и

молился в ней, как сказано: «И была в Шалеме сукка Его и обитель

в Ционе» (Теилим 76:3). И что же Он произносил? «Да будет воля, чтобы Я увидел строительство Моего дома». Другой смысл: Это

учит нас тому, что Святой, благословен Он, показал ему Храм

разрушенным и построенным, как сказано: «Имя месту тому Б-г

увидит» — это построенный Храм, как говорится: «Три раза в

год увидится» (Дварим 16:16). «О чем говорится сегодня: на горе

Б-г» — это разрушенный, как сказано: «На горе Цион

опустошенной» (Эйха 5:18). «Б-г увидит» — отстроенный и

улучшенный в будущем, как сказано: «Ибо отстроит Б-г Цион и

явится в славе Своей» (Теилим 102:17)».


Здесь мудрецы открывают нам дополнительную глубину в имени

«Увидит». Оно намекает на видение, как сказано: «Да будет воля, чтобы

Я увидел строительство Моего дома». Видение — это постижение

своими глазами, и оно означает, что потенциальное совершенство

реализуется в действии и раскрывается во всем великолепии.

«Совершенный» касается собственно святости. Например, душа сама по

себе совершенна — она всегда полноценна и исправна. Но такое

совершенство еще должно раскрыться в действии, а не оставаться

скрытым в своем внутреннем потенциале. Это раскрытие как раз

связано с видением — все должны увидеть совершенство, и пусть оно

не остается спрятанным само в себе. Следовательно, имя «Увидит»

призвано возвестить о великом будущем, когда Иерусалим

распространится в своей святости, и все постигнут его красоту. Это

видно из продолжения Мидраша, где говорится:


«Другой смысл: Это учит нас тому, что Святой, благословен

Он, показал ему Храм разрушенным и построенным, как сказано:

«Имя месту тому Б-г увидит» — это построенный Храм, как

говорится: «Три раза в год увидится» (Дварим 16:16). «О чем

говорится сегодня: на горе Б-г» — это разрушенный, как сказано:

«На горе Цион опустошенной» (Эйха 5:18). «Б-г увидит» —

отстроенный и улучшенный в будущем, как сказано: «Ибо

отстроит Б-г Цион и явится в славе Своей» (Теилим 102:17)».


Мудрецы учат, что «видение» указывает на будущее, когда все

будет отстроенным и улучшенным, как сказано: «Три раза в год увидит

(явится) каждый мужчина» (Дварим 16:16). Значит, название

«Совершенный» указывает на собственное совершенство святости, а

«Увидит» — на совершенство миров, когда все постигнут и увидят эту

святость своими глазами.

Об этом и говорят мудрецы в Мидраше: «Пока он был

совершенным, Святой, благословен Он, сделал там сукку и молился в

ней, каксказано: «И была в Шалеме сукка Его и обитель в Ционе»

(Теилим 76:3). И что же Он произносил? «Да будет воля, чтобы Я увидел

строительство Моего дома»». Иными словами, несмотря на то, что

святое место совершенно само по себе, Всевышний сделал сукку и

молился в ней, говоря: «Да будет воля, чтобы Я увидел строительство

Моего дома». Молитва — это побуждение реализовать скрытые силы, не оставлять способности света к избавлению, исцелению и дарованию

успеха в глубине, во внутренней стороне миров, а пробудить их и

принести на землю, чтобы они засветились явственно. В этом принцип

молитвы в отличие от Торы. Тора находится на небе, и она всегда

совершенна, а молитва — в том месте, где есть недостатки, в нашем

мире. Это «жизнь текущего момента» (Шаббат 10 а), желание привлечь

свет совершенства в место, где не хватает, и восполнить ее. Значит, принцип «Шалем» — это Тора в Иерусалиме, а принцип «Иръэ» —

молитва в Иерусалиме. Храм, как известно, имеет корень и в Торе, и в

молитве, как сказано: «Ибо из Циона выйдет Тора, и слово Б-жье — из

Иерусалима» (Ишайя 2:3), и говорится также: «Ибо дом Мой домом

молитвы назовется для всех народов» (Ишайя 56:7).

Как бы то ни было, Всевышний говорит, что хотя место само по себе

совершенно, Он молится, чтобы увидеть строительство Храма. Это

должно открыться зрению через полное проявление, а не оставаться

только в скрытом потенциале. В этом секрет молитвы — она переносит

из скрытого в проявленное.


«В Шалеме сукка Его» и «Падающая сукка Давида»


То, что Всевышний сделал сукку и молился в ней, мудрецы выводят

из фразы: «И была в Шалеме сукка Его». Это нужно понять получше.

Здесь содержится указание на суть сукки, которая, прежде всего, связана с Храмом. Более того, сукка находится как раз в точке

соединения между «Совершенным» и «Увидит» — между светом, скрывающимся внутри и еще не пришедшем к реализации, и видением

его во всем мире после его выхода к проявлению. Мудрецы учат, что Б-г

молился в сукке. Они намекают, что сила сукки связана с приведением

внутреннего совершенства к раскрытию. Вот почему Он молился именно

в ней. Они хотят раскрыть нам секрет сукки, которая с одной стороны

связана с совершенством святости (по принципу «В Шалеме сукка Его»), а с другой она открывает это совершенство вовне, чтобы светить миру.

Поэтому в сукке Б-г молился именно о раскрытии света. Из этого

размышления мы можем глубже понять суть сукки. Как видим, она

связана с Храмом и, особенно, с требованием дойти до его

строительства и совершенства, чтобы он озарил весь мир.

Нужно понять глубже, что значит, что Всевышний молился в сукке о

строительстве Храма. Это символизирует, с одной стороны, что сукка

предназначена для трудных времен, когда чувствуется отсутствие

Храма, и нужно молиться об этом. С другой стороны, сукка помогает

восполнить недостаток и построить Храм. Вот почему молитва о его

строительстве свершается в ней. Это призвано научить нас тому, что

сукка связана с состоянием изгнания и униженности, когда Храм с его

великолепием отсутствует. И в то же время она действует и движет все

к восполнению недостатка, к выходу из изгнания и строительству Храма.

Связь между суккой и изгнанием мы видим у пророка, который

описывает сукку как нечто падающее, как сказано: «Падающая сукка

Давида» (Амос 9:11). Это указывает на бедность и обнищание. В то же

время пророчество о восстановлении тоже идет от сукки: «В тот день Я

восставлю падающую сукку Давида». Видно, что и избавление связано с

ней. Поэтому можно сделать вывод, что сукка внешне выражает

состояние недостатка и изгнания, а внутри выражает поднимающую

силу — скрытую святость, которая не прекращается ни на секунду, но

действует внутри миров, чтобы восполнить недостаток и поднять

Израиль, пока не приведет его к Храму.


«След» святости и его действие


Объяснение заключается в том, что любая святость, как известно из

книг, оставляет след, который не исчезает никогда (это приводится во

многих местах, например, в Шаар а-Каванот, главы о повторение Амиды

5; главы о субботе 1; главы о добавке к субботе 2; главы о Рош а-Шана

— предисловие). Любой уровень святости, проявивший свет в мире, оставляет след в глубинах реальности, даже если потом наступает

кризис, из-за которого этот уровень исчезает. Этот след продолжает

действовать, пока не исправит все и не вернет тот святой уровень на

прежнее место. Это незыблемый принцип во внутренней части Торы: нет такого свечения святости, которое бы не оставляло следа, существующего вечно. Мудрецы сказали об этом, что Шхина никогда не

отходила от западной стены (Шмот Раба 2:2). Это как раз такой след, оставшийся с древних времен от великолепия и сияния Храма.

Этот след очень важен, а главное его назначение — гарантировать

обновление поврежденной святости. Иными словами, хотя святость

была разрушена и отлетела вверх, это затрагивает лишь

количественный аспект. Но след — как зерно дерева, в котором кроется

потенциал его полного обновления. Даже если дерево сжечь или

срубить, одно маленькое зерно способно восстановить все заново. В

этом состоит секрет искр, которые прячутся в осколках сосудов. Они

остались вместе с разрушенными сосудами после удаления света. Эти

искры — то же, что и «пар костей», пребывающий в сухих останках.

Эти искры — и есть зерна в сравнении со светами, подобными

большим деревьям. Даже в одной маленькой искре есть сила обновить

все света78.


78 «Высшее благо иногда падает в такие глубины бездны, чтобы необходимость вынуждала

поднимать все миры, ибо даже одна искра Божественного блага заставляет все их идти к

возвышению» (Шмоне Квацим 2, 52).


Такова

сила

сокращения:

она

ограничила

Божественным

могуществом все верхние света в одной крохотной точке — в искре, остатке ушедшей святости, но от этого следа все обновится (см.

ЭцХаим, врата 18, середина 1-й главы). Искра и след не успокаиваются

ни на мгновение. Они активно действуют в глубинах реальности и изо

всех сил побуждают внутреннюю суть мира выйти наружу, исправить

все, продвинуть мир, чтобы возвысился, очистился и стал достойным

возвращения к нему всех святых венцов, что ушли от него. Ни капли не

пропадет даром, ибо все вернется и обновится полностью. Искра

подобна глубоким мыслям о возвращении к Б-гу в сердце каждого еврея.

Даже величайшие злодеи полны раскаяния. Хотя они и сильно

согрешили, разрушив святость своих душ, все же душевная искра

прячется внутри и толкает изнутри сердца к полному исправлению. Она

не успокоится и не утихнет никогда, пока все не обновится, как в былые

дни.


Сукка — след Храма во всех поколениях


Значит, это и есть след святости, оставшийся после ухода великого

света. После изучения Мидраша, мы можем сказать, что суть сукки —

след Храма, оставшийся после его разрушения. Хотя великое

святилище уничтожено, его свет и святость все равно запечатлены в

виде остатка глубоко в мирах и в народе Израиля. Этот остаток и есть

сукка. Это Храм, оставшийся с Израилем на все поколения, даже в

изгнании и в чужих странах. Его корень в том, на что мудрецы намекали, приводя слова из Писания: «И была в Шалеме сукка Его». Сукка связана

с именем «Шалем», указывающим на собственное совершенство

святости, не зависящее от внешней реальности. Это совершенство

защищает суть святости от всякого падения. Она никогда не будет

разрушена, это может случиться только с ее внешними проявлениями.

Сукка черпает свою силу с этого уровня, от имени «Шалем», указывающего на суть святости, оставшуюся навсегда в своем

совершенстве и силе, на которую не повлияло никакое разрушение и

падение, ибо святое существует вечно.

Сукка,

таким

образом,

является

сущностным

сиянием

совершенства, вечной святости. Это также след, остающийся навечно, поскольку ему никогда не сможет повредить никакой грех и скверна.

Ведь он превознесен над всякой нечистотой и всеми структурами зла в

мире. Он вечен и свят, как и его высший источник — великий и святой

свет, пребывающий в вечности. Как Б-г вечносу-щий — так и святость, но ее вечность сокращается в крохотную внутреннюю точку, полную, однако, силы и могущества. Эта точка и есть след от святости. А если

речь идет о Храме, то это как раз и есть сукка, которая является домом

для Б-га, как мы видели в первом Мидраше: «Сделайте сукку для

Стража».

Получается, что сукка — это тип Храма, всегда находящийся вместе

с Израилем — как во времена славы его и полноценного проживания

народа в своей стране, так и в дни национального краха и разрушения

Храма, когда мы оказываемся в горьком и тяжком изгнании, «в

сокрушении дочери народа моего, отданной жестоким». Сукка — это

могучая утверждающая сила, на которую не могут повлиять ни крах, ни

разрушение. Она способна поддерживать все, поскольку действует

изнутри и соединяет Израиль с вершинами святости, протягивая к нему

оттуда сияние и благодать через скрытый и тайный душевный канал. Он

продолжает укреплять силу евреев, пока они не встанут, не отряхнутся

от праха унижения и не вернутся кжеланию Храма и обновлению, как в

былые дни.


Тоска по Храму


Отсюда мы поймем великую тайну: именно дни Суккот — это

наиболее глубокое время пробуждения тоски по Храму. Радость Бейт а-

Шоева, из которой черпали дух святости и чудеса благодати при

подъеме именно на праздник Суккот, при возлиянии воды и вина и

сильном веселье перед Б-гом — все это осталось в виде глубокого

впечатления в нас на все поколения. Поток этих ощущений чувствуют

все, кто идет на празднование Бейт а-Шоева, которое проводят во

дворах хасидов, в каждом месте по-своему. Но везде одна задача —

пробудить желание к Храму, обновить святую радость народа Б-жьего в

доме Б-жьем. Эта тоска выражается в псалме на праздник Суккот:

«Вспоминаю об этом и изливаю душу свою ... бездна к бездне взывает

шумом водопадов Твоих», «При звуке пения и благодарности празднует

толпа» (Теилим 42:5, 8). Эта память в праздник Суккот — результат

влияния сукки на нас. Ведь это и есть буквально тайна освященного

Храма, место святости и крувим. «И была в Шалеме сукка Его», но она

представляет собой лишь крохотный след и остаток — зерно высшего

света. Храм — это «большое и сильное древо» высшей святости, а сукка

— его зерно, которое в будущем вырастит заново все это дерево, вскоре

и в наши дни, амен.


«Падающая сукка Давида» и вечность


Отсюда мы сможем понять, почему сукка называется «падающей

суккой Давида». Ведь мы уже сказали, что она представляет собой след

от святости, который никогда не уходит. У него есть защитная сила от

всякого падения и кризиса. Почему же тогда сукка называется

«падающей»? Она называется «падающей» в настоящем времени, что

намекает на этот след внутри. Пророк, как мы видим, проклял Израиль, чтобы был как тростник, и вот что говорят мудрецы (Таанит 20 а):


«Сказал раби Шмуэль бар Нахмани, сказал раби Йонатан: О

чем это написано «Полезны раны от любящего, но лживы поцелуи

ненавистника» (Мишлей 27:6)? Проклятье, наложенное Ахией

АШилони на Израиль, лучше, чем благословение, которое дал ему

злодей Билам. Ахия АШилони проклял евреев быть подобными

тростнику. Он сказал: «И поразит Б-г Израиль, как колеблющийся

тростник» (Млахим I 14:15). Тростник стоит среди воды, ствол

его обновляется, а корни велики, и даже если все ветра в мире

придут и будут дуть на него, не вырвут его с места, но он будет

двигаться с ними, а когда стихнут ветра, тростник останется

на своем месте. Но злодей Билам благословил евреев быть

подобными кедру, как сказано: «Словно кедры на воде» (Бемидбар

24:6). Кедр обычно стоит не на воде, и ствол его не обновляется, а корни не велики. Ветра дуют на него и не могут сдвинуть, но

как

только

подует

южный

ветер,

вырывает

его

и

переворачивает. Более того, тростник удостоился того, что из

него делают инструмент для написания свитка Торы, Пророков и

Писаний».


Мудрецы учат нас, что когда Ахия АШилони был вынужден

проклясть Израиль, он проклял его тем, что внутри указывает как раз на

благословение. Он сказал, что Израиль будет качаться, как тростник.

Тростник и вправду качается, но он гибкий и мягкий, так что никогда сам

не ломается, но сгибается под ветром, а потом вновь выпрямляется во

весь рост. Билам же благословил Израиль, сравнив с кедром, который

действительно весьма прочен. Но когда приходит южный ветер, то

вырывает его с места, и больше уже ничто этому кедру не поможет.

Получается, что именно гибкость и мягкость наряду со склонностью

падать, как это проявляется у тростника, указывает на скрытую

прочность. В отличие от внешней и затвердевшей прочности кедра у

тростника она внутренняя и тонкая. Он никогда не ломается несмотря на

то, что много раз онвынужден склоняться.

Это буквально и есть «падающая» сукка Давида, в настоящем

времени. Она характеризуется тем, что постоянно падает, потому, что

каждый раз восстает после падения. Она подобна тростнику, выпрямляющемуся после того, как его согнули. Так и сукка Давида

встает постоянно, каждый раз заново, и ее падение никогда не бывает

окончательным и абсолютным. Она лишь сгибается, проявляя внешнюю

слабость, количественную, временную, но нет в ней сущностного

внутреннего повреждения. Следовательно, принцип падающей сукки

Давида — это намек на идею следа, на внешнюю слабость святости, которая удалилась и сильно сократилась. Но внутренняя ее сторона

свидетельствует о прочности, силе и могуществе на все времена.

Таким образом, сукка Давида — и есть вечный Храм, всегда

совершенное здание, даже если его не видят. Даже когда в нем не

проявляется имя «Иръэ», и он не открывается всем, внутри него

пребывает абсолютное совершенство: «И была в Шалеме сукка Его».

«Слово «и была» — не что иное, как выражение страдания» (Мегила 10

б). Это страдание о внешнем разрушении, но внутри все совершенно.

Сукка невредима, след от Храма никогда не исчезает в Израиле. Своей

внутренней силой он гарантирует возвращение всего, полное

обновление славного прошлого нашего народа, которое произойдет

вскоре, как тогда.


Лучи света от Храма протягиваются к сукке


Теперь мы поймем тайну сукки. Это лучи света от сладостной

благодати Храма, от святости, распространявшейся в нем во всей силе

и красоте. Каждый год, пребывая в сукке, мы испытываем нечто

подобное этой благодати — что-то вроде света, озарявшего великий и

святой Храм. Вот почему сукка так любима. Изнутри она устлана

любовью к Б-гу и Его прекрасной святостью. Как у Храма вся суть

заключается в любви Святого, благословен Он, и общины Израиля, так и

сукка со своей огромной святостью открывает сердце к любви к Б-гу и к

Шхине, к наслаждению единением Возлюбленных. Б-г вернется в Свой

дом и чертог, возвратит коэнов к их служению, левитов к их

возвышениям и весь Израиль на его место.

Это подобно паре любящих. Пришли отряды врагов и разрушили их

дом, а самих взяли в плен, оторвав жену от мужа и посадив каждого в

отдельную камеру. Сидят они и плачут, пока не проходит много лет.

Чувства притупились, дни молодости забыты из-за тягот и бремени

выживания. Воспоминания о прошлом почти улетучились. Но один раз в

год каждого из них приводят в место, похожее на их дом, которое и

устройством своим его напоминает. Там чувствуются запахи блюд, которые они ели, есть музыка и песни, которые они вместе пели

вечером в шаббат. Все эти впечатления проникают в сердце и

пробивают пыль, накопившуюся за много лет, достигают самой глубины, доходят до живых нервов и пробуждают от забвения былые дни, возвращают память о наслаждении. Тоска растет, и сердце сжимается и

наполняется чувствами, припоминая уют дома, любовь после свадьбы, и

слезы заливают их лица вместе со стремлениями душ и порывом к

прошлому.

Так любимая сукка напоминает о забытом, погрузившемся глубоко

за тысячи лет изгнания, так что кажется, что ничего и не было. Но это не

так: появляется сукка с ее святостью и красотой, прелестью и сиянием

света и проникает в сердце и внутренности. Она будоражит

воспоминания, заполняет сердце памятью о прежних днях — о радости

Бейт а-Шоева и видении лица Б-га. «Это вспомню и изолью душу свою»

с тоской и стремлением, с песнью: «Царь милосердный, смилуйся над

нами, Добрый и творящий добро, явись нам. Вернись к нам в изобилии

Твоего милосердия ради отцов, творивших волю Твою. Построй Свой

дом, как вначале, утверди Храм на его месте, покажи нам его постройку, порадуй его становлением и верни Шхину в него». Молитва пробивается

из сердца, а лулав и другие растения очищают и утончают его, чтобы

вновь ощутить что-то похожее на то, как поднимали лулав в Храме Б-

жьем, когда святой народ радовался, и Всесильный был с ним.

«Счастлив глаз, видевший все это, но от того, что слышат уши, скорбит

душа наша».


«Блаженство в деснице Твоей навечно»


В сукке есть не только напоминание о прошлом, не только сила, вызывающая ощущение Храма, но и нить надежды на новое строение —

на третий Храм. Это радость сукки, радость упования на Б-га: «Тени Его

жаждала я и сидела в ней», «Ибо укроет меня в сукке Своей». Это

радость нашей победы, которая создает уверенность в наших сердцах, что изгнание пройдет, и облака тьмы быстро рассеются, а слава Б-га

воссияет над нами. Мы вернемся, и с нами исполнится сказанное:

«Радостью возрадуюсь в Б-ге, ликовать будет душа моя во Всесильном, ибо Он одел меня в одежды спасения, одеянием справедливости облек

меня, как жених возлагает на себя священнический венец и как невеста

украшается драгоценностями своими» (Ишайя 61:10). Развалины вновь

отстроятся, руины вечные восстановятся. Сукка Давида поднимется и

встанет, а великий и святой Храм быстро спустится к нам во всем

великолепии. Вот почему мы радуемся в Суккот, с добрым сердцем, связанные с Божественной вечностью: «Возвести мне путь жизни, насыщен радостью перед лицом Твоим, блаженство в деснице Твоей

навечно» (Теилим 16:11). Вечность (Нецах) приносит с собой благодать

и насыщение радостью, поскольку мы понимаем путь жизни. Сукка

передает нам тайну исторического процесса и пути народа. Она учит

понимать, что любое разрушение пройдет, и изгнание исчезнет, а

Израиль вернется и достигнет успеха. «Дни молодости» вновь прилетят, как орел, можно будет подняться и взойти на гору Храма Б-жьего, с

которой исходит Тора, как и слово Его — из Иерусалима.

Отсюда мы учим, что праздник Суккот и заповедь сукки в

особенности — это празднование, посвященное Храму. Практическая

заповедь сукки служит напоминанием о нем. Если свечи в Хануку

намекают на светильник в Храме Б-жьем, то сукка намекает на весь этот

Храм целиком. Это не просто «напоминание», но реальная

действующая сила, исходящая из света Храма, которая пробуждает

Израиль и действует в душах, чтобы мы удостоились увидеть его

строительство. В этом тайна сукки, которую Всевышний сделал, чтобы

молиться в ней, как сказали мудрецы в Мидраше. Его молитва гласила:

«Да будет воля, чтобы Я увидел строительство Моего дома». Значит, это сукка приводит к тому, чтобы увидеть постройку Храма.


Крохотный остаток Храма


Глубинный смысл здесь кроется в том, что мы видели прежде: Храм

— это Шхина, и потому в нем выделяются разные уровни. Когда-то это

было каменное здание в Иерусалиме. До этого Мишкан стоял в Шило, еще раньше это был передвижной Мишкан в пустыне. Иногда он в

состоянии полного разрушения, когда мы уходим в изгнание. Все эти

уровни — степени свечения Шхины в Израиле в соответствии с его

действиями. Однако, Шхина никогда не отходила от народа Израиля, и

след ее святости не исчезал у нас. В связи с этим есть заповедь сукки —

вечный Храм, всегда остающийся с нами. Он спустился с нами в

изгнание и был с нами даже в самом низу в чужих странах. Благодаря

его силе мы встали и поднялись в землю Израиля. Еще будет отстроена

«дева дома Израиля», еще восстановится великое и святое здание

посредством силы сукки и ее действия во всех поколениях.

Пророческое видение указывает, что Б-г восстановит «падающую

сукку Давида», а это как раз означает строительство Храма. Получается, что точка, в которую сжалась Шхина, спустившись на самую глубину, кроется в сукке. Это зерно света, которое не исчезнет никогда. Однако, это временное жилище, и у него нет красоты и великолепия роскошного

Храма. Но именно благодаря этому она выражает саму сущность связи

между Всевышним и народом Израиля. У нее нет внешних признаков.

Только само проживание в ней Всевышнего и Его Супруги, выражающее

любовь между ними (см. Санедрин 7 а: «Когда наша любовь была

страстной»). Поэтому Святой, благословен Он, молился в сукке. Ведь

она вызывает эту связь, когда уже не осталось никаких внешних

признаков красоты и великолепия, способных завлечь сердце и

заставить забыть о внутренней сути. Скромность сукки этого не

позволяет, как и скромность мацы. В них нет ничего лишнего, и потому

они подчеркивают только суть. С помощью этого собственного

пробуждения можно встать и поднять все упавшее.

Да будет воля, чтобы мы поскорее удостоились полного

восстановления Шхины во всем величии, чтобы была она «древом

большим и могучим». Все святые искры восстанут, обновятся и притянут

свет свыше, вместе с приходом праведного Машиаха и сооружением

Храма в наши дни. Амен и амен!


ПЯТЫЙ ДЕНЬ

Год - Аарон


Строение сукки,

схах и подъем миров


Сукка, Храм и древо познания


Храм и древо познания


В предыдущем разделе мы видели вечную силу света сукки, способную исправить разрушения и привести к строительству Храма. В

этом разделе попробуем глубже войти в эту тему и посмотреть

подробнее, в чем связь сукки, исправления мира и строительства

Храма. Главное в сукке, как известно, — схах, а значит, размышление о

нем сможет научить нас лучше понять суть сукки. Поэтому попробуем, с

Б-жьей помощью, в этом разделе проанализировать глубокие идеи, связанные с сутью схаха, — особенно законы, касающиеся материалов, пригодных для покрытия. И благодаря этому постараемся узнать секрет

исправления мира с помощью сукки.

Отметим, прежде всего, важный принцип, разбираемый в книгах.

Известно, что древо жизни и древо познания — это внутреннее и

внешнее («Кинъат Ашем Цваот» Рамхаля, «Исправление внутреннего и

внешнего»). Древо жизни — это внутренняя сторона Израиля и

внутренняя святость, которая никогда не может пострадать. А древо

познания — внешнее. Оно выражает проявление святости в мирах, и его

могут повредить грехи человека. Тора — древо жизни, а Храм —

раскрытие святости, древо познания (Шаарей Цедек, врата 2). Об этом

мы говорили в предыдущем разделе. Тора совершенна сама по себе и

никогда не повреждается, чего нельзя сказать о Храме, который могут

разрушить грехи людей. Ведь он зависит от их поступков, как

проявление святости вовне.

На самом деле, корень разрушения Храма кроется в грехе с древом

познания. Внешняя сторона миров пострадала, и они были осквернены

грехом. А когда евреи осквернены внешней нечистотой, Шхина

удаляется из внешней сферы, и Храм рушится. Значит, главное

приготовление к строительству Храма коренится в исправлении греха с

древом познания. Уже в Мидраше мы видим намеки связь между суккой

и деревом (Мидраш Раба, Бемидбар 14:2):


«Об Аврааме написано: «И отдохните под деревом»

(Берешит 18:4). Он сделал им сукку, а Святой, благословен Он,

сделал суккот Своим детям при исходе из Египта: «Ибо в суккот

поселил Я сынов Израиля...» (Бемидбар 23:43)».


Мы видим, что сукка называется «деревом». А по книгам уже

известна связь дерева, упомянутого в истории с Авраамом, и древа

познания (Реканати к Торе, комментарий к фразе «И отдохните»; «Эц а-

Даат Тов» в том же месте). В любом случае, все так и есть: корень

Храма в принципе древа познания — в раскрытии святости вовне, а его

разрушение связано с древним грехопадением. Следовательно, корень

исцеления и исправления этого греха кроется в сукке, обладающей

силой восстановить разрушенный Храм.

Известно, что падение из-за древа познания выразилось в «кожаных

рубашках» (Берешит 3:21). Одежда, то есть внешняя сторона мира, упала вниз, и рубашки света (רוא) превратились в рубашки из кожи (רוע), как объясняется в книгах «Талелей Хаим» (Шмот, Бемидбар и др.).

Значит, все вещи нашего мира осквернились и стали нечистыми, так что

больше не раскрывают в себе Божественный свет. Они стали

непроницаемы для сияния и святости, и естественно увлекают сердце

человека к блуду, погоне за материальной нечистотой и забвению

Источника. Вместо того, чтобы пользоваться этим миром как сосудом

для высшего света, люди превращают мир в смысл жизни и

самостоятельную цель. Естественно, человек оскверняется и

отдаляется от святости. Так было во времена первого Храма, когда

богатство и обильное материальное благословение увлекли за собой

сердца евреев, и вместо того, чтобы пользоваться всем этим как

инструментом

раскрытия

Божественности,

они

сделали

это

самостоятельной целью. Сердца начали искать наживы и материальных

прелестей вследствие «осквернения кожи» (см. Орот, статья «Курс идей

в Израиле»).


Изгнание — аскетизм исправляет нечистоту материи


Получается, что корень разрушения заложен в осквернении и

погоне за внешним богатством. Следовательно, исправление

произойдет через возвышение материи, чтобы она вновь стала

«светом» (רוא), а не «кожей» (רוע). Таким образом внешнее станет

сосудом для раскрытия Божественности и не будет оставаться полным

нечистоты и грубости. Изгнание — это ни в коем случае не наказание из

мстительности. Оно направлено на исцеление болезни, приведшей к

греху и осквернению. На самом деле, изгнание — это отделение себя от

материи (см. Орот, стр. 52 и 159, Маамарей а-Райя, стр. 179). Исход из

нашей страны уничтожил всю нашу связь с материальными богатствами

народа. Без своей земли и государства мы стали нацией «витающей в

воздухе», оторванной от прикрепления к материальности, живущей в

бедности и нищете под игом других народов. Это бремя изгнания

произвело

на

нас

воздействие,

аналогичное

отделению

от

материальной жизни. Аскетизм, как известно, вырывает из души грубые

и необузданные наклонности стремления к материальным благам. Так

совершается исправление любого дурного вожделения — человек

борется, отстраняется и отдаляется, пока инстинкт не ослабнет, тогда

можно будет властвовать над ним. Таким образом, вся суть изгнания

состояла в отдалении от материальности, и мы были заняты только

мечтами: «Были как сновидцы» (Теилим 126:1). Мечтали о царстве

небесном, Храме и раскрытии Шхины. Мы жили духовной жизнью, углубляя мечты и предвкушая освобождение. Хотя практически даже не

коснулись его79.


79 «Мы очистились в горниле нищеты, над нами прошли годы, когда мы, как народ в целом, не

занимались материальными вещами. Мы были народом, парящим в воздухе, и мечтали только о

царстве небесном - об абсолютном Божественном благе. Это странное состояние стало для нас

исцелением, а внутри нас хорошо усвоилось естественное для нас стремление к общему

Божественному благу» (Орот, стр. 52).


Все это вызвало в нас исправление и очищение, и материальная

нечистота оторвалась от души народа (Орот, стр. 10, 3) — та нечистота, что скопилась за время первого Храма в результате погони за

материальными благами, вожделением к богатству и мирским

наслаждениям.

Действительно, во времена первого Храма Шхина присутствовала в

огромной степени, общая душа Израиля сияла во всем своем могучем

полете. Эта душа обитала в сильном и крепком теле, которое

представляло собой жизнь народа на своей земле. В дни Шломо было

большое богатство, слава и великолепие — «Луна в полноте» (Зоар 1, 223 а; 225 б и др.). Шхина давала сильный свет народу, живущему в

своей стране, который служил для нее телом. Богатство приумножалось, и материальная жизнь активно развивалась. Однако, древний грех, нечистота мутной материи, все еще не был исправлен. Грехопадение с

тельцом вернуло змеиную скверну Израилю, тело и материя оказались в

корне затронуты предательской силой, которая предает душу и увлекает

сердца людей к себе, чтобы они гнались за материальным и забывали

одеяниях Б-жьих.

Жизнь в полном великолепии несет не только огромную силу, но и

опасность. Развитие нашего мира, пока скверна еще гнездится в душе, может оказаться ловушкой и привести человека кувлечению

материальными вещами и осквернению, несмотря на Шхину в великом и

святом Храме. Об этом Б-г сообщил Моше еще до прихода в страну:

«Вот ты отойдешь к твоим отцам, и встанет этот народ, и увлечется

чужыми богами, что в стране» (Дварим 31:16). Было предсказано, что

евреи согрешат в своей стране и в Храме. И хотя к ним снизойдет

Шхина, и душа будет светить, все же богатое и крепкое тело еще не

очистилось. Поэтому ситуация перевернется вверх дном, и народ

предаст своего Создателя. И действительно, евреи пали и оказались

под влиянием нечистоты соседних народов. Увлеклись материей, сделали ее главным для себя, стали испорчены разными пороками, вожделениями и развратом. В итоге им пришлось уйти в изгнание, подобное отделению от всего материального. Нет единого народа и

царства, остались лишь абстрактные мечты, чистая духовная тоска, в

которой нет и следа от тела и его нечистоты.

Значит, главный грех, приведший к разрушению Храма — восстание

тела против души, погоня за материальным богатством вместо

Божественной красоты. Почему все это произошло? Потому что тело все

еще имело корень в принципе «кожи» (а не света), и ему оказалось

трудно стать сосудом для раскрытия Божественности. Каждый раз, когда

оно принимало благословение и богатство, оно тотчас стремилось

увлечься им и превратить для себя в цель и самостоятельную ценность, которая заставляет сердце забыть свет и наслаждение святостью.


Зачем нужно отрезать схах от земли?


Получается, что главное исправление корня греха, приведшего к

разрушению, — это подъем материального мира из состояния «кожи» в

состояние «света», выведение его из-под проклятия. Все это связано с

суккой, вся цель и суть ее — возвышение материи. На это намекают

законы ее строительства. Поразмыслим немного о некоторых законах

схаха. Первая основа — это закон (Шулхан Арух, Орах Хаим 629) о том, что схах должен быть сделан из того, что растет на земле. Но нужно

отрезать его от земли, поскольку ветви, все еще соединенные с ней, непригодны для сукки. Возникает вопрос: на первый взгляд, кажется

правомерным сказать, что схах должен быть сделан из того, что растет

на земле, поскольку это относится к созданному Б-гом, а не людскими

руками. А значит, в растениях есть природная сила творения, без

человеческих примесей. Как мы видели в других разделах, сделанное

руками человека принимает нечистоту, поэтому для схаха нужно брать

материал из того, что растет на земле, в естественном состоянии, нетронутом человеком и не подвергшемся обработке, а значит, не

принимающим нечистоту. Тогда можно было бы сказать, что соединение

схаха с землей — как раз преимущество, а не недостаток. Ведь, прежде

всего, соединенное с землей никогда не будет принимать нечистоту.

Лишь с того момента, когда растение срезано, оно может стать

нечистым. На глубинном уровне, нечистота связана со смертью, а все, что связано с жизнью, неуязвимо для нее. Значит, все, что соединено с

землей, не может принять нечистоту. Почему же в таком случае нужно

срезать ветви дерева для схаха? Ведь соединенные с землей они

обладают большим преимуществом!

Плюс к этому, связь с землей — это связь с источником жизненной

силы. Листья дерева, растущего на земле, остаются зелеными и

свежими. Так оно символизирует уровень, на котором можно питаться от

источника. Казалось бы, схаху следует быть соединенным с землей, с

источником жизненной силы. Ведь он призван принести благодать из

источника жизни, а значит, ему и самому стоит быть связанным с ним, чтобы быть сосудом, способным проводить жизненную энергию. Зачем

ему быть отделенным от почвы? Ведь это отрыв от жизни! Вот что

говорит Мишна (гл. 1, м. 4): «Положил на нее виноградную лозу, тыкву

или плющ и покрыл ими сукку — не пригодна. А если покрытие (из

других материалов) было больше них, или если отрезал их, —

пригодна». А мы спрашиваем: если кто-то сидит под покрытием из

виноградной лозы, почему сукка непригодна, пока эту лозу не отрежут от

земли? Ведь ее отрезание — отрыв от жизни, смерть виноградной лозы.

Почему именно благодаря этому получается годная сукка? Как этот

закон соответствует словам Торы и ее наставлениям в другом месте, где говорится (Дварим 20:19): «Когда возьмешь в осаду город на много

дней, чтобы воевать с ним и взять его, не губи деревья, занося над ними

топор, ибо от них будешь есть. Не руби его, ибо разве человек дерево

полевое, чтобы уйти от тебя в укрепление?»


Строение сукки и ее секреты


В свете этих вопросов поймем одну из глубочайших тайн схаха. В

законе (Швуот 6:6, Шулхан Арух - Хошен Мишпат 193) по разным

поводам говорится, что все, соединенное с землей, само считается

землей. Значит, все ветви дерева и виноградная лоза тоже имеют статус

земли, пока связаны с ней. Но схах — не земля, а потолок. Согласно

простому пониманию, земля не может служить потолком. В основе здесь

лежит осознание того, что сукка во всех своих составляющих имеет

очень высокие корни. У потолка есть определенный духовный принцип, а значит, и действие он производит вполне конкретное. У земли тоже

есть глубокий духовный смысл, и стены, образующие внутреннее

пространство, имеют корень в конкретных скрытых принципах. Отсюда

мы поймем и осознаем, что земля не может служить потолком из-за

различия в духовных принципах. Вот почему нужно отрезать ветви от

дерева, разорвать связь с землей, тем самым делая их пригодными

служить покрытием сукки.

Как бы то ни было, нам нужно понять, почему Тора сказала

покрывать сукку именно растениями, то есть тем, что было причастно

земле, росло из нее, а потом отрезано от земли, поднято и сделано

потолком, крышей, схахом. Конечно, у всего этого есть смысл, и он

связан с глубокой и фундаментальной идеей схаха. Известно, что схах

— корень и суть сукки. Значит, у этого закона есть глубокий смысл, касающийся всей ее сути. С Б-жьей помощью, подумаем над этим.


Три части в мирах, в человеке и в верхнем свете


Принцип места — потолок, стены и пол


Чтобы понять это, нам нужно задуматься о сути трех частей, из

которых состоит сукка, — потолка, стен, образующих ее пространство, и

пола. Несомненно, эти части связаны с принципом места, которое они

вместе образуют. Ведь любое место включает потолок, пол и

внутреннее пространство. Получается, что вся совокупность того, что

называется «местом», создана этими тремя частями. А значит, несомненно, есть связь между ними и мирами, так как миры как раз и

являются местом. Создание и сотворение миров — это создание места.

В основе миров два измерения — время и место. Место — это сами

миры, а управление ими и все, что с ними происходит, коренится во

времени, которое суть изменение и движение. Здесь разворачиваются

управление, изменения, действия, события и т. д. В любом случае, миры

— это место. А, значит, они связаны с этими частями: полом, потолком и

пространством.


Брия, Ецира и Асия


Известно, что нижних миров три — Брия (твоение), Ецира

(формирование) и Асия (завершение). На самом деле, в их высшем

корне эти три мира образуют вместе один общий и цельный мир (см.

Калах, вр. 38; Лешем Шво ве-Ахлама, предисловия и врата 7, 1, 1). Наш

учитель Рамхаль (Калах там же) объясняет это на примере человека, который, как известно, аналогичен мирам. Известно также, что он

состоит из Нефеш, Руах и Нешама. Эти три части являются внутренним

содержанием и различными пластами в его сути, а он в совокупности

включает их все. То же верно в отношении миров — они параллельны

уровням души человека: Нешама аналогична миру Брия, Руах — Ецира, а Нефеш — Асия (это объясняется во многих книгах, например, Хесед

ле-Авраам 2:7, 5:22; Пар-дес Римоним 31:2, Шаар а-Гильгулим 2, Акдамот ве-Шеарим, вр. 3). И как в человеке эти три части объединены в

одну общую сущность, которая и является человеком, так и три мира

объединены в один общий. Брия — это его Нешама, Ецира — его Руах, а Асия — его Нефеш.

Соотношения между тремя этими мирами можно уподобить уровням

мысли, чувства и действия. Например, любое изделие начинается с

замысла ремесленника о том, как его изготовить, — это уровень мысли, или Брия, то есть сотворение сущности из ничего. Здесь находится сам

замысел человека о создании предмета, который и есть начало его

появления, как план или программа. Потом этот ремесленник подходит

вместе со своей производственной силой — движениями рук, творческим талантом, и своими действиями создает предмет, реализует

план на практике. Это уровень Ецира. А Асия — это сам исходный

материал, над которым трудится Ецира со своей силой. Таким образом, изделие — это продукт трех уровней вместе. В нем есть мысль и

мудрость (Брия), есть ремесло и изготовление (движение духа, Руах, мир Ецира), и есть материал (Асия). Получается, что три эти части — на

самом деле, одно, просто каждая из них занимает свой уровень.

Разделение миров не затрагивает их суть, но лишь функцию, поскольку

каждый из них делает что-то свое. Есть люди, у которых способности и

таланты проявляются в сфере мысли — они становятся мыслителями и

философами и развивают мир с помощью интеллектуальной силы.

Другие люди обладают талантами в ремесле и искусстве. Они способны

привести замысел к его практическому выражению в материале.

Наконец, есть такие, основная сила которых — обработка сырья и

подготовка его к использованию производителями и мастерами80.


80 Сделаем два важных замечания. Во-первых, то, что мы сказали здесь о трех мирах, - это

лишь ничтожная малость от реальной полноты бытия. Мы практически не коснулись ничего.

Существует множество аспектов в сути миров и в соотношениях между ними. А мы затронули лишь

малое из малого всего в одной точке - соотношение между ними, когда они выстраиваются как одна

совокупная сущность. Само это уже является бездонным морем. Во-вторых, все, о чем мы говорим

здесь по поводу Брия, Ецира и Асия в качестве мысли ремесленника, его производящей силы и

исходного материала, все эти части непременно относятся к миру Асия, а Ецира и Брия возвышаются

и превозносятся над этими понятиями. Известно, что миры построены по аналогии друг с другом, и

каждый включает в себя части всех миров. Иными словами, мир Асия включает в себя принципы всех

четырех миров. Есть Брия в Асия и Ецира в Асия, как в душе человека Нефеш в Нефеш, Руах в

Нефеш и т. д. Когда мы говорим о замысле и производстве, действующих в материале, то речь идет

только об аспектах в Асия - это Брия в Асия, Ецира в Асия и т. д. Но есть подобие и сходство между

настоящим миром Брия и Брия в Асия, потому что в любом месте Брия означает замысел. И потому

на каждом плане окажется принцип замысла. Но тип и суть этого замысла будут различаться, как и

составляющие его понятия, в зависимости от высоты данного мира и его места (в общей структуре). В

святом Зоаре много раз приводится важный принцип: миры аналогичны друг другу. Поэтому мы

способны понять высшие системы, размышляя о низших. Так мы можем уразуметь соотношение

между Брия, Ецира и Асия, если задумаемся о том, что внутри самого мира Асия, - о системе связей

между замыслом, произведением и материалом. Итак, отметим, что все, о чем будет говориться в

этом разделе насчет единения мысли и материи и состоянии миров до греха первого человека и в

будущем, - все это лишь подобие очень высоких ступеней, которые мы не в силах воспринять. В

святых книгах объясняется, что весь уровень райского сада находился выше любых материальных

представлений. А тело первого человека да греха было на том же уровне, как наши души сегодня.

Все плоды в саду были духовными и тонкими, без всякой грубой материи. Поэтому все, о чем мы

будем говорить, - это сравнение от нижнего к высшему. Эти идеи расширяются до многих аспектов. У

Рашаша в предисловии к Реховот а-Наар сказано о множестве скрытых измерений в верхних мирах, но здесь не место обсуждать это. Смотри Лешем Шво ве-Ахлама, предисловия и врата 3. Да осветит

Б-г наши глаза, чтобы достичь истинного смысла в Торе. Амен и амен.


Ецира — «посредник» между мыслью и материей


Продолжим немного развивать этот пример, чтобы понять в

дальнейшем важное соотношение между землей и потолком. Если

задуматься об этих трех частях, станет ясно, что сила Ецира призвана

соединять мысль с материей. Она является посредником. В мире мысли

представлена цель и совершенная законченная реальность, а в мире

действия — бесформенная материя. Сила Ецира применяет мысль к

материи и объединяет их. Следовательно, главными мирами являются

материя и мысль, но они отделены друг от друга. После их соединения

практически не остается надобности в силе Ецира81.


81 Возможно, что в этом тайна исчезновения МА в будущем (это имя «гнездится в Ецира», как

известно), после того, как будет исправлено имя БАН. Нужно проанализировать идею ангелов, место

которых, как известно, находится в Ецира. Ангел (малах) означает посланника и посредника. Быть

может, это указывает на суть мира Ецира, как объяснялось выше. О возвышении Израиля сказано:

«Вот, ангелы (арэлим) кричат снаружи» - у них уже не остается миссии для Израиля в Асия, поскольку

Израиль поднялся на уровень душ в Брия. Да осветит Б-г наши глаза.


Мы видим, как плотник берет деревянный брусок, обрабатывает его

и превращает в стол. Так он соединяет теоретическую мысль, то есть

проект стола, и материю, заставляя мысль проникнуть в нее. Когда стол

создан, больше нет надобности в изготовителе. Он может пойти домой, а стол останется на своем месте, в единстве мысли и материи.


Единство мысли и материи


В действительности, в корне всех миров действие должно быть

соединено с замыслом, и то же самое будет в будущем мире, как

сказали мудрецы (Шаббат 30 б): «В будущем земля станет выращивать

булочки и шелковые одежды», то есть производить уже готовые

продукты питания, а не сырье вроде пшеницы, и также будет

выращивать одежду, а не лен и прочее сырье для нее. В этом тайна

единства мысли и материи, соединения Брия и Асия. Мир Асия будет

производить не только исходные материалы, так как сила Брия будет

связана с ним, и материалы сразу образуются вместе со всей

структурой: камни будут домами, лен — одеждой, пшеница — хлебом и

булками и т. д.

В наши дни работа по соединению мысли и материи возложена на

человека. Впрочем, до греха Адама многое из мира Асия уже было

соединено с миром Брия (см. Эц Хаим 39:1; Акдамот ве-Шеарим 6:10; см. Шаар а-Мицвот, глава Беар; Махберета-Кодеш, начало врат

субботы). Естественно, человекуне нужно было трудиться на работе

(Ецира) и связывать исходные материалы с мысленным планом. А что

не было соединено с миром Брия, то совершалось ангелами служения

или животными. Главной задачей Адама в райском саду было единение

верхних светов мира Ацилут и их привлечение во все творение (см.

Акдамот ве-Шеарим 6:10). Идея в том, что привлечение Ацилут в миры

— это освящение всего нашего мира. Соединение Брия и Асия все еще

лежит в области будничного, каку плотника, изготавливающего стол. Но

святость имени Б-га — это мир Ацилут, Божественное измерение, лежащее в основе всех миров. Когда нижние миры соединяются с ним,

все превращается в святое святых и сияет высшим светом, сливаясь с

источником и становясь святым, как Храм, тфилин и свиток Торы.

Необходимо, чтобы все творение (Брия) было соединено с Ацилутом.

Ведь каждое существо имеет корень в своем источнике, в свете

Ацилута. Благодаря этому все творение невероятно освящается. Так

произойдет в будущем, когда «будет на колокольчиках коней: святыня Б-

гу» (Зхария 14:20). Человеку не придется трудиться над нижним

единением отделенных миров, связывать мысль с материей через

ремесло, изготовление предметов и изделий и т. д.


Проклятие земли и труд


Первый человек согрешил, и ему «урезали пропитание»82 — ему

потребовалось трудиться и исправлять разрушенное в мире. Его грех

вызвал падение миров вниз, которое включало много аспектов. Одним

из них стало разделение миров Асия и Брия — материалы оторвались

от замысла и плана. Они уплотнились и огрубели и теперь требуют

длительной обработки, чтобы подготовить их работе ремесленника.

Затем над ними должны трудиться мастера, чтобы внедрить в них свой

мысленный проект и произвести изделие.


82 «Учили, раби Шимон бен Элазар говорит: Не видел я льва-резчика, оленя-грузчика и лисицу-

про-давца. Они находят пропитание без страданий. Но они сотворены, чтобы служить мне, а я

сотворен, чтобы служить Господу моему. И если уж эти, сотворенные для служения мне, находят

питание без страданий, то я, сотворенный служить Господу, тем более должен был бы находить его

без страданий. Но я совершил неправильные поступки и этим урезал себе пропитание, как сказано:

«Грехи ваши склонили...» (Ирмия 5:25)» (Кидушин 82 б).


В этом состояло проклятие земли. Оно касалось именно почвы —

мира Асия. Человек было проклят тем, что земля будет выращивать ему

сорняки и колючки, то есть материалы будут очень грубыми и жесткими, полными примесей и нечистот, подобно золоту, смешанному с глиной.

Потребуется длительная обработка, плавка на огне, электрические и

механические силы — части мира Ецира, требуемые для

промышленности и ремесла. Они происходят от элемента воздуха

(Руах), который указывает на движение и силу. А вся промышленность

нуждается в энергии, чтобы обрабатывать сырье, резать, плавить и

разбивать. Все множество ремесел возникло из-за этого проклятия, которое сделало необходимым большой труд для обработки

элементарного мира в виде соединения мысли и материи. Поэтому

человек озабочен своим заработком. Ведь ни еда, ни одежда, ни дома с

мебелью не достаются легко, но лишь после большой работы. Из-за

этого они стоят больших денег, и человеку приходится тратить

значительную часть жизни, только чтобы собрать эти осколки —

трудиться и исправлять мир, создавать себе жизненные рамки в виде

пищи, одежды, дома, кровати, стола, светильника. Но это только

средство для достижения цели — соединения Ацилут с нижними

мирами. Тора и познание Божественного — вот цель человека и смысл

всего. Человек много трудится только ради средств к жизни, и все лишь

из-за греха, который сбросил миры вниз и отдалил их друг от друга.

Брия оторвалась от Асия, и теперь нужно трудиться и исправлять —

возвращать мир Асия к Брия.


Развитие технологии в нашем поколении


Мы можем понять тайну, которую объясняют в книгах: работа по

отборке (святого из нечистого) находится в завершающей фазе. В

рамках этого соединение Брия и Асия тоже почти закончено. Возможно, это и есть те новшества, что появились в последних поколениях, сильно

облегчив работу человека. Сегодня благодаря технологии почти не

приходится трудиться для приготовления хлеба и всего остального.

Человеку уже не приходится потеть, чтобы выжить. В наше время

качество материальной жизни несравненно выше, чем в прошлых

поколениях, которым нужно было много стараться только ради куска

хлеба и дров для отопления. В нашем поколении за час даже очень

легкой работы человек может заработать достаточно, чтобы купить три

или четыре буханки хлеба, а за день он зарабатывает на рубашку и

брюки. Все это свидетельствует о завершении работы по исправлению

миров БЕА. Соединение нижних миров становится легким в нашем

поколении. Это указывает на нашу главную задачу сегодня —

возвращаться и заниматься целью человека и его сутью, то есть

соединением Ацилута с нижними мирами, Торой, святостью, возвращением к Б-гу и познанием Его через заповеди и все святое

служение.


Культура досуга


Действительно, в нашем поколении есть много часов досуга. Одни

люди работают до полудня, другие после полудня, и каждый день у них

есть несколько свободных часов. Но к нашему несчастью, поскольку они

не постигают цель своего существования и наслаждение от

возвышенной работы соединения светов Ацилута с Брия и другими

мирами, и все мысли их заняты лишь материальной работой и

заработком, им становится нечем заняться в лишние часы. И они

придумывают культуру проведения досуга — всякие развлечения, фильмы и т. д., которые являются результатом скуки и пустоты. Если бы

люди постигали глубокое наслаждение от единства с Б-гом, богатство

духовной жизни, они не отказывались бы от этого чудесного блага ради

всяких занятий, неподходящих для человеческого духа. Они бы сильно

тянулись к тому, чтобы углубиться и прильнуть к Создателю, к познанию

Б-га и тайной и скрытой мудрости, которая

учила бы их познавать свою душу и внутреннюю святость. Тогда

душевная работа, приносящая свет, открылась бы им, чтобы обогащать

их душу и дух могучей силой святости, радостью, богатством и

духовным насыщением, перед которым весь наш мир ничего не стоит.

Дух человека

действительно требует величия, благодати и

наслаждения, но поскольку он не знает пути к этому свету Б-жьему, то

изобретает внешний суррогат, неспособный удовлетворить его жажду.

Как бы то ни было, мы хорошо можем понять суть нашего

поколения: имеющееся свободное время свидетельствует о большом

продвижении в исправлении древнего греха и проклятия земли.

Человеку не приходится много потеть, и потому мы должны постараться

вернуться к работе Адама в райском саду, до греха, то есть к

соединению Ацилута с мирами БЕА — к Торе и, в особенности, к

внутренней части Торы, благодаря которой душа наслаждается своим

Творцом, и все души восхищаются благодатью верхнего света.

Практическая Тора призвана вести душу (Нефеш) и дух (Руах) в делах

нашего мира. А духовная Тора — вести их в сфере мысли, воли и

чувства, наполнять благодатью верхнего света, помогать мысли

прильнуть к Творцу и соединить волю с высшим Источником через

святую радость и медитации (йехудим), соединяющие человека со

светом и притягивающие сияние и блеск, чтобы светить вниз, на землю, всем существам Вселенной.


Нефеш, Нешама и их соединение


Вернемся к нашей теме. Мы видим, что грехи отделили материю от

мысли, так что две эти области стали оторванными друг от друга. Но

мысль должна быть запечатлена в материи и слита с нею, чтобы они

стали одним целым. Ведь мысль и материя — это одно и то же, просто

одно в теории, а другое на практике. Есть проект дома, а есть сам дом.

По сути своей они не отличаются, и их разрыв — это лишь случайное и

временное явление. В будущем материя поднимется к мысли, когда

будет исправлена силой Ецира, и тогда по-настоящему воссоединится с

нею.

Итак, мы видим принцип работы по исправлению мира —

соединение Асия и Брия, материи и мысли. Объединяющий их принцип

— это Ецира, производящая сила. Добавим сюда аналогию, существующую между мирами и душой человека. В книгах, как мы

говорили, объясняется (например, Хесед ле-Авраам 2:7, 5:22; Пардес

Римоним 31:2; Шаар а-Гильгулим 2; Акдамот ве-Шеарим, врата 3), что

Нешама аналогична миру Брия, Руах — Ецира, а Нефеш — Асия. На

практике, главная задача человека — соединить Нефеш с Нешамой.

Идея в том, что Нефеш — это природная сила в человеке, тяготеющая к

материальному. Ее естественной наклонностью является любовь к

материи и вожделениям. В отличие от нее, Нешама по своей природе

тянется к Божественному, которое есть радость жизни и источник

утоления жажды. Нешама естественно спешит к Божественному свету, а

Нефеш — к материальному и вещественному. Обе эти части движимы

естественной и неизбежно присущей им силой в своих направлениях.

Вследствие греха и падения Адама Нефеш испортилась, и теперь

она тянется к материи, не различая между добром и злом. Но

человекдолжен соединить Нефеш с Нешамой, то есть все влечение

Нефеш должно быть направлено к добру, которое само собой приведет

к слиянию с Б-гом. Это изменение должно совершиться в рамках нашего

мира, ибо таков язык Нефеш и таковы ее понятия. Но все поднимется и

пребудет в святости и великой чистоте. Это значит, что все поведение в

материальном мире будет исходить из стремления к Б-гу. Ведь Его свет

— это источник всего и даже материи. Когда Нефеш соединится со

святостью Б-жьей, она сможет оставаться связанной с Ним во всех

земных делах — когда будет есть, пить и т. д. Об этом сказано (Мишлей

3:6): «На всех путях твоих познавай Его». Это предельная святость, когда все поступки человека направлены во имя Небес, включая и

материальные. Это происходит при освящении Нефеш, так что и она, какНешама, увлекается Б-гом и примыкает к Нему согласно своим

представлениям. Как Нешама привязана к своему Господу через

возвышенную и тонкую мысль о Божественном свете, так и Нефеш

будет привязана к Нему через еду, и питье, и все свои занятия в мире

Асия. Мы хотим сказать, что потребности Нефеш и Нешама уравняются

в их внутренних желаниях. Они буквально станут одним целым, в чем

проявится величина соединения с Б-гом, но различие останется во

внешнем выражении этого желания: у Нешамы — в мысли, у Нефеш —

в материи.


Руах — работа человека в виде выбора


Следовательно, цель работы человека — исправление Нефеш и ее

соединение со светом Нешамы, чтобы обе они были одинаковы в своей

тоске по свету лица Царя и стремлению к Нему. Эта работа в основном

совершается на уровне, который пролегает между ними — Руах. Это

сила выбора человека, и с ее помощью он может направлять свою

жизнь и властвовать над побуждениями. В этом смысле Руах — это

мыслящая сила, способная запечатлеть форму в материи и верно

направить силы Нефеш. Иными словами, Нефеш сама по себе

неспособна анализировать и различать. Она с естественным

вожделением тяготеет к материальному. Когда человек позволяет своей

Нефеш двигаться, как ей хочется, не обуздывая и не направляя ее, он

рискует попасть в сети нечистоты и осквернения. Так происходит

потому, что Нефеш по природе своей тяготеет к материи, и после греха

бежит к злу не меньше, чем к добру. Поэтому человек должен

властвовать над Нефеш с помощью Руаха. Ведь Руах — это

способность выбирать. Когда свет Нешамы светит в Руах, то укрепляет

его силу и способность выбора, и тот может одолеть вожделения

Нефеш и властвовать над ними, направляя согласно свету Нешамы83.


83 «Это глубокая идея о тайне души и ее распространении в тело... даже у человека в самом

низу все они запечатлены в его частях тела. Это тело, у которого испорченность заложена в природе, и вся цель его появления в мире - быть готовым ко всем порокам и стать сосудом для «другой

стороны». Порча одолевает его ради его будущего совершенства. А главная порча заключена в

Нефеш, которая распространяется в тело и его органы. Способность выбора находится в Руах, в

котором возможна порча и исправление, в зависимости от того, потянется ли он в выборе к добру или

наоборот. Но над Нешамой никакое зло не властно. Она лишь уходит от человека, когда он грешит, и

не светит ему...» (Питхей Шеарим, путь светов Некудим, гл. 11). В другом месте там написано: «Уже

объяснялось, что человек в основном - это уровень Руах... его Нефеш находится ниже его по уровню.

Это его частное женское начало. Цель его прихода в этот мир - исправить Нефеш и присоединить к

своему Руаху. Иными словами, Руах - это главный управитель всего тела, его жизненный дух, как

написано: «И вдунул в ноздри его...» (Берешит 2:7)... также уровни Нешама, Хая и Ехида в душе у

человека вовсе не находятся в нем самом, но пребывают на небе, в состоянии Божественности. А

Нефеш его - из земли, и потому она вернется в землю, в могилу. Это его животная душа» (Путь

разбиения сосудов, гл. 20). В другом месте там написано: «Сначала объясним Нефеш и Руах

человека, и из этого ты поймешь весь предмет основательно. В другом месте мы уже писали, что

Нефеш человека - это животная, жизненная душа, в которой заключены все силы, действующие в

органах, чувства, личные качества - все это в Нефеш. Она находится ниже уровня человека, и в ней

он равен скоту и зверям. Об этом наши учителя сказали в комментарии к фразе «Выведет земля

душу живую» (Берешит 1:24) - это Нефеш первого человека. Они усмотрели противоречие в

выражениях. Ведь далее написано: «Скот, и гады, и зверь земной» (там же). Поэтому истолковали, что «живая душа», упомянутая здесь, - это животная душа человека, сотворенная одновременно и

вышедшая из земли вместе с душой скотов и зверей. Это имя БАН, женское начало земли. А главный

уровень человека - тот, о котором написано: «И вдунул в ноздри его дыхание жизни». Это его Руах, данный ему, чтобы руководить своей Нефеш и исправлять с помощью верного выбора и доброй воли.

Он превращает все качества Нефеш в добро. С помощью 613 заповедей он исправляет 613 качеств

Нефеш, благодаря свечению 613 качеств Руаха, который светит ей. В этом тайна... сочетания

мужского и женского в нем... В Руахе у него также светят искры от Нешамы, которая выше уровня

человека... Нешама связывается Руахом, помогая в работе и давая ему мудрость, понимание и

знание, чтобы он познавал своего Создателя и постигал Тору. Когда он грешит, Нешама удаляется и

больше не светит в Руах... И как написано, человек не грешит, пока не войдет в него дух безумия.

Тогда его Руах уже не имеет власти, чтобы исправить Нефеш, и в Нефеш действуют все виды зла и

пороки, прилипшие к ней» (Путь мира исправления, гл. 19).


Нефеш и Нешама — женское, Руах — мужское


В святых книгах объясняется, что Нефеш и Нешама относятся к

женской стороне, а Руах — к мужской (как Бина и Малхут, являющиеся

корнями для Нешамы и Нефеш, — женские сфирот, аТиферет, корень

Руаха, — мужская). Идея втом, что женский принцип только принимает

воздействие. Это сама природа, которая не в силах руководить и

управлять. Если оставить силы природы одни, они двинутся без

направления и цели и могут разрушиться. В отличие от этого, мужской

принцип — это сила выбора (бхира), на что указывает слово «юноша»

(бахур). Как сказали мудрецы, «обыкновение мужчины — вести войну»

(Киду-шин 2 б). Основная сила управления и лидерства, то есть сила

выбора, отдана в руки мужчины. Он должен вести женщину верным

путем. Итак, женские силы — природа, и они действуют вынужденно, а

мужские — силы выбора, и в них заключена работа человека.

В святых книгах объясняется, что Руах (мужское начало) стоит

между двумя женскими принципами, и на него возлагается задача

соединить их (см., например, Томер Двора, гл. 9). Как мы сказали, Нефеш естественно и неизбежно гонится за материей, а Нешама

естественно и неизбежно движется за Божественным. Человеку вовсе и

не нужно работать над своей Нешамой, поскольку она стремится к

Господу, как любое следствие к своей причине. Над Нефеш тоже

работать не нужно, чтобы вызвать в ней влечение к материальному, оно

и так заложено в ее природу. Основная работа человека — управление

Нефеш и руководство ею, пока она не соединится со светом Нешамы на

пути к общей цели и в общем направлении. Это руководство и единение

совершаются посредством Руаха, мужского начала. Это место выбора

для человека — он должен властвовать и обуздывать свои вожделения, примыкать к своей внутренней Божественной природе, полной тоски и

жажды по Б-гу живому.


Бина, Тиферет и Малхут


Все это разбирается в книгах также применительно к свету сфирот.

Известно, что корнем для этих частей Нефеш, Руах и Нешама (которые

аналогичны мирам Брия, Ецира и Асия) является наверху свет Бины, Тиферет и Малхут (Акдамот ве-Шеарим, врата 3; Нефеш а-Хаим, врата

1, гл. 15 и далее). Бина — это корень для мира Брия и Нешамы, Тиферет — корень Руах и мира Ецира, а Малхут — Нефеш и мира Асия.

В других местах мы уже говорили о том, что суть нашей работы —

соединить Малхут с Биной (например, в «Талелей хаим, Шмот», раздел

о Пуриме и тайне «отпиливания»), Малхут представляет наш мир, который упал и спустился вниз, а Бина — верхний мир, будущий, совершенный и исправный. Наша задача — поднять наш мир к его

верхнему источнику, Бине. Так совершится единение этого и будущего

миров. Эта тема широко разбирается в святых книгах — это основа всей

нашей работы: подъем Малхут к ее высшему уровню, чтобы вернуться к

вершинам святости, свету Бины, святому святых, где нет грязи, скверны

и клипы (смотри, например, Шаарей Ора, врата 8; Зоар и

каббалистические комментарии к Торе к фразе «Справедливое, справедливое преследуй»).

Эта работа в основном совершается на уровне Тиферет, который

поднимает Малхут и возвышает к верхнему источнику. Тиферет связан с

Торой и заповедями, которые воздействуют на мир (Малхут) и

исправляют его, чтобы поднять к источнику. В действительности, до

греха первого человека не было исполнения заповедей, как говорит

Рамхаль (Адир ба-Маром 1, стр. 29). Только из-за падения Малхут, которая спустилась от лица Б-жьего вниз, появилась необходимость их

исполнять (Тиферет), чтобы поднять и возвысить к Бине. Это пример

того, что мы видели ранее, говоря о нижних мирах: мир Асия был

соединен с миром Брия, как материя с мыслью в виде булок и одежды, а

грех разделил их, так что понадобилась работа в Ецира, чтобы

воздействовать на материю и обрабатывать ее в соответствии с

мыслью. Этим занимаются изготовители и ремесленники, которые

придают форму исходному материалу и работают с ним, соединяя его с

замыслом. Так обстоит ситуация в мире материи, и такова же она в

верхнем мире: Малхут исправляется исполнением заповедей, которые

становятся духовной силой Ецира наверху. Ведь все миры выстроены

по единому принципу, и ремесленное производство в материи

аналогично совершению заповедей. Одно лежит в сфере святости, а

другое — в обыденной жизни, но аналогия между ними существует.

Как бы то ни было, после греха была введена работа по

исполнению заповедей, действие Тиферет, мужской стороны, исправляющей женскую. Ведь известно, что Малхут и Бина принадлежат

женской стороне, а Тиферет — мужской. Это корень того, что мы

отмечали ранее: Нефеш и Нешама — женские, а Руах — мужской.

Главная работа Тиферет — подъем Малхут и ее соединение с Биной на

самом верху. Мидраш (Шмот Раба 55:5) описывает Шхину сначала как

«дочь». Но Всевышний не оставил свою любовь к ней, пока не назвал ее

«сестрой», после чего Он назвал ее «матерью». Вначале она находится

внизу в состоянии дочери. Когда поднимается и сравнивается с ним, становится сестрой, а поднявшись наверх и высшему источнику, к Бине, называется уже матерью, и это полное восхождение для Малхут.


Соединение Нефеш и Нешамы

вызывает верхнее единение


Итак, мы увидели несколько аналогичных друг другу структур, и у

всех у них один корень. Руах, мир Ецира и сфира Тиферет — все это

относится к работе человека. А цель его работы — соединение нижней

части с той, что над ней. Ецира соединяет миры Асия и Брия, Руах

соединяет Нефеш с Нешамой, а Тиферет — Малхут с Биной. Все

устроено по одному принципу и стоит на единой основе. В

действительности, когда человек ставит Руах властвовать над Нефеш и

ведет Нефеш, очищая ее, к единению с Нешамой, это вызывает

подобное действие и наверху. Ведь человек внизу аналогичен верхнему

миру, который также называется «верхним человеком». Соединяя

Нефеш с Нешамой, он на самом верху соединяет Малхут с Биной.

Передавая материальному мозгу власть над сердцем, он вызывает по

аналогии с этим привлечение света Тиферет к Малхут и ее исправление

(эта тема широко разбирается в хасидизме). Открывая святость Нефеш

и глубину ее тоски по Б-гу, как написано (в Теилим 42:3) «Жаждала душа

моя (Нефеш) Всесильного», а не только «жаждала Нешама моя»,

человек возвышает Малхут наверху к Бине. Ведь общий принцип

состоит втом, что человек сделан по образу Б-га, по аналогии с

верхними мирами. Работая над своей Нефеш с полным намерением

произвести результат наверху, он вызывает нечто аналогичное на

небесах и исправляет целые миры. Счастлив народ, у которого есть

такое — действия которого движут верхними пределами и приносят

неисчислимые плоды, намного больше, чем способны увидеть глаза.


Потолок, пространство и пол


Поговорив немного о трех этих частях и увидев их в мирах и

человеке (в виде Нефеш-Руах-Нешама), и в корнях этих частей в

Божественном свете (в виде Малхут-Тиферет-Бина), вернемся к

прежней теме. Идея потолка, стен и пола отражает как раз эти три

части. Потолок — это Бина, Нешама, Брия; стены и внутреннее

пространство — Тиферет, Руах, Ецира; пол — Малхут, Нефеш, Асия. В

действительности

Нешама

принадлежит

элементу

огня,

поднимающемуся вверх (как потолок), Руах (означающий также «ветер») движется горизонтально по четырем сторонам света (аналогично

стенам), а Нефеш принадлежит элементу земли, у которой нет

движения. Она ожидает того, что на нее будут воздействовать более

высокой силой. Мы видим (Санедрин 74 б), что женщина называется

«почвой мира» (Малхут), и муж воздействует на нее.


Основы, столбы и навес


Принципы пола, пространства и потолка содержатся и в переносном

Храме. Основы, на которых стоят столбы, аналогичны полу. В святых

книгах объясняется, что эти основы (םינדא) происходят от слова

«господство» (תונדא) и связаны с именем Адонай (ינדא), принадлежащим

Малхут (см. Шаарей Ора, врата 1). Столбы по форме представляют

собой букву Вав, как говорится: «Крючки (ва-вей) столбов» (Шмот 38:11).

Это сфира Тиферет, соответствующая букве Вав, — внутреннее

пространство (Шней Лухота-Брит, гл. Трума). А полотна шатра — это

потолок, Бина (Кеилат Яаков, слово «шатер»). Так получается

совокупонсть трех частей — Бина, Тиферет и Малхут, которые являются

корнями трех миров. Все они заключены в переносном Храме в виде

крыши, столбов и пола. То же самое заключено в микве, как

объясняется в относящихся к ней каванот Бааль Шем Това. Ее дно —

Малхут, четыре стороны — Тиферет, крыша — Бина84.


84 Вот цитата оттуда с адаптацией для широкого читателя: «Пусть затем войдет в микву и, будучи там, сосредоточится на том, что имя Адонай и Малхут - это принцип речи, имя Авая - это

Тиферет, принцип голоса, а имя Эгйе (היהא) - принцип мысли (это имя связано с Биной). В самой же

микве крыша соответствует имени Эгйе, четыре стороны - четырем буквам имени Авая, а дно ее -

имени Адонай. Три эти имени численно дают 112 (קבי), что образует первые буквы слов «единение»,

«благословение», «святость». Нужно настроить сердце к тому, чтобы попросить у Всевышнего войти

и получить святость и чистоту для своих мыслей, голоса и речи» (Бааль Шем Тов к Торе, гл. Итро).


Буква Ламед и качество Малхут


Попутно отметим, что с одной стороны мы видим, что Малхут, Нуква, соответствует полу (или земле), а с другой — что жена выше

мужа, как сказано: «Доблестная жена — венец своего мужа» (Мишлей

12:4). Венец — это ведь как корона на голове, что соответствует

потолку. Когда жена порядочна и благословенна в заслугу мужа, дающего ей силу, она поднимается на более высокую ступень над ним.

Тогда она зовется «доблестной женой», и эта «доблесть» — результат

воздействия мужа. Есод, то есть сила влияния мужа на жену, называется, как известно, «живым» (יח). Когда он передает жизненную

силу жене, то дает ей свой союз, с полной отдачей, любовью и заботой, она получает жизненную энергию, буквы Хет-Йуд (יח), и возникает

«доблесть» (ליח), поскольку к ним присоединяется Ламед, намекающая

на женскую половину (см. далее).

Выйдем на мгновение из нашей темы к разговору о буквах, чтобы

лучше познакомиться с буквой Ламед, связанной с Малхут. Дело в том, что эта буква указывает на нее в нескольких аспектах. Ламед указывает

на Луну (הנבל), и потому численно равна тридцати — количеству дней в

месяце. Известно также, что «Царство (Малхут) обретается тридцатью

добродетелями» (Авот 6:6). Ламед (דמל) — это также рождение (молад,

דלמ) Луны. Эта тайна раскрывается через Шломо, который был как Луна

в сравнении с Моше-Солнцем. Шломо (המלש) состоит из тех же букв, что

и Моше (השמ), плюс Ламед. Это Луна, обновившаяся, чтобы получать

свет Солнца. В пустыне было только Солнце, а в стране Израиля

появилась еще и Луна и через себя раскрыла его свет (Зоар 3, 181 б).

Поэтому Шломо включает в себя Моше в виде Солнца, добавляя к этому

Ламед-Луну. Также и форма буквы Ламед выражает возвышение. Это

единственная буква, поднимающаяся над строкой. Она намекает на

возвышение Малхут, которая начинает с самого низа, пока не восходит к

потолку — горизонтальной черточке Ламед, означающей Бину, а оттуда

продолжает двигаться все выше и выше до Йуд, стоящей на вершине

Ламед. Это Хохма, а на ее верхнем кончике расположен Кетер85.


85 Опорная точка Ламед в нижнем конце находится посередине. Это Малхут, которая

начинается внизу посередине, ибо там ее место. Ножка Ламед поднимается вправо, и это Хесед, который строит Малхут, как сказано: «Дочь была у Авраама, и звали ее «всем» (баколь)». Силой

Хеседа Малхут протягивается вправо, пока он не поднимает ее вверх, в Бину, которую выражает

потолок, горизонтальную линию. Далее она поднимается все выше и выше до самой вершины - к

Хохме и Кетеру. Вершина Ламед обращена влево, что означает высший подъем в состоянии суда, как

известно. Об этом сказано, что вначале было задумано сотворить мир силой суда. Это абсолютные

света, которые выражают суд. Поэтому транскрипция Ламед (דמל) дает число 74, что указывает на

возвышение: «Уповайте на Б-га вечно» (דע ידע), «До (דע) пределов холмов вечных будут на голове

Йосефа, на темени отличившегося от братьев своих».


Следовательно, форма Ламед тоже указывает на Малхут и ее

подъем. Помимо этого Ламед означает «обучение» (лимуд). Это

указывает на получающего, поскольку человек, который получает, называется «ламед»86.


86 А даяние ему называется «лимуд» )דומל), когда туда входит буква Вав, Тиферет, дающая

сторона. Это слово дает число 80. Это Бина, куда поднимается Малхут, когда наполняется знанием и

учением.


И хотя некоторые книги объясняют, что Ламед относится к Бине

(Магид Мейшарим, гл. Ваякъэль; Мегале Амукот, Ваэтханан, путь 98), поскольку это третья буква в десятках, все равно это то же самое. Ведь

Малхут и Бина — одно и то же. Ламед намекает на полное восхождение

в виде Каф, получающей от Вав. Малхут, как известно, называется

«одной ложкой» (Каф), поскольку в ней есть емкость для получения, да

и сама форма буквы Каф (כ) напоминает сосуд הרקע, а если ее

перевернуть, получится «бесплодная» урт, которая не может родить).

Она получает от Вав наверху. И Ламед — это Каф, над которой

возвышается Вав (это разбирается в каванот чтения Шма на сон

грядущий, в связи с буквой Ламед в слове «הולא» )87.


87 Смотри книгу «Маген Давид» Радбаза, начало буквы Ламед. Также отметим, что в слове

«Мелех» (ךלמ), которое тоже указывает на Малхут, буква Мем образует 26, поскольку состоит из Каф

и Вав. Потом Вав поднимается вверх, к своему источнику, и получается Ламед. Мем и Ламед обе

представляют собой 26, но Ламед соответствует подъему Вав наверх к источнику. После того, как она

поднялась и полностью была поглощена им, Каф остается в одиночестве. Это буква Каф из слова

«Мелех». Сначала там были Каф и Вав вместе, одна напротив другой, в виде Мем, а потом Вав

поднялась в виде Ламед, пока не исчезла, и тогда Каф осталась одна. Таким образом, в слове

«Мелех» получается дважды Каф-Вав - в виде Мем и в виде Ламед. Выходит ו״כ ו״כ з, что в сумме

дает 72, число слова «Хесед» (דסח). Это он утверждает Малхут и строит ее. Это сильное смягчение

двух имен Авая, которые передают свет в Каф, Малхут, и смягчают ее, превращая из согнутой в

прямую (как в слове «Мелех»), Добавим еще кое-что о Малхут в виде буквы Ламед. Она превращатся

в «бедных» (םלד), что означает Малхут. В этом слове не хватает Йуд (должно было быть «םילד»), как

и в слове «немой» (םלא), которое тоже должно было писаться с Йуд. Недостаток немого так велик, что

он даже не знает, что лишен дара речи. То же самое и с бедным: он пребывает в такой нехватке, что

не знает о своей нищете. Поэтому он становится «םלד», то есть «даль» в сочетании с закрытой Мем -

Малхут, которая закрыта и ничего не принимает. Кто не знает, что беден и пуст, тот закрыт от

получения свыше. Только когда он видит, что беден, у него появляется «дверь» (תלד), и Мем

становится открытой. Различие между «םלד» и «תלד» сводится к разнице между закрытой Мем и Тав.

На самом деле Тав - это та же самая Мем, у которой открылся низ. Там словно находится дверь, вращающаяся на своих петлях. Сначала она была закрыта, а потом горизонтальная линия Мем

выдвинулась наружу и влево, и эта буква открылась, превратившись в Тав. Тогда естественно из

«םלד» получилось «תלד», и благодаря этому она может получать.


Мы немного отошли в сторону от нашего пути, чтобы поговорить о

тайнах букв, познать их бесконечные глубины и отведать их сладкий

вкус с помощью Мидрашей. Буквы — это корни мыслей и элементы всей

реальности. Их сочетания, структура, число, формы, звуки и

произношение не поддаются исследованию. Эти вещи известны под

названием «мудрость сочетаний» (Хохмат а-Цируф). На эту тему

написаны сокровенные и драгоценные книги (эта мудрость подобна

взгляду через микроскоп, видящему детали, из которых строится общее

здание). Да осветит Б-г наши глаза, чтобы мы смогли испробовать

родники сакральной мудрости, заключенной в буквах.


Деление на три трети во многих заповедях


Вернемся к теме. Итак, мы видели, что принцип потолка выражают

Бина, Нешама и Брия, пространство между стенами — Тиферет, Руах и

Ецира, а пол — Малхут, Нефеш и Асия. Потолок выражает мысль, поскольку связан с взглядом вверх — на вершину (или на голову), где и

происходит всякое размышление. Стены аналогичны рукам человека. В

них заключена сила его выбора и действия, так как он работает главным

образом руками. А пол (или земля) — основание, на котором все это

держится. Эти три части появляются в виде намеков во многих

заповедях как три трети. В законах мезузы на них намекают три трети

дверной притолоки. Мезузу нужно вешать в начале верхней трети (Йоре

Деа 289:2). Есть также три части руки, и тфилин нужно размещать на

верхней из них, рядом с началом средней части. В цицит должна быть

треть узлов и две трети нитей (Мишна Брура 11, п. 66). Верхняя треть

отвечает мысли и Бине. Свечи Хануки зажигают в пределах десяти

ладоней (ОрахХаим 671:6), и нужно делать это в начале верхней трети

— на высоте около семи ладоней. Все это приводит к одному принципу, поскольку вся Тора едина в своем корне и внутренней сути. С этим

связан и принцип сукки: потолок ложится на стены и представляет

верхнюю треть, покоящуюся на средней и нижней третях. Это и есть

схах — верхняя треть сукки. Он равнозначен Бине, которая покоится на

стенах и земле, соответствующих Тиферет и Малхут.

Все эти заповеди — мезуза, свеча Хануки, тфилин, цицит и сукка —

совершаются в точке соприкосновения верхней трети и средней. Это

передача света от Нешамы к Руаху. Ведь Нешама соответствует

верхней трети, а Руах — средней. Благодаря передаче света от нее к

нему Руах получает большие силы, чтобы поднять Нефеш вверх. Так

человек и вся его материальная природа очищаются с помощью

заповедей. Их суть — слияние Нешамы и Руаха. Заповеди, исполняемые на практике, — это Руах, а свет в них — Бина.


Свеча заповеди — огонь, фитиль и масло


На это же намекают слова «Свеча заповеди» (Мишлей 6:23). Ведь

свеча тоже содержит три элемента — пламя, фитиль и масло (слово

«Нефеш» שפנ — это аббревиатура слов «свеча» רנ, «фитиль» הליתפ и

«масло» ןמש — Кеилат Яаков, «Нефеш»), Пламя — это верхняя треть, Нешама, святой огонь; а тело свечи — Нефеш и Руах. («Что такое

свеча? Это Нефеш и Руах: Нун — Нефеш, Рейш — Руах» — Тикуней

Зоар 49 б). Руах — это фитиль, находящийся в масле, вершина которого

наверху объята пламенем. Он представляет собой среднюю треть, а

масло — нижнюю88.


88 Отметим, что в Тикуней Зоар (41 а) сказано, что огонь-это Нешама, масло - Руах, а фитиль -

Нефеш. На первый взгляд, это непонятно, так как масло находится ниже фитиля. Но из комментария

Вилен-ского Гаона там (Тикун 19) видно, что Зоар имеет в виду масло, которое поднимается по

фитилю и находится на его вершине, где его охватывает огонь. Такой вывод неизбежен, поскольку в

Тикуним Нефеш связывается с фитилем, так как она «напарница тела». Следует вывод, что «тело» -

это весь объем масла внизу. Но в любом случае все это относительно. Когда масло внизу

соответствует телу, то фитиль над ним - это Нефеш, масло на нем - Руах, а огонь - Нешама. То же

самое получается согласно Зоару (3, 187 а), где объясняется фраза «В любое время пусть одежда

твоя будет белой, и масла на голове твоей не будет недоставать» (Коэлет 9:8). Там говорится об

исполнении заповедей, которые соответствуют уровню Руах. Там написано, что тело человека - это

фитиль (если уточнить, возможно, там имеется в виду не материальное тело, а суть человека, то есть

его сила выбора, Руах, и тогда все сходится со сказанным выше). Однако, если мы рассматриваем

свечу только как части души, без тела, то Нефеш - это масло внизу, Руах - фитиль, Нешама - огонь.

Но даже если поставить Руах в соответствие маслу, как видно из Тикуним, все равно Руах не будет

самим маслом, поскольку его хранилище - тело. Похоже, что это скорее его подъем к вершине

фитиля, где оно соприкасается с огнем. Иными словами, Руах - это сила поднятия масла, то есть

импульс, побуждающий телесные силы человека к исполнению заповедей. Как насос, поднимающий

масло снизу к вершине. Поэтому там приводится, что это масло наверху, точнее говоря, движение

масла вверх, а не само вещество. И поскольку обо всем нужно судить относительно, как мы видим во

многих меняющихся формах, то можно сказать и так, как мы сказали: масло - Нефеш, фитиль - Руах, огонь - Нешама. Такое же деление можно найти в Акедат Ицхак, врата 38.


Главная работа заключается в том, чтобы Нешама снизошла на

Руах, наподобие зажигания огня на верхнем конце фитиля. Тогда из

«фитиля» (הליתפ) получается «молитва» (הליפת), и благодаря этому

Руах пылает святостью Нешамы и естественно начинает черпать масло

снизу, превращая его в подлинный огонь. Таким образом, фитиль всего

лишь служит посредником между огнем и маслом. Главное — это масло, которое становится огнем. Это подъем Нефеш и ее превращение в

огонь Не-шамы. Ведь обе эти части являются буквально одним целым, просто масло упало вниз и вместо святого огня стало материей. Через

действия фитиля, то есть Руаха, который черпает масло и тянет его

вверх, человек поднимает Нефеш и заставляет примкнуть к Нешаме. В

этом и состоит вся наша задача в мире, по принципу «Свеча Б-га —

душа человека» (Мишлей 20:27). Нешама спускается вниз до самой

Нефеш, как сказано далее: «Обыскивает все полости живота», исправляет и очищает всю грязь этих полостей, по принципу поиска

квасного в Нефеш при свете свечи. Получается, что человек (Руах) соответствует фитилю. Это молитва, которая воспламеняет его святым

огнем, пробуждает Нефеш от дремоты и разгорячает ее сиянием

святости воли и привязанностью к Б-гу. Воля — это Руах и фитиль, она

«черпает снизу вверх», соединяя все от вершины до самого низа. Она

аналогична позвоночнику, соединяющему голову и нижнюю часть

человека, наподобие молитвы. Поэтому в молитве нужно нагибаться и

протягивать голову вниз. Эта тема включает много аспектов, которые не

место обсуждать здесь, чтобы не отходить от темы.


Влияние Нешамы на Руах


Получается, что принцип свечи — это как раз три трети. Главная

работа заключается в том, чтобы Нешама снизошла на Руах. Это

происходит в точке соединения верхней и средней трети. Тфилин

накладывают на конец верхней трети, на расстоянии двух пальцев от

нее. То же — с мезузой и цицит. На глубинном уровне, идея в том, что

Бина, как известно, спускается, чтобы стать Кетер для Тиферет. Она

покоится на его голове в виде короны (Эц Хаим 21:2, 23:3, а корень этого

заключен в букве Ламед — Бина восседает на Тиферет). Это место

соединения верхней и средней трети, и здесь основа всей работы

человека и исправления — руками совершать заповеданные действия

(средняя треть), в то время как сердце пребывает в намерении и

приобщении к Б-гу — свету заповеди (верхняя треть). Так образуется

фитиль, который связывает огонь, чтобы мог черпать масло. Когда

человек освящается исполнением заповедей, его материя естественным

образом утончается и очищается (это объясняется в Зоаре 3, 187 а в

комментарии к словам «Масла на твоей голове не будет недоставать»

(Коэлет 9:8) — это исполнение заповедей, которое поддерживает огонь

души на голове человека. Ведь Шхина пребывает над изголовьем. См.

«Талелей Хаим, Бемидбар», глава Беаалотха). Человеку не приходится

много трудиться, чтобы соединить Руах с Нефеш, но для соединения

Нешамы с Руахом нужно поработать над Торой и заповедями. Его Руах

сам собой сильно укрепится и обретет силы властвовать над

вожделениями (возможно, это как раз та работа, о какой говорится в

Орот а-Тшува 14:1). Об этом сказано: «Если наткнулся на тебя этот

мерзавец, тащи его в дом учения» (Сукка 52 б). Не нужно бороться с ним

снаружи, пытаясь своим выбором перевесить вожделение через

соединение Руаха с Нефеш, но следует взять его в дом учения, что

указывает на Тору, соединение Нешамы с Руах. Тогда сама собой

исправится Нефеш. Все это произойдет по принципу свечи, ибо человек

уподоблен ей. Поэтому из нее нужно выучить секреты этой работы.


Человек, Руах и принцип речи


Вернемся к теме. Мы видели, что земля соответствует Малхут.

Действительно, все происходит из земли и растет из нее. Вся материя в

мире получает жизненную силу от земли — даже животные кормятся от

нее, а растения и подавно. Металлы и прочие ископаемые тоже

происходят оттуда. Земля — это первоматерия, из которой исходит все.

Сила Брия — это духовная мысль, потолок, а Ецира — сила движения, действующая на материю. Сама же материя — это почва, земля, бесформенная основа, из которой делается все. В человеке главное —

Руах, поскольку суть его сводится к свободному выбору. Все, что

укоренено у человека в природе, не является чем-то уникальным для

него. Главное на его уровне — выбор, и это его основная работа в мире.

Вот почему человек, в основном, представляет собой Руах, и написано:

«И стал человек живой душой» (Берешит 2:7), а Таргум переводит это:

«Духом (Руах) говорящим». Речь тоже отражает суть человека. Он

называется «говорящим», и это происходит от элемента воздуха (Руах).

Речь, несомненно, указывает на суть человека, поскольку Руах в

основном приходит из легких, расположенных в средней трети тела

(относящейся к Руаху) и восходящих наверху к нижней части головы.

Это место соединения верхней и средней трети, а Руах передается в

рот, и благодаря его силе человек разговаривает. В действительности

движения губами и произношение совершаются силой мысли (Бина, верхняя треть, голова), но звуки речи в основном приходят от

движущегося воздуха (Руах). Мышцы, движущие органами речи, относятся к силе Руах. Мозг и мысль отдают приказ, а Руах исполняет.

Следовательно, речь намекает на принцип работы человека, которая

приносит плоды наверху, протягиваясь снизу вверх наподобие фитиля, черпающего масло. Руах поднимается к месту Нешамы и пробуждает в

ней жизненную силу, так что она воздействует на рот, превращая воздух

в речь.

Итак, главная суть человека — это Руах. Это объясняется у

Виленского Гаона во многих местах. Человек должен работать в поле, по принципу «И поместил его в райском саду, чтобы обрабатывать его и

хранить» (Берешит 2:15). Это значит, что человек трудится и

возделывает землю (Малхут, Нефеш), как мы видели это выше, говоря о

силе Ецира, воздействующей на Асия. Так человек берет материал и

работает над ним, чтобы возвысить его.


Тайны схаха связаны с подъемом миров


Схах — земля поднимается, чтобы стать потолком


Теперь вернемся к тому, с чего начали ранее — к тайне схаха. Схах

надо делать из растущего из земли, из растений, но отрезать от нее. Мы

спрашивали: зачем отрезать? Ведь связь с землей означает

причастность к источнику жизни, и растение невосприимчиво к

нечистоте, пока соединено с ней. Здесь кроется очень глубокий секрет, связанный с подъемом мира. Это то, что мы видели выше: исправление

мира в основном зависит от подъема Нефеш к Нешаме — восхождения

мира Асия к Брия, или сфиры Малхут к Бине. Все это буквально

означает подъем земли, при котором она становится потолком. Ведь

земля — это Малхут, и она должна подняться к своему

первоначальному месту, то есть к Бине. Это и есть праздник Суккот —

исправление древнего греха, когда мы берем землю, очищаем ее и

готовим к возвращению к первоначальному корню, то есть к состоянию

потолка. Это очищает бесформенную исходную материю и соединяет с

мыслью. В этом принцип «кожаных одеяний», которые упали, а теперь

их возвращают к состоянию «одеяний света». Ведь схах — это

настоящий Божественный свет. Получается, что низкая материальная

земля, бывшая настоящей «кожей», поднялась и взошла высоко, пока не

стала истинным светом. Таков подъем всего мира через соединение

Малхут и Бины. Это великое явление связано с суккой — схах нужно

делать именно из того, что растет на земле.


Вернуть мир Асия на уровень Брия


Еще в книгах объясняется, что Асия упала из-за греха первого

человека. Ее истинное место было на уровне Брия. Вот что говорится об

этом у святого Ари (Эц Хаим 39:1, и Ликутей Тора Ари, Берешит, со слов

«дело в том»; Шаар Маамарей Рашби, гл. Кдошим; Шаар а-Псуким, Берешит, гл. 3; Акдамот ве-Шеарим 6:10):


«Однако, вернемся к состоянию первого человека... Знай, что

у первого человека не было никакой части из Асия, только тело

из Ецира. На это дается намек в главе Кдошим (83): «У первого

человека не было из этого мира ничего. Один праведник...» Его

Нефеш происходила из мира Брия, Руах — из Малхут Ацилута, Нешама — из Тиферет Ацилута, и душа душ (Хая) — из Хохмы и

Бины Ацилута, а из Асия в нем не было ничего... И поскольку

первый человек был сотворен из места своего искупления, то

есть из жертвенника, мир все время пребывал в состоянии

субботы — на уровне Брия. Это имели в виду мудрецы, сказав об

Адаме: «В момент, когда он встретил Каина, сказал: Песнь ко дню

субботы, что указывает на мир Брия. Но после греха он оказался

в будних днях... И после того, как согрешил, спустились все миры

с места их святости... И теперь получается, что Нефеш, которая изначально была у него из Брия... Узри же теперь, какое

спад вызвал первый человек своим грехом, ибо изначально тело

его было из Ецира, а теперь его Руах — из Ецира. Здесь несколько

ступеней: тело его из нашего мира, Нефеш — из Асия, Руах — из

Ецира, то есть из того места, откуда изначально происходило

тело. Это вызвало большое повреждение в самих мирах. Теперь

ты поймешь грех первого человека, ибо Святой, благословен Он, сказал ему, поскольку у него не было части из мира Асия, чтобы

не ел от древа познания, которое связано с Асия. А когда он поел

от него, то спустился со своей высоты и уменьшился. И

поймешь, каким образом древо познания принадлежит Малхут, то

есть Асия».


Итак, Асия спустилась и отошла от Брия. Значит, потолокупал и

стал землей. Итак, место мира Асия — на уровне Брия, в состоянии

потолка. Это означает, что человеку не стоит совершать действия, исходя из слепого побуждения, без мысли. Сукка призвана исправить

все это и поднять мир Асия на его место, чтобы «кожа» стала «светом», а «земля» (עקרק) стала «небосводом» (עירק) 89 и потолком. На идею

этого греха намекает фраза: «От лени сгниет потолок, а если опустить

руки, протечет дом» (Коэлет 10:18). Потолок становится гнилым и

падает вниз на пол.


89 В слове «земля» (עקרק) есть намек на зло (ער), как сказано: «Побуждение сердца его - лишь

зло (ערקר) весь день». Таково зло человека из-за греха. Он совершил зло и вместо «света» (רוא) появилась «кожа» (רוע), а вместо схаха (ךכס), дающего число 100, появилась буква Куф, означающая

падение вниз. Это первая буква в слове «земля»)עקרק( Если бы первый человек хранил мысль в виде

Йуд, то Йуд осталась бы вместо Куф, и получился бы «небосвод»)עיקר( , а падения не произошло бы.


Принцип отрыва схаха от земли


Суть сукки — схах. На его исправление намекает подъем Малхут, чтобы она стала как Бина: растения из земли, которые и сами как земля, поднимаются и становятся потолком. Благодаря этому мы, с Б-жьей

помощью, поймем несколько секретов схаха. Прежде всего, становится

ясно, почему нужно отделять растение от земли. Пока оно соединено с

ней, оно не может подняться наверх. Ведь все, соединенное с землей, само становится как земля. А чтобы его возвысить, очистить и вернуть

на нужный уровень, следует отделиться от нее. И хотя кажется, будто

отделяешься от источника жизни, это всего лишь источник

материальной жизненной силы. При этом поднимаешься наверх с

большим очищением к истоку высшей жизни. Это тайна «верхней

земли» — потолок нашего мира является поверхностью этой верхней

земли (Бина — это наш потолок, дающее начало, но она сама является

получающей от Хохмы и еще более высоких миров в качестве земли и

женского начала). То есть потолок тоже является источником жизни, но

это — верхний источник, высокая и духовная жизнь. Это Божественная

душа (Нешама), входящая в схах, подобно тому, как «Имя Небес

ложится на сукку» и возвышает ее, превращая в высокий свет и

возлагая на нее огромную святость. Вот что говорится у святого Ари в

объяснении заповеди делать перила для крыши (Шаар а-Мицвот, гл.

Теце; текст адаптирован для читателя):


«Сначала был создан мир Ацилут. А после того, как был

создан этот мир, называемый «Ацилут», верхняя Бина в нем

простерла покров, чтобы отделить его от мира Брия. Этот

покров называется почвой мира Ацилут и крышей мира Брия. Ведь

четыре эти мира подобны четырем домам, одинаковым по длине

и ширине, но один построен на другом, а тот — на третьем.

Выходит, что почва мира Ацилут — это и есть крыша мира Брия.

А поскольку о том, что находится от Кетера Ацилута и выше, нет у нас права говорить, ибо о том сказано: «Непостижимого

для тебя не ищи» (Хагига 13 а), поэтому мы не занимаемся

объяснением крыши и перил мира Ацилут, то есть самого

верхнего из всех домов. Но объясним крышу мира Брия — второго

дома, соответствующего Бине, как упомянуто выше. Он также

называется «большая Бет из Берешит», и о нем сказано: «Когда

построишь новый дом...» (Дварим 22:8) Это мир Брия, крышей

которого является почва мира Ацилут, то есть упомянутый

выше покров, разделяющий Ацилут и Брия».


Отметим, что в других разделах (ко второму дню) мы приводили

слова Ари по поводу схаха, где говорилось, что он является настоящим

покровом, который простирает Бина. Выходит, одно соответствует

другому удивительно четко: принцип схаха — это принцип Бины, потолок, покров. Он делается из того, что растет на земле. Ведь земля

— это и есть потолок, только после греха и падения. Сукка призвана

исправить грех и возвысить землю к ее первоначальной ступени.


Закон о покрывании сукки землей,

металлом или кожей


Отсюда мы поймем слова Гмары (Сукка 11 б), где рассуждают о

том, какими именно вещами можно покрывать сукку. Хотя все они

происходят от земли, все равно для схаха годятся не все. Например,

сама земля, как и все металлы, считающиеся ее частью, непригодны

для покрытия сукки. Поэтому нельзя покрывать ее глиной или

железными прутьями и т. п., как и всем, что имеетживотную природу, —

например, шкурами. Хотя животные растут благодаря земле, поскольку

питаются от нее, они все равно не называются «растущими из земли»90.


90 «Всякое животное согласно раби Йоханану растет из земли, поскольку от нее питается. Но

рыбы, соль и грибы не растут из земли. В законах десятины животные называются «растущими из

земли», как говорит Писание (Дварим 14): «И дашь деньги за все, чего возжелает душа твоя...» - как

объясняется, что это плод от плода и растущее из земли... Но мнение раби Йоханана не было

принято, против него возразили: «Если уж праздничная жертва - животное...» Учат смысл из слов «из

гумна и давильни твоей», но на это не полагаются, чтобы разрешить покрывать сукку шкурами.

Допустим, животные и называются «растущими из земли», поскольку земля дает им пастбище и

питание, но нам требуется то, что буквально растет из земли, а не животные. В главе «Нанимающий

рабочих» (Бава Мециа 89 а) учим: «Рабочие едят то, что растет из земли». Это выучивается из слов

«Не преграждай рта быку, когда он молотит» - как молотьба происходит с тем, что растет из земли...

исключается тот, кто доит молоко, производит творог и т. д. Следовательно, мудрец Мишны не

называет их (животных) растущими из земли» (Раши к Сукка 11 б, со слов «Как праздничная

жертва»).


Поэтому по закону только растения годятся для схаха. Возможно, это связано с разделением на неживую, растительную и животную

природу. Неживая — это сама земля. Хотя главное исправление должно

касаться ее самой, поскольку это сам мир Асия и «тело нижних миров», мы все равно не в силах исправить эту сущность нижних миров, пока не

придет праведный Избавитель. Тогда «земля (материальная) как ткань

истлеет, и небеса как дым, рассеются» (см. Ишайя 51:6), и возникнут

«новые небеса и новая земля» (см. Ишайя 65:17). Все утончится через

высшее очищение. Вот почему нельзя покрывать сукку землей, ибо ее

мы не можем поднять и вернуть на прежнее место, сделать потолком, светом Бины.


Спор в Гмаре о покрытии шкурами


Что же касается покрытия шкурами, относящимися к животному

царству, мы видим в Гмаре (11 б) разногласие. По одному из мнений, выходит, что разрешено покрывать шкурами, но это мнение отвергается.

По сути этого спора, отметим, что запрещающий покрывать шкурами

считает, что животные происходят не из земли, и потому в этом для нее

нет возвышения. Животные — это среднее звено между землей и

человеком, это Руах. Поэтому в них есть дух и движение, как в человеке, по принципу «А дух животного спускается вниз, в землю» (Коэлет З:21).

Но они не присоединены кземле, чтобы считаться ее частью. Хотя они и

питаются от нее и потому называются «растущими из земли» в законах

о второй десятине (см. выше в примечании цитату из Раши), все равно

растут они не из нее. Ведь в животных есть нечто, происходящее от

более высокой силы, чем земля. Их прах (материя) берется из земли, как написано: «Да произведет земля душу живую по виду ее, животное и

гадов...» (Берешит 1:24), но их жизненная сила идет не от земли, а

свыше — от искр и лучей духа человеческого91.


91 «Душа человека в своей широте включает частные души всех творений. Животная душа -

это искра от света общего великого факела человеческой души. Лишь с внешней стороны кажется, что каждый вид и особь существуют сами по себе. Но проникающий вглубь взгляд видит великое

пламя жизни, охватывающее общего человека во всех частях, среди которых есть многие уровни, различные по степени проявляющегося света и тепла. Каждое творение способно воспринять лишь

малую часть этого света. И все стремится и ищет возможности вернуться к этому высшему свету в

его полноте, соединиться с душой человека, быть озаренным его светом» (Орот а-Кодеш, стр. 359).

Еще там написано: «Есть удивительные способности, встречающиеся у животных, которые иногда

приводят нас в изумление, и человек не может достичь их и подражать им, разве что после

длительного и упорного изучения. И даже после этого он может лишь приблизиться к тому качеству, что проявляется в их способностях. Эти силы приходят к ним, поскольку все уровни животных по их

видам, их жизненный свет - это осколки высшей великой души, полной мудрости и таланта, которая

разделилась на многие ответвления. В каждом из них светит согласно его качеству одна из светлых

сторон этой великой души, обладающей мудростью и чудесным талантом. Но светит она лишь в

ничтожной мере, как капля в море» (там же стр. 358).


Значит, их нельзя буквально признать землей, и нет в них ничего, что указывало бы на ее возвышение и исправление. Поэтому они не

годятся для схаха, так как располагаются между уровнем человека (Руах

и стены сукки) и уровнем земли (исходные материалы). Об этом

Маараль говорит, что у животных есть немного «формы», запечатленной в материи, и они не являются буквально исходными

бесформенными материалами (Гвурот а-Шем, гл. 4; Хидушей Агадот, Нида 31 а).

Получается, что животные — средний уровень между землей и

человеком. Возможно, разрешающие покрывать сукку шкурами считают, что, в конечном счете, основное их происхождение все-таки из земли, а

значит, они относятся к принципу земли. Ведь у них нет разума и знаний, а человек запечатлевает на них свою форму. Поэтому животные

действительно указывают на землю, и ими можно пользоваться для

схаха, передавая этим идею возвышения земли. А кто запрещает, полагает, что в них есть искры человеческого духа, и их происхождение

— из того, что выше земли. Вот почему они не выражают ее

возвышения.

Возможно также, что спорящие разошлись в другом вопросе: как

следует относиться к животным — согласно их корню до греха или

согласно их нынешней ступени? До греха животные обладали разумом и

даже разговаривали, как змей, и как объясняется в святых книгах (Адир

ба-Маром 1, стр. 29)92.


92 «До греха все виды животных были наделены разумом, сознанием и всеми талантами, необходимыми человеку, чтобы использовать их в различных работах, в каких он в то время

нуждался для улучшения мира. Все они обладали полным сознанием и даром речи, как видно в Торе

из утверждений и речей змея. Ибн Эзра также написал там, что змей обладал сознанием и

настоящим даром речи. То же самое было в то время и у всех животных. Писание говорит лишь, что

змей был самым хитрым среди зверей, но не говорит, что он владел речью больше остальных. Все

они были наделены разумом и речью, но хитрость была присуща змею больше, чем любым другим

животным. Посмотри в книге «Адир бе-Маром» рава М. X. Луцатто (стр. 11 а), где сказано, что

животные во времена первого человека до греха были на том же уровне, на каком находятся люди в

наше время (далее у нас эта тема будет разобрана глубже). Смотри также, что написано в святом

Зоаре, глава Ваехи (221 б) и глава Эмор (107 б): «Когда человек вставал на ноги, видели его все

творения и страшились его, и шли за ним, словно рабы за царем. А он говорил им: я и вы придем, склонимся и преклоним колени...» То же самое видно из Тикуним (тикун 56). А в Пиркей раби Элиэзер

(глава 11) написано следующее: «Встал человек на ноги и был облачен образом Творца. Увидали его

творения и испугались, думая, будто это Творец их. Пришли все и преклонились перед ним. А он

сказал им: Пойдемте, я и вы, и воцарим над нами Того, кто сотворил нас. Пошел человек и воцарил

Его первым, а все творения последовали за ним и сказали: Б-г царствует...» И как были в то время

все животные на более высоком уровне, так были и все части растительного и неживого мира, так как

вся реальность нашего мира пребывала тогда на более возвышенном уровне» (Лешем Шво ве-

Ахлама, главы о мире хаоса 2, 3:8).


Также разговаривал и осел раби Пинхаса бен Яир, различая между

тем, от чего отделили десятину, и тем, от чего не отделили (Хулин 7).

Поэтому животные не годятся для схаха — по своему источнику они

больше относятся к уровню Руах. А кто разрешает, считает, что нужно

рассматривать животных согласно их нынешнему уровню, поскольку они

относятся к земле, и нет в них прежней ступени. Значит, можно

покрывать сукку их шкурами, выражая идею подъема мира снизу

обратно наверх.

Заметим, что в будущем мы воссядем в сукке из кожи ливьятана.

Возможно, отсюда есть подтверждение для тех, кто полагает, что можно

покрывать сукку шкурами (мы не приводим алахическое доказательство, но лишь указываем на духовную суть). Может быть также, что ливьятан

—это что-то другое, например, уровень рыб, которые, возможно, отличаются от животных, как говорит Иерусалимский Талмуд: «Ловящий

рыбу из моря в субботу нарушает запрет срезать урожай». Отсюда

видно, что рыба считается прикрепленной к своему источнику, то есть к

воде, гораздо больше, чем животные (это принцип Малхут, когда она

выше, чем в состоянии сухости, и это указывает на большое

возвышение).


Покрытие сукки растениями


Как бы то ни было, мы покрываем сукку растениями. С одной

стороны, они действительно являются частью земли, поскольку

присоединены к ней и растут буквально из нее. С другой стороны, это не

сама земля. В них нет той низости и грубости, что в земле, так как

растение — результат оставшегося в почве света. Земля отдает всю

свою силу и производит растение. Это дает ей подъем: от неживого на

растительный уровень. Поэтому в законах благословений мы находим

разные уровни: плоды дерева стоят выше плодов земли, поскольку

представляют собой высший подъем для нее — она произвела дерево, дающее плод. Древесные плоды подобны «внукам» земли. В любом

случае растение — это земля в своем наивысшем состоянии, и потому

оно избрано стать покрытием сукки. Его берут и отрезают от почвы, но

это не отрыв от жизни, а возвышение. А любое возвышение, как

известно, происходит через боль от отказа от более низкой жизни. Таким

образом, оно поднимается, становясь потолком — высшим миром. Там

оно становится светом схаха.


Закон «Сделай, но не из уже сделанного»


Ранее мы видели, что главное, что поднимает мир Асия вверх, —

это Ецира. Она поднимает его к миру Брия, как Тиферет поднимает

Малхут к Бине, а Руах — Нефеш к Нешаме. Тоже самое происходит и в

нашем случае: стены поднимают пол на уровень потолка. Закон гласит, что не бывает схаха без стен. Он может находиться только на стенах, и

сами они должны ему предшествовать. Ведь схах и потолок существует

в силу пространства, которое связано с работой человека (принцип

стен). Только таким образом можно поднять пол (или землю) и сделать

потолком. А поскольку основное возвышение мира осуществляется

человеком, он обязан сделать схах самостоятельно, чтобы он не

оказался там без человеческих усилий. Это и значит «сделай, но не из

уже сделанного». Человек сам должен устроить схах, поместив его

наверх для тени. Значит, нужно сознательно действовать ради

возвышения мира, превращая землю в потолок. Это должно

происходить именно через человеческие совершения, через Руах, фитиль, Ецира, Тиферет.


Обработанное дерево не годится для схаха


В любом случае, нельзя обрабатывать схах, превращая его в

инструмент для человека, то есть в то, что восприимчиво к нечистоте.

Все, что становится таким инструментом, входит в человеческую

категорию — на уровень Ецира-Руах-Тифе-рет. Оно уже находится под

человеком и служит ему. Сущность человека включает в себя все

предметы мебели и средства, которыми он пользуется, и все это входит

в границы пространства его деятельности. Но схах над человеком, в

виде потолка, Нешама. Поэтому не нужно обрабатывать древесину, чтобы она обретала форму изделий, восприимчивых к нечистоте. Она

должна оставаться в исходной форме — принадлежать Божественной

природе, а не человеческому выбору. Благодаря этому растения смогут

подняться от земной природы (Нефеш) к природе потолка (Нешама). Но

пусть не становятся на человеческий уровень, где властвует сила Руаха

и выбор. Иначе их подъем произойдет только с уровня Асия к Ецира, и

они не станут настоящим высоким источником благодати для человека

на уровне Нешама.


Сукка из отходов?!


В свете сказанного поймем еще один закон, выученный в Гмаре (12

а) из фразы: «Собирая из гумна и давильни твоей» (Дварим 16:13) —

нужно покрывать сукку именно «отходами из гумна и давильни, а не

самим гумном и давильней», то есть нужно класть на сукку отходы —

ветви и срезанные виноградные лозы, а не сами виноградины. Поэтому

фрукты не годятся для схаха, но лишь ветви и листья, которые

относятся к категории «отходов». Здесь уместен вопрос: с чего это мы

вдруг покрываем сукку отходами? Ведь для Всесильного Б-га нашего

следовало бы пользоваться наилучшими материалами. Каин принес в

жертву не самые лучшие плоды, и его приношение было отвергнуто.

Почему же мы вдруг приносим отходы, которые даже и не назовешь «не

самыми лучшими плодами». Там были, по крайней мере, какие-то

плоды, а у нас и вовсе отходы!


Здесь кроется большая глубина. Ведь покрытие сукки — это

исправление греха земли, которое выводит ее из проклятия, из

состояния «кожи» к «свету». Корень падения был связан с деревом, а не

с плодом. Ведь Всевышний хотел, чтобы земля произвела «Дерево

плодовое, делающее плод» (Берешит 1:11) — чтобы вкус древесины

был таким же, как вкус плода. Но земля согрешила и произвела «дерево, делающее плод», то есть древесина не имела вкуса плодов. Это и стало

причиной возникновения отходов. Если бы все было по вкусу, как плоды, то все было бы съедобно. Но из-за греха появилось дерево, которое

приносит плоды, а само такого вкуса не имеет. Так оно превратилось в

отходы, которые стали корнем всякого зла и нечистоты (клипа). Ведь

любая кожура (клипа) — это отходы. Вот почему основное исправление

для земли должно быть связано именно с отходами, а не с плодами, которые и без того исправны.

Можно сказать, что эта идея является внутренним корнем закона, который мудрецы выучивают из слов «собирая с гумна и давильни» —

«Об отходах гумна и давильни говорит Писание». Они специально

используют выражение «отходы», чтобы указать на нечто низкое. Это не

похоже на приношение Каина, но относится к высокой тайне. Мы

собираемся буквально поднять миры и потому работаем именно с

отходами, воздействуя на них, чтобы возвысить их из состояния

падения. (На это же намекают и вторые скрижали, призванные

исправить падение с тельцом, подобное падению из-за древнего греха.

И об этом сказано: «Вырежи себе» (псоль), а мудрецы учат: «Отходы

(псолет) от них — тебе». Благодаря им Моше обогатился, совершив

исправление). Падение главным образом исходит из отходов. Грех

земли дал начало существованию добра и зла. Добрая часть — это

плод, а злая — колючки, сорняки и отходы от плодовых деревьев.

Поэтому главное исправление и подъем должны касаться той части, которая упала, то есть отходов, а не самих плодов. Вот почему плодами

нельзя покрывать сукку: ведь они не указывают на настоящий подъем и

исправление. Именно отходы гумна и давильни возвышаются через

сукку, которая исправляет землю и все, что ей принадлежит. Ясно, что

сукка имеет корень в этом принципе. Она представляет собой дом, то

есть мир, в котором мы живем. Поэтому очевидно, что она призвана

указывать на исправление миров, на дом, землю, как мы видели в

предыдущем разделе.


Корень отходов выше, чем корень давильни


Известно, что именно те части, которые упали в самый низ, имеют

корни в самых высоких светах — выше того, что осталось исправным. В

этом секрет светов хаоса, которые выше светов исправления (Орот, стр.

122, см. раздел «Бе-суккат - бе- суккот»). Поэтому мы действительно

видим, что отходы давильни поднимаются выше самой давильни. Ведь

плоды служат человеку, давая ему пищу. Они фактически остались на

уровне человека, на уровне Руах, посередине, как и все сосуды.

Поэтому плоды, как и сосуды, восприимчивы к нечистоте. Они

представляют собой часть уровня человека, живущего в доме, по

принципу «Стол человека и его еда в сукке». Но отходы поднялись на

самый верх, на уровень схаха, Нешама — к истоку, изливающему на

человека свет. В этих отходах, в самой древесине, коренится огромная

сила. Ведь в дереве есть сила выращивать плоды. Получается, что

дерево — это источник плодов, а источник всегда выше того, кто из него

происходит. И потому, хотя в нашем мире дерево ниже плодов, поскольку нет в нем вкуса, и оно становится отходами, по своему корню

оно выше. Вот почему оно способно выращивать плоды, несмотря на

отсутствие в нем собственного вкуса, красивого вида и запаха. В корне

его содержится большой свет. В своем подъеме и исправлении оно

возвышается над плодами, становясь потолком, Нешамой — высшим

светом, изливающимся на человека. А плоды становятся пищей для

него и оказываются ниже него, становятся частью его существа.

Поднимаясь, отходы восходят к своей внутренней точке, которая

никогда не поддается нечистоте, в отличие от плодов, которые ей

подвержены.


Спор раби Йоханана и Рейш Лакиша


В виде отступления, отметим, что мудрецы Гмары разошлись во

взглядах по поводу источника закона о том, что покрывать сукку нужно

именно «тем, что растет из земли и не принимает нечистоту» (Сукка 11

б). Рейш Лакиш учит это из облаков. Ведь суккот были облаками славы, а по мнению Рейш Лакиша облако происходит из земли, как написано

(Берешит 2:6): «И пар поднимался от земли и орошал всю поверхность

земли». Известно, что облако — это вода, которая испарилась с земли, поднялась и стала облаком. В отличие от этого, раби Йоха-нан учит

закон о схахе из другого места: «Собирая с гумна и давильни» (Дварим

16:13). Он учит отсюда, что Писание говорит об отходах гумна и

давильн^ как мы это видели выше. В Иерусалимском Талмуде

объясняется, почему раби Йоханан не выучил этот закон из облаков, как

Рейш Лакиш. Причина в том, что он не согласен с ним относительно их

происхождения. По мнению, Рейш Лакиша облака происходят снизу, а

согласно раби Йоханану — сверху. Вот что приводится в Тосафот к

трактату Сукка (12 а, со слов «об отходах гумна и давильни»):


«Раби Йоханан не учит из облаков славы. В Иерусалимском

Талмуде объясняется закон по одному и по другому мнению. Раби

Йоханан сказал: «Облака наверху были», то есть они приходят с

неба, а не растут из земли, как говорит наша Мишна. Рейш

Лакиш сказал: «Внизу они были». Раби Йоханан уподобляет их

человеку, посылающему другу бочку и кувшины, а Рейш Лакиш

уподобляет тому, кто говорит другу: «Пришли мне корзину, а я

положу тебе пшеницу». То же самое приводится в Берешит Раба

(гл. 13): Раби Йоханан сказал: «Облака приходят не иначе, как

сверху, как сказано: И увижу с облаками небес (Даниэль 7:13)», а

Рейш Лакиш сказал: «Облака не иначе, как снизу, как сказано: Поднимает тучи с края земли (Теилим 135:7)». По раби Йоханану

это как тот, кто угостил друга, дав ему бочку и кувшины. По

Рейш Лакишу это как тот, кто сказал другу: «Дай мне пшеницы», а тот отвечает: «Дай свою корзину и приходи отмерять». Так

сказал и Святой, благословен Он, земле: Приведу облака, и

получишь дождь»».


Тосафот говорят, что раби Йоханан выучивал этот закон не из

облаков славы, и в Иерусалимском Талмуде объясняется, что каждый из

них следовал своему подходу. Раби Йоханан говорит, что облака

приходят сверху и потому не считаются растущими из земли. Значит, очевидно, что наша мишна вывела этот закон не из облаков. А Рейш

Лакиш считает, что облака происходят от земли. Раби Йоханан

уподобляет облака человеку, посылающему другу бочку вина и

кувшины, чтобы в них наливать вино из нее. А Рейш Лакиш уподобляет

их человеку, говорящему другу: «Пришли мне сосуд, и я наполню его

пшеницей». В Берешит Раба приводится аналогичное объяснение.

Этот спор, конечно же, очень глубок, и корень его тянется из

внутреннего разногласия о сути облака, которое означает Божественное

раскрытие. Возможно, суть спора связана с источником этого раскрытия

— заключен ли он в пробуждении снизу, которое вызывает благодать

сверху, или же облако — это пробуждение сверху, но не снизу. Но, по

обоим мнениям, мы видим, что схах должен происходить снизу, и

поэтому раби Йоханан выводит этот закон не из облаков, а из отходов

гумна и давильни. Значит, по всем мнениям, принцип схаха коренится в

возвышении земли и ее становлении небом. Согласно Рейш Лакишу, поскольку облака происходят от земли, и это тоже разновидность ее

подъема вверх, то можно выучить из этого закон сукки. Согласно раби

Йоханану облака не выражают подъем земли, так как их источник — на

небе, а значит, закон о схахе нужно выучить из слов «Собирая с гумна и

давильни».


Храм, сукка и подъем миров


Конец упирается в начало, и мы возвращаемся к тому, с чего начали

этот раздел, — сукка выражает принцип Храма. А Храм, как мы видели,

— это идея древа познания, в отличие от Торы, связанной с древом

жизни. Главная идея Храма — подъем Малхут, нашего мира. Отсюда мы

выучиваем, что на это как раз и намекает схах, который является

основой всей сукки. В нем заключен секрет возвышения земли, Малхут, которая поднимается на самый верх, становясь Биной, будущим миром, потолком93.


93 Это тайна имени Адонай, которое, как известно, восходит к своему истоку в имени Эгйе

(Шаарей Ора, врата 1). Имя Эгйе находится в Бине, а имя Адонай - в Малхут, и все это в силу имени

Авая, которое в Тиферет. Оно соединяет Эгйе и Адонай. Мы уже упоминали в конце раздела о

постоянном и временном, что имя Эгйе намекает на два уровня, поскольку буква Апеф в нем - это

корень Апеф из Адонай, а Йуд-Гей в нем - корень этих же букв в Авая. Получается, что Адонай имеет

более высокий корень, который находится в начале имени Эгйе. Его окончательное восхождение

приведет его к самому верху - Малхут поднимется над Тиферетом, по принципу «Женщина окружит

мужчину». Она станет ему стеной, суккой. Это принцип подъема Храма и Израиля над святостью

Торы во время исправления всех миров, вскоре в наши дни.


Все это связано со сфирой Год, которая указывает на Храм, как

сказано: «Великолепие (год) — это Храм» (Брахот 58 а). Качества Нецах

и Год, как известно, соединены вместе, но Нецах выражает верхний

корень, который никогда не потерпит ущерба, а Год — раскрытие

наружу, которое подвержено изменениям, спускам и подъемам. Поэтому

в сфире Год происходит разбиение: «Великолепие мое обернулось мне

губителем» (Даниэль 10:8). Год (דוה) упал, превратившись в

«страдание» (הוד), как сказано: «Сделал меня опустошенной, весь день

страдаю» (Эйха 1:13). Итак, Год — это принцип Храма с точки зрения

раскрытия его света в мире. Поэтому в нем возможно падение и

разрушение, когда усиливаются грехи. Естественно, что и подъем миров

имеет корень в сфире Год, которая возвращается и исправляется (это

связано с положением левой линии, поднимающейся до Бины, как

объясняется в предисловии к Тикуним). Весь принцип подъема миров

коренится в недостатке. Ведь недостаток создает движение к

восполнению, а оно и становится основой для возвышения миров.

Да будет воля, чтобы мы поскорее удостоились высокого и

большого подъема, с исправлением всех миров внизу, дабы вернулись

они к своей первозданной чистоте и источнику; Нефеш соединится с

Нешамой, Малхут с Биной, и поднимется вся материя, став снова

светом. Да явится нам Царь наш в полной красе Своей святости, построив дом жизни нашей и красоты вскоре, в наши дни. Амен и амен!


ШЕСТОЙ ДЕНЬ


Есод – Йосеф


«Суккат» или «Суккот»

Объяснение раздела Гмары

Согласно внутреннему смыслу


Разногласие в Гмаре


Спор раби Шимона и мудрецов о стенах сукки94


94 Этот раздел был написан непосредственно перед Лаг ба-Омером. Поэтому в нем есть много

аромата вокруг святой души раби Шимона бар Йохай. Фактически, этот раздел дает мельком

взглянуть на свет внутренней части Торы Рашби, причем именно через размышление о его подходе в

обсуждаемом здесь споре в Гмаре. Этот раздел охватывает многие вопросы, и в нем есть важные и

драгоценные ключи к основам веры и внутренней сути Торы, как и размышление об удивительной

глубине в словах мудрецов в Гмаре. Он поставлен в соответствие шестому дню, так как суть

примирения и соединения между разными силами связана именно с этим днем и имеет корень в том, что объясняется далее относительно мнения мудрецов. Известно также, что Рашби имеет корень в

сфире Есод, и весь этот раздел опирается на это. Отметим, что раздел «Элуль и лулав» связан с

этим разделом. Кто изучит их оба, тот выиграет вдвойне. Да удостоит нас Б-г отведать сладость Торы

в открытой и тайной ее частях со всем Израилем. Амен и амен.


Раби Шимон и другие мудрецы разошлись в Гмаре во мнениях по

поводу закона о стенах сукки. Раби Шимон считает, что должно быть три

полных стены, соответствующие всем их законам, а в качестве

четвертой достаточно стены высотой в ладонь, а его оппоненты

считают, что должно быть две нормальные стены, а третья — хотя бы с

ладонь. Объясняя источники этих мнений, Гмара говорит (Сукка 6 б):


«Учили мудрецы: Две целые, а третья хотя бы с ладонь. Раби

Шимон говорит: Три целые, а четвертая хотя бы с ладонь. О чем

спорят? Мудрецы считают, что есть преимущество у традиции, а раби Шимон считает, что есть преимущество у чтения.

Мудрецы считают, что есть преимущество у традиции — «бе-

суккат», «бе-суккат», «бе-суккот», вот уже четыре. Возьми одну

для самой сукки, останется три — две должны быть целыми, а

потом приходит алаха и убавляет третью, оставляя ей размер с

ладонь. Раби Шимон считает, что есть преимущество у чтения:

«бе-суккот», «бе-суккот», «бе-суккот», вот уже шесть; возьми

одну для самой сукки, останется четыре — три должны быть

целыми, а потом приходит алаха и убавляет четвертую, оставляя ей размер с ладонь».


Объясним Гмару своим языком. Она говорит, что учителя Мишны

спорили относительно фразы из Писания в главе Эмор, говорящей о

заповеди сукки. Там написано (Ваикра 23:42-43): «В шалашах (бе-суккат) живите семь дней, каждый житель в Израиле пусть живет в шалашах

(бе-суккат), чтобы знали поколения ваши, что в шалашах (бе-суккот) поселил Я сынов Израиля, выведя их из страны Египта. Я Б-г

Всесильный ваш». Слово «суккот» написано здесь три раза, и это

единственное место в Торе, говорящее об этой заповеди. Таким

образом, эти три раза — единственные в своем роде. Но между ними

есть различие: первые два раза это слово написано без Вав, то есть

«бе-суккат», в отличие от третьего раза, где буква Вав присутствует (бе-

суккот). Два слова тут лишние — достаточно было бы сказать: «В суккот

живите семь дней, каждый житель в Израиле пусть живет в них, ибо в

них поселил Я сынов Израиля, выведя их...» Итак, есть два лишних

слова, а мудрецы стараются выучить новые законы из всего, что

кажется лишним в Писании, ибо таков их подход к толкованию. Первое

упоминание суккот требуется для самой заповеди сукки, а два других, как сообщают мудрецы, призваны научить законам о ее стенах. Но тут

начинается спор между мудрецами и раби Шимоном. Ведь в Торе

написано (ктив) «бе-суккат», а мы читаем (кри) «бе-суккот». Если

взглянуть на то, что написано, без Вав, это выглядит как единственное

число (как в словах «Простирай сукку мира»). Если же следовать тому, как мы читаем Писание, возникает множественное число (суккот). Это

затрагивает известный спор в Гмаре: есть ли преимущество у чтения —

следуем ли мы затем, как читают и слышат текст вместе с огласовками, а не за тем, как он написан; или же преимущество на стороне традиции, то есть нужно следовать за тем, как написано в Торе?

Раби Шимон считает, что преимущество на стороне чтения, поэтому

мы учитываем два лишних слова, как если бы было написано «бе-

суккот» во множественном числе. Тогда два последних слова «бе-

суккот» дают четыре (поскольку минимальное множество — 2 — Г.С.).

Мудрецы же говорят, что преимущество на стороне традиции, а значит, мы учитываем эти два слова так, что в одном написано «бе-суккат»

(единственное число), а в другом — «бе-суккот» (множественное). Ведь

так они и даны в Торе, и тогда в сумме получается три. Учителя Мишны

считают, что эти слова призваны обучить нас законам стен. Получается, что, по раби Шимону, в Торе говорится о четырех стенах, а его

оппоненты считают, что только о трех. Кроме того, мудрецам передана

«алаха от Моше с Синая»: для одной из стен достаточно высоты с

ладонь. Тогда, по раби Шимону, три стены должны быть нормальными, полными, а для четвертой достаточно ладони. А мудрецам хватает двух

нормальных и третьей размером с ладонь. Таков спор в Гмаре.

Мы будем размышлять о нем и постараемся разобраться с

подходом раби Шимона бар Йохай. Известно, что споры в Гмаре

содержат огромную глубину. Святой Зоар говорит, что все слова

учителей Мишны и Гмары основаны на тайнах Торы. Корень этого

разногласия кроется именно на тайном уровне Торы, и лишь его

продолжение доходит до известных нам законов95.


95 «Учителя Мишны и Гмары все учение свое на тайнах Торы основали» (Зоар 3, 244 б).


Известно, что святой Ари учил каждый раздел Гмары согласно

тайному смыслу96.


96 «Однако мой учитель был быстрым и легким в изучении в предельной степени. В

большинстве случаев он анализировал каждый закон шестью способами через обсуждение, что

соответствовало шести будним дням, а потом изучал его седьмым способом согласно тайному

смыслу, в соответствии с шабат, где нет клипот» (Шаар а-Мицвот, глава Ваэтханан).


Преимущество чтения или традиции —

письменная и устная Тора


Чтение и традиция — письменная и устная Тора


Прежде всего, нужно задуматься о глубине этого спора — есть ли

преимущество у традиции или у чтения: следуем ли мы за тем, что

написано (ктив), или за тем, как это читают в Торе (кри). Тосафот там же

(6 б, со слов «Раби Шимон») отмечают, что, на самом деле, все

согласны, что значимо то и другое, но когда между ними есть

противоречие, возникает спор, следовать ли за Писанием или за

чтением. Мы видим, что раби Шимон, как и его учитель раби Акива

(Гитин 67 а, Санедрин 86 а), оба считают (Санедрин 4 а), что нужно идти

за чтением, а не традицией. Требуется понять глубже их подход.

Прежде всего, традиция — как слова пишутся в Торе, относится к

Письменной Торе. А чтение — как Израиль читает их — это Устная Тора.

Из поколения в поколение передается в еврейском народе способ

чтения вместе с огласовками и знаками таамим, кантилляции. Устно от

отца к сыну и от учителя к ученику. Одним из доказательств истинности

Устной Торы, приведенным у мудрецов, служит тот факт, что в свитке

Торы нет огласовок. Получается, что без Устной Торы никак невозможно

узнать закон. Например, написано: «И будет нечистой семьдесят, как

при ниде» (Ваикра 12:5). Можно прочесть «шивъим» (семьдесят), а

можно «швуаим» (две недели). Как же нам себя вести? Есть и много

других примеров. Значит, нужны огласовки и знаки кантилляции, сохраненные Устным преданием, Устной Торой.


Чтение с традицией — единение Святого,

благословен Он, и Шхины


Во многих местах святого Зоара (1, 47 б - 48 б; 247 б; 2, 118 б, 131 б, 200 а, 205 б и др.) говорится, что Письменная Тора — это Тиферет, свет

Святого, благословен Он, а Устная Тора — это корень святости народа

Израиля (см. Орот а-Тора, гл. 1), Малхут, свет Шхины. Вот что говорится

в Зоаре: ««Написано» — это Тора, тайна мужского и женского вместе,

Письменной и Устной Торы» (2, 238 б). Это напоминает высказывание

Элияу: «Малхут-у-ста — Устной Торой мы зовем ее» (предисловие к

Тикуней Зоар 17 а). Это значит, что уста означают Шхину, то есть

Божественное раскрытие в мирах. Ведь такова задача Израиля —

проявить свет Божественности во всех мирах, как сказано: «Народ этот

создал Я, славу Мою возвестят» (Ишайя 43:21). А это связано с чтением

по книге, когда возвещают и провозглашают перед многими то, что в ней

написано. Так евреи привлекают высший Божественный свет в миры.

Мы — читающие по книге, мы произносим громким голосом и возвещаем

всем обитателям мира о реальности и присутствии Творца, о Его путях и

указаниях всем жителям Земли. Мудрецы сказали: «У народа этого сила

не иначе, как в устах» (Берешит Раба 65:20; Бемидбар Раба 20:4). Ибо

это главное и коренное наше предназначение — рассказывать миру о

пути Б-га и славе Его, о чудесах, которые Он сделал с нами, о

безграничной силе, о том, как Он любит Свой мир, Его возвышенной

святости и праве быть Его слугами и исполнять Его волю. Так наш отец

Авраам взывал к имени Б-га во всяком месте, и так делаем мы, евреи, во всех поколениях.

Фактически, Письменная Тора соответствует глазам, поскольку они

видят написанное в книге, а Устная Тора — рту, который читает и

передает Письменную Тору всем окружающим (это понятия «книга» и

«рассказ», о которых говорится в начале Сефер Ецира; см. начало

комментария а-Гра к Сифра де-Цниута). Чтение Торы — это единение

Святого, благословен Он, со Шхи-ной. Ведь Письменная Тора в

отдельности недостаточна, так как прочесть ее можно разными

способами. Именно Устное учение, традиция огласовок и знаков

кантилляции, переданных народу Израиля, довершает полноту Торы.

Без нее Тора подобна запечатанной книге, которую невозможно понять.

Следовательно, совершенное раскрытие Божественности на самом

деле получается только через соединение Святого, благословен Он, и

Шхины — соединение народа Израиля и Торы. Без Израиля Тора

несовершенна. Это очень важный принцип: полнота святости

постигается, только когда Израиль и Тора вместе. Значит, не надо

думать, что Тора сама по себе полноценна, что это совершенный свет, который спускается свыше, чтобы исправить Израиль, а он лишь

несовершенный получатель, подвергающийся ее воздействию. На

самом деле, это в Торе есть недостаток, как у мужа без жены. Супруга

дополняет мужа, делая его цельным, целостным человеком (Адам), которым без нее он не является97.


97 В этом тайна восполнения последней буквы Гей в Имени Авая. Это имя с наполнением

через Алеф дает числовое значение слова Адам, «человек» (45דוי- אה-ואו-אה ). А последняя Гей - это

Шхина, которая фактически восполняет человека. Без нее от Имени остается число 39 (ל״ט). Если

оно соединится с женщиной, чтобы давать ей свет, получится роса (לט) благословения, но если нет -

будет «проклятие» (טל) и 39 ударов палками - отрыв мужского от женского, что вызывает проклятие

для мужчины.


Чтение или традиция — кто кого выше?


Следовательно, принцип традиции и чтения — это тайна единения

Святого, благословен Он, и Шхины, Письменной и Устной Торы. Об этом

раби Шимон и раби Акива спорили с другими учителями. Возможно, глубина их спора связана с вопросом о том, чья святость выше —

является ли Письменная Тора (мужская сторона) выше по святости или

как раз Израиль (Шхина, Устная Тора) более высока? Поэтому они

разошлись во мнениях о том, каков будет закон, когда есть видимое

противоречие между традицией и чтением — следуем мы за традицией, поскольку святость Письменной Торы выше, или за чтением, поскольку

выше святость Израиля? В действительности, правильнее было бы

сказать, что здесь есть внутренняя и внешняя стороны. Снаружи Тора, несомненно, выглядит более святой, чем Израиль. Ведь мы целуем ее и

встаем из уважения к ней, а сама она — вся святое святых слова Б-

жьего. Евреи же облачены в материю, у них есть вожделения и злое

начало, падения и трудности. Есть евреи, оторванные от Торы и

заповедей и далекие от света и святости. К тому же они находятся

внизу, и нет у них связи с Б-гом без изучения Торы, она является Его

словом, связывающим с Ним. Поэтому извне кажется, что Тора

находится наверху, а Израиль — внизу. Тора возвышенна и священна, а

Израиль облачен в материю.

Поэтому мудрецы считают, что у традиции есть преимущество. А

значит, когда есть противоречие между Писанием и чтением, следовать

нужно за текстом. Письменная Тора наверху — за ней и надо идти. Но

если мы взглянем на внутреннюю сторону Торы, которая, как известно, смотрит на внутреннюю суть всего, включая и внутреннюю суть Израиля, выясняется, что, хотя Израиль снаружи кажется ниже нее, внутри он, конечно, гораздо выше Торы и всего остального. Корень душ евреев

высечен из самого высокого света, а замысел о сотворении Израиля

предшествовал всему остальному. Вот что приводится в Тана девей

Элияу (Раба 14):


«И сказал мне: Раби, две вещи есть в мире, которые я люблю

совершенной любовью — это Тора и Израиль, но я не знаю, какая

из них впереди. Я сказал ему: Сын мой, обычно люди говорят, что

Тора впереди, как сказано (Мишлей 8:22): «Б-г обрел меня началом

пути Своего...», но я говорю, что Израиль впереди, как сказано

(Ирмия 2:3): «Святыня — Израиль для Б-га, начало урожая Его».

Это подобно царю, у которого были жена и дети в доме. Написал

он письмо туда, где были его жена и дети: «Если б не жена с

детьми, от которых я получаю удовольствие дома, я разрушил

бы все это место». Так, если бы не Израиль, мир не был бы

сотворен и был бы разрушен. Вот почему сказано: «Святыня

Израиль для Б-га, начало урожая Его», и сказано: «Б-г обрел меня

началом пути Своего»».


На эту идею намекают таамим: Зарка и Сегольта. Как известно, Зарка согласно внутреннему смыслу указывает на Шхину, которая по

своему корню поднимается и «забрасывается» (низрекет) до

Бесконечного на самый верх (Зоар 1, 24 а; 2, 158 а; Тикуней Зоар

Хадаш, первый тикун; а-Гра к тикуну 11 из последних тикуним, со слов

«идет сегольта»; Новые Тикуним Рамхаля, тикун 70; а-Гра к Тикуней

Зоар, тикун 19). Поэтому вслед за ней идет Сегольта, призванная

раскрыть особенность Израиля (Майянот Хохма, тайна огласовки

Сеголь). Ее форма похожа на корону на голове — Кетер, которым

увенчан Израиль. Она выше Торы, высеченной с уровня Хохма. Таким

образом, Устная Тора, принцип святости Израиля, скрытым образом

черпает силы с самого верха — от безграничного света Творца. И хотя

мы видим с внешней стороны, что Израиль внизу и даже падает из-за

своих грехов, внутри он — святое святых, огонь пылающий, высочайшее

пламя святости. Но этот огонь спрятан и скрыт в материальной

оболочке. Вот что пишет рав Кук об Устной Торе, которая кажется ниже

письменной, но имеет более высокий корень (Орот а-Тора 1:2):


«Устная Тора лежит в самой сути народа, нашедшего свое

благословение через небесное раскрытие Письменной Торы. В

своем раскрытии Устная Тора ниже Письменной. Ведь главное, что помогает отыскать ее путь, — это Письменная Тора. Это

отношения народа с высшей Божественностью, с целью целей, с

вечностью (Нецах) и великолепием (Год) миров и всей их суммы.

Но во внутренней сути Тора дана Израилю в силу его высокой

внутренней особенности. Эта Божественная особенность

привела к явлению ему Торы с небес. Получается, Устная Тора

выше Письменной своим корнем. «Слова мудрецов более любимы, чем слова Торы» (Иерушалми, Авода Зара 15:1)».


Душа Израиля выше ангелов


А если ты скажешь, что сам факт, что святость Израиля может

сократиться и облачиться в материальные одежды, свидетельствует, что она ниже, чем уТоры, которая не сокращается и не облачается в

материю, мы ответим тебе, что это доказывает как раз обратное.

Именно самый высокий свет способен спуститься до самого низа и

оживить материальное тело и облачение (Орот, стр. 85, п. 46). Если бы

малый свет спустился вниз, перед ним открылись бы две возможности.

Он либо не смог бы выдержать такое сильное материальное

сокращение и удалился бы поскорее из тела, вернувшись к источнику, из

которого вышел. Либо он не смог бы освятить материю и справиться со

злом и пошел бы за ним, пока не испортился бы совершенно, утратив

свою святость. Это как раз и произошло с ангелами, которые

спустились, чтобы облечься в человеческий образ. Они пали и сильно

согрешили, о чем написано в Берешит: «И увидели сыны Б-жьи дочерей

человеческих» (Бе-решит 6:2), как известно из святого Зоара (1, 37 а; 55

а; а-Гра к Сифра де-Цниута, гл. 4). В книгах тайного учения сообщается, что душа каждого из народа Израиля несравненно выше даже душ

ангелов небесных, ибо нет святости большей, чем у Израиля (см.

ЭцХаим, врата 39, гл. 4; Яфа Шаатамже, п. 3 на стр. 69 б).

В этом суть святости, раскрывающейся через природу, — святости

Шхины, которая очень велика. Она выше святости чудес, относящейся к

Тиферет. Мы видим, что многие заповеди относятся как раз к природе —

приношение (трума) и десятина, хала и первые плоды. Это частица

Божественности, заключенная в растения страны Израиля. А от урожая, выросшего в силу чудес, не нужно отделять приношения и десятины.

Это касается, например, мана и других чудесных растений. Так

происходит потому, что достоинство растений земли выше, чем у

выросших благодаря чуду. Вот почему растения земли называются

«началом», как сказано: «Начало теста вашего — халу вознесите в

приношение» (Бемидбар 15:20), или о первых плодах: «И возьмешь от

начала каждого плода земли» (Дварим 26:2) и тому подобное. Это

намекает на святость Шхины, святость Израиля, как сказано: «Святыня

— Израиль для Б-га, начало урожая Его» (Ирмия 2:3). Такова

Божественность в материальном мире, которая выше мира ангелов.


Согласно тайному учению,

преимущество принадлежит чтению


Эти знания в основном проясняются и светят через изучение

тайного учения Каббалы. Ведь святость Израиля — это тайна. Снаружи

евреи выглядят облеченными в материю и подверженными

вожделениям. Людям странно слышать, что Израиль выше святой Торы.

И действительно, были те, кто придерживались только внешней части

Торы без внутренней, так что пришли к ошибке, думая, будто еврей, не

соблюдающий Тору и заповеди, — словно человек из другого народа.

Поскольку полагали, что святость в Израиле есть только благодаря

Торе, которая ее туда и внедряет, а сами евреи — лишь материя. Но ни

в коем случае нельзя так считать и даже помыслить такое — это

еретическая идея, против святости Шхины, корня святости Израиля, о

которой сказано: «Обитающий с вами в вашей нечистоте» (Ваикра

15:16). В книгах по Каббале объясняется, что еретические мысли против

святости Шхины и Израиля аналогичны мыслям, отрицающим святость

Б-га.

Получается, раби Шимон бар Йохай придерживался пути своего

учителя раби Акивы, а он, в своем благочестии, любил Израиль и

признавал его избранность и святость. Так делал и Рашби, корень

тайного учения. Оба они говорят со всей решимостью, что святость

Шхины, Устной Торы, выше святости Письменной Торы. Поэтому, когда

есть противоречие между традицией (Письменная Тора) и чтением

(Устная Тора), нужно следовать за чтением, а не за традицией.


Преимущество чтения и традиции —

таамим, некудот, тагин и буквы


Принцип таамим, некудот и букв


Добавим к этому более глубокое объяснение. В книгах объясняется, что вся Тора построена из четырех частей, называемых ТАНТА —

таамим (знаки кантилляции), некудот (огласовки), тагин (коронки) и отиет

(буквы) — см. ЭцХаим, вр. 5. В Торе пишут буквы и тагин над ними, а

таамим и некудот отсутствуют. Устная традиция приходит и дополняет

этим Тору, чтобы она была полна во всех ТАНТА. По книгам известно, что некудот выше букв, а таамим еще выше (Эц Хаим 6:2, а-Гра к Сефер

Ецира 1:1, третий способ). Смысл в том, что некудот — это жизненная

сила букв, а сами буквы — сосуды, не имеющие своей силы. Ведь у

буквы без огласовки нет никакого гласного звука, нет своей жизни. Даже

одну букву невозможно произнести без добавления огласовки. Если

произносишь Алеф, приходится сказать либо «а» (с огласовкой Камац), либо «э» (с Цейре) и т. д. Без некудот букву никак не произнесешь.

Короче говоря, некудот — это душа букв. Так сообщают

комментарии к Сефер Ецира и многие другие книги (Раавад к Сефер

Ецира 5:1; Ицхак из Акко к Сефер Ецира, со слов «четыре — огонь из

воды»; Рамак к Сефер Ецира 2:1 и др.)98.


98 Рамак объясняет, что 32 пути мудрости - это корень 22 букв и 10 огласовок, которые вместе

образуют это число. Внутренняя суть всего - десять сфирот. Они находятся внутри букв, которые

служат одеяниями, чтобы привлечь в них верхний свет сфирот. Известно также, что десять огласовок

параллельны десяти сфирот. Получается, что 10 и 22 вместе дают 32 пути мудрости, а мудрость

(Хохма) - корень всей реальности, светов и сосудов, огласовок и букв.


Огласовки вселяют душу в буквы, подобные телам. Такая душа

выражается гласным звуком — она движет словом через жизненную

силу и наделяет его значением. Буквы без некудот — как тело без души, нет в нем жизни и движения, нет смысла и роли. А таамим находятся

еще выше, чем некудот. Ведь некудот дают жизнь одному отдельному

слову, а таамим соединяют целую фразу или отрывок. Это мелодии, придающие смысл всему чтению. Ударения поднимаются и опускаются в

соответствии со смыслом. Когда требуется усиление и подчеркивание, стоят высокие таамим (типа Пазер Гадоль и т. п.). А где наступает спуск, можно встретить ДаргаТавир и т. д. (например, в Мегиле на протяжении

всех этапов падения Амана стоят таамим Дарга Тавир). В общем, таамим — это единство всех слов, которые собираются в совокупность и

единую сущность, в один рассказ и откровение. Таамим — единство, которое раскроется в будущем. Поэтому они относятся к Хохме (к имени

Аб), которая представляет объединяющую все силу. Они также

относятся к Кетеру, где заключен корень высшего единства99.


99 Что касается распределения ТАНТА по сфирот, мы видим несколько подходов. Согласно

первому, таамим - это Кетер, некудот - Хохма, тагин - Бина, буквы - семь нижних сфирот. В таком

варианте это встречается у святого Ари. Согласно другому способу, таамим - Хохма, некудот - Бина, а буквы -семь нижних сфирот (смотри, например, Калах, 31). Третий способ устанавливает буквы в

Бине. Все эти варианты - слова Б-га живого, и комментаторы посвятили им много внимания. Смотри в

начале комментария а-Гра к Сефер Ецира и в Питхей Шеарим (путь светов уха, носа и рта, гл. 14).


Уровень огласовок


Отсюда пойми секрет огласовок. Это действительно сама суть

души, и нужно обратить внимание на разные формы некудот. Мы

находим разные огласовки в именах Авая, как это приведено в

молитвенниках в восемнадцати благословениях и в других местах100.


100 Это десять видов огласовок имени Авая в Ацилуте. В Кетере оно целиком огласовано через

Камац, в Хохме - через Патах и т. д. А есть сочетания разных огласовок, которые встречаются в

именах Авая в мире Брия. В Ацилуте каждая сфира светит согласно своей сущности, а в Брия они

светят через смешивание нескольких аспектов. Там света сочетаются друг с другом, и поэтому одни

огласовки проникают между другими. Это объясняется в святой книге Брит Менуха (путь второй).

Смотри комментарий раваХаима Виталя к этой книге (гл. 12).


Это воистину великий принцип и важнейший корень для тайн Торы.

Для букв нет применения без некудот, которые должны быть

удивительно точными, чтобы привлечь в буквы душу и через это

принести благословение и большой свет буквально во все миры. Ведь

некудот выражают гласные звуки — они движут, выводят и вводят: вверх (Холам), вниз (Хирик), в стороны (Цейре). Они приносят свет, подобный жизненной силе, движущей телом и помогающей ему

перемещаться во всех направлениях (много книг написано о тайнах

некудот, например, Майянот Хохма и Сефер а-Никуд)101.


101 Из алахи известно (Мишна Брура 1:4), что подобает представлять себе имя Авая с

огласовками слова «трепет» (הארי), то есть Хирик-Шва-Камац. В связи со сказанным выше поймем эту

идею глубже: трепет приходит в мир в виде двух уровней. Суть его - это верхний духовный свет, душевное представление внутреннего чувства, которое выше всякого слова и буквы. Этот свет

облачается в буквы, так что в итоге у него образуется имя. Оно служит средством, чтобы схватить

абстрактный свет и привлечь к нам. Таким образом, сочетание букв ה - א - ר - י создает облачение для

света духовного трепета, и благодаря этому у нас есть способ ухватиться за то, что превыше всяких

слов - за саму суть трепета. Однако над словом «трепет», состоящим из букв, есть еще более

высокое явление, и оно связано с огласовками (некудот). Сочетание Хирик-Шва-Камац - это более

тонкое облачение для трепета, это гласные звуки без букв. Ведь голос - нечто более внутреннее, чем

буквы, которые уже относятся к миру речи. Но огласовки пребывают в мире голоса и пения, который

находится глубже мира речи. Получается, что это сочетание огласовок тоже является облачением

для трепета, но оно более тонкое и благородное, и потому трудно уловить его и воспринять так, как

мы воспринимаем буквы (смотри комментарий Рамака к Сефер Ецира, о 32 путях мудрости: десять

первых путей неуловимы и соответствуют огласовкам). Тем не менее, нет сомнений, что огласовки

глубоко воздействуют на наши души. Поэтому мудрецы указали нам представлять имя Авая с

огласовками слова «трепет». Через это человек сочетает эти огласовки, то есть внутреннее

облачение трепета, с именем Б-га. Чудесная сила этого мысленного представления из букв и

огласовок пробуждает трепет перед Б-гом в сердце честного и верного человека, который созерцает

имя Небес перед собой в святости и чистоте, соблюдая все заповеди с их деталями и проявляя

осторожность в чистоте тела, качеств и поступков. Да поможет нам Б-г быть среди трепещущих и

думающих о Его имени в святости, истине и вере. И да озарят нас буквы и огласовки, чтобы

соединить имя Его всем сердцем с любовью, трепетом и с жаждой души.


Также в Махзоре на Йом Кипур мы видим в ритуале служения

первосвященника различные некудот в именах Авая, которые он

произносил в этот день. Это тайны движения букв и сосудов. Поэтому

первосвященник и сам двигался вместе с гласными некудот (Брит

Менуха, путь 2, никуд 7; см. комментарий рава Ш. Теу-мим к ритуалу

служения), чтобы их свет, могучая душа, приходил и проявлялся как

через его уста, так и через все тело. Тогда приходит великая святая

мощь, «верхние точки», внутрь букв (сосуды), и свет раскрывается во

множестве и в таком изобилии, что уста не могут описать, и мысль не

способна ухватить. «Счастлив народ, у которого такое, счастлив глаз, видящий все это, но от того, что слышат уши, скорбит душа наша»

(Мусаф к Йом Кипуру).


Удаление некудот и таамим


Итак, общее правило в том, что таамим и некудот находятся выше

букв, которые соотносятся с ними как тело с душой. Эта тема еще

глубже разбирается у святого Ари (Эц Хаим, вр. 8 и др.): в корне Торы

все эти части пребывали в полном совершенстве. Тора сама включала

таамим, некудот и буквы. Но из-за разбиения, что предполагает

повреждение и удаление света, остались только буквы, а таамим и

некудот более не содержатся в Торе. Смысл в том, что разбиение и

повреждение, произошедшее в мире, — как до акта творения (в мирах

хаоса), так и из-за грехов людей в поколении потопа, вавилонской

башни, из-за греха с тельцом и т. д. — удалило душу из всех миров.

Теперь миры не проявляются в совершенстве, но остаются как тело без

души и как темная материя, склонная к падению. На самом же деле, мирам подобает сиять и светиться от величия верхнего света. Ведь Б-г

— Творец мира, и Он создал все миры в ярком сиянии, так что даже

сама материя светилась от него. Все сияло проявлением святости, как

сказано: «Земля светилась славой Его» (Йехезкель 43:2), ибо слава Его

наполняла мир. Но теперь душа мира удалилась из него, и он остался

заброшенным и лишенным своей могучей жизненной силы. Осталось

разве что чуть-чуть, так называемая «крупица жизненности», чтобы

поддерживать мертвые тела. Это тагин, спускающиеся на буквы, —

нечто наподобие тонких лучей света, призванных поддерживать в них

жизнь с помощью света души, оставившего тело (глубокое объяснение

тагин смотри в «Рейш Милин» рава Кука и в комментариях к его книге).


Сокращение Торы в соответствии с падением мира


Как миры упали вниз, так произошло и с Торой. Ведь она

аналогична мирам, поскольку призвана поддерживать в них жизнь.

Поэтому вместе с их спуском она тоже должна спуститься, чтобы иметь

возможность передавать им свет, соответствующий их низкому

состоянию (см. Орот, стр. 66, п. 13). Вот почему при спуске миров и

удалении света души, эта же часть ушла и из Торы, так что она осталась

только с буквами и тагин, без некудот и таамим, которые давали

большую жизненную силу. Вот почему Тора, которой мы владеем, включает только буквы и тагин, а некудот и таамим в ней отсутствуют.

Хотя и следовало бы включить в нее все части, поскольку она

охватывает все миры и света, в том числе и верхние света таамим и

некудот, все же — с падением мира Тора тоже была вынуждена

сократиться, чтобы соответствовать новому уровню и иметь

возможность давать миру жизнь.


Достоинство читающего Тору


Однако верхние света таамим и некудот не исчезли, лишь ушли в

сокрытие. Они не проявляются как буквы и тагин. Теперь это Устная

Тора. Человек, читающий Тору, соединяет скрытые верхние света

таамим и некудот с проявленными светами букв и тагин. Чтение Торы

приносит благодать верхних светов таамим и некудот, соединяя ее с

открытыми мирами, и таким образом связывает все миры вместе, как

это было вначале. Поэтому согласно Каббале следует тщательно

следить и за некудот, и за таамим, чтобы читающий был очень

внимателен к этому и не ошибался ни в одном ударении. Ведь своим

чтением он привлекает верхнюю благодать из источника таамим. Ему

нужно следить, чтобы все было правильно и совершенно, как следует, дабы свет Торы воссиял во всей реальности на всех ее уровнях. Вот что

пишет по этому поводу наш учитель Ари (ЭцХаим 8:6):


«Поэтому в свитке Торы написаны буквы и тагин, но

отсутствуют таамим и некудот... а благодаря тому, что

представитель общины читает главу в Торе с таамим и

некудот, он исправляет то, чего там не хватает. Поэтому ты

увидишь, что в таамим есть указание на то, как выпускать

воздух изо рта, поскольку есть свой особый напев у каждого из

знаков таамим с их произношением. У некудот тоже есть

произношение: «э», «и», «о», «у», «а». Но у тагин нет никакого

гласного звука и никакого звучания при чтении букв. Причина в

том, что таамим и некудот указывают на состояние, когда

света пребывают в сосудах, и потому они ощущаются и

движутся при чтении букв, так как с помощью огласовок и чтения

они светят в свои сосуды, то есть в буквы. Но тагин указывают

на состояние, когда света находятся над буквами, снаружи, и

тогда у букв нет никакого движения — духовность ушла из них.

Однако света стоят над ними вдалеке, чтобы передавать им

малое свечение, наподобие тагин, стоящих прямо над буквами, но

не внутри них. Есть и другое различие: среди таамим и некудот

есть много таких, которые стоят внутри букв — например, точка дагеш, Пасак и Макаф среди таамим и Шурук среди

некудот. Есть и такие, что стоят под буквами. Но у тагин вся их

суть всегда находится над буквами, снаружи их. Тем не менее они

стоят рядом, чтобы светить им, хотя не находятся у них

внутри, как мы написали».


Выходит, что в наши дни таамим и некудот стали чем-то скрытым.

Они являются именно снизу — из Устной Торы, посредством читающего

текст. Здесь кроется большая глубина, так как устная Тора связана с

самым верхом, а ее корень выше, чем у письменной. Устная Тора

связана с таамим и некудот, по принципу «Доблестная жена — венец

своего мужа». Это Шхина, Устная Тора, поднимающаяся над

Письменной. Таамим подобны коронам и венцам над буквами («венец

своего мужа»). Поэтому именно с помощью Устной Торы могут

открыться верхние света таамим и некудот, чего неспособна сделать

письменная.


Алаха и тайное учение —

как буквы по сравнению с таамим и некудот


Глубинная идея в том, что буквы и тагин — это открытая часть

Торы, алаха. После разрушения Храма, когда верхние света удалились,

остались только «четыре локтя алахи» (Брахот 8 а), то есть открытая

часть Торы — буквы. Ведь они подобны сосудам для света, и алаха

тоже говорит о сосуде: она наставляет в отношении материальной части

— как исполнять заповеди. А о смыслах и внутренних причинах не

говорит, как и о светах, раскрывающихся через исполнение. Поэтому

алаху можно сравнить с буквами — сосудами для света, а смыслы Торы, ее тайны — это как раз и есть света, таамим и некудот. В

действительности, таамим так называются, поскольку в них заключен

смысл (таам) Торы и ее внутреннее значение. Это как раз и есть тайное

учение, соответствующее таамим и некудот. Оно, как известно, связано

с Хохмой и Биной (Тикуней Зоар 17 а; а-Гра ктикуну 70, со слов «Алеф

из...»), а это и есть таамим и некудот (Клах Питхей Хохма 31). Буквы же, соответствующие открытой части, аналогичны сфирот Тиферет и

Малхут.

Получается, что внутренняя часть Торы — это свет таамим.

Поэтому о будущем, когда миры будут исправлены, и Тора сможет

раскрыться в полной мере, говорится, что откроются смыслы Торы, и

проявятся ее тайны. Это привлечение таамим и некудот к буквам, которые от этого наполнятся жизненной силой и великим

благословением. В этом состоит принцип соединения скрытого и

проявленного. Человек связывает смыслы Торы с ее телом и вносит

жизнь в алаху. Без своего смысла алаха подобна букве без некудот и

таамим и лишена жизни. Когда же тайны Торы раскрываются, все

законы наполняются большой жизненной силой, радостью и пением102, движением (некудот) и сладкой, приятной музыкой (таамим).


102 «И сказал раби Шфатия, сказал раби Йоханан: О каждом, кто читает без напева и

повторяет без пения, говорит Писание: «Также и Я дал им уставы нехорошие и законы, по которым не

будут жить»» (Мегила 32 а).


Действительно, для того, кто размышляет над внутренней частью

Торы и смыслом алахи, все законы становятся слаще меда, поскольку

он познает великие света, сияющие в каждой заповеди. Он соединяет

целые миры в святом сиянии, приходящем от служения Б-гу в святости и

чистоте, в любви и трепете.


Моше и Рашби — полнота ТАНТА


Отсюда мы выучили, что таамим и некудот — это свет раби Шимона

бар Йохай, смыслы Торы, а буквы и тагин — это свечение Моше

Рабейну, письменная Тора. На самом же деле, Моше и раби Шимон —

это буквально одна и та же душа. Вместе они создают полное строение, но корень Рашби находится в тайнах Торы, в таамим и некудот, а у

Моше Рабейну он находится в открытой части Торы, о которой сказано:

«Открытое нам и детям нашим» (Дварим 29:28). Конечно, Моше Рабейну

«верен во всем доме Б-жьем», и нет никого выше него, «верного

пастыря», как и нет ничего, на что не было бы намека в Торе (см. Та-

анит 9 а; Мегале Амукот 215; Шомер Эмуним Кадмон, первый спор, п.

19). Но раби Шимон бар Йохай является свечением самого Моше, и оно

само открыло две части Торы — явную и тайную. Рамхаль говорил, что

в тексте о даровании Торы есть намек на Рашби: «Поднялся ты на небо, захватил добычу» (Теилим 68:19). Слово «добыча» — акроним имени

«Шимон бар Йохай». Его душа скрывалась вместе с Моше при стоянии у

горы Синай (Адир ба-Маром, стр. 19; см. там же со стр. 13, со слов «и

еще» и далее, где объясняется, почему внутренняя часть Торы

открылась только во времена Рашби).

В связи с этим мы можем понять, что Рашби открыл очень высокие

тайны, которые в виду своей высоты не были записаны в Торе, разве

что тонкими намеками (как это объясняется в Идрот в нескольких

местах; см., например, Зоар 3, 130 а). Из-за силы этого света они не

были записаны в Торе явно. Ведь имеющаяся у нас Тора входит в

павшие миры, чтобы поднять их. А они не могут принять изобилие света

из тех высоких сфер, о которых говорил Рашби. Поэтому этот свет скрыт

в намеках и тайнах и не дается в явном виде. При возвышении миров и

раскрытии Торы во всей ее полноте все будет открыто полностью. Миры

смогут принять изобилие блага, могучую энергию света из верхнего

сияния Атика. Раскрытие тайн Торы в будущем — это указание на

исправление миров и их способность черпать из потоков и рек «доброго

масла», как сказано: «Насытятся туком дома Твоего, и потоком

благодати напоишь их» (Теилим 36:9).


Корень спора о том, что важнее — чтение или традиция


Итак, мы увидели кое-что из секретов букв и огласовок. В них

кроется корень различия между традицией и чтением. Кто говорит, что

преимущество на стороне традиции, считает, что следовать нужно за

буквами, и закон устанавливать в соответствии с ними. А говорящий

«преимущество у чтения» считает, что надо следовать за огласовками и

по ним утверждать закон. Возможно, в глубине этот спор связан с

вопросом о причастности наших миров к высшим уровням некудот. Кто

полагает, что следовать нужно за письменным текстом без огласовок, считает, что Тора сократилась для нашего мира и именно такая Тора

без некудот направляет мир в его низком состоянии. Вот почему нужно

отдавать предпочтение самим буквам, а не огласовкам. Значит, когда

есть противоречие между ними, мы следуем за буквами: некудот — это

очень высокий свет, и наши миры не могут им пользоваться. За буквами

надо следовать, потому что это открытая часть Торы, направляющая

наш мир.

С другой стороны, раби Шимон бар Йохай считает, что нужно как

раз соединиться и прильнуть к этому высокому свету, а наши миры

должны возвыситься к верхней чистоте святости. Поэтому он полагает, что преимущество на стороне чтения — нужно следовать за читающим, включая некудот и таамим, и не оставлять буквы одни в виде

сокращенного состояния миров. Надо смотреть на свет, скрытый в

мирах, вести и направлять их в исполнении закона именно через

соединение с верхними светами, с внутренней стороной.

Вероятно, примером такого же разногласия может служить спор о

том, устанавливать ли закон согласно Каббале или же только в

соответствии с открытой частью Торы. У нашего учителя, гаона Бен Иш

Хай, был обычай придерживаться высокого полета души раби Шимона

бар Йохай и устанавливать закон по Каббале, чтобы возвышать миры к

вершинам света, подготавливать нашу реальность к подъему и

соединению с совершенными, исправленными мирами, как было до

разбиения. Это можно уподобить ребенку с высокой душой. Некоторые

скажут, что поскольку это всего лишь ребенок, нужно упростить его

воспитание в соответствии с его примитивным сознанием и давать ему

понемногу. Другие скажут, что нечего смотреть на его внешний вид и

качества — нужно видеть особенность его души и огромный уровень, который ожидает его, согласно его огромному потенциалу. И именно

согласно такому взгляду, основанному на вере, наставлять его и

воспитывать, чтобы поднимался по ступеням святости и достиг высокой

цели, которой достоин. Так и со всем народом Израиля: одни говорят, что нужно вести его согласно нынешней низкой ступени, а значит, устанавливать закон только на основании открытой Торы. Другие же

считают, что руководить народом надо в соответствии с глубиной его

души, а потому добавлять к закону наставления Каббалы (см. ответы

«Маамар Мордехай» нашего учителя рава Мордехая Элияу; введение, правила установления закона по Каббале).


Рашби — призыв к совершенству Торы и миров


Раби Шимон бар Йохай говорит, что преимущество у чтения — Тору

нужно видеть во всем совершенстве, когда таамим и некудот

соединяются с тагин и буквами. Именно через такое соединение надо

понимать алаху и наставлять дом Израиля, указывая ему, какие

действия совершать. Нужны не только буквы — на уровне спуска миров

— но также и верхние света, таамим и некудот, совершенное раскрытие

Торы, тело и душа вместе, чтобы поднять Израиль к совершенству всех

миров, к полному исправлению.

Итак, мы слегка коснулись подхода раби Шимона и принципа

«преимущество у чтения» и выучили две идеи, имеющие общий корень.

Во-первых, чтение, устная Тора, — это свет Шхины, скрытый именно

внутри Израиля. Раби Шимон бар Йохай особенно выделяет эту

святость Израиля, ставя ее выше всего остального — даже выше

письменной Торы. Поэтому он следует за тем, как текст читается устно, за светом святой Шхины. Во-вторых, чтение связано с некудот, с

внутренней скрытой частью — не только с буквами, но и с Божественной

жизнью, благодатью высшей души, оживляющей разбитые сосуды

миров. Оно возвышает все к полному исправлению мира. Две эти идеи

имеют корень в тайном, внутреннем учении Торы и в святости Шхины.

Этот свет раби Шимон бар Йохай передает всем мирам.


Принцип «бе-суккат»


Что значит «суккат»?


Рассмотрев кое-что о преимуществе чтения и традиции, перейдем к

размышлению о самом споре раби Шимона и других мудрецов о смысле

Писания. Мудрецы толкуют слово «бе-суккат» без Вав, как оно написано, и делают вывод, что речь идет об одной сукке. А раби Шимон бар Йохай

толкует это слово так, как читается. Согласно его подходу, здесь

написано «бе-суккот» во множественном числе. Нужно понять глубокое

различие между «бе-суккат» и «бе-суккот». Прежде всего, задать вопрос

мудрецам, читающим «бе-суккат»: здесь остается неясность в двух

моментах. Во-первых, если Тора имела в виду единственное число, почему не сказала «бе-сукка»? Зачем было говорить «бе-суккат» —

слово, лишенное смысла, когда оно стоит отдельно? Ведь такое слово

может использоваться только в сочетании с другим (смихут). «Сукка» —

это единственное число; когда его хотят связать с чем-то еще, то

говорят «суккат», как например, «суккат шалом» или «суккат Давид».

Отдельно от других оно не встречается. Здесь же нет никакого

сочетания с другим словом, и «суккат» стоит обособленно. Почему же

тогда Тора использует это слово, и каков его смысл?


«Суккат» — одно включает много


Святой Зоар объясняет, в чем смысл слова «суккат», и почему оно

написано в Торе без Вав. Благодаря этому мы сумеем понять подход

мудрецов. В отношении слова «сукка» в Зоаре приводится следующее

(3, 103 б):


««В суккат живите» — без Вав. Это одно облако, с которым

все связаны, как написано: «И облако Б-жье над ними днем»

(Бемидбар 10:34), и написано: «В столпе облачном Ты идешь перед

ними днем» (там же 14:14). Это облако Аарона, называемое

«днем», как написано (Теилим 42:9): «Днем заповедует Б-г

милость Свою». Одно облако взяло с собой пять других, и их

шесть, и есть еще одно облако, как написано: «И в столпе

огненном ночью» — оно светит Израилю светом этих шести».


Святой Зоар учит, что в слове «суккат» заключена глубокая тайна. С

одной стороны, оно намекает на множественное число, ас другой — на

единственное. Фактически, это нечто среднее между множественным и

единственным. Зоар говорит, что здесь есть намек на особенное облако, которое было одним из семи, но включало в себя все семь. Оно

двигалось вместе с остальными облаками. Это было первое облако —

качество Хесед. Зоар выводит это из фразы: «И облако Б-га над ними

днем». Слово «днем» (йомам) похоже на слово «суккат» — нечто

промежуточное между множественным и единственным числом. Ведь в

единственном числе говорят «день» (йом), а во множественном — «дни»

(йамим). Что же такое «йомам»? Это как раз соединение множества и

единства. Это Хесед, в отношении которого Зоар цитирует другую

фразу: «Днем заповедует Б-г милость Свою». Иными словами, Хесед

(милость) входит во все эти дни. Он представляет собой один свет, но

имеет отношение ко всем дням. Поэтому не дается ни единственного

числа (йом), ни множественного (йамим), но именно такое единство,

которое протягивается во все множество — «йомам». Зоар учит, что

первое облако, Хесед, — это облако служителя Аарона, и оно «взяло с

собой пять других», то есть включало в себя все остальные облака. Оно

двигалось и открывалось во всех днях, соединяя их. В другом месте в

Зоаре говорится (3, 191 б):


««Идешь перед ними днем»... как написано (Теилим 42:9):

«Днем Б-г заповедует милость Свою», и написано (Ирмия 33:25):

«Если бы не союз Мой днем и ночью». Это день, в который

включены все дни, день всех дней, поэтому он называется

«йомам», а не «йом»».


Итак, мы выучили, что слово «суккат» дает намек на нечто одно, что

включает в себя много. Это первое облако, Хесед, называемое «йомам»

(как и «суккат»), и это указывает, что оно включает в себя остальные —

день, идущий со всеми днями, или облако, движущееся вместе с

остальными облаками. Это нужно понять и объяснить, но прежде

отметим, что в связи с этим можно понять разницу между «суккот» и

«суккат». «Суккот» с Вав — множественное число, а «суккат» — одна

сукка, включающая в себя много. Поэтому слово записывается в такой

форме, средней между единственным и множественным числом.

Прежде, чем войти в глубину этой темы, приведем комментарий рава

Моше Закуто к процитированному выше отрывку из Зоара о том, что

такое «суккат»:


«Знай, что у Торы, несомненно, есть простой буквальный

смысл, но основное ее намерение связано с тайным смыслом, ведь

именно там примиряются и выстраиваются все вещи. Примером

тебе пусть послужит наша тема: в Гмаре слово «суккат» тоже

толкуется применительно к законам стен у тех, кто говорит:

«Две стены полностью...» Но в любом случае остается

затруднение: во-первых, почему бы не написать «бе-сукка»

вместо «бе-суккат» с пропущенной Вав? К тому же, «суккат»

можно использовать только в сочетании, а здесь это никак не

подходит, разве что с натяжкой. Однако, согласно тайному

смыслу все верно. Имеется в виду первый окружающий свет

Хеседа — корень всех остальных хасадим. Ведь праздник Суккот

связан с Хеседом, с правой стороной... как упоминается в каванот

на Рош а-Шана. Таким образом, один включает в себя много.

Поэтому, если бы говорилось «суккот», это означало бы много

отдельных. А напиши «сукка» — я бы подумал, что речь только об

одном, единственном. Но у нас написано «суккат», а читают

«суккот». Это значит: одна, включающая много. Еще я должен

сказать: кроме того, что все хасадим имеют корень в первом

Хеседе, они и при распространении нуждаются в нем, поскольку

он дает им силы достичь каждому своего места. Поэтому он

называется «днем, идущим со всеми днями». Ради этой чудесной

тайны написано «суккат» в форме сочетания (смихут). Это

намекает на то, что первый Хесед сочетается во всеми, но не

зависит ни от одного из них.

А доказательство приводится из фразы: «И облако Б-га над

ними днем». Здесь используется единственное число — имеется

в виду первый и главный Хесед. Тем не менее, есть верный намек

в числе слова «облако». Ведь есть две части: первый Хесед и все

остальные, с ним связанные. Дважды взятое число слова «сукка»

(ה״כס) дает (числовое значение) слова «облако» (ןנע). Это

намекает на два вида хасадим... А другая фраза, вероятно, указывает, что шесть облаков включены в первое облако, и ими

Израиль был окружен сверху, снизу и с четырех сторон, как

написано: «Ибо облако Б-га над ними». Но и в облачном столпе, идущем перед ними, главным был первый Хесед, а остальные

включены в него».


Два уровня раскрытия Бесконечного — точка и линия


Сукка — свет верхней Бины


Итак, мы увидели, что слово «суккат» — это единственное число, включающее в себя множество, в отличие от «суккот», указывающего на

множественное число. Чтобы глубже разобраться в различии «суккот» и

«суккат», то есть споре Рашби и других мудрецов, нам нужно сначала

прояснить несколько принципов, благодаря которым мы сможем понять

суть их разногласий. Прежде всего, отметим, что в святом Зоаре (начало

Тикуней Зоар и в других местах в Тикуним; Зоар 3, 255 б) говорится, что

сукка — это Бина, «тень веры», подобная матери, укрывающей своих

птенцов: «Крылом Своим укроет тебя, под крыльями Его найдешь

убежище. Щит и броня — истина Его» (Теилим 91:4). Сукка — это

протяжение Божественного света к нам через высокое раскрытие. В

этом суть схаха, который укрывает сверху, в качестве Кетера (короны).

Он пребывает над нами весь день — великий свет превыше всяких

границ и мер (на тему отношения Кетера и Бины в схахе смотри Шаар а-

Каванот, главы к празднику Суккот).

Фактически, вся разница между «суккат» и «суккот» связана с

вопросом о свете, раскрывающемся в сукке. Главное в ней — это схах, а

значит, различие двух этих выражений тоже связано со схахом, то есть

светом Бины и его проявлением. Чтобы понять разные типы проявления

ее света, мы должны расширить наш взгляд на важные принципы, касающиеся его самого и его проявления.


Бина и семь качеств


Фактически, Бина — это нисхождение на нас верхнего света.

Видимый мир происходит от ограничений и сокращений. Он держится за

уровень семи нижних качеств от Хеседа до Малхут, которым

соответствуют семь дней недели. Они представляют границы и меры —

каждый день стоит отдельно, он ограничен и определен началом и

концом. Принцип ограничения проявляется во времени в виде семи

дней. В пространстве границы тоже связаны с числом семь: есть шесть

направлений — четыре стороны света, верх и низ — а центральная

точка, соединяющая их все, представляет седьмой элемент. Она

подобна субботе среди дней недели. Это святость, пребывающая

внутри границ. Короче говоря, семь нижних качеств от Хеседа до Малхут

— это корень мира ограничений и сокращений, видимого мира, в

котором есть творения, отделенные от Божественного света и живущие

сами по себе. Об этом сказано: «Мир милостью (Хесед) построится»

(Теилим 89:3). Это значит, что отделенный и явный мир начинается со

сфиры Хесед — первой из «шести концов». Но Бина — это верхний

корень мира, это Божественность, из которой были сотворены все миры.

Это источник, из которого все произошло. Она как мать, рождающая

сына. Так и весь мир, семь нижних качеств, родился из Бины-матери.

Следовательно, принцип Бины — это верхний свет, Божественность, которая является корнем мира, а сам он соответствует нижним

качествам. Вот почему все ограничения имеют корень в числе семь. А

восьмерка, связанная с Биной, всегда указывает на проявление

Божественности свыше, над мерами и границами. Союз обрезания

совершается на восьмой день, как и открытие (ханука) Храма. Шмини

Ацерет и Шавуот тоже приходят на восьмой день после отсчета семи

(или 7x7 в случае Шавуот).

Значит, Бина — это Божественный свет, который превыше всяких

границ, а нижние качества от Хеседа до Малхут — корень ограниченной

реальности, сосуды, проявляющие и проводящие верхний свет. Нижние

качества представляют границу и сосуд. А Бина — безграничное, бесконечный свет, душу и жизненную силу этих качеств. Хотя из нее они

появились в своих границах, сама она остается над ними, как сказано:

«Верхний мир, хотя там и нет суда, но силы суда пробуждаются от него»

(см. Зоар 3, 65 а; начало «Орот а-Кодеш» 2).


Наибольшее проявление —

свет Бесконечного в каждой точке


Теперь мы поймем глубокую идею, касающуюся принципа границы.

Мы видим, что Всевышний устроил мир семью качествами, каждое из

которых представляет свой особый оттенок. Хесед — это свет с особым

оттенком, как и Гвура, и Тиферет и т. д. В одном есть то, чего нет в

другом, и каждое открывает нечто особенное. То же самое мы видим и у

святых Израиля — ушпизин, которые имеют корни в разных качествах: Авраам — в Хеседе, Ицхак — в Гвуре и т. д. Они отличаются друг от

друга, и каждый открывает какой-то иной оттенок света. Хотя все они

были вместилищем Шхины, самого Божественного света, все-таки

каждый явил этот свет иным образом — согласно своему качеству. Семь

нижних качеств были созданы, чтобы Божественный свет раскрылся в

разных оттенках, семью разными способами. Разница между этими

качествами становится корнем различия между днями недели, как и

между направлениями, и между элементами всех систем, основанных на

числе семь.

Главное желание Творца — чтобы безграничное проявлялось в

ограниченном в полном совершенстве, то есть чтобы свет Бины —

верхний свет Бесконечного — раскрылся в каждом качестве со всей

полнотой. Каждое из них проявит его в совершенстве. Здесь кроется

высокая тайна: Б-г пожелал, чтобы бесконечный свет заполнил каждую

точку и каждое качество. Ведь у Бесконечного вообще нет границ, и

потому Он может проявиться в малой точке не хуже, чем в целом мире.

Он обнаруживается во всякой малости также, как и во всем величии. У

Него было желание, чтобы нижние качества раскрывали Его

бесконечный свет в полном совершенстве — чтобы каждое из них

проявило его полностью как бесконечность, пребывающую в каждой

точке. Например, Гвура должна раскрыть свет Бины в полном

совершенстве и т. д. Вся тайна в том, что Бесконечное находится в

каждой точке, ибо у Него нет пределов и границ. Оно может раскрыться

даже в крохотной частице. Мы видим, что Б-г раскрывался в узком

пространстве между двумя крувим. Рав Кук написал об этом (Орот а-Ко-

деш 2, стр. 394 и 431):


«Окончательная цель всей реальности — раскрытие света

Б-га в высшем наслаждении, в таком единстве, что не останется

ни одной живой искры, собственная сущность которой не

поднимется на самую высокую вершину. Тогда восхождение всей

реальности будет сиять отдельно в каждой детали, наподобие

зеркала: все, что стоит перед ним, сияет и отражается в нем.

Этому великому счастью не будет конца. Для этого реальность

должна сначала разделиться на мелкие части. Требуется, чтобы

произошли большие разбиения, чтобы разделить частицы. Но

после их очищения и утончения каждая точка будет включать

в себя всю реальность, и все будет полно светом Б-га и славой

Его».


«Уравнивающий малого с большим»


Для иллюстрации кэтому отметим, например, когда человек молится

или изучает Тору, ему нужно рассматривать свои действия, как с

внешней, так и с внутренней стороны. С внешней стороны в данный

момент он учит фразу из Торы, а сама Тора — необъятно широкая. Он

словно еще и не коснулся ее вовсе. В этом смысле, он ощущает, насколько мал, так что не успел еще изучить ничего в сравнении с

истинной величиной Торы. А с внутренней стороны, святость Торы —

это святость Самого Бесконечного, которая не имеет мер и границ.

Значит, в каждой точке скрыта эта бесконечная и безграничная святость.

Выходит, даже в одном слове в Торе есть полное совершенство, словно

Бесконечное во всем Своем величии пребывает там. Ведь Творец

находится в малом, как и в большом — в одном слове, как и во всей

Торе целиком. Получается, что с внутренней стороны даже от одного

слова Торы человек должен радоваться, ликовать и торжествовать, ибо

оно соединяет его с величием Бесконечного, которому нет границ и

пределов. И хотя с внешней стороны он словно еще и не коснулся Торы

и не знает ничего в сравнении с заложенной в ней мудростью, все-таки

при изучении ее в святости душа его соединена с величием

Бесконечного, а, значит, он и сам пребывает в полном совершенстве:

«Б-г Всесильный с тобой, нет у тебя недостатка ни в чем» (Дварим 2:7).

Он пребывает в каждой заповеди, в каждом благом деле и во всем, что

относится к святости. Об этом написано: «На всех путях твоих познавай

Его» (Мишлей 3:6)103 — человек должен быть подключен к внутренней

сути своих действий и внутренним светам святости, заключенным в них, чтобы соединиться с величием Бесконечного через свои поступки.


103 ««На всех путях твоих познавай Его» - нужно искать Всевышнего на тех путях, по которым

идешь. Когда человек молится, пусть ищет Его через понимание смысла молитвы и правильное

намерение с верой сердца в сказанное в ней. В такой момент не нужно искать познания в других

вопросах. Поскольку человек занимается этой работой, Всевышний словно пребывает, со Своей

стороны, именно в ней, и найти Его можно там, а не где-нибудь еще. А когда он занимается Торой, пусть знает, что отыщет Всевышнего через углубление и анализ, стараясь понять все основательно и

хорошо запомнить. Через это он постигает Б-га в Торе и никак иначе, потому что в этот момент Он

раскрывается через работу над ней. и когда человек занят добрыми делами, помогая ближнему, пусть ищет Всевышнего только через мысли о том, как сделать больше добра. и так во всех

совершаемых делах - ведь поистине нет такого дела в мире, которое нельзя было бы совершить во

славу Б-га. Поэтому все, что делаешь, пусть будет согласно Его заповеди и воле. Через это ищи имя

Творца, стараясь всеми силами и разумом сделать это наиболее совершенным образом во всех

аспектах. Тогда получится, что познаешь Б-га на всех путях. Буква Бет (из слова «бе-коль» - на всех) означает «внутри»: в самой сути этих путей человек познает Всевышнего. Поэтому эта фраза из

Мишлей называется «малым отрывком» - в ней не заповедано сделать что-то великое или расширить

мудрость и размышления. Напротив, речь идет о сосредоточении на том, чем занимаешься. и, тем не

менее, «все тело Торы зависит от него», так как через это все делается правильно, и так находят

славу Всевышнего в наибольшей мере. Мудрецы намекали: «Время молитвы - отдельно, и время

Торы - отдельно», и пойми это. Когда человек делает что-то в совершенстве, как в мысли, так и на

практике, он должен радоваться своей доле и не гнаться за чем-то другим, поскольку весь мир

сворачивается перед ним в одном этом деле» (Мусар Авиха 2:2).


Тогда он окажется в состоянии «нет у тебя недостатка ни в чем», в

состоянии Яакова, сказавшего: «Есть у меня все» (Берешит 33:11). Он

соединен с Бесконечным и становится по-настоящему совершенным и

наполненным.


«Ради меня сотворен мир»


Здесь работает принцип: «Каждый должен сказать: ради меня

сотворен мир» (Мишна Санедрин 4:5) и «Каждого, кто спасает жизнь

одной еврейской душе, Писание оценивает так, словно он спас целый

мир» (там же). Все это потому, что Израиль — раскрытие света Творца, а значит, внутренняя суть Израиля — Бесконечное. А ведь Бесконечное

пребывает как в большом, так и в малом, и в каждом еврее Оно

присутствует в большом совершенстве. Следовательно, каждый еврей

внутри подключен к Бесконечному и действительно сравним с целым

миром, без границ и пределов, так что должен сказать: «Ради меня

сотворен мир». Ведь он действительно являет собой целый мир в виде

Бесконечного, присутствующего внутри всех евреев.

В этом принцип раскрытия Божественности именно в деталях. Его

огромное могущество проявляется в том, что даже в каждой частице

находится Бесконечное превыше границ и пределов. Не нужно думать, что Творец раскрывается только во всем мире или во всем народе

Израиля. На самом деле, Его величие пребывает в каждой точке, в

самой ее внутренней сердцевине.


После разбиения — раскрытие Божественности через всех


Таково исправленное и совершенное состояние, когда свет Бины

действительно проявляется в каждом качестве. Бина протягивается в

семь нижних качеств, и Гвура проявляет ее свет во всем совершенстве

— как свет, который превыше границ, но проникает в границы. И то же

самое делает качество милосердия (Тиферет), а также и Нецах, и Год и

т. д. Но так все должно было бы быть, если бы нижние миры не упали и

не отдалились от света лица Творца. В этом, как известно, суть

разбиения сосудов. Верхний свет Бины, действительно великий, входит

в сосуд каждого из семи качеств, и сосуд не может устоять перед силой

света и разбивается, растворяясь в нем104.


104 «Почему произошло разбиение? Потому что Божественное дает в меру своей силы, а

получатель ограничен. Тогда благо тоже было бы ограниченным. Поэтому Он дает благо без меры, и

оно Божественно и не ограничено, даже если ограниченный получатель не сможет его принять, пока

не разобьется полностью и не построится в своем стремлении вернуться к безграничному источнику

и соединиться с Божественным. Так творение создает само себя и оказывается на уровне

совершенства Творца, поднимаясь над ограничениями творения. Это не было бы возможно без

излияния большого блага, превышающего уровень его возможного получения, которое всегда

соответствует творению, а не величию Творца» (Орот а-Кодеш 2, стр. 527). Там же на стр. 526

написано: «Мир хаоса, его разбиение и восстановление указывают нам, что могучее желание к

исправлению, к развитию, к бытию, то есть к наибольшему благу, действует в полную силу.

Реальность неспособна принять огромное благо высшего Создателя, обладающего бесконечной

силой. Реальность частично растворяется от избытка блага, от силы жизни. Она разбивается из-за

чрезмерного желания. Но возвышенное благо из-за этого не останавливается на своем пути. Оно

возвращается и снова строит все после разбиения. Исправное строение получается прекрасным, несравненно лучше прежнего. Сила добра настолько превышает карающую силу, что стоит

вытерпеть все страдания разбиения и весь распад, только чтобы вышли эти улучшенные миры, несущие в себе такое богатство жизни, которое само по себе выше их сил. Высший Создатель не

выбирает отмеренный и ограниченный путь, соответствующий способностям мира. Иначе благо было

бы ограниченным и не соответствовало могучей силе жизни Создателя, но лишь условиям слабого

творения».


Следовательно, мир не может выдержать избыток блага, и нижние

качества не смогли встать на такую ступень, чтобы каждая деталь

проявляла в себе совершенство Бесконечного. Тогда раскрылось бы Его

величие — как входит Оно в малую точку также, как и в целый мир. Все

это скрыто до будущих времен, когда этот уровень проявится: каждое

качество, даже взятое по отдельности, будет светить в состоянии

Бесконечного. Каждый будет представлять собой целый мир.

Это падение привело к иному устройству мира — через единство

всех нижних качеств. Они должны соединиться в один большой общий

сосуд, в одну совокупную сущность. Через все качества вместе

проявится верхний свет. Иными словами, это раскрытие совершится не

в виде чуда — через величие Бесконечного в каждой точке — а иным

образом: через качества, соединяющиеся вместе и образующие полную

структуру. На самом деле, эти качества ограничены, и в одном есть то, чего нет в другом. И когда все они объединятся, одно восполнит

недостаток другого, так что они станут образцом совершенства, без

какого-либо недостатка. Верхний свет сможет протянуться к ним и

раскрыться через них в силу их общего единства.


Уровни хаоса и исправления


Два эти этапа изучаются в святых книгах под именами мира хаоса и

мира исправления. Вначале Всевышний давал большой свет каждому

качеству отдельно, так что оно не могло выстоять в его избытке и

разбилось. Вслед за этим возник мир исправления, в котором

объединились и связались все семь качеств в одну сущность, получающую свет, которая благодаря этому может выдержать его

сияние. Это уже не отдельные качества, каждое на своем месте, а

единая система, сплетенная и выстроенная из всех их вместе.

Получается, что в коренном замысле мир хаоса выражает очень

высокую реальность, но мир еще не готов кэтому. И потому он вынужден

быть сотворенным так, чтобы качества соединились и стали целой

системой, состоящей из всех их, дабы в них проявился свет

Бесконечного. Отдельные качества стали единой сущностью, и каждое

из них выполняет в ней свою роль, наподобие тела человека, где

каждый орган не отделен, а служит своей функции: глаз видит, ухо

слышит и т. д. Вместе они образуют структуру человека, и благодаря их

соединению свет Б-жий нисходит на них. На эту тайну мудрецы

намекают в Мидраше (к Берешит 1): сначала Всевышний задумал

сотворить мир силой суда, а потом увидел, что мир не выдерживает, и

примешал к ней силу милосердия (см. Эмека-Мелех5:48).

Отточим понимание этих вещей. В святых книгах (Эц Хаим, врата

исправления; «Ликутей Тора» раби Шнеура Залмана из Ляд) объясняется, что два признака отличают мир хаоса от мира

исправления. Причиной разбиения сосудов в мире хаоса был избыток

света, который сиял без границ и пределов, и состояние сосудов

отделенных друг от друга. Сосуды были «маленькими» и

обособленными, а свет — огромным. Поэтому в мире исправления две

эти особенности проявились совершенно иначе — последовало

уменьшение света и соединение сосудов в одну большую систему. В

мире исправления свет пришел в более сокращенной форме, чем в

мире хаоса (через отверстия и окна, сокращающие свет; Эц Хаим 13:3).

А сосуды всех семи нижних качеств соединились вместе, связались и

сплелись в общую систему, которая получает внутрь себя верхний свет

и способна выдержать его. Получается, что в хаосе есть избыток света, но сосуды обособлены, а после исправления свет уменьшен, но сосуды

переходят в состояние общего.

На самом деле, несомненно, что единство — это корень всего. Цель

не в том, чтобы творения были отделены друг от друга. Все должно по-

настоящему соединиться, а великий свет Бесконечного — снизойти на

единый мир. Один Б-г раскрывается в едином мире. В книгах

объясняется, что основа ухода Шхины и Божественного света из мира —

разделение в мире. Ведь «полное Имя нисходит на полный мир, а

Шхина не пребывает в месте недостатка» (Зоар 1, 216 б; 3, 90 б; Орота-

Кодеш 3, стр. 147). В мире исправления мы хорошо знаем тайну

единства: все сосуды и все силы там сгруппировались вместе, связались и соединились, став единой совершенной системой. Но в

мире хаоса, на первый взгляд, нет единства, и как же тогда нисходит на

него свет Бесконечного? Однако есть другое единство — еще более

возвышенное. В единстве первого типа есть доля рабства, поскольку

каждая сила вынуждена сокращаться, чтобы считаться с остальными. В

любой системе это происходит естественным образом: все детали

должны подчинить себя ей, чтобы работать согласованно с остальными

силами. В этом состоит уменьшение света в мире исправления по

сравнению с миром хаоса (см. Шмоне Квацим 2, 340 и далее в

примечании). Это подобно человеку, у которого есть много сильных

желаний, именно поэтому ему не удается ничего сделать из-за

противоречий между ними. Значит, он должен уменьшить свет, избыток

желаний, ограничить себя несколькими согласованными из них и

реализовать их в действии105.


105 Выражение этой идеи мы находим в словах рава Кука: «Отдельные мысли, особые знаки, идеалы, заключенные у каждого внутри, каждого из которых достаточно, чтобы заполнить мир, -

более высокие, смелые и значительные в своей святости, чем мысли и знаки, которые собираются

вместе в одну ткань разработанной структуры, где каждая мысль - лишь часть совершенного здания, сила или орган в совокупности большого человека. От возвышенности единичных мыслей создается

и распространяется форма целых миров. Возвышенный свет абсолютного идеализма уменьшается, ведь по высоте своей не должен сочетаться ни с чем внешним. А из-за этого падения возникает

ощутимый недостаток совершенства, и тогда каждый стремится вернуться и ожить, действовать и

взбодриться, поскольку уже померк тот высокий свет, что был достаточен для каждого отдельного

знака, чтобы заполнить целые миры своим светом. И тогда они сочетаются вместе, и образуется

фигура великого человека мироздания. Начинают появляться элементы упорядоченной структуры, высокие и отмеренные, где все знаки, мысли и идеалы объединяются в единый состав. «Выводящий

по числу воинство их... от Великого могуществом и от Мощного силой никто не скроется»» (Шмоне

Квацим 7:5).


Высшее единство в «исправленном хаосе»


Тайна высшего единства — это «исправленный хаос». Это

состояние, когда каждая сила держится сама по себе, раскрывая всю

заключенную в ней мощь. Свет проявляется в каждой точке в

совершенстве. Снаружи кажется, что ни одна сила не нуждается в

другой, чтобы восполнить себя, и выглядят они словно отдельные и

обособленные. Но в действительности, хотя так и кажется снаружи, это

не так: на самом деле, все они вместе строят чудесный лучший мир. А

идея в том, что все силы вышли из одного источника и потому в высшем

корне они объединены. Так что в момент, когда каждая сила стоит в

точности на подобающем ей месте и реализуется во всей полноте и во

всю мощь, оставаясь верной союзу со светом, сияющем в ней, создается чудесная и глубокая согласованность между силами, и весь

мир в целом строится удивительно хорошо. Это порядок, скрытый в

беспорядке. Иными словами, каждая сила сама по себе не обращает

внимания на другие, являясь совершенной и не нуждаясь в дополнении

от остальных, и потому кажется, будто все силы действуют без

согласования. Но их высший источник согласует их — каждая из них

стоит на своем посту, и весь мир получает от нее большое

благословение. Все становится удивительно согласованным, даже если

это и не делается намеренно и в явной форме. В связи с этим рав Кук

написал (Шмоне Квацим 4:118):


«Мы понимаем совершенство реальности в общем, в этом

качестве — каждая точка реализуется во всей своей полноте, не

обращая внимания на то, что восполнение других точек и всей

совокупности мешает восполнению этой точки. В любом случае

это качество достигнет полной высоты, и именно ее

обособленная сущность внесет свой вклад во всю совокупность».


Фактически, получается, что мир являет собой совершенство в

каждой подробности отдельно, раскрывая верхний свет, и словно само

Бесконечное светит в нем в совершенстве. Но эта подробность, конечно

же, не единственная — это лишь один оттенок. Хесед, к примеру, — это

один оттенок света, и он отличается от Гвуры. В этом смысле вместе

они

образуют

удивительную

общую

сущность

великого

и

многообразного мира. Но происходит это не через их соединение, как

соединились бы двое, обладающие недостатками, чтобы дополнить друг

друга. Каждый совершенен и сам по себе и пребывает в своей позиции

во всей своей силе. Ему не нужно ограничивать себя, чтобы придти в

соответствие с другими силами. И, тем не менее, между ними создается

высшее единство, и вместе они сплетаются в совершенный и чудесный

мир.


Превосходство хаоса и превосходство исправления


Такое единство не проявилось в мире хаоса в начале. Сосуды там

не могли принять верхний свет в полноте. Они упали и разбились. На

самом деле, это было сделано Высшим Создателем намеренно, как

объясняется в книгах. Это ни в коем случае не было из-за неудачи в Его

действиях. Все было продумано до мельчайших подробностей, чтобы

устроить мир на принципах хаоса и исправления одновременно. Это два

уровня, действующие вместе, и через них все миры поднимутся к

высшему совершенству. Мир исправления подчеркивает важность

соединения между силами и общее действие, произрастающее из них. В

этом смысле, он имеет преимущество, поскольку представляет высший

совершенный идеал — раскрытие света через весь мир целиком. Но

есть и недостаток у мира исправления — сокращение света и

подчинение сосудов. Каждому из них приходится ограничивать себя, чтобы соответствовать другим. А мир хаоса призван превознести

частное совершенство: каждый полноценен и сам по себе, каждый

способен выдержать огромное изобилие света и в других не нуждается.

В этом смысле, каждая деталь совершенна в своем уникальном оттенке

и не должна преуменьшать свой свет, чтобы уживаться «под одной

крышей» с оттенками, отличными от нее. Так проявляется

дополнительная ценность мира хаоса — многообразие, когда

появляются разные цвета и силы. Касательно этого, отметим, что

проявление Бесконечного в каждом оттенке и в каждой детали учит нас, что фактически тайна общего единства не означает размывание цветов

и их уравнивание, чтобы из множества сделать бесцветное единство.

Вместо этого каждая сила сохраняется в своих качествах, во всей своей

красе, а высшее единство заключает все их наверху. Фактически, мир

хаоса учит тайне высшего единства внутри множества. Бесконечное

проявляется в каждой подробности из множества и объединяет все

детали реальности в одну сущность. Об этом рав Кук написал (Орот а-

Кодеш 2, стр. 403):


«Те, кто склоняются к ереси, заявляют, что Божественное

единство размывает все и делает из всех цветов один цвет.

Богатство жизни истощается. Такой аргумент приходит из

недостатка знаний и притупления чувств... Божественное

единство возвышается над представлением об обычном

единстве. Оно превыше единства в той же мере, как и превыше

множества. Это богатство множества всегда пребывает

внутри него — в Бесконечном в еще более яркой форме, чем в

разделенном и разобщенном язычестве. Единство оживляет

множество, впитывает в себя множество, а само возносится над

любой реальностью и любым содержанием. Оно не может

уменьшить впечатления от жизни, а разве что увеличить, передавая смелость и величие единства внутрь множества. У

каждой из искр множества будет благословение величия

Бесконечного».


Соотношение

между

хаосом

и

исправлением

можно

проиллюстрировать двумя подходами к воспитанию. Первый придает

важность заботе об общей системе, поэтому подталкивает учеников, чтобы все учились по одной программе. Благодаря этому многие будут

изучать одно и то же вместе, и акцент будет делаться на общей учебной

атмосфере. Второй подход направляет каждого учиться по той

программе, которая ему лучше подходит. Он стимулирует каждого найти

свой стиль и быть верным тому, чего желает сердце. Этот подход

исходит из предположения, что чем лучше будет каждому ученику, и чем

больше он будет счастлив, тем лучше станет и общая атмосфера, а

учеба наполнится радостью и жизнью. При первом подходе гораздо

проще руководить системой, так как все подчиняют свои желания

общему благу и действуют согласованно во многих делах в жизни

школы. А при втором подходе ученики привыкают быть верными своим

чувствам и мыслям, а, следовательно, трудно согласовать их для

совместной деятельности.

С другой стороны, при втором подходе в учениках воспитывается

самостоятельность мышления и осознание своих личных сил. Это

обогащает их способности и таланты — у каждого в меру того, чем

одарил его Б-г. Следовательно, ученики будут радостнее и свободнее

душевно

и

эмоционально.

Каждый

будет

открывать

свои

индивидуальные особенности. Первый подход делает упор на общее

руководство и способен снизить верность и внимание каждого к своему

«месту в Торе» и к тому, чего желает сердце. Тогда уникальные

способности ученика реализуются лишь в малой степени. На самом

деле, обе стороны необходимы. Первый подход поощряет и

воспитывает людей уступать ради общего блага, обуздывать свою

жизнь ради того, что больше нее. Это жизненно необходимое действие.

Ведь действительно, каждый был сотворен, чтобы сделать свой вклад в

общее. Тем не менее, каждый должен быть богат своими силами, быть

бодрым и радостным от своих уникальных талантов. Именно с ними он

сможет принести благословение великому общему. Если его силы будут

оставлены в бездействии или подавлены, качество его действия в мире

ослабнет. В этом смысл известного высказывания раби изХабада о

необходимости того, чтобы «света хаоса были в сосудах исправления».

Здесь есть место для соединения обоих подходов вместе.


Верхний корень хаоса и исправления


Итак, Всевышний устроил Свой мир в два этапа — хаос и

исправление. Хаос подчеркивает совершенное раскрытие света в

каждой детали, а исправление утверждает ценность связи и соединения

между всеми ними. В действительности, оба они имеют корень в еще

более высоком мире, который включает принципы хаоса и исправления.

С одной стороны, в нем есть огромное изобилие света (как в состоянии

хаоса), а с другой — единый сосуд вместо множества отдельных. Этот

мир широко разбирается у святого Ари и называется «мир Акудим».

Слово «акуд» означает связанный и соединенный (ОцротХаим, врата

Акудим)106.


106 На эту тему следует процитировать рава Кука по поводу трех этих миров. Он объясняет в

них два фундаментальных движения жизни - хаос и исправление, то есть движение и покой -

бурление жизни с одной стороны, и безмятежность мира и спокойствия с другой: «Душа, с одной

стороны стремится к покою, к внутренней беззаботности... с другой стороны, она стремится к жизни, в

которой есть движение, голос, прелесть, могучая песнь и прославление Б-га. Поэтому она познает

мир в тайне его создания, видит источник покоя в источнике действия, жизнь и покой в соединении -

как жизнь и мир вместе выходят из источника истины. Создание проясняется из принципа связности

(Акуд), гармоничного наполнения, где все в одном сосуде. Потом оно выходит в виде точек - Нику-

дим, где есть бесчисленные миры и творения, разделенные силы, где каждая усиливается в

индивидуальности, величии жизни, во всем ее прелестном шуме, к миру. Разделение - жизнь, в

которой противоречия служат источником насыщения, - приводит смерть и истребление, злодеяния и

ложь. И с пониманием этого, шум, движение и подъем к обновлению берется и приводится к

возвышенному и прекрасному миру, где светит сила Некудим с прямотой Брудим, упорядоченных

линий, и со стремлением вверх Акудим, стоящим на самой вершине» (Орот а-Кодеш 1, стр. 189).


Как бы то ни было, при первом появлении мира хаоса сосуды не

смогли удержать верхний свет и не выстояли от его избытка, а упали и

разбились. Но это, конечно же, не было напрасным. Если Творец в

Своей мудрости видел, что сосуды разобьются, почему не соединил их

сначала и лишь потом не передал им свет? На самом деле, это

запечатлело огромный будущий уровень, когда свет Бесконечного будет

проявляться в каждой точке и в каждой детали, так что они не будут

нуждаться друг в друге, а будут полноценны сами по себе (Орот а-

Кодеш 2, стр. 394; это уже приводилось выше). Однако, как мы и

сказали, речь не идет о том, что между ними не будет единства, и что

они не станут вместе одним большим миром. Несомненно, все

соединится через Источник.


Прояснение индивидуального оттенка из общего

соединения


Добавим кэтому глубокую мысль. РавХаим Витальучит нас в Мево

Шеарим, что у каждого сосуда есть собственная уникальная точка.

Хесед — это милость, а Гвура — строгость. Хотя мы говорим, что

каждый сосуд включает в себя все, и каждая сфира содержит все

остальные, все-таки между ними есть разница: это Хесед, а это Гвура и

так далее. Рав Хаим Виталь говорит, что в мире хаоса сфирот не

придерживались своих особенностей, но все сосуды были словно одним

и тем же. Й хотя в каждом скрывалось его уникальное свойство, это не

проявилось в действии. Именно в мире исправления, когда они

связались друг с другом, каждый словно оказался назначен на свой

пост, и естественно у каждого прояснилась его индивидуальная роль и

функция. Вот что пишет рав Хаим Виталь (Маво Шеарим, 5:1:1):


«И у светов тоже прибавилось исправление, ибо вначале они

были точками без линий... Однако каждая включала десять в виде

смешанной совокупности, и света не выказывали своих действий.

А теперь, благодаря этой связи, когда они связались посредством

состояния эмбриона, проявились действия светов: у одного — в

виде головы, у другого — в виде тела, и глаз стал видеть, а ухо

— слышать».


Смысл в том, что прояснение каждым его особой точки происходит

именно из его соотношений с другими силами. Пока он стоит один, его

свойство не светит в мире. Все сосуды не проявляли сил, без раскрытия

и самоопределения. Мы видим: когда человек живет в окружении других

людей, его трения с ними побуждают его прояснить себя и свою

индивидуальность. Каждый становится зеркалом для других, ставя их

напротив себя, а, значит, и напротив них самих, проясняя их

особенности. Но когда каждый сидит в одиночестве, не проясняясь

перед другими, его силы остаются скрытыми, словно в зерне, и не

реализуются в действии. Получается, что недостаток связи друг с

другом — один из главных факторов разбиения в мире хаоса. Каждый

сосуд еще не был прояснен и развит в своих силах и уникальности.

Поэтому им понадобилось связаться друг с другом, чтобы каждый

развился в своем особом качестве, находясь с остальными в единой

системе. Только после этого прояснения он может вернуться и встать

отдельно, получая свет в совершенстве и не разбиваясь.


Хаос в своем низком состоянии и в верхнем корне


В свете увиденного нами до сих пор, поймем, что в мире хаоса есть

два состояния. Первое — его фактическое состояние, в котором было

разбиение и падение, и оно оценивается, как более низкое, чем мир

исправления. Второе — это корневая мысль о хаосе. Это огромный

уровень, который выйдет и осветит мир в будущем. Именно ради него

был создан весь этот хаос именно таким образом, чтобы в нем были

отдельные сосуды с избытком света, и чтобы они разбились и

растворились. Через это в основе мира будет заложен уровень хаоса, который постепенно очистится и сможет раскрыться в полной мере.

Центральное отличие между испорченным и разбитым хаосом и

совершенным будущим хаосом заключено в единстве сил.

Мы объясняли это, говоря, что причиной разбиения была в том, что

каждая сила, обращенная к самой себе, говорила: «Я буду

царствовать». Иными словами, у нее было частное содержание, отрезанное от совокупности целого и соединения со всеми. Поскольку

каждый сосуд видел, что ему предназначено в совершенстве получить

свет Бесконечного и в нем будет пребывать все (когда каждый включает

все), он поднял голову и заявил, что именно он является главным, а для

остальных сосудов, сил и качеств нет больше места. «Я буду

царствовать» означает, что каждый хотел прибрать себе царскую

корону. Но это, конечно же, неправильно. Хотя каждый действительно

включает в себя все, остальные тоже включают все, и Бесконечное

пребывает буквально в каждой точке. Скипетр правления принадлежит

Высшему Царю, Создателю, совершенство которого раскроется изнутри

всех сил. Несмотря на то, что каждый включает в себя все, свет в любом

случае раскроется через всех вместе. И поскольку каждый возгордился

и сказал, что сам будет царствовать, и что нет больше никого, кроме

него, он не смог выдержать избытка блага, и свет Бесконечного отступил

от него. Поэтому в святых книгах объясняется, что уровень мира

исправления выше, чем у мира хаоса. В мире исправления свет

Бесконечного раскрылся и сохранился, а в мире хаоса не удержался и

ушел. А все потому, что сосуды отошли друг от друга, и каждый

превозносил сам себя. Это нечистота, которая может появиться, когда

каждый знает, что включает в себя все. Он рискует впасть в скверну

гордыни и, естественно, скатиться вниз. «Если возгордилось сердце его, Святой, благословен Он, унижает его, как сказано: «С вершины — в

долину» (Бемидбар 21:20)» (Ялкут Шимони, Бемидбар 764).


Тайна высшей свободы


Заодно отметим вкратце еще одну глубокую мысль. В состоянии, когда каждый совершенен сам по себе, кроется тайна свободы. Каждый

держится самостоятельно и не нуждается в дополнении других, поскольку и сам совершенен107.


107 Рав Кук во многих местах в своих книгах пользуется выражением «точка», чтобы описать

самостоятельное бытие или некое содержание, пребывающее в свободном состоянии и не

зависящее ни от чего другого. Смотри, например, Орот а-Кодеш 3, стр. 105, Шмоне Квацим 1, отрывки

115, 158, 180, 238, 243, 272, 491, 630, 648, 790 и в других местах.


Но все иначе в состоянии мира исправления: там каждый имеет

недостаток, и ему требуется восполнение от других, поэтому там

существует принуждение. Оно вызвано тем, что один нуждается в

другом и потому подчинен ему. Он нуждается в других, чтобы

объединиться с ними и быть с ними вместе. Мы видим, что жизнь в

обществе, семье, народе обязывает людей друг в отношении друга.

Человек не может делать все, что ему взбредет на ум, иначе повредит

окружающим. А тот, кто живет на одиноком острове и чувствует себя

полноценным в одиночестве, не нуждается в других и не должен ни с

кем считаться. Он находится в состоянии свободы. На самом деле, в

наше время свобода может сильно повредить. Человек должен

считаться с окружающими, а если будет вести себя, ни с кем не

считаясь, то может причинить им большой вред, да и сам сильно

пострадает. Все покинут его, и останется он один, лишенный всего.

Человек нуждается в поддержании отношений со своим окружением, с

семьей и общиной. Он не может оторвать себя от них. Мы видим, что

сила хаоса в этом мире проявляется отрицательно. Состояние, когда

человек делает все, что вздумается, не считаясь с другими, — это зло, заключенное в хаосе.

Но в будущем раскроется исправленный хаос — верхний свет, в

котором каждый включает все, по принципу «Идет человек в дом мира

своего» (Коэлет 12:5). У каждого будет свой мир, и там он будет по-

настоящему свободен. Ему не придется подчинять себя, чтобы

соответствовать другим, поскольку он не будет ни в ком нуждаться.

Бесконечное проявится в совершенстве в каждом, и каждый будет

целым

миром.

Все

будет

наполнено

радостью,

светом

и

благословением. Все будут любить друг друга без всякого подчинения

— они будут обладать святой свободой, Виной, «миром свободы», и

будут подключены к великому свету Бесконечного, свободе которого нет

предела. Действительно, свобода — это одна из фундаментальных

ценностей мира хаоса108.


108 «Божественная бесконечная способность не нуждается в цепочке причин и следствий, выстраивающихся в виде средств и целей. В творческом явлении, подобном этому, которое не

связано узами причин и следствий, все пребывает в состоянии ничем не ограниченной свободы.

Первичное свечение созидания для основания воли - это полностью свободное свечение, которое в

силу этого является созданием точек, одних рядом с другими. При уменьшении света и переходе от

Божественного проявления к миру Божественности возникает цепочка причин и следствий - миры, организованные в виде лиц (парцуфим). Однако источник свободной воли человека, образующий

идеальную нравственность, в которой человек уподобляется своему Создателю, происходит от

первичного проявления, еще до Божественного мира - от начала проявления Б-га, в котором нет

необходимости тяжелого запечатле-ния соотношений причин и следствий. Это свет Божественного

желания, связанный с величием воли человека к восхождению. «Что исполнить решишь, то и

сбудется у тебя»» (Шмоне Квацим 2, 340).


Поэтому в наши дни она часто проявляется в испорченной и

вредной форме, что на самом деле отрицает свободу, каку

индивидуума, так и у окружающих его. В наше время путь к свободе

лежит через подчинение. Кто считается с окружающими, со своим

народом и общиной, тот идет верным путем, любим людьми и сам

любит их, чувствует радость и внутреннюю свободу (см. Шмоне Квацим

8:22).


Мир Некудим — точка и линия


Итак, мы увидели величие мира хаоса в его верхнем корне. Теперь

поймем глубокую тайну, касающуюся этого мира, называемого у святого

Ари «мир Некудим» (ЭцХаим, врата 6, гл. 1 и врата 8). Это название

связано с тем, что в нем проявляется принцип точек, некудот. Смысл в

том, что существуют две формы — точка и линия. Точка означает

разделение, когда каждый держится сам по себе и не связан с другими.

Линия — это соединение точек вместе. Это намекает на мир

исправления, в котором все силы объединились вместе в одну общую

сущность, в парцуф — единую систему всех частей и сил (Клах Питхей

Хохма 70). Вместо состояния, где каждый стоит отдельно и ни с кем не

связан (как было в хаосе, в мире Некудим)109.


109 «Вкратце дело в том, что эти цари - это семь точек, вышедших разделенными и

несвязанными друг с другом, поскольку они вышли не в виде линий... Но вышли они одна над другой

не в форме линий, и тогда они назывались «владением многих». Это было причиной их смерти, так

как они не могли выдержать свои света... Поэтому, когда высший Создатель, пожелал исправить их, понадобилось исправить разделение, бывшее между ними вначале, соединить их и связать сильной

связью посредством их выстраивания в виде линий. Тогда есть Хесед и Гвура, а Тиферет

уравновешивает между ними. То же самое происходит с Хохмой, Биной и Даат, а также с Нецах, Год

и Есод. Они ведут себя сбалансировано, умеренно и взвешенно... К светам тоже прибавилось

исправление, поскольку сначала они были точками без линий и без формы лица (парцуф). Но каждая

из них состояла из десяти в виде смешенной в них совокупности. Тогда света не проявляли своего

действия. А теперь благодаря этой связи они связались в состоянии зародыша и проявили свои

действия - один был головой, а другой - телом, глаз видел, а ухо слышало» (Мево Шеарим, врата 5, ч.

1, гл. 1).


Поясним, что название «некудот» призвано указать на глубокую

идею. Как объясняется в книгах по Каббале, есть очень высокая ступень

в виде точки, которая выше линии. Известно, что точка — это буква Йуд

(комментарий Раавада к Сефер Ецира 5:1), поскольку и сама форма

этой буквы такова — маленькая точка без разделения на части. Также

известно, что некудот относятся кХохме (ЭцХаим 8:3 и др.), которая

тоже соответствует Йуд. Здесь все включено в одну точку. На языке

рава Кука, можно сказать, что «вся реальность заключена в одной

точке» (Орот а-Кодеш 2, стр. 391). В отличие от этого, линия — это буква

Вав, протяжение точки вниз. Она словно протягивает ногу вниз и

стремится соединиться с другими (Шаар Руах а-Кодеш, йехуд 17 и др.).

Йуд, как известно, находится выше Вав (6), поскольку представляет

собой число десять. Это высокая степень единства, включающая в себя

все.

Мы хотим сказать, что у Йуд есть два аспекта. Во-первых, это одна

точка, стоящая сама по себе и не связанная с другими частями. Во-

вторых, точка — это потенциал, включающий в себя все. Ведь

совокупность всех частей дает число десять, как мы видим в сфирот, которые есть корень всего и которых тоже десять. Десяток намекает и

указывает на полную реальность. Выходит, Йуд, маленькая точка, является отдельной силой, частностью, но в себе она заключает

буквально все. Это тот уровень, о котором говорится, что каждый

является целым миром и должен сказать: «Ради меня сотворен мир». А

линия, буква Вав, как раз выражает именно состояние недостатка (см.

Шаар а-Кава-нот, главы о молитве Амида, гл. 2, лист 30), когда десяток

не проявляется, а есть только шесть. Не хватает верхних частей.

Поэтому именно Вав изображает линию — силу, соединяющую части в

одно. И именно потому, что целое не проявляется в каждой детали, нужно соединиться с другими, чтобы восполнить себя. Благодаря

соединению всех сил единство и совершенство раскроются.


Принцип точки — хаос в достоинстве и недостатке


Итак, буква Йуд намекает на верхний уровень, на котором каждый

включает в себя все света так же, как любая сфира в Ацилуте включает

в себя остальные сфирот. Этот высокий уровень впервые сверкнул в

мире Некудим, в виде точек (некудот), каждая из которых стояла

отдельно. Но на самом деле, этот уровень еще не мог раскрыться в

мире, мир не выдерживал такого большого света, когда каждый

включает в себя все. Поэтому сосуды разбились, неспособные устоять

на такой высоте, и миры упали. Тогда был вынужден проявиться

принцип линий — буква Вав, соединение частей — чтобы через это

раскрылся большой и совершенный свет. Отсюда мы учим, что внутри

мира хаоса, в некудот, скрыт огромный свет, но это свет будущего, который раскроется позже.

Об этом говорится, что в будущем «люди не будут учить друг друга, говоря: «Познайте Б-га», ибо все будут знать Меня от мала до велика»

(Ирмия 31:33). Они не будут нуждаться друг в друге, а каждый будет

жить сам по себе, и через него раскроются все света. Это очень высокий

уровень, но проявится он в будущем мире, а в наше время сила хаоса

действует не в своем высоком достоинстве, а как раз в виде недостатка.

Если сегодня человек будет держаться обособленно, полагая, будто

включает в себя все, это превратится в гордыню и высокомерие, в

эгоизм — корень всего зла. Если в наши дни человек скажет, что он —

это все, это приведет его к отделению от других, а это — корень зла, отчужденности, ненависти и соперничества. В действительности, в наше

время такое совершенство не может раскрыться. Хаос проявляется в

отрицательной и испорченной форме, а действовать нужно как раз в

сторону единства, связи и взаимодействия. Надо понимать, что мы

неполноценны без соединения с другими. Именно в нашем мире

работает принцип «получать друг от друга». В будущем свет хаоса

проявится вновь в виде точек (некудот), но он будет исправлен. Свет

Бесконечного раскроется в каждой точке — проявятся буквы Йуд. А Йуд, как известно, указывает на будущее (образует будущее время в начале

глагола 3-го лица)110.


110 В этом принцип света глаз, который, как известно, выражается буквой Йуд. Глаз по форме

похож на Йуд, и это корень мира Некудим (Эц Хаим, врата Некудим). Возможно, в отличие от него

лоб, то есть мир исправления, - это свет буквы Вав, имеющий вид линии. Ведь лоб похож на

горизонтальную линию, и он выражает волю - канал и линию для проведения света сверху вниз.

Значит, света глаз находятся выше света лба, по принципу «Женщина окружит мужчину». Света БАН

по своей внутренней сути выше светов МА, поскольку имеют корень в САГ.


Точка и круг


Здесь же кроется тайна круга и прямой линии. В святых книгах

объясняется, что мир хаоса вышел в виде кругов (Эц Хаим 8:1). Нужно

понимать глубокую тайну, что круги — это тот же принцип точки. Точка

— это маленький круг (комментарий Рамака к Сефер Ецира 2:13). Круги

указывают на букву Йуд, на верхнюю силу, которая едина, но включает в

себя десять — совокупность всего. Получается, что круги связаны с

принципом глаз (света хаоса были, как известно, светом глаз; см. Эц

Хаим 6:1), с буквой Йуд, хаосом. Все это одно и то же. Поэтому глаз

вращается по кругу, может двигаться в разные стороны, чего не делают

другие органы. Это происходит в силу его духовного корня. Нет ничего

выше света глаз, ибо он самый высокий (чтобы разобраться в сравнении

между зрением и слухом, смотри Лешем Шво ве-Ахлама, Биурим, ч. 2, стр. 80). Это намекает на Хохму, как сказано: «От глаз общины»

(Бемидбар 15:24) — это мудрецы. И Хохма тоже связана с буквой Йуд.

Это сила единства, которая в одной точке внутри себя прячет все миры.


Бина, Хесед и другие качества


Хесед — «посредник» между верхним светом

и остальными качествами


Итак, мы увидели, что есть высокий уровень, на котором каждая

точка открывает в себе Бесконечное, даже находясь в одиночестве. Это

Бина, верхний свет, раскрывающийся в совершенстве в каждом

качестве. Но миры не способны принять этот уровень, и потому им

понадобилось соединение всех качеств, чтобы благодаря всем им

раскрылась Бина над ними вместе.

Известно, что Бина — корень всех нижних качеств от Хеседа до

Малхут. Нужно понимать, что Хесед — особенный свет среди этих

качеств. Его можно сравнить в сыном-первенцем. Хесед первым

рождается из Бины, поэтому о нем сказано: «Мир милостью (Хесед) построится» (Теилим 89:3), так как он первый для мира. Известно, что

первенец — корень для всех, кто рождается после него. Он посредник

между родителями и остальными детьми. В книгах приводится («Шаар

а-Мицвот» Ари, гл. Итро), что первенец скрывает в себе эссенцию силы, которая проявится впоследствии во всех детях, как зерно, содержащее в

себе все остальное111.


111 «Как мы объясним в комментарии к фразе «Днем заповедует Б-г милость Свою»... все

хасадим приходят облаченными в первый Хесед. Это нужно, чтобы уберечь их от кпипот, а кто

лучший сторож? Написано: «Б-г сторож твой». В этом также смысл слов: «Сказал я: мир милостью

построится» - это первый Хесед, «день всех дней», как упомянуто... И в этом смысл велеия «Почитай

(эт) отца и (эт) мать свою». Поскольку у него есть часть, приходящая от них, благодаря которой он

исправляется. Также говорится: «Эт - чтобы добавить старшего брата», как объясняется далее... И

как отец дает часть себя сыну, так и сын-первенец берет эссенцию того первого духа. И как в том

духе заключены силы всех сыновей, которые появятся позже, так и в части сына-первенца есть

совокупность остальных братьев. Каждый, кто старше своего брата, включает его в себя. Поэтому

нужно уважать старшего брата. Есть и другое явление: сын-первенец оставляет дух от себя в своей

матери, и остальные дети после него тоже берут часть оттуда. Поэтому уважение к старшему брату

приравнивается к уважению к отцу» (Маво Шеарим, врата 2, ч. 3, гл. 9).


Это подобно первому дню в творении. В нем были сотворены все

творения, но скрыты как в зерне, в не проявленном потенциале, а

остальные дни реализовали его — в каждый из них появлялись новые

творения (Рамбан к Торе, Берешит 1:1). Значит, первый день содержит в

себе остальные дни, словно первенец. Но он включает их не как отец.

Отец во всей сущности находится выше своих детей, чего не скажешь о

сыне-первенце, который им брат, а не родитель. В определенном

смысле он равен всем детям, поскольку и сам такой же ребенок. Только

на более внутреннем и скрытом уровне в нем кроется сила остальных.

Поэтому Хесед является облачением для Хохмы, так как в нем есть

нечто вроде нее — сила, объединяющая все. Отец — это Хохма, как

известно, и он действительно содержит в себе всех детей. В Хохме

присутствует сила Гвуры и милосердия (Тиферет), как и остальные

качества, по принципу «Всех мудростью сделал Ты» (Теилим 104:24). Но

этого нет в Хеседе: на деле, он не включает остальные силы — в Гвуре

есть то, чего нет в Хеседе. Мы видим, что в Ицхаке было то, чего не

было в Аврааме. Поэтому все силы должны были проявиться. Ведь

Хесед в действии раскрывает лишь милость. Хотя внутри у него имеется

корень всех остальных, все-таки это только потенциал. На деле, он

проявляет только милость, но не имеет других качеств. Хесед должен

войти с ними в одно целое, чтобы достичь совершенства (ТалелейХаим.

Берешит, Толдот). Хесед представляет собой первенца, это позволяет

ему быть силой, объединяющей остальных. Сын-первенец руководит

другими детьми, и у него есть сила собрать их вместе. В классе мы

видим, что есть дети способные всех повести за собой. Но первенец не

включает остальных в себя так, чтобы более не нуждаться в них. Он

лишь один из детей, и все они нужны, поскольку у каждого особый

оттенок. Первенец потенциально включает в себя всех, обладает силой

объединить их, но поскольку сам такой же сын, как остальные, он

нуждается в них и должен объединиться с ними. Он не похож на отца, Хохму, которая стоит ступенью выше, полноценна сама по себе и в

других не нуждается. Она подобна букве Йуд, которой никто не нужен

для ее совершенства.


«Днем заповедует Б-г милость Свою»


Итак, Хесед — одно из качеств, и оно располагается в одной из

сторон света. Как известно, он направлен в южную сторону (Зоар 1, 80

а). Но это только часть, и она должна соединиться остальными так же, как нужно соединить все стороны света, чтобы получился «эхад». С

другой стороны, Хесед — это сила всех, он включает всех в себя, как

сын-первенец, и благодаря этому, они объединяются. Это как раз то, что

объясняется в святом Зоаре: Хесед называется «днем» (йомам). Это

средняя форма между множественным числом и единственным.

Множественная форма — «дни» (йамим), а единственная — «день»

(йом). Йомам — это один, включающий многих в себя. Вот что написал

святой Ари (ЭцХаим 25:2), объясняя Хесед в соотношении с нижними

качествами (текст адаптирован для читателя):


«Что касается Хеседа, называемого «йомам», поскольку

«идет со всеми днями» — шестью днями творения, шестью

концами... Из этого Хеседа — первого из шести концов —

распространяются пять частей Хеседа и облачаются в пять

сфирот, которые под ним. Так получаются пять хасадим. Однако, первый — полностью настоящий Хесед, и потому он не входит в

их число. Ведь те пять, что под ним, не являются настоящим

Хеседом, но лишь облачением для пяти ответвлений первого

Хеседа. Внутри этих частей первого Хеседа распространяется и

облачается Бина... Выходит, каждое свечение протягивается от

Бины к шести концам через этот Хесед, распространяющийся и

облачающийся в них, и они получают свечение посредством

него» 112 .


112 Вот продолжение цитаты: «В Зоаре, глава Эмор, 103, я нашел иное объяснение, но оно не

противоречит сказанному выше, а лишь добавляет к нему. Хесед называется Авраамом - это первый

из «шести концов»... Эта сфира Хесед сначала получает благо от остальных шести концов с

помощью Хесед в верхней Бине, называемой «днем» (йомам). Поскольку это корень всех хасадим.

Бина же облачается в свой Хесед, называемый ее правой стороной, и через него светит Аврааму. А

от него это передается пяти нижним сфирот».


Мы видим у нашего учителя Ари, что Хесед — это сила, соединяющая все нижние качества. А вся благодать, приходящая свыше

от Бины, — свет, превышающий все границы и качества, — идет именно

через Хесед, благодаря которому передается всем другим качествам.


Благо — душа всех качеств


Чтобы приблизить сказанное к разуму, проиллюстрируем это и

объясним один из аспектов. Остальное можно будет понять

самостоятельно. Человек сделан по образу Б-жьему, как образец

верхних качеств. Следовательно, можно размышлять о человеке и через

него понять их особенности. Известно, что они представляют собой

душевные силы в человеке, с помощью которых он служит Б-гу. Человек

должен служить Ему с силой (Гвура), милосердием (Тиферет), через

победу над злом (Нецах), через благодарность и признание истины

(Год). Есод — это баланс между силами и их правильная пропорция. Это

качество связи между человеком и ближним и многое другое. Есть

множество оттенков и смыслову этих качеств и их различных действий, но здесь неуместно разбирать это. Как бы то ни было, Хесед — это

благо, добро.

Все качества — это облачения верхнего света Б-га. Его свет велик и

ярко сияет над всеми качествами и действиями. Его никак не уловить и

не воспринять, поскольку это несотворенный свет. Все свойства, о каких

мы говорим, — такие, как доброта, сила, истина и т. д. — относятся к

творениям и облачениям. Сами по себе они не являются светом, но

лишь его одеждами. В любом случае, великий Свет сам по себе

неуловим, но открывается в качествах (см. первые разделы в книге

«Талелей Хаим, Элуль-Тишрей»), Глава и корень всех качеств, в

которых он проявляется, — это благо. Поэтому Писание сообщает, что

если мы хотим познать Б-га, нужно знать, что Он поистине корень и

источник блага, как сказано: «Благ Б-г ко всем, и милосердие Его — на

всех Его созданиях» (Теилим 145:9). Благо — это центральное и

коренное свойство всего. Это также цель и конечное состояние всего. Б-

г сотворил мир, чтобы даровать благо творениям. Даже если у нас нет

никакого постижения в Его великом свете, этот свет облачается в

главное качество — благо, которое является целью всего мира, как

сказано: олам хесед ибане — «Мир милостью построится».


Соединить все качества с благом


Теперь мы сможем слегка проиллюстрировать увиденное ранее, что

Хесед — корень всех качеств. Это значит, что каждый должен

присоединить все качества к благу. Если человек, например, хочет

использовать в служении Б-гу силу (Гвура), чтобы она по-настоящему

соединилась с его служением, он должен подключить это качество к

благу. Иными словами, должен проследить, чтобы целью всего, что

делает качеством Гвуры, было благо. Если же задействует это качество, а в итоге блага не получится, пусть знает, что это не святая Гвура, и она

не связана со светом Б-жьим. Таким образом, пользуясь своими

качествами, человек должен как следует связывать их с благом, чтобы

цель, проистекающая от каждого действия, была благой. И если из этого

не вырастает добро, пусть знает, что это неправильно, и свет Б-га не

раскрывается через задействованное качество. Поэтому лучше его

оставить и не использовать. К тому же, нужно обращать внимание, чтобы душа качеств была благой. Это подобно тому, как отец

собирается выразить гнев на сына — он хочет облачиться Гвурой ради

его воспитания. При этом сердце его должно быть освещено Хеседом, чтобы «скрытая любовь» была облачена в «открытое порицание». Тогда

и в самом деле качество Гвуры будет соединено с Божественной силой

и принесет благословение. Но если внутри отец не будет исполнен

блага, Гвура станет сжигать и не принесет пользы, и света Б-жьего в ней

не будет.


Пять хасадим


Это как раз то, чему учил святой Ари: нижние качества получают

свет Бины только через Хесед. Значит, Бина облачается в него, а он

облачается в остальные качества, и так ее свет достигает их всех.

Принцип Бины — высокая Божественность, которая превыше всех

качеств, но которая облачается в них, и благодаря этому они светятся

святостью Б-га. Ведь человек может совершить действие с помощью

какого-то качества, но оно вовсе и не будет чем-то святым и даже может

оказаться злым и нечистым. Короче говоря, качества — это одежды, которые могут облачить верхний свет, а могут стать облачением и для

сил нечистоты и греха. Когда Бина облачается в качества, это указывает

на исправленное состояние, в котором они содержат верхний свет, и

святость Б-жья обретается в поступках человека. Наш учитель Ари учит

нас, что благодать Бины раскрывается в качествах лишь при посредстве

Хеседа. Значит, все поступки должны коренится в благе, и сердце

должно наполняться светом любви, а лицо — быть обращено лишь к

преумножению добра. В силу этого, оно облачится в качества и будет

действовать через них, и движущим сердцем этого будет свет Хеседа, а

целью — милость и добро. Тогда верхний свет протянется к этому

качеству и усилится в нем, раскрываясь в святом святых113.


113 В книгах объясняется: то же происходит в духовных чертогах. Шестой из них - чертог

любви, расположенный в Хеседе, - является входом в седьмой и наивысший - чертог святого святых, в Бину. Войти в него можно только в свете любви шестого чертога, как известно из соответствующих

разделов в Зоаре (главы Берешит и Пкудей). Здесь кроется связь между любовью и смирением, для

которого она служит входом. А смирение - это самоустранение и включение в Божественное, происходящее через облачение общего света любви.


В этом и состоит секрет пяти хасадим, которые часто появляются в

писаниях Ари в виде распространения мохин сверху. Эти мохин

называются хасадим, поскольку в действительности Хесед — душа

нижних качеств, так как целью всего является благо.

К этому добавим, что Есод — это сила связи между людьми.

Действие установления связи заключено в Есоде, но целью его должен

быть Хесед. Значит, у связи между людьми могут быть различные цели.

Бывает и греховная связь, когда один связывается с другим, чтобы

использовать его, или из-за того, что заботится лишь о себе и т. д. Но

если Есод — сила связи — действует без Хеседа, не будучи движима

благом, в итоге она приводит к разделению. Это будет зависимая

любовь, и вместо «связи» (רשק) явится «ложь» (רקש), а вместо «союза»

(תירב) — «раздор» (בירת) 114.


114 Отсюда мы поймем глубокий принцип. Известно, что сила, управляющая всеми качествами,

- это Есод. Он уравновешивает их, выводит и вводит, и называется «все», потому что содержит

сумму всего. На первый взгляд, это не согласуется с нашим объяснением о том, что корнем всех

качеств является Хесед. Но дело в том, что Хесед скрыт внутри Есод. То есть сила совокупности в

Есоде, благодаря которой он управляет всем, в основном, обусловлена светом Хесед в нем. Иными

словами, эта сумма всего находится в Хеседе, однако ее явное выражение проявляется в Есоде в

виде совокупности хасадим в нем. Получается, что Хесед и Есод держатся друг за друга и сливаются

вместе.


Идея в том, что Хесед — это сила, объединяющая все разделенное.

Благо соединяет всех. Действительно, нужно быть добрым ко всем, чтобы всем было приятно с тобой, и не причинять никому страданий. Б-г

сотворил мир, в котором есть место для всех. Такова сила Хеседа —

широкая и распространяющаяся ко всем. Она подобна спокойной и

приятной для всех воде, дарующей жизнь. Вода — это корень

кровообращения, несущего питание всем органам. Вода склеивает муку, превращая ее в тесто. Такова же и сила Хеседа — она «склеивает»

всех, делая одним целым. Это происходит благодаря тому, что все

поступки человека направляются на преумножение блага и его

совершение. Перед каждым действием нужно наполнить сердце светом

любви к Израилю и любовью к людям и творениям и, исходя из этого, уже совершать его. Ясно, что когда понадобится облачить одежды

Гвуры, нужно обратить внимание, чтобы сердце изнутри было устлано

любовью, дабы эта Гвура не принесла вред вместо пользы и не стала

«разрушительной» (הבירחמ) вместо «расширяющей» (הביחרמ).


Коэн Аарон — сердце всех


В сказанном мы немного объяснили, что такое Хесед — «день, идущий со всеми днями». Это сила, движущаяся со всеми силами и

соединяющая их. Об этом и говорит святой Зоар в процитированном

выше отрывке об общем облаке, включавшем все облака. Это было

облако первого Хеседа, о котором сказано: «И облако Б-жье над ними

днем». Зоар говорит, что это облако Аарона, которое связывало и

соединяло все облака вместе. Здесь действительно видна идея Аарона, бывшего первосвященником, то есть корнем первого Хеседа. Ведь

коаним относятся к Хеседу, а главный среди них — это сама внутренняя

суть Хеседа, то есть Хохма. Поэтому он надевал восемь одежд («Сефер

а-Ликутим» Ари, Берешит 1, со слов «И знай, что даже», и в этом тайный

смысл слов «Рав-Хесед», см. Шаар а-Каванот, главы «Ве-яавор»).

Первосвященник Аарон нес на своем сердце имена сынов Израиля.

Иными словами, в нем проявлялось единство Израиля, ибо он был

сердцем всех евреев, любил их и соединял друг с другом. Аарон

связывал весь Израиль вместе, и так раскрывались любовь и симпатия

между всеми. Он открыл перед ними внутреннюю суть Израиля — все

святы, все дети Б-га живого, все чисты и светлы, все обладают святой

душой. И в действительности все являются одним существом. Аарон

дал всем евреям почувствовать себя братьями, как сказано: «Вот как

хорошо и приятно сидеть братьям вместе. Как доброе масло на голове

стекает на бороду, бороду Аарона, спускается на его качества» (Теилим

133:1-2). Иными словами, Аарон протягивал доброе масло — скрытое

единство Израиля, означающее, что все мы — одна душа. Он

протягивал это до самых качеств. С внешней стороны все евреи

отделены, а он раскрывал истинную суть Израиля. Через это он

проводил свет к качествам, в мир разделения, и соединял евреев, преумножая мир, любовь и единство.

Поэтому сказано: «Вот как хорошо и приятно сидеть братьям

вместе». Слово «как» (המ) означает шесть концов, то есть человека

(Адам=45). Говорится, что «как» — это хорошо, то есть что корень всех

шести концов есть благо, Хесед. С помощью Хеседа, принципа «как

хорошо», приходит принцип «как приятно», что указывает уже на Бину

(Кеилат Яаков, «ноам»; Орот а-Кодеш 2, стр. 509). Значит, благодаря

благу привлекается приязнь: если «как» (המ) соединено с благом, и все

качества связаны с ним, то верхняя приязнь, Бина, нисходит на всех

сыновей. И тогда наступает «сидение вместе с братьями». Это

совершенное единство Израиля. Все это совершается в заслугу Аарона-

первосвященника среди своих братьев, Б-жьего святого, который

соединил и связал евреев вместе, руководимый принципом «Любит мир

и преследует мир».8


Мир, который целиком превосходен и свят


Цель и средства в сравнении с целью


Ранее мы видели, что есть два вида раскрытия света Бесконечного

в мирах и в качествах. Первый вид — привлечение света к каждому

качеству в полной мере, чтобы Бесконечное раскрылось в каждом из

них. Это связано с принципом некудот — привлечение света Бины к

каждом качеству отдельно. Второй вид связан с формой линий, с буквой

Вав, где свет не проявляется в каждом качестве, но лишь в их

соединении. Этот второй вид мы видели в Хеседе и в том, как Бина

протягивается через него к остальным. Ее свет сначала приходит

кХеседу, а через него уже к другим качествам. Об этом мы сказали

ранее, что Хесед — это цель, поскольку целью всего является добро.

Каждое действие с любым качеством должно быть направлено к этой

цели. Это отличается от первого вида, где Бина раскрывается в каждом

отдельном качестве. Это фактически является высшим состоянием, когда цель проявлена в каждом действии.

Во

втором

же

виде

раскрытия

действие

не

является

самостоятельной целью, но лишь средством для Хеседа. В этом

состоянии Божественный свет не проявляется напрямую в каждой вещи.

Будь оно так, все было бы исполнено цели и пребывало бы в

совершенстве, и мы ничто не считали бы средством для чего-то другого.

В действительности, в будущем все средства исчезнут, а цель будет

сиять во всем. Раскроется собственная абсолютная ценность каждой

вещи. Об этом пророк говорит, что даже на колокольчиках коней будет

написано: «Святыня Б-гу». Святость проявится в каждом предмете, и

все будет на уровне цели, а не просто средства. Ведь у средства нет

своей ценности, кроме той, что оно приводит к чему-то другому.

В будущем это раскроется, и слава Б-жья наполнит мир. Все

сотворено во славу Его, и в каждой вещи есть цель. Это величайший

свет, который проявится в будущем. Он не действует в нашем мире. В

наши дни мир составлен из многих вещей, которые являются всего лишь

средствами ради великой цели. В этом смысле, все качества —

средства для блага, которое и есть цель. К примеру, абсолютное

значение Гвуры не проявляется, но она служит благу, наподобие орудия

для его реализации в мире. Значит, если можно достичь блага без нее, в

ней уже нет необходимости. Таков удел каждой вещи, которая является

средством. Когда нет в ней нужды, она становится бессмысленной.

Как бы то ни было, на уровне нашего мира цель — это благо, Хесед.

Это внутренняя суть всех качеств, наделяющая их значением. Наш

учитель Ари говорит, что Хесед пребывает во всех качествах. А свет

Бины, свет Бесконечного протягивается к ним благодаря Хеседу и через

него. В будущем же, в отличие от этого, все они будут светиться полным

совершенством, в виде некудот. Они не будут нуждаться друг в друге, но

свет раскроется в каждом качестве отдельно. Тогда все они взойдут на

уровень цели и совершенства, и не будут считаться средствами для

чего-то еще.


Все освящается


Объясним эти вещи еще шире. В наши дни мы видим, что мир

построен в форме множества средств, служащих одной цели.

Несомненно, целью всего мира является раскрытие Божественного

света в полном его величии. Но в это время он не раскрывается в

каждой вещи, а лишь в определенных местах — в синагогах и домах

учения, у праведников и святых. Также в индивидуальной жизни каждого

не все поступки являются самим раскрытием Божественности. Когда

человек занят «делами небесными» — заповедями, Торой и молитвой

— он чувствует, что стоит перед лицом Б-га и подключен к цели жизни.

Но если занимается заработком и ремеслом, он погружается в мирские

дела. Несомненно, в каждый момент все должно быть соединено со

святостью в качестве средства для нее, чтобы все действия были ради

Небес. Поэтому во всех поступках нужно намереваться действовать

ради Б-га. В работе нужно намереваться выполнять ее не для богатства, почета и удовольствия от материальных обретений, а ради душевного

равновесия, для служения Творцу в Торе и молитве. Дом надо строить, чтобы можно было в нем служить Б-гу, а питаться — чтобы была сила

молиться и учиться. Бизнесмен должен стремиться заработать, чтобы

иметь возможность давать цдаку, заниматься благотворительностью, помогая людям жить. И так во всем.

Таков правильный путь согласно устройству нашего мира. Чтобы

освятить все действия, нужно соединить их с тем, что является их

целью. Изучение Торы — это цель, как и молитва, святость, причастность к праведникам, благотворительность и т. д. Все остальные

дела нужно направлять так, чтобы они становились средствами ради

этих целей. Тогда и к ним можно будет привлечь святость. В самом

деле, таково устройство нашего мира, созданного из множества сил, которые все собираются вокруг одного центра. Центром и корнем всего

мира является Храм. Он направляет поток жизненной силы и света

всему миру. Все творения считаются средствами ради цели —

раскрытия света Б-жьего в Храме и в Израиле. Мудрецы сказали о

трепете перед Небесами, что весь мир сотворен, только чтобы

следовать ему (Брахот 6 б, см. предисловие Рамбама к Мишне), поскольку все в мире — средства, а он — цель. Все множество существ

было сотворено лишь для того, чтобы из всех вместе вырос венец и

корона для них — праведник, трепещущий перед Б-гом и приверженный

Ему всей душой и силами. В этом принцип «Праведник — основа мира».

Весь мир обретает смысл и значение благодаря нему. Без него все

множество творений было бы лишено подлинной цели. Ведь цель

находится не в самой жизни этого мира, а в причастности к Б-гу. И

праведник дает эту цель всем существам.


Уровень будущего и праведники


Таково состояние на уровне нашего мира, но в будущем все иначе, и об этом говорится: «Будет написано на колокольчиках коней: святыня

Б-гу, и котлы в Б-жьем доме будут как кропильницы перед

жертвенником» (Зхария 14:20). Божественный свет проявится из всех

творений вместе, и «все будет изрекать славу», все станет святым.

Тогда раскроется, что внутренняя суть всего — Тора, молитва и

«небесные» дела, а земные дела не будут оторваны от своего

источника. Свет Б-жий — это душа всего, и проявиться он должен во

всем. Все обретет святость «души всех душ» — света Бесконечного, наполняющего все миры и окружающего их. Этот уровень слегка

приоткрывается у высоких святых — праведников, причастных

внутренней части Торы. В них проявляется уровень, на котором еда и

работа — не только средства для изучения Торы и молитвы. Святость у

них проявляется в самой еде в силу отборки и подъема искр, заключенных в акте питания. Также и в работе они привлекают свет

исправления в виде отборки, что связано со святостью в ней. Поэтому

она дана через союз, как и Тора (Авот раби Натана 11:1).

Это очень высокий уровень, который раскроется в будущем. А в

наше время он принадлежит лишь отдельным избранным, святым, все

поступки которых святы и целенаправленны. У них нет ничего

произвольного. Они устранили из своих душ всякие «виды мира сего», и

все их действия даже в материальном мире проходят в святости, как

«будничная беседа мудрецов». Это уровень кругов, который раскроется

в будущем, как сказано: «В будущем Святой, благословен Он, сделает

хоровод для праведников, а Сам будет сидеть между ними» (Таанит 31

а). Принцип круга или хоровода означает отмену иерархии творений, при которой один ближе других, или один является целью, другой —

средством, а третий — средством для средства и т. д. В круге все

одинаково близки. Каждый, кто в нем, отстоит на равном расстоянии от

центра. Поэтому мудрецы в своей аллегории сказали, что Всевышний

сидит между ними. Это указывает на равенство между всеми, что

происходит в силу раскрытия огромной святости. Все становится святым

святых, как жертвенник и кропильницы. О нашем мире сказано: кто дает

вино мудрецам, словно приносит первые плоды и возливает вино на

жертвенник (Йома 71 а). В будущем так будет у всех людей, все

поднимутся и освятятся. Все будут поступать в огромной святости, как

это делают высокие праведники в нашем мире. Такой круг соответствует

принципу точки — это раскрытие света в каждом. Каждый становится

целью, и свет не раскрывается больше в виде прямых линий — в виде

цели, для которой есть множество средств, когда один близко, а другой

далеко, и все соединены и нуждаются друг в друге. А точка — это

проявление полной меры света в каждом (см. Талелей Хаим, Бемидбар, гл. Корах).


Вкус дерева как вкус плода


На этот уровень намекает принцип «Вкус дерева как вкус плода».

Дерево — как известно, средство для цели, которой является плод. Вся

суть дерева и его значение связаны с выращиванием плодов. А дерево, на котором плоды не растут, бесполезно. При сотворении мира Б-г

пожелал сделать его совершенным (каким оно и станет в будущем), по

принципу «плодовое дерево» (Берешит 1:11) — чтобы вкус древесины

был таким же, как и у плода — чтобы средство было исполнено смысла, как и сама цель. В этом суть света таамим, который будет сиять во всем, когда вся Тора соединится в полной ТАНТА, и все будет исполнено

вкуса и смысла. Но земля согрешила и произвела «дерево, дающее

плод» (там же 12). Древесины не стала съедобной как плод (см. Раши

там) — свет святости не раскрылся во всем творении, чтобы оно

целиком было исполнено вкуса и смысла, как цель. Вместо этого мир

был устроен по принципу множества средств ради одной цели. Но в

будущем во всем будет вкус и смысл. На это намекает предсказание: тогда каждый будет сидеть под своей виноградной лозой и своим

инжирным деревом в стране Израиля во время покоя. Он наслаждается

тенью, и это целевое наслаждение от листьев, которые теперь служат

не только для появления плодов. Это намек и указание на будущий

уровень, когда цель проявится и в самом дереве, которое прежде было

средством, а не только в плоде. Все буквально превратится в плод. Об

этом рав Кук написал (Орот а-Тшува6:7):


«В начале творения вкус дерева должен был быть таким же, как вкус плода. Все средства, поддерживающие высокое и общее

духовное устремление, должны были ощущаться душевным

чувством той же высотой и тем же благом, как ощущается это

устремление. Но природа земли, блуждание жизни и усталость

духа, заключенного в телесную тюрьму, привели к тому, что

только вкус плода (конечного устремления, главного идеала) ощущался во всей прелести и красоте, а деревья, несущие на

себе этот плод, при всей их необходимости для его выращивания, огрубели и уплотнились, потеряв вкус. Таков был грех земли, из-

за которого она была проклята так же, как Адам из-за своего

греха. Но любой вред в конце исправляется. Поэтому нам, несомненно, гарантировано, что наступят дни, когда творение

вернется к прежнему состоянию, и вкус дерева будет как вкус

плода. Земля отойдет от своего греха, и практические пути

жизни не будут вызывать стеснение у благодати идеального

света, поддерживаемого на своем пути правильными средствами, переводящими его из потенциала к реализации».


«Бе-суккат» или «бе-суккот»


Суть спора раби Шимона и мудрецов


В свете сказанного, попробуем понять глубину спора раби Шимона

бар Йохай и мудрецов о различии слов «бе-суккат» и «бе-суккот». Раби

Шимон толкует то, как это слово читается. Он связан с Устной Торой, с

ее полнотой, когда буквы и некудот пребывают вместе. Это

совершенство в соединении тела и души. Согласно его подходу, мы

должны следовать за чтением, и получается, что в Торе сказано «бе-

суккот» — во множественном числе. А согласно подходу мудрецов, следующих за традицией, то есть только за письменной Торой — за

состоянием Торы после падения миров, за буквами без некудот —

получается, что в ней написано «бе-суккат», то есть единственное

число, включающее в себя множество. В действительности, это очень

глубокий спор, и мы объясним его с Б-жьей помощью.

Мы уже видели, что сукка соответствует Бине. Это верхний свет, укрывающий детей. Известно также, что в сукке живут «семь дней».

Идея в том, что Бина проявляется в каждый из дней иным образом. В

первый день это Хесед, во второй — Гвура и т. д. В этом секрет семи

гостей, соответствующих семи качествам. Каждый день новое качество

действует в мирах и принимает в себя Божественный свет (см. раздел

«В суккот живите семь дней» и раздел «Простой и тайный смысл

гостей»). Свет Бины, то есть верхний Божественный свет, пребывает

выше ограничений. Но раскрывается он в ограничениях, в виде дней, и в

каждый из них он облачается в иное качество. Об этом говорится:

«Одежды, который Он облачает вечером, уже не наденет утром» —

каждый день свет проявляется в ином облачении. В Зоаре приводится

(3, 103 б) комментарий к фразе: «В суккот живите семь дней». Тут не

написано «в течение семи дней», и это значит, что сами семь дней

словно живут в сукке. Семь дней, то есть семь качеств, ежедневно

получают свет сукки, Бины, и в каждый день светит одно из них.


«Бе-суккат»


Раби Шимон бар Йохай и другие мудрецы разошлись во мнениях по

поводу раскрытия верхнего света в качествах. Согласно мудрецам, заповедь исполняется в виде «бе-суккат» — единства, включающего

множество. Идея в том, что слово «бе-суккат» — уровень миров, на

котором они оказались после разбиения, когда Божественный свет уже

не проявлялся в каждой вещи непосредственно и в полной мере. Он

проявлялся именно в Хеседе, а он уже протягивал его ко всем

остальным качествам. Иными словами, не раскрывается уровень

будущего, на котором каждая точка освещена Божественным светом и

сама становится совершенной целью, но раскрывается именно Хесед, а

все остальное — словно средства для него. Он служит посредником

между ними и верхним светом. В этом заключен принцип «дня, идущего

со всеми днями». Внутренняя суть всех дней — хасадим, благо, а все

другие качества служат этому. Хесед раскрывает свет Бины. Поэтому

написано «бе-суккат», чтобы научить нас, что это не похоже на верхнюю

ступень, когда свет проявляется непосредственно в каждой точке.

Вместо этого он проявляется именно в Хеседе, что и является целью, а

все другие качества служат ему средствами. Вот почему он идет вместе

со всеми и дает им силу. Ведь он является их внутренней сутью и

целью.


«Бе-суккот» — некудот и свет будущего


Но раби Шимон бар Йохай считает, что все не так — даже в нашем

поколении «суккот» должны быть во множественном числе. Этот

праздник призван принести верхний свет будущего, в котором святость

распространится на все, и Бина протянется буквально к каждому

качеству. Множественное число «суккот» указывает, что в каждый из

дней его качество будет светить в совершенстве через привлечение к

нему Божественного света. Цель будет проявляться в каждом, по

принципу «Не будет учить человек ближнего своего... ибо все познают

Меня». Это принцип точек (некудот) и кругов. Это и означает, что

преимущество — у чтения, когда буквы идут вместе с огласовками. Эти

огласовки соответствуют миру Некудим, и потому не зря они называются

похожими именами (см. у Ари, как мы приводили выше, на тему свитка

Торы, в котором нет огласовок — это происходит от разбиения сосудов, когда некудот удалились из них). На самом деле, в некудот

раскрывается жизненная сила и душа буквы. Это привлечение света

внутрь миров, так что каждая буква становится богатой и звучной. Света

приходят в сосуды. Ведь мы действительно находим, что во время

разбиения некудот ушли, и буквы остались в одиночестве. Отсюда

видно, что в исправном состоянии до этого буквы и некудот были

вместе. Это состояние, где ничего не разбито — где каждое качество и

каждая буква проявляют свет в совершенстве.

В качестве отступления отметим, что, как мы сказали, огласовки —

это в основном точки. Но известно, что огласовки включают также Камац

и Патах, в которых встречаются и черточки (буквы Вав). Однако, в книгах

видно (предисловие кТикуней Зоар, книги МайянотХохма, Брит Менуха и

др.), что эти линии ничего не протягивают вниз, как буква Вав. Они

представляют собой просторы Бесконечного и потому изображаются

горизонтально. Поэтому же они относятся к высшим из огласовок: Камац, как известно, соответствует Кетеру, а Патах — Хохме. Значит, Камац указывает на верхний свет, который закрыт и непостижим для нас

и потому закрывается точкой под линией. Линия намекает на сам

бесконечный свет, а точка — на его сокращение при спуске вниз, где он

не проявляется в совершенстве. Слово «Камац» означает сжатие и

закрытие, а Патах — напротив, открытие света, который протягивается в

миры в виде Хохмы. Вот почему это только линия, ничем не закрытая

снизу. (Патах символизирует небосвод, пространство, где все

проявляется, как говорится в Тикуней Зоар, в предисловии — это

простой свет, включающий все еще прежде расчленения реальности на

части в виде остальных точек). Это намек на протяжение света, так как

Хохма притягивает его в миры, в отличие от Кетера, который не

является частью тела, но пребывает над ним, как свет, уходящий вверх.

Он окружает снаружи и не проникает внутрь. Слово «кетер» само

указывает на окружение (например, «махтир» значит «окружающий»115).

Как бы то ни было, черточки в Камац и Патах не указывают на Вав, что

означало бы протяжение Йуд вниз — соединение всех сил. Вместо этого

у них есть другой смысл, связанный с самими верхними светами.


115 В начале Тикуней Зоар объясняется, что Патах - это небосвод, большое пространство, а

все некудот, следующие за ним, подобны звездам, сияющим на нем. К ним Зоар применяет слова

Писания: «И поместил их Всесильный на небесный свод, чтобы светить на землю». Небосвод

подобен пергаменту свитка Торы, он соответствует Патаху, распространяющемуся свету. Все

некудот, которые ниже него, начиная с Цейре и далее, выглядят как точки - они словно искры на

пергаменте или звезды на небе. А Камац намекает на корень двух этих составляющих - и на

небосвод, и на светящие на нем звезды. Поэтому в нем есть точка (искры), а также и

распространяющаяся линия в виде небосвода. Это верхний корень, соединяющий пергамент с

точками - пространство с силой сокращения.


Рашби — «суккот» и в нашем поколении


Вернемся к теме. Итак, раби Шимон считает, что преимущество —

на стороне чтения, то есть нужно следовать за огласовками. Это

уровень некудот, принцип кругов, раскрытие света в каждом месте.

Поэтому «суккот» читается во множественном числе, так как свет

раскрывается в каждой точке и в каждой сукке. Это не похоже на

нынешнее состояние мира, в котором свет не проявлен в каждой точке

полностью, но только через все вместе, с помощью объединяющего их

центра, через Хесед, как считают мудрецы, толкуя слово «бе-суккат» —

единство, включающее множество. У Рашби суккот — это непременно

множественное число, так как свет проявляется в каждом месте (и, конечно, во всей совокупности, через высшее включение исправленного

хаоса, как мы видели выше).

Можно сказать, что к этому же восходит и мнение раби Элиэзера

(учителя раби Акивы, учеником которого был раби Шимон). Он сказал:

«Человек не может исполнить обязанность с помощью сукки другого»

(Сукка 27 б). Значит, действительно должно быть много отдельных

суккот, чтобы все не сидели в одной. Это «суккот» на уровне будущего:

«Не будет учить человек ближнего». Божественный свет придет к

каждому еврею. Поэтому «суккот» сказано во множественном числе, чтобы были отделены друг от друга, какточки или круги. Раби Элиэзер

действительно имеет корень в будущем времени. Его имя заключено в

первых буквах слов: «Глаз не видел Б-га, кроме Тебя, сделавшего такое

для ожидающего Его» (Ишайя 64:3), говорящих о будущем мире. В

отличие от него мудрецы в Гмаре считают, что «Все евреи достойны

жить в одной сукке». Иными словами, для них суккот — это как раз

объединение всех вместе, и свет раскрывается именно из собрания и

единства всех в одной сукке, по принципу «суккат» — одна, включающая

много. И в этом главная важность всего праздника.

Отметим: если уточнить слова Раши в Гмаре, видно, что мудрецы, спорящие с раби Элиэзером, делают вывод как раз из слова «бе-

суккат». Вот что там сказано (Сукка 27 б):


«А мудрецы говорят: Хотя и сказано, что человек не

исполняет обязанность в первый праздничный день с помощью

лулава ближнего, но исполняет обязанность с помощью сукки

ближнего, как написано: «Каждый житель в Израиле пусть живет

в суккот (бе-суккат)» (Ваикра 23:42). Это учит нас тому, что все

евреи достойны жить в одной сукке».


Нужно понять, откуда мудрецы выучили это. Ведь написано:

«Каждый житель в Израиле пусть живет в суккот», из чего видно, что

речь идет о многих суккот. Почему тогда все достойны жить в одной?

Раши пишет (к словам «каждый житель») следующее: «Написано: каждый житель пусть живет «в суккат», из чего видно — одна сукка на

весь Израиль». То есть Раши объясняет мудрецов, следующих за

традицией. Написано «бе-суккат» в единственном числе, и отсюда они

учат, что все евреи будут жить в одной сукке. Итак, прямым текстом

указано, что источником для мудрецов служит слово «бе-суккат». А

значит, раби Элиэзер, спорящий с ними, считает также, как раби Шимон, следующий за чтением. Для него это слово читается «бе-суккот» и

указывает на множественное число. Все сходится удивительно четко.


Исход из Египта и дарование Торы — «суккот» с Вав


Нужно добавить еще важную мысль. На самом деле, в Торе один

раз написано «бе-суккот» с буквой Вав, когда речь идет о том, что было

при исходе из Египта. Когда говорится о заповеди на все поколения

сидеть в сукке, то используется слово «суккат», а когда заходит речь об

исходе из Египта, используется полная форма: «Чтобы знали поколения

ваши, что в суккот поселил Я сынов Израиля, выведя их из страны

Египта». Дело в том, что в поколении пустыни действительно сверкнул

свет будущего. Бина раскрылась в своем полном совершенстве. В дни

между исходом и дарованием Торы вели счет омера, а это совершенное

проявление Бины над всеми качествами. И в пятидесятый день (по

принципу пятидесяти врат Бины) свет раскрылся во всем совершенстве.

Это был свет будущего, и нечистота сошла с народа Израиля. Тогда

каждый еврей услышал напрямую речь Б-га. Это указание на уровень

будущего — не требуется, чтобы Моше слышал из уст Б-га, а евреи —

от Моше, который играет роль посредника, но вместо этого огромный

Божественный свет раскрывается сам перед каждым из народа Израиля

напрямую. Поэтому сказано: «Я Б-г Всесильный твой» (Шмот 20:2) в

единственном числе. Здесь Он обращается в каждому еврею, и верхний

свет соединяется с каждым. Так произойдет и в будущем, когда свет

раскроется в каждой точке, по принципу «Не будет учить человек

ближнего своего». Посредников больше не понадобится. Весь народ Б-

жий станет пророками на уровне Моше, и свет явится каждому. Это, как

известно, уровень первых скрижалей116.


116 «Я добавлю одну деталь к теме, которой мы сейчас занимаемся... слова «Ибо все будут

знать Меня» численно равны первым буквам имен родов Израиля, а слова «И на краю Вселенной

слова их» численно равны словам «От мала до велика». Во всем этом есть намек. Знаком первых

скрижалей является Кетер, и Творец в славе Своей изрек написанное на них после того, как была

устранена скверна из общины Израиля. У Синая нам были даны две короны, соответствующие

словам «сделаем» и «услышим». «А скрижали - изделие Всесильного». Но текст вторых скрижалей

был произнесен из уст Моше в степях Моава после того, как мы сняли наши венцы. И на Хореве он

написал его на скрижалях, которые высек сам с Божественной помощью, как написано: «И высек», а

потом «И встал рано Моше», но не написано «И высек Моше». В деле написания Б-г тоже

поддерживал его руку. Потеря свободы в этом мире спасла наши души от гибели в мире полного

добра... И знай, что ангел союза... объяснит все непонятное в Торе на уровне вторых скрижалей. Но

когда мир удостоится уровня первых, «не будет учить более человек брата своего»» (Рав Менахем

Азария из Пано, Меа Кшита 35).


Корень грехопадения с тельцом


На самом деле этот уровень оставался бы у Израиля, если бы он не

согрешил с тельцом (לגע), что означает падением в круги (םילוגיע) См.

«Талелей Хаим. Шмот», глава Ки Тиса. Раскрытие Божественного света

каждому из Израиля — это принцип исправленного круга, когда свет

является всем без промежуточных ступеней и без передачи от человека

к ближнему. Это совершенный свет будущего. Но евреи еще не были

достойны такого дара, поэтому именно этот свет низверг их вниз.

Увидев, что удостоились пророчества, как у Моше, и, поняв, что каждый

является целым миром, и все достойны высшего откровения, они

возгордились, и в сердце их зародилась мысль, что Моше им больше не

нужен, они сами могут строить теории о том, как служить Б-гу. Поэтому

они встали и сделали тельца, представляющего нечистую силу круга.

Мы хотим сказать, что клипа внизу имеет корень в своем источнике

наверху. Если верхний будущий уровень кругов раскрывается в

неподготовленной душе, это низвергает ее вниз, создавая клипу. Общий

принцип в том, что любой свет, если для него нет сосудов, сам может

стать разрушителем и нечистой силой. «Благодать» (עפש) превращается

в «преступление» (עשפ), а «наслаждение» (גנע) — в «проказу» (עגנ). И

там был как раз такой случай: увидев, что достигли пророчества, каку

Моше, они решили, что больше в нем не нуждаются, и потому упали в

состояние круга. Это состояние того, кто считает, что ему не нужен рав, учитель или руководитель, и делает все, что взбредет на ум. Это клипа

тельца, или круга — отделение от учителя. Об этом сказано: «Ибо

задерживается Моше и не спускается с горы» (Шмот 32:1). Слово

«задерживается» (ששב) означает также «в шести» (שש - ב). Это

указывает на букву Вав, то есть на принцип линии. Иными словами, здесь произошло удаление линии — связи между учителем и учеником

— отстранение Моше, руководителя Израиля. А вместе с уходом линии

остаются лишь точки — те, кто не нуждаются в других. Вот почему евреи

согрешили с тельцом.


«В суккот поселил Я»


Как бы то ни было, начиная с исхода из Египта и до дарования

Торы, все имело корень в свете будущего, в принципе некудот. Свет

должен был раскрываться в каждом из народа Израиля так же, как

раскрылся полностью у горы Синай и как продолжал бы, если бы не

грех. На первых скрижалях было совершенство Торы, совокупность

ТАНТА. На это намекают, говоря, что буквы были высечены на

скрижалях и сделаны из них самих. Если бы евреи не согрешили, все

это оставалось бы у них в виде некудот с буквами. Более того, мы

находим, что и вся устная Тора была записана на первых скрижалях.

Только из-за их разбиения произошло разделение на письменную и

устную Торы. Тора и Израиль стали двумя разными объектами, в

отличие от первых скрижалей, где все было «высечено на скрижалях»

(Шмот 32:16). Так произойдет и в будущем — Тора будет записана и

высечена на наших сердцах, и оба света вновь воссоединятся, став

одним целым: «Тора и Израиль — одно». Это значит, что письменная и

устная Тора тоже будут едины и укоренены в единении Любящих — в

свете Святого, благословен Он, и Его Шхины. Это уровень первых

скрижалей, где вся Тора была записана вместе с ТАНТА и с Устной

частью (см. продолжение в «Бейт Ишай. Друшим», глава к Лаг ба-

Омеру, стр. 81; Ликутей Сихот, ч. 14, стр. 30). Вот что говорят мудрецы в

Мидраше (Ялкут Шимони, Дварим 825):


«Как скрижали были написаны? Ханания, племянник раби

Йеошуа, говорит: Пять на одной скрижали и пять на другой, как

сказано: «И написал их на двух скрижалях каменных» (Дварим 4:13).

Мудрецы говорят: Десять на одной скрижали. Раби Шимон бен

Йохай говорит: Двадцать на одной скрижали, как сказано: «И

написал их на двух скрижалях». Раби Симай говорит: Сорок на

одной скрижали и сорок на другой, как сказано: «С одной и с другой

стороны они написаны» (Шмот 32:15). Ханания, племянник раби

Йеошуа, говорит: Между каждым изречением — подробности

Торы, как сказано: «Испещренные хризолитами» (Шир а-Ширим

5:14). Как в большом море между двумя большими волнами есть

несколько маленьких, так и между двумя изречениями Торы —

подробности и буквы».


То же написано в Бейт Леви (часть 3, гл. 18):


«Отсюда необходимо сказать, что на первых (скрижалях) все

было записано. Все, что откроет в будущем опытный ученик, было

записано

на

скрижалях

Божественным

письмом,

державшемся на чуде. Говорится, что Самех и Мем на скрижалях

«на чуде стояли» — так и вся устная Тора чудом пребывала на

них».


Следовательно, исход из Египта был обусловлен этим высоким

светом. Об этом и сказано в Торе: «Ибо в суккот поселил Я сынов

Израиля». Здесь слово суккот написано в полной форме (с Вав) и

указывает на множественное число. Значит, свет Бины раскрывался в

каждой сукке отдельно. Если бы было написано «суккат», это означало

бы единство, включающее множество. Но здесь раскрылся свет

будущего, принцип кругов, и был притянут к каждому из народа Израиля.

Поэтому суккот были во множественном числе. «Суккот» — это Бина, а

«суккат» с недостающей буквой вав — Малхут, у которой нет ничего

своего. Дни Суккот — это верхние дни, совершенные и исправленные

качества, как объясняется в Зоаре (см. сноску)117.


117 Зоар говорит, что слово «суккот» во множественном числе - это намек на свет Бины, который освещает остальные качества, когда они находятся в состоянии «верхних дней». Иными

словами, свет раскрывается в совершенстве в каждом из дней, не нуждаясь в другом дне. Вот что

написано в Зоаре (2, 186 б): «И сказано: «В суккат живите семь дней». Что такое «суккат» без буквы

Вав? Это нижнее святилище, которое подобно лампе, вмещающей все света. И тогда говорится: «В

суккат живите семь дней». Что такое «семь дней»? От верхнего мира до нижнего, и все они стоят на

своем месте, чтобы светить в эту «суккат». Кто же она? Это (Амос 9:11) «падающая сукка Давида», сукка мира. Святому народу нужно сидеть под тенью ее в тайне веры. Кто сидит в этой тени, тот

сидит в этих верхних днях. Поэтому везде написано «в суккат», а в одном месте - «в суккот» в полном

составе букв. Это показывает: кто сидит в этой тени, сидит в верхних днях наверху, стоящих над этой

нижней, чтобы светить ей, укрывать ее, защищать ее в момент, когда понадобится».


Как бы то ни было, мудрецы считают, что все это имело место

именно при исходе из Египта. А в нашем поколении мы должны

следовать за тем, как написано в Торе. Для нас там написано «суккат»

— единство, включающее множество. Будущий свет не раскрывается, и

нужно соединение многих — Хесед, внутренняя суть всех качеств, приводящая к ним свет. Он служит посредником между ними, подключая

их к святости. Раби Шимон, в отличие от этого, считает, что каждый год

миры поднимаются в праздник Суккот к высшему уровню «бе-суккот».


«Бе-суккат» и «бе-суккот» — разные подходы к исправлению мира


Свет праздника Суккот — исправление мира


Добавим еще кое-что к объяснению спора раби Шимона и

остальных мудрецов. Мудрецы считают, что праздник Суккот призван

выразить наиболее совершенный уровень, какой только может быть в

нашем мире. Здесь свет не может раскрыться в каждом человеке.

Наибольшая высота мира достигается через соединение всех вместе в

одно целое вокруг общего центра. Это верно в общем и в частности.

Центром и корнем всего должны стать служение Б-гу и святые дела. В

частной жизни молитва и Тора пусть будут центром и основой, а вся

работа, еда и мирские дела будут направлены как средства на

достижение главного — служения Б-гу через Тору, молитву и т. д.

Мир сегодня пребывает в низком состоянии. Средства и вещи

второстепенные в нем превозносятся, занимая место главного, а

главное превращается во второстепенное. Многие ставят во главу

приоритетов деньги, имущество и собственность, а служение Б-гу в Торе

и молитве отодвигается в сторону и превращается в нечто

малозначимое. Сердце не вовлечено в Тору и молитву, и человек не

чувствует, что материальная жизнь — лишь средство в служении. Также

и праведники, и святые отодвигаются в угол, изучающие Тору и мудрецы

никому не нужны, а всевозможные представления и футбольные матчи

превращаются в главное. Это огромное отклонение, и вся ситуация

сильно извращена. Исправление мира зависит от того, чтобы сделать

главное главным, а второстепенное — второстепенным. Цель должна

оставаться целью, а средство — средством. Таким образом, вся жизнь

этого мира должна быть направлена на живое соединение с Творцом.

Тело должно служить свету души, и потому все святые дела и служение

Ему, Тора, ешивы и синагоги должны быть душой и сутью всего. А все

остальное пусть будет средствами и помощью на пути к святости. Ни в

коем случае нельзя телу отрываться от души, а материи —

превращаться в самостоятельную цель.

В дни Суккот мы восходим к полной и правильной жизни. На это

намекает наш выход из своего дома и переход в дом к Всевышнему — в

сукку. Наш дом тяготеет к испорченности, охвачен нечистотой, в нем

происходит подмена главного на второстепенное. Поэтому Б-г говорит

нам: «Выйдите из вашего дома и приходите в Мой. Придите ко Мне и

узрите правильный дом». Дом — символ всего мира. Мы входим в мир, как это должно происходить согласно пути Б-га. Это Его дом, тень веры, и там живут настоящей жизнью. В сукке мы учимся правильно оценивать

жизнь и выпрямлять всякую кривизну в ней (см. конец раздела «Схах и

тайна ограничения»),


«Бе-суккат» — подход мудрецов к исправлению мира


Мудрецы считают, что уровень, светящий в Суккот, — это

исправление нашего мира в его нынешнем состоянии. Это соединение

всех частей мира вокруг истинного центра. Это заложено в слове

«суккат», означающем единство, включающее множество. Это Хесед, идущий вместе со всеми другими силами, которые являются для него

средствами. Это принцип линии — соединение всех ради одной цели.

Значит, в Суккот раскрывается уровень, на котором все силы в мире

выравниваются и занимают свое надлежащее место. Хесед становится

главным, поскольку это причастность к Б-гу. Он служит целью, поскольку

именно он проводит свет Бины. Все остальное становится средством

для него, а сам он оказывается душой всех качеств. Служение Б-гу, Тора

и святость — это добро, как сказано: «Ибо урок добрый дал Я вам»

(Мишлей 4:2). Это Хесед, душа всех качеств, раскрывающаяся через

них. Здесь кроется единство всех их, принцип «бе-суккат», намекающий

на многих, соединяющихся вместе. Мудрецы считают, что свет Суккот

действует, связывая всех, чтобы они служили центру и главному, которое раскрывается у праведников и святых. Хесед связан с Аароном, с первосвященником, со святым Храмом, находящемся на «пупе земли»

— в центре всего. Весь мир существует ради него и призван служить

ему.

Следовательно, мудрецы считают, что праздник Суккот призван

научить нас исправлять этот мир через верный баланс сил — чтобы

главное оставалось главным, а второстепенное — второстепенным.

Вместе они выстроятся в единство для раскрытия святости. Благодаря

центру, Хеседу, Аарону и Храму, свет распространится во все концы, ко

всем качествам, служащим ему средствами.


«Бе-суккот» — подход Рашби к исправлению мира


А раби Шимон бар Йохай считает, что праздник Суккот указывает на

гораздо более высокий уровень. Он представляет не только наш мир в

исправном состоянии, в виде единства всех вокруг одного святого

центра, но и будущий уровень, на котором все будут святы: «Кто бы

сделал весь народ Б-жий пророками» (Бемидбар 11:29), чтобы все

раскрывали святость, привлекая свет Бины ко всем качествам

напрямую, а не через центр и посредника. Об этом написано, что в

будущем Израиль поднимется на уровень священников (коаним), то есть

все напрямую подключатся к свету Б-га, как было у горы Синай. Не

останется главного и второстепенного, средств и цели, но все станет

целью и главным, все воссияет славой Б-жьей. Даже колокольчики коня

будут святыней Б-гу, как кропильницы перед жертвенником.

Поэтому написано «суккот» во множественном числе, а не только

«суккат», то есть общее облако, включающее все частности вместе.

Происходит раскрытие света во всех деталях, по принципу некудот, огласовок

—

преимущество

чтения,

святость

Устной

Торы,

совершенство Торы как до греха с тельцом, как первые скрижали, на

которых были огласовки, как Божественная речь, обращенная к каждому

еврею: «Ты дал знать, что Б-г — Всесильный... с небес дал услышать

тебе Свой голос» (Дварим 4:35-36). Каждый из народа Израиля

действительно слышал это: «Весь народ Б-жий — пророки». И как при

исходе из Египта, о чем в Торе написано «суккот», так нужно желать, чтобы было и в нашей суке. Нужно привлекать свет будущего, чтобы

раскрыть множественное число, прямое проявление света Бины в

каждом.

Впрочем, в Торе это буквально не написано, так как для нашего

поколения там стоит слово «суккат», без Вав, в отличие от исхода из

Египта. Говорится: «В суккот (без Вав) живите семь дней... ибо в суккот

(с Вав) поселил Я сынов Израиля». Но можно объяснить это так: для

нашего мира нельзя было писать «суккот» во множественном числе, поскольку этот уровень не раскрывается явно. То, что выражено в Торе

в самих буквах — действительно раскрыто на уровне нашего мира. А

свет еще не раскрыт. Поэтому написано неявно — «суккат» — а устная

традиция дополняет это при чтении, добавляя к буквам огласовки. Она

вносит жизнь в буквы, и так раскрывается верхний уровень соединением

письменной Торы (букв) с Устной (некудот). Это единение Святого, благословен Он, и общины Израиля. Только так может воссиять принцип

«суккот» во множественном числе и усилиться, поднимаясь в праздник к

будущему сиянию, к единению светил, раскрытию света в каждом

качестве, чтобы все стало святым и возвышенным. Хотя этот уровень

огромен, и миры очень далеки от него, все же сияние праздника Суккот

пробуждает искры этого будущего уровня, чтобы светил и в настоящем.

Наш учитель Ари раскрыл нам важную мысль: «Истинно, все, что в

будущем станет постоянным, ныне появляется изредка благодаря

нашим действиям». (Раздел «Шаги нашего отца Авраама», издан в

«Новых писаниях рава Хаима Виталя» в издательстве Аават Шалом, стр. 3 —там говорится о высшем уровне, который наступит в будущем, но посылает нам свои лучи каждый день через молитву).


Уровень Рашби — раскрытие святости в каждой вещи


Таков уровень раби Шимона бар Йохай, и вся внутренняя часть

Торы призвана обнажить его — раскрыть во всем святое святых.

Открытая часть Торы не превращает обыденное в святое, но лишь

наставляет, как вести себя правильно. А внутренняя часть по самой

своей сути приходит, чтобы открыть свет, таящийся внутри всех миров, а значит, возвысить все к святости. Этому учит нас Рамхаль, объясняя

важность внутренней части Торы (Шаарей Рамхаль, предисловие к

Маамар а-Викуах, стр. 34):


«Покажу тебе одно большое преимущество Каббалы в

сравнении с простым смыслом. Согласно простому подходу все

вещи нашего мира телесны и для человека это недостаток, поскольку он — прах земной. Кто хочет быть праведным, может

лишь отдалиться от удовольствий, насколько сможет, и

наслаждаться лишь тем, что необходимо ему для жизни. Да и в

этом ему нужно остерегаться, соблюдая все правила и

устрожения, относящиеся к этим вещам. Тогда он станет

хасидом, отошедшим от зла. Его действие останется добром, поскольку необходимо для выживания. К тому же, оно окажется

служением Б-гу, раз он делает это, чтобы жить и служить

Творцу. Но сама суть действия не изменится и не перестанет

быть человеческим недостатком. И если бы можно было

обойтись без него, было бы только лучше.

У Каббалы есть преимущество — согласно ее пути сами

поступки превращаются в добро и высшие исправления. Ибо так

устроила высшая Воля, чтобы вещи нашего мира освящались

благодаря тому, что человек пользуется ими для своих нужд и

удовольствий. Небесные явления и так уже все освящены, и

мир в итоге будет весь освящен — земля со всем, что на ней,

как и небо со всем, что на нем. Все это передано в руки

человека, как сказано: «Небо — небо для Б-га, а землю дал людям»

(Теилим 115:16). Б-г приготовил небо во всем совершенстве, но

землю отдал людям, чтобы они исправляли ее. Иными словами, человеку дана сила привлекать силу Шхины и ее свет вниз

посредством своей души. Б-г отдал все вещи мира в его

распоряжение, и благодаря этому они тоже исправляются.

Притянутая им сила святости распространяется и на них. Но

нужно знать способы, как пользоваться миром, чтобы это

приводило к исправлению всего, что используют в мире, а не к

порче. Нужно отделяться от удовольствий в будни, ибо избыток

такого пользования ничего не исправляет, но лишь портит, в

силу законов, установленных высшей Волей. И также проявлять

осторожность во всех усилениях строгостей и правил. Иначе

вмешивается «другая сторона», и получается вред, а не

исправление, как объясняется в другом месте. Эта тема

требует широкого объяснения, и здесь нет места для этого. Но

если действие совершается должным образом, оно само

становится исправлением. Это включает все вещи в мире и в

природе. Нужно знать этот предмет в подробностях, чтобы все

шло по этому пути. Тогда человек со своими поступками

окажется буквально как ангел из верхних воинств.

Истинная мудрость (Каббала) объясняет, что такое

святость, нисхождение Б-га на Свои творения и Его слияние с

ними. Это смысл слов «Полна земли приобретениями Твоими»

(Теилим 104:24), упомянутых мною ранее. Ведь главное, чего

Всевышний желает в Своем мире, — это чтобы все мирские

дела стали исправлениями и делами святости. Корень всего, что было, есть и будет в нашем мире, — в том, что высшая Воля

пожелала приблизить человека, чтобы снизойти на него и

слиться с ним. Б-г пожелал именно человека, поскольку он

наиболее дорог Ему. Смысл этого ясен, так как именно человек

совершает подлинное служение, борется со злым началом и

почитает Б-га более всех творений. Поскольку в них нет злого

начала, слава Вездесущего не раскрывается так сильно в их

действиях, как в служении человека, который должен выстоять в

тяжелых битвах злого начала против него, и все это — ради

служения Вездесущему и почитания Его имени, причем через

собственный выбор. Совсем иначе это у других творений, у

которых нет выбора. Следовательно, высшая Воля произвела все

сущее и также дала человеку это служение, и в соответствии с

ним она сильно дорожит им и любит его. Поэтому Б-г установил

великие пути и удивительные законы человеку, как исправить

себя и свое место, то есть этот мир. Шхина ведет человека

вместе со всем, что от него зависит, глубоким провидением, намереваясь освятить его и все, от него зависящее, и удалить

препятствие — зло, которое его отягощало, и которое

причинило ему весь этот огромный труд и тягости борьбы.

Совокупность этих путей и законов — та самая истинная

мудрость. Итак, ты видишь, что дело это весьма почтенное.

Достаточно сказать, что это распространение святости

Творца в мире и Его соединение с творениями. Может ли

быть нечто более почтенное и великое? И от этого зависит

все управление миром, как мы сказали выше».


Внутренняя часть Торы освящает все


Итак, святость, как мы видим, привлекается ко всем явлениям

именно с помощью внутренней части Торы. С точки зрения ее внешней

части, еда и прочие мирские нужды не могут быть целью самих себя. Их

высший уровень — это когда человек пользуется ими, чтобы у него была

сила служить Б-гу в Торе и молитве. Это принцип «суккат», когда все

детали жизни собираются вокруг главного стремления служить Б-гу. Но

Каббала, в отличие от этого, раскрывает свет в каждой вещи, и все

поднимается и освящается, пока ни становится целью и начинает

существовать в силу самого себя и по собственному праву. Нет нужды

искать цели в изучении Торы, оно само является целью, чего не

скажешь о еде, которая в наши дни служит средством — человек ест, чтобы продолжать жить ради изучения Торы. Но силою внутренней

части Торы даже еда будет освящена. Человек будет есть ради самой

еды, как едят освященные жертвы. Коаним ели их не для того, чтобы у

них была сила учиться, а ради самой заповеди есть их. Она приносила

святость, вкушение мяса грехоочистительной жертвы вызывало

устранение грехов того, кто ее принес, как сказано: ««И пусть съедят то, чем совершается искупление» (Шмот 29:33). Это учит нас, что коаним

едят, а хозяева получают искупление» (Евамот 40 а). Это удивительное

чудо, когда все явления в мире действительно освящаются. Это

состояние будущего, принцип кругов, точек, огласовок. На него намекает

слово «суккот» во множественном числе.


«Бе-суккат» и «бе-суккот» — «Не будет учить»

или «Тору будут искать из уст его»


«Бе-суккат» — «Тору будут искать из уст его»


Добавим объяснение к спору раби Шимона и остальных мудрецов.

Народ Израиля, как известно, уподоблен верхним качествам, и каждый

еврей имеет корень в одном из них (в предисловии кТикуней Зоар

говорится о десяти уровнях в Израиле, соответствующих верхним

качествам). Спор раби Шимона и мудрецов сводится к тому, освящены

ли все качества напрямую из верхнего источника, от Бины, или

получают свет от центрального качества — Хеседа. Это спор о

постижении Божественности Израилем и об уровне каждого его

представителя. Принцип «суккот» — это раскрытие Божественности в

каждом непосредственно, и об этом сказано: «Не будетучить человек

ближнего». С другой стороны, «суккат» —это Хесед, светАа-рона-коэна, облако, движущееся вместе со всеми облаками и дающее им силу. Это

праведник, связывающий всех и соединяющий их с Б-гом. Мудрецы

считают, что в нашем поколении, даже в свете праздника Суккот не все

могут освятить себя своими силами, поэтому им нужно примкнуть к

праведнику, который даст им силу служить Б-гу. Поэтому он называется

«днем, идущим со всеми днями» — праведник идет вместе со всеми и

помогает им, а они нуждаются в нем и не могут служить Б-гу сами.

Таково устройство нашего мира — в нем человек не учит Тору сам в

силу постижения своей души, которая обучала бы его. Он получает

знания отучителя. Есть в Израиле великие мудрецы, и они обучают

остальных. Они словно коаним, обучающие справедливости весь

Израиль, как сказано: «Ибо уста коэна будут хранить знание, и Тору

будут искать из уст его, ибо ангел Б-га Воинств он» (Малахи 2:7). В этом

принцип «бе-суккат», и потому он указывает на единство, так как весь

Израиль соединяется в нем. Многие приходят услышать урок от рава, увидеть лицо праведника, служителя Б-га, который передает им свою

благодать, как это свойственно Хеседу.


«Бе-суккот» — «Не будетучить человек ближнего»


Действительно, в будущем исполнится сказанное: «Не будет учить

человек ближнего своего и человек брата своего, говоря: Познайте Б-га, ибо все будут знать Меня от мала до велика» (Ирмия 31:3). Это значит, что каждый будет постигать чудесные тайны, соединяясь с Б-гом, в силу

своей святой души. Благодаря ней он будет как река, приумножающаяся

из своих истоков (Недарим 40 а). Не будет нуждаться в том, чтобы его

обучали, а будет продвигаться своими силами и постигать все

благодаря святости души, напрямую из уст Б-га. Это тайна «Торы из уст

Б-га», а не от учителя-посредника. Раби Шимон считает, что слово

«суккот» написано во множественном числе, поскольку и в нашем мире

в праздник Суккот есть проблески чего-то подобного этому уровню. В

этом сила святости внутренней части Торы, которая смотрит надуши

Израиля и видит их большой свет, признавая актуальность и проблески

принципа «Не будет учить» и сегодня. То, что откроется в будущем, скрыто уже в настоящем. Внутренняя Тора смотрит на него и видит

будущий свет уже сейчас. Она приободряет души Израиля встать и

преодолеть препятствия, обнажить истоки мудрости внутри сердец, возвыситься до уровня постижения души, чтобы она обучала человека

знанию и разуму, поднимая его все выше и выше. Души (нешамот) коренятся в Бине, по принципу «Душа Всемогущего вразумит их» (Иов

32:8). Праведники Израиля — это те, кто удостоился открыть свет

Нешамы. Но Писание провозглашает: «Ибо в среде Израиля Я» (Йоэль

2:27). Святое пребывает внутри всего Израиля, поэтому все евреи

достойны и способны открыть свет внутренней святости, как сделали

это праведники. «Все евреи — сыновья царей». В итоге все они

возвысятся до уровня Нешама, до Бины, чтобы черпать из своего

внутреннего постижения благодать Торы, святости духа мудрости и

разума, не нуждаясь во внешнем обучении.

Этот скрытый во внутренней Торе свет — огромное могущество

святости, которая не раскрывается в ущербном настоящем, но толкает

каждого еврея со всей силой, заключенной в нем, родиться заново и

выйти наружу, осветить Вселенную и все, что ее наполняет. Ведь такова

суть Израиля и его статус — быть настоящими светилами, привязываясь

к Б-гу, как пламя к угольку. Все евреи достойны нисхождения Шхины и

вечного благословения.


«Человек не исполняет обязанность в сукке ближнего»


После всего сказанного можно связать мнение раби Шимона с

мнением раби Элиэзера о том, что невозможно выполнить заповедь в

сукке ближнего (на первый взгляд, видно, что источником для раби

Элиэзера послужило то же, что и для раби Шимона, — слово «бе-

суккот» во множественном числе, как мы приводили это выше). Как

видно в Гмаре (Сукка 27 б), по мнению раби Элиэзера человеку не надо

выходить из сукки. Он считает, что делать этого не стоит, даже чтобы

увидеть лицо учителя в праздник. Понять это трудно — ведь в праздник

происходит главное раскрытие Божественности (см. Ликутей Моаран 1, 135). Следовательно, логично было бы пойти к учителю и получить от

него свет в это время, способствующее постижениям в Торе. Почему же

раби Элиэзер считает, что человек не должен оставлять свою сукку и

идти к учителю? Это связано со светом будущего: «Глаз не видел Б-га, кроме Тебя, сделавшего такое для ожидающего Его» (Ишайя 64:3). «И

не будет более учить человек ближнего» (первые буквы этих слов дают

в числовом значении «Элиэзер», почти все эти буквы встречаются в его

имени, кроме Вав и Алеф, которые вместе превращаются в Заин).

Каждый будет постигать все через свет, озаряющий его душу напрямую

от Б-га. Поэтому нужно быть именно в своей сукке, чтобы свет Бины

вошел в душу — великая сила света будущего, в котором все станут

коэнами и познают Всесильного. Следовательно, на каждого еврея

возлагается задача сидеть у себя в сукке и читать Тору, знать и верить

всем сердцем, что Б-г пошлет ему свет его души, и что он сможет

открывать в Торе новое в соответствии с долей, данной ему на Синае.

Ведь нет такого еврея, которому не были бы даны там особые открытия, чтобы он передал их миру.

Таково мнение раби Элиэзера в противоположность мудрецам, считающим, что все евреи достойны жить в одной сукке, поскольку она

основана именно на принципе соединения между всеми — все

нуждаются друг в друге и дополняют один другого. Это раскрытие

Божественности

через

соединение,

принцип

«бе-суккат»,

из

совокупности всех частей, а не у каждого индивидуально.


Рашби — «Что же будет с Торой?»


Все это напоминает последовательный подход раби Шимона, который требует от всего народа Израиля подняться к высшей святости

вместо того, чтобы жить лишь в качестве «средства», уступая цель

одним только праведникам, причастным к Б-гу ради всех и

оправдывающим всех. Каждый еврей должен укрепиться, чтобы быть

святым и держаться за цель — за Тору, заповеди и единение с Б-гом.

Поэтому раби Шимон наставляет Израиль отложить свою земную работу

в сторону и сосредоточиться только на Торе, на истинной цели, а все

средства для жизни, такие как ремесло и т. д., пусть совершают другие, как об этом говорится в Гмаре (Брахот 35 б):


«Учили мудрецы: «И соберешь хлеб свой». О чем говорит

учение? Поскольку сказано: «Пусть не отходит свиток Торы

этот от уст твоих» (Йеошуа 1:8) — возможно, следует

понимать это буквально? Но говорится: «И соберешь хлеб свой»

(Дварим 11:14) — веди себя с ними по земным обычаям, — слова

раби Ишмаэля. Раби Шимон бен Йохай говорит: Возможно ли, чтобы человек пахал во время пахоты, сеял во время посева, жал

во время жатвы, молотил во время молотьбы, веял, когда есть

ветер... Тора, что же будет с ней? Но в то время, когда Израиль

исполняет волю Вездесущего, его работа совершается другими, как сказано: «И встанут чужие, и будут пасти ваш скот» (Ишайя

61:5). А когда Израиль не исполняет волю Вездесущего, его

работа совершается им самим, как сказано: «И соберешь хлеб

свой». Более того, работа других совершается им, как сказано:

«И будешь работать на врагов своих» (Дварим 28:48). Сказал

Абайе: Многие делали, как раби Ишмаэль, и преуспели; как раби

Шимон бен Йохай — не преуспели... Сказал Раба бар бар Хана, сказал раби Йоханан от имени раби Йеуды бен Илай: Приди и

смотри, последние поколения не такие, как первые. В первых

поколениях делали Тору постоянной, а ремесло временным — то и

другое удавалось им; в последних поколениях, когда сделали

ремесло постоянным, а Тору временной — ни то, ни другое не

удается им».


Рашби и раби Элазар в пещере


В свете сказанного поймем также известную историю о раби

Шимоне и его сыне раби Элазаре. Они вышли из пещеры после

двенадцати лет пребывания там и увидели людей, занимающихся

ремеслом ради пропитания. Тогда они крайне вознегодовали, что те

оставляют вечную жизнь, то есть Тору и святость, и занимаются

сиюминутными нуждами. Их негодование так возросло, что всякое

место, куда они смотрели, тотчас сгорало. В итоге глас небесный сказал

им, чтобы они возвращались в пещеру и не разрушали мир. Они

оставались там еще один год и потом вышли оттуда, после чего раби

Шимон уже не сжигал ничего своим святым взглядом. Тогда они увидели

старца, идущего с двумя ветками мирта в честь субботы, соответствующим заповедям «помни» и «храни». И разум их успокоился

оттого, что заповеди любимы в Израиле. Их первый выход из пещеры

сопровождался бескомпромиссным требованием, чтобы мир жил

согласно будущему уровню — чтобы все были святы и жили в познании

Б-га, не занимаясь средствами, но лишь целью.

Тринадцатый год стал силой объединения. Из книг известно, что

принцип тринадцати — это объединяющая сила, ибо таково числовое

значение слов «один» (דחא) и «любовь» (הבהא). Это Хесед, соединяющий всех. Известно также, что шесть качеств тоже восходят к

числу двенадцать (например, двенадцать родов Израиля и двенадцать

ребер куба), а тринадцатый элемент — это дополнительная сила

Хеседа, которая соединяет всех, как сын-первенец, имеющий больше

остальных. Вообще во всех местах известно, что тринадцать соединяет

и включает в себя других. Значит, раби Шимон с сыном в этот год

получили дополнение и были освещены силой, включающей все

качества, — соединяющим Хеседом, как облаком, содержащим

остальные (согласно мнению мудрецов). Это то, что позволяет

утвердить мир на основе единства между всеми, чтобы в нем были и

праведники, и люди, трудящиеся в практических сферах. Благодаря

объединению всех имя Творца освятится. Это выражал старец, взявший

мирт в честь субботы. Ведь шаббат представляет свет, изливающийся

на шесть рабочих дней. Все они объединяются вокруг субботы, наподобие всех качеств вокруг Хеседа, и благодаря этому они

возвышаются. Поэтому разум раби Шимона и раби Элазара успокоился, когда они увидели, что в конечном итоге все связано со святостью — все

средства создаются ради цели, субботы.

Как бы то ни было, сам Рашби всегда пребывал в состоянии

шаббат, как приводится в конце Идры: вся его жизнь заключалась в

цели. Поэтому ему и его сыну не нужен был тринадцатый год, у них был

свет, раскрывающийся во всех деталях, в виде двенадцати, то есть

«шести концов». Однако, ради мира, который неспособен выстоять на их

высоком уровне, им потребовалось войти в пещеру еще на год, тринадцатый, чтобы озариться общей и соединяющей силой. Она стала

основой, на которой оказалось возможным исправить мир. И таково

мнение мудрецов, согласно которому и постановлен закон: именно «бе-

суккат», а не «бе-суккот», так как мир не может выстоять в великом

свете раби Шимона бар Йохай.


«Бе-суккат» — непригодность сукки под суккой


Попутно, может быть, мы сумеем понять Гмару и в другом месте.

Там приводится толкование слов «В суккот живите семь дней», и здесь

тоже видят единственное число — «бе-суккат». Отсюда мудрецы учат, что нужно жить в одной сукке, а не в сукке под суккой, поддеревом или

внутри дома (Сукка 9 б). Из множественного числа мы могли бы

выучить, что можно сделать сукку над суккой. И потому толкуют это

слово именно в единственном числе, указывая, что так делать нельзя.

Гмара спрашивает: ведь можно же прочесть «бе-суккот» во

множественном числе. Отвечает она на это, что нужно следовать за тем, что написано, а написано там «бе-суккат» (с пропущенной буквой Вав).

Из построения Гмары видно, что этот вывод согласуется со всеми

подходами, а не только с теми, кто считает, что «преимущество на

стороне традиции». Если бы он был уместен только для тех, кто велит

следовать за письменным текстом, пришлось бы сказать, что это

толкование следует за мнением «преимущество у традиции», тогда как

те, кто говорят следовать за чтением (вместе с огласовками), разрешили

бы строить сукку над суккой. Но мы не находим такого спора — видно, что здесь Гмара высказывает общий взгляд. И действительно, Тосафот

(со слова «бе-суккат») отмечают, что это толкование согласуется со

всеми мнениями. Ведь те, кто говорят, что «преимущество у чтения», согласны, что и у написания есть свой смысл. А здесь написано «бе-

суккат», и значит, они согласны, что этот факт нужно истолковать, выводя закон о непригодности сукки под суккой.

Если посмотреть глубже, мы видим у раби Шимона, что в

отношении стен он толкует «бе-суккат» во множественном числе, а что

касается сукки под суккой — в единственном, как и написано. Нужно

понять, почему один раз так, а другой — иначе? На самом деле главный

принцип раби Шимона — это «суккот» во множественном числе.

Божественный свет должен освещать каждую сукку. И эта же причина

привела его к тому, чтобы отвергнуть сукку под суккой, поскольку в этом

случае возникает препятствие между нижней суккой и источником

благодати наверху. А ведь согласно раби Шимону каждый должен быть

подключен напрямую к высшему источнику. Выходит, та же причина, по

которой он толкует «бе-суккот» во множественном числе применительно

к стенам, приводит его к тому, чтобы истолковать слово в единственном

числе, когда речь идет о сукке под суккой, отвергнув такую конструкцию

и сделав так, чтобы каждый был напрямую соединен с верхним

источником. Следовательно, глубина идеи здесь задала направление

толкованиям текста. Единый принцип лежит в основе всего —

причастность каждого к высшему свету. Поэтому читают «бе-суккот» в

законе о стенах и «бе-суккат» в законе о сукке под суккой118.


118 Согласно несогласно этому можно разрешить другой вопрос Тосафот, связанный со

«связкой пальм» (капат тмарим), то есть с лулавом. Из этих слов учат, что нужно брать один лулав, а

не два, поскольку мы следуем за традицией и принимаем это слово так, как оно пишется, - «капат», а

не «капот». Тосафот спрашивают, почему те, кто признают преимущество за чтением, не берут это

слово во множественном числе. Если взглянуть на суть вопроса, все становится удивительно ясным.

Мы объясним это в разделе о лулаве и этроге. Отметим, что он (особенно толкование слова «капат») тесно связан с настоящим разделом. Кто будет изучать их вместе, получит ответы.


Спор о стенах — суккот среднего или совершенного праведника


Спор Рашби и мудрецов о стенах сукки


Увидев кое-что из спора Рашби и других мудрецов по поводу слов

«бе-суккат» и «бе-суккот» (глубокое внутреннее разногласие на тему

исправления мира и света сукки, озаряющего миры), подойдем отсюда к

другому спору, вытекающему из первого, — на тему стен сукки. Рашби

толкует «бе-суккот» во множественном числе, и согласно его подходу

Тора два лишних раза использует слово «бе-суккот», чтобы отсюда

вывести законы о стенах (кроме первого раза, откуда учат о самой

заповеди строить сукку). Дважды «бе-суккот» вместе дают четыре.

Помимо этого, закон, переданный Моше на Синае, учит, что для

четвертой стены достаточно размера в одну ладонь. В итоге Рашби

требует три полных стены и четвертую хотя бы с ладонь. А у мудрецов

один раз написано «бе-суккот» и один раз «бе-суккат», так что вместе

получается три. Закон, данный Моше на Синае, гласит, что третья стена

может быть размером с ладонь. В сумме выходит две полных стены и

третья хотя бы с ладонь.

Мы видим, что этот спор — прямое следствие разногласий по

поводу слов «бе-суккат» и «бе-суккот». Поэтому несомненно, у духовной

глубины спора о стенах есть сильная связь с духовной глубиной того

первого спора. С Б-жьей помощью, размышление о стенах выявит для

нас глубокую связь с ним, а также и с фундаментальным и

всеобъемлющим спором о том, что имеет больший приоритет — чтение

или письменная традиция.


Стена в сравнении со схахом


Чтобы понять суть этого спора, нужно немного задуматься о

духовной сути стены. Фактически, с духовной точки зрения есть большая

разница между стеной и схахом. Она выражается в алахическом

статусе: схах, как известно, должен быть сделан из того, что растет из

земли и невосприимчиво к нечистоте, чего не скажешь о стенах, которые

можно делать из чего угодно. А в законах о нечистоте известно, что

фактически любая вещь, которую сделали или обработали люди, восприимчива к ней, а любой исходный материал, не затронутый

человеком, — невосприимчив. Именно «сосуд» принимает на себя

нечистоту, а сосуд — это то, что призвано служить человеку и создается

его руками. Идея здесь в том, что сила нечистоты связана с

испорченностью людей, которые согрешили и упали, так что скверна

захватила их и все, что к ним относится. Но творение в своей основе не

имеет скверны. Сделанное Небесами не принимает нечистоту, как и

любая изначальная, необработанная вещь.

Отсюда мы можем понять и уразуметь, что тот факт, что схах

должен быть сделан из вещей, невосприимчивых к нечистоте, свидетельствует о его отношении к небесам. Он должен быть сделан Б-

гом, а не людьми. В отличие от него, стены могут быть сделаны

человеком из того, что подверглось обработке его руками. Это

свидетельствует о том, что схах — это Божественная благодать, чистая

и спускающаяся с небес, тогда как стены выражают действия самого

человека и его силы. Вот почему они могут быть сделаны из того, что

принимает нечистоту. Ведь они относятся к работе самого человека, а

схах должен быть «делом Б-жьим» — он растет из земли и не

принимает нечистоту. Он не затронут рукой человека, в нем нет

людского влияния, ограниченности человеческих действий и ухищрений.

Этот закон указывает, что схах — это действие свыше, верхняя

благодать, а стены — действие человека. Это подобно отношению

между чудом и выбором. Чудо — это Божественная святость, действо

небес, от человека не зависящее. Мы святы в силу наших душ, в силу

действия Б-га, хотим мы того или нет. С другой стороны, измерение

выбора предоставлено нам. Человек может направить свои поступки к

святости и чистоте или наоборот — это зависит от него самого. Таким

образом, стены — это действия человека, его выбор и результат его

работы, а схах — благодать, идущая сверху, свет Б-жий, озаряющий нас

не по делам нашим, а по благословению Всевышнего119.


119 Попутно отметим, что ранее мы говорили, что стены выражают работу человека. А у

нашего учителя Ари в главах о Суккот (Шаар а-Каванот) мы видим, что стены - это Нецах-Год-Есод

высшей Матери, передающей нам свет. Однако в любом случае противоречия здесь нет, поскольку

Нецах-Год-Есод верхнего уровня всегда относятся к нижнему. Они, как известно, буквально

становятся «костью от кости его». Вся суть сфирот Нецах-Год-Есод - это сила помощи со стороны

верхнего, чтобы поддержать нижний в его работе. Это известно из комментариев Ари к заповеди

почитания отца и матери в Шаар а-Мицвот и в других местах. Как бы то ни было, противоречия нет, и

Нецах-Год-Есод в основном относятся к работе нижнего уровня. Он лишь принимает помощь сверху, и в этом состоит суть стены. В отличие от этого, схах - это когда верхний сам нисходит к нижнему.

Это Тиферет верхней Матери.


Сукка — взаимодействие Всевышнего и человека


Итак, мы выучили, что сукка сочетает в себе два фактора —

действие Всевышнего и действие человека. И действительно, праздник

Суккот по сути своей выражаетуровень партнерства между Всевышним

и народом Его Израилем, что отличает его от Песаха и Шавуот, которые

являются праздниками, приходящими исключительно сверху. В Песах

мы были бедными и нагими, а Всевышний вывел нас в Своем

могуществе. И в Шавуот Он даровал нам Тору, а мы ничего не делали.

Но праздник Суккот выражает взаимодействие: с одной стороны, Всевышний светит нам верхней благодатью — дает облака славы и

огромное благословение; с другой стороны, мы тоже действуем в этот

праздник — берем четыре растения, чтобы повлиять на весь мир

природы, и приносим в жертву быков за другие народы. В Суккот мы

похожи на взрослого сына-первенца, ответственно работающего над

исправлением мира. Это партнерство выражается в самой сути

праздника, в котором есть благодать сверху и действие снизу. Это

единение между Святым, благословен Он, и Израилем воплощается в

самой сукке: схах — воздействие свыше, подобное матери, укрывающей

детей и светящей им, а стены — это человек со своими силами,

выбором и действиями (подробнее в разделе «Постоянное и временное

в сукке и в душе»).


Стены предшествуют схаху


Теперь поймем важный принцип в служении Б-гу. Он лежит в

глубине известного закона о том, что схах нужно класть только после

того, как построены стены. Если же положили схах, а потом строят

стены — например, сделали железную рамку и разместили на ней схах, а затем поставил стены — такая сукка будет непригодна. Стены надо

строить сначала, а схах класть потом. Этот принцип в своем внутреннем

смысле означает нечто очень важное: свет не приходит сверху, пока для

него не изготовят сосуд внизу. Это основной принцип в «пробуждении

снизу»: Всевышний не приводит Шхину, пока нижние творения не

проявят инициативу. Без их подготовки Он не станет действовать

первым и светить им свыше. В этом заключено величие человека —

даже небесная благодать зависит от его действий. Если он удостоится и

сумеет улучшить себя, то пробудит над собой источники благодати в

верхних мирах и получит многие благословения, как результат своих

действий и выбора. На это намекает алаха, согласно которой надо

строить стены прежде размещения схаха. Иными словами, сначала

должны идти действие и выбор человека, а потом пробудится благодать

наверху.


Полная сукка со всеми стенами воплощает принцип «образа»


Мы видим, что есть разные уровни в стенах. Бывает полная сукка со

всеми стенами, а бывает такая, у которой не хватает одной или двух

стен. Согласно сказанному выше, ясно, что наиболее совершенная и

исправная сукка — та, в которой все стены на месте. Она намекает на

совершенство человека с его действиями и выбором. В силу своих

добрых поступков он получает большое благословение свыше. Мы

имеем в виду, что благодать, идущая через схах, зависит от качества

стен. У полной сукки со всеми стенами схах светит большим и ярким

светом. Это объясняется в святом Зоаре (3, 255 б):


««Тень» (לצ) вместе с Мем дает «образ» (םלצ), о котором

сказано (Теилим 39:7): «Только в образе будет шествовать

человек». У закрытой Мем есть четыре стенки, как установили:

«Две целые и третья хотя бы с ладонь», а по другому мнению:

«Три целые и четвертая хотя бы с ладонь». Получается две, три

и четыре — вместе девять. Ладонь становится десятой и

восполняет недостаток».


Зоар учит, что сукка, у которой четыре стены, составляет «образ».

«Тень» дает первые две буквы от «образа», а конечная Мем означает

четыре стены, которые вместе образуют ее квадратную форму, и так

получается «образ» (це-лем). Тайна этого «образа» очень глубока. При

простом взгляде он отражает тот факт, что человек сделан по подобию

верхнего мира, как сказано: «По образу Всесильного сделал человека»

(Берешит 9:6). В человеке, совершенном в своем образе, есть

проблески совершенства всех верхних светов. Значит, если, не дай Б-г, человек портит себя, у него появляется недостаток в образе, по

принципу «Отошла тень их (םלצ) от них» (Бедмибар 14:9). Тогда в нем

уже нет подобия и совершенства, как в верхних светах, и Шхина отходит

от него в меру повреждения. А комуудается восполнить свой образ —

вернуть ксовершенству и исправить части тела, души и духа, сделав

четыре полных стены, — на того Шхина нисходит в полной мере, в виде

целого «образа». Он становится вместилищем для Шхины с изобилием

благодати и света120.


120 На тему образа святой Ари учит: «Вот истинная суть образа, как мне кажется. У верхнего

человека есть пять уровней форм, расположенные одна в другой, - Нефеш, Руах, Нешама, Хая и

Ехида. У них есть материя, их облачающая, которая называется телом или сосудами. Это тело тоже

делится на несколько частей - мозг, кости, жилы, мясо и кожа. Однако форма не может облачиться в

материю без посредника. Значит, имеется пять видов облачений для пяти форм - это образ для

Нефеш, образ для Руах и т. д. Пять облачений для пяти этих форм называются «образами»... Ни

одна из этих пяти форм не может облачиться в тело, пока прежде не облачится в свой частный образ.

Совокупность этих пяти образов называется «образом человека», но это еще не сам человек, пять

форм называются «душой самого человека». А совокупность сосудов - костей, жил и т. д. -

называется «телом человека»... Все заповеди призваны исправить сосуды и образы, называемые

«паром костей», как упомянуто выше. Это искры, спустившиеся вместе с разбитыми сосудами...

Заповеди даны лишь для того, чтобы очистить, прояснить и отбелить образы и сосуды и снять с них

кожуру. Поэтому образ включает 613 органов... Это совокупность одного образа - доброго начала в

человеке, а напротив них 613 «злых органов» - совокупность другого образа, называемого «злым

началом». Прежде всего, исправляется образ в нашем мире, и по мере его исправления в него входят

уровни форм. А после того, как был исправлен образ, сами собой исправляются и сосуды. И тогда

после смерти человека, то есть этих сосудов, тот образ облачается в другие сосуды, истинно

подходящие ему, которые называются облачениями человека в земном райском саду и в верхнем

райском саду, а также в каждом из миров. Однако, ты уже знаешь, что душа делится на множество

искр, и в каждом воплощении приходит некоторое их число. В соответствии с числом искр образа, который приходит исправляться в этом воплощении, таково же и число искр, которое есть в той

форме. Поэтому образ называется мерой дней человека, как упомянуто в Зоаре (Ваехи, 290). Каково

число искр, столько дней человек и проживет. В дни, когда человек исполнял заповеди, исправляется

по одной искре этого образа, а в день, в который заповедей не было, искра образа остается

поврежденной. И таким же образом исправляются сосуды, то есть облачения в земном райском саду

- каждая искра в свой день. Однако этот образ не может облачиться в свои сосуды, пока не

завершится их исправление. Тогда человек покидает этот мир и отправляется в земной райский сад, облачаясь там в свое основное тело. Общий принцип в том, что форма - главное, и она называется

человеком. Это Ехида, Хая, Нешама, Руах и Нефеш. Образ тоже делится на пять уровней, им

соответствующих, и служит облачением формы. Эта форма никогда не может удержаться без своего

образа, а образ включает доброе и злое начала - это ангелы в человеке, но не сам человек. Это «пар

костей», облачающийся в сосуд, то есть в тело. Поэтому он и называется «образом», так как это

нечто промежуточное между формой и материей, при этом подобное им обоим. Это образ и шаблон

их обоих. Однако, ты знаешь, что все заповеди предназначены, только чтобы очистить и прояснить

этот образ и материю, а форма вообще не требует исправления. Ей пришлось облачиться в образ и

материю, только чтобы привлечь к ним свет и исправить их, и пойми это хорошо. В этом смысл спуска

души в наш мир, чтобы исправить и прояснить. Это подобно изгнанию Шхины, необходимому, чтобы

извлечь упавшие искры, как известно» (ЭцХаим, врата 26, гл. 1; см. также Нефеш а-Хаим, конец 1-х

врат, примечание от Маариц).


Итак, святой Зоар учит нас, что сукка со всеми стенами — это образ.

У нее есть тень сверху и четыре стены в виде закрытой Мем. Это

совершенное единение между Святым, благословен Он, и действиями

человека. Человек делает все наилучшим образом, в виде закрытой

Мем, в которой нет бреши, нет пролома. В его поступках, качествах и

желаниях нет дыр. Иначе они стали бы отверстиями в душе, через

которые вошли бы злые духи и негативные силы, и образовалась бы

утечка сил в неверных направлениях. И действительно, корень всей

испорченности в человеке — это дыры в душе, то есть силы, над

которыми у него нет контроля, и которые не управляются правильным

образом. Они вырываются наружу в беспорядке и неорганизованно, без

наблюдения и контроля. Вся суть злого начала — это бесконтрольный

прорыв, необузданное вожделение. А стена — это принцип

самоконтроля, управления и выбора со стороны человека. Он

ограничивает и определяет себя, ведет свои действия и душевные

качества согласно своему выбору и святой воле, а не по воле злых

духов. В этом суть сукки, которая есть «убежище и укрытие от ливня и

дождя», как и от плохих качеств.

Следовательно,

совершенство

стен

—

это

достоинство

праведников, у которых нет пробоин, нет вожделений, над которыми бы

они не властвовали. Сердце их находится в их распоряжении со всех

сторон, со всеми жизненными силами и во всех ситуациях. Все у них

подвергается проверке, контролируется святой силой свободного

выбора, данного нам Всесильным Б-гом. У праведников этот выбор

проявляется удивительным образом, так что они властвуют над всеми

своими действиями, мыслями и желаниями, направляя их навстречу

Всевышнему. Они держатся за тень Всемогущего и вступают в нее, ни

коим образом не выходя наружу. «Нет пролома, нет пропажи...» (Теилим

144:14).


Уровень среднего — две целые и одна с ладонь


Не каждый удостаивается уровня праведников, чтобы стать

совершенным в своем образе, и чтобы Шхина раскрылась в нем во всем

могуществе и красоте. Тем не менее, Всевышний в Своей доброте

проявляет милосердие к народу Израиля и приводит к человеку

святость и Шхину, даже если он несовершенен в своих действиях. Но не

на каждого нисходит Шхина. Грешники еще при жизни называются

мертвыми, поскольку удалена от них Шхина. Иными словами, есть

минимальные действия со стороны человека, позволяющие Шхине

пребывать с ним. Поэтому сукка с одной или двумя стенами, непригодна. Имя Небес не ложится на нее из-за ее недостаточности. То

же самое с недостатками человека, у которого почти нет добрых

поступков, и большая часть в его жизни не ограждена.

Есть важный принцип, и он соответствует мнению мудрецов, спорящих с раби Шимоном. Согласно их подходу, чтобы сукка была

пригодна, нужно, чтобы большая ее часть была окружена стенами —

чтобы были две целых и одна хотя бы с ладонь. Тогда большая часть

периметра будет охвачена стенами, и такая сукка подойдет для

исполнения заповеди. Известно объяснение Рамбама, что по правилам

алахи следуют за большинством. Вот что он написал об этом (Ил-хот

Тшува 3:1-4):


«У каждого из людей есть заслуги и грехи. У кого заслуги

превышают грехи, тот праведник; у кого грехи превышают

заслуги, тот грешник, а если пополам — средний. Также и в

государствах, если заслуги всех жителей будут больше их

грехов, — это праведное государство, а если грехи больше —

греховное. И то же верно для всего мира... Поэтому каждый

человек должен смотреть на себя весь год так, словно он

наполовину праведен, наполовину грешен, и весь мир наполовину

праведен, наполовину грешен. Совершил один грех — перевесил

себя и весь мир на чашу вины и принес гибель. Исполнил одну

заповедь — перевесил себя и весь мир на чашу заслуг и принес

себе и людям спасение и избавление, как сказано: «Праведник —

основа мира». Это тот, кто праведностью склонил весь мир к

оправданию и спас его».


Эти слова Рамбама основаны на Гмаре в трактате Кидушин (40 б):


«Учили мудрецы: Всегда пусть человек видит себя, словно он

наполовину виновен, наполовину оправдан. Сделал одну заповедь

— счастлив он, ибо склонил себя на чашу заслуг. Совершил один

грех — горе ему, ибо склонил себя на чашу вины, как сказано:

«Один грешник погубит много добра». Из-за одного совершенного

греха, пропадает у него много блага. Раби Элазар, сын раби

Шимона, говорит: Поскольку мир судится по большинству, и

индивидуум судится по большинству, сделал одну заповедь —

счастлив он, ибо склонил себя и весь мир на чашу заслуг.

Совершил один грех — горе ему, ибо склонил себя и весь мир на

чашу вины, как сказано: «Один грешник...» Из-за одного

совершенного греха пропало у него и у всего мира много блага».


Уровень праведников — три целых и одна с ладонь


Но раби Шимон бар Йохай считает, что недостаточно, чтобы

большая часть была окружена стенами. Мало быть средним, разделенным на две половины, который лишь слегка склоняет себя к

праведности. Рашби считает, что нужны три полные стены, а четвертая

пусть будет размером с ладонь, то есть в большей своей части человек

должен быть праведным. Идея в том, что раби Шимон смотрит на

внутреннюю суть Израиля — на великую святость. Он считает, что все

евреи достойны быть святыми и чистыми, не давая порокам властвовать

над собой. Он требует от Израиля восходить и подниматься, освящаясь

верхней святостью. Не довольствоваться правилами алахи, согласно

которым побеждает большинство, но быть в состоянии, когда большая

часть как целое — подавляющее большинство праведности. Тот факт, что Рашби не приемлет сукку, в которой 51% стен, происходит из его

требования ко всем евреям быть святыми.

Внутренняя часть Торы смотрит на внутреннюю суть Израиля и

потому не позволяет ему оставаться испорченным, даже в небольшой

мере. Именно в силу великой веры в то, что все евреи достойны и

должны быть настоящими праведниками, рождается требование

достичь святости. Мы видим, что святой Зоар сильно устрожает во

многих вопросах алахи, гораздо больше, чем закон, основанный только

на открытой части Торы. Это происходит из внутреннего взгляда, который видит святость Израиля и его могучую силу и требует со всей

настойчивостью, чтобы весь дом Израиля возвысился и поднялся.

Однако закон, полученный Моше на Синае, уменьшил четвертую

стену, сказав, что она не обязана быть полной, и достаточно размера с

ладонь. Известно, что нет такого праведника, который делал бы добро и

не согрешил. В действительности чрезвычайно трудно быть на уровне

четырех целых стен. Это ступень высоких святых, избранных мужей

поколения, таких как сам раби Шимон бар Йохай и как четверо, умерших

из-за совета змея. Остальных же людей в некоторой степени захватила

грязь змея, и естественно имеющийся у них небольшой дефект

убавляет от четвертой стены. Получаются три целых стены и четвертая

размером с ладонь. Как бы то ни было, Рашби требует от евреев быть

святыми и праведными, а не оставаться лишь на ступени средних. Если

он и не требует встать на уровень праведников, которые полностью

устранили злое начало (что равносильно четырем целым стенам), поскольку это почти невозможно, все-таки нужно быть в состоянии

большого праведника, а не среднего — три целых стены и четвертая

размером с ладонь.


Этот спор имеет корень в предыдущем разногласии


Теперь поймем, что все это буквально вытекает из спора о слове

«суккот». Мы уже объяснили, что «бе-суккот» означает пребывание

Шхины в каждой отдельной сукке в виде полного Божественного

раскрытия в каждом из народа Израиля, по принципу «Не будет учить

человек ближнего». Мнение мудрецов, толкующих это слово как «бе-

суккат», отличается — все евреи объединяются вместе, образуя одну

совершенную сукку. Это подобно праведнику, который укрепляет

Израиль и приближает всех к Б-гу. Отсюда естественно проясняется и

спор по поводу стен. По мнению мудрецов, каждому достаточно быть

средним, чтобы большая частьу него была доброй, по принципу «Две

целых и одна с ладонь». Так происходит потому, что святые праведники

являются посланниками всего Израиля, и в их сукке присутствуют все

стены целиком121.


121 Но в любом случае требуется дверь, чтобы входить и выходить. Почему же такая сукка

называется «совершенной»? Дело в том, что вход нужен для приглашения гостей - чтобы давать и

получать. Это не называется недостатком, но как раз совершенством, а изолированное от всех и

освященное место будет недостатком, а не совершенством. Можно еще добавить, что в такой сукке

есть проявление букв Самех и Мем, которые на скрижалях держались чудом.


Шхина нисходит на всех вместе. Поэтому, даже если у отдельного

человека есть свои недостатки, его участие в общине способно

обезвредить их и привести к нему Шхину.

Подобное мы находим в общественной молитве, которая скрывает

недостатки каждого отдельного человека. Благодаря взаимодействию

между всеми, Шхина проявляется в общине, и грехи не препятствуют

этому. У того, кто молится в одиночку, все иначе — у него должно быть

совершенное намерение и поступки, так как он стоит один, и другие не

могут восполнить его недостатки. Поэтому он должен быть по-

настоящему совершенным, чтобы никакой дефект не проявился в нем.

Это подобно тому, о чем говорится в хасидуте: в общественной молитве

Всевышний соединяет вместе молитвы всех и одну общую совершенную

молитву. Если один имел четкое намерение, произнося благословение

«Слышащий молитву», другой — в словах «Верни наших судей» и т. д., то Всевышний объединяет эти намерения, чтобы получилась одна

полноценная молитва со всеми намерениями и без недостатков.

С другой стороны, раби Шимон бар Йохай считает, что сукка — это

проявление святости буквально в каждом из народа Израиля. Поэтому

каждый индивидуум должен быть в состоянии праведника, а не

оставаться средним, полагающимся на служение других праведников. И

хотя сделать это нелегко, раби Шимон считает, что свет Суккот так

велик, что поистине возносит души Израиля к высшим уровням святости

и помогает каждому еврею стать совершенным праведником. Мы видим

это своими глазами — все евреи могут жить в сукке. В комментарии

Сфат Эмет написано нечто глубокое на эту тему (Сфат Эмет, Суккот

639): сукка — это дом Всевышнего, но не каждый способен войти в Его

дом, а лишь тот, кто достоин этого. Страна Израиля выплевывает тех, кто ее недостоин. Получается, что в Суккот все евреи — праведники, в

силу самого факта, что живут в сукке. Все становятся товарищами в

праздники. Об этом мы и сказали, что праздник Суккот — огромное

возвышение к будущему уровню, когда все евреи станут совершенными

праведниками.


Рашби — все праведники


Следовательно, Рашби считает, что свет Суккот помогает всем

евреям стать совершенными праведниками, как должно быть в

будущем. И потому, хотя он, на первый взгляд, согласился бы с

принципом, что человек представляет две равные половины, и если

совершит одно доброе действие, склонит себя на чашу заслуг (это его

постижение после тринадцатого года; возможно, в этом виден его

подход в Гмаре Кидушин), тем не менее в сукке ситуация иная. Ведь

Рашби считает, что сукка — это намек на свет будущего, свет

совершенного исправления, состояние «Не будет учить человек

ближнего». Поэтому сукка должна быть основана именно на состоянии

праведников, а не средних, то есть иметь три целых стены и четвертую

размером с ладонь.

К этому можно добавить подтверждение из Гмары. Там есть

мнение, что Рашби выучил закон о необходимости трех стен из фразы:

«И сукка будет для тени днем от зноя и укрытием и убежищем от ливня

и от дождя» (Ишайя 4:6). Слова эти, как известно, говорят о будущем

мире — о днях Машиаха. Мы видели это в первом разделе, обсуждая

мнение раби Зейры. Получается, что Рашби действительно связывает

сукку именно со светом будущего и потому требует, чтобы все евреи

делали свои суккот как великие праведники в виде трех целых стен и

четвертой размером с ладонь. Это не должна быть сукка среднего, где

есть половина на половину, плюс склонение к добру и опора на

праведников. Все это исходит из того, что мы видели ранее: у Рашби

«суккот» стоит во множественном числе. Каждый человекдолжен стать

полным сосудом для раскрытия Божественности. А, по мнению

мудрецов, необходимо соединение всех вместе для нисхождения

Шхины. Для них достаточно уровня среднего, и можно положиться на

совместное участие с праведниками и со всем народом Израиля, чтобы

заслужить нисхождения Шхины.


Стена — обуздание силы вожделения


Итак, мы увидели идеи, касающиеся числа стен. Но нужно немного

расширить наш взгляд на саму их суть. С внешней стороны, стена

служит созданию частного владения (букв, «владение единого»), отделяя его от того, что снаружи. Все внешнее за стеной — это

общественное владение (букв, «владение многих»), а стены ограждают

и образуют новое пространство — частное. Известно, что «владение

многих» намекает на мир хаоса и разбиения. Хаос — это состояние

нехватки порядка и организации, когда все силы прорываются наружу

без управления. В общественном владении ходят люди, движутся

предметы, и нет согласования и порядка. И все потому, что нет одной

воли, которая направляла бы всех, но каждый предоставлен самому

себе и ведет себя, как пожелает. Здесь кроется корень сил вожделения

и инстинктов в душе, прорывающихся без ограничений и управления, без регламента и какой-либо пользы. В отличие от этого, «владение

единого» — это мир исправления, где совокупность всех сил

соединяется вместе в гармонии. Стены сукки выражают исправность

души, ее подъем из состояния хаоса к правильному состоянию, в

котором сердце человека пребывает в его власти и предстает перед

лицом Б-га.


Подобно этому, есть праведники, у которых есть все четыре стены

— все исправлено. Есть уровень трех полных стен и четвертой

размером с ладонь: маленькие недостатки незаметны на фоне большого

блага. А бывает и уровень средних, где есть две целые стены и третья с

ладонь — половина против половины в сочетании со склонностью к

добру. Все, что меньше этого, делает сукку непригодной, поскольку хаос

преобладает в ней — нет единства между силами, и естественно, Шхина

там отсутствует. Сосуды разбиваются внизу, а света уходят наверх.


Каждый обжигается о хупу ближнего


Вернемся к нашей теме. Мы выучили, что есть классификация

суккот. Шхина присутствует гораздо больше в сукке, у которой все стены

на месте, чем в той, у которой есть бреши. Возможно, об этом мудрецы

и говорили, что в будущем каждый обжигается о хупу ближнего. Хупа —

это сукка, присутствие Шхины. Мы учим отсюда, что есть различия в

святости разных суккот. Нельзя сказать, что единственным критерием

служит статус суки, ее годность для заповеди. Это не так. Хотя все эти

типы годятся, в сукке со всеми стенами, которая представляет

совершенный образ, свечение Шхины усиливается. Изобилие благодати

в ней превосходит то, что есть в других.


Спор о стенах — включается ли качество Давида в сукку


Спор о четвертой стене — включается ли царь Давид в сукку


Итак, мы увидели один аспект в споре раби Шимона и других

мудрецов по вопросу о стенах: нужна нам сукка совершенных

праведников или достаточно уровня средних? В этом контексте, смысл

стены сводился к обузданию и власти над силами. Нехватка стены

означала силу зла в душе, которую не обуздали и не поставили в рамки.

Перейдем теперь к другому аспекту в объяснении этого спора. Стены —

это действия человека, основанные на его выборе. Есть четыре стены, и

очевидно, что они аналогичны колеснице. Схах — это тот, кто едет в

ней; это присутствие высшей Шхины. А стены — сама колесница, на

которую нисходит Шхина. Известно, что четыре ее колеса122 — это

Авраам, Ицхак, Яаков и Давид (последний представляет четвертое

колесо). В этой связи мы сможем понять спор раби Шимона и мудрецов

более глубоко и с нескольких сторон. Коснемся этого вкратце.


122 В оригинале используется выражение «ноги колесницы». В переводе оно заменено на

«колеса», так как это лучше соответствует образу колесницы - прим. переводчика.


Отцы и Давид — мужское и женское


Прежде всего, известна разница между тремя отцами и царем

Давидом. Отцы представляют высший влияющий принцип в виде

Хеседа, Гвуры и Тифе-рета. Это верхние качества, передающие свет

общине Израиля, Малхут, Шхине.

С другой стороны, Давид — это женский принцип, получающий, свет

Шхины, то есть общины Израиля. Она получает влияние от верхних

качеств. В этом смысле, царь занимается делами мира сего и его

обустройством, наведением порядка в государстве и всей материальной

жизнью народа. В отличие от этого, Авраам, Ицхак и Яаков — это

верхняя святость, служение через заповеди, Тору и молитву. Давид

представляет женский принцип, занятие материальными делами, в

сравнении с мужским принципом, светом верхней святости, который

возвышается над мирскими задачами и связан со священным

служением.


Три стены — Тора, служение и совершение добра


Мишна говорит (Авот 1:2): «На трех вещах стоит мир — на Торе, на

служении и на совершении добра». Фактически три эти столпа — это три

отца. Тора — это Тиферет, Яаков; служение — это молитва, и она

связана с Ицхаком. Это Гвура, обращенная лицом вверх, к высшему

единению. А совершение добра — это Авраам, «человек Хеседа», и это

включает всю совокупность заповедей и добрых поступков. Мудрецы

считают, что присутствие Шхины, условие «стояния мира», зависит

именно от трех столпов — трех отцов, которые есть Тора, служение и

совершение добра. Кто обладает тремя этими добродетелями, на того

нисходит Шхина. Поэтому сукка становится пригодной благодаря двум

целым стенам и третьей размером с ладонь.

Смысл того, что третья стена не должна быть целой, а достаточно

размера с ладонь, связан с известным фактом — есть очень мало

людей, способных проявить силу во всех трех столпах — в Торе, молитве и совершении добра. Иногда эти вещи противоречат друг другу, и материальные занятия, требующие времени, вынуждают человека

убавить в одном из столпов. Поэтому каждый должен изо всех сил

держаться за два из трех столпов. Пусть, к примеру, укрепится в Торе и

молитве, или в совершении добра и молитве, тогда у него, по крайней

мере, будут две целые стены. А в третий столп пусть вложит хотя бы

малость, «ладонь», чтобы и он светился в нем, и чтобы ни один из трех

не был потерян. Например, ученики ешивы, погруженные в учебу и не

занятые заработком, должны посвятить основное время двум столпам

— Торе и молитве, и постараться, чтобы совершение добра

присутствовало в их жизни хотя бы с ладонь. С другой стороны, те, кто

зарабатывают деньги, пусть вложат силы в совершение добра и в еще

один столп — в Тору или в молитву, а третий будет у них хотя бы с

ладонь, чтобы и его свет не исчез.


Четвертая стена — святость в материи


Таков подход мудрецов, считающих, что нисхождение Шхины на

человека зависит от его поступков и, в особенности, служения Б-гу в

Торе, молитве и совершении добра — в трех столпах, соответствующих

трем праотцам. В отличие от них, раби Шимон бар Йохай считает, что

присутствие Шхины в полной мере зависит и от четвертого колеса, соответствующего царю Давиду. Это раскрытие Божественности в

мирских занятиях. Ведь внутри всего кроется верхняя благодать, а

праведники и святые открывают измерение святости, скрытое в вещах

этого мира — в еде, питье, ремесле и т. д. Это Божественный свет, пребывающий в глубинах женской стороны, — свет Шхины, живущий

внутри Израиля (см. Орот, стр. 34, п. 16). Раби Шимон считает, что

совершенство в привлечении Шхины наступит именно через раскрытие

Божественности на всех уровнях — как в изучении Торы и исполнения

заповедей (принцип отцов), так и в делах мира сего (принцип царя

Давида и женской стороны). Пока внизу не хватает женской половины, Шхина не может снизойти на человека. На того, кто отрешается от этого

мира и закрывается только в Торе и молитве, кто не обращает внимания

на заботу о Шхине и исправление нашего мира, не сможет снизойти

Шхина (принцип сукки). Хотя в определенной степени он может ос-

вятиться, раби Шимон считает, что в Суккот есть гораздо большая

святость, доходящая до самого низа, до земли. Она относится к

сосудам, к нашему миру, ко всем измерениям природы. Поэтому раби

Шимон считает, что нужны четыре стены. Даже если четвертая будет

всего лишь размером с ладонь, по крайней мере, должен быть какой-то

след от нее, чтобы раскрылась святость внутри материальных миров, в

занятиях ремеслом, в пище и т. д. — все это работа по извлечению

света и высокие акты исправления123.


123 Нет сомнений, что раскрытие Божественной ценности также и в будничной деятельности -

это принцип внутренней части Торы, как говорит Рамхаль в приведенной выше цитате. Однако, уместен вопрос: выше мы видели, что подход Рашби в Гмаре состоит в том, что человек должен быть

сосредоточен на Торе, а его земная работа будет совершаться другими. Он не согласился с раби

Ишмаэлем, который сказал: «Собирая хлеб свой» - веди себя согласно земному пути. Отсюда видно, что, по мнению раби Шимона, человек должен отойти от мирских дел. На самом деле, можно сказать, что эта два разных уровня. Пока человек находится на уровне, где не может обнаружить святое

внутри нашего мира, пусть отделяется от него и не следует земному пути ради заработка, поскольку

он придет свыше, если человек возложит на себя бремя Торы. Но высокие праведники, поднявшиеся

на уровень верхней святости и видящие, как все мирские дела становятся актами исправления, извлечения искр и святым ремеслом (наподобие уровня наших отцов и Йосефа-пра-ведника), - для

них занятия нашего мира перестают быть «земным путем» и становятся Торой. Все их действия

превращаются в единения и акты исправления. Это уже не просто материя. Для них занятие

ремеслом нужно не ради заработка, поскольку они и так уверены в том, что Б-г подаст им пропитание.

Их ремесло исходит из исправления мира. Это работа по отбору искр и привлечению света в

облачения Асия. Смотри Орот а-Тхия 16.


Четвертая стена — подход Рашби


Все это вытекает прямиком из его подхода, который мы видели в

толковании слова «бе-суккот». Речь идет о раскрытии Божественности

во всем, когда все вещи становятся на уровень цели. Это проявление Б-

га в делах нашего мира, так что сами эти дела не остаются просто

средствами ради изучения Торы, а возвышаются по шкале святости, благодаря Божественности, заключенной в них в виде Шхины. Тогда они

естественно превращаются в цель. Получается, что его подход в

отношении стен — это фактическое выражение его взгляда на понятие

«бе-суккот». А это в свою очередь является продолжением его позиции,

согласно которой у чтения есть преимущество перед написанием. Это

Божественность Шхины, устная Тора. Выходит, все сводится к одному —

к Шхине и могучему раскрытию Божественности в нижних мирах. Это и

есть само сердце и внутренняя суть тайного учения, которое Рашби

передал в мир.

Это связано также со спором Рашби и мудрецов о том, должна сукка

быть на уровне средних или совершенных праведников. Есть разница

между служением Б-гу через Тору, молитву и благотворительность и

служением Ему через освящение всего материального мира. Все евреи

могут быть Его служителями в Торе, молитве и благотворительности, поскольку это явные и открытые акты заповедей, возвышающие весь

дом Израиля. Но работа по освящению материальной жизни в нашем

мире — это уровень праведников и святых, проникающих во

внутреннюю суть мира и познающих Шхину в нем. Они возвышают все.

И действительно, по мнению Рашби, в праздник Суккот все евреи

поднимаются на уровень праведников. Поэтому от них требуется

освящение всего мира, а не отказ от него. Вот почему три стены должны

быть целыми, а четвертая, принцип исправления нашего мира, — хотя

бы размером с ладонь.

По мнению мудрецов, женская сторона не является частью сукки.

Она представляет мир, получающий свет от сукки. Схах и стены — это

благодать, освящающая мир. Схах — это верхняя Бина, а стены

соответствуют отцам — это Хесед, Гвура и Тиферет. Большего для

правильной сукки и не нужно. Женская сторона оказывается освящена

силой сукки, которая является благодатью свыше, призванной дать силу

Шхине. В отличие от этого, согласно Рашби, Шхина сама является

частью сукки — одной из ее стен. Она не снаружи, чтобы принимать от

нее свет.


Непригодность круглой сукки


Заодно объясним суть закона о круглой сукке, сделанной «как

печь», которую раби Меир не приемлет (см. Сукка 7 б). В святом Зоаре

этот закон получает объяснение, и все сводится к смыслу слова «печь».

Зачем нужно было использовать это выражение, и почему нельзя было

просто сказать о круглой сукке? Зоар говорит, что слово «печь»

намекает на то, что написано о стоянии у горы Синай: «И поднимался

дым ее, как дым печи» (Шмот 19:18). Вот что там сказано (3, 255 б):


«Сукка, сделанная как печь, со стороны Матери — о ней

сказано: «А гора Синай дымилась вся от того, что спустился на

нее Б-г в огне, и поднимался дым ее, как дым печи». И уже

установили, что значит (Ихезкель 1:14): «А животные бегут и

возвращаются» — это как свет, выходящий из отверстия печи.

Все указывает на один принцип».


Идея в том, что свет, бывший у горы Синай, — это свет пятидесяти.

Он относится к пятидесятому дню счета и является светом верхней

Бины, которая становится короной (Кетер) для Тиферет. Поэтому, как

известно, она и сама круглая, как корона. Принцип Бины — это

исправленный мир, святая и чистая природа, которая не требует более

обработки и исправления со стороны человека, но проявляется

естественным образом в полной святости. Это и есть принцип кругов, когда они исправлены. Мы видели, что стены означают работу человека

в нашем мире посредством силы выбора. Это связано с прямой линией, которая выражает выбор человека и его работу. Круг же выражает

природу, святое естество души, которое выше человеческого выбора.

Это Бина, верхняя благодать, приходящая с вершин.

Получается, что сукка с круглыми стенами намекает на уровень, который выше работы человека, — на свет Бины. Но это не годится для

стен, поскольку они должны быть как раз на уровне человеческой

работы, в виде прямых линий. Только схах выражает вдохновение

свыше, форму круга, подобную короне. Следовательно, если кто-то

делает сукку с круглыми стенами, они имеют корень во влиянии свыше, а не в действии человека снизу. Вот почему его сукка не годится, по

мнению раби Меира. Тот, кто ее строит, словно отрицает работу

человека, принцип прямой линии, и основывает сукку только на форме

круга. Такого не должно быть в сукке, она представляет сотрудничество

человека и Всевышнего — соединение кругов и прямой, схаха и стен.


Спор о стенах — включается ли уникальное «я» в сукку


«Я» — уникальный свет каждой души


Объясним еще одним способом спор Рашби с другими мудрецами, отметив основные идеи вкратце. Известно, что Малхут, четвертое

колесо, в святых книгах называется словом «я». Это намек на Шхину и

на Божественность внутри всего Израиля. Тайна Шхины очень глубока

— она открывает, что у каждого есть особый оттенок в святости в

соответствии с искрой его души. Нужно понять нечто важное в

отношении изучения Торы. Когда еврей учит ее, он буквально создает

единение Святого, благословен Он, и Шхины. Ведь Тора — это принцип

дающей стороны, свет Святого, благословен Он, а у каждого еврея есть

искра от получающей стороны, Шхины. Это единение, как известно, является совместным действием дающего и получающего, Святого, благословен Он, и Шхины. В этом смысле, когда еврей учит Тору, происходит единение между ней и его душой, и от этого буквально

рождается новый свет в мире. Ведь принцип единения дающего и

получающего, мужского и женского, приводит к рождению и приносит

плоды. Иными словами, каждый человек из народа Израиля является

женским началом по отношению к Торе. Получается, что свет Торы, проникающий в него, порождает в мире действительно уникальный свет.

Таким образом, каждый еврей, изучающий Тору, порождает особенный

свет в мире, происходящий от единения света Торы с его душой, которая уникальна и отличается от других душ народа Б-жьего. Так

каждый еврей приносит новый свет благодаря единению и сочетанию

его души и Торы, когда он учит ее в святости и чистоте. Вот что пишет

об этом рав Кук (Орот а-Тора 2:1):


«Учить Тору «лишма» значит делать это во имя самой Торы.

Воля Б-га в том, чтобы мудрость реализовывалась в действии.

Это более желанное и возвышенное состояние, чем все, о чем

можно подумать. Недостаток есть лишь с нашей стороны — из-

за погруженности в тело мы не видим всю важность, силу и

высоту этого состояния. А мудрость Торы — это Божественное

раскрытие, приходящее со стороны нашего служения и изучения.

Каждый, кто учит Тору, переводит суть мудрости из

потенциального состояния в действительное со стороны своей

души. И несомненно, свет, открывающийся благодаря соединению

Торы с этой душой, не похож на свет, рождающийся от ее

соединения с другой душой. А значит, каждый по-настоящему

увеличивает Тору тем, что изучает ее. И поскольку Всевышний

хочет, чтобы Тора росла, прямой путь к этому — чтобы человек

изучал ее в силу любви к великому свету, и к все большему ее

раскрытию, которого желает Б-г. Тем более нужно открывать в

Торе новое — это увеличение Торы в приумноженном свете».


Особая доля в Торе для каждой души


В свете сказанного, поймем то, о чем говорят нам мудрецы: человек

учит в Торе то, чего желает его сердце. Это значит, что каждый должен

заниматься своей долей в Торе, которая соответствует его душе. Ведь в

Торе есть много частей, и каждая аналогична определенному органу в

теле Шхины. Есть души, относящиеся к этому органу, и для каждой

части Торы имеются души Израиля, принадлежащие ей в особой

степени. Когда они занимаются ей, обретают большое благословение и

становятся озаренными ярким светом. Ведь общее правило в том, что

мужское и женское всегда соответствуют друг другу. У каждого, согласно

оттенку души, есть часть в мужском свете, в благодати Торы, и он

должен заниматься этой частью. Каждая душа словно находит себе

супруга в Торе — свою особую часть.

Поэтому каждый еврей должен трудиться над своей частью в Торе и

раскрывать свет, предназначенный для его души, открывая там новые

смыслы. Следовательно, если кто-то учит Тору, не находя в ней своей

особой части и не открывая в ней новое, а занимается лишь в общем

виде, то его особый оттенок не реализуется. Ведь душа может породить

света только от мужского начала, соответствующего ей. А основная

способность открывать новые истины связана с теми частями Торы, которые относятся к корню данной души. Выходит, такой человек не

достигает исправления, ради которого пришел в мир, то есть своей доли

в Торе и открытий в ней — «детей» и порождений, которых родила бы

его душа от соединения с ней. И как верно это в отношении изучения

Торы, так и для всего служения Б-гу — для молитвы и заповедей. У

каждого есть особая точка связи с молитвой. Вот почему есть десять

видов молитвы — крик, воздыхание, вопль, мольба и т. д. Они образуют

совокупность десяти уровней и аналогичны душам Израиля. У каждого

еврея корень в своем особом уровне молитвы. Здесь кроются различия

между общинами в разных местах и между стилями молитвы. Все это

соответствует различиям душ и предназначенной им доле в молитве. То

же верно и для заповедей — у каждого есть особые предназначенные

ему по корню души заповеди, ради исполнения которых он пришел в

мир. С ними он должен проявлять особую бдительность. Это связано с

тем, о чем говорили в Гмаре: «В чем твой отец был наиболее

осторожен?» (Шаббат 118 б; см. Мегила 27 б)124.


124 «Также пойми сказанное в Гмаре: Спросил раби такой-то и раби такого-то, в чем твой отец

был наиболее осторожен? А тот отвечает: в заповеди цицит. Есть праведники, которые

придерживаются одной заповеди больше, чем остальных. Это трудно понять - ведь наши мудрецы

говорили: «Будь осторожен с легкой заповедью, как и с трудной». Но причина в том, что эти

праведники были мудрыми и знали, чего им не хватает. Поэтому в отношении тех заповедей, которые

уже исполнили в прежих воплощениях, они не проявляли такую осторожность. Ведь иначе этому не

будет конца. Если уже исполнил какую-то заповедь в одном из воплощений, более не нужно ее

делать. Но это касается только заповедей, которые не являются обязанностью тела. Например, заповедей, связанных с землей, отделения первой состриженной шерсти и т. д. Но обязанности тела, такие как сукка, шофар, лулав, молитва, чтение Шма и т. д., непременно человек обязан исполнять во

всех воплощениях. И пойми это (возможно, потому, что данное тело еще не выполнило эти заповеди, поскольку оно новое; ясно также, что остается обязанность и в отношении всех запретов). Однако те

люди, которые не знают, из-за чего пришли в этот мир, и чего им не хватает, должны исполнять все

заповеди. Поэтому нас предупреждают: «Будь осторожен с легкой заповедью, как и со строгой». И

также пойми, что есть люди, все желание которых - заниматься буквальным смыслом Торы. Одни

занимаются толкованиями, другие - намеками, третьи - гематриями, а четвертые - истинной

мудростью (Каббалой). Все зависит от того, ради чего этот человек воплотился в этот раз. Поскольку

он уже однажды завершил остальные уровни, нет нужды в каждом воплощении заниматься всеми

ими и т. д. С этим для тебя разрешатся и все остальные трудности и сомнения, какие возникнут в

связи с людьми и их воплощениями» (Сефер а-Гильгулим, гл. 4).


Служение Б-гу согласно корню души


Хотя каждый еврей должен размышлять над всей Торой, произносить все молитвы и исполнять все заповеди, у него все-таки есть

особая доля в них. Человек приходит в наш мир, главным образом, чтобы найти свою долю в Торе. Получается, что если он учится, молится

или исполняет заповеди, не находя своей доли, то, хотя все это

несомненно является чем-то великим и святым, это не высшая степень.

Высшей степенью будет погружение в свою долю, предназначенную ему

по корню души. Это принесет огромные плоды в его поступках, когда он

станет женской стороной для верхних светов Торы, молитвы и

заповедей, соответствующих его душе. Он совершит исправление и

получит великое благословение в своих делах125.


125 Человек должен трудиться изо всех сил, чтобы найти свою долю и корень своей души, как

пишет рав Хаим Виталь в продолжение того, о чем говорилось в предыдущем примечании: «Человек

также должен знать корень своей души и то, откуда она происходит, как сказано в Зоаре (Шир а-

Ширим) в комментарии к фразе: «Скажи мне ты, кого любит душа моя», а также и то, зачем пришел в

этот мир». Сделать это очень трудно. Виленский Гаон написал в Эвен Шлема, что пророки в прошлом

обучали человека, где корень его души, и соответствующему способу служения, но в наши дни все

это стало трудно постичь. Однако известно от высоких святых в нашем поколении, что они знали

корни душ и пути их исправления. В любом случае, мудрецы сказали: «Человек учит Тору там, где

желает его сердце». Отсюда видно, что склонность сердца, когда оно чистое и внутренне точное, способна отчасти указать человеку на его внутреннюю суть. Также и через другие явления внешней

жизни мы можем выучить кое-что о своей внутренней точке, как говорит рав Кук в Орот а-Кодеш (3, стр. 119): «Собственный характер ни одному человеку не под силу узнать - даже характер самого

себя, а уж тем более ближнего; даже индивидуума, а уж тем более целого народа. Мы вращаемся

вокруг центра познания, занимаемся догадками и приблизительными оценками, чтобы определять по

видимым действиям, хотя они тоже большей частью скрыты от нас, а уж тем более их сложные

причины. По таким признакам мы говорим об особом характере и уникальности души. Мы вынуждены

придти к выводу, что наше познание в этом опирается на пустоту, а истина принадлежит одному

лишь Б-гу». Еще он написал: «Каждый должен искать в своих качествах, в своем положении и

талантах, душевных склонностях и стремлениях, к какому содержанию жизни они зовут его, пока не

познает корень своей души, свое будущее и предназначение» (Пинкасей Реия 7:36).


Однако в действительности человеку очень трудно найти свою долю

в Торе, в молитве и в заповедях. Ведь тяжело постичь тайну души и ее

корень, чтобы узнать особую отведенную ей часть. Хотя мудрецы и

сказали, что человек должен учить то, чего желает сердце, что является

признаком доли его души в Торе, не всегда удается точно определить, чего же хочет сердце. Иногда оно вводит в заблуждение, и нужно

молиться и изливать просьбы перед Б-гом, чтобы Он указал, по какому

пути идти, чтобы отыскать свою долю в Торе и во всем служении Ему.

В любом случае, общая идея этой доли — принцип Шхины, тайна

«я» (см. Ор Ки-Тов, Берешит, гл. Ноах). Это Божественность, пребывающая внутри Израиля, корень души в нас. Это женская сторона

по отношению к верхним светам Дающего — к Торе, молитве и

заповедям.


Спор Рашби и мудрецов — свет перед душой


В свете сказанного, поймем о споре Рашби и мудрецов, что раби

Шимон считает необходимым в сукке четвертое колесо, Шхину, принцип

«я». По его мнению, мало того, что человек, в общем, учит Тору, молится и исполняет заповеди. Он еще должен найти свою часть, чтобы

стать правильной женской стороной и совершить открытия согласно

корню души, привлекая своими действиями великий свет в мир. Он не

может довольствоваться тем, что в общем виде занимается Торой и

заповедями. В отличие от этого, мудрецы считают, что такое

достижение — невероятно высокая ступень, и лишь праведники могут

познать тайну своей души и ее источник, ее особый путь служения и

долю в Торе и заповедях. Поэтому мудрецы говорят, что нет надобности

в четвертом колесе, или в четвертой стене в сукке — не нужно

пребывать буквально в своем «я», со своей долей в Торе и служении.

Достаточно заниматься ими в общем виде, без своего особого света

души — довольно в сукке и трех стен.

А Рашби следует своему подходу: в Суккот сияет огромный свет, поднимающий Израиль к его высшей ступени — к постижению тайн

души, а значит, и особого пути служения для каждого. Это как раз то, что

мы прежде уже видели, говоря о позиции раби Шимона. Он считает, что

слово «суккот» стоит во множественном числе, поскольку каждому сияет

уникальный свет, а не общий, одинаковый для всех. Это буквально и

есть привлечение света души к каждому человеку, когда высшая

благодать усиливается. Тогда само собой становится ясно, что у него

должна быть своя доля в Торе, как и в молитве, и в заповедях. Ведь

только так раскроется его особый свет со своим неповторимым

оттенком. Это проявление света в каждом отдельном качестве самом по

себе. Здесь заключена большая глубина, но мы изложили эти мысли

вкратце, чтобы не утруждать изучающих. Кто хочет обрести понимание в

этом, пусть займется Сефер а-Гильгулим, где широко объясняется

служение человека в соответствии с корнем души. Б-г удостоит нас

постичь корни наших душ и путь служения, чтобы мы шли прямым путем

и озарились великим светом, освящая имя Творца.


Спор в Зоаре аналогичен спору Рашби и мудрецов


Мы объяснили разногласие Рашби с остальными мудрецами о том, нужна ли четвертая стена. Вопрос состоит в том, включается ли свет

царя Давида в сукку, или только отцы, дающая сторона. Эту идею мы

разобрали несколькими способами. В Зоаре (3,103 б) есть еще один

спор на эту тему. Некоторые говорят, что Авраам приходит в сукку с еще

пятью праведниками, а раби Аба говорит, что с пятью праведниками и

Давидом:


«Приди и смотри, когда человек сидит в этом месте, под

тенью веры, Шхина простирает крылья над ним сверху, и Авраам

с пятью другими праведниками располагают свои обители

вместе с ним. Сказал раби Аба: Авраам с пятью праведниками и с

царем Давидом располагают свои обители с ним, как об этом

написано: «В суккот живите семь дней» — здесь написано «семь

дней», а не «в течение семи дней». Подобно этому написано

(Шмот 31:17): «Ибо шесть дней сделал Б-г небеса...»»


Итак, видим, что по первому мнению Авраам приходите пятью

праведниками, и вместе их оказывается шесть. Эти шесть являются

совокупностью света дающего, мужского начала. Это качества Хесед-

Гвура-Тиферет-Нецах-Год-Есод.

Следовательно,

согласно

этому

взгляду Шхина, седьмое качество, принцип царя Давида, не включается

в сукку. А, по мнению раби Абы, царь Давид тоже находится там.

Доказательство он приводит из Писания: «В суккот живите семь дней».

Здесь не сказано «в течение семи дней», а значит, сами семь дней

должны жить в сукке. Эти семь дней представляют собой семь нижних

качеств, включающих также и свет Шхины — принцип царя Давида.

Можно сказать, что этот спор фактически отражает разногласие между

раби Шимоном и остальными мудрецами о том, включается ли

четвертое колесо в сукку, или же сукка сгодится и без него.


Спор о размере маленькой сукки


Можно также сказать, что этот спор связан с другим спором насчет

сукки. Гмара приводит разногласие по поводу ее минимального размера, и здесь имеются два подхода. Первый утверждает, что сукка требует

площади, по меньшей мере, в шесть на шесть ладоней, так как место, на

котором человек может сидеть, равно этой величине. Второй подход

гласит, что минимальный размер — семь на семь ладоней. Ведь

измеряют не только место, на котором человек сидит; нужно еще

оставить ладонь для края стола, чтобы можно было есть на нем.

Прежде всего, числа эти не произвольны. Спор ведется о том, включается ли седьмое качество в сукку, или же достаточно шести. Это

тот же вопрос о включении в нее царя Давида, и в этом же суть спора о

том, входит ли стол в сукку. Прежде всего, известно, что стол означает

Шхину. Она представляет собой получателя, и на нее «ставят»

благодать — пищу, даваемую свыше.

Получается, что тот, кто говорит о шести, считает, что сукка в

основном — это дающая сторона. Это место, где сидит человек, и нет

нужды включать туда стол, то есть Шхину. А кто говорит о семи ладонях, считает, что и Шхину нужно включить. В этом буквально и заключается

суть стола — это принцип еды, занятие материальными делами.

Настаивающий на размере в семь ладоней считает, что сукка должна

включать еду и питье, то есть Божественность в нашем мире — Шхину.

А по мнению говорящего о шести ладонях, нет надобности включать в

сукку Божественность, проявляющуюся в природе и в еде, но лишь

место человека. Пусть он читает Тору без всяких столов, не вовлекаясь

в мирские дела. Это фактически тот же спор, что и у раби Шимона и

мудрецов, который мы объясняли выше — включать ли четвертое

колесо, святость в нашем мире, Шхину (четвертое и седьмое — это одно

и то же; это Малхут, поднимающаяся над сфирот Нецах-Год-Есод).


Четвертая стена — пробуждение снизу


А теперь объясним с предельной краткостью спор раби Шимона и

мудрецов способом, отличным от всего, что было сказано до сих пор.

Четвертое колесо — это Шхина, а она, как известно, связана с

пробуждением снизу, в отличие от остальных качеств, которые

представляют благодать, идущую сверху. Поэтому можно сказать, что

Рашби разошелся с мудрецами по вопросу о том, имеет ли сукка корень

лишь в благодати, идущей свыше, без инициативы людей внизу (и тогда

она похожа на Песах, обусловленный пробуждением сверху), или же

требуется как раз пробуждение нижних творений, чтобы вызвать

реакцию наверху. Согласно мудрецам, считающим, что достаточно трех

стен, свет Шхины не входит в сукку. Значит, вся она представляет собой

дающую сторону, свет Бины, схах. Это Хесед, Гвура и Тиферет — три

качества мужской стороны. А раби Шимон говорит, что нужно и

четвертое колесо (четвертая стена размером хотя бы с ладонь). На его

взгляд сукка должна быть основана именно на пробуждении снизу, на

Шхине, а не только на свете верхней благодати. В книгах говорится, что

«стена» (ןפוד) — это «два лица» (ןפ וד), когда мужское и женское смотрят

друг на друга лицом к лицу. Это привлечение Шхины к стенам сукки, как

говорит Рашби.


Спор о стенах: объяснение слов «Правая рука обнимает меня»


«Правая рука его обнимает меня» — спор о способе обнимать


Увидев все описанное выше, подойдем к объяснению спора раби

Шимона и мудрецов иным образом — согласно словам святого Ари в

Шаар а-Каванот, где он комментирует мнение мудрецов. Он говорит, что

«две целых и третья с ладонь» — это тайна объятия правой рукой.

Известно, что дни Суккот отражают принцип «Правая рука его обнимает

меня» (Шир а-Ширим 2:6), Хесед, в отличие от дней трепета, о которых

сказано: «Левая рука его у меня под головой» (там же). Ари объясняет, что стены — это свет Святого, благословен Он, обнимающий нас, то

есть Шхину, которая пребывает в сукке. Рука, как известно, состоит из

трех частей, две из которых — длинные (от предплечья до локтя и от

локтя до запястья). Это две целые стены. Третья часть — кисть руки, которая гораздо короче и отражает принцип «Третья с ладонь». Значит, по мнению мудрецов слова «две целые и третья с ладонь» указывают

на обнимание правой рукой, которая и сама состоит из двух больших

частей и ладони. Теперь нужно понять подход раби Шимона бар Йохай.

Глядя на это просто, приходится сказать, что, по его мнению, четвертая

стена — это само тело, которое тоже участвует в объятиях. Если

объятия полностью прижимают обнимающегося, то получается

периметр из трех полных стен — это тело и две длинные части руки, тогда как четвертая размером с ладонь — это кисть руки. Согласно

тому, как Ари объяснил мнение мудрецов, можно сказать, что Рашби

спорит с ними относительно «объятия правой рукой» — включает ли оно

тело или только саму руку. В их разногласии имеется большая глубина, и мы отметим ее предельно кратко.


Рука — посредник, тело — соединение


Прежде всего, известно, что есть разница между рукой и всем

телом. Рука соединяет человека с тем, что снаружи него. Своей рукой он

совершает действия с другими предметами в мире — переносит вещи и

еду, пожимает руку людям, сближается с ними через объятия.

Следовательно, рука призвана соединить человека с ближним. Но тело

— это сам человек, оно не играет роль посредника между одним и

другим. Значит, обнимание рукой выражает соединение между двумя, которые были отделены. Она становится посредником между ними. Они

стояли обособленно друг от друга, но рука охватывает обнимаемого и

связывает его с обнимающим. Если же объятия совершаются с

участием всего тела, это буквально склеивает их обоих, и они

связываются как тело с телом, что означает более сущностную и

глубокую связь.

Рашби спорил с мудрецами о свете сукки, какова сила его

воздействия в единении между Творцом и общиной Израиля. Все

согласны, что в Шмини Ацерет происходит полное соединение Святого, благословен Он, и Шхины. Согласны и в том, что Суккот — это лишь

объятия, а не само единение. Однако, они по-разному видят уровень

этих объятий, то есть какова сила связи Всевышнего с Израилем в

Суккот. В нашем мире Израиль остается далек от Б-га, а свет

праздников призван приблизить к Нему. По мнению мудрецов свет сукки

не соединяет Израиль с Всевышним полностью, поскольку еще

остаются факторы, отдаляющие их друг от друга. Поэтому объятие

совершается рукой, служащей посредником между двумя отдельными

сторонами. Это соответствует тому, что мы видели: по мнению

мудрецов Суккот находится на уровне нашего мира. Многие евреи все

еще остаются на уровне средних, и свет раскрывается только благодаря

всем вместе именно в виде «бе-суккат». Могучий свет еще не может

проявиться в каждом по отдельности, как это произойдет в будущем. А, по мнению Рашби, свет Суккот настолько велик, что соединяет Израиль

с Б-гом, не оставляя никакой дистанции: «Один кдругому приблизятся, и

промежутка не будет меж ними». Это объятия всем телом, а не только

посредством руки — полное слияние, тело, душа, духов. Это намек на

будущий уровень, где Израиль полностью сливается с Б-гом, и все

становятся праведниками и святыми, держатся за Б-га всеми силами. В

Шмини Ацерет добавляется состояние полного единения, когда нетуже

двоих обнимающихся, но видны проблески единства, по принципу «И

станут одной плотью».

Вот почему раби Шимон бар Йохай считает, что нужны три целые

стены и четвертая размером с ладонь. Объятия должны включать и

тело. Пусть это будут совершенные объятия, без всяких посредников.

Он продолжает свой подход, согласно которому «суккот» написано во

множественном числе. Это свет будущего, как мы разбирали выше.


Совершаются ли объятия только сХеседом

или также с Рахамим


Объясним еще одним способом, включается ли тело в объятия.

Известно, что правая рука олицетворяет Хесед, а левая — Гвуру, а само

тело — это Тиферет, качество Яакова. Рашби и мудрецы спорят о том, совершаются ли объятия только силой Хеседа, или же к нему

примешиваются и Рахамим (Тиферет). Идея в том, что объятия, как

известно, — это восторг, любовь и наслаждение, к которому не

примешивается сила суда. Хесед имеет полностью белый цвет, и даже в

нашем мире это полная любовь без силы суда. Поэтому все согласны, что объятия совершаются через него, с помощью руки, по принципу

«Правая рука его обнимает меня». А качество милосердия (Рахамим) —

это смешение доброты (Хесед) и суда (Дин), из чего получается истина и

правосудие. Есть разница между Рахамим в нашем мире и Рахамим в

будущем. В нашем мире здесь есть определенная примесь суда, хотя в

целом это качество склоняется к доброте, по принципу «Склоняет к

добру». Поэтому мудрецы считают, что Рахамим (тело) не участвует в

объятиях, но лишь Хесед — правая рука. А раби Шимон считает, что в

праздник Суккот проявления Хеседа усиливаются настолько, что все

качество Рахамим смягчается, и в нем не остается никаких частиц суда.

Поэтому объятия совершенны — в виде Хеседа и Рахамим вместе. Вся

система управления миром склоняется к добру, без проявлений суда.

Мало того, что здесь нет суда левой руки, даже его примеси внутри

Рахамим исчезают, и все превращается в Хесед. Вот почему, согласно

Рашби, объятия включают и тело, чтобы внедрить Рахамим внутрь

совершенного Хеседа и принести безграничное благословение в мир.


Внутренняя суть всех споров: то и другое — слова Б-га живого


Между прочим, стоит отметить слова святого Зоара, который

говорит о разных суккот и объясняет, что вместе они образуют одну

целостность. Мы видим, что бывает сукка с четырьмя стенами, но

некоторые считают, что достаточно двух целых стен и третьей размером

с ладонь. А есть мнение, согласно которому три стены должны быть

целыми, а четвертая — с ладонь. Зоар говорит, что если мы суммируем

все стены всех суккот вместе, то получим девять целых и десятую

размером с ладонь. Ведь у нас есть четыре стены, потом две и еще три

целых, что вместе дает девять (плюс десятая с ладонь). Зоар говорит, что вместе они образуют полноту, поскольку она требует десяти. Это

тайна совершенства верхних качеств. Вот цитата из Зоара (3, 255 б):


«У закрытой Мем есть четыре стенки, как установили: «Две

целые и третья хотя бы с ладонь», а по другому мнению: «Три

целые и четвертая хотя бы с ладонь». Получается две, три и

четыре — вместе девять. Ладонь становится десятой и

восполняет недостаток».


Мы выучили из Зоара нечто глубокое. Все подходы, даже если на

уровне законов они показаны как противоречащие друг другу, на самом

деле, во внутренней сути Торы лишь дополняют друг друга и восходят

вместе к единой структуре, совершенной системе десяти сфирот. Здесь

можно понять глубину внутренней Торы. На уровне аллахи, все мнения

представлены в виде споров и противоречий, потому что на

практическом плане действительно никак невозможно сделать все

сразу. Приходится решать проблему в пользу одного мнения. О таком

говорится: «То и другое — слова Б-га живого, но закон следует дому

Илеля». Иными словами, в законе мы вынуждены склоняться к одному

из мнений. Но во внутренней Торе видны свет и святость всех их: «То и

другое — слова Б-га живого». И не только можно увидеть Божественное

значение каждого мнения, но и то, как вместе они выстраивают единую

целостность. Все мнения — это разные лики одной сукки. Когда

соединяются все алахические подходы, появляется истинное

совершенство — сукка в своем высшем корне, включающем многие

частные аспекты.

Хотя практический закон сводится к одному решению, внутренняя

суть обладает многими светами и оттенками. Духовный мир, о котором

говорит внутренняя часть Торы, — это широкий мир, полный различных

измерений. В нем нет узости нашего мира и его ограничений, из-за

которых невозможно выполнить все варианты, и приходится склоняться

к одному из них. Такая ситуация происходит из-за недостатка нашего

мира, который неспособен вместить эти великие просторы. Но все иначе

во внутреннем мире, о котором говорит тайное учение. Там есть

бесконечное число измерений, и все обретает значение и смысл. Все

вместе сводится к единой сущности. Здесь мы видим, как святой Зоар

объединяет различные подходы в Гмаре, которые расходятся между

собой. И хотя Рашби сам представляет один из подходов Гмары, все

равно в Зоаре они проясняются все, и духовное значение всех их сияет

светом семи дней — драгоценным светом святости.


Рашби в Зоаре объясняет глубину всех подходов в Гмаре


Отсюда мы поймем, что раби Шимон в Гмаре не похож на раби

Шимона в Зоаре (см. предисловие рава Хаима Коэна из Арам-Цовы к его

книге «Мекор Хаим»), Поскольку в Гмаре нужно вынести решение

относительно закона, чтобы вести Израиль в ограниченном мире Асия, в

котором нет места для всех мнений, Рашби занимает одну

определенную позицию, устанавливает закон и спорит с мудрецами. Но

в Зоаре, как мы видим, он объясняет духовную глубину буквально всех.

Он объяснил на глубоком уровне мнение мудрецов с их толкованием

слова «бе-суккат». Он сказал, что это «день, идущий со всеми днями», как мы видели выше. Он также разбирает смысл всех подходов, касающихся стен. И все это потому, что внутренняя Тора — душа всего.

В Зоаре Рашби проливает свет на все подходы Гмары, как сказано:

«Учителя Мишны и Гмары все слова свои на тайнах Торы основали».

Это очень удивительные и важные сведения.

Да будет воля, чтобы мы удостоились совершенства высшего света, и чтобы он озарил нас в сукке мира — святой сукке, огражденной со всех

сторон, с раскрытием света Божественной красоты в высшей святости, на горе Цион и над Иерусалимом, с приходом праведного Машиаха и

строительством Храма вскоре, в наши дни. Амен и амен!


СЕДЬМОЙ ДЕНЬ


Малхут – Давид


Простой и тайный

смысл гостей


Семь пастырей


«В суккот живите семь дней»


Особенно наши сердца в Суккот радуют «ушпизин» — святые

«гости» свыше, каждый день входящие в сукку вместе с евреями.

Ежедневно стоим мы у входа в нее и приглашаем их с добрым сердцем:

«Войдите, святые высокие гости, войдите святые высокие отцы, сядьте в

тени веры, в тени Святого, благословен Он». Каждый день мы

призываем гостя, относящегося к этому дню, а вместе с ним и

остальных. Источник этого обычая находится в святом Зоаре и связан с

возвышенным праведником равом Амнуной Сабой. Вот что говорит Зоар

(3, 103 б):


«Как радовался рав Амнуна Саба, входя в сукку. Вставал

внутри у входа и говорил: «Пригласим гостей, накроем стол в их

честь». Потом вставал на ноги, благословлял и говорил: «В

суккот живите семь дней (Ваикра 23:42). Садитесь, высокие

гости, садитесь. Садитесь, гости веры, садитесь». Поднимал

руки и радовался, говоря: «Счастлива участь наша и счастлива

участь всего Израиля, как написано (Дварим 32:9): Ибо удел Б-га

народ Его», и сам садился».


Такое приглашение гостей характерно только для Суккот. Мы не

встречаем подобного обычая в другие праздники. Даже в Песах, хотя

там семь дней аналогичны дням Суккот. Это требует понимания. Но как

бы то ни было, прежде всего, мы поразмыслим немного о сути этих

гостей. Идея приглашения гостей — это огромная благодать, светящая в

каждом из нас в силу душ этих высоких святых — семи пастырей, души

которых высечены на верхней колеснице. Они передают Божественную

благодать душам Израиля. Чтобы понять идею гостей и связать ее с

праздником, скажем прежде о его сути и о том, почему он длится семь

дней. Это, конечно, не случайность.

Корень здесь заключается в семи верхних качествах: Хесед, Гвура, Ти-ферет, Нецах, Год, Есод и Малхут. Это семь проявлений

Божественного света, сияющего в мире. Буквально они называются

«мерами» (мидот), что происходит от слова «отмерять». Великий святой

свет, который превыше границ и мер, входит в ограничение, во время, с

помощью этих качеств, являющихся корнем ограничения126.


126 «После того, как ты узнал это, знай также, что много имен дали им мудрецы Каббалы... их

называли «качествами» (мидот), поскольку они поддерживают все. Это слово означает также «меры», т. е. измерения структуры. Это также качества, действующие в творениях в меру необходимости.

Каждое качество действует в нижних мирах, как положено и в соответствии с силой, данной ему»

(«Дерех Эмуна» раби Меира бен Габая).


Свет Б-га сам по себе возвышается над всеми ограничениями, но

его облачение в семь качеств сокращает его и накладывает границы, чтобы он светил в пределах места и времени. В силу семи этих качеств

возникают семь дней недели, и все времена основаны на цикличности

семерки. Во все обычные дни недели света облачаются во многие

одежды, и святость их скрывается в буднях. Но во время праздника —

Суккот и Песах — будничные одежды снимаются, и эти качества светят

и сияют в мире. Свет семи дней изливается во всем величии, и Израиль

освящается внизу святостью праздника. Вот почему праздничных дней

семь по аналогии с семью качествами. Ведь семь дней Суккот — это

чудесные и могучие лучи света, исходящие от семи верхних качеств (см.

удивительные объяснения в «Талелей Хаим, Ваикра», со стр. 239 и

далее).


Вместилище для верхних качеств


Наши святые предки, столпы мира, удостоились стать вместилищем

для Шхины (Берешит Раба 47:6). Смысл в том, что души Израиля были

высечены из самого света верхних качеств. Душа — это луч света, протягивающийся от них вниз. Она дочь их, родившаяся и

образовавшаяся из них. Естественно, существует святая связь между

душой и верхними качествами. Когда человек тщательно освящает себя

внизу и применяет ко всем своим жизненным путям принципы верхних

качеств, его душа ухватывается и примыкает изо всех сил к одному из

них, и это качество светит ей с большой силой. Таким образом, если

некто приучит себя от всего сердца действовать по принципу Хесед, его

душа будет укоренена и связана с этим верхним качеством, и оно станет

светить ей, передавая огромную благодать святости. В итоге, верхнее

снизойдет к нижнему, Божественный свет станет всадником души, которая будет его колесницей (см. Пардес Римоним, врата 31, гл. 1).

Отметим еще, что деятельность душ в мире важна и велика.

Мудрость Творца постановила, что души Израиля будут раскрывать Его

свет в мирах внизу. Хотя верхние качества светят на вершине ярким

светом, все же, чтобы светить внизу, им нужно облачиться в одежды, сделанные наподобие нижних миров. Ведь верхний свет приходит лишь

в облачениях, относящихся к тому миру, где он проявляется (см.

предисловие Ор а-Хама, комментарий к святому Зоару рава А. Азулая).

Таким образом, основными одеждами для верхних качеств, чтобы

светить в нашем мире, являются души Йзраиля, связанные с

материальным телом. Предназначение Израиля в мире велико — быть

вместилищем Шхины, протягивать верхний свет во всю реальность.

Когда евреи освящают себя, они соединяются с верхней святостью, со

светом верхних качеств, и он передается им в большом изобилии, а

через них светит на землю и ее обитателей. Душа святых Израиля, которые все дни были привязаны к Господу, становится каналом для

передачи большой благодати, света верхних качеств в нижние миры127.


127 «Чистосердечные и высокие праведники знают, что являются каналами жизненной энергии

для всей Вселенной. Они чувствуют волны благодати, спускающейся к ним и через них - в мир. Это

ощущение облачает их смирением и трепетом и приводит к постоянному подъему в сиянии разума и

в личных добродетелях» (Орот а-Кодеш, стр. 156).


Семь пастухов


Семь пастырей — это основы основ народа Израиля. Это

центральные души, удостоившиеся быть запечатленными в верхней

колеснице. Они стали престолами и облачениями для верхних качеств, светящих в мир через них. Авраам стал вместилищем Хесед, и это

качество светит в мир через душу Авраама, как говорит Сефер а-Баир

(191):


««За то, что слушался Авраам Моего голоса, и соблюдал Мои

уставы, заповеди, законы и учения» (Берешит 26:5). Что значит

«уставы»? Сказало качество Хесед: Все дни, пока Авраам был в

мире, мне не приходилось делать мою работу, поскольку Авраам

стоял на моем месте и соблюдал мой устав. Ибо дело мое —

оправдывать мир, и даже тех, кто заслуживает кары, я

оправдываю, да еще и возвращаю их и вкладываю им в сердце

исполнять волю Отца небесного. Все это делал Авраам, как

написано (там же 21:33): «И посадил тамариск в Беэр-Шеве, и

воззвал к имени Б-га, Творца мира»».


Души семи пастухов — это корни душ всего народа Израиля. От них, великих мужей нашего народа, протягивается к нам огромная благодать.

Это духовное слияние между их великими душами и нашими. Свет

верхних мидот светит нам благодаря их помощи. Всему пути жизни на

земле — пути доброты, справедливости и правосудия — мы научились

от нашего отца Авраама. Он наш отец, «скала, из которой мы

высечены», благодаря нему мы получаем благословение и держимся за

верхнее качество Хесед. Свет Хесед свыше, и путь милосердия, пролегающий через добрые поступки, мы получаем в наследство от

Авраама. То же верно в отношении всех семи пастухов: сила и

самоотверженность приходит к нам от Ицхака, Тора — от Моше

Рабейну, праведность — от Йосефа, молитва и избавление — от царя

Давида.

В свете сказанного мы хорошо поймем, что есть глубокая связь

между семью днями праздника и семью гостями. Свет верхних качеств

— это чистая Божественность, свет Ацилут, проявления Всевышнего.

Этот свет приходит в наш мир через облачение, как во время, так и в

души. Как известно, три аспекта для облачения света в миры — это

принципы «мир», «год» и «душа», то есть человек, время и место. Что

касается времени, семь дней праздников — это тонкие и светлые

облачения для верхних качеств, а среди душ такими облачениями

являются семь пастырей. Отсюда становится ясным, почему свет душ

гостей так велик именно в семь дней праздника — подобное встречает

подобное и пробуждается.

Теперь можно вернуться к вопросу, заданному во введении. Из

сказанного видно, что весь принцип семи параллелен этим гостям, так

что и семь дней Песаха тоже, на первый взгляд, должны

соответствовать пастырям — вместилищам верхних качеств. Но мы не

видим особого акцента в Песах, касающегося света гостей. Нужно

понять, почему именно Суккот был посвящен нашим гостям.

Слово «ушпизин» означает «гости», и эти святые ушпизин приходят

к нам в качестве гостей в сукку. Казалось бы, действительно, как раз в

Суккот, когда есть заповедь строить жилище, уместно говорить о гостях.

В отличие от этого, в Песах главные заповеди связаны с пищей —

запрет есть квасное и заповедь вкушать мацу. Здесь нет дома и

жилища, а значит, нет места и для гостей. Но, тем не менее, это

требуется понять глубже: почему мы относимся к нашим святым

предкам, как к гостям? В чем смысл и послание для нас во всем этом?


Что говорит Зоар о гостях


Слова Зоара о гостях


Чтобы глубже понять суть этих гостей, мы должны вернуться к

источнику. Они упоминаются в нескольких местах в святом Зоаре.

Центральное место находится в главе Эмор (3, 103 б). Процитируем в

свободном переводе с небольшими пояснениями:


«В момент, когда человек сидит в этом месте, в тени веры, в сукке, Шхина простирает крылья над ним сверху, и Авраам с

пятью другими праведниками приходят, чтобы жить вместе с

ним. Раби Аба сказал: Авраам, пять праведников, да еще и царь

Давид приходят жить с ним. Об этом сказано: «В суккот живите

семь дней». Написано «семь дней», а не «в семь дней». Значит,

«семь дней» — это семь гостей, которые сами живут в сукке.

Подобно тому, как написано: «Ибо шесть дней сделал Б-г», а не «в

шесть дней» — значит, Он сделал сами эти шесть дней (т. е.

здесь дается не указание на время, чтобы жили в течение семи

дней, а указание на то, кто именно живет в сукке — сами «семь

дней», т. е. семь гостей). И должен человек каждый день

радоваться с сияющим лицом этим гостям, пребывающим с ним.

И сказал раби Аба: Написано: «В суккот живите семь дней», а

далее говорится: «Каждый житель в Израиле пусть живет в

суккот». Сначала «живите» (тешву), а потом «пусть живет»

(ешву). (Казалось бы, все должно быть либо во втором, либо в

третьем лице, почему же один раз говорится так, другой раз —

иначе?) Но в первый раз это говорится самим верхним гостям, к

которым обращается Б-г, говоря им: «Живите». Во второй раз

сказано об обитателях нашего мира, о народе Израиля внизу. К

ним обращаются и говорят, чтобы они жили в сукке. Таким

образом, сначала гости садятся в сукку, как это было в случае с

равом Амнуной Сабой, который, входя в сукку, радовался, вставал

у входа в нее изнутри и говорил: «Пригласим гостей». Далее он

накрывал стол, вставал на ноги, благословлял и говорил: «В

суккот живите семь дней. Садитесь, высокие гости, садитесь; садитесь, гости веры, садитесь». Затем он поднимал руку, радовался и говорил: «Счастлива участь наша, счастлива участь

Израиля, как написано: Ибо удел Б-га — народ Его», и садился.

Далее написано: «Каждый житель в Израиле пусть живет в

суккот» — обращение ко всем обитателям мира. Каждый, у кого

есть удел в народе Израиля и на святой земле, сидит в тени

веры, принимая свет верхних гостей, радуясь этому и будущему

миру. Нужно радовать бедных. Почему? Поскольку доля верхних

гостей, которых человек приглашает, принадлежит беднякам.

Кто сидит в тени веры и приглашает верхних гостей, а сам не

дает им их долю (т. е. долю бедняков), у того все гости встают

из-за стола и говорят (Мишлей 23:6): «Не вкушай хлеб того, у

кого злой глаз». Выходит, что стол он накрыл только для себя, а

не для Святого, благословен Он. О нем сказано (Малахи 2:3): «И

разбросаю экскременты на ваши лица, отходы праздников ваших»

— ваших, а не Моих. Горе тому человеку, когда верхние гости

встают из-за его стола.

И сказал раби Аба: Авраам все свои дни стоял на перекрестке

дорог, приглашая гостей и накрывая для них стол. А теперь

человек приглашает Авраама, всех праведников и царя Давида, а

сам не дает им их долю?! Тогда встает Авраам из-за его стола и

говорит (Бемид-бар 16:26): «Отойдите же от шатров этих

грешников», и все встают вслед за ним. Ицхак говорит (Мишлей

13:25): «Живот грешников пребудет в лишении». Яаков говорит

(там же 23:8): «Хлеб, который ты съел, изрыгнешь». Остальные

праведники говорят (Ишайя 28:8): «Все столы полны рвотой и

испражнениями, нет чистого места». А царь Давид завершает

приговор, как написано (Шмуэль I, 25:38): «И было, спустя десять

дней, Б-г поразил Наваля, и тот умер». Почему? Поскольку Давид

просил у Наваля, чтобы тот впустил его к себе в дом, как гостя, но он не захотел. А этот человек еще хуже, так как приглашает

гостей и не дает им их долю...

Сказал раби Элазар: Тора не заставляет человека делать

больше, чем он может, как сказано (Дварим 16:17): «Каждый по

дару руки своей». И пусть никто не говорит: «Поем, утолю голод

и жажду сначала, а что останется — отдам бедным». Прежде

всего — гости! Если он радует гостей и насыщает их, Святой, благословен Он, радуется с ним, и Авраам говорит о нем (Ишайя

58:14): «Тогда насладишься с Б-гом». Ицхак говорит о нем (там

же 54:17): «Каждое оружие, созданное против тебя, не

сработает». Сказал раби Шимон: Эту фразу сказал царь Давид, поскольку все царские войны были вверены под его руководство. А

Ицхак говорит (Теилим 112:2-3): «Сильным на земле будет

потомство его... имущество и богатство в доме его». Яаков

говорит (Ишайя 58:8): «Тогда пробьется, как заря, свет твой».

Остальные праведники говорят (там же 11): «И поведет тебя Б-г

всегда и насытит...» Царь Давид говорит (там же 54:17): «Каждое

оружие, созданное против тебя, не подействует», поскольку все

войны в мире поручены ему. Счастлива участь человека, удостоившегося всего этого. Счастлива участь праведников в

этом мире и в будущем. О них сказано (там же 60:21): «А народ

Твой — все праведники»».


Принцип «ушпизин» — гостеприимство


Зоар показывает, что эти верхние «ушпизин» всецело связаны с

гостями в нашем мире — бедными и нуждающимися. Зоар учит, что

доля, принадлежащая верхним гостям, — это доля бедных, которых

нужно накормить и порадовать, прежде всего. Это радует верхних

гостей и дает им их духовную долю, заодно возвышая стол человека до

уровня стола Всевышнего. Отсюда мы видим ясный принцип: верхние

ушпизин означают гостеприимство. В самом их названии это отражено; ведь мы могли бы назвать их иначе — например, «семь пастухов», или

«семь свечей светильника», или «семь столпов народа». Но термин

«ушпизин» подразумевает нечто иное — приглашение гостей.

Иногда от избытка чувств и самой идеи гостей свыше, свечения их

великих душ в нашей сукке, мы склонны витать в облаках. Думать, что

главное — духовное постижение и свет души. Мы думаем, как

удостоиться принять наших отцов и святых, сосредоточить все мысли на

духовном соединении с их светом.

А Зоар учит нас, что не в этом суть. Идея «ушпизин», в первую

очередь, означат обычное приглашение гостей — давать пищу и

радость удрученным. Таково желание высших гостей, и в этом доля их.

Наш отец Авраам отказался от общения со Шхиной, чтобы принять трех

людей и накормить их. В этом и состоит весь принцип ушпизин —

взгляды обращены не к высоким постижениям, а к тому, чтобы

порадовать сердца страждущих. Вся радость и счастье этих гостей

заключены в этом, и потому они приходят в сукку потомков во всей

своей славе, чтобы радоваться гостеприимству. Из Зоара видно, что они

как бы приходят, стимулируя гостеприимство, словно говоря: «Если

дашь бедным, получишь приз — мы будем твоими гостями и

благословим тебя». Цель их прихода словно состоит в том, чтобы

создать нам мотивацию искать гостей и нищих. Поэтому они приходят, когда их приглашают, и ждут, пока не увидят, что человек радует бедных

и нуждающихся. Если же так не делает, они уходят в гневе и обиде, как

от того, кто пригласил гостей и не дал им поесть.

В этом состоит основа и корень ушпизин, и все великие слова, сказанные на эту тему по поводу постижений и большого света, затрагивают

лишь

результат,

а

главное

—

это

простое

гостеприимство128.


128 Заодно отметим, что есть два движения души в том, что касается духовного постижения.

Более известное движение - это соединение человека с верхом, попытка прильнуть к верхнему свету

и укорениться в нем, желая духовного постижения. Менее известное, но главное - движение вниз, к

миру и нуждам людей. Идея в том, что человек устроен наподобие верхних качеств. И когда он ведет

себя в согласии с ними, возникает смешивание и внутреннее единство между ним и ими, и он

получает от них огромную благодать. То есть не надо вперять взор, например, к верхнему свету

Хесед и силе Авраама. Вместо этого лучше смотреть на тех, кто нуждается, давать им материальную

пищу и радовать их. Благодаря этому он сам собой придет в соответствие и объединится с верхним

качеством. Нижнее уподобляется верхнему, и тогда верхнее само нисходит к нижнему и соединяется

с ним. Есть несколько принципиальных различий между этими движениями вверх и вниз. Во-первых, при движении вверх человек является получающим, он ищет духовных постижений. В отличие от

этого, при движении вниз человек - дающий, он отдает другим. Состояние того, кто дает, несравненно

выше того, кто получает. Он также защищен от разной грязи, которая может прилипнуть к

получающему, поскольку тот погружен в мысли о себе, а следовательно, может впасть в гордыню, зависть и т. д. Но с дающим этого не происходит, так как он занимается другими. Во-вторых, при

движении вверх свет не проходит от человека вниз, к тем, кто в нем нуждается. Человек становится

дном в привлечении света. Но совсем иначе у того, чье лицо обращено вниз, - он протягивает

благодать к тем, кто под ним. Высшие небеса оказываются связанными с низинами земными, а

раскрытие Божественности становится больше и величественнее. В-третьих, когда лицо человека

обращено кверху, он сосредоточен на самом духовном постижении, а значит, оно сокращается в

соответствии с его качествами. Его разум становится облачением для этого постижения, поскольку

оно оказывается осознано им. Но у того, чье лицо обращено книзу, весь разум и постижение

сконцентрированы на материальных делах - на том, чтобы давать и дарить другим. Его разум не

занимается постижением. Оно приходит к нему как бы само собой посредством верхних уровней.

Ведь верхние нисходят к нижним, когда те готовы и достойны этого. Получается, что постижение и

святость нисходят на человека в том состоянии, когда его лицо направлено вниз, а свет идет сам

собой. Это великое и удивительное постижение, которое не сокращается в меру ограничений

человеческого разума. На практике, когда лицо устремлено кверху, человек занят привлечением

света, когда книзу - он оставляет это привлечение на роль верхних уровней. Это, конечно же, несравненно большая ступень, поскольку главный свет приходит из верхних миров, а на человека

возлагается работа по подготовке сосудов. Эти идеи - принципиальные и глубокие. Да просветит Б-г

наши глаза.


Увидев все это, вернемся к вопросу: почему приглашение гостей так

выделяется именно в Суккот и не встречается в остальные праздники?

И святой Зоар особенно подчеркивает прием гостей в Суккот, из чего

видно, что это связано с самой сутью сукки. Нужно понять, почему Зоар

решил отвести гостям такое центральное место в заповеди сукки. Верно, что гостеприимство — великая и важная заповедь, но, на первый взгляд, она отдельно, и заповедь сукки — отдельно. Каждая из них свята и

возвышенна сама по себе. Мы хотим сказать, что тот факт, что

гостеприимство — великая заповедь, еще не значит, что нужно

связывать ее с сутью сукки. У заповеди тфилин, например, есть своя

ценность, несмотря на отсутствие связи с гостеприимством. Так, казалось бы, должны быть и у сукки собственные суть и ценность, без

всякой связи с приглашением гостей. И хотя человек, конечно, может

пригласить их туда, чтобы исполнить эту драгоценную заповедь, все

равно сама суть сукки — это нечто отдельное, как и в случае с тфилин.

Отсюда вопрос: почему святой Зоар отводит столь центральное место

приему гостей и идее «ушпизин», так что кажется, будто это сама суть

заповеди и вся ее святость?


Глубина буквального смысла Писания

открывается через его тайный смысл


Видно, что Зоар учит идею ушпизин через уточнение в Писании: «В

суккот живите семь дней. Каждый житель в Израиле пусть живет в

суккот». Делаются два уточнения: во-первых, почему сказано «семь

дней», а не «в течение семи дней». Отсюда делают вывод, что сами

семь дней живут в сукке, а они означают гостей — семь «верхних дней».

Во-вторых, обращают внимание на различие между словами «в суккот

живите» и «каждый житель в Израиле пусть живет». Кажется, будто

разговор ведется во втором лице с какими-то субъектами, и им

заповедуется жить в сукке. К тому же, им говорят и о других и дают

заповедь, чтобы и те жили в сукке. Отсюда Зоар уточняет, что начало

этой фразы намекает на верхних гостей, а затем говорится обо всем

народе Израиля.

Таков метод святого Зоара в изучении: он тщательно отмечает

детали в тексте Писания и объясняет их согласно внутренним

принципам. В качестве отступления отметим, что внимание к деталям

прослеживается в Зоаре. Он задает вопросы, возражает, отвечает и

углубляется в буквальный смысл слов. Но благодаря внутреннему миру

понятий, все термины, упоминаемые в Торе, получают интерпретацию

согласно их верхнему корню. Мы видим это здесь на «семи днях», которые Зоар объясняет согласно внутренней сути этого понятия. Кто не

вошел во врата внутренней части Торы, тот подумает, что это всего

лишь гипотеза, но на самом деле это вовсе не так. Дело в том, что у

всех терминов и слов, которыми пользуется Тора, есть внутренние

глубокие уровни смысла. Всем ясно, что человек — это не просто тело и

черты характера. В нем есть еще и душа, и другие великие, но скрытые

измерения, являющиеся неотъемлемой частью его сущности. Тоже

самое верно для всех вещей в мире и для всего, что встречается в Торе

(см. Зоар 3, 152 а, с объяснением в книге Тиферет Исраэль, гл. 13).

Например, понятие «день» включает очень глубокие уровни смысла, и

все они — часть этого понятия. На простом уровне день — это время от

первого луча солнца до появления звезд. А на более глубоких уровнях

открываются дополнительные значения этого понятия, которые

являются его неотъемлемыми частями. Каждый персонаж в Танахе тоже

включает многие уровни. Тот факт, что Зоар толкует эту фразу так, будто Тора заповедует семи дням жить в сукке, исходит из понимания

внутреннего смысла в понятии «семь дней». В действительности, этот

внутренний смысл может даже жить в сукке, чего не скажешь о днях, известных нам со своей внешней стороны, которые не являются

существами и жить в ней неспособны. Их корни — живые субъекты,

духовные сущности, к которым и вправду применима идея о проживании

в сукке. Но это происходит неощутимо для наших чувств, не так, как в

случае с телом, которое сидит в сукке, но более абстрактно и духовно, наподобие света присутствия и пребывания. Как бы то ни было, такое

проживание для них вполне возможно, и в отношении них уместно

истолковать, что Тора заповедует им жить в сукке.

Отсюда мы поймем глубокий принцип в святом Зоаре и во всей

Торе. Способность вывести что-либо через уточнение слов Торы

происходит из разворачивания их внутренних смыслов. Примером

может служить использование мужского и женского рода в Танахе.

Иногда к мужскому субъекту обращаются в женском роде или наоборот.

Можно встретить слово «девушка» (הרענ) написанным был буквы Гей

или обращение к Б-гу в женском роде: «Что не может (תלכי) Б-г»

(Бемидбар 14:16), как об этом говорили мудрецы (Брахот32 а). Все это

непонятно на простом уровне, но проясняется через тайный смысл (см.

Маарехета-Элокут, гл. 8). Это подобно тому, как если бы некто говорил с

товарищем, обращаясь к нему в женском роде. А тот не понимает, почему с ним так разговаривают. Если бы он расширил взгляд на самого

себя, включая в самоопределение Нешаму и Нефеш, то понял бы, что

друг обращается к его Нешаме и, естественно, использует женский род, поскольку это женская часть души. Упомянутая особенность в том, как

Зоар учит текст Писания, является важным принципом, о котором

стоило бы сказать больше. Благодаря этому открылись бы врата света, чтобы обрести понимание в глубинах Торы, в ее намеках и тайнах, и

способность делать выводы из ее выражений и слов. Отсюда станет

очевидной истинность тайного учения. Все толкования текста в святом

Зоаре доказывают, как тысяча свидетелей, что по-на-стоящему Тору не

понять без разумения тайн и проникновения во внутренние уровни

понятий и терминов, которые она использует. Здесь не место развивать

эту тему, но, если будет на то воля Б-га, мы поговорим об этом в другом

месте.


Ушпизин в глубине текста Писания ֿ


Суть праздника Суккот — давать другим


Вернемся к нашей теме. Мы видим, что святой Зоар выводит из

текста Торы идею ушпизин, а значит, приходится сказать, что это нечто

важное и сущностное в заповеди сукки, обладающее вовсе не

второстепенным значением. Нельзя сказать, что приглашение гостей —

это лишь дополнение к самой сукке; поскольку эта заповедь создает дом

и жилище, само собой, человек может выполнить еще и заповедь

гостеприимства, и поэтому от него требуют сделать это. Из Зоара видно

иное: приглашение гостей — это принципиальный и сущностный момент

в заповеди сукки. Оно затрагивает само ее содержание. Нужно понять, почему гостеприимство связано с сутью сукки.

Попробуем, с Б-жьей помощью, немного поразмышлять о сути

праздника Суккот, благодаря чему сумеем понять и сукку и то, как она

связана с приемом гостей. Если обратим внимание на святость этого

праздника, то убедимся, что главное, что подчеркивает Тора в этой

заповеди, — это сбор урожая: «Когда будешь собирать то, что выросло у

тебя на поле» (Шмот 23:16). Из Торы видно, что главное в празднике

Суккот связано со временем года, когда человек собирает результаты

трудов своих с поля, а благословение Б-жье нисходит на плоды и

урожай. В этот момент приходит Тора и учит, что нужно радоваться

перед Б-гом (это долго объяснялось в первом разделе). И в чем же суть

этой радости? Вот что говорит Тора (Дварим 16:13-17):


«Праздник Суккот совершай у себя семь дней, когда уберешь с

гумна твоего и из давильни твоей. И веселись в праздник твой, ты и сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и раба твоя, и левит, и

пришелец, и сирота, и вдова во вратах твоих. Семь дней празднуй

Б-гу Всесильному твоему, на месте, которое изберет Б-г, ибо

благословит тебя Б-г Всесильный твой, во всех произведениях и

во всяком деле рук твоих, и будешь ты только веселиться. Три

раза в году да предстанут у тебя все мужчины пред Б-гом

Всесильным твоим, на место, которое Он изберет: в праздник

Мацот, и в праздник Шавуот, и в праздник Суккот. Но пусть не

предстают пред лицом Б-га с пустыми руками, — каждый (пусть

принесет) по дару своей руки, по благословению Б-га Всесильного

твоего, какое Он дал тебе».


Тора велит человеку устраивать праздник во время сбора урожая и

учит, что суть его — радость перед Б-гом и благодарность Ему за

благословение, посланное на урожай и плоды всех трудов. В этих

фразах Тора представляет содержание праздника, которое, как она

учит, прежде всего, признание, что все благословение пришло от Б-га.

Поэтому и радость от изобилия должна быть вместе с Б-гом — в том

месте, которое Он выберет. Эта радость становится благодарностью

Ему за Его доброту и милосердие. Тогда эта радость сама собой

поднимется на уровень «радости перед Б-гом», подобно радости детей

вместе с их отцом после того, как он дал им хорошие подарки.

Несомненно, все это изобилие — выражение горячей любви Б-га к нам.

Следовательно, радость должна занять подобающее ей место и стать

радостью любящих, семейной радостью Б-га и народа Его, Израиля.

В дополнение к этому содержанию, Тора добавляет здесь и другой

важный принцип, который является неотъемлемой частью праздника и

появляется также и в других местах: «И веселись в праздник твой, ты и

сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и раба твоя, и левит, и пришелец, и

сирота, и вдова во вратах твоих». В радости должны принимать участие

бедные — раб и рабыня, левит, у которого нет доли и наследия в

материальном мире, пришелец, сирота и вдова. Нужно радовать сердце

обездоленных и приносить им свет. Обратим внимание, что эта фраза

идет первой еще до того места, где говорится о радости и

благодарности за благословение Б-жье. Тора заповедует, прежде всего, праздновать и радоваться вместе с нуждающимися. Это сущностное и

коренное определение праздника — радоваться вместе с теми, кто

лишено.

На первый взгляд кажется, что главная заповедь в праздник —

чтобы человек поднялся к Храму Б-жьему и там радовался и благодарил

Его. А Всевышний к этому добавляет: сделай это вместе с бедными, ибо

у них ничего нет. Тогда главное в заповеди — это паломничество и

благодарность Б-гу, а в качестве придатка к этому — радовать

обездоленных. Однако, из текста Писания видно совсем иное. На

первое место Тора ставит радость обездоленных и лишь после этого —

благодарность Б-гу. Не исключено, что можно сказать, что две эти части

— это цель и способ ее достижения, при том что цель устанавливается

сначала. Иными словами, подъем к Храму и благодарность Б-гу — это

лишь средство для цели, чтобы открыть сердце, давать и дарить

нуждающимся. Несомненно, те, кто признает, что все даровано ему от

Б-га, сам будет давать другим. Ведь он отдает не свое, а Б-жье.

Кажется, Б-гу важно, чтобы человек признал, что все это изобилие не

принадлежит ему, а даровано Творцом, однако, это не является целью.

Главная цель — в том, чтобы бедные радовались и получали

удовольствие. Поэтому человеку заповедано помнить, что все от Б-га, чтобы благодаря этому он достиг желаемой цели — стал давать

бедным. Всевышнему наша благодарность не нужна. Не для Него мы

приходим и восхваляем, а для нас самих — чтобы наша душа

улучшалась и очищалась, отбрасывала гордыню от успехов, которые

человек приписывает себе, и смиренно признавала свое место и свою

обязанность самой быть доброй и дающей, как высший Податель, кормящий весь мир в Своей доброте. «Прославиться Твоей хвалой», —

произносим мы, когда восхваляем Б-га. Признание величия Творца

нацелено на то, чтобы мы стали подобны Ему. Как Он милосерден, так и

мы будем милосердными и добрыми.

Тора ставит подаяние бедным во главу и лишь затем — радость

перед Б-гом. Сначала намечают цель, а потом ведут по пути к ее

достижению. Радуй бедных и делай это через признание, что все от Б-

га. Это откроет тебе сердце, чтобы давать и дарить то, что принадлежит

Ему.

Следовательно, главная суть праздника Суккот — это даяние тому, кому не хватает. Такова цель Торы и суть причастности человека к

Творцу. Ведь в чем состоит способ примкнуть к Нему? Надо следовать

Его путями: как Он милосердный и жалостливый, так и ты будь

милосердным и жалостливым (Ие-рушалми, ПеаЗ:1). Давая другим, как

это делает Он, ты поднимешься и подключишься к Нему в сильном

единении. Ведь подобные соединяются друг с другом неразрывной

связью.


Сукка — орудие для реализации сути праздника


Отсюда мы сделаем удивительное открытие. Суть праздника Суккот

—давать нуждающимся. В особенности в Суккот, когда человек получил

благословение и изобилие урожая и имущества, и амбары его полны

добра, Тора заповедует ему «дать от хлеба своего нищему». Если

такова суть этого праздника, тогда это точно подходящее время, чтобы

сделать себе дом, сукку. Почему? Поскольку тогда можно будет

пригласить гостей! Ведь невозможно давать другим, как следует, если у

тебя нет места, куда соберутся нуждающиеся. А когда есть дом, ты

сможешь накрыть красивый стол и постелить скатерти, петь песни, и

благодаря этому к тебе соберутся гости, отдохнут от дневного труда, омоются от пыли дорожной, усядутся на подушки и одеяла, оденут

шелковые одежды и вкусят лакомств. А ты радуйся празднику, излучай

светлица, и этим ты дашь им еще больше. Кто улыбается другим, тот

возвращает покой душам несчастных. Затем пусть заночуют у тебя, исполняя главную заповедь сукки — сон. И так ты будешь совершенен в

заповеди дарования блага другим. Не ограничивайся тем, что даешь им

несколько шекелей, встречая на улице, но «бедняков скитающихся веди

домой» (Ишайя 58:7).

Мы хотим сказать, что заповедь сукки действительно служит идее

всего праздника — приему гостей. Причина утверждения такого

принципа лежит в понимании того, что сукка непременно служит

выражением общей сути всего праздника. Следовательно, если эта

общая суть — давать нуждающимся, значит, становится ясно, что и

сукка призвана для этого. Это очевидно для здравого разума: сукка —

наилучшее средство, чтобы давать бедным и обездоленным.

Всему этому мы учимся у нашего отца Авраама. Он посадил в Беэр

Шеве тамариск — дерево, дающее тень, чтобы там могли отдохнуть

уставшие. Так он мог собрать их под тенью, посадить на покрывала и

накормить лакомствами. Таков был путь Авраама, и у него мы учимся.

Значит, сукка — это и есть дерево, посаженное Авраамом, чтобы было

место для приглашения гостей. Это не просто намек или абстрактная

идея. Так объясняют Мидраши мудрецов. Они связывают сукку и дерево

Авраама (Мидраш Раба, Бемидбар 14:2):


«Об Аврааме написано: «И облокотились под деревом»

(Берешит 18:4) — он сделал им сукку, а Святой, благословен Он, сделал суккот для Своих детей после их исхода из Египта: «Ибо в

шалашах поселил Я сынов Израиля...» (Ваикра 23:43)».


Мы видим прямым текстом, что суть сукки — это дерево Авраама!

Мудрецы еще учат, что в этом же состояла цель шалашей (суккот), которые Б-г сделал для Израиля в пустыне. Это доказывает то, что мы

хотели сказать: заповедь сукки — инструмент для реализации идеи

всего праздника, то есть гостеприимства.

Итак, из Торы доказывается, что суть праздника Суккот —

гостеприимство, а у мудрецов видно прямым текстом, что в этом же

состоит суть сукки, каку Авраама, — сделать дом, куда можно будет

привести пришельца, сироту и вдову, исполнив этим заповедь

наилучшим образом.


Ушпизин в Зоаре — глубина буквального смысла


В связи со сказанным, мы сможем понять, что идея ушпизин, изложенная в Зоаре (а там видно, что это нечто центральное для

праздника Суккот), действительно коренится в буквальном смысле

Писания, в самой сути сукки в том виде, как она проясняется согласно

сути всего праздника. Эти верхние гости, занимающие центральное

место в святом Зоаре, являются не посторонней идеей на уровне

буквального смысла, а как раз самой глубиной его содержания. Суккот

— это праздник милости: «И веселись в праздник твой, ты и сын твой, и

дочь твоя, и раб твой, и раба твоя, и левит, и пришелец, и сирота, и

вдова во вратах твоих». Облака славы — тоже свет милости, как

объясняется в книгах к словам «И облако Б-жье над ними днем»

(Бемидбар 10:34), и говорится: «Днем заповедует Б-г милость Свою»

(Теилим 42:9; см. выше в разделе «в суккат или в суккот»). Значит, сукка

имеет корень в милости (Хесед) — это приготовление места для гостей.

Следовательно, ушпизин — главное в ней, сама ее цель.


Почему гостей приглашаю именно в Суккот


Продолжим разбирать буквальный смысл текста и поймем, почему

гостей нужно приглашать именно в Суккот. Как мы уже видели, праздники в Торе соответствуют временам года и согласуются с

этапами роста урожая. Песах — это цветение, Шавуот — первые плоды, Суккот — сбор урожая. Первые этапы связаны с изначальным

состоянием урожая, когда у человека еще нет его в большом

количестве, готовом для распределения. Именно «праздник сбора

урожая» — это время, когда человек благословлен изобилием

выросшего. Он собирает плоды трудов своих с поля, а значит, именно

тогда уместно указать ему, чтобы поделился с другими, дать бедным и

обездоленным из того, чем благословил его Б-г. В Песах и Шавуот у

него есть не так уж много, что можно было бы дать — он находится

среди жатвы и ухода за растениями. Именно в Суккот, при сборе

выросшего с поля и перемещении в дом, богатство благословения

пребывает во всей своей силе. Поэтому Тора заповедует человеку

дарить нуждающимся и радоваться вместе с ними.

В связи с этим, можно объяснить мнение тех, кто полагает, что

праздник Суккот имеет корень в сфире Хесед. Они считают, что Суккот

соответствует Хеседу, Песах — Гвуре, Шавуот — Тиферету. Суккот —

это время милости, когда можно «дать от своего хлеба нищему». В

свете этого становится ясно, что именно поэтому Суккот является

праздником совершенной радости: «И веселись в праздниктвой, ты и

сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и раба твоя, и левит, и пришелец, и

сирота, и вдова во вратах твоих... и будешь ты только веселиться».

Почему ты будешь переживать только огромную радость? Поскольку ты

творишь добро и радуешь других. Нет большей радости, чем дарить и

радовать, чем вовлечь как можно больше людей в свою радость.

Израиль — святой народ, и источник его жизни и счастья не зависит от

личных доходов, которые ничего не приносят страждущим. Радость

Израиля — это милость, доброта сердца и дарование. Это богатство

переживания жизни, приходящее от соединения со святой целью, с

праведностью; это свет лица и дарование в духовном и в материальном.


«Каждый житель»


Итак, мы увидели, насколько идея ушпизин является сутью сукки.

Поэтому Зоар выучивает ее из самого текста Писания, где дается эта

заповедь: «В суккот живите семь дней, каждый житель в Израиле пусть

живет в суккот». Сначала «живите, семь дней» — это верхние гости, а

затем «каждый житель пусть живет» — все сыны Израиля. Гмара (Сукка

27 б) толкует лишнюю букву Гей в словах «каждый житель» (חרזאה לכ), как призванную добавить геров. Значит, и они обязаны жить в сукке. Но

можно открыть здесь еще один смысл и сказать, что «добавление

геров» значит, что человек должен принимать у себя геров —

«пришельцев», то есть тех, у кого нет своей территории и сукки.

Особенно это касается настоящих геров, о которых сказано, что они

пришли укрыться в тени Шхины, в тени Всемогущего, — их очень важно

приглашать в сукку. Сам их вход туда указывает на принадлежность к

народу Израиля. Ведь Шхина — это сукка, которая укрывает детей

своих. Нужно приближать геров, показывая им, что и они тоже часть

еврейского народа. Вот почему Тора добавляет геров в сукку, подчеркивая важность этого дела. Отметим также, что из слов «каждый

житель в Израиле» мудрецы учат (Сукка 27 б), что все евреи достойны

сидеть в одной сукке. Возможно, это связано со сказанным выше: пусть

все гостят в одной сукке в качестве ушпизин.


«Нету нее ничего своего» — дом для гостей


Дом для гостей


Во всем сказанном мы имели в виду, что сукка — это дом, куда

можно пригласить гостей. Прием гостей — это цель, а сукка — средство

для этого. Пусть человек не думает, что сукка — это цель, ну а раз уж

появилось место, то можно и гостей пригласить. Все наоборот: цель

строительства сукки состоит в приеме гостей. Авраам тоже посадил

тамариск для приема гостей. Этому есть доказательства и на уровне

тайного смысла: Малхут называется «домом» и принимает в себя все

верхние света. О ней сказано: «Нету нее ничего своего». Вся ее суть —

лишь сосуд, чтобы привлечь благодать с высот. Сокровищницы

изобилия — это «шесть концов», то есть шесть верхних сфирот от

Хеседа до Есода. Но чтобы излить благословение на миры, приходит

Малхут, становясь вместилищем для этой благодати и ее проводником

вниз. В этом смысле, главная суть Малхут связана не с ней самой. У нее

самой ничего нет, и вся она — лишь пустое пространство (см. Шаарей

Ора в конце раздела «В суккот живите семь дней») для получения

внутрь себя изобилия свыше.


«Нет у нее ничего своего»


Малхут — это внутренняя суть народа Израиля, его душа и миссия.

У Израиля тоже нет ничего своего. Наиболее глубокое и внутреннее

ощущение еврейского народа — это чувство самоустранения: «У меня

нет ничего, и вся моя суть — только в проведении Б-жьего света в мир».

Мы хотим сказать, что тот факт, что суть Израиля представляет собой

пустой сосуд, указывает на две особенности. Во-первых, мы не

являемся источником благодати, а все, что у нас есть, принимается

свыше, от благословения Б-жьего. Во-вторых, пустой сосуд, вместилище, предназначено для других — чтобы все могли насладиться

этой благодатью. Осознание того, что «у меня нет ничего своего», не

сводится к ощущению себя получателем, не думая в заблуждении о

себе, как об источнике. Оно касается самой сути жизни — у нас нет

собственной жизни, само наше существование обусловлено не нами.

Мы сотворены, чтобы служить Г-споду, нашему Отцу и Создателю. А вся

наша суть в мире — делать добро этому миру, светить и проводить

благословение всем. Пустой сосуд получает добро и передает его

другим. Приходящее к нему благословение предназначено не только

ему — оно должно быть даровано всему миру. «Желание быть добрым

ко всем... это внутреннее ядро души Израиля. Это ее наследие, полученное от отцов» (Орот, стр. 139).

Народ Израиля подобен надежному человеку, берущему деньги у

богатых, чтобы распределить бедным. Он должен помнить две вещи.

Во-первых, источник денег не у него, сам он ничего не имеет, а все, что

получает, идет от других. Во-вторых, деньги предназначены не для него, а для бедных. Он не дает ничего своего и ничего не оставляет у себя в

руках. Он должен быть пустым сосудом, по-настоящему чувствовать

себя ничем. Кто считает, что благодать исходит не от него, но все-таки

оставляет часть у себя, тот еще не достиг предела на уровне «нет

ничего своего». Цель этого уровня — полное самоустранение. Если же

кто-то оставляет себе, этим он превращает себя в нечто значимое. На

более глубоком уровне, мы имеем в виду, что характеристика Малхут

«Нет у нее ничего своего» касается не только благодати, которая дается

ей — она не от нее, а от верхних качеств — но и самой ее сути. Ее сосуд

— действительно нуль и ничто. Это ощущение «ничто» выражается в

том, что она ничего у себя не оставляет, а все, что есть в ее руках, передает получающим от нее.

Следует знать, что это наибольшая высота и огромный уровень. Кто

достигает его, счастью того нет предела. Верно и истинно, что нет более

глубокого наслаждения, чем дарование другим — быть передающим

сосудом. Чем чище человек от эгоистических ощущений и концентрации

на себе, тем больше запечатлевается в нем сила отдачи, и он

становится могучим средством для привлечения благословения. Нужно

понимать, что счастье, радость и удовольствие у каждого происходят от

его пребывания в том месте, которое наиболее естественно для него и

подходит ему по его сути. Следовательно, кто происходит от качества

Малхут, у того счастье возрастет по мере его приближения к состоянию

«нет у него ничего своего». И чем больше он соединен с этой

добродетелью, тем сильнее будет соединен с собственной сущностью, и

счастье и радость его возрастут. Поэтому ощущение своей пустоты, самоустранения, отодвигание собственной жизни в сторону и

напряжение всех сил, чтобы всецело заниматься совершением добра

для других, — это самые приятные качества, приносящие огромное

счастье всем, кто относится к Малхут (а это качество Израиля). Чувство

богатства жизни и ее смысла приходит именно во время желания, когда

щедрость сердца растет и расширяется, так что человек полностью

отказывается от себя ради общества, «ради братьев моих и ближних», ради Храма Б-жьего и Циона. Нет ничего в мире — материальном и

духовном — что могло бы доставить человеку такое счастье, как

глубокий и внутренний отказ от себя ради других. Это наша внутренняя

сущность, и поэтому она приносит нам богатство жизни и силу больше, чем все остальное.


До последней капли крови


Пока человек погружен в желание получать, даже если оно

духовное, и даже если это требуется, чтобы он мог отдавать потом, это

все еще не является настоящим достижением его сущности. Здесь еще

отсутствует прекрасный вкус святости Малхут, нет внутренней

вибрации, идущей по всем частям тела в тот момент, когда свет святой

воли проявляется в нем, чтобы отдавать и отказываться от себя ради

других, когда глубокая внутренняя щедрость пробивается из самой сути

жизни. Пока человек погружен в себя и в мысли о своей частной судьбе, он не поймет этого. На его взгляд, все это сокращает собственное

желание человека.

Но все как раз иначе: эти мысли увеличивают силу жизни, мощь и

могущество святости, радость, ликование и свет лица. Это полное

самоустранение перед Б-гом — признавать не только, что благо

приходит от Него, но и что сама наша сущность, на самом деле, не

наша, а тоже от Него и принадлежит Ему. Она отдается Его воле до

последней капли крови, до последнего вздоха. Мы все отдаем Б-гу, ибо

и сами мы — Его, и умоляем удостоиться отдать всю нашу жизнь Ему, чтобы в каждый момент она была связана и соединена с Ним, чтобы мы

исполняли Его волю с любовью и самоотверженностью все время, пока

живы. И все это не ради награды в будущем мире и не ради имени, как у

прославленных мира сего. Все это — как у ангелов, которые, будучи

сотворены мгновением ранее, произносят песнь и исчезают. Вся

радость их сводится буквально к мгновению, чтобы воспеть и

восхвалить благословенного Б-га. И даже если деяния их не сохранятся

в памяти, награда пребудет с ними, ибо все их желание состоит в

восхвалении Творца. Б-г не лишает награды ни одно творение. Но наши

глаза обращены не к наживе и не к благим плодам святых трудов, а

только к тому, чтобы доставить удовольствие нашему любимому Отцу.

Чтобы соединить Возлюбленных, почтить Отца и Мать — Святого, благословен Он, и общину Израиля, сделать приятное Шхине через ее

Мужа, возвысить луч Израиля до раскрытия царства Его, когда сгинут

злодеи с земли, и благословение вечное снизойдет на дом Израиля.

Следовательно, «нет у нее ничего своего» — это характеристика

Шхины, Малхут. Теперь мы поймем, что это и есть принцип сукки. Цель

сукки связана не с нею самой, что подразумевает, что и заповедь

строить ее, возложенная на человека, дана не ради него. Человек и его

сукка имеют корень в Малхут. «Нету них ничего своего» — они

существуют не для себя. Вся суть сукки — приглашать туда гостей, давать им свет и радость. Так с помощью святости праздника Суккот и

света сукки каждый еврей может возвыситься до точки своей сущности, внутренней чистоты сердца, ощутить глубокую цель жизни, желание

делать добро, оставить эгоистические чувства и заботу о себе и

прильнуть к милосердию и даянию людям. Верно, что это тяжело для

природы нашего тела, для которого сосредоточенность на себе —

словно хлеб насущный. Но в эти святые дни небеса изливают на нас

благословение и помогают каждому, кого подвиг дух, возвыситься к

вершинам чистоты душевной, к внутреннему качеству «нет ничего

своего», где и кроется счастье и радость. Каждый еврей может

почувствовать сладость сердечной доброты, глубину переживания

жизни и ее смысла, когда она направлена в точности на его истинную

сущность — быть добрым и дающим, радующим других с душевным

желанием. Через это мы и сами обретаем святую радость, особенную и

возвышенную — радость в Б-ге, безмерную благодарность за то, что Он

даровал нам огромное изобилие, вследствие чего и мы можем давать

другим.

Да будет воля Его, чтобы мы удостоились очистить наше сердце

внутри, и чтобы свечение святости сукки возвысило нас искать бедных и

нуждающихся, дарить им свое сердце и радовать их. И вскоре обрадует

нас Б-г свыше, давая каждому еврею хороший и благословенный год, святость и великолепие, с приходом Машиаха и строительством Храма

в наши дни. Амен и амен!


ЧЕТЫРЕ ВИДА РАСТЕНИЙ


Тайна «Элуль» и «Лулав»


Сукка и четыре растения


Сукка и четыре растения129


129 Отметим, что эта книга, в основном, занимается изучением заповеди сукки. Если будет на

то воля Б-га, Он удостоит нас подробнее написать о четырех растениях. В них кроются многие

удивительные идеи, которые заключены в подробных законах касательно каждого из них, как это

объясняется в святом Зоаре и во многих других книгах. Как бы то ни было, Б-г помог нам

прикоснуться в двух последних разделах к четырем растениям, буквально в последний момент перед

завершением работы над книгой, так что мы успели вставить их сюда. Это не более, чем

возможность попробовать на вкус кое-что из раздела о четырех растениях. Мы не хотели, чтобы

книга оставалась без внимания к этой заповеди. Однако, подготовка этих разделов делалась

поспешно, и потому мы не успели дополнить их комментариями и ссылками на источники. Если будет

на то воля Б-га, четырем растениям будет уделено много места в отдельной книге.


Первая и главная заповедь праздника Суккот — это заповедь сукки.

В дополнение к ней есть еще одна заповедь в этот праздник — четыре

растения. Существует глубокая связь между суккой и растениями. Об

этом говорится в начале Тикуней Зоар (2 б):


«Об этом птичьем гнезде сказано: «И сукка будет для тени

днем...» (Ишайя 4:6). Это выражение означает «покров», которым

Мать укрывает детей своих. Ее птенцы — это три ветки

мирта, две ветки ивы и лулав. Яйца — это этроги, каждый из

которых должен быть размером с яйцо. О тех, кто отмечен ими, написано: «Не забирай мать у детей» (Дварим 29:6). Три ветки

мирта намекают на трех отцов, две ветки ивы — на двух верных

пророков, а лулав — на «праведника, как пальма расцветающего»

(Теилим 92:13). Этрог же намекает на Шхину, а сукка — на Мать, укрывающую детей. Эти восемь соответствуют имени יהנודהאי, которое численно равно слову «сукка» — ס״ה ו״כ.


Зоар учит, что сама сукка — это Мать, укрывающая детей, а дети ее

— это четыре вида растений. Фактически, сукка олицетворяет принцип

окружающего света, Божественную благодать, приходящую к нам

свыше. В сукке мы попадаем в дом ко Всевышнему. На самом деле

прежде, чем человек что-либо начинает в служении Творцу и в своих

действиях в мире, он должен знать, что это Б-г действует и творит все.

Прежде всего, должно быть признание Его присутствия, провидения, величия и совершенства. В этом идея сукки, которая является великим

домом, куда мы входим. Почти нет заповедей, в которые бы мы входили.

Сукка призвана указать, что мы входим в дом к Всевышнему, а Он

воздействует на нас. Это не мы действуем, а Б-г. Суть сукки — тень, она

указывает на веру и упование, почему и называется «тенью веры».

Значит, мы входим в веру и укрываемся под светом Б-жьим. В этом, на

самом деле, заключается основа всего — прежде любого действия со

стороны человека он должен ввести себя в веру, признать, что все

исходит от Б-га. Пусть укрепит свое сердце в вере в Него, признает свою

зависимость от Него и будет на Него опираться. В этом суть тени — мы

пребываем под Творцом, опираемся и полагаемся на Него.

Тень — это вера, сила окружающего света, пространство, в котором

мы действуем. Все силы наших совершений мы черпаем из веры — из

осознания того, что привлекаем Его свет в мир. Ничего мы не делаем

сами по себе. Это Б-г является корнем всего, а мы только проводим Его

действие вниз, на землю. В этом заключается идея Элуля: «Он сделал

нас, а не мы» (Теилим 100:3). Сукка как раз и выражает то, что «не мы»

ולא ונחנא) — что Б-г действует, и в силу этого мы проводим принцип «мы

Его (мы для Него)» (ולו ונחנא), то есть наше собственное действие130 —

оно от Него и через Его силу, а вовсе не от нас самих.


130 То, как текст написан, относится к письменной Торе, к действию свыше. В Теилим

написано: «Не мы». Но далее приходит традиция чтения этого текста - устная Тора, действие с нашей

стороны. Эти слова читают: «мы Его (Ему)». Смотри разбор на тему преимущества традиции и чтения

в разделе «В суккат - в суккот».


Действие сверху и действие с нашей стороны


Действительно, четыре вида растений — это наши действия, и

потому в них уже видно деление на части. Таково действие человека, а

Б-жий свет окружает извне, и его действие не имеет границ. Это один

свет, неделимый на части. С другой стороны, человек пребывает внутри

ограниченного мира, и действия его тоже совершаются в нем. В этом

принцип числа четыре — оно указывает на пределы и ограничения и

выражает действие человека в нашем мире. Получается, что сукка —

это действие свыше, а четыре вида растений — со стороны человека.

Одно внутри границ, а другое — в безграничном. Из Тикуней Зоар видно, что вся сила этих растений исходит от сукки. Она представляет собой

укрывающую мать, а дети ее — это четыре вида растений. Значит, все

действия человека исходят из высшей силы, от света Б-жьего, изливающегося на нас. В этом и состоит идея Элуля (לולא). Прежде

всего, нужно быть как ничто (אל), что составляет две первые буквы этого

слова. Потом следует стать «Его» ול) — мы делаем, но все исходит от

Него. На это указывают последние две буквы из слова «Элуль» [14].

Следовательно, сукка — это принцип «нет» (אל), то есть самоустранение

человека перед Божественным, перед действием свыше, посредством

веры и упования. Вслед за этим наступает черед «Его» ול) — действия

самого человека, которое тоже связано с Б-гом и приходит от Него.

В действительности суть человека — это шесть сторон, которые, как

известно, являются корнем ограничений, «шесть концов». В этом смысл

букв ו״ל дающих 36. Это шесть концов, каждый из которых включает

остальные. Получается, что ограничение в основном связано с буквами

ו״ל, а безграничное —א״ל . Тогда слово «Элуль» выражает единение

ограниченным с безграничным. Начинается все сверху — с полного

самоустранения перед Б-гом. Таково начало служения в Элуле —

отдаться Б-гу через усиление веры и упования; знать, что Он

существует и присутствует. После этого нужно знать, что Он творит, управляет и делает фактически все. Через это человек превращается в

«ничто» (אל), и затем может подняться на уровень уподобления Б-гу —

иметь бытие, но не отделенное от Б-га, а причастное к Нему, и

проводить Его силу в мир. И в этом выражается принцип «Ему» (ול) —

привлечение света Б-жьего в мир через самоустранение в

Божественности, а не в отдельности. Значит, в работе месяца Элуля

есть две составляющие: первая — это самоустранение перед Б-гом, а

вторая — следование Его путям и уподобление Ему. В этом состоит

принцип «Я — Возлюбленному моему, а Возлюбленный мой ко мне»

(Шира-Ширим 6:3). Движение к самоустранению — это «я к

Возлюбленному»: я двигаюсь к Нему, отменяя себя перед Ним. Вслед за

этим «Возлюбленный мой ко мне» — Он приходит ко мне, входит в мою

жизнь и освещает ее святостью и уподоблением Ему.


Украшение четырех растений — Имя Небес светит в них


Украшение четырех растений


Итак, мы увидели кое-что в соотношении между суккой и четырьмя

растениями. Сукка — свечение свыше, принцип общей веры в Б-га и

причастности к Нему. В силу этого, человек приходит к своим главным

действиям в нашем мире, что выражают четыре растения.

Известно, что эти растения должны быть превосходными, чтобы в

них проявлялись красота и великолепие. Поэтому сухой лулав не

годится для исполнения заповеди. Раши учит этот закон из слов: «Это Б-

г мой и украшу Его» (Шмот 15:2). Он написал об этом в начале главы

«Украденный лулав» (29 б, со слова «сухой»): Причина негодности

сухого лулава в том, что с ним нельзя выполнить «Это Б-г мой и украшу

Его». На самом деле, Гмара требует для заповедей тщательного

украшения (Шаббат 133 б):

«Так именно и учили: «Это Б-г мой, и украшу Его» —

украшайся перед Ним заповедями. Сделай перед Ним красивую

сукку, красивый лулав, красивый шофар, красивый цицит, красивый свиток Торы, и на нем пиши во Имя Его красивыми

чернилами, красивым пером; найми профессионального писца и

обтяни свиток красивым шелком».


Мы видим в Гмаре, что заповеди должны быть тщательно украшены

в силу принципа «Это Б-г мой и украшу Его». Но четыре растения

отличаются от остальных заповедей особым великолепием. Есть

множество законов о красоте этих растений, требующих, чтобы на них

не было никакой грязи и повреждения, чтобы они были цельными и

красивыми, без кривизны и дефекта, без темных пятен и т. д. Ни в одной

другой заповеди мы не видим такой педантичности, как в отношении

четырех растений. Нужно понять причину этого и вообще понять саму

суть красоты — зачем нужно так сильно стремиться к красоте этих

растений?


Имя Небес ложится на растения


В другом месте в трактате Сукка Раши добавляет еще один смысл

для украшения. На листе 36 б (со слов «но для Рава») он пишет, что

причина необходимости украшать — в том, что человек «произносит

Имя Небес над ними». Нужно понять, что Раши имел в виду. Если то, что над растениями читают благословение перед исполнением

заповеди, это непонятно — ведь благословляют на все заповеди перед

их исполнением. Но в других заповедях мы не находим, чтобы они

теряли силу из-за недостатка красоты. Следовательно, никак не

скажешь, что Раши имел в виду благословение. А если так, что же он

хотел сказать, говоря, что Имя Небес над ними, и что в этом причина

украшения? Если поймем это, сумеем понять и глубину принципа «Это

Б-г мой и украшу Его», который является источником для украшения

четырех растений.

Нужно сказать, что идея Имени Небес на четырех растениях очень

глубока. Она связана с раскрытием верхней святости в них. Это

разбирается у Реканати в комментарии к Торе, где он объясняет эти

четыре растения. Мы приводим длинную цитату, поскольку там есть

важные пояснения о четырех растениях, из которых можно лучше

понять принцип «Его мы», отраженный в них (Реканати, Эмор 23:39)131:


131 Вот что он написал перед этим, объясняя разные подходы в отношении верхних корней

четырех растений: «Теперь я подробно объясню тебе смысл этой заповеди. Лулав и прочие растения

образуют число семь: один лулав, один этрог, три ветки мирта и две витки ивы. Но раби Акива

говорил: «Как лулав один и этрог один, так и мирт один, и ива одна». Он имел в виду, что достаточно

намекнуть на каждое качество одним предметом. Ведь Истина и Мир одни, а Нецахим входят в

состав рук. Лулав соответствует Тиферет, потому что подобен позвоночнику. И поскольку он

соответствует дню, сказано, что весь день годится для заповеди лулава. Также сказано, что для него

нет максимального размера, но есть минимальный. Автор Сефер Ецира говорит: «Что касается

предела их, нет им конца». Хребет лулава должен приподниматься над миртом на одну ладонь, так

как мы должны видеть упомянутую среднюю линию и сосредоточиваться на ней. Известно, что листья

лулава расположены друг над другом и друг за другом, и все они висят на его хребте и отходят от

него, что намекает на славу над славой, как написано: «Ибо высокий над высоким стережет» (Коэлет

5:7). Если листья его отделились, он непригоден. Это намекает на то, что все едино и питается от

одного корня. Поэтому лулав держат в правой руке, так как он получает в основном справа. С ним

вместе нужно связывать три ветки мирта, как сказано: «А он стоял между миртами» (Зхария 1:8). Это

намек на тшуву с двумя духовными коронами. Так объяснил раби Эзра. Но некоторые объясняют, что

три мирта намекают на «руки мира» вместе со вторым посредником. Ведь на первого посредника

намекает сам лулав. В соответствии с двумя приведенными подходами мудрецы Каббалы разошлись

в понимании выражения «два и один» - то ли один наверху и два внизу (согласно комментарию

мудреца раби Эзры), то ли два наверху и один внизу (согласно другому комментарию). Две ивы

соответствуют «изучающим Б-га», а связка указывает, что все это едино. Но этрог не связывают с

ними в виду известной тайны, на которую мы намекали ранее. Лулав же находится посередине и над

остальными, как сказано: «Превозносите восседающего на ивах, в Йуд-Гей имя Его» (Теилим 68:5).

Он окружен всеми остальными, как сказано: «Древо жизни посередине сада» (Берешит 2:9). Его

вершины возносятся вверх, и это намекает на то, что он поднимается к первой сфире. Ведь он - глава

пяти последних сфирот и черпает силу от пяти первых. Таков истинный взгляд согласно мнению

большинства мудрецов Каббалы».


«Но некоторые объясняют, что лулав намекает на Основу

мира (Есод), и о нем сказано: «Я как кипарис свежий, от меня

плоды твои будут» (Ошеа 14:9), поскольку оттуда вылетают

души — плоды Израиля. Писание подтверждает такой взгляд, как

сказано: «Праведник как пальма расцветет» (Теилим 92:13).

Согласно их словам, три ветки мирта указывают на трех

верхних отцов. И то, и другое — слова Б-га живого. А этрог

намекает на Шхину, и потому он в левой руке, так как получает

силу оттуда. Он подобен сердцу, как сказано: «И сказал Б-г у Себя

в сердце» (Берешит 8:21). Овощи тоже намекают на это.

Мудрецы говорили (Сукка 35 а): «Дерево, у которого одинаковый

вкус древесины и плода», что указывает на единение... Нужно

приблизить этрог к остальным растениям, чтобы не отделять

его от общей структуры. Тайна эта раскрылась мне во сне в ночь

первого дня праздника Суккот, когда у меня гостил один

ашкеназский хасид по имени рав Ицхак. Я видел во сне, как он

пишет имя буквами Йуд-Гей и отдаляет последнюю Гей от

первых трех букв. Я спросил его: «Что это ты делаешь?» А он

ответил: «Так поступают в наших краях». Я запротестовал и

написал Имя в целости. Я был удивлен этому видению и не

понимал его. На следующий день, когда брали лулав, я увидел, что

он двигал только лулавом и растениями, которые с ним, но без

этрога. Тогда я понял разгадку своего сна. Наши учителя

намекнули на эту тайну в Ваикра Раба (30:9): «Плод

великолепного дерева — это Святой, благословен Он, как

сказано: Слава и великолепие перед Ним (Теилим 96:6). Пальмовые

ветви — это Святой, благословен Он, как сказано: Праведник как

пальма

расцветет

(там

же

92:13).

Ветви

дерева

густолиственного — это Святой, благословен Он, как сказано: А

Он стоит между миртов (Зхария 1:8) (то есть Тиферет между

Хесед и Пахад (Гвура)). Ивы речные — это Святой, благословен

Он, как сказано: Превозносите восседающего на ивах (Теилим

68:5)». Посмотри, как все эти растения намекают на Б-га.

Выражение «речные ивы» (арвей нахаль) некоторые

производят от слова «приятное» (аревут) и «сладкое», а река

указывает на связку жизни, от которой исходит наслаждение. Но

правильным согласно нашим учителям является то, что оно

происходит от слова «смешение» (эрув). Идея в том, что два

этих качества, на которые намекают две ветки ивы, смешиваются с тем качеством, что называется «рекой». И

каждое из них называется рекой, как мы объясним».


Четыре растения — имя Авая


Из слов Реканати мы видим важнейший принцип: эти четыре вида

растений соответствуют четырем буквам имени Авая, и все вместе они

восстанавливают его целостность. Это нечто великое — видеть, как имя

Творца распространяется и проявляется во всех мирах. Это

фундаментальная основа, разбираемая в святых книгах (см. Шаарей

Ора, предисловие): имя Авая — корень всех творений, все от него

зависит, а оно распространяется и дает жизнь всему. Наиболее высокие

святые предметы действительно соединяются с этим именем и

становятся причастны к нему. Мы знаем, что вся Тора — это имена

Всевышнего, и каждый еврей устроен по аналогии с верхними мирами.

Человек восполняет буквы имени Б-га. Они также находятся в составе

его тела, аналогичного десяти сфирот. Есть оно и на лице: глаз

человека — это буква Йуд, ухо — Гей, нос — Вав, рот — Гей.

Получается, что оно дважды присутствует на лице — есть имя Авая с

правой стороны, составленное из правых глаза, уха и ноздри и правой

стороны рта, и есть с левой. Тоже самое верно в отношении

возвышенных и святых вещей, которые служат вместилищем

благословенного имени Авая. У Реканати мы видим, что четыре вида

растений — это вместилище для имени Авая. Все эти виды запечатлены

и высечены в потоке света Творца, который облачился и стал материей.

Соединяя эти растения, мы поистине воссоединяем Его имя. Значит, это

имел в виду Раши, говоря, что человек произносит над ними имя Небес

— оно буквально раскрывается и проявляется в четырех этих видах

растений (см. «Микраэй Кодеш» рава Франка, Суккот 2, объяснение

великолепия растений).


«Каждого, названного именем Моим,

во славу Свою сотворил Я»


Все это объясняется в святом Зоаре (1, 220 б) в связи с четырьмя

видами растений и тем, какой корень они имеют наверху, в имени

Творца:


«А есть среди них те, что держатся за святое имя —

например, лулав, этрог, мирт и ива. Все они держатся за святое

имя наверху, и об этом мы учили, что нужно держать их и

совершить с ними действие, дабы пробудить радость Того, кто

держит их. Об этом мы учили, что словами и делом нужно это

показывать, чтобы пробудить нечто иное, как об этом написано

(Ишайя 43:7): «Каждый, кто назван именем Моим» — пробудить

Мою славу, «сотворил Я» — чтобы совершать единение для

Меня, «образовал» — чтобы совершать действие, «и сделал» —

вызывать силу наверху. Другой смысл: «Каждый, кто назван

именем Моим» — об этом написано (Ваикра 23:40): «Плод

великолепного дерева». «Во славу Свою сотворил Я» — это

пальмовые

ветви,

«образовал»

—

это

ветви

дерева

густолиственного, «и сделал» — это ивы речные».


Видим, что, согласно Зоару, четыре вида растений держатся за имя

Творца, и потому нужно взять их и исполнять ими заповедь. Ведь

благодаря действию заповеди внизу пробуждается верхний корень, то

есть само имя Б-га, и святость протягивается на землю. В этом

заключен важный принцип, что основной способ пробудить верхние

силы — сделать это с помощью нижних, созданных наподобие и по

аналогии с верхними, как сказано: «Каждого, названного именем Моим, во славу Свою сотворил Я». Смысл этой фразы в том, что любая вещь в

мире, на которой наречено имя Б-га, сделана по аналогии с ним.

Человек из народа Израиля сделан по подобию и образу Всесильного, и

четыре вида растений тоже имеют корень в этом Имени, которое

наречено на них. Писание учит нас, что «каждого, названного именем

Моим» — то есть все вещи внизу, сделанные по аналогии с верхними, подобны имени Б-га, — «во славу Свою сотворил Я» — они сотворены

ради славы Его. А что такое Его слава? Это привлечение Его света вниз.

«Слава» (דובכ) происходит от слова «тяжесть» (דבוכ). На арамейский

язык его переводят словом ארקי, означающим тяжелую гирю. Иными

словами, «слава» означает отягощение и спуск вниз. Ведь любая

тяжелая вещь обыкновенно падает. Значит, слава указывает на

притягивание света вниз. Это слово призвано сообщить, что все, на чем

наречено имя Б-га, сотворено во славу Его — чтобы притянуть Его свет

вниз. В этом суть четырех видов растений, которые поистине являются

проявлением Божественности в нижнем мире. Они проводят благодать и

свет до самых внешних планов, до растительного уровня, а заодно

включают и неживую природу посредством воды, как ива растет на воде.

Следовательно, растительное и неживое заключены в четырех этих

видах. И распространение святости Творца на эти уровни совершается в

праздник Суккот.

Мы учим отсюда нечто важное: святость четырех растений очень

высока — они раскрывают великий свет. Иерусалимский Талмуд (Сукка

12:2) говорит, что засохший лулав непригоден в силу принципа «Не

мертвые будут славить Б-га» (Теилим 115:17). Отсюда видно, что лулав

фактически славит Б-га. Он считается чем-то живым и святым, раскрывающим свет Творца. Поэтому засохший не годится для

заповеди, ибо в нем не осталось души. Как и в теле без духа живого, сухость выражает уход света. Вот почему нельзя трясти сухим лулавом.

Значит, когда он зеленый и живой, в нем присутствует душа и святость.

Это принцип праведника, оживляющего миры, который, как известно, является корнем лулава, — свет Есод, настоящая сила жизни. Есод

должен быть живым, чтобы пробуждать верхнее единение и соединять

все миры вместе, как сказано: «Ибо все на небе и на земле» (Диврей а-

Ямим I, 29:11), а переводят это: «Который держится за небо и землю».


Секрет украшения — соответствие Божественному


Отсюда мы поймем, почему нужно проявлять такую педантичность к

красоте этих растений. Это не просто внешняя красота — она

проистекает из высокого корня. Они должны быть роскошными, поскольку являются вместилищем Шхины, и на них распространяется

свет Б-га. Вот почему им следует быть красивыми. Отсюда мы поймем

алахический закон, что настоящая красота не зависит оттого, что люди

считают красивым, но лишь от того, что установила Тора. Это не

субъективная внешняя красота, а приведение в соответствие святости, раскрывающейся через эти растения. Тора указывает нам, что

считается красивым, а что — негодным. Этого не могут сделать

человеческие ощущения и вкус. Красота четырех растений — не

материальная и не человеческая. Это Божественное великолепие.


«Это Б-г мой и украшу Его»


«Это Б-г мой и украшу Его»


Как бы то ни было, мы видели, что Раши выучивает закон о красоте

четырех видов растений из слов «Это Б-г мой и украшу Его». Эта фраза

говорит о красоте, которую мы должны придавать вещам, через которые

раскрывается Б-г. Здесь говорится: «Это Б-г мой», то есть свет Его

проявляется в этом предмете, и потому нужно «украсить Его». Значение

этого слова «украшу» (והונא) можно выучить из другого места. В

продолжение Гмары в трактате Шаббат (133 б), который мы приводили

выше, сказано:


«Учили также: «Это Б-г мой и украшу Его» — украшайся

перед Ним заповедями. Сделай перед Ним красивую сукку, красивый лулав, красивый шофар, красивый цицит, красивый

свиток Торы, и на нем пиши во Имя Его красивыми чернилами, красивым пером; найми профессионального писца и обтяни

свиток красивым шелком. Аба Шауль говорит: «И украшу Его» —

будь подобен Ему; как Он жалостлив и милосерден, так и ты будь

жалостлив и милосерден».


Первый мудрец связывает эту фразу с украшением заповедей, а

Аба Шауль связывает с работой человека над собой. Раши так

комментирует слова Абы Шау-ля: «Будь подобен Ему: слово «украшу

Его» (והונא) значит «я и Он» (אוהו ינא). Я сделаю себя таким, как Он, придерживаясь Его путей». Раши учит нас, что слово «украшу» — это

соединение двух слов: «я» и «Он». Вместе они образуют «והונא». Здесь

открывается глубокая идея о том, что нужно взять себя и Его и

соединить вместе, «я» — это человек, а «Он» — Всевышний, и надо по-

настоящему объединить их. Это Раши и объясняет, говоря: «Сделаю

себя таким, как Он, придерживаясь Его путей». В этом заключена идея

приближения к Б-гу, чтобы действительно быть вместе с Ним. Это

«хождение Его путями», и оно приводит человека к тому, чтобы быть

подобным Б-гу, азначит, естественно быть близким кНемуиединымсНим.

Ведь цель следования Его путям — само слияние с Ним. Это и означает

«юти» — я и Он. Мы становимся действительно одним (см. первые

разделы в «Талелей Хаим, Элуль-Тишрей»), Иными словами, благодаря

следованию путями Б-га тело и качества человека становятся подобны

Ему, а душа соединяется со своим Творцом, поскольку она и есть Его

часть свыше. В итоге человек растворяется в Божественности, и в этом

проявляется вершина восхождения — полное самоустранение, приходящее вследствие уподобления человека Б-гу через следование

Его путям.


Великолепие — быть подобным Б-гу


Отсюда мы видим суть понятия «украшение». Оно означает

уподобление Б-гу настолько, что верхнее соединяется с нижним и

становится с ним одним целым. Можно понять, что в этом и суть

украшения применительно к четырем растениям. Поскольку все

заповеди вообще и эти растения в частности сделаны по аналогии с

именем Б-га и являются проведением Его света вниз, то в них должен

проявляться принцип украшения — они должны быть подобны верхним

мирам, чтобы служить вместилищем Шхины. Как человек, благодаря

исправлению своих качеств, становится вместилищем Шхины, верхнего

света, так происходит и с четырьмя растениями. Благодаря их красоте и

великолепию они становятся сосудами, пригодными для привлечения в

них Божественности. В этом смысл слов «украшу Его» — чтобы нижнее

было подобно верхнему. Если в растениях будет дефект — сухость, грязь или ущерб — они уже не смогут стать вместилищем для Шхины,

она не приходит в ущербное место. Поэтому Гмара (Сукка 30 а) сравнивает дефекты в четырех растениях с жертвенным животным, у

которого есть увечье. Принцип того и другого одинаков. Ведь суть

жертвы )ןברק(— это приближение (תוברקתה): нижнее приближается к

верхнему и соединяется с ним. В этом был смысл жертвоприношений —

вернуть нижние существа к их корню и объединить все миры (см.

Талелей Хаим, Ваикра, разделы к первым главам). Когда же есть

увечье, невозможно приблизиться, потому что такое животное далеко от

того, чтобы стать вместилищем для Шхины. В этом и суть негодности

четырех растений, когда в них имеется дефект или сухость и т. д. В этом

случае они не могут приблизиться и примкнуть к верхнему источнику и

корню.

Отметим, что Тосафот (29 б, со слова «лулав») учат закон о красоте

из другого места в Писании, которое говорит об этроге и называет его

«плодом великолепного дерева». Из этого следует, что он должен быть

великолепным. Параллель проводится ко всем четырем растениям, которые приравниваются кэтрогу. Идея великолепия — такая же, как и в

словах «украшу Его». Оно является облачением для верхнего света, как

сказано: «Славой и великолепием оделся Ты» (Теилим 104:1). Значит, великолепие — это нижний уровень, в который облачается верхний

свет. Отсюда ясно, что великолепие означает — быть вместилищем для

Шхины, чтобы верхний свет смог облачиться в него. Великолепный и

красивый плод может стать таким облачением, для которого верхний

свет становится как душа для тела.


Два уровня в украшении


Стоит вернуться к приведенной ранее Гмаре в трактате Шаббат и

выучить из нее еще кое-что глубокое. Напомним, что там говорилось:


«Учили также: «Это Б-г мой и украшу Его» — украшайся

перед Ним заповедями. Сделай перед Ним красивую сукку, красивый лулав, красивый шофар, красивый цицит, красивый

свиток Торы, и на нем пиши во Имя Его красивыми чернилами, красивым пером; найми профессионального писца и обтяни

свиток красивым шелком. Аба Шауль говорит: «И украшу Его» —

будь подобен Ему; как Он жалостлив и милосерден, так и ты будь

жалостлив и милосерден».


Гмара приводит два мнения в отношении того, как толковать эту

фразу. Первое говорит об украшении заповедей, чтобы используемые

для этого предметы были украшены. Второе касается самого человека

— он должен быть красив в своих поступках и качествах, должен

следовать по путям Б-га. Нужно понять, что между двумя этими

объяснениями есть глубокая связь. Дело в том, что человек сотворен, чтобы привлекать свет Б-га во все миры. Он создан в составе тела и

души, и у него есть тяга к верхнему и к нижнему мирам. Своей душой он

держится за высокие вершины, а телом стоит в земных низинах и в

материи, и у него возникает нужда в материи в виде еды и питья. Такое

устройство человека призвано сделать его связующим элементом для

всех миров и привлекающим благодать с вершин до самого низа. Со

стороны своей души, он держится за корень корней на самом верху, и

когда исправляет свое тело, качества и поступки, то душа светит внутри

него. Так он соединяет и связывает верхний свет, за который держится

душа, с нижними мирами, где пребывает тело. Когда человек

утверждает мир между душой и телом, делая последнее вместилищем

для раскрытия первой, то тело оказывается готово к верхнему свету. И

тогда душа светит и проявляется в нем. Через это он соединяет все

миры, поскольку человек сам аналогичен им. Когда он связывает душу с

тел ом, верхние и нижние уровни соединяются, и наступает мир во всей

реальности.

Получается, что главная работа человека направлена на него

самого, чтобы исправить его тело, качества и поступки, и чтобы они

стали облачением для Шхины, для высшей души. И человек становится

по-настоящему единым, душа и тело его светлы и совершенны и

дополняют друг друга. Когда он пребывает в таком состоянии, все

благословляется и получает от него благо. Ведь человек связан со

всеми мирами, и при его подъеме они восходят вместе с ним.


Свет заповеди зависит от исполняющего ее человека


Но человеку недостаточно трудиться над исправлением себя. Вслед

за этим ему еще нужно работать над тем, чтобы исправить весь мир. В

этом суть исполнения заповедей. Это значит, например, когда он берет

четыре вида растений, украшает их — смотрит, чтобы они были целыми

и без дефектов, и исполняет заповедь с намерением сердца и в чистоте, он привлекает благодать и к растительному уровню. Ведь растения

стали частью заповеди и к тому же сделались вместилищем для имени

Б-га, как мы видели выше. Выходит, человек буквально соединяет

внешние миры, растительный уровень, и подключает к верхним мирам.

Он соединяет творения с именем Б-га, что и является действием этих

четырех растений, как говорилось выше. Это еще один аспект служения

человека — работа с мирами. Ведь все действия заповедей связаны с

предметами в нашем мире. Берется материя и освящается, становясь

вместилищем для Шхины. Тфилин и мезуза делаются из животного

материала, четыре вида растений и маца — из растительного, возлияние воды и строительство зданий в стране Израиля — из неживой

материи. Таким образом, человек связывает все и превращает все миры

во вместилище Шхины. В этом кроется секрет благословения, которое

все растительное получает посредством этих четырех видов. Они

являются представителями мира растений, и когда они озарены

Божественным светом, изливающимся на них, то весь растительный

план реальности благословляется и процветает. Благословение Б-жье

— корень всякого изобилия на всех планах реальности. В этом причина

того, что эти четыре растения берут во время праздника, когда в

верхнем суде выносят решение о воде, чтобы благословить урожай и

растения нового года.

Получается, что здесь есть два уровня. Первый и коренной —

работа человека над собой, чтобы сделать себя вместилищем Шхины.

Это работа над личными качествами, поскольку они являются самой

душой человека. Это буквально корень всего. Благодаря этому человек

становится инструментом для проявления Божественности, и душа

светится в нем. Второй уровень — подъем миров. Человек берет

материал из них, очищает его и превращает во вместилище для Шхины.

Это настоящая работа с заповедями. Первая часть касается

возвышения внутренней стороны миров, то есть человека, а вторая —

подъем их внешней стороны, включающей неживое, растительное и

животное царства, а также народы мира.


Подходы в Гмаре — два этапа


Таковы же и два подхода в Гмаре, каждый из которых говорит о

принципе «украшения». Это соединение миров с их источником, когда

совмещаются «я» и «Он», превращая миры во вместилище Шхины и

привлекая душу в их тело. Но первый мудрец говорил о работе над

заповедями — красивый цицит, красивый лулав, красивая сукка. А Аба

Шауль говорил о работе над личными качествами. Его собственные

качества, как известно, были совершенны, как просеянная мука, как

повествует Гмара в трактате Бейца (29 а). Он проверял объем масла, чтобы не было ни малейшего сомнения в присвоении чужого имущества.

Таковы два уровня, на первом из которых человек работает над собой и

своими качествами (о чем говорил Аба Шауль), а на втором — над

заповедями (о чем говорил первый мудрец).


«И искупит себя» и лишь потом «общину Израиля»


Чтобы человек мог поднять и исправить других, ему прежде нужно

исправить себя. Это видно из порядка служения первосвященника в Йом

Кипур, как сказано: «И искупит себя» (Ваикра 16:6), затем «искупит себя

и свой дом» (там же 11), и лишь потом «искупит себя, свой дом и всю

общину Израиля» (там же 17). Он сначала искупает себя, потом себя

вместе с домом, далее — себя, дом и собратьев-коэнов, и наконец —

всю общину Израиля. Это является нерушимой основой в служении Б-гу.

Суть в том, что исправление других происходит от исправления себя.

Можно уподобить это котлу, из которого вода направляется ко многим

кранам. Если он пуст, то не сможет подать воду другим. Нужно, прежде

всего, подключить себя к главному хранилищу и лишь затем будет

передавать другим. Таким образом, исправление других в основном

совершается через проведение света от своей души к их душам.

Благодаря душе, которая светит в человеке, он способен действовать во

имя исправления других. Значит, в первую очередь он должен исправить

свою душу, чтобы светилась в нем, и лишь потом можно будет

проводить благодать к остальным людям.

Отсюда поймем важный принцип: прежде всего, человек должен

исправить себя, работая над своими качествами, по правилу «Украшу

Его» (והונא), то есть «я и Он» (אוהו ינא) — сделать себя таким, как Он, идти по Его путям. Когда человек исправит себя, и свет его души

засияет в нем, он может подойти к работе над заповедями. Исправлять

внешнюю сторону миров через красивый лулав и т. д.. Проводить свет с

вершины миров через свою душу в тело, а оттуда — к четырем

растениям, которые держит у себя в руке, пока в итоге имя Б-га не

протянется с самого верха до самого низа. Человек станет каналом, буквально соединяющим все, начиная с корня своей души и до

материальных четырех растений, которые держит в руке и которые

стали вместилищем Шхины благодаря своей чистоте и красоте. Но в

любом случае главное — это человек, который ими трясет и притягивает

благодать к этим растениям. Отсюда важный вывод: свет заповеди

главным образом зависит от человека, а не от материального предмета.

Если порочный человек покупает прекраснейший этрог за тысячу

золотых, а другой человек с золотыми качествами берет простой этрог с

рынка, то свет, проявляющийся в этроге у обладателя хороших качеств, будет несравненно ярче. Можно сравнить это с большим краном, сделанным из золота и алмазов, но труба, по которой к нему течет вода, дырявая. Тогда струя из него будет очень слабой. С другой стороны, обычный кран с широкой и прочной трубой выпустит сильную, бьющую

фонтаном струю. Он, несомненно, находится в более выгодном

состоянии, чем дорогой кран без воды. Таким образом, весь свет

заповедей приходит в силу души человека, и в зависимости от степени

его святости, исправления качеств и привлечения света самой его

душой к нему, таким и будет свет, который передастся от него наружу, к

предметам заповедей и в частности к четы рем растениям. Все это

поистине едино — суть человека и его заповеди.


Рав Хаим Виталь на тему соотношения

между качествами и заповедями


Здесь уместно привести важные слова рава Хаима Виталя об

отношении между качествами и заповедями и о том, как первые

являются подготовкой к последним. В этом же состоит принцип того, что

«путь земной» должен предшествовать Торе, а отцы жили раньше Моше

Рабейну. Вот что пишет рав Хаим Виталь (Шаарей Кдуша 1:2, мы

приводим большую выдержку в виду важности и центральной роли этого

в служении Б-гу):


«Качества запечатлены в природе человека в низменной

душе, называемой элементарной, состоящей из четырех свойств

— недвижной, растительной, животной и говорящей. Они также

состоят из добра и зла, и от души этой зависят качества

добрые и дурные, и они престол, и основа, и корень для высшей

разумной души, от которой зависят 613 заповедей Торы, как

упомянуто выше в первых вратах. И поэтому не включены

качества в 613 заповедей, но они являются основной подготовкой

к 613 заповедям, [от которой зависит] их исполнение и

нарушение. Ведь в разумной душе нет сил, чтобы выполнять

заповеди посредством 613 органов тела иначе, как средствами

элементарной души, соединенной с самим телом по принципу

(Ваикра 17:14): «Ибо душа всякой плоти — кровь его, в душе его

она». Поэтому дурные качества гораздо тяжелее, чем сами грехи.

Благодаря этому пойми, что сказали наши учителя (Шаббат

105 б): «Каждый гневающийся словно служит идолам», что

равносильно нарушению всех 613 заповедей. Еще они сказали

(Сота 71): «Тот, в ком есть высокомерие, как безбожник, и

подобает срубить его словно языческое насаждение, и прах его не

встряхивается...», и еще многое. И пойми хорошо, что, будучи

основами, качества не входят в сумму 613 заповедей, зависящих

от разумной души. Значит, человек должен больше остерегаться

дурных качеств, чем даже исполнения повелений и нарушения

запретов, потому что, обладая хорошими качествам, с

легкостью исполнит все заповеди.

Пойми также удивительные вещи, о которых сказали

учителя наши о качествах: скромности и смирение приводят к

святому духу, и на такого человека нисходит Шхина. И сказал

Элияу (Кала Рабатей 85): «Тора открывается лишь тому, кто не

строг в сердце. Даже я раскрываюсь лишь тому, кто не строг в

сердце». Так же сказали наши учителя (Сан-гедрин 81 б): «Кто

окажется в мире грядущем? — Всякий преклоненный и

скромный...», и еще многое. Они не упомянули здесь исполнения

заповедей, но лишь добрые качества. Запомни эти слова, тогда, без сомнения, преуспеешь на пути своем.

Эти четыре телесных элемента — корни, из которых

сформированы 613 частей тела. Так же и духовные четыре

элемента служат основами для всех хороших и плохих качеств, из-за которых исполняются или нарушаются Тора и заповеди —

613, происходящие от четырех букв АВАЯ, как упомянуто выше. А

выполняет их разумная душа, состоящая из четырех духовных

элементов, из которых высечены 613 ее частей. Пойми хорошо, что основа выполнения заповедей заложена в хороших качествах, и наоборот.

Вот в чем суть их. Уже объяснялось, что все созданное

Творцом состоит из добра и зла, одно против другого. Из

четырех телесных элементов, называемых материей, каждый

состоит из добра и зла, откуда приходят силы поддержания или

болезни тела: четыре желчи — белая, зеленая, черная и красная.

Так и в душах, называемых формами, четыре элемента тем же

образом есть добро и зло, и из них проистекает здоровье

элементарной души в человеке, суть хорошие качества, или

заболевания ее, то есть плохие качества, проистекающие от

четырех нечистых скорлуп, что в этой душе. Когда человек

снимает их с себя, облачаются четыре буквы АВАЯ, которые

есть свет, оживляющий элементарную душу, и тогда она и тело

ее становятся колесницей для святости Творца в мире Асия, как

объясняется для разумной души при исполнении ею заповедей.

Запомни и не забудь, что также с помощью занятий Торой на

четырех уровнях ПАРДЕС – простой смысл, намек толкование и

тайна – разумный дух (Руах) человека становится престолом для

имени АВАЯ в мире Ецира. А с помощью мысли и намерения

разумная душа (Нешама) становится престолом для имени АВАЯ

в мире Брия.

Вернемся к объяснению четырех элементов, необходимых для

обретения качеств. Знай, что все плохие качества коренятся в

четырех ступенях элементарной души, со стороны зла и

скорлупы в ней, и поэтому все плохие качества подразделяются

на четыре вида. И вот их классификация.

Из элемента огня проистекает гордость, называемая

«грубостью духа», это элемент наиболее легкий и высокий из

всех. В совокупности с ней идет гнев, потому что гневается

человек из-за гордости, когда не выполняют его желание. Был бы

он принижен духом и признавал бы ущербность свою – не гневался

бы вообще. Получается, что гордость и гнев – одно качество. А

следствия у них три. 1) Строгость в сердце – если бы не

гордость, человек не был бы строг, как разъяснили мы в

отношении гнева. 2) Требование власти и почета, чтобы

возгордиться над людьми. 3) Ненависть к другому за то, что он

выше, что тоже является ответвлением гордости.

Из элемента воздуха проистекает речь, называемая пустыми

разговорами о вещах, в которых нет никакой необходимости ни

для души, ни для тела. Следствия у нее четыре – лесть, ложь, злословие и хвастовство с целью возвеличиться перед людьми.

Из элемента воды исходит страсть к наслаждениям, потому

что вода взращивает все виды наслаждений. Следствия ее два: 1) Вожделение, побуждающее отнять богатство ближнего, или его

жену, или еще что-либо, что есть у него, чтобы наслаждаться

этим. 2) Зависть, когда человек завидует ближнему, у которого

больше денег и так далее, желая наслаждаться этим.

Из элемента земли исходит уныние во всех его видах. У него

есть одно следствие – лень в исполнении Торы и заповеденй из-за

печали от нехватки мирских приобретений, или от страданий, приходящих к человеку. Он не рад доле своей ни в чем, и глаза его

не насыщаются богатством.

Получается, что прародителей всех плохих качеств четыре: 1) гордость и гнев, сопутствующий ей, 2) пустые разговоры, 3) страсть к наслаждениям, 4) уныние. Эти четыре происходят от

четырех скорлуп злого начала в элементарной душе. Им

противостоят четыре позитивные качества, порожденные

четырься видами добра в элементарной душе: 1) скромность –

полное смирение и отдаление от всех видов гнева из-за гордости; 2) молчание как у немого – не открывать рта, кроме как для

занятий Торой и заповедями, или ради поддержания тела, ибо по

необходимости оказать уважение людям; 3) Безразличие ко всем

телесным наслаждениям, необходимым и разрешенным. И 4) Частая радость всему, что выпадает на долю, поскольку все, что

ни делается АШем, - к лучшему. Нужно также поторапливать

себя с большой радостью в служении Г-споду, как написано

(Теилим 119:162): «Радуюсь я слову Твоему, как получивший

великую прибыль». Так сказали наши учителя (Авот 1:15):

«Сделай твою Тору – постоянной, а ремесло – временным».

Получается, что если плохие качества утвердились в

человеке, он уклоняется от исполнения Торы и заповедей. И даже

если исполнит их, то не во имя Небес и с большим трудом. О нем

сказано (Мишлей 11:22): «Золотое кольцо в носу у свиньи», потому что грязь его все еще облачена внутри скорлуп. Как

сказали учителя наши (Йома 75:2): «Удостоился — становится

для него Тора эликсиром жизни; не удостоился — становится

эликсиром смерти». Но когда он преодолеет злое начало и

снимет с себя плохие качества старанием и выполнением Торы и

заповедей, то будет наречен полным праведником, трепещущим

перед Небесами, героем, победившим злое начало. А, когда

укрепится в этом еще больше, так что совершенно избавится

от плохих качеств, душа его вообще не будет стремиться к ним, а добрые качества станут для него естественными, и не

понадобится воевать со злым началом, потому что тело и

элементарная душа очистятся от всякой грубости материи. Как

сказано о Моше (Шмот 3:5): «Сними обувь свою с ног», — и

упомянуто в книге Тикуним (Тикун 31 и Тикун 48), что тогда

облачатся в него четыре буквы АВАЯ, и он станет святым

престолом для колесницы Творца. Такой человек зовется

любящим

Творца

из

любви

и

называется

полностью

благочестивым, совершенным во всех видах совершенства».


«Элуль» и «Лулав» — внутренняя и внешняя стороны миров


Служение в Элуле — качества как «украшения»


Отсюда мы поймем важный принцип: исправление своей души и

качеств должно идти прежде работы над заповедями. В этом состоит

порядок святых дней. Они делятся на две части: первая относится к

служению в месяце Элуль, а вторая — к служению Тишрея. В Элуле

главное — работа человека над собой и исправление качеств

(подробнее в «Талелей Хаим, Элуль-Тишрей», врата месяца Элуль). В

святых книгах объясняется, что суть месяца Элуль — раскрытие

верхнего качества милосердия. Врата тринадцати качеств милосердия

наверху открываются, чтобы оно пришло вниз на землю. А особенности

времени обусловливают служение человека. Он должен принести свет

этих качеств в мир тем, что исправит себя, уподобляясь Творцу. Через

это он привлечет в мир тринадцать качеств милосердия. Ведь оно

раскрывается в основном тогда, когда человек обретает качества, подобные верхним, и через это проводит их свет в мир. Об этом написал

наш учитель рав Моше Кордоверо в книге Томер Двора (конец главы 1):


«До сих пор мы обсуждали тринадцать качеств, благодаря

которым человек становится подобен своему Г-споду. Это

верхние качества милосердия. Их сила в том, что, как человек

будет вести себя внизу, так удостоится открыть для себя

верхнее качество свыше. Как себя поведет, таким и будет

влияние свыше, и такое качество высветит в мире.

Потому да не убегут от глаз разума эти тринадцать

качеств, а фраза из Писания (где они перечислены) пусть не

отходит от твоих уст, чтобы служить напоминанием. И когда

возникнет ситуация, чтобы воспользоваться одним из этих

качеств, вспомни и скажи: «Ведь это зависит от такого-то

качества, а я не хочу отходить от него, чтобы не скрылось и не

ушло из мира»».


Следовательно, работа месяца Элуль связана с качествами —

нужно исправить себя, чтобы стать подобным верхнему миру. В этом

принцип «Украшу Его» согласно Аба Шаулю. Это буквально и есть

Элуль, как сказано: «Я к Возлюбленному моему, а Возлюбленный мой ко

мне» (Шир а-Ширим 6:3) — это сближение между человеком и Б-гом. И

как же он приближается к Б-гу? Ведь Б-г пребывает выше места и

времени! Это сближение совершается благодаря тому, что человек

уподобляется Б-гу, поскольку близость возникает в силу сходства, и

подобные пребывают вместе, как говорит Маараль (см. Тиферет

Исраэль, гл. 9). Получается, что слова «Я к Возлюбленному моему, а

Возлюбленный мой ко мне» исполняются главным образом благодаря

«украшению» (והונא). Это буквально то же самое: мой Возлюбленный —

это «Он» (אוה) из слова «והונא». «Я» и «Он» должны быть вместе. Это и

есть Элуль, и по своему числовому значению он равен слову «והונא» с

дополнительной единицей.


Служение в Суккот — украшение заповедями


В месяце Элуль нет особых практических заповедей, но есть работа

над личными качествами. В отличие от него, в Тишрее главная работа

включает заповеди — здесь трубят в шофар, постятся в Йом Кипур, исполняют заповеди сукки и четырех растений, и каждая из них

представляет отдельную заповедь. Получается много заповедей. Мы

имеем в виду, что после того, как человек поработал над собой, он

подходит в месяце Тишрей к работе по исправлению мира. А дни

трепета — среднее состояние между Элулем и Суккот. В Элуле человек

работает над собой, и у него нет заповедей, исполняемых действиями, а

есть лишь исправление качеств. В Суккот главное — это заповеди, которые он совершает для исправления мира (сукка и четыре растения).

Дни трепета находятся посередине: в них нужно совершить раскаяние за

свои поступки параллельно с исправлением мира через заповеди, исполняемые в это время.

В любом случае, главная работа с заповедями происходит в Суккот.

Этот празд-никявляется исправлением всего мира посредством четырех

растений, выхода из дома в сукку и приношения в жертву быков. Это

действия человека для привлечения света во все миры. Получается, что

работа в Элуле предшествует работе в Суккот, особенно заповеди

четырех растений. Исправляя себя вначале, человек становится

превосходным каналом, полным света и святой жизненной силы.

Благодаря этому он способен привлечь свет и в то, что находится вне

него — в лулав. Как мы видели прежде, человек проводит свет в

предметы заповедей посредством своих души и тела. Отсюда поймем

глубокую идею: свет лулава, в основном, зависит от работы в Элуле. Как

было сказано прежде, свет заповеди зависит от человека, ее

исполняющего. Чистый и светлый человек становится вместилищем для

Шхины и для собственной души, и тогда свет, проходящий через него к

заповедям, — великий и яркий. Следовательно, главная красота

четырех растений зависит от того, насколько украшен сам человек.

Благодаря принципу «Украшу Его» и исправлению качеств человека, он

обретает большую силу, чтобы создать украшение для заповедей, привлекая свет к мирам.


«Элуль», «лулав» и «украшение»


На все это есть намеки в именах. Есть связь между работой в Элуле

и заповедью лулава. Слово «элуль» дает то же число, что и «лулав» с

дополнительной единицей. А «лулав» численно равен словам «украшу

Его». Идея в том, что, прежде всего, нужно быть в состоянии Элуля, поработать над собой. Человек представляет собой букву Апеф, и

Божественный свет — тоже Апеф. Так и соединение человека со своим

источником обозначается через Алеф. В этом тайна слова «Я» (יכונא) в

десяти речениях, данных Б-гом человеку, — это его соединение с

Творцом. А буква Бет — это внешние миры, «В начале (תישארב) сотворил Б-г небо и землю». Эта фраза, говорящая о сотворении мира, начинается с Бет. Но человек (םדא), представляющий «я» (יכונא).

начинается с Алеф. Бет означает «дом» (תיב) — это место проживания

для человека. Выходит, что на него самого намекает Алеф, а на миры —

Бет. Алеф — это внутренняя суть миров, то есть живущий в них человек, а Бет — их внешняя сторона, то есть все, что образует для него

жилище. В этом и состоит различие между «Элулем» и «лулавом».

Первое — это работа человека над собой и своими качествами. А

второе — это привлечение света в миры (Бет), через исполнение

заповедей. Оба они равны слову «והונא» по числовому значению суммы

букв. Получается, что оба мнения в

Гмаре, говорящие о соединении миров и Божественности через

заповеди, и соединение человека с Б-гом через качества, представляют

собой духовную работу в категориях «элуль» и «лулав».


Красивый этрог — в заслугу красоты души


Отсюда понимающие догадаются, что красота этрога и лулава, которые пошлет Всевышний человеку, зависят от его работы в Элуле.

Чем он прекраснее сам, со своими качествами и чертам характера —

когда не будет в нем ни сухости, ни дефекта, ни черных точек в виде

пороков и чуждых вожделений — тем чище и красивее будет его этрог, свеже и живее лулав, прямее и правильней. Все признаки красоты в

четырех растениях должны переводиться в духовную работу. Нужно

позаботиться о том, чтобы качества были прямыми, без какой-либо

кривизны, как требует закон от лулава. Этрог должен быть целым, без

дефектов (что означало бы гордыню). Ведь кто гордится, у того есть

недостаток,

как

говорили

мудрецы:

«Все

лишнее

подобно

недостающему» (Хулин 58 б), «Кто высокомерен, у того порок» (Мегила

29 а). Нужно, чтобы на этроге не было черных точек (грязи) —

посторонних вожделений, которые очерняют человека и загрязняют его, и т. п. Кто чист и тонок в качествах и поступках, у того свет в четырех

растениях будет ярким и сильным. Буквы имени Авая соединятся с его

четырьмя растениями и засияют великим светом в совершенстве, от

вершины неба до низин земли. Поэтому мы прикладываем лулав к

сердцу с любовью и говорим в Ошанот: «Я и Он — спаси, пожалуйста!»

Ведь вся суть лулава и человека — цельность «я и Он». Прежде всего, есть совершенство человека, а вследствие этого совершенство

привлечения света и во внешние миры через лулав. Таким образом, все

соединяется со своим верхним источником — человек и все творение.

«Счастлив народ, у которого есть такое, счастлив народ, у которого

Всесильный Б-г» (Теилим 144:15).

Отсюда поймем, какэтроги праведников после исполнения ими

заповеди служили для исцеления больных и творили чудеса. Из этрога

рава Мордехая Элияу, например, делали варенье, и он исцелял. Это

происходило благодаря праведнику, который держал его. Весь свет от

святости его души, которая светилась от начала дней Элуля, протягивался, пока не раскрывался в великолепном этроге, светящемся

красотой качеств и достоинств праведника. И тогда он приносил

спасение.

Да будет воля, чтобы мы удостоились сделать совершенное

исправление наших душ и всех миров, и да будет великий свет Творца

нисходить на нас в совершенстве — совершенное имя на совершенный

мир, по принципу «Это Б-г мой и украшу Его». Вскоре да вернется Он в

обитель Свою, после строительства Храма жизни нашей и прихода

праведного Машиаха, в наши дни. Амен и амен!


«Поднимусь на пальму»

Подъем этрога с помощью лулава


«Нехорошо быть человеку одному» —

совершенство в недостатке


Вопросы о четырех растениях


В предыдущем разделе мы говорили в общих чертах о четырех

растениях, а в этом подойдем к их соотношениям. Тора говорит (Ваикра

23:40): «И возьмите себе в первый день плод великолепного дерева, нераскрытый пальмовый лист, ветвь дерева густолиственного и речные

ивы, и радуйтесь перед Б-гом Всесильным вашим семь дней». Мы

видим, что этрог упомянут первым, лулав — вторым, мирт — третьим, а

ива — четвертой. С одной стороны, известны слова мудрецов (Ваикра

Раба 30:12) о том, что этрог обозначает того, в ком есть запах и вкус, —

наиболее праведного среди всех; лулав находится на ступень ниже, поскольку в нем нет запаха; у мирта нет вкуса, а ива лишена и того, и

другого. Теперь ясно, почему Тора расположила эти растения именно в

таком порядке. Но, согласно параллели, приведенной в святом Зоаре

(Тикуней Зоар 2 б), порядок должен быть другим. Мирт соответствует

Хеседу, Гвуре и Тиферет, ветки ивы — это Нецах и Год, лулав — Есод, а

этрог — Малхут. Этрог здесь идет последним. Уместен вопрос: почему

различаются порядок растений в Торе и их соответствия верхним

качествам?

Еще можно спросить: если этрог — самый важный, почему мы

благословляем именно на лулав, а все остальные растения называются

в его честь? Ведь мы говорим «...освятил нас заповедями и заповедал

брать лулав». И почему мы держим этрог в левой руке, которая

считается более слабой? Ведь его нужно было бы почтить больше

остальных растений в виду его важности. И почему его не связывают с

остальными растениями? Связка выражает высокий уровень единства.

Почему в него не входит этрог? И почему праведник ассоциируется

именно с лулавом, как сказано: «Праведник как пальма расцветет»

(Теилим 92:13), а не с этрогом?


Этрог — одинаковый вкус древесины и плода


Гмара (Сукка 35 а) выучивает из Писания следующее: «Учили

мудрецы: «Плод великолепного дерева» — дерева, у которого

одинаковый вкус древесины и плода. Остается сказать, что это этрог».

Мудрецы учат нас, что смысл слов «плод дерева» — это приравнивание

плода к древесине, чтобы их вкус был одинаковым. Такое встречается

только у этрога. Все это напоминает грех земли при сотворении мира.

Всевышний хотел сотворить землю так, чтобы она произвела «плодовое

дерево», у которого одинаковый вкус плода и древесины. Но земля

согрешила и вывела «дерево, дающее плод» — вкус плода отличается

от вкуса древесины (Берешит 1:11, Раши). Идея в том, что плод

выражает цель, нечто совершенное и съедобное, а дерево — лишь

средство, факторы, приводящие к цели. Всевышний пожелал, чтобы все

было свято на уровне цели, чтобы во всех поступках людей был свет и

вкус, как в плодах (см. в разделе «В суккат — в суккот», где объясняется

соотношение между средствами и целью в сукке).

У этрога есть корень в понятии «плодового дерева» — в нем есть

проблески того уровня миров, на котором они были до древнего греха, потому значение его столь велико. Чтобы понять этрог и остальные

растения, нужно немного объяснить уровень первого человека до греха.


Первый человек до греха — совершенство без недостатка


Первый человек до греха обладал полным совершенством. А в

состоянии совершенства, когда нет недостатков, словно и не

нуждаешься в других. Ведь моя потребность в других рождается из

моего недостатка, который другой может восполнить. У кого все есть, тот ни в ком не нуждается. Получается, что связь между людьми

рождается из потребности каждого восполнить свой недостаток. Таким

образом, один помогает другому тем, что имеет сам, а у другого нет, и

наоборот. Благодаря этому все объединяются. В отличие от этого, первый человек до греха был единственным и совершенным, и не было

в нем никакого недостатка. На первый взгляд, кажется, что Всевышний

желал, чтобы человек оставался единственным в своем мире, без

потребности в других. Лишь после того, как Он увидел, что нехорошо

человеку одному, Он сотворил ему жену. Так появилась новая

реальность, в которой присутствовали двое, восполняющие недостатки

друг друга.

Отметим, что падение Адама связано с сотворением его жены. В

конечном счете, именно она причина греха. Это указывает на нечто

глубокое в самом ее создании. Пока человек был один, он оставался

совершенным без недостатков. Но едва была сотворена женщина, как

каждый из них стал неполноценным, и благодаря этому они могли

объединиться и восполнить друг друга. Если бы первый человек

оставался в своем совершенстве, ему не нужно было бы соединяться с

женщиной. Именно недостаток дает возможность соединению и

дополнению. Об этом написано: «И взял одно из его ребер» (Берешит

2:22) – это создание недостатка в человеке. У него была взята его часть, и это породило его потребность в женщине. Как говорят мудреци в

начале трактата Кидушин (2 б): «Обыкновение мужчины – искать свою

пропажу». Мужчина ищет свое ребро, а царь Давид сказал: «Ибо я к

ребру готов, и боль моя передо мной всегда» (Теилим 38:18). Он

нуждается в восполнении с помощью ребра, которое суть жена. Значит, чтобы у жены был смысл восполнить мужа, нужно было создать

недостаток в человеке. Тогда появляется необходимость в восполнении

одного благодаря другому. В этом основа супружеских отношений.


«Нехорошо быть человеку одному»


Остается еще понять, зачем это все понадобилось. Причем

написано: «Нехорошо быть человеку одному, сделаю ему помощь

напротив него» (Берешит 2:18). То есть в нем уже был недостаток, еще

до появления женщины, а она была сотворена, чтобы восполнить его.

Это отличается от сказанного нами, что недостаток образовался из-за

создания женщины. Но идея в том, что первый человек действительно

был совершенен во всем. Он был произведением рук Всевышнего, и Он

сотворил его совершенным без недостатков. А принцип «Нехорошо быть

человеку одному» не означает, что он был ущербен сам по себе, и не в

том дело, что ему не хватало жены, что он был одиноким, ищущим себе

дополненя, из-за чего Б-г сотворил ему жену. Не в этом дело. Первый

человек не чувствовал потребности в женщине, так как был

полноценным. И она была соединена с ним спиной к спине, как говорили

мудрецы (Брахот 61 а), то есть была его частью. Он был единственным

и включал полноту всего. В нем уже были мужское и женское начало, а

значит, ни в чем не было нехватки. И прежде, чем женщину отделили от

него, он представлял собой мужчину, соединенного с женщиной, а

единое существо – одного совершенного человека.

В таком случае, чем же нехорошо быть одному? Ответ в том, что

состояние, когда человек не ощущал недостатка, - нехорошее. Быть

полностью совершенным совсем нехорошо. Это способно привести к

гордыне, исходящей из ощущения своего совершенства, так человек

может почувствовать, что и в Б-ге тоже не нуждается. Кто не чувствует, что ему чего-то не хватает, склонен настолько возвеличиться, что

превращает себя в божество. Именно ощутимый недостаток порождает

в человеке истинное соединение с Б-гом и нужду в Нем. Ведь и первый

человек нуждался в Нем, так как это его Творец и Источник. Но трудно

почувствовать нужду и потребность в Б-ге, когда человек совершене без

недостатков. Такое может привести к самому большому недостатку —

отрыву от Б-га и падению в гордыню. Человек словно превращает себя

в божество и в объект поклонения. Об этом сказано: «Нехорошо быть

человеку одному» — плохо, что он совершенен во всем и не имеет

недостатков. Ведь это может нанести ему вред и оторвать от Б-га.

В этом первая проблема совершенства без недостатков. Но есть и

другая — человек-то был сотворен совершенным, а вот все остальное

творение — с недостатками. На человека было возложено восполнить

недостатки в творении. Но тот, у кого нет недостатков, склонен не

понимать, что такое недостаток, и каково страдание от него.

Следовательно, он не поймет недостатки других и не станет

действовать ради их восполнения. Богачи поражены гордыней и не

видят страданий бедных и их лишений. Поэтому не выполняют своей

миссии помогать им. Здесь кроется корень гордыни — эгоизм. Человек

думает лишь о себе и не пробуждается, чтобы увидеть то, чего

недостает другим. Он не ограничивает свое совершенство, чтобы

давать другим и восполнять то, чего им не хватает. Поэтому Всевышний

увидел, что пока человек совершенен, ему «нехорошо» — ничто не

побуждает его творить добро другим, поскольку он не замечает их

недостатков. Вот почему Он решил сделать в человеке недостаток, чтобы через это он почувствовал боль и страдание, каку других, и это

побудило его исправлять ситуацию.

Получается, что главное «нехорошо» — это эгоизм, побуждающий

человека думать лишь о себе, а не о том, чего не хватает другим.

Поэтому Всевышний счел верным сделать человеку недостаток, чтобы

он нуждался в восполнении со стороны. Тогда он постоянно будетжить, исходя из осознания личного недостатка, и так подготовится к

соединению с Б-гом в наиболее совершенной форме. Ктомуже, он будет

понимать, чего не хватает другим, и станет действовать, чтобы

восполнить недостающее.


Сотворение женщины — создание недостатка в человеке


Получается, что мысль о сотворении женщины — это сущностное

изменение в жизни человека в мире. Прежде ее отделения от него он

пребывал в состоянии совершенства, и вовсе не имел недостатка и

нужды в ком-то кроме себя. Поэтому бы один. Впоследствии Б-г решил

изменить суть человека и поместить его в состояние недостатка, чтобы

он не был совершенен сам по себе. Благодаря этому он станет

нуждаться в других — прежде всего, в жене, а за счет этого познает и

потребность в Б-ге и во всех творениях. Все это расширится еще

больше, так что будет много творений, и все будут нуждаться друг в

друге и восполнять друг друга. В этом суть всех потомков, родившихся у

Адама и Хавы. Мир будет принадлежать многим, каждый из которых

неполноценен сам по себе. А через соединение вместе они становятся

совершенными.

Получается, что введение корня неполноценности в первого

человека произошло при сотворении женщины. Он стал ущербен в том, что у него забрали одну из сторон. Отсюда поймем глубокий секрет: этот

недостаток стал корнем греха первого человека. Ведь сам по себе он

грехом еще не является. Он даже может быть чем-то хорошим — Б-г

сотворил неполноценное существо, чтобы оно восполнило себя при

помощи ближних. Но недостаток склонен приводить к греху. Если

человек не восполнит недостающее через соединение с другим, а будет

думать, будто совершенен, и игнорировать свой недостаток, то этот

недостаток разрастется настолько, что ввергнет его в грех. Основа всех

грехов — отсутствие заботы о недостатках людей. Эти недостатки

забрасывают, так что они вырастают и в итоге повергают человека вниз.

Но тот, кто признает свои недостатки и заботится о них, оберегает себя

от падения и все время продвигается вперед. Недостаток заставляет его

двигаться к совершенству, и получается, что он приносит хороший плод

— движение к восполнению132.


132 Корень этого лежит очень глубоко - в тайне совершенства и его обретения, в совершенстве, заключенном в самом недостатке, что вносит также корень ограничения в Бесконечное. Как говорит

раби Азриэль, Бесконечное - это совершенство без недостатков, и потому оно включает в себя также

и силу ограничения. Его слова приводятся во многих книгах. Все эти мысли углубляются и

расширяются в Орот а-Кодеш 2, в разделе о подъеме миров.


Об этом мудрецы говорили: кто проявляет высокомерие, в итоге

падает (Сота 4 б). Ведь гордыня — это игнорирование недостатков, вследствие чего о них не заботятся. Основа гордыни — считать себя

совершенным.

Получается, что создание недостатка — корень для возможности

греха и падения, если о нем не позаботиться. Об этом мудрецы сказали, что с момента создания женщины, Сатан появился вместе с ней

(Берешит Раба 17:6). Иными словами, создание недостатка в человеке

дает место Сатану сбросить его вниз. Человек может выбрать, куда

направить свой недостаток — кверху, к тшуве и исправлению, или вниз, в сторону расширения недостатка и падения в грех. Отсюда понятно, что

корень грехопадения с древом познания в создании недостатка, изъяна.

Поэтому вину за грех Адам возложил на женщину: «Жена, которую Ты

дал мне...» (Берешит 3:12). Возможно, он жалуется не на то, что она

накормила его плодом древа — ведь он мог отказать ей, и в чем здесь

виноват Б-г? Но Адам говорил о корне недостатка — это заставило его

упасть. Он не признал доброту Б-га. Ведь для человека хорошо иметь

недостаток, благодаря этому он поднимется к великим ступеням. Но он

не позаботился о своем недостатке, поэтому упал.

Получается, что корень греха, вызванного змеем, заложен в

недостатке, который появился в человеке, когда у него забрали одно из

частей. В этом смысл «ангела Эсава», который коснулся ноги Яакова.

Это было место, которое отняли у первого человека (а Яаков был его

перевоплощением). Эсав, который сам был змеем, не мог повредить

Яакову, поэтому поразил в место его недостатка — в бедро, которое

тоже «одно из его «ребер»». Вот почему Яаков стал хромым (עלוצ), что

намекает на «ребро» (עלצ), отобранное у него: «А он хромал на ногу»

(Берешит 32:32). Недостаток, из-за которого зло смогло причинить вред

первому человеку, — в том, что змей сделал Яакову.

Отсюда мы учим, что разница для первого человека между

состоянием до отделения от него женщины и после подобна разнице

между тем, что было до греха и после него. Сначала Адам был

совершенен сам по себе и не имел недостатка. Поэтому был один и в

других не нуждался. После отделения женщины и в особенности после

греха у него появился большой недостаток, и он стал нуждаться в

восполнении со стороны других.


Два этапа в создании человека


Теперь зададим центральный вопрос: если Всевышний видел, что

нехорошо человеку быть одному, зачем создал его таким? Ведь Он не

раскаивается в Своих действиях, ибо все открыто Ему изначально.

Значит, Всевышний собирался сотворить человека с самого начала

совершенным и без недостатков, чтобы был один, а затем лишить его

этого и сделать нуждающимся в других. Это первоначальное сотворение

запечатлело в человеке настоящее полное совершенство. Ведь любая

ступень оставляет след, который не исчезает никогда. И уровень

совершенства сохранился у него внутри. Корень человека в

совершенстве и независимости. Хотя он опустился и стал

неполноценным и нуждающимся, прежний уровень все еще имеет к

нему отношение и побуждает его подниматься, пока не вернется к

совершенству и не станет полноценным и без недостатков, как было до

отделения Хавы.

Итак, человек в человеке есть внутренний и внешний аспекты. По

внутренней сути его корень на огромной высоте — внутри у него полное

совершенство, и он не нуждается в других. И в будущем он вернется к

этому состоянию. Но снаружи он неполноценен, и ему требуется

восполнение со стороны других. В силу внутренней сути каждый

чувствует свою важность и ощущает в себе огромное достоинство. Эти

ощущения иногда проявляются в неприглядных качествах, таких как

зависть, когда человек чувствует себя исключительным и самым

важным в мире. Каждый хочет быть царем всего мира и обладать

большой славой. Но эти ощущения исходят из высокого источника — от

первоначального уровня Адама, на котором он был сотворен (Шмоне

Квацим 6:158). Если бы он не был причастен к этому в себе, эти

ощущения не существовали бы в его природе. Осел не мечтает стать

царем, да и бык не стремится обрести великую власть. В их природе это

не заложено. Именно у человека, поскольку он связан с этими высокими

уровнями, они просвечивают в его душе в неправильной форме.

Известно, что во зле кроется очень высокая искра, которая все еще

не может раскрыться в хороших частях человеческой личности. В наше

время мир основан на недостатке каждого индивидуума и его

восполнении другими. Это корень хороших личных качеств, когда один

считается с другим и признает его достоинство. Поэтому след и искры

уровня человеческого совершенства проявляются не в этих качествах, а

именно в пороках — во зле, в частях света, которые еще не пришли к

исправлению. Поэтому они пробиваются и выходят в душе в зловредной

форме (на эту тему смотри в разделе «В суккат — в суккот» о

соотношении между хаосом и исправлением, что расширяет изложенное

здесь).


Этрог и лулав — два уровня в человеке


Этрог — первый человек до отделения


Отсюда мы вернемся кэтрогу. Мудрецы учат нас, что достоинство

этрога в том, что это «плодовое дерево» (Берешит 1:11), то есть он на

уровне до греха, когда все было совершенным. Выражается это в том, что у его древесины вкус, каку плода, — все является целью и

пребывает на высоте, и нет никакого недостатка. Ведь недостаток

состоит в том, чтоудерева нет вкуса плода, значит, оно еще не пришло к

совершенству и нуждается в других. Получается, что в этроге есть

чрезвычайно святая искра — как у человека, созданного совершенным, до отделения от него женщины, что создало в нем недостаток. Слово

«этрог» (גורתא) состоит из первых букв слов «Да не придет ко мне нога

гордая и рука» («Сефер Л икутим» Ари, Теилим 36). Свет гордыни

отражается в этроге, который символизирует великое совершенство

внутри человека, способное привести к гордости. Поэтому нужно

тщательно следить за собой и принижать сердце. Еще на этрог

намекает продолжение той же фразы: «Да не придет ко мне нога гордая, и рука злодеев да не изгонит меня». В этом месте Писания есть двойной

намек на этрог и на гордыню. Есть он и в Мишлей (29:23) в словах:

«Гордыня человека унизит его, а смиренный духом получит славу», первые буквы их образуют слово «этрог». И еще один намек в начале

слов:

«Не

сдвигай

границу

ближнего,

которую

установили

предшественники» (Дварим 19:14). Нарушение границы в душе — это

проявление гордыни.


Лулав — первый человек после отделения


Лулав, с другой стороны, призван выразить уровень первого

человека после отделения от него женщины. В центре его два листа, заканчивающиеся на одной высоте, один против другого. Они

называются «двойняшкой» (תמוית) лу-лава, что происходит от слова

«близнецы» (םימואת), как объясняет Раши (Сукка 32 а, со слова

«двойняшка»). Что же это за близнецы? «Голубка моя, непорочная моя»

(Шир а-Ширим 5:2) — не читай «непорочная» (יתמת), а читай «близнец

мой» (יתמואת) (Шир а-Ширим Раба 5:3). «Сказал я: поднимусь на

пальму» (Шир а-Ширим 7:9). Пальма выражает единение мужчины и

женщины лицом к лицу, как два листа, поднимающиеся вдоль

центрального стебля пальмовой ветви, которая означает Шхину между

ними. «И лица их обращены друг к другу» (Шмот 25:20). Следовательно, лулав — как мужчина напротив женщины, после отделения. А этрог—

только один человек. На это есть намек при сотворении человека в

начале: «И сотворил Всесильный человека, по образу Всесильного

сотворил его» (Берешит 1.21). Слова «сотворил его» (ותא ארב) в

точности равны численно слову «этрог» (גורתא).

Мы и вправду видим, что у лулава есть недостаток. У него нет

запаха, а только вкус фиников. Выходит, в сравнении с этрогом он

ущербный. Это недостаток, который вызывает нужду в других и, следовательно, приводит к соединению с ними. Получается, что в

лулаве кроется тайна единства многих. Ведь то, что приводит к их

объединению, — это недостаток каждого из них, из-за которого он

становится нуждающимся в ближнем. Лулав — то, что связывает и

объединяет, в отличие от этрога, который, будучи совершенным, не

чувствует нужды в связи с кем-либо. Поэтому именно «лулав должен

быть связан» (Сукка 11 б, 30 б) — потребность в соединении.


«Связка пальмовая» — единое, которое включает множество


Благодаря этому мы поймем большой секрет. В Торе написано:

«Плод великолепного дерева, связка пальмовая, ветвь дерева

густолиственного и речные ивы». Об этроге прямо сказано, что это один

«плод». Мирт и ива во множественном числе. Слова «ветвь», «дерево»,

«густолиственное» дают три (Раши к Сукка 34 б, со слова «три»), А что

касается лулава, здесь остается неясность. В Торе написано «капат»

(תפכ), но вместе с огласовкой получается «капот» (תופכ), множественное

число. Гмара (Сукка 34 б) спрашивает, почему не берут два лулава, если сказано «капот». И отвечает, что написано «капат», а это

единственное число. Здесь уместно задать несколько вопросов. Во-пер-

вых, если Тора имела в виду одну ветвь, почему не написать «каф»

(ףכ)? В чем смысл слова «капат»? Кроме того, известно, что учителя

Мишны разошлись во взглядах о том, следовать ли за традицией или за

чтением (там же 6 б). Мы уже говорили об этом подробно в разделе «В

суккат или в суккот», объясняя спор Рашби с другими мудрецами. В

таком случае, почему те, кто считают, что следовать нужно за чтением, как раби Шимон (который толкует «бе-сук-кот» во множественном

числе), здесь не истолкует «капот», чтобы получилось множественное?

Тосафот (32 а, со слова «капат») действительно задают этот вопрос, но

остаются в затруднении.

Мы хотим здесь, по милости Б-га, открыть нечто глубокое и

прекрасное. В разделе «В суккат» мы видели, что Зоар рассуждает об

этом слове и выясняет, что оно является промежуточным между

единственным и множественным числом. Когда их много, они

называются «суккот», когда одна — «сукка», тогда как слово «суккат»

означает одно, включающее в себя много. Тоже самое видно в

комментариях рава Моше Закуто к Зоару в том месте (его слова

приводились выше). Также и слово «йомам» служит промежуточным

между множеством («ямим» — дни) и единством («йом» — день). В

свете всего этого мы хотим сказать, что и здесь «капат» — это некая

промежуточная форма, единое, включающее в себя множество. Это

полноценное соединение между многими, которые связываются и

превращаются в одно — в точности, как мы видели в слове «суккат» в

том разделе. И все это действительно имеет корень в образовании

лулава, то есть в отделении Хавы от Адама. В тот момент исчезло

совершенство единого, и появилось множество, части которого

соединяются и дополняют друг друга. Получается, что вся суть лулава

— это связь и соединение между всеми. Вот почему все мудрецы

толкуют слово «капот» как единственное число, а не множественное.

Будь оно множественным, не было бы в нем силы соединять.


Лулав — между этрогом и остальными растениями


Лулав — среднее звено между этрогом и остальными растениями.

Этрог единственный и совершенный, а другие виды представляют

множество. Лулав посередине: с одной стороны, в нем есть проблески

света совершенства, а с другой — недостаток, создающий множество.

Таким образом, свет совершенства вливает в него силу объединять

всех. Единство происходит в силу соединения с совершенством. Оно

побуждает отдельные части объединиться, чтобы раскрыться в них.

Только общая душа, в которой присутствует свет совершенства, способна связать все отделенное. В этом тайна праведника, который

соответствует лулаву. В нем есть настоящий свет единства и

совершенства. Так было в райском саду до греха, во время создания

Адама и Хавы по принципу лулава. Значит, внутри у него есть связь с

уровнем этрога — полным совершенством и единством. Но есть и

недостаток, поэтому он нуждается в других и не держится отдельно, подобно этрогу, а стремится изо всех сил связаться с остальными, чтобы достичь совершенства. Лулав хорошо знает, что не обладает

совершенством, и чтобы его достичь, все должно объединиться.

Получается, что он движется к совершенству этрога, но с помощью

стремления к объединению. Это отличает его от этрога, который не

ощущает потребности в других ради своего совершенства, и поэтому

ничто не приводит его к поиску соединения. В сказанном кроется

большая глубина.

В этом смысл слова «капат», среднем между одним и многими —

этрогом и остальными растениями. Это сила объединяет их. Такая

особенность возникает у лулава, потому что он тяготеет к двум уровням

— к совершенству единого и к недостатку многих. Вот почему есть у него

способность объединить всех и двигать их вверх, в сторону единства.

При движении лулава остальные растения, связанные с ним, тоже

поднимаются. Гмару теперь можно понять удивительно ясно согласно

самой сути предмета. Все мудрецы толкуют это слово как «капат», а не

«капот». Раби Шимон делал также со словом «суккат» в том месте, где

внутренняя суть лучше согласовывалась именно с такой формой, а не с

«суккот» (как мы приводили в том разделе в связи с суккой, построенной

под суккой).


Действие «следа» от совершенства этрога


Отсюда мы учим, что лулав — это создание после этрога. Это

переход от единственного человека к мужчине и женщине, а значит, и к

миру многих, объединяющихся вместе. В этом различие между лулавом

и этрогом. Получается, что в этроге есть огромный свет, но он все еще

не может раскрыться, поскольку «нехорошо быть человеку одному»

(Берешит 2:18). Именно этот свет подталкивает вернуться к

исправлению и совершенству. Без света этрога мы были бы склонны

думать, что непричастны к полному совершенству, и потому каждый

останется на своем месте со своим недостатком, без соединения с кем-

либо еще и без желания исправить это. Но что за сила побуждает людей

исправлять недостатки? Это внутреннее впечатление о совершенстве и

его возможности для них. Поэтому они отвергают недостатки и хотят

достичь совершенства. Это впечатление — сила этрога. Она возвещает

и говорит нам, что мы, на самом деле, принадлежим миру

совершенства, где нет никакого недостатка. Этрог — это сила, побуждающая нас восстать против недостатков и востребовать

совершенства. А здесь уже проявляется действие лулава. Души, относящиеся к принципу лулава, возвещают, что совершенство не

придет к каждому поодиночке. Оно наступит лишь тогда, когда каждый

признает свой недостаток и объединится с другими. Мы живем не в

«райском саду этрога», где каждый совершенен сам по себе. Мы

находимся в мире недостатков, и чтобы обрести совершенство, нам

нужны другие люди. Это великий урок, которому учит лулав.


Лулав — исправление «вкуса» этрога


Суть падения этрога — в ощущении вкуса


Углубимся немного в суть лулава: как он призван дополнить этрог?

Как сказано выше, состояние «нехорошо быть человеку одному» — это

проблема этрога. Это гордыня, когда человек проявляет высокомерие и

превращает себя в божество. Вторая проблема, связанная с опасностью

гордыни в этроге, — игнорирование нехватки чего-то у других людей. У

кого нет никаких недостатков, кто вполне совершенен, не может понять, что такое несовершенство, и какую боль оно причиняет. Само собой, он

отвернется от недостатка у других людей и отрешится от них. Поэтому

Всевышний решил: если человек совершенный, ему «нехорошо» —

ничто не побуждает его творить добро другим, поскольку он не сознает

того, что им не хватает. Вот почему Творец решил создать в человеке

недостаток. Чтобы благодаря этому, человек почувствовал боль и

страдание, связанные с ними у других, и это побудило его помогать им.

В этом принцип «праведника» в лулаве. Вся суть его — давать другим, а

это

качество

приходит

вследствие

признания

собственного

несовершенства.

Итак, главное «нехорошо» заключено в эгоизме, который заставляет

человека думать лишь о себе, а не о проблемах других. Так становится

понятной еще более глубокая идея. Мудрецы учат, что в этроге есть

вкус и запах. Но между ними имеется большое различие. Запахом

многие могут наслаждаться одновременно, а от вкуса получает

удовольствие лишь один человек. Если я ем и вкушаю, другие не

чувствуют этого, но красивый вид, приятная музыка или благоухание

доставляют удовольствие сразу многим. Получается, что вкус —

ощущение, в котором может проявиться эгоизм. Вкус — это корень

осязания, с которым связаны основные вожделения и падения. Поэтому

первому человеку было запрещено есть от древа познания, а не

смотреть на него или обонять его. Значит, главная проблема этрога — в

его вкусе, а не в запахе, поскольку вкус — корень эгоизма и гордыни.


Лулав — исправление вкуса


Именно это должен исправить лулав. У него нет запаха, зато есть

вкус. Однако, можно спросить: ведь в самом лулаве (пальмовом листе, ветви) вкуса нет, а есть он только в финиках; почему же тогда нам

заповедано брать лист, а не финик? Это затрагивает глубокую идею: все

используемые в Суккот растения — это ветви, и лишь этрог является

плодом. Древний грех, в основном, касался древесины, которая не

получила вкус плода. Сам же плод указывает на ту часть, которая не

пострадала от греха. Поэтому и исправление должно касаться дерева, а

не плода. Один лишь этрог является плодом, поскольку его духовный

корень на уровне до греха, как мы видели прежде, комментируя слова

«плод великолепного дерева» — у него одинаковый вкус древесины и

плодов. Остальные же растения — это ветви, призванные исправить

древний грех. Вот почему берется не финик, а пальмовая ветвь (лулав), указывающая на необходимость исправления.


«Горечь» становится «фиником»


Пальмовые ветви призваны исправить чувство вкуса. Мы учим это

из того, что произошло после рассечения Тростникового моря в Маре, как написано в Торе (Шмот 15:23-27):


«И пришли в Мару, и не могли пить воду из Мары, потому что

горькая она. Поэтому и назвали ее Марой. И стал жаловаться

народ на Моше, говоря: что пить будем? И возопил к Б-гу, и

указал ему Б-г дерево, и бросил в воду, и стала сладкой вода. Там

Он дал ему закон и правосудие, и там испытывал его. И сказал: если слушаться будешь голоса Б-га Всесильного твоего и

правильно поступать в Его глазах, и будешь прислушиваться к

заповедям Его и соблюдать законы Его, то всякую болезнь, какую

навел Я на Египет, не наведу на тебя, ибо Я Б-г целитель твой. И

пришли в Эйлим, а там двенадцать источников воды и семьдесят

пальм, и расположились там у воды».


Евреи пришли в Мару, но вода там была горькой. Выражение «в

Мару» (התרמ) состоит из тех же букв, что и «финик» (הרמת). Эта глава

заканчивается их прибытием в Эйлим, где были источники воды и

семьдесят финиковых пальм. В Торе нет лишних слов. Какой смысл

описывать нам воду и перечислять пальмы, да еще их ровно семьдесят?

Здесь кроется глубина исправления греха первого человека. В святых

книгах объясняется, что суть исправления древа познания сводится к

превращению зла в добро. Это выражается в том, что горькое

становится сладким (см. Зоар 1,4 а). Смысл в том, что грех первого

человека, в основном, касался вкуса, а в нем кроется эгоизм. Хороший

вкус становится плохим из-за вожделения. Как сказано: «И умалил Ты

его (человека) немного перед Всесильным» (Теилим 8:6). «Вкус» (םעט) привел к недостатку, и получилось «умаление» (טעמ). Исправление

греха с древом познания добра и зла, в основном, связано с

исправлением вкуса. Плохой вкус — это горечь, а хороший — сладость.

Само слово «горький» (רמ) означает зло, оно численно равно слову

«Амалек» (קלמע), указывающему на змея. Его исправление лежит в

превращении горького в сладкое. В этом сила «Мордехая» (יכד-רמ), который очищает и делает сладкой горечь. Он совершает это с

помощью «יכד», что указывает на очищение, чистую воду.


Исправление горечи — через соединение


Итак, главное — исправление горечи. Тора говорит об этом, что

евреи пришли в Мару — пришли к горечи, к вкусу, который испортился

из-за греха первого человека. Поэтому горечь исправили, бросив дерево

в воду. Ведь дерево — стало горьким. Вкус плода остался хорошим, но

древесина стала горькой и не обрела плодового вкуса. А тут древесина, в которой заключен дефект, оказывается силой, делающей воду

сладкой. Идея в том, что в дереве появился недостаток—хорошего

вкуса. Но именно этот недостаток стал его достоинством, благодаря ему

оно обрело смирение и осознало необходимость соединиться с другими

ради восполнения, вследствие чего вернулось к совершенству. В этом

смысл слов «И бросил в воду» — здесь возникло соединение двух

сущностей, обладающих недостатками: горькой воды и горького дерева, лишенного вкуса плода. И поскольку, у обоих был один недостаток, нужно было восполнить одно с помощью другого. Благодаря

соединению они дали друг другу то, чего не доставало, и пришли к

истинной сладости133.


133 В этом месте Писания также имеется намек на святое имя, оно образуется из первых букв

слов: «В воду, и стала сладкой вода». Из них получается название сфиры Даат (הוהא), намекающее

на соединение.


Так именно дефект стал силой исправления. Это был личный

недостаток, и если бы его носитель оставался один, так бы и пребывал

со своим увечьем. Именно указание соединить все и есть настоящее

исправление. Только посредством объединения с другими можно придти

к совершенству. Но плод, совершенный и лишенный недостатков, не

нуждается в других и поэтому не объединяется с ними.

Секрет исправления дефекта и недостатка — в объединении. Оно

исправляет вкус. Проблема втом, что дефект ощущается только самим

вкушающим, а не другими. Соединение исправляет корень этой

проблемы, и «малое» (טעמ) превращается в «насаждение» (עטמ), по

принципу «Насаждение Б-га для красоты» (Ишайя 61:3). Это сказано об

Израиле, который становится посадками — множеством деревьев, соединяющихся вместе и дающих красоту (רעפ). Тогда все

исправляется. Но если евреи разделены, получается пепел (רפא), упомянутый в том же месте в Писании.

В этом заключается принцип пальмы (и финика), которая призвана

исправить проблему вкуса у этрога, то есть гордыню, оставляющую его в

одиночестве. Древесина пальмы горькая, и финик, пока еще незрелый, тоже горький. На это есть намек в Торе: евреи пришли в Мару — где

сладкий «финик» превратился в горькую «Мару». «Вкус» был испорчен и

стал «малостью». И тогда произошло исправление через соединение

двух горьких вещей — воды и дерева, и горькое превратилось в

сладкое. Так исправилась вся горечь, и Тора тут же говорит, что оттуда

евреи двинулись в Эйлим, где были источники воды и семьдесят пальм.

Там уже были финики, а не горечь, поскольку все исправилось. А

семьдесят их было потому, что это принцип Малхут. Она — древо

познания, в котором была горечь. Известно, что это дерево этрог. Но

малхут получает свет от всех качеств, которые над ней, поэтому

получается семьдесят. Она наполнена светом Хеседа, Гвуры и т. д.

Иными словами, она получает и не остается одна как этрог, и поэтому

становится, по-настоящему, совершенной.


«И указал ему Б-г дерево»


Мудрецы говорят, что в Маре Всевышний обучил Израиль законам и

дал заповедь субботы (Санедрин 56 б). На это намекают слова «И

указал ему Б-г дерево» — научил секрету соединения. Ведь силой

соединения отделенных является Тора. Она исправляет все миры через

соединение. «Тора» происходит от слова «указание» (הארוה) — она

указывает, как соединить все отделенное и все недостающее. В этом и

заключается суть субботы и законов. Шаббат — это тоже соединение,

«владение единого», в котором все пребывает вместе и ничто не

отделяется. А законы — это судебная система, призванная создать мир

и единство, при котором люди считаются друг с другом. На все это есть

намек в идее превращения горького в сладкое.

Итак, лулав должен исправить вкус этрога. Поэтому берут именно

древесину, а не плод — пальмовую ветвь (лист), а не финик. Слово

«капат» (תפכ) означает связка, связывание (התיפכ), когда все соединяют

вместе. Поэтому, если листья лулава разделились, он непригоден

(Сукка 29 б). И по той же причине его нужно связывать (там же 11 б).


«Поднимусь на пальму» — подъем этрога с помощью авабуб


Этрог — самый высокий и самый низкий


Теперь понятен секрет четырех растений. Лулав, мирт и ива — это

растения, относящиеся к состоянию после греха, к недостатку, когда

есть много отдельных существ, которым необходимо соединиться.

Лулав — объединяющая сила, связывающая уровень до греха с

уровнем после него. Поэтому он один, как и этрог, но после греха он

связан со многими, чтобы привести к исправлению. В отличие от него, этрог — это луч с того уровня, который был до греха, и потому он

должен оставаться один и ни с кем не связываться. Этим он указывает

на высокую тайну — на то, что есть уровень, где каждый совершенен

сам по себе. По этой причине его держат в левой руке, соответствующей

силе суда и разделения, из-за которой каждый остается один. Но этрог

— это также получающая сторона, которая тоже находится слева. Это

указывает на его необходимость соединиться с лулавом и другими

растениями, без которых он рискует скатиться в гордыню. Поэтому он

сильно нуждается в них, а с их помощью снова обретет наивысший

уровень.

В этом состоит принцип Малхут (царство). С одной стороны, оно

имеет корень наверху, а с другой находится в самом низу. Она должна

из «я» (ינא) превратиться в «ничто» (ןיא) и тогда поднимется в Кетер.

Получается, что ее при-лепление к Есод и другим верхним качествам в

состоянии смирения и нужды в них позволит ей подняться на самый

верх до Бесконечного — вернуться к своей высоте, к Кетер, где она не

будет нуждаться в других, но будет совершенна сама по себе. В этом

смысл слов: «Сказал я: поднимусь на пальму» — Малхут, или этрог, говорит: «Поднимусь на пальму». С помощью пальмы, то есть лулава, этрог возвращается к своему высшему уровню, к совершенству, и

перестает нуждаться в других. А происходит это именно в силу

соединения с другими — через лулав. Поэтому этрог упомянут в Торе в

первую очередь, что указывает на его превосходство. Это плод, и он

назван в единственном числе. Далее идет лулав — второй по

достоинству. У него есть плоды (финики), но он уже является деревом и

назван в форме единственного числа, включающего в себя множество.

Вслед за ним идут остальные растения.


«Сказал я: поднимусь на пальму»


Отметим, что в словах «поднимусь на пальму» кроется тайна

восхождения этрога при помощи лулава. Слово «поднимусь» (הלעא) означает «Алеф поднялась» (הלע א). Алеф — это этрог, и он

поднимается вверх. Ива (הברע), лулав )בלול( и мирт (סדה) своими

первыми буквами образуют слово «поднялся» (הלע). Вместе они

поднимают этрог (גורתא), и получается слово «הלעא». В словах «сказал

я» (יתרמא) есть буквы (תרמ — мем-рейш-тав). Далее идет слово

«поднимусь», а потом — «на пальму» (רמתב). Слово «поднимусь»

превращает «תרמ» в «רמת» (пальму). Это исправление горечи и ее

превращение в финик, исправление вкуса этрога. Делается это с

помощью «поднимусь», а в Тикуним (29 а) объясняется, что в этом

слове зашифрованы четыре растения — этрог, ива, лулав и мирт.

Уместен вопрос: почему в этом слове они идут в таком порядке? После

этрога должен был следовать лулав. Почему же ива появляется перед

ним?

Но в этом-то и состоит секрет исправления этрога. Прежде всего, нужно всем сердцем ощутить недостаток. Это позволяет сделать ива, у

которой ничего нет. Это первое, что нужно этрогу, чтобы подняться и

исправиться. Он должен превратить «я» (ינא) — в «ничто» (ןיא), и

делается это именно через иву. Поэтому «ива» (הברע) происходит от

слов «приятный вкус» (ברע) — это сладость и исправление вкуса, которое совершается, когда сердце сокрушается в смирении. Вот

почему ива стоит рядом с этрогом, и лишь после нее продолжается

обычный порядок — лулав и мирт. Нужно понимать, что в самой иве

заключен секрет исправления этрога — приятный вкус. Но она намекает

также и на поручительство (תוברע). Об этом говорится: «Все евреи

отвечают друг за друга»134.


134 «Выражение «речные ивы» некоторые объясняют как происходящее от понятия «приязнь»

или «сладость», а река намекает на связку жизни, которой наслаждаются. Но согласно мнению наших

учителей, «ивы» происходят от слова «смешение»» (Реканати, Эмор 23:39).


Это принцип соединения: этрог был один, но его исправление

требует быть с другими. Следовательно, оно связано главным образом

с поручительством, с тем, чтобы взять ответственность за исправление

других. Значит, ива действительно намекает на принцип соединения, на

ответственность друг за друга, и это главное в исправлении этрога. Все

это исходит из ощущения недостатка. У кого оно есть, тот от всего

сердца будет искать соединения со всеми. Он знает, что у него самого

ничего нет, и основа исправления в том, чтобы все были вместе.


Этрог не связывается с другими


Итак, мы увидели, что этрог — это совершенство без недостатков.

Однако, такое состояние — нехорошее. Поэтому человек в мире устроен

по принципу лулава и остальных растений — многие, у каждого из

которых есть недостаток, соединяются вместе. Теперь мы поймем

секрет работы лулава и других растений. Его связывают с миртом и

ивой, и все их держат в правой руке. Напротив них находится этрог в

левой руке отдельно. Отсюда ясно, что все три вида растений в правой

руке считаются вместе одним целым, а у этрога есть собственная

цельность, и потому его не связывают с ними. Идея в том, что мы

видели прежде, — этрог выражает высший уровень, на котором каждый

совершенен сам по себе и не нуждается в дополнении остальных. В

отличие от него, лулав, мирт и ива выражают другое состояние, в

котором человек неполноценен, и ему требуется восполнение. Поэтому

суть исправления сводится к соединению всех их в одной связке. Вот

почему три вида растений связываются вместе, а этрог напротив них

остается один.


Этрог — первый в Торе и последний в Мишне


Мы видим, что корень этрога более высокого уровня, чем лулав. Но

он упал вниз, поэтому появляется после всех, в качестве Малхут. С

помощью лулава он поднимается до своего источника, по принципу

«Сказал я: поднимусь на пальму». Следовательно, секрет четырех

растений — это подъем Малхут наверх. Главное исправление связано с

этрогом, выражающим состояние миров до падения, или Малхут прежде

ее спуска. Остальные растения нацелены на то, чтобы возвысить этрог, Малхут, к его первоначальному источнику. Поэтому в Торе этрог

появляется первым, как и должно быть в корне, на уровне Кетер, в

состоянии «ничто». Это верхний корень для Малхут. Но при

практическом исполнении заповедей — в алахе и в устной Торе — этрог

перечислен последним, в качестве второй буквы Гей, в левой руке. Он

должен возвыситься с помощью остальных растений.

В порядке Мишны, разбирающей законы четырех растений (трактат

Сукка, третья глава), первыми появляются законы о лулаве, затем — о

мирте, далее следует ива. После этого идет общая мишна, касающаяся

числа растений, и лишь потом наступает очередь этрога. Чтобы лучше

это понять, процитируем эти отрывки из Мишны:


1. Украденный или сухой лулав непригоден. От ашеры или из

отверженного города — непригоден. Отломилась его верхушка, сломались листья — непригоден. Разделились листья —

пригоден. Раби Йеуда говорит: Пусть его перевяжут сверху.

«Пики с железной горы» пригодны. Лулав, в котором есть три

ладони, чтобы потрясти им, пригоден.

2. Украденный или сухой мирт непригоден. От ашеры или из

отверженного города — непригоден. Отломилась его верхушка, сломались листья, или же ягод на нем было больше, чем листьев,

— непригоден. Но если уменьшили их число — пригоден. Однако в

праздничный день не уменьшают.

3. Украденная или сухая ива непригодна. От ашеры или из

отверженного города — непригодна. Отломилась ее верхушка, сломались листья, а также цафцафа — непригодна. Завядшая и

та, с которой осыпалась часть листьев, а также с неорошаемого

поля — пригодна.

4. Раби Ишмаэль говорит: Три ветки мирта, две ветки ивы, один лулав и один этрог, даже если две обломанные и одна целая.

Раби Тарфон говорит: Даже если все три обломанные. Раби Акива

говорит: Как лулав один и этрог один, так и ветка мирта одна и

ветка ивы одна.

5. Украденный или сухой этрог непригоден. От ашеры или из

отвергнутого города — непригоден. Этрог-орла — непригоден.

Относящийся к оскверненному приношению — непригоден. К

чистому — не брать, но если взял, пригоден. Дмай — дом Шамая

отвергает, а дом Илеля принимает. Из второй десятины в

Иерусалиме — не брать, но если взял, пригоден.


Возвышение этрога — исправление Малхут


В порядке Мишны есть разделение (мишна 4) между тремя

растениями и этрогом. Причина в том, что первые три вида считаются

одной связкой, а этрог отделен от них и держится в стороне. Он

соответствует Малхут, как написал Ре-канати (его слова приведены в

разделе «Элуль и лулав»). Идея в том, что Малхут — это нижние миры, которые упали и отдалились от своего источника. Теперь нужно вернуть

Малхут на место, к Б-гу, чтобы в мире не было иных царей, кроме Него.

В наше время есть многие, кто считают себя царями, а слава Царя мира

не занимает достойного места. В этом состоит падение Малхут, которую

захватили клипот, а люди встают, чтобы взять себе царство (Малхут), принадлежащее Владыке мира. Исправление Малхут (Его царства) состоит в том, что весь мир следует воле Б-га в правильной и честной

форме, согласно Его заповедям.

Мы говорим Б-гу: «Ибо Твое есть царство» (Апейну лешабеах) и

просим, чтобы Он вновь принял его и вернул на подобающее место. Как

бы то ни было, Малхут упала и отделилась, и словно была отобрана у Б-

га. Поэтому нужно постараться вернуть ее на место. Делается это через

соединение этрога с остальными растениями, благодаря чему

исправляется гордыня, как мы видели выше. Гордыня — это главный

дефект в Малхут, и гордец старается присвоить царство себе.

Исправление гордыни во всем мире связано с исправлением Малхут.

Когда мы говорим: «Тебе, Б-же, величие, и сила, и красота, и победа, и

великолепие, ибо все Твое на небе и на земле» (Диврей а-Ямим I, 29:11), то здесь перечисляются шесть верхних качеств — мирт, ива и

лулав. Три ветки мирта соответствуют Хеседу, Гвуре и Тиферету, две

ветки ивы — это Нецах и Год, а лулав — Есод (он, как известно, называется «все», и он «на небе и на земле», так как протягивается от

неба до земли, как и лулав). После этого мы добавляем: «Тебе, Б-же, царствие». Здесь мы снова говорим «Тебе, Б-же», не соединяя царствие

со всем рядом, перечисленным после первого «Тебе, Б-же». То же

самое видно в Мишне, которая отделила Малхут, этрог, от предыдущих

растений. Это разделение призвано указать на то, что Малхут далека от

других качеств135, а главное в нашей работе — приблизить ее заново к

ним, особенно к Есоду (лулав).


135 Это также указывает на ее верхний корень, в котором она не нуждается в других, но

обладает собственным совершенством. Это этрог в своем высшем достоинстве, Кетер.


Благодаря приближению Малхут к шести качествам и особенно к

Есоду она сама собой поднимется наверх и встанет «во главе угла», в

своем верхнем источнике, по принципу «Сказал я: поднимусь на

пальму»136.


136 Возможно, слово «сказал я» (ктл1) - это этрог (юти). Буквы Алеф-Рейш-Тав из первого

входят и во второе. Остаются буквы Йуд-Мем, которые означают Бину, а это третья сфира, и поэтому

она выражается буквой Гимел из слова «этрог». Получается, что «сказал я» превращается в «этрог».


Следовательно, главная суть четырех растений — подъем Малхут.

Этрог имеет корень наверху, как написано в Торе, а находится внизу, как

видно в Мишне. Его нужно вернуть на прежнее место. Это связано с тем, что мы объяснили: четыре растения, в основном, нацелены на

исправление греха с древом познания, которое было этрогом. Лулав, мирт и ива призваны поднять этрог на прежнее место через

исправление древа познания. Поэтому этрог является главным в этой

картине, а лулав и прочие растения образуют лестницу для его

восхождения.


Принцип прикладывания этрога к лулаву


Суть подъема Малхут-этрога состоит в приближении к Есоду-

лулаву. Идея в том, что Малхут — это сосуд, и действительно, падение

главным образом связано с сосудом, поскольку он может получать, и

получает ради самого себя. Он рискует впасть в эгоизм и думать лишь о

себе. В этом заключена опасность падения этрога, как мы видели ранее.

А Есод представляет дающую силу, подобную трубе. Это тоже сосуд, ноу него нет дна, и он проводит то, что получает, к другим (поэтому он

невосприимчив к нечистоте и не портит микву «зачерпнутой» водой).

Следовательно, Есод — это тот, кто сосредоточен на других. Его глаза и

сердце обращены наружу, и он желает давать другим, а Малхут —

сосуд, склонный зацикливаться лишь на себе и своем личном

получении. В этом суть падения Малхут в клипот.

Главное исправление Малхут совершает человек. Он создан по ее

образу и подобию, и своими действиями исправляет свой источник.

Исправление, в основном, связано с действием лулава и выходом из

состояния этрога, по принципу «Да не придет ко мне нога гордая». Он

выходит из эгоизма, мыслей о себе и своем благе, и поднимается к

состоянию лулава, праведника, сосредоточенного на других и ищущего

единства и блага для всех. Он поднимается из состояния получающего

сосуда к состоянию передающего канала. В этом суть прикладывания

этрога к лулаву, чтобы возвысить получающего до состояния дающего, помочь ему выйти из себя и думать о благе общества. Это является

корнем для исправления этрога, его состояния «Нехорошо быть

человеку одному». «Нехорошо» — это когда не хватает праведника, который желал бы делать добро всем. Ведь праведникдобрый, как

сказано: «Скажите праведнику, что он добр», и говорится: «Вожделение

праведников —только добро» (Мишлей 11:27). Праведник ищет, как бы

дать благо другим, и не обособляется в собственном удовольствии.

Значит, слово «нехорошо» выражает нехватку лулава, когда есть лишь

один этрог. Вот почему его нужно приложить к лулаву. Через это

человек связывает себя с людьми и начинает желать им добра. Он

возвышается до состояния праведника, в результате чего поднимется и

его «я», Малхут, и раскроется великое совершенство, пребывающее в

нем, — совершенство без какого-либо недостатка.


«И сделают все одну связку»


Два уровня в восполнении недостатка других


Из принципа связки растений мы учим нечто очень важное: каждый

должен относиться к себе, как к органу в большой общей системе. Его

индивидуальное совершенство достигается лишь тогда, когда вся

система будет совершенна. Здесь возникает вопрос об отношении

человека к тому, что не хватает, в его окружении, у друзей, в районе, где

он живет, и во всем народе. Каждый видит, что у него есть недостатки, и

ему ясно, что их нужно исправлять, чтобы достичь совершенства. Есть

наши братья-евреи, которые все еще не соблюдают Тору и заповеди.

Есть братья, терпящие нехватку во всем и пребывающие в страдании, семьи с проблемами, люди, несущие тяготы каждый день, и т. д. Все это

— несовершенства, встречающиеся в окружении человека. Пусть он

спросит себя: как относиться к ним? Есть ли внутри у него побуждение и

желание восполнить недостающее и привести к исправлению? И если

такое желание есть, каков его источник?

Отметим в общих чертах, что есть два вида желания исправить

недостатки других. Первый — это доброе сердце и нравственность.

Человек думает не только о себе и поэтому хочет исправить других. Это

приходит от склонности к милосердию и к помощи ближнему. Второй вид

более глубок — сильное ощущение, что недостаток других это и мой

недостаток. На этом уровне человек не чувствует себя отделенным от

остальных. Он не разделяет ощущение своего недостатка и ощущение

недостатка ближнего. Это происходит на очень высоком уровне, где

человек не чувствует себя отдельным существом, но ощущает, что

истинное существо — это общество, все вместе, а его частное «я» —

лишь орган и клетка внутри всего организма.

Эти два вида сильно отличаются. Ведь побуждение исправить, восполнить свой недостаток намного сильнее, чем желание помогать

другим, по доброте душевной. Если, к примеру, у человека не будет

тфилин, он перевернет весь мир, пока не найдет их, поскольку не может

пропустить ни дня без них. Если же увидит, что у товарища нет тфилин, и возникнет побуждение по доброте помочь ему, он не почувствует

такого напряжения и страха из-за недостатка тфилин. Личное

беспокойство о материальном или духовном недостатке значительно

сильнее тревоги по поводу недостатков у других.


«Отвечают друг за друга»


Как объясняется в книгах, все евреи несут ответственность друг за

друга. Когда один из них, не дай Б-г, нарушает шаббат, это считается

грехом всех. Поэтому все должны, исповедуясь, говорить «мы

виноваты», поскольку все поручились друг за друга у горы Синай137.


137 «Заповедь «Возлюби ближнего, как себя». Знай, что весь Израиль - это одно тело, это вся

душа первого человека, как видно из нашего комментария к фразе «Время, когда властвовал

человек...» Каждый из народа Израиля - только часть, орган. И в этом поручительство - когда каждый

отвечает за других, если те согрешили. Поэтому мой учитель имел обыкновение произносить все

части исповеди, даже если они его не касались. Он говорил, что хотя и не совершал таких грехов, нужно исповедоваться в них. Поэтому исповедь сформулирована во множественном числе:

«Согрешили мы...», а не «согрешил я». Ведь весь Израиль - одно тело, а значит, даже если у кого-то

нет определенного греха, следует за него исповедаться. Ведь если ближний совершил его, это все

равно, что ты сам его совершил. Даже если отдельный человек молится и произносит исповедь у

себя дома, он должен говорить во множественном числе, поскольку грех одного считается грехом

всех в силу поручительства между душами» («Таамей Мицвот» Ари, глава Кдошим).


На взгляд материалиста, мы кажемся отделенными друг от друга —

у каждого свое тело, и он сам исполняет заповеди. А, по-настоящему, мы едины. Мы одна душа в разных телах. В этом деле ощущения вводят

в заблуждение, заставляя думать, будто мы разделены. Из-за этого они

мешают нам почувствовать чужие страдания и недостатки. Но нужно

понимать и знать, что духовный недостаток наших братьев — это

буквально наш собственный недостаток. Насколько человек заботится о

том, чтобы сам услышать звук шофара в Рош а-Шана, и чтобы это был

прекрасный шофар, и правильное трубили, так должно сердце его быть

обращено и к братьям и ближним — заботиться, чтобы весь Израиль

услышал шофар в этот день. Нужно стараться изо всех сил, чтобы

удостоить других заповедями. Ведь делается это не только ради них, но

и ради себя — ради народа, ради святой Шхины.


Сила лулава связывать всех


В этом заключается великий принцип лулава и секрет связки

растений. Это учит не только тому, как важно помогать собратьям с

добрым сердцем и думать не только о себе, но и тому, как жить в святом

и глубоком осознании, что все мы, на самом деле, единое целое, и что

недостатки всех — это личные недостатки каждого. Как я не могу

успокоиться, пока не исправлю себя, так не успокоюсь, пока не

исправлю и других. Тогда естественно, помогая собратьям, человек не

будет чувствовать, что оказывает им одолжение, потому что этим

приносит добро себе в точности так, как им. Ведь он и они — одно

целое. В этом глубокое осознание лулава и тайна единства. Лулав

имеет корень в состоянии первого человека в райском саду, когда он

был там один. Поэтому и мы берем только один лулав. Но состояние

Адама в саду учит нас тому, что все мы — структура тела одного

человека. Душа первого человека разделилась на многие части, которые являются душами Йзраиля во всех поколениях. На самом деле, все они — одна общая душа (первые главы Шаар а-Гильгулим). Лулав, как и этрог, имеет корень в состоянии, когда первый человек был

единым. Однако, лулав относится также и к состоянию разделения и

множества, и потому в нем есть тяга ко всем и поиск единства. Лулав

призван упрочить в душах осознание того, что все являются осколками

одной большой души первого человека, и что совершенство наступит

лишь при нашем единстве, когда мы свяжемся и дополним друг друга.


Любая помощь ближнему — это взаимное дополнение


Теперь мы поймем: когда человек видит недостаток у другого, и

тому требуется помощь, пусть он знает, что не только восполняет то, чего не хватает у его ближнего, но и тот восполняет то, чего не хватает

ему. Иными словами, не надо чувствовать себя совершенным, словно

пришел с большим милосердием и добродушием дать ближнему то, в

чем он нуждается. Общий принцип в том, что каждый действительно

неполноценен, и через взаимодействие друг с другом один исправляет и

дополняет другого. Примером может служить богатый, поддерживающий

бедного. Пусть он не думает, что у него все в порядке, а бедняку не

хватает, и что он дает ему, а сам в нем не нуждается. Все совершенно

иначе. Если Б-г послал к богатому бедного, чтобы тот дал ему, это как

раз настоящее исправление для богатого. Нет такого дела в мире, которое не имело бы целью исправление человека. Это относится как к

действиям для исправления себя, так и к действиям, в которых человек

выглядит исправляющим других. Например, бедный получает деньги, а

богатый исправляет свои качества — ему нужно преодолеть скупость.

Он должен сосредоточиться на мысли о том, каково истинное значение

денег, и определиться в душе с тем, что для него главное, а что —

второстепенное в жизни. Все это нужно, чтобы он мог давать милостыню

как следует и с радостным сердцем. Получается, что бедный словно

устраивает богатому семинар по работе над собой и выстраиванию

правильной иерархии приоритетов. Таким образом, бедный получил от

богатого материальную помощь, а тот получил от бедного душевное

исправление, что является гораздо более важным и драгоценным. Так

же нужно думать обо всех вещах в жизни — человек никогда не дает

«только» другим, не давая при этом самому себе. Мир основан на

взаимном дополнении. Любая помощь людям скрывает в себе

получение помощи от них, ведь благодаря этому исправляется тот, кто

помогает ближнему.

Поэтому когда человек видит недостатки у других и может им

помочь, он должен обращать внимание на то, что это дело является

также и работой над собой. Пусть он не пренебрегает усилиями помочь, а понимает, что его становится более цельной и совершенной

благодаря связи с окружением и помощи людям. Это важный и ценный

принцип.


Праведники не чувствуют,

будто делают одолжение другим


Отсюда мы учим, как ведут себя праведники со всеми своими

собратьями из дома Израиля. Они не чувствуют себя совершенными и

полноценными, не считают свои помощь им одолжением. Они ощущают, что все недостатки и потребности других — это их собственные

недостатки и потребности. У них нет чувства превосходства над

другими, каку того, кто подает милостыню бедным. Они чувствуют

равенство со всеми, что все являются одним человеком. С радостью, смирением и большой любовью они спешат на помощь братьям, от

всего сердца благодаря их за то, что этим исправляют и себя. Ведь

помогая ближнему, человек восполняет и свой недостаток. И как

праведник исправляет других, так и они прибавляют ему заслуг.

Сердце — центр для всех органов, и оно не чувствует, что делает

одолжение им. Сердце ощущает, что все органы едины, и что их

целостность — это его целостность. Без прочих частей тела оно не

имеет ценности. Хотя оно занимается только другими, переправляя

кровь по всему телу, остальные части дополняют его. Нет такого органа

в теле, который жил бы ради других настолько, как это делает сердце.

Оно всю свою работу направляет, чтобы проводить жизненную силу ко

всем частям тела. В этом смысл слова «лулав» )בלול( — «ему сердце» ( ול

בל). У него есть сердце, соединение и связь всех частей. Таковы и 36

)ו״לֹ( праведников, поднявшихся на свой уровень благодаря чистоте

сердца. Их чувствительное сердце всецело направлено на общество.


Лулав и знак союза


Все это связано и с исправлением союза. Известно, что лулав и

праведник соответствуют сфире Есод. Союз — это связь между всеми

силами. Есод служит посредником и соединяет все верхние качества, сводя их вместе и направляя на один путь. Есод — это также

соединение человека с ближним. В этом и заключается идея союза.

Суть союза — правильная связь, корень которой в исправлении греха

разврата. Известно, что этот инстинкт коренится в эгоизме, который

хочет удовольствие лишь для себя. Злое начало — прямая

противоположность

исправлению.

Инстинкт

разврата

—

сосредоточенность на себе, мысли о себе и личное наслаждение. А

праведник — полная противоположность; он концентрируется на других, а не на себе. В этом же заключается глубокое исправление вкуса, как

мы видели выше. Его ущербность в том, что он зациклен на себе, а

исправление — в том, что думает о других.


Этрог и лулав — мозг и сердце


Разум, чувство, желание и воображение


Отметим вкратце еще одно соотношение между этрогом и лулавом.

Эти растения — силы души человека. Таких сил четыре — разум, чувство, желание и воображение. Две центральные силы в человеке —

разум и желание. В каком-то смысле, можно сказать, что разум способен

держаться сам по себе, отдельно от других сил. В нем словно есть

собственная цельность, и он склонен чувствовать, будто не нуждается в

других, чтобы существовать и развиваться. Так происходит из-за его

больших способностей, из-за которых он склонен отрываться от

остальных сил. В отличие от него, воображение, чувство и желание

тесно связаны. Когда человек чего-то сильно хочет, воображение само

собой начинает представлять желаемое, и чувство пробуждается к

поискам этого. Таким образом, чувство и воображение словно

окутывают желание и примыкают к нему. Пробуждение желания тотчас

вызывает их действие, чего не скажешь о разуме, который тяготеет к

отрыву от остальных душевных сил. Он может предаваться глубокому

анализу и великой мудрости, ничего не ощущая. Разум кажется самой

совершенной силой, и потому с ним можно ошибиться более, чем с

остальными, думая, будто он не нуждается в них ради своей

целостности. Разум рискует выработать пренебрежение к чувствам.

Йногда умные и образованные люди склонны презрительно относиться к

эмоциональности или к людям с сильным воображением, думая, что те

являются ущербными, невежественными и т. д. Так происходит из-за

совершенства разума, из-за которого он склонен впадать в большую

гордыню и отрывать себя от остальных жизненных сил.


Этрог и лулав — мозг и сердце


На разум намекает буква Алеф. Как говорят мудрецы, она означает

голову. «Алеф» происходит от слова «обучать», как сказано: «Научу

тебя (ךפלאא) мудрости, научутебя пониманию» (см. Иов 33:33). Мидраш

объясняет, что буква Алеф соответствует мозгу в голове у человека так

же, как начинает алфавит (Ялкут Шимони 1, 929; «Талелей Хаим, Шмот», стр. 286). В этом принцип этрога, представляющего собой Алеф

и соответствующего голове человека. В отличие от него, Ламед

соответствует сердцу. Само слово «сердце» (בל) начинается с этой

буквы, которая, к тому же, находится в середине алфавита, как сердце в

теле (Ламед и Мем — средние буквы, соответствующие сердцу). Слово

«лулав» )בלול(

тоже содержит в себе намек на сердце. Итак, Алеф — этрог, Ламед

— лулав. Первое означает мозг, а второе — сердце, или желание. Таким

образом, разум и этрог — это полное совершенство, склонное

отрываться от других, а лулав и желание сильно связаны с прочими

силами.


Исправление разума происходит

с помощью желания и сердца


Исправление разума совершается, главным образом, посредством

желания и сердца. Когда человек исправляет сердце, то следит и за

мозгом, чтобы не мудрствовать без воли и не умничать без сердца, что

было бы грехом. В этом смысл буквы Ламед, которая также означает

учение и намекает на Алеф. Ламед исправляет Алеф, чтобы учеба была

правильной и не в отрыве от остального. Писание говорит, что разум

должен быть «хорошим», и это буквально отражает принцип: «Нехорошо

быть человеку одному». Человек склонен быть нехорошим, и разум, который является его сутью, тоже склонен к этому. Поэтому нужно

исправить волю, чтобы она была хорошей, и тогда разум тоже станет

таким. Об этом сказано: «Начало мудрости — трепет перед Б-гом.

Добрый ум у всех, исполняющих Его повеления. Слава Его пребудет

вовек!» (Теилим 111:10). Если существует «добрый (хороший) разум», значит, бывает и плохой. А какой разум является хорошим? Тот, что

основывается на трепете перед Б-гом, как сказано: «Начало мудрости —

трепет перед Б-гом». Сам же этот трепет находится в сердце и

предполагает исправление сердца и желания, чтобы оно было предано

Б-гу и держалось смиренно перед Его величием. Пусть человек не

гордится своим разумом и не думает о своей мудрости. Получается, что

трепет — это исправление сердца и желания, благодаря чему и разум

становится хорошим. Такой человек признает свои недостатки и

принижает разум, опуская его вниз, чтобы связался со всем остальным

— пробуждал сердце и все силы человека. Поэтому он не только учит, но и действует, как сказано: «Хороший разум всем делающим их» — он

переводит слова Торы в практическое действие, а не только изучает их

разумом.

Здесь находится инструмент, которым человек может проверить

свой разум, ибо это характеризует его исправное состояние.

Неправильный разум оторван от остальных сил и поэтому остается с

одним лишь пониманием, но без действия. Это теория без работы над

собой с помощью сил тела. О таком сказано, что «мудрость его

превышает поступки». Но у кого сердце исправно, разум признает, что

не объемлет все. Он хорошо знает, что недостаточно понимать мудрые

и глубокие вещи, нужно применять их в жизни. Ведь совершенство

проявляется во всех силах человека. Поэтому он принижает свою

мудрость и спускает ее вниз. Он нисходит, чтобы пробудить сердце, по

принципу «Утверди на сердце своем» (Дварим 4:39). Он пробуждает

волю, а через нее и остальные силы души, чтобы действовать и

совершать и не оставаться в состоянии, когда мудрость превышает

поступки — когда говорят много и ничего не делают (Авот 3:9; см. Айн

Яэ, Шаббат2, ксловам «Поскольку возвысились дочери Циона...») Движения лулавом — проводить от мозга к сердцу


В этом и заключается смысл движений лулавом. Он соответствует

сердцу и позвоночнику, соединяющему все органы человека (см.

предисловие кТикуней Зоар). Восемнадцать позвонков, взятые дважды, дают число 36, то есть буквы Ламед-Вав из слова «лулав», а вместе с

ними идет сердце. Получается, что в лулаве есть сердце и позвоночник

— центральные силы, передающие свет во все тело. Позвоночник

спускает мозг вниз. Ведь он призван передавать влияние мозга во все

органы, чтобы тот не оставался самодостаточным без тела. Мозг — это

этрог, а лулав — позвоночник и сердце, которое находится посередине

тела. Поэтому лулавом двигают вверх, а потом обратно вниз, чтобы

пробудить корень (мозг) и привести его в движение, чтобы не оставался

один наверху. Его свет протягивается вниз, к сердцу и другим частям

тела. Этой есть тайна движений лулавом (см. Шаар а-Каванот, главы о

празднике Суккот 5). Он пробуждает корень Даат в мозгу наверху и

проводит его в сердце и ко всем сторонам света, означающим сумму

душевных сил человека. Это работа по «утверждению на сердце» —

провести глубину разума в сердце и остальные органы.


Дни трепета и Суккот — «познай» и «утверди»


Теперь скажем о тайне дней трепета и праздника Суккот. Дни

трепета — это строительство головы, мозг, принцип «Левая рука его у

меня под головой» (Шир а-Ширим 2:6). Это верхний свет в корне мозга

наверху. Затем следуют дни «утверждения на сердце», чтобы провести

это в жизнь, что связано с любовью. Ведь трепет возникает в голове, по

принципу «Начало мудрости — трепет перед Б-гом», а любовь — в

сердце: «И возлюби Б-га Всесильного твоего всем сердцем» (Дварим

6:5). Значит, этрог —это трепет, а лулав — любовь. Так и дни трепета

связаны с головой, со строительством мохин, а потом наступают дни

Суккот, чтобы передать свет в сердце. Здесь действует лулав, побуждающий благодать из головы перейти вниз, по принципу «Правая

рука его обнимает меня» (Шир а-Ширим, там же). Это объятия тела, которые в основном совершаются на уровне сердца. Свет любви и

милосердие приходят, чтобы передать высокое постижение мозга в

сердце. Ведь трепет — это абстрактное постижение, видение, а любовь

проникает внутрь. Поэтому движения лулавом совершают уже после

дней трепета. В те дни благодать приумножается на уровне головы, в

виде этрога, а затем наступают дни лулава, чтобы провести ее в сердце

и ко всем силам жизни.


Лулав, мирт и ива — сердце, глаза и рот


Лулав, мирт и ива — это сердце и то,

что его проявляет


Мы видим, что лулав — это воля, присоединяющая к себе

остальные силы души. Он включает в себя мирт и иву. Дело в том, что

лулав — это доброе сердце, и это главное, а мирт и ива — проявления

сердца. Листочки мирта похожи на глаза, а ивы — на губы. Согласно

Каббале, в связке лулав занимает самое внутреннее место. Мирт

привязывается к нему, а ива — к мирту. Лулав является самым

внутренним, потом идет мирт, а затем — ива. Таковы же уровни и планы

в душе человека. Доброе сердце находится глубже всего, и это корень

всего. Оно представляет индивидуальный внутренний характер

человека. И находит выражение через две важные силы — глаза и рот.

Глаза относятся к более внутреннему плану, чем рот. Должен быть

добрый глаз, который с благоволением взирает на людей и видит в них

только лучшее. Такое качество рождается из доброго сердца. Доброта

лулава раскрывается в мирте в виде глаз, чтобы смотреть на хорошее и

не видеть пороков ближнего, не видеть в нем зла никоим образом.

Далее следует проявление через уста — не говорить ничего плохого ни

о ком из народа Йзраиля. Это очень важный принцип — оберегать уста, чтобы не говорить зла о людях.


Два уровня сдержанности языка


Из этого мы извлекаем важное знание. Сердце — наиболее

внутреннее; оно облачается в глаза, а они — в уста. Смысл в том, что в

сдержанности языка есть два уровня. На первом человек следит за тем, чтобы не говорить плохого о других, хотя ему есть, что сказать плохого.

Он видит плохое в других, но ставит «сторожа» на свои уста, чтобы не

рассказывать об этом никому. Хотя то, что он делает, очень важно, это

все еще не высший уровень. Ведь главное зависит от более глубокого

корня — исправления глаз. Нужно обладать настолько добрыми

глазами, чтобы вообще не видеть в ближних ничего плохого. Это

истинный и совершенный уровень в отказе от злословия — чтобы глаза

не видели зла!


Мирт — исправление запаха через доброе имя


Так оберегают и мозг от дурных мыслей, поскольку глаза находятся

напротив мозга. Слова «глаза общины» (Бемидбар 15:24), как известно, означают мудрецов, а о наилучшем оберегании глаз сказал пророк

(Зхария 8:14): «Не помышляйте в сердце каждый о зле ближнего

своего». Нужно следить за тем, о чем думаешь, чтобы не портить разум

плохими мыслями о других людях. Это исправление связано с миртом, который символизирует глаза. На самом деле, это исправление запаха в

этроге. Ранее мы уже видели, что этрог имеет запах и вкус. Грех, связанный со вкусом, исправляется лулавом, но и запах требует

исправления, и это делает мирт. Благоухание — это добрый взгляд на

людей. О человеке, который стал знаменит в мире своей

испорченностью, говорят, что он стал «зловонным». Запах — это

благовоние, о чем сказано: «Доброе имя лучше хорошего масла»

(Коэлет 7:1). «Запах» человека — это то, каким его знает мир.

Как бы то ни было, мы видим, что ива на мирте — ее ветки нужно

привязывать вокруг веток мирта снаружи, а последние должны

примыкать к лулаву. Идея в том, чтобы уста следовали за глазами.

Иными словами, должны быть добрые глаза, и уста сами собой получат

свет и благословение через них, и человек будет говорить лишь

хорошее об Израиле. А у кого глаз злой, тот видит плохое в людях, и

даже если будет следить за ртом, все равно полностью не преуспеет.

Зло, что у него в глазах, выйдет наружу через уста и движения тела, выражение лица и т. д. Короче говоря, человек должен достичь

внутренней чистоты и внутреннего добра. Глаза глубже, чем рот, как и

мирт ближе к сердцевине, лулаву, чем ива.


Сердце, глаза, рот


Добрый глаз имеет корень в еще более глубоком источнике — в

добром сердце. Оно должно быть поистине добрым, чтобы сделать

такими же и глаза. А доброе сердце предполагает доброе желание, добрый характер, приятный и мягкий, святость и внутреннюю

деликатность. Суть доброго сердца — такой уровень жизни, когда воля

направлена на благо других и постоянно желает благословения всем.

Человек всех благословляет в сердце и любит весь Израиль, как свою

душу. Таков уровень праведников, удостоившихся очиститься от всякого

порока и скверны, от эгоизма и вожделения. В итоге их сердце

очистилось и стало соответствовать душе, свету святости, и они сами

собой стали доброжелательными. А чистое и доброе сердце ведет за

собой и взгляд, ибо «зрение глаза от сердца зависит» (Авода Зара 28 б).

Праведники видят, а тем более говорят, лишь хорошее. Принцип в том, что чем более внешняя сила, тем легче ей управлять. Следить за

языком, чтобы не говорить плохого гораздо легче, чем контролировать

глаза и мысли, чтобы не видеть и не думать о нем. А следить за

мыслями и глазами легче, чем за сердцем, чтобы в нем не

пробуждалось желание зла, зависть, ненависть, соперничество, гордыня

и презрение к другим. Следить за сердцем значит никогда не впадать в

эгоистические желания и не замыкаться на себе и одном лишь личном

благе. Достичь этого очень трудно, потому что человек всегда близок к

самому себе.

Отсюда мы учим правило в работе человека над исправлением

себя, самосовершенствованием. С одной стороны, легче заниматься

более внешними силами — прежде всего, речью, затем глазами и

сердцем. Поэтому нужно начинать работу снаружи и продвигаться

внутрь. Но следует знать, что истинное и совершенное исправление

придет лишь вместе с глубоким изменением во внутренней части души, а не только во внешнем поведении. Главное — это исправление сердца.

Достигается оно многими молитвами и просьбами. Ведь молитва — это

работа сердца, которая смягчает и очищает его. Также и внешними

своими поступками нужно намереваться повлиять на душу. Следя за

ртом, нужно иметь в виду, что не хочешь быть злым по отношению к

людям, и пробуждать мысли, влияющие на сердце. Ведь вслед за

действиями тянутся сердца, а за ветками ивы движется лулав.

Да будет воля, чтобы мы удостоились полностью очистить сердце, и

чтобы мозг наш засветился сиянием добродушия, и в итоге все части

тела освятят-ся, как у каждого человека, так и у всего народа. Пусть

поскорее возвысится этрог, Малхут, вернется Царство на свое

первоначальное место, раскрывая совершенство без недостатков и

превращая всю горечь жизни в сладость. Да вернется высший Царь в

Своей чертог, с приходом праведного Машиаха и строительством Храма

вскоре, в наши дни. Амен и амен!


ТАЛЕЛЕЙ ХАИМ


Уроки Хаима КОЭНА


Объяснения и размышления о тайнах сукки


КНИГА ИЗДАНА НА СРЕДСТВА И ПРИ ПОМОЩИ


Д.РАБИНОВИЧА и А.ЛЕВИНА


Перевод на русский язык - Гедалия СПИНАДЕЛЬ


Подготовка к печати и производство:


Редактура - Владимир (Реувен) КАЦМАН


Верстка и дизайн - Константин БАБКОВ


Выпускающий в типографии - Александр ТРОЯН


Подписано в печать 19.09.2014 г.

Бумага матовая. Гарнитура Прагматика.

Печать офсетная.

Отпечатано издательством «Феникс»

(г. Киев, ул. Шутова, 18)